Текст книги "Подготовка. Том 1 (СИ)"

Автор книги: Алекс Бредвик

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 26 страниц)

Глава 7

Минут через пятнадцать все вошли в дом и начали мне помогать. И вроде бы, мебели не особо много, но всё равно достаточно оказалось, чтобы потратить больше времени, чем я рассчитывал. Причем даже не спрашивали, почему и зачем я это делаю. Мама только улыбнулась, заметив лежащие в стороне очки и перчатки от ПМР. Так что просто под мою указку все начали переставлять мебель. Если что-то тяжелое – то в основном я. Иногда мне помогали, придерживали, если даже для меня это был перебор. Дело пошло немного шустрее. Не сказать чтобы прям сильно, но всё равно. Даже интереснее в какой-то степени.

И только Лита замерла на входе, ошарашенно смотря на всё то, что мы делали. Ее мир за сегодня явно ломается не в первый раз. Она, наверное, не привыкла к тому, что люди могут быть просто добрыми – на ее лице это отчетливо читалось. Судя по сообщению мамы, по крайней мере. Я же видел только шок и неверие, что в ее жизни что-то меняется.

Но вообще ситуация максимально странная. Заявилось к тебе трое условно незнакомых человек, начали тут все менять, переодевать тебя. Я бы тоже в шоке был, если честно говорить про это.

Ближе к вечеру, к полному закату, когда даже первые звезды над куполом можно было заметить – наиболее яркие из них, – мы закончили. Смогли усесться все четверо за небольшим круглым столиком, который ранее стоял у стены, и мы бы просто не смогли сесть вот так, как сейчас. Мама из того, что быстрее всего портится, сделала на всех ужин. Легкий, но и приготовила быстро. Литу усадили самую первую, а она взяла и застыла, смотрела широко раскрытыми глазами на всё. И вот теперь я понял, о чем именно мне говорила мама. Для нее сейчас всё было как в какой-то сказке.

– Ну ты чего? – уселся я напротив. – Мы же обещали, что поможем. Ты нам с Ханако в Реатуме помогаешь, почему мы тут тебе не можем помочь, когда у тебя проблема? Реатум, как говорил мой папа, так же важен для нашей жизни, как и физическая реальность.

– Просто… – ее губы задрожали, она пыталась улыбнуться, но эмоции явно накрывали ее с головой, – просто… для меня такого никто не делал. Папа… он был против, чтобы нам помогали. Предлагали, да… одноклассники тоже были. Но все они боялись потом к нам приходить… их пугал мой отец… но сейчас, когда он там… задержан… я не знаю, что делать.

– Ты виртуальную карту, кстати, оформила? – уселась по правую руку от нее Ханако, положив свою ладонь поверх сжатого кулачка Литы.

Кстати, надо признать, она действительно подкачана. Видимо, приходится много работать как в поле, так и в лесу, помогая своему отцу. Мышцы на руках хоть и не совсем большие, у любого парня больше, кто хоть мало-мальски занимается, но даже так… ну она девушка, а физически развита. У Хано вообще не так. Поставь их рядом – и сразу любой поймет, о чем я пытаюсь говорить.

– Да, – уже более решительно сказала она. – Сегодня сделала. Хорошо, что в банк не пришлось ходить, описала всю ситуацию в чате поддержки, меня поняли и открыли дистанционно. Прислали дрона, который заснял меня, подтверждая личность. Через час счет был открыт…

– Реквизиты давай, – мило, в своей любимой манере, улыбнулась Ханако.

И Лита медленно кивнула. Минута, другая… и ее глаза вновь широко раскрылись, а голова целиком повернулась в сторону моей соседки. Во взгляде читалось, что Аэлита хотела ругаться, из-за чего я не сдержал улыбки. Просто чистый, даже чистейший шок.

– Тысяча? – чуть ли не по слогам проговорила она. – Хано… это…

– Мы с мамой решили так, – спокойно проговорила одноклассница. – Тебе надо, а мы всё, что нам требуется, закупили. Плюс у меня маму повысили до шестого уровня наконец, да и у меня свой модуль личный появился. Немного запасов решили сделать… ну вот из этих запасов сразу и достали. Ничего страшного. У тебя действительно проблемы, они тебе нужнее. Если думаешь, как отдать… то потом как-нибудь решим. Тут или в Реатуме – не так важно.

– Спасибо, – буквально прошептала она, и по ее щеке прокатилась одинокая слеза, которую Лита быстро вытерла.

Дальше мы просто болтали; с каждым мгновением хозяйка дома становилась все более смелой, более общительной. Проступали нотки той, которую я знал в Реатуме. И на самом деле на это было даже приятно смотреть. В книжках пишут, что девушки – цветы. И тут… ну можно провести сравнение, что цветок начал распускаться.

Мама задавала вопросы про косметику, Ханако честно звала прогуляться завтра после Реатума. Я тут же вспомнил, что нужно написать Катрин по поводу тренировки, которую нужно будет провести в городе. Тренер отреагировала скупо, поругала немного, что раньше не предупредил, но, в общем, ничего критического не было. Я ей полностью описал свою ситуацию, она ее приняла спокойно. Так что всё было более-менее нормально.

Лите по поводу тренировки сказал, она, как оказалось, тоже в Таурусе отправилась отдыхать перед выходом. Кстати, хоть ее капсулу уже возможности сдвинуть не было, мы ее смогли красиво оградить. С одной стороны закрыли шкафом, с двух других и так были стенки, а с последней – натянули кусок ткани. Да, так себе преграда, но лучше, чем ничего.

– А закрываешься ты…

– Закрываюсь на засов, – уже более спокойно и раскрепощенно начала общаться с нами Лита, в частности, сейчас она нормально ответила на мой не до конца заданный вопрос, в ее привычном духе. – На окнах решетки отец сделал еще лет пятнадцать назад, я даже этого не помню. В остальном… ну жизнь как жизнь.

– Всё равно тяжело, наверное, в удалении от остальных, – покачала головой мама.

– А мне нравится, – легкая, красивая такая улыбка появилась на лице Литы. – Меньше людей – больше целых нервов. Так моя мама говорила, по крайней мере так мне эта фраза запомнилась. И сейчас… после случая с отцом… мне понятно, про что она.

– Отгородиться от всего мира всё равно не получится, – вздохнула моя мама. – Тебя вообще куда распределили? Ну или ты куда распределилась, если выбор был.

– Выбор был, – кивнула Лита. – Рейнджеры, сельхознаправление, только старшая школа… ну или с возможностью попасть в Академию нашего города.

– Последнее выбрала? – уточнил уже я, помня, что она говорила.

– Угу, – кивнула Лита. – А что еще мне было делать? В рейнджеры идти, чтобы как те две роты сгинуть в Тумане? Я не хочу. И так Блуждающего нашли, который… ой.

И тут мама перевела медленный взгляд с нее на меня. С прищуром, недобрый такой. Пришлось выкладывать всё, что удалось узнать. Что мы сами поняли. И чем больше я рассказывал, тем ниже отвисала челюсть у мамы. Да и Ханако была в какой-то прострации. Но при этом по ее взгляду я понял одно: она что-то задумала и от этого «что-то» точно не отступит.

– Ханако, – оборвал мой рассказ строгий голос матери. – Даже не думай заниматься поисками! Во-первых, Реатум не игра, хотя для большинства людей ею и является. Во-вторых, твой отец, если в Реатуме и жив, то безумен, как и большинство Блуждающих! Это пока вообще неизученный феномен! Мы только знали, что они остаются в Реатуме, если тело в капсуле погибло. От старости, например. И так разум сохранялся. Но история Ника…

– Те, кто погиб в Тумане, становятся пешками Ужасов, – завершил я мысль.

– Именно, – кивнула мама. – Правда, это вилами по воде, нужно проводить полноценное исследование. Но своему сыну я верю. Поэтому не ищи его! Тебе нужно свои характеристики и снаряжение до третьего ранга поднять, чтобы была хотя бы возможность между крупными кластерами перемещаться. Дикие земли между городскими объединениями крайне опасны!

Про это я знал, читал. Чем дальше от стартовой локации, тем опаснее территории. Поэтому и за рекой Алата уже не так безопасно, как непосредственно вокруг Тауруса. Да чего говорить, на тех же полях, которые буквально рядом с городом, время от времени появляются вообще безобидные кабаны. Ну сейчас безобидные. А вот медведи ближе к Мрачнолесью… это было интересно, да.

– В общем, так, – строго посмотрела на меня мама. – Вы двое завтра встречаетесь после своей тренировки со мной в Реатуме. Рассказываете и показываете всё: что и как было. Там мы с вами пройдем в одно место, где кое-что проверим.

– Мне надо…

– Подождет, сын, – положила руку мне на предплечье мама. – Если надо, я воспользуюсь процентами своей синхронизации и сформирую для вас задание, в рамках которого по золотой монете выдам.

– А че, так можно? – удивился я.

– Когда больше восьмидесяти процентов синхронизации – да, – с легкой усмешкой проговорила мама.

– Тетя Лиз, – с надеждой в глазах посмотрела на нее Ханако, – а если синхронизации больше семидесяти процентов?

– Семидесяти? – удивилась мама. – Однако. У твоей мамы тридцать два, у папы вообще пятнадцать было. А у тебя семьдесят… такого быть не может.

– В каком смысле? – нахмурилась моя одноклассница, точнее, уже бывшая, но не суть.

– В прямом, наследственность. У тебя максимум могло быть процентов сорок. Сумма могла произойти синхронизаций. До пятидесяти процентов – нередкое явление. Но не более… а тут сразу семьдесят и более…

– Можно, я завтра тоже подойду? – склонила чуть голову набок Лита. – Мне… тоже хочется узнать кое-что.

– Конечно, подходи, – кивнула мама. – У тебя, Лит, сколько синхра?

– Семьдесят четыре, – прикусила она губу.

– Хорошо, что не семьдесят пять, – вздохнула мама. – А то бы принудили стать мясом для сёрферов, у кого побольше синхронизации.

И уже не первый раз это слышу. И причем так откровенно говорить… когда мы выбирали путь, по которому пойдем, нам всем рассказывали, как хорошо быть рейнджером или сёрфером, сколько возможностей! Что даже после старшей школы сразу пятый уровень гражданства получить можно. Даже уточнил у мамы… и она это подтвердила. Преференции для сёрферов, чтобы побыстрее из долгов вылезли и смогли копить себе на модули, чтобы и жизнь была лучше, да и в Реатуме развиваться получше можно было.

Ну и, откровенно говоря, было несколько случаев, когда в Академию поступали спустя несколько лет после окончания старшей школы, так что не всё потеряно даже для тех, у кого меньше восьмидесяти процентов, но больше семидесяти пяти. Но для таких чаще всего шестой уровень – предел. По статистике.

– На улице уже темно… – нахмурилась мама. – До дома до комендантского часа добраться успеем, но спешить придется.

– Могу показать короткую дорогу через лес, не придется петлять по той, по которой вы шли, – хитро улыбнулась дочь лесника.

Что-то песенка вспомнилась. Да и она про волков как-то рассказывала, что те из-за купола сюда приходят. Кстати! Всё время забывал спросить.

– Мам, а как так выходит, что за куполом животные нормально живут, а вот люди там погибают? – повернулся я к ней всем телом.

– Природа Тумана какая? – без иронии, без шуток, без подначивания в голосе уточнила у меня мама, явно хотела, чтобы ответ на свой вопрос я нашел сам.

– Техно-биологическая, – медленно проговорил я. – Так всё… технологии?

– Именно, – переключилась она на полунаучный тон, каким обычно болтает после того, как выходит из своей лаборатории дома. – Туман – в первую очередь искусственная, регулируемая среда. Откуда и пришло название – Регуляторы. Они действительно Туманом управляют, считывая данные с датчиков. И нет, звери тоже страдают, но куда как реже, чем люди. Даже мы за свой поход встретили несколько сов, которых съел Туман. В первую очередь это микроскопические частички, боты мелкие. С ними можно бороться с помощью ЭМ-технологий, к которым и относится купол над городом, не пропускающий Туман. И эти самые частички строго ориентированы на человека. Стоит ему оказаться в Тумане, как сначала его засекают датчики разной направленности, которых по всему миру сами люди до трагедии наставили столько, что страшно представить, а потом уже ими стал пользоваться Расщепленный, создавая всё больше новых при этом. Но техника – это техника. Порой дает сбой. Чтобы точно определить человека, критерии не такие жесткие. Человек по ним попадает на все сто. Но из-за этого и животные. Вымирания нет, плодятся быстрее, если вы переживаете. Даже, в какой-то степени, планете польза пришла от того, что человека за куполом не стало.

В книжках по истории было написано, что Расщепленный был сначала создан для того, чтобы защитить человечество, в него вложили три закона по Азимову, ну или схожие с ними. Вот только уже первый закон вызвал каскад ошибок по итогу. Как можно бездействовать, если человек сам себя уничтожает? Вот как? Вот ИИ и решил, что если человека нужно обезопасить, то в первую очередь от самого себя. И случилось то, что случилось.

А еще это говорит об ужасе того, к чему на самом деле люди готовились восемьдесят лет назад. Вот на кой Туман все эти маленькие роботы были созданы? Чтобы что? О планете лучше заботиться? Не верю. Вообще не верю.

– Ладно, полно, – вздохнула мама. – Пойдемте. Лит, проводишь? Или, может, в гости на выходные?

– Я… – растерялась она опять, хотя только-только взяла себя в руки. – Не могу. Завтра приедут от СГБ, будут опять проверять что-то там… с дроном каким-то.

– Хм-м-м… – нахмурился я. – Когда инцидент с дедом Гарри расследовали, тоже дрон в итоге восстанавливал картинку.

– И со школьным охранником, – кивнула Ханако.

– Словно это всё одна цепочка, – случайно вырвалось у меня, за что все три дамы посмотрели на меня как на врага народа. – Да случайно…

– Как бы это странно ни звучало, но так оно и есть, – вздохнула мама. – Они явно это всё пытаются связать. И им, думаю, будет плевать, что твой отец никак не причастен к тому, что в городе происходит.

– А много всего? – хмуро уточнила Хано.

– Достаточно, чтобы все в СГБ знакомые были на взводе, – кивнула мама. – Но по твоему отцу… как говорят: «Был бы человек, а статья всегда найдется».

– Идиотизм, – резко высказалась Аэлита. – Я понимаю, что отец виноват, но чтобы пытаться ему что-то другое пришить⁈ Они там с дуба рухнули⁈

– Осторожнее в высказываниях, – чуть тише проговорила мама.

На этом фоне мама демонстративно встала, тем самым показывая, что всё, времени больше нет – пора идти. Ну и она уже ясно давала понять, чтобы нам показывали дорогу. Ханако поднялась следом, а мы с Литой уже за ними. Пришлось немного, правда, подождать. Путь до дороги на окраине застройки проходил в полной тишине. Впереди шла уже в нормальной одежде, не в платье, наша проводница, а мы следом за ней. Я последний и тоже с фонариком, светил в разные стороны.

На дороге мы распрощались, после чего ускоренным шагом направились в сторону дома. По пути поболтали с Ханако на тему того, что завтра к ней можно в гости зайти. Я согласился, в принципе, раз она приглашает, то можно и зайти, посмотреть, как там дела обстоят. Всё же интересно, как у них расширение прошло, как планировка поменялась!

Домой поднимались все втроем. И было даже как-то непривычно, что Ханако вышла с нами на одном этаже, а потом еще и в ту же сторону пошла, что и мы. Даже мама неловко себя из-за этого почувствовала, когда встала у двери, пропуская бывшую одноклассницу к нам.

– Так я к себе же, – с иронией в голосе проговорила она.

– Ой, а я и забыла, – издала легкий смешок мама. – Доброй ночи, спасибо, что сегодня была с нами.

– Всегда пожалуйста, тетя Лиз. Мне тоже понравилась прогулка. Плюс хотелось же увидеть, как подруга по Реатуму выглядит в реальности. И в жизни она оказалась куда как милее, хех.

Подруга по Реатуму – звучало интересно. А вот кто она мне? Пока непонятно. В принципе, она была большую часть времени холодна ко мне, больше удивлялась и в шоке пребывала. Хотя у нее в принципе состояние такое. Да, я тоже отца потерял… но не потерял при этом всё. А она может реально всего лишиться. И если сейчас не получится ей перенаправить на себя выплаты по потере кормильца, то печально ее положение. Нужно что-то думать.

Дома же мама некоторое время просто сидела в прихожей и смотрела на ветровку отца. Смотрела, а слезы вновь потекли по ее щекам. Но она быстро взяла себя в руки, пробормотала что-то про уборку под нос, после чего начала носиться по всей квартире. Она не стала уж сильно лютовать, но, чтобы не отвлекаться, стала складывать все отцовские вещи в коробки, ящики, убирать на полки в шкафы. Просто чтобы пока не думать о нем. Тете Юкио она то же самое помогала делать, что-то вспомнилось, когда умер дядя Олег.

– Хорошая девочка, – с легкой улыбкой проговорила мама. – Добрая на самом деле. И ответственная. С самоорганизацией у нее всё хорошо. И о тебе хорошо отзывалась.

– Звучит так, словно ты меня на ней женить хочешь, – прищурился я, а потом хохотнул.

– Я просто переживаю за будущее своего сына, – с такой нежностью посмотрела на меня мама, что даже как-то приятно стало, тепло в душе. – Хоть по себе знаю, насколько сильно бесит, когда родители пытаются лезть хоть как-то в то, как ты планируешь свою жизнь, хи-хи.

– Тоже с родителями воевала из-за этого? – сел я за кухонный стол, а она села напротив меня. Мы таким образом в уборке ночной решили взять перерыв, всё равно соседи ничего не слышат, изоляция шикарная.

– Почему тоже? – с какой-то обидой проговорила она. – Мы с папой в твою личную жизнь не лезли, если ты не заметил. Да, пытались как-то незаметно помогать в этом… ну там уходили гулять, когда Ханако к нам приходила, или еще что. Но нет, мы старались не вмешиваться. А вот у меня мама… у-у-у-у… она прям приседала на мозги. Она старой закалки была, родилась еще в старом мире, не помнила его, но сам факт. Из-за этого, когда наш город пал, родная моя сестра уехала как можно дальше, кстати.

– Сестра? – вот сейчас у меня буквально отвисла челюсть, ибо за все свои шестнадцать лет я ни разу о ней не слышал.

– Мы с ней не общаемся, – покачала головой мама. – Что с ней – даже не знаю. Сигналов никаких нет, словно на другом краю планеты. Но да, у тебя есть тетя, старше меня она на шесть лет. Когда расходились, она уже с молодым человеком была, он ее и уволок.

Вот так и узнаешь секреты своей семьи. Нет, понятное дело, что от этого знания ничего критично не изменилось. Но, Мгла! У меня, оказывается, есть тетя! И если вдруг окажусь на другом конце планеты, то смогу с ней связаться, и, может быть, даже увидеться! Вероятность этого мала, конечно. Ну а вдруг?

Дальше пошли истории из детства: как они росли, играли, ругались. Как моя бабушка устраивала им тотальный контроль порой. У нее, кстати, нейроинтерфейса не было, из-за чего и в Реатуме она никогда не бывала. По состоянию здоровья не поставили в свое время, а когда все нормализовалось, то было уже в принципе по возрасту опасно ставить. Но и гражданством, как сказала мама, бабушка не вышла. Пятый уровень получила уже в старости, практически за месяц до кончины.

– Давай не будем в эту тему скатываться, – с легкой улыбкой проговорил я. – Кстати! Я недавно проверял проводку дома. У нас тут есть несколько точек проблемных. И у меня вопрос… а почему ты не смотрела?

– Потому что некогда? – с улыбкой задала она этот вопрос.

– Отмазка! – указал я на нее пальцем, широко улыбаясь. – У тебя ПМР уже сколько находится?

– Мне действительно было некогда, поверь. И сейчас будет куда меньше времени. По основной работе у меня пока ничего нет, но вот два парадокса, которые сегодня узнала… их надо изучить. Особенно – почему у вас такая высокая синхронизация, но это долгоиграющий вопрос, не на один год. А второй… я завтра поймаю Блуждающего и хочу проверить кое-что.

– Поэтому после тренировки? – уточнил я на всякий случай, мало ли.

– Да, – кивнула мама. – Приготовлю завтрак, перекусим с тобой и начнем исследовать. Кстати, что там тебе генерал говорил? – на ее лице появилась хитрая улыбка, а я улыбнулся весело в ответ. – Поняла, вижу. Вот и начинай проявлять активность быстрее, чем за тебя возьмется та же Даниэлла. Если что, я ей дам знать, что ты пока у меня на подряде и мне помогаешь, заодно мы с тобой вместе твои силы исследуем.

– Хорошо, – посмотрел я в сторону окна. – Но проблему с проводкой надо решить. Как понимаю, папа сидел на зарплате и систематически выводил чуть больше трех тысяч Хейзов, чтобы долги и расходы покрывать…

– Смотрю, кто-то решил о будущем подумать, – одна бровь у мамы поднялась вверх. – Молодец. Да, мы перекрывали покупку научного модуля. Дорогой оказался. Но выплаты должны помочь, которые сейчас придут. Там уже смогу на что-то другое копить.

– Тебе полезно будет, – кивнул я. – В Реатуме его база тоже твоей стала?

– Она была общей нашей, – спокойно проговорила мама. – Кстати, пора тебя с ней познакомить. Теперь Город к ней дал доступ. Не в качестве администратора, как у меня или у папы было, но пользователя.

И это звучало интересно, мне на самом деле хотелось взглянуть с тех пор, как я узнал от папы, что модули квартиры переносятся как блоки базы в Реатуме. Да, кто-то скажет – глупость, но, учитывая, что Реатум не наша цифровая среда, а для всего, что там создается, нужны свои вычислительные мощности… то в какой-то степени, наверное, оправдано. Не мне судить, может, просто не придумали, как решить иначе.

Значит, завтра будет знакомство с возможностями нашей базы после тренировки!

– Но пойдем быстро посмотрим, хоть что сделать надо, а? – посмотрел я немного искоса на маму, уже повернувшись на стуле, чтобы встать с него.

А то складывается впечатление, что опять скатимся в общение по поводу папы. А там и до слез недалеко. Не хочу сейчас, чтобы мама плакала.

– Пойдем-пойдем, – вздохнула она. – И да… хоть я эту девочку мало знаю, но, если что, можешь приглашать ее пожить сюда, если вдруг у нее очень большие проблемы начнутся. Дом могут тоже отнять, так как он не на ней, а на ее отце. А отнимут или нет – зависит от тяжести вины.

Переключение на эту тему было внезапным… но понятным в какой-то степени. Помню, папа говорил, что он маму домой привел вообще на третий день знакомства, а с Литой мы две недели знакомы. Хоть реально встретились только сейчас, но ведь Реатум тоже в какой-то степени реальность, только виртуальная. И сегодня я ту Литу, из виртуала, в реальности смог разглядеть.

Маму в «помещение отца» – мастерскую – пускать не стал, чтобы ее снова не накрыло. Где там лежали инструменты – я знал. Поэтому спокойно достал и вместе с ними пошел к первому поврежденному подмодулю. Правда, на всякий случай еще раз прогнал сканирование, чтобы актуализировать карту повреждений.

Оставалось дело за малым: снять панель, снять защиту проводов, ибо они шли в противопожарном кармане, не знаю, как правильно его обозначить, ну а там… мама выругалась хорошо. Провод действительно был поврежден, причины никто не скажет. Но, видимо, это изначальный брак. Тут хватило только перемотать изолентой сам провод. Да, надо вызывать мастера, чтобы чинил, менял всю линию, но явно не сейчас это делать. Плюс там обнажена была только одна жила, так что не страшно.

Установил всё на место, прикрутил панель, после чего проверил вновь проводку. Вот теперь тут проблем не было, даже улыбнулся, ибо это гарантированно снизит расход электроэнергии. Но оставалось еще три места.

Прошлись по каждому, проверили. Где могли сделать – сделали. В одном, увы, надо было паять. Но ни я, ни мама этого делать не умели. Зато я смог в запасах найти перемычки, которыми временно проблему и решили. Хоть они считались ненадежными, по современным меркам, но лучше так, чем утечка электричества. И вот тут уже была ошибка рабочих, которые этот кабель закладывали. Он повредился при установке тактического модуля папы.

– Кстати, а отцовский модуль не заберут? Ему вроде как по работе его выдали, – я всё копался в памяти, пытаясь вспомнить, так ли это или нет, но не смог, из-за чего голос был полон сомнений.

– Нет, – с огромной уверенностью сказала мама. – Во-первых, он не уволился, а это была единственная причина в договоре, по какой его могли забрать. Во-вторых, так как он умер действительно при выполнении должностных обязанностей, как там у них… во внеслужебное время, то еще и не повесят на нас его стоимость.

– А зачем он нам сейчас? – хмуро я посмотрел примерно туда, где он находился.

– Ну, через него, например, можно управлять базой, даже дистанционно, через нейроинтерфейс, – задумчиво проговорила мама. – Я пока не изучила, не до этого было. Но как минимум это – ценно. Если монстры пробрались через прореху на базу, а ты не можешь прыгнуть в Реатум, чтобы изнутри организовать оборону, то такой модуль полезен. На интеллект защитников можно не полагаться.

– Как сложно… – нахмурился я. – Словно это такая же прореха, как и у Ужасов.

– С них и скопировали на самом деле, – растрепала мне тут же волосы мама. – Всё! Хватит вопросов. Время позднее, завтра вставать как обычно – из-за твоей тренировки. Так что я пошла спать. А ты… как хочешь, – явно она сдерживала смех. – Как гласит закон, тут сейчас я тебе не указ.

– Да я тоже спать пойду, – устало улыбнулся я. – Пляска с проводами вымотала…

– Зато полезное для дома сделал, – поцеловала тут же в щеку меня мама. – Как настоящий мужчина.

От этих слов стало приятно даже. Но хотелось бы мне, чтобы это делал я, а не папа, если бы он был тут? Вряд ли. По обществу мы проходили такой термин, как вынужденное взросление – особенность, Мгла, нашего взросления, ибо родителей можем потерять в любой момент. Поэтому то, что со мной произошло, наверное, можно так и обозначить. А ведь я тогда задавался вопросом: на кой Туман это всё нам?

Чтобы вот сейчас это понимать. Чтобы более спокойно попытаться пережить всё, что уже пережито и что еще буду переживать. Легче? Да вот Морок с ними! Не легче от этого ни на каплю! Но хоть понимание есть… у мамы теперь остался только я.

– Лаки, – улыбнулся я, когда зашел в свою комнату. – Подушку мне греешь?

– Мр-р-р-р, – потянулся он тут же, после чего встал на лапы и спрыгнул с кровати.

Тут же пушистый подошел ко мне, обошел вокруг, зацепив обязательно хвостом, а после уткнулся мордашкой в голень. Поднял голову, посмотрел на меня каким-то понимающим взглядом. Интересно, а понимает ли он действительно, что произошло? Сегодня ходил и кричал возле капсулы отца. Потерял его…

– Я тоже скучаю по папе, малыш, – погладил я кота, присев на корточки. – Но…

И тут же кот снова боднул меня, после чего развернулся и снова улегся на кровати моей. И если до этого лежал возле подушки, то сейчас просто лег в ноги. Намекал на то, чтобы я шел спать?

Нет, действительно умный котяра. А еще наглый.