Текст книги "Ноты соблазна (СИ)"

Автор книги: Аделина Жемчужева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 30 страниц)

Он сверлил меня взглядом, и я видела в его глазах настоящую ярость. Его голос, холодный и резкий, звучал, как раскаты грома.

– Ты думаешь, что имеешь право вмешиваться в мою личную жизнь только потому, что тебе это не нравится? – он наклонился ближе, а его лицо стало напряжённым и серьёзным. – Или ты злишься на меня за то, что я целую её, а не тебя?

Его прямое обвинение ударило, как пощёчина. Я отвела взгляд, не в силах выдержать его пристального взгляда. Слёзы предательски наполнили глаза, но я изо всех сил старалась их сдержать.

– Никогда, – произнёс он твёрдо, не дождавшись ответа. Его слова прозвучали, как приговор. – Этого не случится. И не надейся, Селин. Ты должна держаться от меня подальше. Раз и навсегда. Ты замужем. Не изменяй мужу. Я презираю таких, понимаешь?

Его слова словно ножом пронзили моё сердце. Я почувствовала, как слёзы начали течь по щекам. Моя грудь сдавило болью, и я не смогла больше сдерживаться.

Я закрыла лицо руками, чувствуя, как горькие слёзы текут по щекам. Его слова били больно, словно нож в самое сердце. Я не могла остановить рыдания, а внутри всё переворачивалось от унижения и стыда.

Арман, казалось, немного остыл, но его взгляд оставался холодным. Он откинулся на спинку кресла, сложив руки на груди, и смотрел на меня так, словно ждал объяснений.

Я попыталась заговорить, но вместо слов снова вырвался всхлип. Наконец, я собрала силы и шепотом произнесла:

– Я… я не хотела, чтобы это зашло так далеко.

Он нахмурился, ожидая продолжения.

– Я просто… я не могла больше видеть, как она… как она так близка с вами, – голос дрожал, но я не могла остановиться. – Я… я не знаю, что со мной. Простите меня.

Арман нахмурился ещё сильнее, его глаза на мгновение вспыхнули гневом.

– Не знаешь? – его голос стал ледяным. – Ты разрушила рабочую обстановку, поставила под удар меня, Эмму и, возможно, саму компанию. Всё из-за своих… личных чувств?

– Я не хотела… – снова начала я, но он перебил меня:

– Ты не думала! – отрезал он. – А сейчас ты сидишь здесь, плачешь и ждёшь, что я тебя пожалею?

Я молча опустила голову, чувствуя, как слова словно прожигают меня насквозь.

– Селин, я скажу тебе так, чтобы ты больше не питала никаких иллюзий, – продолжил он, каждый его слог звучал словно приговор. – У нас с тобой никогда ничего не будет. Ты для меня просто сотрудница, больше никто. И если ты не можешь с этим смириться, я буду вынужден…

Он сделал паузу, как будто обдумывая свои следующие слова.

– … уволить тебя.

Мир рухнул под ногами. Я почувствовала, как меня обдала волна отчаяния.

Я кивнула, не в силах выдавить из себя ни слова.

– Уходи, – коротко бросил он, отводя взгляд.

Я поднялась, дрожащими ногами направляясь к двери. В последний момент я остановилась и, не поворачиваясь к нему, сказала:

– Простите меня.

Ответа не было. Я вышла из кабинета, закрыв за собой дверь, и облокотилась о стену, пытаясь успокоиться. Но вместо этого я лишь осознала, насколько глубоко загнала себя в этот тупик.

Глава 12. Ужин

Арман

Чертова Селин!

Что у неё в голове?

Что мать твою она творит!

Я поцеловал Эмму, чтобы показать ей – между нами ничего быть не может. Это был жест, игра, глупая попытка доказать что-то больше себе, чем ей. И теперь это обернулось против меня.

Конечно, Селин сразу побежала всё рассказать Брижит. Как? Почему? Как они вообще успели сдружиться? И почему меня это вообще волнует?

Этот поцелуй был пустым. Просто способом закрыть одну дверь, чтобы не думать о другой. Но вместо этого я распахнул целую чертову лавину проблем. Теперь, наверное, весь офис обсуждает, какой я бабник, и выдумывает истории, будто я переспал с половиной женщин, которых знаю.

Дьявол.

Я раскачивался на офисном стуле, глядя в потолок, пытаясь собраться с мыслями. Но ничего не получалось. Образ Селин захватил мою голову, и я никак не мог его вытеснить. Она засела там, как заноза. Каждое движение этой мысли причиняло боль, а вместе с тем вызывало пульсирующее желание.

Я рывком встал, накинул пальто и направился к двери. Оставаться здесь больше не было сил. Одна мысль о том, что мы всё ещё под одной крышей, делала это место невыносимым.

Она сводит меня с ума.

Иногда я ловлю себя на мысли, что хочу схватить её. Раздеть. Провести пальцами по её коже, заставить её дрожать. Сделать с ней всё что я захочу!

Потому что мой член не выдерживает!

Черт бы ее побрал.

Свалилась мне на голову.

Я вышел из кабинета, и тут же мой взгляд пересёкся с Эммой. Она сидела за своим столом, сосредоточенная на работе, но, заметив меня, мгновенно поднялась и улыбнулась. Эта улыбка выбила меня из равновесия.

Я подошёл к ней с ледяным выражением лица.

– Не смей так улыбаться, – прошипел я, с трудом сдерживая раздражение. – Я твой босс, и только. Этот поцелуй был игрой, ничего больше. Ты меня поняла?

Эмма побледнела, её улыбка мгновенно исчезла. Она испуганно кивнула, не смея сказать ни слова.

Не дожидаясь ответа, я отвернулся и направился к лестнице. Но проходя мимо кабинета Селин, невольно замедлил шаг. Что-то внутри поднимало голову, требовало хотя бы мельком взглянуть на неё. Но я стиснул зубы.

Нет. Она запретна для меня.

Я глубоко вздохнул, пытаясь справиться с нарастающим напряжением, и решительно спустился по лестнице, оставляя всё это позади. Или, по крайней мере, пытаясь оставить.

Я сел в машину, вцепившись в руль. Сердце колотилось от ярости, а в голове всё бурлило. Я вообще не понимал, что творится со мной. Почему она не выходит из моей головы? Селин. Это раздражало меня до предела. Взгляд её глаз, тот поцелуй с Эммой – всё это возвращалось, как какая-то гребаная застрявшая песня, которая не может вылететь из головы. Я резко завел двигатель, и машина сразу же рванула вперед. У меня не было ни желания, ни настроения разбираться с этими чувствами.

Нужно было вырваться. Нужно было что-то сделать, чтобы освободиться от этой напряженности.

Спортзал.

Да, там я могу оставить всё это гневное дерьмо за дверями. Хотя бы на пару часов.

Машина проехала через весь город, и я мрачно смотрел в окно, сжимая руль до боли в руках. Я не хотел думать. Просто хотел забыть хотя бы на время. Спортзал был идеальным местом для этого. Там я мог выплеснуть свою злость, выжать её до последней капли. Вдруг я почувствовал, как напряжение начало немного отпускать, но тут же его сменил новый порыв ярости. Что за хрень происходит? Я все ещё не могу успокоиться.

Я затормозил у спортзала, резко открыл дверь и вышел, чувствуя, как мой мозг продолжает кипеть от ненависти к себе и всему вокруг. Сейчас я буду работать, пока не почувствую, как эта чертова злость отступит.

Я вошел в спортзал, стараясь не думать о том, что творится в моей голове. Мои шаги были быстрыми и уверенными, как будто я хотел выкинуть всё из головы и направить свою агрессию в физическое напряжение. Я разделся оставаясь полуголым. Сначала начал делать разминку, затем встал у скамьи и сразу же начал поднимать тяжести, чувствуя, как напряжение в мышцах переходит в более осязаемую боль. Каждый рывок, каждое усилие, каждый вдох – всё, что я мог контролировать. Мышцы горели, но мозг продолжал работать против меня, цепляясь за Селин, за то, что произошло.

Я сбросил гантели и направился к тренажёру.

Чёрт, мне нужно больше.

Больше боли.

Больше работы.

Я нажал на рычаг, и тренажёр загудел, готовый к очередному усилию. Мое тело двигалось на автомате, каждый повтор всё интенсивнее, каждый вдох всё глубже, а голова становилась всё темнее. Я старался заблокировать все мысли, но Селин снова и снова возвращалась ко мне, как назойливая муха.

По ходу тренировки я перестал чувствовать остатки физической боли, но раздражение только нарастало. Я так и не смог избавиться от неё, от того, что она заставила меня чувствовать. Почему она всё время в моей голове? Я изо всех сил сосредоточился на железе, но не мог выбросить её облик, её взгляд, этот проклятый поцелуй с Эммой. Я злился на неё. Злился на себя.

Наконец, когда я почувствовал, что уже не могу больше, я сбросил тренажёр и пошёл к скамье. Молча сидел, тяжело дыша, пот со лба струился по шее. Я пытался угомонить себя, но раздражение не покидало. Я был в тупике – между тем, что хотел сделать, и тем, что реально мог.

На время я решил остановиться, но понимал, что эта злость, этот внутренний конфликт всё равно останется со мной.

Мой телефон завибрировал, лежа на скамье. На экране высветилось имя Сэма, моего друга. Я поднёс трубку к уху, всё ещё тяжело дыша после подхода.

– Что тебе? – спросил я, пытаясь перевести дыхание.

– Ого, неужели я застал тебя во время секса?

– Нет, идиот, я в спортзале, – фыркнул я.

– Почему ты не сказал, что пошёл в спортзал?

– А я, по-твоему, должен тебе отчитываться?

– Ну, я бы хотя бы хотел знать, где ты, – послышался его насмешливый голос. – Ты всегда такой замкнутый, что уж там. Ну ладно, что там у тебя случилось? Ты что-то совсем не в себе.

Я вздохнул, вытирая пот со лба, глядя на свои мокрые руки. Сэму не понравится, если я расскажу ему всю эту историю, но… возможно, хотя бы немного мне станет легче.

– Проблемы, – сказал я коротко. – Селин. Всё это с ней, с этим поцелуем… Чёрт, я сам не знаю, что творится со мной.

Я вчера поделился с другом о случившемся и рассказал всё о Селин. Он конечно меня понял, но советовал избегать ее как может.

– Селин? – Сэм на другой стороне явно заинтересовался. – Так ты её всё ещё не выкинул из головы?

Я поджал губы, пытаясь разобраться в себе. Не знал, что ответить. Я не хотел ему рассказывать всё. Я не хотел, чтобы кто-то знал, как она на меня влияет. Это была моя слабость, и я не собирался показывать её.

– Слушай, это не важно, – сказал я, пытаясь скрыть раздражение. – Просто не думай об этом.

– Ты что, с ума сошел? Я как раз и хотел, чтобы ты рассказал, а ты мне тут опять о каком-то «не важно». Ну, хорошо, ладно. Я не буду лезть. Но если хочешь, поговорим позже, когда успокоишься. Помни, ты не один, брат.

Я резко прервал разговор, не дав ему продолжить. Сэм был хорошим другом, но сейчас его слова раздражали меня ещё больше. Я снова уставился в стену спортзала. Мозг продолжал кипеть, мысли скакали от Селин к работе, и снова к Селин.

Гнев, боль, раздражение – все переплеталось, как клубок, который невозможно развязать. Я чувствовал, как бешено бьется сердце, и мне хотелось просто вырваться, что-то разрушить, закричать, но вместо этого я снова взял гантели и продолжил тренироваться, пока не потерял сознание от усталости.

Я едва успел накинуть на себя пальто, чтобы не выйти отсюда полураздетым. Схватив рубашку, поспешил к выходу. Ноги едва не подкашивались, когда я добрался до машины.

Усевшись за руль, я глубоко вздохнул, пытаясь взять себя в руки.

– Ну и влип, – пробормотал я себе под нос, стуча пальцами по рулю.

Мысли разорвал резкий гудок телефона. На экране высветилось имя Гюстава. В тот момент всё внутри будто перекрутилось.

Гюстав.

Последний человек, разговор с которым я хотел бы сейчас вести. Но Селин, какой бы сложной ни была ситуация с ней, не должна разрушить нашу дружбу. Взяв трубку, я постарался выровнять голос.

– Да.

– Арман, как ты?

Хреново.

– Нормально. Только что из спортзала вышел, – ответил я ровно, стирая со лба пот.

– Спортзал? Совсем забыл, что ты у нас профессионал, – рассмеялся он своим привычным, тёплым смехом.

– Ну, когда есть время, стараюсь держать форму.

– Вот это правильно. Слушай, Арман, у меня к тебе предложение, – начал он, и я уже почувствовал подвох. – Мы тут с Селин решили устроить ужин. Ей, знаешь ли, очень стыдно за тот случай. Хочет извиниться. Ты придёшь?

Я откинулся на спинку сиденья, закрыв глаза. Селин. Её извинения. Да она специально заводит этот круг, чтобы окончательно свести меня с ума. Или это какой-то новый способ издеваются надо мной?

– Гюстав, да брось. Я давно об этом забыл. Не стоит.

– Нет, нет, – перебил он с энтузиазмом. – Я настаиваю. Ты же знаешь, Селин готовит великолепно.

«Да уж, я это выяснил… вкус её губ говорит сам за себя,» – подумал я, но вслух произнёс другое:

Я стиснул зубы, крепче обхватывая руль, пытаясь не выдать раздражение в голосе. Конечно, это все инициатива Селин. Она что, хочет снова меня вывести из себя? Или это её способ держать меня в напряжении?

– Хорошо, Гюстав, – выдохнул я, как будто этот ответ дался мне с огромным трудом. – Во сколько?

– Восемь, – радостно ответил он. – Мы будем ждать. И не вздумай опаздывать.

Я сбросил звонок, и на мгновение в салоне машины повисла тишина. Но внутри у меня всё кипело. Эта девушка снова берёт верх. Зачем она это делает? Извинения? Ерунда. Селин не из тех, кто извиняется, она из тех, кто вносит хаос.

Я запустил двигатель и рванул с парковки, с силой надавив на педаль газа. Всё внутри меня бурлило. Гюстав ничего не понимал. Он не видел, что происходит между мной и Селин, не чувствовал этого напряжения, которое буквально рвало меня на части каждый раз, когда она оказывалась рядом.

Пока я ехал домой, в голове крутились мысли о том, что делать на ужине. Как вести себя? Играть безразличного? Открыто показать, что я злюсь? Или попытаться разрядить обстановку, словно ничего не случилось?

Но одно я знал точно: я не позволю ей снова меня запутать. Она хочет играть? Хорошо, я сыграю. Но на этот раз по своим правилам.

Припарковав машину у дома, я вышел и зашел в свой особняк. Душ, смена одежды – всё это было на автомате. Я оделся просто, но опрятно: тёмные джинсы, темная рубашка. В голове звучал стук – то ли от остаточного гнева, то ли от предстоящего разговора.

Когда часы показали 19:45, я вздохнул, накинул пальто и вышел к машине. В пути я смотрел на дорогу, стараясь не думать о том, что ждет меня за столом. Но это было невозможно.

Я был жутко голоден. Надеюсь, Селин хотя бы знает, что приготовить.

И всё же… ноги сами вели меня к их дому, словно я не мог противиться. Какой бы ни была причина, я не отказал.

Чёрт!

Только бы никто не догадался. Никто не должен знать, что происходит в моей голове.

Она завораживает меня. Приворожила с самого первого дня, когда появилась в моём офисе. Тогда её аромат заполнил всё пространство, и с тех пор я никак не могу его забыть. Её зелёные глаза, улыбка, лёгкость движений… а её тело? Оно могло свести с ума любого мужчину, и я не стал исключением.

С тех пор другие женщины перестали для меня существовать.

Дьявол.

Дьявол.

Дьявол!

Мне не нужна замужняя женщина. Я не должен смотреть на неё, но каждый раз ловлю себя на том, что она занимает мои мысли. Я смотрю на неё так, как подросток смотрит свой первый порнофильм, и от этого у него мгновенно встаёт.

Да, у меня было точно такое же состояние.

Селин была воплощением запрета, но именно запрет делает всё ещё более желанным.

Мой член уже не выдерживает её.

Будь она проклята!

Я припарковал машину у дома Гюстава, вглядываясь в освещенные окна его квартиры. Даже с улицы чувствовалось какое-то непривычное напряжение. Обычно я легко соглашался на его приглашения, но сегодня всё внутри меня протестовало.

Мое сердце сжалось, как только её образ всплыл в мыслях. Всё, что я так старался вытеснить – её голос, её взгляд, её проклятая манера заставлять меня чувствовать себя идиотом – вернулось.

Я вздохнул, открыл дверь машины и вышел. Морозный вечерний воздух коснулся лица, пробирая до костей, но я решил не обращать внимания. Чем дольше я стоял на улице, тем больше соблазн развернуться и уехать.

Шаги гулко раздавались по лестничной клетке, лифт не работал, и каждый пройденный пролет казался вечностью.

Наконец я остановился у двери, и с другой стороны послышались голоса. Тихий смех, шаги, звон посуды. Всё казалось таким обычным, если бы не эта грёбаная ситуация. Я поднял руку, чтобы постучать, но замер на секунду. Глубокий вдох. Спокойно, Арман. Это всего лишь ужин.

Постучал.

Дверь открыл Гюстав, и его радостное лицо встретило меня тёплой улыбкой.

– Арман! Проходи, ну наконец-то. Мы уже думали, ты сбежал.

– Не дождётесь, – пробормотал я с натянутой улыбкой и шагнул внутрь.

Едва я переступил порог, я тут же её заметил. Селин стояла чуть позади Гюстава, с натянутой улыбкой, будто бы она была рада меня видеть. Но её взгляд выдавал раздражение, словно весь этот ужин был ей навязан.

Мой взгляд невольно скользнул вниз – ниже её глаз, туда, где красное короткое платье на тонких бретельках подчёркивало её стройную фигуру. Её грудь второго размера аккуратно выделялась на фоне мягкой ткани.

Да, я мог с лёгкостью определить размер груди. Что поделать – профессиональная деформация, учитывая, в какой сфере я работаю.

Эти мысли заставляли меня отвлечься от всего остального, погружая в ненужные фантазии.

Дьявол. Это будет очень долгий вечер.

– Добро пожаловать, сэр, – произнесла она своим мягким голосом, в котором звучала скрытая нотка вызова.

Её обращение лишь усилило мою внутреннюю борьбу.

Её манера говорить, это платье – всё было словно рассчитано, чтобы довести меня до грани.

– Добрый вечер, – произнес я спокойно, почти холодно, и отвёл взгляд, стараясь не задерживаться на её фигуре дольше положенного.

Гюстав хлопнул меня по плечу, прерывая неловкость:

– Ну, давай, раздевайся, чувствуй себя как дома.

Я снял пальто, и Селин тут же подошла, чтобы взять его и аккуратно повесить. Её жест был быстрым, почти автоматическим, но я почувствовал напряжение в её движениях.

Квартира была уютной, с тёплой атмосферой, но я не мог избавиться от ощущения, что сюда я совершенно не вписываюсь. Может быть, дело в том, что здесь была она.

Гюстав провёл меня в гостиную и жестом указал на диван. Я присел, осматривая знакомую обстановку. Я бывал здесь и раньше, но одно воспоминание преследовало меня особенно чётко – та ночь, когда я привёл домой пьяного Гюстава. Селин тогда встретила нас у двери в своих коротких шортах, и её фигура, впечатался в мою память.

– Посидим здесь, пока Селин не разрешит нам садиться за стол, – усмехнулся Гюстав, опускаясь в кресло. – Она едва успела с ужином.

– Не стоило так напрягать жену из-за меня, – сказал я, стараясь говорить нейтрально.

Гюстав махнул рукой, будто мои слова были смешной глупостью.

– Да брось, ты же знаешь её. Если она что-то решила, значит, так и будет.

Я её не знаю. И знать не хочу.

– Ну что, потренировался? – он хлопнул меня по плечу, с усмешкой глядя на мои руки. – Подкачался.

Я бы с удовольствием подкачал твою жену.

– Да, – коротко ответил я, пытаясь расслабиться на диване.

– А я вот уже месяц как не был в зале, – продолжил он. – Устаю на работе, прихожу домой и сразу вырубаюсь.

– Ну, поэтому ты так исхудал, – усмехнулся я, оглядывая его. – Скоро ещё и живот появится.

Гюстав громко рассмеялся, откинувшись на спинку дивана.

– Живот? Да ты что, Селин меня с этим животом из дома выгонит. Она-то постоянно намекает, что я должен следить за собой.

– Правильно делает, – кивнул я, поднимая бровь. – С такой женой нужно держать марку.

Он ухмыльнулся, явно довольный этим комментарием, а я поймал себя на том, что снова вспомнил о её платье и о том, как оно подчёркивало её фигуру.

– Арман, знаешь, я хотел спросить тебя, – начал Гюстав, уперевшись локтями в колено.

– Что ты хотел спросить?

– Ты так часто тренируешься… У тебя есть кто-то, кто мотивирует? Ну, ты понимаешь, о чём я. Девушка, может быть?

– Нет, – ответил я резко, почти отрывисто. – Никого.

– Правда? – он посмотрел на меня с недоумением. – Ты же вроде всегда пользовался успехом.

– Это не значит, что я обязан заводить отношения, – бросил я, стараясь не звучать слишком резко. – К тому же я уже взрослый чтобы играть в эти детские игры.

Гюстав поднял руки в жесте капитуляции.

– Ладно, ладно, не кипятись. Просто хотел поддержать разговор.

– Разговор поддерживай о другом, – усмехнулся я, чтобы разрядить обстановку. – Например, о том, как ты держишься с такой женой, которая явно командует парадом.

Он снова рассмеялся, качая головой.

– Да ты не представляешь. Селин – настоящая хозяйка. Она всё держит под контролем, даже меня. Но, знаешь, это хорошо. Без неё я бы, наверное, развалился.

Я лишь хмыкнул, проведя рукой по волосам. Слова Гюстава резали по нервам. Мне не нужно было это слушать. Особенно о том, как она всё контролирует.

И тут голос Селин раздался из кухни:

– Ребята, всё готово! Прошу за стол.

Я поднял взгляд на Гюстава, который улыбнулся и махнул мне рукой, приглашая следовать за ним.

– Ну что, приятного аппетита, Арман, – сказал он, вставая.

А я чувствовал, что этот ужин будет чем угодно, но только не приятным.

Мы вошли в столовую, и запах свежеприготовленного блюда тут же ударил в нос. Селин стояла у стола, раскладывая бокалы, и на мгновение её взгляд скользнул ко мне. Она словно читала мои мысли – в её глазах мелькнуло что-то вроде вызова или насмешки.

– Проходите, господа, садитесь, – сказала она, жестом приглашая нас занять места.

Я сел напротив неё, и это было стратегической ошибкой. Теперь мне придётся видеть её лицо весь вечер, а возможно, и больше.

Гюстав, не замечая напряжения, сел рядом со мной и тут же взялся за бутылку вина.

– Давно я не приглашал друга, нужно это отпраздновать, – Гюстав поднял бокал, улыбнулся и сделал первый глоток.

Я схватил нож и вилку, сосредоточив всё внимание на тарелке передо мной, лишь бы не смотреть на самое притягательное «блюдо», что сидело напротив. Она приготовила рыбу с гарниром из свежего салата, именно то, что я люблю. Вкусное, сытное и… чертовски неуместное, учитывая ситуацию.

Я тут же принялся есть, стараясь заглушить голод, который вдруг казался не только физическим.

Не смотри на неё. Не смотри.

Но я поймал себя на том, что всё равно краем глаза слежу за Селин. Она казалась такой же напряжённой, как и я. Её движения за столом были спокойными, но в каждом из них ощущалась натянутость, будто она старалась не выдать эмоций.

– Арман, ты спортпит используешь? – неожиданно спросил Гюстав, вырывая меня из моих мыслей.

– Конечно. Протеины, коктейли – стандартный набор, – ответил я, не отрывая взгляда от своей тарелки.

Но я почувствовал её взгляд. Острый, пронизывающий. Селин смотрела на меня, и, когда я рискнул мельком поднять глаза, её внимание оказалось сосредоточено на моих напряжённых руках.

Её взгляд скользнул по бицепсу, чуть задержался, и это вызвало в моём теле странное, горячее напряжение.

Дьявол. Этот ужин станет пыткой.

– Ты что, на диете ещё сидишь? – засмеялся Гюстав, явно не замечая этой скрытой игры.

– Не то чтобы на диете, – ответил я, стараясь сосредоточиться на разговоре. – Просто слежу за рационом.

Я поднял глаза, и наши взгляды снова встретились. В этот раз я не отвёлся. Мы смотрели друг на друга дольше, чем было прилично. Её взгляд скользнул вниз, словно ненароком, задерживаясь на моей руке, сжимающей вилку. Мои пальцы непроизвольно напряглись, когда я понял, что она это заметила.

– Ну конечно, – фыркнула она тихо, так что только я мог услышать, – слежу за рационом. Как типично.

– Что ты хочешь этим сказать? – спросил я низким голосом, уже забыв о присутствии Гюстава.

Её губы тронула лёгкая улыбка.

– Ничего, – ответила она, пригубив бокал вина. – Просто это звучит… ожидаемо.

– Ожидаемо? – Я чуть наклонился вперёд, не замечая, как напрягается моя челюсть. – Селин, ты, кажется, слишком увлеклась.

Она подняла бровь, делая вид, что её это развеселило.

– Я увлеклась? Сэр, да вы что. Я просто восхищаюсь вашей… дисциплиной.

Её слова прозвучали с ноткой сарказма, и я почувствовал, как внутри поднимается раздражение. Впрочем, это раздражение смешивалось с чем-то ещё. Её игра, её манера держаться – всё это разжигало во мне странную смесь гнева и желания.

– Эй, вы двое, – перебил нас Гюстав, наливая себе ещё вина. – Я что-то пропустил?

Мы оба отпрянули, как будто нас застали за чем-то запретным. Селин вернулась к своей тарелке, сделав вид, что ничего не произошло. Я вздохнул, пытаясь вернуть себе самообладание.

– Всё в порядке, – сказал я, отводя взгляд.

Гюстав ничего не заметил и продолжил рассказывать какую-то историю о работе, но я уже не слушал. Я видел только её. Её глаза, её губы, её пальцы, легко скользящие по краю бокала. Этот ужин превращался в пытку.