Текст книги "Ноты соблазна (СИ)"

Автор книги: Аделина Жемчужева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 30 страниц)

Глава 27. Подозрение

Селин

Арман, молча отстранившись, подошел к двери и повернул ключ в замке. Его взгляд был тяжелым, словно он боролся с внутренними демонами. Я заметила, как напряглись его плечи, как он сжал челюсти, будто пытаясь сдержаться.

Я сидела на краю стола, мои ноги едва касались пола. Легкая улыбка тронула мои губы, когда я медленно начала расстегивать пуговицы своей рубашки. Моя дерзость была вызовом, который я знала, он не сможет игнорировать.

Арман замер на мгновение, его взгляд метнулся к моим рукам, расстегивающим пуговицы. Глаза потемнели, и я почувствовала, как напряжение в комнате стало почти осязаемым.

– Селин, остановись, – хрипло прошептал он.

Медленно распахнув рубашку, я позволила ткани соскользнуть с плеч, обнажая кожу.

– А если я не остановлюсь? – мягко, но дерзко бросила я.

Арман сделал шаг ко мне, затем ещё один, пока не оказался настолько близко, что я почувствовала его дыхание на своей коже. Его рука нервно коснулась края стола, будто он пытался удержать себя от последнего шага.

– Ты слишком сексуальна, – прошептал он.

– О, я прекрасно это знаю, – я провела пальцами по его галстуку, притягивая его ближе. – Ты возбужден.

Это было как взрыв. В одно мгновение он сорвал галстук, отбросил его в сторону и схватил меня за талию, прижав к себе. Его поцелуй был горячим, жадным, как будто он пытался компенсировать все те моменты, когда сдерживал себя.

Мои руки скользнули по его шее, зарываясь в его волосы. Я почувствовала, как его пальцы сжимают мою талию, удерживая меня так, будто он боялся, что я исчезну. Его дыхание было горячим и прерывистым, его губы оставляли следы на моей шее, вызывая дрожь по всему телу.

– Мы не должны… – прошептал он, проводя губами вдоль моего ключицы.

– Да, не должны, – ответила я, притягивая его к себе ещё ближе.

Арман потерял контроль, все его сдерживаемые эмоции вырвались наружу. Его руки скользнули вверх по моей спине, обхватив её так, словно он пытался впитать каждую секунду этого момента. Его губы жадно накрыли мои, и мир вокруг нас исчез.

Я почувствовала, как его пальцы обжигают мою кожу, скользя по обнажённым плечам. Его дыхание становилось всё тяжелее, и мне казалось, что сам воздух в комнате пропитан напряжением. Я провела руками по его груди, чувствуя, как его мышцы напрягаются под тонкой тканью рубашки.

– Селин… – его голос был хриплым, едва слышным. – Это неправильно.

– Да, да, неправильно, – выдохнула я, нежно прикусив его нижнюю губу.

Его руки скользнули к моим бедрам, он поднял меня так, что я оказалась полностью на столе. Я обхватила его за шею, притягивая ближе, наши тела почти слились воедино. Его поцелуи стали глубже, жарче, как будто он хотел утонуть в этом моменте и забрать меня с собой.

Его дыхание снова стало прерывистым, и он опустил голову, чтобы снова почувствовать вкус моей кожи. Его губы оставляли горячий след на моей шее, ключице, плечах, пока я не смогла удержать тихий стон.

Мои пальцы расстегнули его рубашку, и я позволила себе скользнуть ладонями по его обнажённой груди. Его тело дрожало под моими прикосновениями, и я знала – он больше не пытался бороться с этим, не мог.

Его рука скользнула вниз, осторожно проникая в мои трусики, и я ощутила, как его пальцы входят внутрь, медленно проникая глубже.

– Ты такая мокрая, – прошептал он, его голос был низким и обжигающим.

– Это всё твоя вина, – выдохнула я, усмехнувшись сквозь нарастающее желание.

– Похоже, ты действительно хочешь этого, – его пальцы проникли глубже, исследуя меня, и я едва сдержала стон, прикрыв рот рукой.

– Да, Арман, хочу, – произнесла я, голос дрожал от возбуждения.

Его движения становились всё быстрее, пальцы нежно и уверенно гладили меня внутри. Он наблюдал за мной, его взгляд был таким же проникающим, как и его прикосновения.

– Тебе нравится? – прошептал он, увеличивая темп, словно наслаждаясь моими реакциями.

– Да… Арман, очень… – мой голос почти утонул в звуках моего прерывистого дыхания.

Его поцелуй накрыл мои губы, нежно, но настойчиво, заглушая стоны, вырывающиеся из меня. Я почувствовала, как он крепко обхватил меня рукой, удерживая ближе к себе, его пальцы продолжали двигаться внутри меня с обжигающей медлительностью, заставляя всё моё тело гореть от желания.

Я оперлась руками о край стола, чувствуя, как всё во мне распадается и сливается одновременно. Раздвинув ноги шире, я полностью отдалась его ритму, чувствуя, как волны наслаждения накрывают меня с головой.

Весь мир вокруг словно перестал существовать. Остались только его пальцы, которые скользили внутри меня, заполняя каждую клеточку тела раскалённым жаром. В каждом движении была невероятная чувственность, которая вызывала ураган эмоций: напряжение, сладкая мука и невыносимое наслаждение.

Каждое движение его пальцев было словно электрический разряд, который пробегал по моему телу, заставляя выгибаться навстречу его рукам. Моё дыхание становилось всё более прерывистым, сердце билось так громко, что казалось, его стук отражается от стен.

Мое тело дрожало под его прикосновениями, ощущение было настолько острым, что я не могла думать ни о чём, кроме него. Внутри меня пульсировала волна желания, она нарастала с каждой секундой, стремительно приближаясь к пику. Время словно замедлилось, а каждое движение его пальцев превращалось в бесконечно долгое мгновение наслаждения.

Я чувствовала, как он полностью контролирует мои ощущения, управляя каждым вдохом, каждым стоном, каждым ударом моего сердца. И в этом было что-то необъяснимо сладкое – быть в его власти, отдаться этому чувству, раствориться в нём.

И в этот момент я ощутила, как волна наслаждения захлестнула меня, и мой клитор начал пульсировать. Тело поддалось оргазму, затопив меня ощущениями, от которых перехватило дыхание.

Арман наблюдал за мной с легкой усмешкой, его глаза искрились удовлетворением. Он медленно убрал пальцы, облизывая губы, словно наслаждаясь каждым мгновением, и начал расстёгивать ремень.

Но в этот момент в дверь постучали.

– Сэр? – раздался приглушённый голос секретарши Эммы.

Арман застыл на месте, напряжение скользнуло по его лицу, но он быстро взял себя в руки.

– Что? Эмма? – ответил он, пытаясь придать голосу привычную строгость.

– Ваш друг Гюстав пришёл, – доложила она с профессиональной вежливостью.

Мы обменялись растерянными взглядами.

Я быстро поправила одежду, пытаясь взять себя в руки. Щёки горели, дыхание ещё не восстановилось, а сердце бешено колотилось в груди. Арман застегнул ремень, проводя ладонью по своим растрёпанным волосам. В его глазах всё ещё пылал огонь, но на лице уже появилось серьёзное выражение.

– Скажи ему, что я сейчас выйду, – твёрдо произнёс он, обращаясь к секретарше.

– Конечно, сэр, – прозвучал приглушённый голос Эммы за дверью, и её шаги постепенно затихли.

Мы остались одни, напряжение всё ещё висело в воздухе. Арман повернулся ко мне.

– Ты умеешь создавать проблемы, Селин, – сказал он с лёгкой усмешкой.

– А ты умеешь их усугублять, Арман, – ответила я, встречаясь с его взглядом.

Я была встревожена и не знала, куда себя деть. В голове не находилось оправданий тому, что я заперлась в одном кабинете с боссом. Гюстав наверняка что-то заподозрит.

– Что нам теперь делать? – спросила я, торопливо застегивая рубашку.

Мои глаза лихорадочно искали укрытие, и, заметив стол, я тут же бросилась прятаться под него.

– Что ты делаешь? – спросил Арман, вытирая руку салфеткой.

– Не видишь? Прячусь.

– Черт возьми, Селин, в какую ситуацию ты меня втянула, – пробормотал он. – Никогда не думал, что дойдет до такого.

– Придется выкручиваться, – парировала я, устраиваясь под столом как можно тише.

Арман выдохнул и провёл рукой по волосам, оглядывая кабинет, будто надеялся найти выход из этой абсурдной ситуации. В дверь снова постучали, и Арман не затягивая с этим открыл.

– Арман, старина, бонжур, – начал Гюстав, подходя ближе и протягивая руку. – Ты выглядишь… напряжённым.

– Всё в порядке, – отозвался Арман, пожимая руку. – Просто много работы.

Я, затаив дыхание, сидела под столом, чувствуя, как моё сердце бешено колотится. Я обняла свои ноги как можно крепче, чтобы успокоиться.

– Работа, работа, – усмехнулся Гюстав, садясь на стул напротив стола. Его ноги оказались совсем рядом, и я чуть не вздрогнула. – Но ты всегда находишь время для меня, правда?

– Конечно, Гюстав. Что тебя привело? – Арман сел за стол, намеренно отодвигая стул так, чтобы случайно не задеть меня.

– Да так, пустяки. Хотел повидать друга… – Ответил он. – Как ты?

– Всё нормально.

– А ты всегда запираешь дверь на ключ? – усмехнулся Гюстав. – Уверен, ты тут где-то любовницу прячешь.

Я прикрыла рот рукой, стараясь не дрожать. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, Гюстав мог услышать его стук. Я боялась, что он заметит меня, боялась, что всё откроется вот так – нелепо и унизительно.

Внезапно я почувствовала легкое прикосновение. Арман осторожно коснулся моей ноги своей, будто успокаивая. Я повернула голову в его сторону, но промолчала.

– Нет, просто так удобнее работать, – спокойно ответил Арман.

– Слушай, а почему у тебя так жарко? – Гюстав потянулся к вороту рубашки, с раздражением дергая ткань. – Ты что, отопление на максимум включил?

Арман натянуто улыбнулся.

– Возможно, техника перестаралась. Надо будет проверить.

Я закусила губу, чтобы не закатить глаза. Ситуация становилась всё более абсурдной.

– Что насчет Селин? – вдруг спросил Гюстав, и внутри у меня всё перевернулось.

– Она хорошо справляется, – ответил Арман, сохраняя спокойствие.

– Ничего не выяснил? – уточнил Гюстав с намёком.

Я не понимала, о чём идёт речь, но тревога усилилась.

– Как я говорил в прошлый раз, она ни с кем здесь не встречается, – сухо ответил Арман. – Ты всё ещё её подозреваешь?

Гюстав хмыкнул, разведя руками.

– Не то чтобы подозреваю, Арман. Просто её поведение… тревожит.

У меня внутри всё похолодело. О чём он говорит? Моё сердце забилось ещё сильнее, но я изо всех сил старалась не шевелиться.

– Поведение – это не информация, Гюстав, – спокойно сказал Арман, хотя в его голосе появилась едва уловимая нотка раздражения. – Я предпочитаю судить о людях по их работе, а не по тому, как они проводят своё личное время.

– Конечно, конечно, – усмехнулся Гюстав, откинувшись на спинку стула. – Просто, понимаешь, она… особенная. Привлекательная. И, знаешь, недавно она начала отказывать мне в постели.

Я сжала кулаки под столом, едва удерживаясь от громкого вздоха. Всё стало ещё хуже.

– Гюстав, я бы попросил не переходить на личные темы, – твёрдо сказал Арман, его голос стал холодным.

Гюстав рассмеялся, будто всё это было шуткой.

– Ладно, ладно, не кипятись. Ты всегда был слишком серьёзен, Арман.

Я слышала, как он пододвинул стул ближе к столу, и едва успела втянуть ноги, чтобы не выдать себя.

– Ну что ж, я не буду тебя отвлекать. Просто хотел удостовериться, что у тебя всё в порядке.

– Всё отлично, Гюстав, – заверил Арман.

Гюстав поднялся, и я услышала, как его шаги направились к двери. Но перед тем как уйти, он замер.

– Кстати, Арман, если что-то изменится… Ты просто проследи чтобы никто к ней не приближался. – его голос прозвучал чуть мягче, но всё ещё с долей настороженности.

– Разумеется, – коротко ответил Арман, и через секунду дверь закрылась.

Я сидела под столом ещё несколько секунд, не веря, что это закончилось. Наконец Арман отодвинул свой стул и наклонился, чтобы посмотреть на меня.

– Ты собираешься сидеть там вечно? – спросил он, и в его голосе прозвучала усталость.

Я медленно вылезла, чувствуя, как ноги подкашиваются.

– Что это было, Арман? Почему он меня подозревает? – прошептала я, с трудом удерживаясь от паники.

Он смотрел на меня, его лицо было серьёзным, но в глазах читался странный огонь.

– Очевидно, почему, Селин. Нам нужно прекратить это. Мы не можем продолжать этот… абсурд.

Я замерла, словно ледяная волна окатила меня с ног до головы. Его слова ранили неожиданно глубоко.

– Прекратить? – прошептала я, чувствуя, как внутри всё сжимается. – Ты действительно этого хочешь?

Арман провёл рукой по лицу, его взгляд стал напряжённым, словно он искал правильные слова, но не мог их найти.

– Это не то, чего я хочу, Селин. Но то, что происходит, уже вышло из-под контроля. Если Гюстав подозревает, скоро это узнают все. Ты представляешь, что будет, если об этом станет известно?

Я сделала шаг назад, не в силах сдерживать нарастающий гнев.

– Ты боишься за свою репутацию? Это всё, что для тебя важно?

Его взгляд вспыхнул.

– Селин, хватит! Это не только обо мне. Это о тебе тоже. Ты понимаешь, что если всё вскроется, то пострадаешь больше, чем я?

Я сжала руки в кулаки, чувствуя, как в горле встаёт ком.

– А ты подумал о том, что я уже потеряна, Арман? После всего, что между нами произошло, ты действительно думаешь, что можно просто взять и всё это прекратить?

– Я не хочу, чтобы ты страдала, Селин. Это не из-за того, что я чего-то боюсь. Просто я должен тебя защитить.

– Защитить? – я горько рассмеялась, не веря в то, что он говорит. – Ты думаешь, что защитишь меня, отвернувшись от меня?

Он сделал шаг ко мне, его глаза были полны противоречий.

– Я не отворачиваюсь. Но это единственный способ спасти тебя.

Я молчала, глядя на него, пытаясь найти в его словах смысл. Но всё, что я чувствовала, – это пустоту.

– Если ты хочешь прекратить, Арман, прекрати, – тихо сказала я, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глаза. – Но не говори мне, что это ради меня.

Я отвернулась, не желая больше видеть его лицо, и направилась к двери.

– Селин, подожди… – его голос звучал хрипло, но я не остановилась.

Я вышла из кабинета, чувствуя, как за мной закрывается дверь.

Глава 28. Грубость

Селин

Я вернулась домой поздно, почти за полночь. До этого я ещё час просидела в машине, пытаясь успокоиться после слов Армана. Как только я вошла в квартиру, меня окутал резкий запах табачного дыма.

Что за черт?

Я сняла обувь, повесила пальто и прошла в гостиную. Там, в полумраке, сидел Гюстав. Он курил, держа сигарету в одной руке, а в другой – почти пустой стакан. На журнальном столике стояла бутылка виски, и судя по уровню, она была наполовину пуста. Телевизор грохотал на такой громкости, что мне казалось, будто стены вибрируют.

– Гюстав! – крикнула я, перекрикивая звук.

Он лениво повернул голову в мою сторону и сделал звук немного тише. Его лицо было непроницаемым, но в глазах читалась какая-то холодная злость.

– Что? Вернулась, значит? – произнёс он с язвительным спокойствием, затягиваясь сигаретой.

Я вгляделась в него, всё ещё пытаясь понять, что происходит.

– Что это всё значит?! – вспылила я, указывая на сигарету. – Ты же никогда не курил!

Он выдохнул дым с вызывающим спокойствием и не отводил от меня взгляда.

– А это ничего не значит, – сказал он холодно. – Лучше скажи, где ты была?

– На работе, – ответила я, стараясь не терять самообладания. – Где же ещё я могу быть?

Он усмехнулся, откинувшись на спинку дивана.

– На работе, говоришь? – его тон был пропитан сарказмом. – Серьёзно?

– Да, – я вздохнула, пытаясь сдержать раздражение. – А ты что думаешь?

– Что думаю? – он задел пепел с сигареты прямо на стол, не утруждая себя искать пепельницу. – Я думаю, ты врёшь.

– Что? – я посмотрела на него в шоке. – Ты снова за своё?

– А как мне ещё думать, когда моя «работящая» жена возвращается домой в такое время? – он говорил медленно, будто смакуя каждое слово. – И пахнет не совсем «работой».

Я застыла, чувствуя, как меня охватывает гнев.

– Ты себя слышишь, Гюстав? – сказала я, повысив голос. – Ты вообще понимаешь, как это выглядит? Ты сидишь тут, пьёшь, куришь, обвиняешь меня в каких-то бреднях…

– Не переводь тему, Селин, – он поднялся с дивана, глядя на меня сверху вниз. – Лучше честно скажи, с кем ты была.

Моё терпение лопнуло.

– Ты спятил! – крикнула я, чувствуя, как накатывают слёзы. – Я только с работы. С. Ра. Бо. Ты!

Но Гюстав лишь улыбнулся. Эта улыбка была зловещей, как у человека, который решил для себя всё задолго до того, как услышал ответ.

– На работе, да? – его голос стал ещё более жёстким. – Мне сообщили, что ты освободилась с работы два часа назад, и где ты шлялась?

– Я… у меня был сложный день, – сказала я, стараясь звучать уверенно, но голос дрогнул. – Ты сам знаешь, как бывает. Я просто немножко отдыхала в машине.

– Сложный день? – переспросил он, усмехнувшись, но его усмешка была лишена тепла. – И что сложного было сегодня?

– Что ты хочешь этим сказать? – моя злость уступила место тревоге.

Он подошёл ближе, и его холодный взгляд прожигал меня насквозь.

– Я не идиот, Селин, – сказал он тихо, но каждое его слово было как удар. – Думаешь, я ничего не замечаю?

– Замечаешь что? – я скрестила руки на груди, стараясь защититься хотя бы жестом.

– Ты изменилась, – продолжил он. – Ты стала… отдалённой. Вечера, которые ты «проводишь на работе». Эти твои взгляды, постоянное напряжение. С кем ты встречаешься?

– Никого! – я шагнула назад, пытаясь избежать его обвиняющего взгляда. – Это бред, Гюстав. Ты просто накручиваешь себя!

– Правда? – он ухмыльнулся, но в его глазах не было ни тени веселья. – Тогда почему запах мужского одеколона на твоей одежде, а? И не говори, что это случайность.

Я замерла, слова застряли в горле. Он видел слишком много, чтобы это списать на случайности.

– Конечно, на мне будут всякие запахи, – раздражённо ответила я. – Я же работаю в компании, которая выпускает парфюмы и одежду!

– Это не оправдание, – хмуро бросил он, шагнув ближе. Его глаза сверкали подозрением, когда он наклонился и понюхал мою рубашку. – Это мужской запах.

Я невольно отступила на шаг, чувствуя, как по спине пробежал холодок.

– Это тот самый аромат, что продаётся в нашей фирме, – объяснила я, стараясь говорить спокойно. – Клянусь, Гюстав. Это просто парфюм. Твой друг Арман часто пользуется этим запахом, ты сам об этом знаешь.

Гюстав смотрел на меня с таким выражением, что у меня внутри всё сжалось. Его дыхание стало тяжёлым, а взгляд полыхал гневом.

– Ты думаешь, я идиот? – прохрипел он, шагнув ещё ближе. – Думаешь, я не вижу, что ты врёшь мне в лицо?

– Я не вру! – выкрикнула я, отступая, но споткнулась об угол стола. – Это правда, Гюстав! Тот аромат… он продаётся у нас в фирме!

– Замолчи! – рявкнул он, его голос эхом отозвался в комнате. – Хватит лгать!

Я открыла рот, чтобы ответить, но не успела – его рука взметнулась, и я почувствовала резкий удар по лицу. Голова откинулась назад, и я пошатнулась, потеряв равновесие.

Боль была оглушающей, но ещё больше ранила горечь и унижение. Я схватилась за щёку, ощутив, как к глазам подступают слёзы.

– Как ты мог… – прошептала я, голос дрожал.

– Как я мог?! – выкрикнул он, подняв руку, но уже сдержался, остановив себя. Его лицо было искажено яростью. – Ты сама довела меня до этого, Селин! Своим враньём, своей ложью!

– Я тебе ничего не сделала! – крикнула я, чувствуя, как в груди закипает отчаяние. – Ничего, слышишь?!

– Замолчи, пока я не сделал ещё что-то! – он резко отвернулся, схватив бутылку со стола и залпом выпил прямо из горлышка.

Я сжала кулаки, прикусив губу, чтобы не разрыдаться. Боль, злость, страх – всё смешалось внутри.

Слёзы подступили к горлу, и я, не выдержав, развернулась и выскочила из гостиной, громко захлопнув за собой дверь. Не оглядываясь, я побежала в спальню, где, едва добравшись до кровати, разрыдалась.

Гюстав совсем изменился. Он был не таким, когда мы только начали встречаться. Тогда он был заботливым, ласковым, готовым поддержать меня в любой ситуации. Но теперь… Сегодня он поднял на меня руку. Как будто это стало для него нормой. Как будто я заслуживаю такого отношения.

Я прижала подушку к лицу, пытаясь заглушить свои рыдания. Я не могла больше терпеть его выходки. Всё внутри меня кричало, что нужно уйти, но куда? У меня нет никого, кто бы мог помочь. Возвращаться к пьяным родителям – это не выход. Там ещё хуже.

Я лежала на кровати, свернувшись клубком, мои слёзы уже давно превратились в тихие всхлипы. Внутри всё горело от унижения и беспомощности. Мысли путались, страх и гнев накатывали волнами.

Внезапно я услышала тяжёлые шаги в коридоре. Гюстав. Он подошёл к двери спальни и начал стучать, сначала тихо, потом всё громче.

– Селин! Открой дверь! – его голос звучал приглушённо.

Я закрыла глаза, стараясь не реагировать. Я не хотела его видеть, не хотела больше слышать его обвинения.

– Селин! – крикнул он громче. – Не заставляй меня повторять!

Я не ответила. Вместо этого натянула одеяло выше, будто оно могло защитить меня от того, что происходило за дверью.

– Ты решила молчать? – он снова начал стучать, но теперь кулаком, с такой силой, что дверь задрожала. – Отлично! Хочешь поиграть в упрямую?

Я услышала, как его рука с силой дёрнула дверную ручку. Она была заперта, но это его не остановило. Он с яростью ударил по двери плечом, один раз, второй. В третий раз я услышала громкий треск – замок не выдержал, и дверь распахнулась.

Гюстав влетел в комнату, его лицо было перекошено от злости. Он дышал тяжело, будто готовился к новой вспышке гнева.

– Ты думаешь, можешь закрыться от меня? – прорычал он, шагнув ко мне. – После всего, что ты сделала?

Я вскочила с кровати, прижимаясь к стене, чувствуя, как дыхание сбивается.

– Гюстав, хватит! – закричала я, стараясь скрыть дрожь в голосе. – Ты уже перешёл все границы!

– Скажи мне кто он. Клянусь я его убью!

Он сделал ещё шаг ко мне, но я подняла руку, стараясь остановить его.

– Не подходи! – крикнула я, моя злость пересилила страх. – Ты меня пугаешь, Гюстав. Ты стал чудовищем!

– Скажи мне, ты уже спала с ним?! Кто он мать твою!?

– Никто! У меня нету…

– Заткни свой гребанный рот, шлюха!!

Из грубых его пальцев, схвативших меня за локоть, я почувствовала холод власти. Он резко повернул меня к себе спиной и, подняв юбку, обнажил мои трусы.

– Решила показать всем свою задницу, да? – он дал сильную пощечину по заднице и толкнул меня к стене. – Ты моя женщина! И принадлежишь мне! Я могу сделать с тобой всё что захочу, грязная ты шлюха!

Слёзы катились по щеке, мне было больно от всего, что он вытворял со мной. Я слышала, как он расстегнул ремень, и почувствовала его член между ног.

– Гюстав, не надо! – прошептала я.

– Я сам знаю, что надо, а что нет!

Он опустил мои трусы вниз и грубо вошёл в меня. Я застонала от боли, но не стала сопротивляться. Он заставил меня выгнуть спину и начал ускоряться.

– Ты только моя, слышала?! – кричал он. – Если кто-то к тебе прикоснётся, я убью его! – Он сильно дал пощечину по заднице. А я ничего не чувствовала, лишь молилась, чтобы всё это закончилось. Я не хотела его. Я скучала по Арману, скучала по его прикосновениям.

– Да, детка! – продолжал он входить в меня. – Кричи, давай!

Я не проронила ни слова, лишь закрыла рот. Как только он излился в меня, он вышел и толкнул меня на кровать. Я обняла подушку, стараясь спрятаться от реальности, но слёзы и горечь не унимались. Всё внутри горело от унижения и боли. Гюстав больше не был тем человеком, которого я знала. Его жестокость, грубость, этот гнев – это был не тот мужчина, с которым я когда-то связывала свою жизнь.

Он стоял рядом, тяжело дыша, а затем резко застегнул ремень и отвернулся.

– Надеюсь, теперь ты поняла, кто здесь главный, – бросил он, даже не взглянув на меня. Его голос был холодным, но в нём слышалась злость, которую он ещё не успел до конца выплеснуть.

Я молчала, даже не пыталась смотреть на него. Внутри меня всё кричало: «Уходи, беги, спаси себя!» Но куда? Мне некуда было идти.

– Ты сама это заслужила, – бросил он, прежде чем выйти из комнаты, оставив дверь открытой настежь.

Когда его шаги стихли, я позволила себе разрыдаться ещё сильнее. Боль была не только физической, но и душевной. Я чувствовала себя запертой в ловушке, из которой невозможно выбраться.

Я поднялась с кровати, шатаясь, и подошла к зеркалу. На лице красовался синяк от его ударов, а на теле остались следы его грубости. Глядя на своё отражение, я почти не узнавала себя.

Я медленно вдохнула и выдохнула, пытаясь успокоиться. В голове начала складываться мысль о том, что мне нужно вырваться из этого ада. Даже если у меня нет безопасного места, я должна найти выход.

* * *

– Ты в порядке? – тихо спросила Вероника, заметив, как я, сидя за монитором, украдкой вытираю глаза.

– Да, конечно, – я натянуто улыбнулась, стараясь не выдать дрожь в голосе.

Я заранее нанесла плотный слой макияжа, чтобы скрыть синяк, но чувствовала, что все равно выгляжу чужой в этом офисе.

– Ты какая-то грустная сегодня, – заметила она, присев на край моего стола.

– Просто… месячные начались, – быстро соврала я, надеясь, что это отвлечёт её от лишних вопросов.

– Ох, понимаю, – кивнула Вероника с пониманием. – У меня в такие дни нервы ни к чёрту.

– А я становлюсь просто грустной, – попыталась я улыбнуться, чтобы сменить тему.

Сегодня я с утра пыталась избегать взгляда Армана. Он был прав – наши встречи больше ничего хорошего не принесут. Мы зашли слишком далеко, и теперь мне нужно держаться от него подальше. Гюстав всё равно рано или поздно обо всём догадается, а если узнает, что это был Арман…

– Пойдёшь со мной на кофе? – предложила Вероника, пытаясь поднять мне настроение.

– Нет, спасибо, – отказалась я, стараясь не обидеть её.

– Ну ладно, если что, я внизу, – она пожала плечами и направилась к выходу.

Я только вздохнула. Должно быть, я уже приняла решение – прекратить всё с Арманом, пока не стало ещё хуже.

Но моё уединение продлилось недолго. Спустя какое-то время Вероника буквально ворвалась в кабинет, вся взволнованная.

– Боже, Селин, ты видела девушку, которую Арман выбрал для своей новой коллекции? – выпалила она, не давая мне времени ответить.

– Нет. А что?

– О, тебе нужно это увидеть, – сказала она с таким энтузиазмом, что даже не стала дожидаться моего согласия.

Вероника потащила меня за собой в коридор, и я послушно последовала за ней, хотя внутри у меня всё сжималось. Мы остановились у окна, ведущего в одну из больших залов, где шла фотосессия.

Я увидела её сразу. Девушка была высокой, стройной, с идеальными чертами лица. Я сразу же узнала ее, та самая блондинка, которая была в клубе вместе с Арманом. Она смеялась, её голос был звонким, а взгляд приковывал внимание. Она позировала перед камерой в элегантных нарядах из новой коллекции, двигаясь с грацией и естественностью.

Арман стоял рядом с фотографом, его выражение лица было сосредоточенным, но я видела, как он внимательно смотрел на неё, время от времени поправляя ей платье или волосы.

– Она такая красивая, правда? – восторженно сказала Вероника. – Арман отлично её выбрал. Она идеально подойдёт для компании.

Я кивнула, но слова застряли в горле. Вместо этого я продолжала смотреть, как Арман наклонился к ней, чтобы что-то сказать, и она засмеялась, легко коснувшись его руки. Этот жест показался мне слишком интимным, даже если он был случайным.

Ревность обожгла меня, как нож. Я сжала кулаки, чувствуя, как моё сердце колотится всё сильнее.

– Потрясающая пара, правда? – Вероника заметила моё молчание. – Они так гармонично смотрятся вместе.

Я отвернулась, чтобы скрыть своё выражение лица.

– Да, ты права, – пробормотала я, но мой голос предательски дрогнул.

– Ты в порядке? – удивлённо спросила она.

– Всё нормально, просто… у меня много работы. Я вернусь за стол.

Я развернулась и ушла обратно в кабинет, не оглядываясь. Как только я осталась одна, слёзы подступили к глазам. Я пыталась убедить себя, что это ничего не значит, что Арман просто работает, но разум отказывался слушать.

Ведь я знала, как он может быть с теми, кто ему нравится. Я сама была на её месте. И теперь эта мысль разрывала меня изнутри.