Текст книги "Лето с продолжением (СИ)"

Автор книги: Аделина Росс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)

Глава 8

Человек, который кормил меня ананасом с рук, и человек, в чьих глазах я сейчас увидела только жестокость и жажду крови – совершенно не похожи, и, если честно, я была бы несказанно рада никогда не узнать второго.

Машина, следовавшая за нашей, припарковалась немного впереди, поэтому мне было прекрасно видно, что происходит на улице.

Двери открылись, и из внедорожника вышли трое мужчин: на вид двое – мои ровесники, третий – будто лет на пять постарше.

Колени трясутся, ладони все в холодном поту, но стало еще хуже, когда один из мужчин перевел взгляд прямо на меня, а потом обратился к Давиду. Грязная, пугающая ухмылка появилась на его лице.

От этого стало так тошно, что захотелось тут же бежать без оглядки, но я ничего не могла с этим поделать, ведь мне сейчас даже окно открыть нельзя.

В какой-то момент мне померещилось, что я моргнула слишком медленно, ведь как объяснить то, что всего секунду назад один из «товарищей» Давида ровно стоял, а теперь подогнулся и того и гляди упадёт.

Он же не мог его убить, правда?

К моему облегчению, он вернулся в машину. Мы молча дождались, пока чёрный внедорожник скроется из нашего поля зрения и медленно поехали дальше, как ни в чем не бывало.

– Объясни, что за херня?! – в какой-то момент я не выдержала и просто сорвалась. Что за бандитские разборки они устроили?! Девяностые давно позади!

– Ань, не лезь, пожалуйста! – плохо сдерживаясь, процедил. – Поверь мне, ты пожалеешь о своем вопросе, если я тебе все расскажу.

Замечательно! Лучше некуда! Я только что своими глазами видела, как Давид выстрелил в человека и скрылся… И после этого он требует от меня, чтобы я не лезла?!

– Ты вообще нормальный?! Я пойду в полицию, если ты мне все не объяснишь. – идиотка! Блефую, и сама слышу, как глупо и неестественно звучит моя угроза.

Разумеется, я никуда не пойду – не хочу, чтобы уже на следующий день меня нашли по кусочкам где-нибудь на дне Черного моря.

– Ты знаешь, что никуда не пойдешь так же твердо, как и то, что я ничего тебе не расскажу, зайка. – насмешливо протянул он, продолжая невозмутимо вести автомобиль.

– Посмотрим! – несдержанно рявкнула я, на что Давид лишь хмыкнул. Неуместный адреналин все никак не хотел заканчиваться, поэтому с каждой минутой меня так некстати несло все дальше.

– Они мафия, а ты бандит, да? Ты его убил, да?

– Нет, всего лишь подстрелил. – будто мы обсуждаем как правильно сажать крокусы, пояснил. – Хватит об этом! – со всей силы саданул по рулю.

О, тоже нервы не выдерживают!

Проходит меньше минуты, и наша машина вновь паркуется у обочины. Напоминаю, на часах давно за полночь. Без лишних слов Давид выходит, но так и оставляет мою дверь заблокированной.

– Выходи. – он дернул за ручку снаружи, и салон моментально наполнился свежим ночным воздухом.

В другой раз я бы порадовалась этому, но сейчас вкупе со страхом ситуация дала не самую лучшую комбинацию.

– Тебе уже страшно. – он наклонился ко мне и, практически касаясь своим лбом моего, испытующе заглянул в глаза. – А ведь я еще вообще ничего не сделал. Так уж получилось, что ты увидела то, чего не должна была. Ты же не глупая – думаю, понимаешь, что если кому-то сольешь информацию, то много кому это не понравится.

Я не могла поверить своим ушам: мы стоим у какого-то непонятного леса, и вместо того, чтобы по-человечески объясниться, попросить прощения в конце концов, он продолжает меня запугивать.

– Запомни этот лес – в случае чего, закапывать тебя будут скорее всего тут.

Мне бы хотелось высказать ему очень много, но так некстати пропал дар речи, а вместе с ним, по всей видимости, и инстинкт самосохранения. Вероятно, именно поэтому я демонстративно села назад в салон и со всей силы хлопнула дверью. Он обошёл машину вокруг и сел за руль. Гнев нас обоих друг на друга, на ситуацию в целом, поглотил с головой.

Давид открыл пачку сигарет и закурил. Видимо не помогло: с какой-то лютой ненавистью он выбросил бычок в окно и потянулся за новой.

Передумал: полез во внутренний карман, достал бумажник, отсчитал несколько купюр и швырнул мне их на колени.

Что?! Он свихнулся?

– На такси. – чуть ли не пропел. – Проваливай, пока я тебя не размазал. – уже не так мило прогрохотал он, пока до меня полностью доходило, что только что произошло.

– Мудак! – даже не желая вспоминать, что этот псих в любой момент может воспользоваться пистолетом, я бросила ему в лицо несчастные три тысячи и, подхватив сумку, вылетела из машины.

Давид газанул и полностью скрылся из виду уже через несколько секунд, а я так и осталась стоять на пустой обочине.

Никаких слез – сначала вызвать такси, пока не случилось чего похуже. Удивительно, но мне хватило ума сфотографировать номер какой-то местной службы ещё в первый день моего пребывания здесь. Если бы я этого не сделала – пришлось бы ловить попутку, потому что местечко гиблое и интернет ловиться ни капли не желает.

И только найдя водителя и с комфортом устроившись на заднем сидении, я дала волю слезам.

В отель я вернулась, когда маленькая стрелка в лобби перевалила за два.

Очень хотелось напиться и хотя бы на время забыть этот ужас. Разумеется, ночью алкоголь мне никто не продаст. Левых точек, в которых рады и подростку, и алкашу, я здесь не знаю. У меня в номере все, как назло, уже выпито. Может зайти к Максу и попросить у него?

Точно, у него должно было остаться. Потихонечку заберу бутылку и выйду. Нет, через балкон я все-таки не полезу – некрасиво как-то. Ладно, надеюсь, Макс не сильно будет злиться, когда я его разбужу.

Несколько раз несмело постучав, я стала ждать, когда мне откроют. Дверь магическим образом так и осталась закрытой, поэтому я решила повторить все то же самое, только немного громче.

– Два часа ночи! – пробурчал сосед, представая передо мной в одних трусах. – Ань, что случилось? – поняв, кто перед ним, тут же сменил тон.

– Все-все нормально. – рвано выдохнув, соврала я. – Можно мне воспользоваться твоим мини-баром? – ссутулившись, поникнув, по собственным ощущениям, я занимала слишком мало места в коридоре. – Прости, пожалуйста, что побеспокоила, я просто заберу бутылку и уйду.

В его взгляде стало что-то слишком стремительно меняться: он взял меня за руки и показал, насколько сильно они дрожат. Только сейчас я начала отдавать себе отчет, что они трясутся гораздо сильнее, чем тело в целом.

– Мне только забрать бутылку. Я не буду тебя отвлекать. – жалко добавила, продолжая топтаться на пороге.

– Э, нет. – ободряюще улыбнулся. – Ты меня уже разбудила, теперь не отвертишься. Проходи.

В номере зажегся свет, и меня буквально втянули внутрь, закрывая за спиной дверь.

Господи, зачем я посмотрела в зеркало? Несчастное невзрачное чучело с потекшей, размазавшейся по щекам тушью. О волосах и упоминать страшно: как будто они никогда и не были живыми.

– Ань? – Макс отвернул меня от зеркала и укутал в плед. – Пойдем, расскажешь, что произошло.

Я села на кровать и прикрыла глаза. Пока мой спаситель звенел бокалами, я позволила себе очередную разрушительную слабость – начала гасить себя воспоминаниями о произошедшем.

– Аня, Аня! – он начал трясти меня за плечи, но сердце билось слишком сильно, чтобы я оставалась в нормальном состоянии.

– Почему именно я? – мертво, серо пробормотала, пытаясь отпустить ситуацию и вернуться сознанием в настоящее.

– Держи, выпей. – в нос вдарил запах спирта. Видимо в бокале что-то очень крепкое. Как раз то, что нужно. – Теперь ответь мне на один вопрос. – Макс разжал мои ледяные пальцы и стал греть их своими. – Были ли совершены по отношению к тебе действия насильственного характера?

– Нет. – я из последних сил помотала головой.

– Хорошо. – сосед явно с облегчением выдохнул. – Тогда предлагаю лечь в кровать и обо всем поговорить уже в горизонтальном положении.

– Я, наверное, лучше заберу бутылку и пойду к себе. – виновато поморщилась, отчего-то слабо понимая, кто я и что я.

– Нет, не лучше! – пророкотал. – Ты ввалилась сюда в третьем часу ночи, не пойми в каком состоянии, трясешься как осиновый лист! Как я буду спать, когда ты в таком виде заберешь алкоголь и свалишь в закат?!

– Я не хотела тебе мешать. – шмыгнула носом. Боже, хуже пьяной! Хотя, как иначе – во мне сейчас говорит лишь страх и разочарование маленькой девочки.

– Разделась и легла! – предупреждающе выставил указательный палец вперед, но, поняв, что этот тон меня окончательно убьет, смягчился. – Давай я тебе помогу.

– Прости. – почти бессознательно пробормотала я.

– Анют, ты точно до этого не пила? – ласково провел рукой по моим волосам и приложил ладонь ко лбу.

– Только вино, – призналась, – но это было давно, и оно должно было выветриться.

Наконец-то я расправилась с одеждой, и улеглась под тяжелое одеяло. Макс приглушил свет и лёг рядом.

– Иди ко мне. – он крепко обнял меня и дал понять, что готов ждать, пока я окончательно приду в себя.

– Обещай, что все, что я скажу, останется между нами и никто ничего не узнает. – почти перестав содрогаться, прошептала я.

– Обещаю. В этом городе я абсолютно случайный человек. – успокаивающе поцеловал меня в приоткрытые губы.

– У мужа моей подруги есть один знакомый, с которым они познакомили меня в первый день моего пребывания здесь. Он – владелец ресторана. Симпатичный, приятный мужчина. Пообщались, договорились встретиться на следующий день. Все было прекрасно, но потом ему позвонили, и в ту же минуту его будто подменили. Реакция на простой телефонный разговор была слишком подозрительной: он посерьезнел, начал заметно нервничать. Мы быстро собрали вещи, и он отвёз меня в отель. Сегодня…вчера вечером мы снова увиделись.

Мне была жизненно необходима пауза, прежде чем я смогу рассказать Максу о том, что именно заставило меня прийти к нему в такое время.

– Это тот самый знакомый, про которого ты мне говорила вчера? – тёплые руки все также плавно скользили по моей обнаженной спине.

– Да. – слабо кивнула я. – Не думаю, что стоит вдаваться в подробности, скажу одно: мы прекрасно провели вечер. То, что произошло дальше… – я вновь замялась.

– Ты можешь мне довериться, я не стану тебя осуждать. – пообещал Макс. – Сейчас я просто хочу удостовериться, что ты в безопасности.

Я еще сильнее вжалась ему в шею. Та надежность, которую он мне показал – единственное, что было способно успокоить меня сейчас.

Вдох, выдох, снова вдох… Я не могла осмелиться начать говорить о том, за что меня обещали закопать. Даже если это и не так, то, в любом случае, я меньше всего хочу проверять слова Давида на деле.

– Когда мы ехали домой, я заметила, что за нами слишком долго едет другая машина, и сказала об этом ему. Посмотрев на его мрачное лицо, я поняла, что это были неслучайные люди. Он, – мой голос предательски дрогнул, а в горле встал непроходимый ком, – достал из бардачка пистолет и приказал мне сидеть на месте, а сам пошел с ними разбираться. Их было трое, и в одного из них он выстрелил.

Стало ужасно тяжело дышать, и я вцепилась в Макса.

– Тише, тише, все позади. – он осторожно взял меня за лицо и растер большими пальцами слезы. Макс был напряжен, а его взгляд сквозил искренним беспокойством, и, обвитая его руками, я понимала, что в одиночку бы не справилась. Мне действительно было крайне необходимо выговориться.

– Машина уехала, и мы тоже поехали. Страх, адреналин… в общем, я начала истерить. Тогда он тормознул у обочины и выкинул меня. Он сказал, что если я пожалуюсь кому-то, то меня убьют! – взвыла, прикусив кулак.

Живот буквально скрутило в плотный-плотный жгут. Все было бы в порядке, если бы я этого не увидела… Я не должна была это увидеть.

– Твои друзья не говорили о том, чем этот человек занимается помимо ресторана?

– Мне кажется, они не знают. По крайней мере подруга. – задумалась я. – Макс, что мне делать? – подняла голову, в надежде найти ответ на единственно волнующий меня вопрос.

– Понимаешь, – он поцеловал меня в лоб, – я не был там, и поэтому не могу оценить серьезность обстановки со всех сторон. Видели ли тебя эти люди, рассказал ли о тебе что-то твой знакомый – нам достоверно не известно. На какое число у тебя билеты?

– Ты предлагаешь мне уехать? – с непонятно откуда взявшейся горечью в горле прохрипела.

– Да, Ань, для твоей же безопасности. – безэмоционально подтвердил мое предположение.

– Самолет через пять дней. Я без понятия, когда будут ближайшие рейсы до моего города. – пожала плечами.

– Тогда поступим так: сейчас мы ложимся спать, а завтра попробуем обменять твой билет. Договорились?

Что ж, выбора-то у меня и не было, поэтому моим ответом стало простое и, что греха таить, слегка удрученное «угу».

– Макс? – он потянулся выключить свет, а я вспомнила одну небольшую деталь, которую до этой ночи считала весьма любопытной.

– Что? – проурчал, вновь притягивая меня к себе.

– Почему ты выбрал именно меня? – зевнув, полюбопытствовала.

– Честно? – хмыкнул.

– Честно. – нахмурилась я.

– Ты симпатичная, да и задница классная. – даже с закрытыми глазами и в полной темноте я чувствовала, что на его губах играет улыбка. – Плюс ко всему, живешь под боком. – вновь наклонился, чтобы поцеловать меня.

– Ну и скот же ты, Макс! – притворно разозленно проворчала, в душе искренне надеясь, что, пословица «утро вечера мудренее» сработает не только в русских сказках, но и в моей жизни.

– Да как же тебя угораздило! – отшутился он. – Спокойной ночи. – игриво шепнул.

– Спокойной ночи. – нежно обвила его плечо рукой, наконец-то чувствуя долгожданное умиротворение.

Глава 9

Над головой раздался заливистый храп, и я вздрогнула.

«Успокойся, все в порядке, ты у Макса» – мысленно напомнила себе. Осторожно повернувшись в сторону часов, я с удивлением обнаружила, что сейчас только семь утра.

– Ты куда? – почувствовав мои робкие телодвижения, он, не открывая глаз, тут же прижал меня рукой к своей груди.

– Никуда. – только и оставалось пискнуть мне.

– Угу. – он коротко чмокнул меня в шею и вновь засопел на ухо. Только в этот раз сея «мелодия», странным образом, лишь помогла мне провалиться в сон.

А вот просыпалась я уже от совсем других вещей: непонятно как Макс стянул с меня трусики и теперь нагло ласкал внизу.

– Доброе утро! – дразнящим голосом протянул, подгибая мои ноги в наиболее удобное для себя положение и плавно входя внутрь.

– Доброе. – не смогла сдержать лукавой улыбки я, прогибаясь всем телом от сладостных ощущений, возникающих в только-только пробуждающемся организме. Что и говорить, из постели мы вылезли только ближе к полудню.

– Я опять пропустила завтрак! – пожаловалась, выхватив из рук Макса последнее большое полотенце и обернувшись им.

– Кто-то любит поспать подольше. – будто старушка на лавочке, покачал головой он. Сам же прекрасно осознает, что опоздали мы не из-за того, что проспали!

Найдя свободный столик в кафешке, мы вернулись к нашему ночному разговору.

– Ближайший рейс – завтра, в половине четвертого. – задумчиво пролистала приложение с авиабилетами я.

– Надо брать, пока все не раскупили. – отрезая кусочек оладушка, кивнул.

– Да, наверное, ты прав. – вздохнув, я решительно нажала кнопку «купить билет». – Надо как-то объясниться с подругой, в конце концов это ее отель.

– Если ты не собираешься раскрывать своим друзьям карты вашего общего знакомого, то советую наврать что-нибудь не слишком серьезное. Например, болезнь домашнего питомца или что-то в этом роде.

– Сказать, что кот заболел, а мама не знает, что с ним делать? – я с сомнением поглядела на внимающего Макса. Мне кажется, или это явный бред? Даже школьники сейчас врут убедительнее…

– Очень даже ничего. – с серьезным видом похвалили мой «талант». – Так, хорошо, – разливая чай по чашкам, перевел тему он, – какие у нас планы на день? Учти, – погрозил, – сегодня я хочу тебя видеть в поле зрения.

– А? – тупо переспросила я.

– Ага. – хмыкнул. – В конце концов, мы много чего еще не перепробовали.

К счастью, увидев мои расширившиеся глаза, он продолжил:

– Ладно, ладно, шучу. – щелкнул мне по носу. – Сходим еще куда-нибудь. – растянул губы в чертовски соблазнительном оскале.

Спустя пару часов, я сидела в лобби и ждала Макса, который несколько минут назад ушел в номер, чтобы забрать портативный аккумулятор.

– Привет. – решив не тратить время попусту, я набрала Лере.

– Привет, дорогая. – прощебетали из динамика. – Как отдыхается? Ходила в spa?

М-м-м, точно, а об этом я совсем забыла! Надо будет соседу предложить совместный сеанс…

– Отдыхается великолепно. – лишь отчасти соврала я. – А вот на процедурах-то я еще и не побывала. Спасибо, что напомнила! Сегодня обязательно загляну. – клятвенно заверила.

– Слушай, как насчет того, чтобы завтра вечером съездить на яхте покататься? – воодушевленная действительно классной идеей, спросила Лера.

– Лерочка, со мной в этот раз, к сожалению, уже никак. – призналась я. – У меня кот дома какую-то заразу подцепил, а мама вообще не понимает, что с ним делать. Я уже билет на завтра купила – поеду спасать Ваську.

– Жалко. – на том конце провода послышался расстроенный вздох. – Даже попрощаться не сможем – уехали с Денисом к его родителям на весь день, а вернемся только завтра к обеду.

– Ну что ты, – я поспешила прервать зарождающийся приступ грусти беременной женщины, – не в последний раз же видимся. Приезжайте ко мне погостить. Ты же знаешь, я вас обоих всегда рада видеть.

– Я знаю. – растроганно просипели в трубку.

Сегодня мы с Максом, не сговариваясь, постарались уместить в один день все оставшиеся. Длиннющая прогулка по окрестностям, ресторан, секс, расслабляющий сеанс spa и снова секс, только уже гораздо более медленный.

На улице ночь и непроглядная тьма – уличное освещение осталось где-то позади. В моем сердце – смесь щемящей тоски и безграничной благодарности. Мы сидим на каком-то маленьком кусочке дикого пляжа и слушаем размеренный шум волн. Есть только мы и море. Хочется остаться здесь навсегда, прирасти к этому освежающему прохладному песку, а еще лучше к человеку рядом.

– Я очень рад, что повстречал тебя здесь. – шепнул, нежно проводя пальцами по моей голени. – Я будто прожил еще одну жизнь, а прошло всего несколько дней. Никогда такого не испытывал. – признался, прижимая меня еще ближе к себе.

– Я тоже рада, что все так получилось. – стараясь не нарушать тишину заснувшего курорта, тихо произнесла.

Совсем скоро начнет светать. С восходом солнца закончится и наша история: я уже больше никогда не смогу лежать на плече этого мужчины, вот так, как сейчас, и просто наслаждаться запахом его парфюма… и им самим.

– Если бы все происходило в другом месте, в другое время… – он замолчал, а я прикрыла глаза, пытаясь унять гулко бьющееся сердце. – Как думаешь, у нас бы был шанс? – повернулся ко мне, но я не нашла в себе силы прямо взглянуть ему в лицо. Вместо этого я просто припала к его губам. Не нужно никаких ответов.

На часах уже ближе к четырем, мы вернулись в мой номер и теперь стоим на балконе. Оба понимаем, что уже пора расходиться, ведь мне утром еще предстоит собирать вещи. Однако разжать объятия просто лишь в теории. На деле мы находим бесконечные отговорки, чтобы побыть рядом хотя бы еще пять минут. Это сумасшедшее наваждение. Уснуть вместе? Нет. Так мы причиним себе еще больше боли.

– Ань, мне пора идти. – наконец-то ставит точку Макс. Я даже в какой-то степени благодарна ему, что он взял эту ношу на себя и не заставил меня произносить эти слова. Он встает и выходит с балкона, давая мне возможность запомнить только свою спину.

Ну вот и все, да, наверное, иногда лучше и не прощаться. Эх, Авдеева, запомни эту спину как самое волшебное, что было в твоей жизни за последнее время!

И все-таки в дверях он обернулся:

– Забыл спросить, на сколько будильник ставить?

– На одиннадцать. – не задавая лишних вопросов, с улыбкой ответила я. Все, что было так необходимо, мы сумели выразить и без слов до этого.

– Не думай, я тебя не брошу. – доверительно подмигнув, Макс оставил меня в гордом одиночестве.

– Звучит весьма обнадеживающе. – без особого энтузиазма пробормотала я, стоило убедиться, что дверь с той стороны плотно закрыта. Сознанию ужасно хотелось подменить реальность и поверить, что эти слова были сказаны при совершенно других обстоятельствах, но я пересилила себя и легла спать.

Пробуждение далось мне как никогда тяжко. В голову лезли всякие непрошенные мысли, которые, однако, никак не способствовали бодрости.

В начале двенадцатого в номер постучались. Знаете, за всю свою жизнь я начиталась довольно много детективов. По этой причине сейчас я постаралась подкрасться максимально аккуратно, чтобы если за мной и пришли бандиты, то они не узнали, что я прямо под дверью.

Моя дурость спала, только когда в глазке я увидела знакомое, можно даже сказать родное, лицо.

– Доброе утро. – встали мы, в прочем, как и поздоровались, я думаю, одновременно. Только почему-то Макс за это время уже успел посвежеть, а по мне будто каток проехался.

– Это все потому, что ты постоянно пропускаешь завтрак. – словно прочитав мои мысли, засмеялся он и потрепал меня по волосам. – Пойдем в кафе, я безумно голоден. – поторопил.

Я же, с сомнением оглядев свой слишком непотребный внешний вид, замялась.

– Ань, извини конечно, – перебил мои размышления сосед, – но всем абсолютно все равно, как ты выглядишь, а я тебя уже видел.

– Ладно, уговорил. – проворчала я, практически на ходу заплетая волосы в низкий хвост. Как же хорошо, что Дина уговорила меня осветлиться! Главное, теперь после возвращения все-таки не рубануть каре.

Завтрак прошел в более напряженной обстановке, чем обычно. Оно и понятно: мы зачем-то всеми силами старались оттянуть неизбежное, и этим создавали неловкость.

Признаться честно, я даже почувствовала некоторое облегчение, когда мой чемодан был погружен в багажник и мы сели в салон.

«Будь уверена, все пройдет, когда самолет уберет шасси» – неустанно твердила себе я.

Но вот мы вошли в стеклянный терминал аэропорта, и внутри все запульсировало с утроенной силой. Никто из нас не был способен шутить или вещать о каких-нибудь глупостях. Рука в руке, мы просто встали друг напротив друга и сцепились долгим, пронзительным взглядом. В нем искрило слишком многое: страх, боль, надежда, разочарование, трепет и нежность.

В какой-то момент Макс не сдержался и поцеловал меня. Так, как никогда до этого. Мы окончательно прощались, и это было слишком очевидно. Горькое, терпкое, но такое вожделенное слияние губ.

– Люблю тебя за то, что не нужно лишний раз объяснять, что, как и почему. – его признание прозвучало так чисто и откровенно, что я даже задумалась, не послышалось ли мне.

Мы не обсуждали, кто из какого города, какие наши фамилии и отчества, сколько нам лет. Мы не стали обмениваться телефонами или страничками в социальных сетях, мы не сделали никаких совместных селфи на память. У нас останутся только совместные воспоминания: такие тёплые, ценные и сумасшедшие.

И вот этот выбор – это сознательный выбор нас обоих. Тогда почему так гадко на душе?! Почему сердце клокочет так отчаянно, будто безвозвратно теряет близкого себе человека?

Так и не сказав друг другу «прощай», мы просто разошлись в разные стороны. Говорят, долгие расставания всегда переживаются труднее. Самолёт взлетит, и меня обязательно отпустит! Пожалуйста…

Вот только стюардесса проинструктировала пристегнуть ремни, а душа и тело все еще рвались назад к трапу, чтобы обнять того, кто скорее всего уже подъезжал на такси к отелю…