Текст книги "Постскриптум: (не)люби (СИ)"

Автор книги: Юлия Вернер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 11 страниц)

Глава 3

POV. Дмитрий

Честно признаться, я надеялся, что больше никогда не увижу этот ходячий ужас, но кажется судьба решила надо мной посмеяться.

Заехав к отцу на работу, я совсем никак не ожидал увидеть ту блондинку на его лекции. Это была точно она. Наверное, незнакомка тоже не ожидала моего появления, потому что когда мы на мгновение встретились с ней взглядами, девушка побледнела и вылупила на меня свои большие голубые глаза.

Забавно.

Хмыкнув себе под нос, я вышел за дверь, забывая о встрече с несостоявшейся самоубийцей. У меня намечались неотложные дела, думать о глупостях было некогда. Сегодня я наконец заключу выгодную сделку на проектирование нового здания, поэтому у меня не было времени думать о глупостях.

POV. Полина

– Дыши, – приговаривает Улька. – Все нормально, может тебе показалось, и это был не он?

– Это был он! – раздраженно вскрикиваю я, чем привлекаю внимание первокурсниц в коридоре. – Говорю тебе: это в его доме я сегодня проснулась! – добавляю тише.

Девушка вздыхает и хлопает меня по плечу.

– Да ладно тебе, ничего страшного не произошло!

– Ничего страшного? – хмуро смотрю на девушку. – А если он расскажет обо мне своему отцу, а тот сообщит в деканат? Да меня отчислят! Папа и так ненавидит меня, а после такого вообще не пустит на порог! Закончить учебу – мой единственный шанс на светлое будущее! Понимаешь? Это моя возможность на нормальную независимую жизнь! – я закрываю лицо ладонями и прерывисто вздыхаю. – Боже, где он только взялся на мою голову?..

ДейстПолинельно, откуда? И откуда я могла знать, что этот тип – сын нашего преподавателя по праву? Когда мне об этом сообщила подруга, я чуть со стула не упала! Как все-таки тесен мир.

– Да-а, – тянет Уля, накручивая прядку русых волос на палец. – А он кстати ничего. Видела его пару раз издалека, но вблизи он прямо ходячий секс!

Поднимаю сердитый взгляд на девушку, но не говорю ни единого слова.

– Я слышала, что он архитектор. Работает в какой-то крутой фирме, а еще у него есть собственный ночной клуб, который он сам спроектировал, – продолжает трещать подруга. – Говорят, там здорово. Кажется, он называется «Жара».

Я морщусь и отвожу взгляд.

Может, я действительно зря так переживаю? Возможно, он меня даже не узнал! Мне осталось учиться ровно год, протяну как-нибудь! И никто меня не отчислит, нет оснований!.. Хотя, возможно и есть, я же ничего не помню о прошедшей ночи.

– Прекрати уже говорить о нем! – ворчу, доставая из сумки телефон, чтобы взглянуть на время. – Мне остается только надеяться, что все будет хорошо. Ладно, пойдем, а то скоро начнется пара, не хочу опаздывать.

* * *

К четвертой паре я начинаю чувствовать себя как выжатый лимон, поэтому, как только прощаюсь с подругой, прыгаю в подошедший автобус и еду домой.

Приближается лето, а вместе с ним сессия, но это волновало меня куда меньше, чем новоиспеченная мачеха и ее сынок, которых я всем сердцем ненавижу. Понятия даже не имею, как прожить с ними еще один год. Я снова и снова бредила, что когда закончу универ, найду работу и сниму себе небольшую квартирку, в которой смогу облегченно вздохнуть. Там меня никто не будет трогать, никто не возьмет личные вещи и уж точно никто не забудет о маме, будто ее вообще никогда не существовало на свете.

Она всегда говорила, что нужно следовать за мечтой, поэтому я, не раздумывая, сразу после школы подала документы в один из самых престижных университетов и прошла на факультет журналистики по небольшой льготе. Моему счастью не было предела, да и мама мною гордилась… а ровно через два месяца ее не стало.

Мою маму звали Дарьей, и она была талантливой художницей, которая имела в широких кругах немалый успех. На выставках ее работы разлетались как горячие пирожки, и я очень гордилась тем, что являюсь дочкой такой талантливой женщины.

Ее смерть меня изменила: закалила характер, заставила посмотреть на жизнь иначе, но, тем не менее, я не забывала ее наставлений. Никогда не любила говорить и вспоминать о том, как она умерла. Тот ужасный день навсегда останется в моей памяти и я, наверное, не перестану винить себя в случившемся.

Открыв дверь своим ключом, вхожу в квартиру и как можно скорее иду в свою комнату, пока меня никто не увидел.

Падаю на кровать, устало закрываю глаза, раздумывая над тем, что стоит перекусить и приступить к домашней работе, как вдруг в комнату без стука врывается сводный братец и машет тетрадкой.

– Полина, напиши мне сочинение!

Переворачиваюсь на живот и зло на него смотрю.

Мало того, что он не спросил разрешения войти, так еще и тон у этого мелкого паразита был таким, будто я обязана выполнить любой его каприз! Ну, уж нет, так дело не пойдет!

– Во-первых, выйди и зайди нормально, – говорю, недобро сузив глаза. – А во-вторых, сбавь тон! Я ничего тебе не должна!

Этот гавнюк недовольно на меня смотрит, а затем оборачивается к открытой настежь двери.

– Мамочка! Она не хочет мне помогать! – орет он, а затем снова разворачивается ко мне с такой самодовольной физиономией, что так бы и врезала.

Анжела на крик своего чада бежит незамедлительно и они оба встают в дверях, буравя меня недовольными взглядами.

– Я никого из вас к себе не приглашала, – бросаю, ничуть не пугаясь появления мачехи. – Со своими уроками разбирайтесь сами. У меня своих дел достаточно.

Анжела складывает руки на груди, стараясь не задеть свежевыкрашенные ногти.

– Чего ты грубишь брату? Сложно помочь? – начинает меня вычитывать. – Ты же будущая журналистка! Вы все сочиняете небылицы! Вот и напиши ему сочинение!

Какая наглость!

– Во-первых, он мне не брат, – сажусь и закидываю ногу на ногу. – А во-вторых, я не буду никому ничего писать, особенно после подобного тона! А сейчас выйдите из моей комнаты и разберитесь со своим сочинением самостоятельно! – буквально шиплю. – Мало того, что явились в чужой дом и начали устанавливать свои порядки, так еще и ко мне присосались, как пиявки, чтобы я за вас все делала! Нет и точка! А теперь выходите и закройте за собой дверь!

Мачеха смотрит на меня и сжимает ужасно сделанные губы.

– Я все расскажу твоему отцу! – выпаливает она. – Мерзавка!

Я ничего не говорю в ответ, прекрасно знаю, что ничего хорошего из этого не выйдет.

Забрав своего отпрыска, Анжела уходит, громко хлопнув дверью.

Ну-с, аппетит у меня уже пропал!

Просидев в своей комнате несколько часов, я выполнила задания и только-только собралась пойти в душ, как вдруг дверь снова открывается.

На этот раз на пороге стоит отец, и вид у него суровый, кажется, ему уже известно о ссоре и я почему-то уверена, что эта женщина приукрасила, выставляя виноватой меня!

– Иди и извинись перед Анжелой и Олегом, – говорит он. – Я не хочу, чтобы вы изо дня в день собачились!

Я откидываюсь на спинку кресла и убираю с коленей ноутбук.

– Никаких извинений не будет, папа, – говорю упрямо. – Пусть сначала научатся стучать в дверь и нормально разговаривать. После этого, возможно, я подумаю над твоими словами. В отличие от твоей пассии, я никого не оскорбляла. Я, между прочим, твоя родная дочь, а ты в который раз принимаешь сторону этой стервы, которая села тебе на шею!..

Щеку обжигает хлесткой пощечиной. Не ожидала, что папа меня ударит. Он никогда не поднимал на меня руку. Никогда… до этого момента. Этот большой и сильный мужчина когда-то любил меня, заботился, играл и читал на ночь книги. Что с ним стало?

– Раз уж ты так относишься к моей будущей жене, то больше не получишь от меня ни копейки! – выпаливает отец, продолжая зло смотреть на то, как я потираю ладонью щеку. – Оплачивай себе учебу, как хочешь, ты уже взрослая! – и после этих слов он выходит из комнаты, оставляя меня переваривать услышанную информацию.

Родной отец оставляет меня без средств существования, когда учиться мне остается всего один год. Конечно, можно перевестись на заочное отделение и начать работать, но тогда мой персональный ад продлится на один год больше, а я этого не хотела.

Необходимо срочно искать работу, потому что платить за обучение придется совсем скоро, но я сильно сомневаюсь, что способна найти что-то стоящее с моим неполным высшим образованием. Может, папа одумается? Хотя, о чем это я? Он даже не извинился передо мной за то, что ударил!

Боже. Если тот мужчина говорил правду, и я действительно пыталась покончить с собой, то лучше бы он меня не останавливал, ведь сейчас я бы не оказалась в такой заднице!..

Смахнув с глаз злые слезы, быстрым шагом выхожу из комнаты, хватаю джинсовую куртку и выскакиваю из квартиры в чем есть, потому что в четырех стенах мне не хватает воздуха.

Выбежав из подъезда, я прерывисто вздыхаю и стираю с лица остатки слез. Медленно иду прочь.

Как-то некстати живот сводит от голода, и я морщусь.

Поковырявшись в куртке, нахожу в кармане пару сотен и иду в сторону ближайшего киоска, в котором покупаю хот-дог и чай, собственно то, на что хватает денег.

Сажусь неподалеку на лавочку, ужинаю, вероятно, с виду напоминая какую-нибудь бомжиху, слизываю с пальцев соус и выбрасываю обертки в урну. Хорошо, что ночи еще теплые, а то пришлось бы скорее возвращаться домой, а я этого не хочу. Меня вообще все чаще посещает мысль, что это уже не мой дом. Наверное, скоро так и будет. В следующий раз отец скажет, что я должна жить отдельно, после чего выставит за порог и захлопнет перед носом дверь. Да уж, перспективы у меня не радужные, завтра и вовсе придется добираться до универа пешком, чтобы сэкономить деньги.

Поднявшись с лавочки, прохожу мимо киоска и приближаюсь к доске объявлений, на которой в основном что-то продавали или покупали, но как-то неожиданно на глаза попадается старое выцветшее объявление о наборе работников в ночной клуб «Жара», увидев которое меня бросате в дрожь.

Не о нем ли сегодня утром говорила Ульяна? Это знак свыше что ли?

Достаю телефон, фотографирую адрес и номер, а потом снова смотрю на листовку.

Ночной клуб неплохой вариант. Такая работа не будет мешать посещению занятий, правда спать придется очень мало, или вовсе не придется, как пойдет. Может мне и с хозяином не придется встречаться. Не думаю, что он занимается набором персонала, так что бояться мне собственно нечего. Завтра же после учебы схожу туда и узнаю о вакансиях, к тому же, это не очень далеко от дома, так что в целях экономии времени попробовать можно.

Глава 4

От универа до клуба я добираюсь за каких-то полчаса, но еще минут десять стою перед дверью и боюсь войти. В голову сразу лезут всевозможные мысли о том, что меня никто там не ждет и все вакансии, вероятно, давным-давно закрыты, но я быстро беру себя в руки, напоминая себе простую истину: попытка – не пытка!

Толкаю тяжелую дверь, вхожу в темное пространство и замираю, растерянно вертясь по сторонам, пока глаза, наконец, не привыкают к скудному освещению.

– Эй! Мы закрыты! – кричит какой-то парень с дредами, протирая бокалы за барной стойкой. – Открытие в восемь, киска, так что будь добра, выйди за дверь!

Я растерянно хлопаю ресницами, наблюдая за ним, а затем все равно иду в сторону бара, потому что я уже здесь и просто так уходить не намерена!

– Я не тусить пришла, – отвечаю, опираясь на столешницу и разглядывая, судя по всему, бармена. У него были темно-русые волосы и синие глаза, но больше всего привлекали внимание его широкие скулы и атлетическое телосложение под кожаной жилеткой. – Мне работа нужна.

Незнакомец смотрит на меня исподлобья и морщится.

– У нас нет открытых вакансий, киска. Поищи в другом месте.

Вот черт! Я так и думала! А место ведь классное… Что же мне делать? Я была уверена, что судьба мне в кое-то веке подает знак, но кажется, все это лишь ее злобная шутка!

– Но ведь… – я никак не находила слов. – Но Дмитрий сказал, что можно что-то придумать! – вырывается у меня, прежде чем я хорошенько обдумываю свою маленькую ложь.

Парень с дредами перестает натирать стаканы и смотрит на меня.

– Дмитрий? – приподнял он бровь.

– Да, – киваю. – Ершов.

Парень странно на меня смотрит и хмыкает, а потом ставит стакан на стойку и выходит, маня за собой пальцем.

– Ну, раз Дмитрий сказал, то тогда пойдем.

Обрадовалась ли я в этот момент? Да не то слово!

Шагая следом за незнакомцем, я рассматриваю интерьер клуба, восхищаясь его дизайном и атмосферой. «Легкая эротика» так я подумала, прежде чем останавливаюсь, едва не врезавшись в спину парня.

– Набором персонала занимается Леха, – говорит он. – Скажи ему о вашей договоренности с Дмитрием. А я пойду обратно, у меня еще дел много.

– Спасибо, – бормочу и перевожу взгляд на дверь, на которой была табличка с надписью «Прохоров А. А.»

– Не за что, – бросает тот и уходит, оставляя меня один на один со своей ложью.

Ну, я не думаю, что хозяин заведения вообще узнает обо мне, так что попробовать стоит. Мне слишком сильно нужны деньги, так что из-за маленькой неправды нельзя включать «заднюю»! Возможно, я уже на половину пути у своей цели! Это же прекрасное место, а расположение еще лучше! Ну что такого, в самом деле?..

Стучу в дверь, а затем толкаю ее и переступаю через порог, натыкаясь на удивленный взгляд молодого светловолосого мужчины, сидящего за рабочим столом. Напротив него сидит еще один, брюнет, и, кажется, я только что прервала их беседу.

– Простите, – бормочу, разглядывая, судя по всему, Алексея. – Парень за барной стойкой сказал, что вы занимаетесь набором людей и сможете мне помочь. Я знаю, что свободных вакансий нет, но Дмитрий говорил, что можно что-то придумать.

Мужчина задумчиво чешет подбородок и переводит взгляд на своего собеседника, который перевешивается через подлокотник кресла, и поворачивает ко мне голову.

Мое сердце пропускает удар, второй, третий, а потом, кажется, падает от ужаса в пятки, потому что такого поворота я вообще никак не ожидала!

Нужно бежать отсюда и как можно скорее!

Что если он сейчас вообще вызовет полицию?

– Можно что-то придумать, говоришь? – Дмитрий приподнимает бровь. – Что ты вообще тут делаешь?

Алексей переводит взгляд со своего приятеля на меня.

– Ты от меня что-то интересное скрыл, приятель? – спрашивает он. – Ты знаком с этой куколкой?

Я делаю шаг назад, чувствуя, что дело плохо.

Ох, как плохо!..

– Я, наверное, пойду, – бормочу, медленно пятясь к двери. – Ошиблась клубом… Ну, я пошла! – И только-только собираюсь отвернуться и схватиться за дверную ручку, как слышу за спиной громкое «стоять»!

– Я тебя не отпускал! – рявкает хозяин клуба и поднимается с места, засовывая руки в карманы. – Леха, погуляешь недолго, а? Нам поговорить нужно.

Друг Дмитрия поднимается и пожимает плечами, хотя я по лицу вижу, что ситуация его забавляет и он желает больше зрелищ.

– Без проблем, брат, но позже я жду все в подробностях! – он преодолевает расстояние между столом и дверью, слегка отпихивает меня в сторону и выходит в коридор.

Я остаюсь в кабинете один на один с человеком, который, кажется, готов придушить меня голыми руками прямо здесь и сейчас, потому что взгляд у него свирепый.

– Ну и что это за выходки? – он медленно подходит ко мне и смотрит сверху вниз. – Что ты вообще задумала?

Я нервно прикусываю губу и виновато поднимаю на него глаза.

– Мне нужна работа, – лепечу. – Листовку с названием клуба увидела на стенде у дома, вот и пришла!

Дмитрий нехорошо щурится.

– Хочешь сказать, что не знала о том, что владелец заведения – это я?

Мои плечи опустились, и я тихонько вздыхаю.

– Знала.

– Если знала, тогда на что надеялась?

Пожимаю плечами и отвожу взгляд.

– Я думала, что не встречу тебя здесь.

Мужчина фыркает, отходит и садится на небольшой диванчик, упираясь руками в колени.

– А может, ты преследуешь меня?

Вскидываю на него взгляд и поднимаю бровь.

– Больно нужно, – отвечаю колко, складывая руки на груди. – Мне просто нужна работа, а вот ты – не особо.

Мужчина улыбается, но улыбка больше походит на оскал.

– Даже если у меня есть свободные вакансии, то я все равно не возьму на работу пьяницу! – выдает он и откидывается на спинку кресла.

Да как он!..

– Я не пьяница! – вспыхиваю от негодования. – Я вообще не пью, если хочешь знать!

– Ага, я видел, – кивает он, откровенно надо мной потешаясь. – Ты мне половину дома разгромила и испачкала рвотой салон автомобиля. А так да, ты не пьешь. Ты, наверное, просто рядом стояла с теми, кто пил, да? Надышалась, вот тебя и понесло!

Теперь фыркаю я, потому что сильно жалею, что пришла сюда.

– Если возьмешь меня на работу, я все тебе возмещу, обещаю!

Дмитрий скептически на меня смотрит.

– И что же ты умеешь? Может танцуешь стриптиз? Ты такая неповоротливая, что я сильно в этом сомневаюсь!

– Я умею петь!.. – раздраженно бросаю. – И очень даже неплохо!

– Ох, я уже слышал песню в твоем исполнении, так что избавь меня от этих мук! – отмахивается мужчина.

Вот зараза!

– Я могу разносить заказы, в конце концов! – я уже просто не выдерживаю этого «собеседования». – Больше ничего не могу предложить!

– Это ночной клуб, дурочка. Здесь не нужно ничего разносить, люди сами пойдут к бармену.

Вот, собственно, и все. Аргументов, чтобы этот тип взял меня на работу, больше не остается, так что можно было уходить и продолжать искать что-нибудь еще. Может поломойкой куда-то устроюсь, в конце концов, но вряд ли я таким образом заработаю на учебу и личные расходы.

– Ладно, – поправляю рюкзак на плече и делаю шаг назад. – Прости, что отняла у тебя время. Я пойду.

«Ну, а на что ты надеялась, дурочка?» – шепнул внутренний голос. – «На то, что тебя примут в любое место с распростертыми объятиями?»

Да, наверное, я так и думала, но реальность, увы, оказалась куда более суровой.

– Погоди.

Я замираю и смотрю на серьезное выражение лица Дмитрия, который ровно садится и смотрит на меня в упор.

– Ты же еще учишься. Зачем тебе работа? – спрашивает он.

Топчусь на месте и туплю взгляд.

Жаловаться не хотелось, но говорю, как есть:

– Отец отказался оплачивать учебу, так что выбора у меня нет.

Мужчина хмурится.

– А мама?

Отрицательно мотаю головой, не сразу в силах озвучить тяжелую истину.

– Она умерла.

Я сказала это впервые. За прошедшие два с половиной года я избегала говорить об этом вслух, потому что это оказалось очень тяжело и больно, а может, я просто отказывалась принимать данный факт.

Некоторое время мы просто молчим.

Мне в этот промежуток очень хочется открыть дверь и просто сбежать из клуба, все равно куда, но я продолжаю стоять на месте, бегая глазами по кабинету, чтобы отогнать подальше накатывающиеся слезы. Не хватает еще расплакаться при этом типе!

– Я могу предложить тебе должность администратора, – внезапно нарушил тишину мужской голос.

Я не сразу понимаю то, что говорит мужчина, но когда, наконец, до меня доходит, в груди радостно екает.

– Ты серьезно? – осторожно спрашиваю. – Просто если ты надо мной шутишь, то…

– Я говорю без шуток, – не дает мне закончить мысль Дмитрий. – Оставь свой номер бармену, мы позже сообщим, когда можешь приступать к работе. Идет?

Я растерянно киваю.

– Зарплата достойная, работа не пыльная, но если будешь баклуши бить, уволю. Ясно?

– Я поняла, – отвечаю. – Спасибо.

Дмитрий кивает.

– Можешь идти. До встречи, – говорит он и поднимается.

– До встречи, – мямлю в ответ и выхожу за дверь, где нос к носу сталкиваюсь с Алексеем.

Он что, все время тут стоял?

– Прошу прощения, – бормочу, а потом обхожу его и иду прямиком к парню с дредами, чтобы оставить свой номер.

Блондин провожает меня взглядом, но ничего не говорит. Тем лучше!

Подойдя к стойке, улыбаюсь бармену.

– Дмитрий просил оставить тебе свой номер, – говорю, пытаясь скрыть свое волнение.

Парень бросает на меня быстрый взгляд и кладет передо мной блокнот и ручку. Я пишу номер и, на всякий случай, адрес электронной почты, после чего протягиваю все обратно.

– Он Жуков, – неожиданно прерывает молчание бармен и смотрит на меня.

– Что, прости? – не понимаю.

– Ершов – фамилия его приемного отца, киса. Фамилия Дмитрия – Жуков, – поясняет парень с дредами. – Прежде чем лгать, лучше прощупай почву.

Я на мгновение замираю, переваривая услышанную информацию.

То есть этот тип не родной сын Станислава Викторовича? Но почему Ульяна не сказала мне об этом? Сама не знала?

– Я не лгала, – пытаюсь оправдаться. – Просто не знала таких подробностей.

Бармен фыркает и протягивает руку.

– Леонид.

Я улыбаюсь.

– Полина, – представляюсь и пожимаю протянутую ладонь.

– Приятно познакомиться, – он подмигивает мне. – Будет здорово, если ты действительно будешь работать с нами, киса.

Хм, я очень надеюсь, что в скором времени так и будет.

POV. Дмитрий

Я дал этой девочке шанс, потому что почувствовал, что должен как-то ей помочь. Можно сказать, мне стало ее жалко после того, как я сложил два и два.

Блондинка напилась, пыталась покончить с собой и бормотала что-то про семейные проблемы и вот сейчас появляется и говорит, что ищет работу, потому что отец отказывается оплачивать учебу, а еще я узнал, что ее мать умерла.

Я видел, что девчонка упрямо сдерживала слезы, и сдался – дал ей надежду. Да, Леня будет не в восторге, узнав, что эта Катастрофа заберет себе часть его обязанностей, но ведь он давно жаловался, что ему тяжело со всем справляться.

– Ты правда взял эту зайку на работу? Она же лгала мне, да? – мой друг сидит и требовательно смотрит на меня. – И что она будет делать? Танцевать стриптиз?

– Она будет администратором, – отрезаю, все еще думая о чем-то своем. – Подготовь для нее документы.

Леха тяжело вздыхает.

– Так ты ее знаешь? Кто она вообще такая?

– Мы с ней виделись пару раз, – отвечаю, прекрасно понимая, что рассказывать всей правды не стоит. – Она студентка, мой отец у нее преподает.

Прохоров кивает.

– И это все? Ну, понятно. Решил приударить за блондиночкой? А как же твоя Рита?

Перевожу равнодушный взгляд на друга.

– Не все такие бабники как ты, приятель, – говорю и поднимаюсь с места, не желая разговаривать о личном. – Мне надо ехать. Сделай то, о чем я прошу. Созвонимся позже, – не дождавшись ответа, выхожу из кабинета и иду на улицу, все еще думая о девочке.

И почему, она влезла мне в голову? Людей с тяжелой судьбой и проблемами полно, что в ней такого особенного?..