Текст книги "Все будет по-моему! Часть 14 (СИ)"

Автор книги: Wing-Span

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 25 страниц)

Глава 1032

Кён встретил Реброса еще в Башне Новичков, где освободил его через смерть в обмен на информацию о Зенице, благополучно переданную богине. О том, что он так скоро вновь столкнется с этим драконом, не воспринимающим других мужчин за людей, парень и подумать не смел. Слишком уж не похоже на совпадение.

«Моргнуть не успел, а тут вновь твоя рожа. Того глядишь, запомню ведь. Кен, верно?»

«Почти верно. Извиняюсь за грубость, но какого хера ты тут делаешь?»

«Не за что.» – буркнул Реброс.

«Мы знакомы недолго, но я уверен на сто процентов, что ты не стал бы спасать меня за спасибо. Ты в целом не из тех персонажей, кто взаимодействует с мужчинами подобным образом, так кого же я на самом деле должен благодарить?»

«Тут ты прав, не усралась мне твоя благодарность.» – согласился Реброс и задумчиво произнёс. – «За свою жизнь я заключал много пари, и почти всегда победные, ведь я не заключаю пари, в которых не уверен. Но в этот раз… Какого хуя ты не девка, Кен? Наизнанку выворачивает, когда мужчины превосходят мои ожидания. В душе не ебу, что такое зависть, но вот чувство сожаления из-за тебя я прочувствовал сполна.»

«С кем… Ты заключил… Пари…» – едва сдерживаясь, с надеждой спросил Кён.

Как раз в этот момент в воронку спрыгнула обворожительная женщина с таким же лучистым взглядом, как у ее прекрасной дочери. Она осторожно приблизилась к сыну и заключила его в крепкие объятия.

У Кёна словно камень упал с души – настолько тяжелый, что тело едва ли не воспарило. Тревоги развеялись, натянутые до предела струны внутри ослабли. Впрочем, чувства эти исходили в основном от бывшего владельца тела, для которого Падма стала настоящей матерью.

«Я знала, что ты придёшь за мной, Кён… К счастью, мне удалось придумать кое-что, чтобы спасти тебя от Вальдеров. Я рада, что теперь ты в безопасности.»

Кён хотел было ответить, но осекся на полуслове и просто обнял Падму в ответ. Он чувствовал себя ее сыном даже меньше, чем сыном Дианы Стоун, своей приемной матери. В конце концов, настоящий ребенок Падмы, вернее, жалкие остатки его существования, таились глубоко внутри. Сам парень не испытывал такой острой нужды в материнской ласке, чтобы красть ее у маленького мальчика.

«У меня есть к тебе вопросы.» – сразу сказал Кён. – «Но сперва я намерен вскрыть живот нескольким свиньям. В том числе твоему бывшему мужу. Подождёшь немного?»

«Кён…» – начала было Падма.

Но внезапно послышался смех Реброса: «Нихрена себе! Малец, ты что, шестёрку во мне увидел? Охранника своего? Я, блядь, даже не хочу брать тебя с собой! Но в таком случае грош цена моему спасению, если через минуту тебя набьют опилками. Поэтому хватай яйца в кулак и дуй за мной. В ином случае ко мне претензий нет.»

Кён едва сдержался, чтобы не высказать пару ласковых, но промолчал. Очевидно, что к дракону неприменимы людские нормы морали. Уж если он за что-то брался, то основательно, доводя дело до конца. Еще в Башне Новичков ящер ясно дал понять: хитрости и полумеры он считает уделом слабаков.

А главное, глупо даже допускать мысль, будто Падма – та самая женщина, ради которой Реброс свернет горы или хотя бы поможет ее сыну расчистить путь к Вальдерам. То, что она вообще привела дракона сюда и уговорила «спасти» мужчину – уже само по себе чудо.

На пальце Реброса удлинился нефритовый коготь. Дракон небрежно рассек воздух, вызывая искажающий пространство всплеск энергии. Взметнулась пыль, и он шагнул в образовавшийся пространственный разлом.

«Извини Реброса за это… Он таков, каков есть. Пошли.» – виновато произнесла Падма и потянула сына за руку, не оставляя ему выбора, тем самым делая маленькую услугу.

За неимением альтернатив Кёну пришлось последовать за матерью. Очевидно, что месть придется отложить до более подходящего момента, вот только когда он настанет? Айзек, зная о существовании потенциальной марионетки легендарного ранга, наверняка оставит здесь своих слуг. Соваться обратно в ближайшем будущем – верная смерть.

{Падма жива, а я вышел из критической ситуации, но радости нет… Моей радости нет.} – Кён нахмурился. И хотя бывший владелец тела сейчас радовался, словно виляющий хвостом щенок, сам Кён от клокочущей внутри ярости отчаянно желал набить кому-нибудь морду.

Наконец, миновав разлом, парень оказался в особняке, выстроенном из золотого дерева. Убранство выглядело одновременно роскошно и приземленно. Казалось, сами стены здесь пропитались терпким женским ароматом, словно он очутился в элитном публичном доме.

Уловив вибрацию шагов из соседней комнаты, Кён нахмурился – легкая поступь явно принадлежала женщине. Реброс уже скрылся из виду, видимо, найдя занятие поинтереснее, чем болтовня с мужчиной в собственных чертогах. Гости мужского пола здесь вряд ли появлялись часто.

У Падмы от стыда заполыхали уши. Боясь даже встретиться взглядом с сыном, она молча отвела его в просторную комнату, усадила в кресло и попросила подождать. Буквально через минуту женщина вернулась с подносом, уставленным угощениями и горячим чаем.

Кён, впрочем, всем своим видом демонстрировал полное отсутствие аппетита. Неужели в текущей обстановке она всерьез надеется на дружелюбную семейную беседу за чаем с булочками? Или совсем не осознает абсурдности происходящего? Нет, конечно же, все она понимает.

Заметив угрюмое лицо парня, Падма тяжело вздохнула. Немного поколебавшись, она все же заговорила: «Кён, я очень признательна тебе. Уверена, последние три месяца ты лез из кожи вон, чтобы стать сильнее… Чтобы вызволить меня из плена и не позволить Вальдерам казнить. Ради моего спасения ты, несмотря на все риски, действительно отправился в Гунтану… Я тронута твоим поступком до глубины души, сынок.»

«Я сделал то, что должен.» – сухо ответил Кён. Он тут же уловил укол недовольства от бывшего владельца тела – мальчишка явно считал, что маму следует горячо поблагодарить за спасение. Но парень мысленно велел поганцу заткнуться.

«Я не достойна такого хорошего сына.» – с печальной улыбкой произнесла Падма.

«Ты умная женщина.» – сухо согласился Кён.

Эти слова словно ножом полоснули Падму по сердцу. В ее глазах вновь заблестели слезы, и она начала свой рассказ: «В день твоего ухода меня похитил Григорий. Всё произошло так неожиданно, что я даже не поняла, как потеряла сознание, а когда очнулась, уже находилась в темнице дворца Вальдеров, где старик решал, как меня убить. Мне очень повезло, что рядом появился Магнус. Он убедил старика сохранить мне жизнь…»

Кён нахмурился. Выходит, Магнус в каком-то смысле рассчитывал, что парень рано или поздно явится спасать Падму? Вряд ли. Скорее всего, он сохранил ей жизнь сугубо ради собственной страховки – на случай, если посланнику богини все-таки удастся взять Вальдеров за горло.

«Я провела взаперти месяц, с ужасом осознавая, что являюсь приманкой для собственного сына. Я пыталась покончить с собой, но лишённая энергии не могла причинить себе вред… А потом ко мне внезапно наведался мужчина. Он смотрел на меня плотоядным, оценивающим взглядом, задал несколько вопросов про тебя и предложил уйти с ним. Узнав, как он связан с тобой, я согласилась, обрадовавшись, что древний и ужасный дракон – твой должник, н-но… Но потом я узнала его получше, и поняла, он спас меня вовсе не из благодарности к тебе, а из-за желания найти себе одарённую „самку“, видимо, решив, что мать столь одарённого монстра и сама должна быть на непревзойдённом уровне.»

Кён припомнил россказни Реброса о том, насколько драконам тяжело завести потомство. Их семя чрезвычайно требовательно к самкам, причем как в плане таланта к культивации, так и внешности. Это вполне объясняло, чем именно его привлекла Падма. Оставалось лишь неясным, как дракон вообще сумел ее отыскать. Этот момент стоило бы прояснить.

«У меня был выбор. Я его приняла, в том числе потому, что хотела помочь тебе. К сожалению, повлиять на Реброса необычайно сложно, и всё-таки мне удалось, и то из-за безумной веры в тебя – в твои способности. Он сдержал обещание и спас тебя.»

Кён про себя отметил, что если бы меч Бедствий не превратился в регалию, способную утяжеляться до миллиона килограмм, и если бы не Обратный Заряд, то ему не удалось бы одолеть даже дуона. Тогда спор с Ребросом был бы проигран.

Впрочем, Падма и не догадывается, что он, скорее всего, выкрутился бы и без помощи дракона, но скажи он ей об этом сейчас – и окончательно растопчет ее самооценку.

Падма глубоко и судорожно вздохнула: «Сынок, я понимаю, как ты это видишь. Из-за меня ты попал во всю эту передрягу, старался стать сильнее и рисковал своей жизнью, а я ещё и оскорбила тебя. Какое самоуважение может быть у сына распутной женщины?»

Кён едва слышно фыркнул. Падма сильно заблуждалась, полагая, что подобное способно его оскорбить. Грош цена самоуважению Лавра, если человек, которого он не знал большую часть своей жизни, может пошатнуть его чувство собственного достоинства. По большому счету, он даже не воспринимал ее как свою мать – она оставалась матерью того слабого мальчика, чья душа все еще цеплялась за существование.

«Ради твоего же блага я просто не могла поступить иначе, даже если бы меня воротило от Реброса. Как видишь, ты спасён, а это самое главное. Я готова принять твоё презрение. Я не прошу тебя о благодарности, но я стала бы самой счастливой матерью на свете, если бы сын простил меня. Впрочем, я этого тоже не заслуживаю…»

{Лучшая защита – это нападение? Очень предусмотрительно.} – пронеслось в голове Кёна. Он прекрасно знал о выдающейся эмпатии матери, ее интуиции и таланте переговорщика. Женщина умела читать эмоции по одной лишь мимолетной тени на лице. Парень уже давно составил ее психологический портрет: когда Падма лгала, ее выдавала крошечная, едва уловимая морщинка. Сейчас, судя по всему, она говорила абсолютно искренне.

Впрочем, эта искренность касалась лишь ее текущих эмоций. Кён не мог быть до конца уверен в правдивости слов о предоставленном Ребросом «выборе». Эмоциональный интеллект Падмы был достаточно высок, чтобы предвидеть жгучую ненависть сына к древнему дракону, возьми тот ее силой. Она вполне могла попытаться пресечь эту потенциально смертельную вражду на корню, убедив саму себя и Кёна, что стала женщиной дракона сугубо «по собственному хотению».

Если принять ее версию за истину и допустить, что Реброс действительно вытащил Падму из темницы, соблазнив без применения силы, то Кён просто не имел морального права мстить дракону убийством. Впрочем, жгучего желания выбить однорогому все зубы это никак не отменяло.

«Пожалуйста, скажи что-нибудь.» – взмолилась Падма.

«Ты действительно умная женщина. Я до сих пор не могу понять, ты руководствуешься материнскими чувствами, материальной выгодой или и материнскими чувствами, пробуждёнными материальной выгодой?» – отпив чай, спросил Кён.

«Сынок, не говори так!» – из красивых глаз Падмы полились слёзы.

«Я бы узнал правду наверняка, будь бездарным слабаком. Так, стоп, я же им был! И как ты отреагировала? Позволила горе-отцу меня вышвырнуть на край света. Даже мешочек золота не оставила нищим родителям. Так почему я должен тебе верить?»

Побледнев, Падма виновато потупила взгляд. Она уже пыталась объяснить свой давний поступок страхом: якобы таинственный недуг непременно убил бы сына, получи он от матери хоть каплю помощи. Повторять эти оправдания сейчас не имело смысла.

Тем временем бывший владелец тела внутри разума словно с цепи сорвался. Кён холодно осадил его: {«Закрой рот, пиздюк. Уясни раз и навсегда: ты уже мёртв. Судьба раздавила тебя как букашку. Последнее, что связывает тебя с внешним миром – это я. Ты всего лишь зритель. Я уже помог тебе отомстить Каре и даже сестре. Я и Вальдерам обязательно отомщу. Но не потому, что ты этого хочешь. Это целиком и полностью моё решение. Кровь твоей, а значит и моей родословной будет очищена от грязи. Мне так будет спокойнее жить, зная, что я решил все проблемы этого тела. Однако если ты продолжишь пытаться повлиять на моё поведение, то я сочту это за вторжение в мою личную жизнь и свободу, а ты прекрасно знаешь, как я к этому отношусь. Выкорчую нахер из души!»}

Жесткий ментальный посыл ударил прямо по остаткам чужой души, вызвав легкое недоумение дремлющего Коатля и повергнув бывшего владельца тела в полнейший, парализующий ужас.

Кён не сомневался: скулящий мальчишка больше не посмеет его тревожить. Возомнил о себе невесть что, но теперь будет тихо забиваться в угол. Давно следовало поставить его на место, просто не подворачивалось подходящего повода, пока этот сопляк не спровоцировал неконтролируемую вспышку ярости недавно. И крупно повезло, что та оплошность не стала фатальной, когда Кён по своей воле угодил прямо в ловушку Григория.

«Подними голову и посмотри на меня.»– сухо попросил Кён.

Покрасневшими глазами Падма посмотрела на сына.

«Прошлого не вернёшь, и фарш в корову не перекрутишь. Я не виню тебя в том, что попал в эту ситуацию. С первого же дня ты была лишь приманкой Григория, о чём не могла знать. Моя личная вражда с Вальдерами, – унижение Кристофера, попытка захватить императора с помощью Геры и мировая война, – едва ли тебя касаются, поэтому я всего лишь сделал то, что должен сделать сын, какой бы плохой матерью я тебя ни считал.»

«Пусть прошлые ошибки останутся в прошлом. Я уже давно принял решение заняться семейным вопросом и разобраться с Вальдерами. К тебе у меня нет вопросов, если ты мне нигде не солгала. Вопросы у меня есть только к Магнусу.» – подытожил Кён.

«Сынок, т-ты не держишь на меня зла?» – неуверенно спросила Падма.

«Я презираю твой поступок, хоть и понимаю, чем ты руководствовалась. Однако если бы не все эти события, то не было бы меня здесь.» – спокойно сказал Кён.

Брови Падмы удивленно поползли вверх. Неужели сын наконец осознал, что неминуемо погиб бы, сохрани она с ним тогда хоть малейшую связь? Разумеется, женщина и понятия не имела, что Кён подразумевал свое перерождение в этом теле.

Кён оказался своеобразным заложником чужого прошлого. Точно так же ребенок, зачатый в результате изнасилования, может всей душой ненавидеть неизвестного отца, но, получив шанс вернуться в прошлое, он был бы полнейшим кретином, если бы предотвратил собственное появление на свет.

Совсем другой вопрос – считал ли сам Кён Падму достойной спасения, учитывая колоссальные риски. Как бы то ни было, решение защищать ее из он принял давно, задолго до всех этих событий и уж точно до слезливых мольб запертого внутри сознания мальчишки. И только это имело значение.

«Я рада, что у меня вырос такой умный сынок.» – вытирая слёзы, произнесла Падма.

Глава 1033

Следующие пятнадцать минут разговора с матерью прошли легко, потому что она старательно избегала острых тем, в основном расспрашивая о его приключениях. Парень лично передал ей кольцо с легендарными Бессмертными Костями. Женщина не могла осознать ценность этого подарка в полной мере, но всё равно горячо поблагодарила сына.

В какой-то момент в помещение зашёл статный мужчина в халате и с одним рогом. Опустившись в кресло, он лёгким движением пальца вызвал поток ветра, который притянул к нему в объятия женщину. Она примостилась у него на колене, слегка покраснев.

«Ревнуешь, что ли?» – со смешком спросил Реброс.

«Ищешь смерти, что ли?» – холодно спросил Кён.

Реброс громко рассмеялся: «Миллион раз видел реакцию детишек на мои отношения с их матерями, но ты единственный, кто, зная, что я бог драконов, грозит мне прямо в лоб! Ха-ха, давно я так не смеялся, ну и шутка!»

«Ты прекрасно понимаешь, что я не шучу.» – возразил Кён.

Вытирая слёзы, Реброс сказал: «У тебя ещё молоко на губах не обсохло, чтобы говорить так со мной. Да, для своей ступени ты непомерно силён, но в рамках мировой иерархии силы, которую я обязательно возглавлю, ты никто и звать тебя никак.»

Во взгляде Падмы читалась тревога. Она жестами пыталась остановить сына, чтобы он от греха подальше прекратил провоцировать древнего дракона.

Реброс ущипнул мадам за щёку: «Не волнуйся, золотце. Я не использую столь низменные методы, как устранение врага в утробе. Я вообще никого своим врагом априори считать не могу. Просто идиоты, треплющие мне нервы, – не более того.»

Кён невольно проникся к Ребросу каплей уважения. Тот чем-то напоминал Байрона из шахты, только был ещё более маскулинным: никакой мести, никаких обид и хитростей. Чистая мужская прямолинейность, характер и харизма. Его вообще сложно было примерять к общепринятым человеческим стандартам морали.

Дракон сухо посмотрел на Кёна: «Обычно я не раздаю советы, особенно мужчинам, но сделаю исключение, ведь ты тот ещё амбициозный фрукт. Даже если звёзды сойдутся и тебе не вскроют черепушку по пути на вершину мира, ты всё равно не превзойдёшь главного хуя в мире. Нет смысла думать об истинной божественности, ведь, будь у тебя хоть тысяча Дюрандалей, он щелчком пальцев сотрёт твою душу.»

Слова Реброса попали точно в цель. Кён и сам не знал, как сражаться на чужом поле с тем, кому это поле принадлежит. Кроме Синергии у него ничего не было. Все остальные способы нарушения правил пока никак не помогали ему одержать победу.

«Если поймёшь эту простую истину, то придёшь к выводу, что жить нужно в удовольствие, а нет лучшего удовольствия, чем времяпровождение с красотками.»

Падма ойкнула и покраснела, когда её ущипнули за мягкое место.

«Если не будешь относиться к ним серьёзно, то они тебя не съедят, и жизнь станет во сто крат легче.» – подытожил Реброс, постучав себя по обрубку рога.

«Мой дракон», – начала Падма. – «Как насчёт взять моего сына в ученики? Сам ведь сказал, что он тот ещё фрукт. Его ждёт большое будущее. Так почему бы и нет?»

Реброс удивлённо хмыкнул: «Серьёзно? Падма, золотце, да я скорее поменяю ориентацию, чем возьму ученика! Будь он девушкой, то взял бы, но он, к сожалению, не девушка!»

«Разве обязательно быть таким категоричным?»

«Я таков, каков я есть. Все драконы категоричны, даже самки.»

«Даже самки? Интересно, как выглядели их отношения с мужчинами…»

«Как отношения между тарантулами и лягушками.»

«Каковы твои планы на Падму?» – Кён вмешался в разговор, перейдя к главному.

«Обычно я ничего не планирую насчёт женщин. Они не задерживаются у меня дольше, чем на месяц, ну максимум на год, но Падма – случай особенный. Можешь радоваться.»

«Неужели из-за меня?» – помрачнел Кён. Не хотелось ему играть такую роль.

Реброс усмехнулся: «Нет… К сожалению, нет. Я думал, раз ты такой вундеркинд, твоя мать будет обладать талантом уровня святой Марии, а она… Сплошное разочарование.»

«Реброс, прекрати обижать меня!» – пожаловалась Падма.

«Я всего лишь говорю правду, как и подобает нормальному мужику.»

«Тогда почему она – особенный случай?» – спросил Кён, скрестив руки.

«Есть в ней кое-что интересное. Кто-то хорошенько поработал над её нитями судьбы… Будто сама госпожа удача ей благоволит, смекаешь?»

«Чего?» – Кён озадаченно поднял брови.

«Сложно объяснить, но чутьё бога драконов не обманет. Бывают женщины, приносящие неудачу, а бывают наоборот. С ними всё по жизни идёт хорошо и гладко, неприятности обходят стороной, а фортуна благоволит. Я убеждён, что рядом с этим золотцем моя жизнь улучшится раза так в два, поэтому ты можешь быть спокоен за неё. Я даже не стану её обижать, если только она не начнёт капризничать и показывать характер. Если будет покладистой, нежной и приятной самочкой, то я точно её не брошу.»

Кён усилием воли подавил желание атаковать дракона и задумался. Он заподозрил остаточное влияние удачи Валькирии. Она, словно сама богиня Фортуна, способна влиять на физические законы, что распространяется даже на любимых родных.

Падма тоже догадывалась, в чём дело, отчего многозначительно и самодовольно улыбалась.

«Предпочитаю верить в то, что могу потрогать и увидеть. Но, чёрт возьми, я помню одну дамочку, жену бога Пожирателей Душ… Представь себе: чем ближе я к ней подходил, тем более сумасшедшие вещи со мной творились. А как отдалился на пол-Аргуса, так сразу чудес поляна. Клянусь всевышним, я даже в мир сисек попал! Им оказался фестиваль в какой-то развратной стране, но я никогда ещё не чувствовал себя таким счастливым.»

«Однако ещё больше я ненавижу, когда мною помыкают. Решил, значит, действовать наверняка, чтобы та ведьма познала вкус поражения, но, представь себе, в тот же день познакомился с одной сумасшедшей! А дальше всё как в тумане…»

Кён даже не сомневался, что Реброс говорит правду. Тот был не из тех, кто способен врать. Но дело даже не в этом: он на своей шкуре прочувствовал проклятие неудачи, когда имел дело с Валькирией! Значит, существует уровень выше? Судьба?

«Хочешь сказать, ты нашёл Падму не случайно?» – уточнил Кён.

«Нашёл по твоему следу. Наше рукопожатие забыл?»

«Что-то я не вижу на своей руке твоей энергии.»

«А она тут ни при чём. Как богу драконов, мне доступны некоторые методы… Например, скрещивать линии судьбы рукопожатием. Я не смогу тебе это объяснить, даже не спрашивай. Наш верховный пердун тот ещё шизофреник, раз додумался до такого.»

Нахмурившись, Кён вспомнил ещё одно рукопожатие. Богиня дала ему алхимическую книгу за авторством некоего Акселя, чтобы он приготовил себе медицину Зарождения. В том ментальном мире мужчина настолько впечатлился его навыками, что даже пожал ему руку. Это единственная зацепка, объясняющая, почему из меня вырвалась рука времени и подавила энергию молнии Треволнения почти на сто процентов.

«Помню, ты как-то обмолвился: „Ого, ты даже у него на хорошем счету“. Ты имел в виду Акселя, не так ли? Неужели он был настолько известен, что даже ты его признал?»

Реброс задумчиво произнёс: «Аксель – это псевдоним, а имя его – Ци… Цири, кажется…»

«ЦыЗы?» – почему-то спросил Кён.

«Точно. Вот видишь, даже ты его знаешь.»

Кён слышал это имя в поместье Стоунов. Он поверить не мог, что это просто совпадение. «Чем же прославился этот Аксель, он же ЦыЗы? Неужели легендарный алхимик?»

«Ты задаёшь слишком много вопросов. Я тебе что, информатор какой-то?»

«Ну интересно же. Он ведь владел стихией времени, так?»

«Если тебя интересуют мужики, то соболезную. Мне вот совсем неинтересно. Скажу лишь, что всё, что я знаю об этом ублюдке, я узнал против своей воли.»

По интонации Реброса Кён сделал вывод, что лучше не продолжать нервировать дракона. Удивительно, что он вообще почти вспомнил имя мужчины, ведь сам говорил, что не запоминает мужские имена, а тут вдруг даже псевдоним в памяти всплыл.

Кёну хотелось собрать как можно больше информации из этого живого кладезя древних знаний, но тот был готов говорить только о темах, так или иначе связанных с ним самим. Пришлось сменить тему, пока дракон не принял решение прогнать его из своей обители:

«Что скажешь насчёт пророчества Всевидящего? В нём говорилось про трёх столпов, один из которых, судя по контексту, – это ты. Слишком уж складно звучало.»

Реброс лениво бросил: «Опять Всевидящий взялся за старое…»

«Что ты имеешь в виду?»

«Лень вдаваться в подробности. Скажу лишь, что от дизайнера всевышнего ничего хорошего ждать не стоит. По возможности не пляши под его дудку.»

{Дизайнер всевышнего⁈} – в голове Кёна промелькнул целый вагон мыслей. Появилось столько вопросов, но ленивый дракон вряд ли стал бы что-то рассказывать о мужике. Тем не менее парень всё-таки попытался, из-за чего тот резко оборвал разговор.

«Заколебал со своими вопросами. Пиздуй-ка ты из моей берлоги.» – Реброс поднялся с кресла и рассёк пространство нефритовым когтем, создав разлом.

«Увидимся, сынок.» – Падма любяще обняла сына и прошептала ему что-то на ухо.

Со вздохом Кён покинул обитель чешуйчатого и оказался возле каких-то Звёздных Врат, находившихся неподалёку от центра Бризании. Ну хоть не на край света закинул!

По пути парень задумался о прошедшей встрече. Реброс отыскал Падму, рассчитывая встретить женщину невероятного таланта. В рамках его драконьего мировоззрения он поступил совершенно разумно, но прогадал. То, что мать стала его женщиной, всяко лучше её смерти – с этим невозможно спорить. Вряд ли она дожила бы до сегодняшнего дня, а значит, глупо вообще расстраиваться такому повороту событий.

Однако, как бы сильно Кён ни старался не оценивать Реброса с точки зрения человеческой морали, удавалось это с трудом. Воспринимать его как отчима никак не получалось. Дракон казался, скорее, ценным знакомым, которому очень уж хотелось пересчитать рёбра.

{К чёрту. Зато одной заботой меньше. Рядом с ним ей будет всяко безопаснее, чем со мной.} – с этой мыслью Кён успокоил своё внутреннее состояние и сосредоточился на текущих проблемах. Самая яркая из них прямо сейчас скручивала ему живот от зеркального голода: Ядовитая Духовная Сущность требовала ядовитой энергии!

У Кёна уже закончилась ядовитая медицина для Евы, и она уже требовала накормить её. С каждым днём голод значительно усиливался. Несмотря на всю свою любовь, она не сможет сдерживаться вечно. Стоит ей только попробовать его жизненную энергию – пиши пропало. Этот сладкий нектар, несомненно, окажется сильнее всяких чувств. Но где ей добыть высококачественную ядовитую энергию? Всё-таки после завершения первого этапа Ева стала прихотливее к еде и ещё более ненасытной.

К счастью, у Кёна имелась идея. Он провёл в Гунтане два года, умирая со скуки, и за это время собрал об Аргусе столько информации, сколько смог. Так он выяснил, что через неделю на нейтральной территории пройдёт ежегодная международная ярмарка. Там будут рынки, арены, подпольные аукционы, ставки, торговля рабами и информацией… На ней будут продавать самые разные товары со всего мира, в том числе яды!

Кён, имея множество колец, под завязку набитых легендарными Бессмертными Костями, просто не мог упустить столь прекрасную возможность заработать денег, заодно закупившись ядом. Однако делать это в одиночку, без защиты, – искать смерти. Сомнений нет: его порвут на куски даже за один килограмм суспендия.

Так как Рею в качестве защитницы Кён вообще не рассматривал – она обещала держать его на привязи, – нужно было найти кого-то другого. К счастью, на примете имелась одна великолепная во всех смыслах женщина, получившая силу каким-то загадочным образом. Он уже встречался с ней на Аргусе, правда, она сама его увидеть не смогла.

{Регион кристальных рек.} – Кён отдал телепатический приказ Звёздным Вратам. В глазах замелькали разные картины. Используя статус «Незаконного» он перемещался от портала к порталу, постепенно приближаясь к месту назначения.

Путь по активированной торговой магистрали занял целый день. Обычно он длился бы неделю, а то и месяц, но за счёт определённых недешёвых методов его удалось многократно ускорить. Более того, «цена» путешествия тоже снизилась, что делало эту артерию особенно ценной.

Покинув Звёздные Врата, Кён отправился в небольшой городок у широкой реки под названием Сага. По пути парень дивился красоте природы. Какой-то альпийский рай! Зелёные холмы, цветочные луга, кристально чистые речушки. Всё цвело и пахло, даже солнце, казалось, улыбалось. Жить здесь было сплошным удовольствием.

Вскоре Кён приблизился к самому поселению. Оно больше напоминало не городок, а коттеджный посёлок, только необычайно обширный и роскошный. Плотность населения на квадратный километр здесь была очень низкой.

На входе Кён предъявил страже формацию Стоунов и прошёл внутрь. Вокруг он замечал знакомые лица – тех, кого лично спас с гибнущей планеты: Валентайнов, Клинтонов, даже Грандов и Романовых, ну и, конечно же, Стоунов – немногочисленных жителей Розаррио. Гномы, по-видимому, уже отправились искать своих собратьев.

Об этом месте Кён узнал от богини – она сдержала обещание, – и тут он даже бывал в смотровой сфере Башни Новичков, застав Бая и Диану.

Миновав улицы, парень подошёл к центральному особняку, больно уж похожему на таковой в центре поместья Стоунов. Сердце барабанило от волнения. Это место казалось таким мирным, но в его сердце обитал великий демон и две красавицы, одна из которых приходилась тому младшей дочерью, а другая, видимо, наложницей.

Кён даже не сомневался, что любое проявление недоброжелательности мгновенно обернётся его кончиной. Если Юрий действительно находится в городе, то, скорее всего, парень попал в зону его духовного восприятия ещё при выходе из Звёздных Врат.

{Была не была – поехали!} – подумал Кён и постучался.

* * *

Ссылка на 15-й том (первая глава уже добавлена): /work/573442

П. А. Ура, вот и конец 14-й арки! Всего-то 48 глав – 15 авторских листов! На самом деле это золотая середина объёма в моём понимании, хотя золотым стандартом на сайтах, где продаются книги по томам, считается 10 а. л. В общем-то, я рассчитывал на 10 а. л., а вышло так, как вышло. Надеюсь, это хорошо, и вы довольны раскрытием сюжета.

По традиции поделюсь своим мнением об арке: вполне удовлетворён результатом! Эпик эпиком, но дьявол кроется в деталях. Я знал, что арка может быть похожа на другие, например, на арку с островом, но я специально не заострял внимание на повторениях, а вместо этого сосредоточился на новом. Надеюсь, получилось это раскрыть – вам виднее.

Арка Аргуса (вторая половина книги) только набирает обороты. Пока что это лишь стадия завязки в глобальном смысле и знакомство с некоторыми персонажами. Дальше – больше! Главное, чтобы я набрал темп, а то пока что лишь замедляюсь.

Есть несколько упущений, которые я хочу исправить: Аурелия защитит ГГ от чутья суккубов на испытании, пригласив суккуба, чтобы она подарила ему Поцелуй Суккуба. Попытаюсь описать это получше; Серафима во время побега от Гоба должна была носить нимб и мерцающие крылья; битва с Айзеком должна выглядеть более эпично, всё-таки уровень боя едва ли удаётся прочувствовать; ну а в финале этой битвы ГГ должен его дезориентировать не вспышкой, а «Взглядом Повелителя» ведь он требует Синергию, которая неподвластна проклятию неудачи. Глупое упущение с моей стороны.

Что касается следующей арки, то вас ждёт возвращение Юноны, чего скрывать. И вернётся ещё один старый персонаж в роли директрисы, которого вы ожидаете увидеть меньше всего. Кто? Почему? Как? Об этом вы постепенно узнаете в будущем.

П. С. традиционная конференция в честь окончания арки пройдёт в воскресение (5е число) в 20−00 по МСК в ТГ (там будет ссылка на ресурс для конференций, где ВПН не потребуется). Заглядывайте, послушайте планы, идеи, мнение, открою парочку тем и просто поговорим. Может, услышу что-то интересное и возьму на заметку.

П. П. С. всю интересующую вас информацию о мире книги смотрите в Глоссарии (ссылка в синопсисе). С каждой аркой он дополняется новой информацией.