Текст книги "Все будет по-моему! Часть 14 (СИ)"

Автор книги: Wing-Span

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 25 страниц)

Глава 1007

«Сутки прошли! Где мои жмени синих камней⁈» – повсеместно раздался энергичный скрипучий голос.

Светлые аж всполошились, выйдя из своего подавленного состояния.

«Весь суспендий у госпожи Серафимы…»

«Ну так заберите вкусные камешки и отдайте мне!» – потребовал хозяин горы.

«Нам действительно стоит его забрать? Ну то есть, если госпожа до сих пор не в себе, то определённо стоит, но разве мы вправе входить внутрь?»… «Определённо стоит, иначе хозяин горы выгонит нас к демонам!» – светлые закивали друг другу, найдя повод заглянуть в палатку, чтобы заодно удовлетворить внутреннее любопытство.

На двух руках, сидя в импровизированной тележке, прикатился Амир: «Я всё ещё заместитель лидера! Это мой долг забрать суспендий у госпожи Серафимы!»

То, с какой энергичностью и яростью на лице подъехал парализованный ниже живота Амир, могло бы пробить на смех в любой другой обстановке.

Хоть Амир и понимал, что этим сделает себе только больнее, но не мог отказаться от возможности опровергнуть или подтвердить своё разыгравшееся воображение. Последние сутки он даже глаз сомкнуть не мог, чтобы не видеть эротические образы.

Кивнув друг другу, светлые сделали то, на что не осмелились бы в другой ситуации. Стоило им зайти в палатку, как в нос ударил запах секса, который, впрочем, был ароматным и дико возбуждающим. Но куда больше возбуждало увиденное: госпожа Серафима сидела на паху голого ублюдка, пока он рисовал тазом восьмёрку!

Стройные ноги красавицы были обтянуты колготками в сетку, затем шла короткая кожаная юбка, а дальше корсет, какой не наденет ни один светлый в мире. Соблазнительные груди, танцующие в такт движениям, обтягивали пять ремешков, соединяющиеся на колечке в центре, сквозь которые торчали розовые сосочки.

Прикусив набухшую нижнюю губку, светлая смотрела вверх, пока её глаза были сведены… Они никогда не забудут это выражение чистого незамутнённого сексуального наслаждения на лице госпожи. Такой вид казался полной противоположностью её прежнего образа незапятнанной святой. Неужели яд настолько её испортил? Нет, это во многом из-за человека! Причём этот ублюдок, видимо, проник в девушку не с того входа!

«С вас двадцатка.» – мурлыкнул Кён.

«Сукин сын, да я тебя сейчас… Сейчас шкуру спущу с тебя!» – прорычал красный Амир.

«Я тут вообще-то госпожу твою лечу, а ты хочешь этому помешать? Саботаж?»

«Каким, блядь, образом анальный секс поможет в лечении⁈ И откуда ты взял этот БДСМ костюм⁈ Сукин сын, ты используешь нашу госпожу в качестве секс-игрушки!»

«Я тут, значит, стараюсь, потею, извиваюсь всячески, расходую свою бесценную семенную жидкость, а ты меня ещё и обвиняешь? И после этого ты называешь себя светлым⁈» – возмутился Кён так искренне, что невозможно не поверить.

Дар речи потеряли все, даже хозяин горы. Такой запредельной наглости не должно существовать в этом мире. А что самое ужасное, они даже не могли ничего ему сделать, как минимум потому, что возле него госпожа Серафима.

«СТАРАЕШЬСЯ⁈ Если для тебя это так тяжело, то почему бы не поручить это дело мне⁈»

«Одним больше, одним меньше, да? Ты что, совсем дурной?» – осуждающе спросил Кён. – «Я думал, это у меня проблемы с моралью, но оказывается, вы даже демонам фору дадите… Подумаешь, переспит не с одним, так с двумя. Я думал, вы уважаете госпожу Серафиму, сделаете всё, чтобы она страдала меньше, но вам всем плевать…»

«Я ТЕБЯ СЕЙЧАС ПОРВУ!» – оттолкнувшись двумя руками, Амир устремился к человеку, вытянув руки в хватательном жесте, будто собирался того придушить.

~бум~

Однако инвалид был отправлен пинком в дальний полёт прямо через вход… И, к неожиданности всех, пнул его вовсе не Лавр, а сама Серафима! Такого никто не ожидал. Глаза всех округлились, и даже человек под ней, кажется, побледнел и напрягся.

«Г-госпожа, неужели в-вы…» – начали было светлые, но по её полузакрытым глазам поняли, что нет, она всё ещё поглощена эффектом яда и процессом соития. Её тело так отреагировало на того, кто намеревался помешать ей удовлетворить свои желания.

Кён смахнул со лба пот, успев испугаться. Но не только у него сжалась пятая точка…

В палатку вновь ворвался Амир, но Алтай вместе со всеми тут же перекрыл ему путь, предупредив: «Амир, успокойся! Ты только ухудшишь нашу ситуацию!»

Амир, увидев, что госпожа не очнулась, не смог сдержать стона разочарования. Значит, человеческий выродок пока ещё поживёт… Да и убьёт ли она его? Тот рефлекторный пинок говорил о том, что её всё устраивает. По крайней мере, сейчас.

«Пусть спит хоть со всеми, где тут мои синие камни, о которых мы договаривались⁈» – вмешался нетерпеливый хозяин горы.

«Мы договаривались о том, что подумаем сутки. А прошло всего лишь… Час? Или два?»

«ТЕБЯ КАМНЕМ УДАРИЛИ⁈ Прошёл целый день!» – закричал хозяин горы.

«Не преувеличивай мне тут. Прошло от силы три часа.»

«Чего-о-о-о-о⁈ Тебя точно дедушка палкой бил по голове!»

«Не иронизируй мне тут. Откуда мне знать, сколько именно прошло? Что-то я не вижу тут солнца. А часов у нас нет. По моим субъективным ощущениям прошло два часа.»

«Каким ощущениям⁈ Ты тут спаривался целый день и не заметил этого⁈ Спроси у своих побитых собак, сколько прошло, и они тебе ответят!»

«П-прошло два часа…»… «Нет, три часа.»… «Разве не меньше?» – заговорили Амра.

«Чего-о-о-о-о⁈» – возмутился хозяин горы.

Спор о том, сколько прошло времени, затянулся на некоторое время. Светлые и сами хотели выиграть время, дождавшись, когда очнётся госпожа Серафима, поэтому охотно подыграли человеку. Так Кёну удалось сойтись на компромиссе, что прошло 8 часов. Он действовал настолько убедительно, что тот сам в это поверил.

Наконец, Кён прогнал всех и продолжил приятное времяпрепровождение. Он наполнил сосуд тьмы до 75% во многом за счёт Амира. Какой ценой? Буквально никакой, так как Серафима всё равно ничего не вспомнит, наверное. В общем, оно того стоило. Но теперь пора бы наложить звукоизолирующий барьер. Не помешает.

Время страсти продолжилось. Прошло четыре часа… Восемь часов… Двенадцать часов!

Во время очередной разборки с хозяином горы удалось выиграть себе ещё больше времени обещаниями выплатить в три раза больше суспендия, дескать лидер группы сейчас не в себе, то есть ей нужно время, чтобы очнуться и принять решение.

Время шло… На шестидесятом часу Кён нутром почувствовал неладное. Это ощущение исходило от Серафимы. Её волосы и глаза давно стали ослепительно-золотыми, даже более яркими, чем раньше, но дело не в этом. Её движения менялись…

Кён понимал, что ему пора закругляться ради собственной безопасности, ведь он не мог предсказать поведение Серафимы. Действительно ли она заболеет хронической страстью? Захочет ли его убить? Но также он явственно ощущал, что в душе Серафимы ещё осталась одна шестая яда. Он обязан завершить начатое, иначе она взаправду начнёт кидаться на товарищей. Несмотря на все риски. Таков его долг. В конце концов, он уже пообещал взять за неё ответственность. Самое время подтвердить слова делом.

К этому моменту Кён занимался с Серафимой любовью предельно осторожно, постоянно держа её руки скованными за спиной и как можно дальше от своих шариков. Последние сутки она ни разу не получала власть над ситуацией, – всё время процесс находился в руках парня. Иначе она действительно может покалечить его.

Однако внутренняя ненависть и гнев Серафимы требовали выхода, пусть даже через сексуальное русло. Внезапно она разрушила оковы за спиной грубой силой и, повалив парня, оседлала его, превратившись в прекрасную наездницу…

Вскоре Кён перевернул ситуацию, но через полчаса красотка вновь вырвалась и села ему на лицо, при этом грубо ублажая его своим ртом. К счастью, удалось сместить её руки к своим ягодицам, которые она затем размяла до синяков.

Следующие часы казались настоящей борьбой…

Кён сглотнул, когда во взгляде Серафимы начал появляться разумный блеск… И нёс он в себе вовсе не радость, а леденящий душу холод, совсем как у Валиры.

Вновь заняв позицию сверху, Серафима в трусиках с дыркой уже почти приземлилась, чтобы заглотнуть достоинство злодея, но вдруг её бёдра напряглись и застыли. Во взгляде читался могильный холод, когда она приложила ребро ладони, покрытое вибрирующим бритвенно-острым слоем света, к шее человека.

«Назови… Хоть одну причину… Не делать этого…»

«Я назову целых три. Во-первых, ты забрызгаешь тут всё кровью…»

«Твоей кровью. Это мне будет только в радость.»

«Во-вторых, я знаю, как спасти нас от Гоба. Тебе будет в это сложно поверить…»

«Я и не поверю. Какая последняя причина?» – подрагивая, спросила Серафима.

«Ты ещё не излечилась! Ты же понимаешь, что будет, если мы сейчас оборвём процесс? Всё, через что ты прошла – будет сделано зря!» – когда лезвие оставило кровь на шее, Кён затарахтел. – «Я понимаю, что ты предпочла бы смерть, но уже поздно! Просто дай мне закончить начатое, а затем делай со мной, что пожелаешь…»

Серафима, стиснув зубы, заколебалась, пытаясь убедить себя в чём-то.

Кён не позволял себе ни мгновения промедления. Осторожно приподняв таз, он ощутил плотное, обволакивающее тепло, на что откликнулся тихий, ласковый стон красавицы. Силы мгновенно оставили её – она подалась вперёд, и её грудь мягко легла в ладони парня. Он начал бережно массировать её, играя с сосочками, и от этих прикосновений блондинка окончательно теряла рассудок.

Очередной раунд страсти начался.

Кён принял решение за Серафиму, не дав ей право выбора. Были ли его доводы логичными? Последний уж точно. Но он знал, что основная причина, почему блондинка ещё не убила его, заключается в том, что он сделал то, что должен – что обещал.

Чем меньше времени оставалось до полного исцеления, тем страннее становился секс, потому что Серафима действовала всё рассудительнее, а в такой ситуации думать нельзя, даже если очень захотелось привести ещё несколько убедительных аргументов.

К счастью, Кёну хватало навыков и смелости, чтобы не давать девушке собраться с мыслями. Брать её в попу парень уже не посмел. Наверное, она так и не поняла, что занималась анальным сексом, иначе бы точно его прикончила.

Серафима кончала раз за разом, но Кён так и не смог определить, есть ли в ней хроническая страсть или нет. Слишком уж легко её спутать с симптомами от афродизиака, да и в целом это чувство при должном развитии можно скрывать. Тем более, сейчас речь идёт о благородной светлой, которая уж точно не поддастся своей похоти.

Время шло. Третьи сутки подходили к концу.

Яда в душе Серафимы осталось меньше 1%… От этого количества она сможет избавиться самостоятельно, но в середине раунда не хотелось останавливаться. Вот только по ледяному блеску в глазах светлой Кён понял, что придётся. Однако, будто прочитав мысли, девушка нежной ручкой схватила кое-что ценное. Что-то парню подсказывало, что она не отпустит его мешочек, даже если он доведёт её до оргазма!

Конечно, он сможет попытаться сбежать, если отбросит свои драгоценные шары, как ящерица хвост, но такой прощальный символизм Кёна не устраивал. Если он сбежит, «оставив здесь своё достоинство», то как потом сможет смотреть ей в глаза?

С холодной решимостью Кён заставил Серафиму повернуться спиной, чтобы больше не видеть её ледяного взгляда, но она всё равно тянула свою руку между ног. Ситуация становилась опасной, и оттого ещё более захватывающей.

Парень использовал запретный метод, подключив «вибратор» к своему достоинству, из-за чего красавица застонала с новой силой. Её возбуждение нарастало… Сладкое, нежное нутро пошло судорогами, когда наступил блаженный оргазм.

{Сейчас или никогда!} – понял Кён и «зашёл с чёрного хода».

Визг в палатке встал такой, что даже звукоизоляционный барьер лопнул.

Кён пулей вылетел наружу, сохранив своё достоинство, как вдруг остановился…

«Мерзавец, неужели тебе хватит наглости сбежать после содеянного⁈ Неужели ты предпочтёшь умереть от рук демонов, нежели от моих⁈» – прошипела Серафима, высунув голову из палатки. В таком виде она, разумеется, не могла кинуться в погоню. Ублюдок специально нарядил её в великое произведение пошлого искусства.

«Госпожа Серафима, вы пришли в себя⁈»… «Госпожа, вас исцелили⁈»… «Ах, госпожа Серафима, почему вы до сих пор не оторвали ублюдку голову⁈» – закричали светлые.

«Не подходите!» – предупредила покрасневшая девушка и пронзила парня взглядом. – «Так и не ответишь на мой вопрос⁈ Лучше с демонами, чем со мной, да⁈»

«Я избил твоих товарищей, покалечил Амира и Алтая, насиловал тебя три дня и забрал весь суспендий, что вы добыли за три недели. А теперь ты всерьёз спрашиваешь, почему я предпочту умереть от рук демонов, а не твоих? Ха-ха! Я просто куплю у них свободу! Неужели это не очевидно? С ними у меня шансов выжить больше!» – сказал Кён громко и чётко, чем поразил до глубины души всех. Даже хозяина горы.

Светлые и не подозревали, что человек прогнил в душе настолько, что после всего, через что они прошли, просто возьмёт и ограбит их, бросив на произвол судьбы! И это после того, как он провёл несомненно лучшие три дня в своей жизни!

Во взгляде Серафимы читалось глубочайшее разочарование, но внезапно она услышала телепатический голос в голове, передающий совершенно иной смысл в послании.

Глава 1008

Выслушав телепатическое сообщение, Серафима пришла в ярость: «Ты надо мной издеваешься⁈ К-как у тебя вообще наглости хватает такое говорить⁈ Кого ты пытаешься обмануть⁈ Просто вернись ко мне и возьми ответственность за свои действия!»

«Я к вам присоединился лишь с одной целью – повысить свои шансы добыть себе Императорские Бессмертные Кости. Но раз уж на кону стоит жизнь, то выбирать не приходится. Счастливо оставаться. Ты была очень хороша в постели.» – сказав это с улыбкой, Кён на прощание помахал рукой и ринулся на выход.

«Вот тва-а-а-а-арь!»… «Я всегда знала, что он подлец, но я недооценила его коварство!»… «Грязный, мерзкий человек, зачем мы только взяли его к себе в команду⁈» – светлые негодовали, но никто и не думал кинуться за человеком в погоню.

«Госпожа Серафима, вы исцелились от афродизиака⁈» – напряжённо спросил Амир.

Возможно, Серафиме показалось, но она услышала нотки надежды в голосе светлого. Одна лишь мысль о сексе поразила её разум молнией. Тело обдало волной возбуждающих мурашек, концентрирующих в паху. Девушка чуть не потеряла контроль, но вовремя активировала внутреннюю энергию и взяла себя в руки.

«Госпожа, вам нужна помощь?» – спросил Алтай, подкатившись к палатке.

«Дайте мне минуту.» – скомандовала Серафима, закрыв вход, и посмотрела на кровать. Там действительно лежало кольцо, которое, если верить словам Кёна, разблокируется через минуту, а там будут её вещи и медицина для товарищей.

Как бы сильно Серафиме не хотелось послать Кёна к чёрту с любой его помощью, она не могла так поступить в данный момент. Эта гордость лишь причинит всем вред.

Тем временем Кён остановился, упёршись в тупик тоннеля.

«Хе-хе-хе-хе-хе-хе! А ты хорош, человечишка!» – хозяин горы рассмеялся. – «Получается, ты втёрся к ним в доверие, чтобы использовать? Одобряю. Этих простофиль нужно учить уму-разуму. Но с чего ты решил, что сможешь обмануть меня, своего дедушку?»

Кён проигнорировал вопрос, лишь отсчитывая в уме время.

«Как только вы вошли в гору, то попали в мою ловушку, откуда нельзя выбраться без моего разрешения! А я вас выпру, только ободрав до ниточки. Потому что я умный! Я заманиваю простофиль внутрь и забираю у них все вкусные синие камни!»

«Если ты такой умный, то почему дал нам три дня?»

«Эй, не умничай тут, это моя прерогатива! Особенно учитывая, что такой „умный“ пёс сейчас загнан в угол умным мной, ведь только я могу защитить тебя от златовласки. Если ты добровольно отдашь мне все вкусные синие камни, то я выпущу тебя наружу!»

«Прямо в руки демонам?» – мрачно спросил Кён.

«Боишься? Это правильно, щенок. Ты и должен бояться! Однако добрый дедушка позволит тебе пройти по длинному секретному тоннелю, поэтому рогатые собаки тебя не найдут. Тебе всего лишь нужно рассчитаться со мной всеми синими камнями! Ах да, и ещё сделать три земных поклона, разбив себе лоб в кровь! Ведь ты заставил меня ждать целых три дня вместо одного! За такую дерзость нужно извиниться как следует! Иначе этот добрый дедушка не будет слишком добрым к тебе, сам понимаешь, хе-хе…»

Кён знал, что это существо передаст его демонам даже за символическую плату, как и Серафиму со светлыми. В этом-то и проблема. Решить её, казалось бы, невозможно, но парень давно придумал решение. Нужно всего лишь позлить его.

«Знаешь, как называется Черепашка, когда вырастет?»

«Черепашка? И как же?»

«Черепавел.» – сказал Кён и рассмеялся.

«Ах ты! Сам ты Черепавел, идиот, забияка! Я – твой дедушка, а не Черепавел! Как смеет этот щенок издеваться надо мной⁈ От меня зависит твоя жизнь вообще-то! Немедленно сделай мне тридцать земных поклонов, разбив свою тупую голову!»

«Черепавел, утомил ты меня, бывай.» – сказав это, Кён внезапно рванул в сторону тупика и прошёл сквозь стену, использовав астрал. Вышел он уже снаружи.

«А? Чего? Чегоо-о-о-о-о-о⁈ НЕВОЗМОЖНО! Как ты сбежал из моей ловушки⁈ Ах ты пёс! Забияка! Хулиган! ТЫ ПОГОДИ У МЕНЯ!» – гора аж задрожала от гнева.

Как и ожидалось, стоило Кёну пробежать по ущелью между скал несколько километров, даже с активированной техникой сокрытия, как его встретила группа демонов, которые устроили тут лагерь, всё-таки место людное.

«Мать моя женщина, а кто у нас тут такой красивый?» – Гоб, доев куриную ножку, отбросил её и начал приближаться к человеку, которого видел уже не в первый раз.

«А-а-а-а-а-а-а! Бо-о-о-ос, это он, это о-о-о-о-он!» – чуть ли не кинувшись в пляс, как девчонка, встретившая суперзвезду, закричал прихвостень по имени Гнус. Он походил на счастливого щенка, который наконец-то нашёл свою косточку. Всё бы ничего, но от него исходила омерзительная жажда крови, как от маньяка-садиста.

«Это же Малик!»… «Ничего себе, сам вышел к нам!»… «Неужели хочет предложить сделку?» – гадали демоны, постепенно окружая человека.

В обычной ситуации, повстречай эта группа практика 2-й ступени Бессмертных Костей, то не удостоили бы его даже презрительным взглядом, ведь он – всё равно что безобидная полёвка. Но этот человек особенный. Он сломал ноги Гнусу и дважды как-то умудрился спастись из, казалось бы, невозможной ситуации.

Ауры и давление в воздухе могли бы задушить практика уровня Малика. Такое внимание и желание убивать по отношению к жалкому слабаку – это огромная редкость.

Однако Кён не выказывал страха, вместо этого он с жалостью посмотрел на фрейлин позади демонов. Они выглядели измученнее, чем 3 дня назад. Похоже, им сильно досталось из-за его подставы. Жаль, конечно, этих бедолаг, но у парня не было иного способа избавиться от преследования. В конце концов, их главная цель – помощь ему.

Сами фрейлины уже не знали, плакать им или смеяться. Они прошли через такое, что уже и смерть кажется не такой уж страшной, и Малик отчасти в этом виноват. Впрочем, некоторые всё ещё надеялись вернуться к прежней жизни, но теперь они точно обречены, так как смерть ученика богини будет для них приговором.

«Судя по крику хозяина горы, ты как-то улизнул из его ловушки… Как тебе это удалось?» – заинтересованно спросил Гоб.

«Ничего особенного. Так как я слабый, он меня попросту не заметил, господин Гоб.»

«Тварь, для тебя – великий хозяин-повелитель Гоб!» – вставил Гнус.

Гоб заставил прихвостня заткнуться жестом руки и сказал: «Понятно. Звучит правдоподобно. Однако я кое-чего не пойму. Ты вроде не идиот, должен понимать, чем тебе аукнется появление у нас на глазах. Так по какой же причине ты явился?»

Кён замолк на продолжительное время, оценивая ситуацию.

Демоны поначалу ждали ответа, но затем начали смеяться.

«Да он просто обделался!»… «Чёртово ничтожество, он надеялся, что ему повезёт не застать нас!»… «Этот неудачник уповал на удачу? А-ха-ха!»… «Бо-о-о-ос, умоляю, дайте мне поиграться с ним хотя бы часик! Я приготовлю ему на обед его же яйца! Я заставлю его молить о смерти, ведь он это заслужил!» – взмолился Гнус.

«Нечего сказать?» – Гоб разочарованно поцокал языком. – «Я подарю тебе быструю смерть, если ты расскажешь, что именно произошло внутри горы, в частности, что случилось с Серафимой. Чей член она оседлала? Если откажешься говорить по своей воле, то я вытащу эту информацию из тебя пытками. Выбирай!»

Кён холодно смотрел на демонов, не выказывая страха, что вызывало недоумение, и внезапно активировал записывающую формацию: «Я её выебал.»

В воздухе завис пятиметровый экран, на котором показывалась запись из Синергии, где человек лишает Серафиму невинности и затем хорошенько проводит с ней время. Эти кадры оказались настолько качественными и пошлыми, что демоны застыли с открытыми ртами и палатками в паху. Такое они никогда не забудут.

«Что за хуйня? Они бы тебе не позволили трахнуть свою госпожу! Как ты это сделал⁈» – вскоре скептически сказал Гоб, хотя и не мог опровергнуть запись. Не было у человека времени и возможности срежиссировать подобную постельную сцену. Впрочем, на записи хорошо видно, как он проникает в неё. Она несомненно настоящая!

«Во время обеда я подмешал в еду яд. Мне пришлось всех отравить, чтобы получить доступ к её телу. Терять-то нечего. Жить осталось всего ничего, так почему бы не провести свои последние дни с огоньком?» – со спокойствием маньяка произнёс Кён и, будто вспомнив кое-что, добавил. – «Ах да, когда она очнулась, то попыталась убить меня… Пришлось опередить её. Жалко красотку, но выбора не было. Если у тебя ещё имелись планы на секс с ней, то вынужден разочаровать, впрочем, можешь трахнуть тело.»

Когда на землю упала отрезанная, окровавленная голова Серафимы, демоны с судорожными вздохами оцепенели от шока. Усомниться в том, что голова настоящая, никто не мог. У неё были мёртвые глаза, а из её шеи торчал позвоночник. На землю полилась кровь, источающая отвратительный металлический смрад.

«Ебучий псих, даже я ему в подмётки не гожусь!» – передёрнув плечами, сказал Гнус. Внезапно его мотивация издеваться над этим маньяком снизилась на порядок. Он подсознательно чувствовал себя ущербно рядом с этим ненормальным.

Гоб, стиснув зубы и кулаки, задрожал, не отводя взгляд от головы девушки. Он израсходовал бесценный афродизиак почём зря. Он ждал тут целых три дня, пытаясь обмануть хозяина горы, питая надежду трахнуть блондинку, пусть даже попользованную. Однако внезапно появляется этот чёрт, предоставляя неопровержимые доказательства, что он не только лишил её невинности и собрал все сливки, но ещё и прикончил!

«Мразь!» – рявкнул Гоб, исчезнув со своего места, и потянул руку к паху человека, явно стремясь не убить его, но причинить невероятную боль и унижение. Демон жаждал выпустить своё негодование, услышав пронзительный крик ублюдка.