сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 6 страниц)
Сделав фото, Брок покинул чертов склеп, размышляя по дороге, стоит ли говорить о «находке» Роджерсу. И если стоит, то как подобрать слова, чтобы описать весь этот пиздец. Где-то глубоко внутри у него скреблась мысль: а будет ли место самому Броку в постели Стива, если «друг Баки» выйдет из анабиоза и осознает своими отмороженными мозгами, какое счастье на него свалилось.
Его, Брока, счастье. Которое он только-только осознал своим. И нашел у себя яйца, чтобы признать: втрескался.
Брок оборвал себя: он, конечно, был мудаком, но не настолько, чтобы, во-первых, оставить живого человека без единого шанса на нормальную жизнь, а во-вторых, этот, хоть и хорошо промороженный, «Баки» все равно был дорог Роджерсу, а кто становится между Кэпом и тем, что ему дорого, долго не живет. И Брок не хотел быть в их числе.
Решив, что будет решать проблемы по мере их обнаружения, он мельком осмотрел систему безопасности бункера и, придя к выводу, что стены тут не проломить даже Кэпу, присоединился к остальным ребятам.
Вопрос – говорить или не говорить – был решен. Осталось придумать, как это сделать, не начав масштабные боевые действия. А что эти действия будут, Брок не сомневался, потому что стальной Кэп до сих пор просыпался от кошмаров, иногда успев проглотить крик, а иногда – нет. И в этом крике слишком часто угадывалось короткое имя, больше напоминавшее собачью кличку.
Он достал левый телефон и написал сообщение на единственный сохраненный в нем номер: «Вечером. Важно».
***
В супермаркете Брок, положив в тележку огромный торт, не смог отогнать от себя мысль, что пытается подсластить пилюлю. Будто этот монстр с кремом, фруктами и взбитыми сливками убережет Нью-Йорк от разрушений, если Роджерса переклинит.
Прибавив к торту еще два внушительных куска говядины и кое-каких овощей, он направился к кассе – было уже начало десятого, инструктаж по обращению с новым оружием затянулся. Процесс приведения «Баки» в полную боевую готовность должен был начаться завтра. А сегодня Брок должен был найти слова, чтобы убедить Роджерса действовать по уму, а не по сердцу. И от того, насколько хорошо у него это выйдет, будет зависеть не только сохранность Роджерса, но и судьба самого Брока.
В «берлоге» было пусто. Брок отнес тяжелые пакеты на кухню, с наслаждением стянул остопиздевшие берцы и растер на плечах следы от ремней перевязи. Вторник, а он уже так заебался, что не хотел ничего. Разве что принять душ, наесться жареного мяса до отвала, трахнуть Роджерса и уснуть часов на двенадцать, крепко обняв горячего, как печка, любовника.
О трахе и сне можно было забыть, учитывая, что и кому он собирался рассказать, но от остального Брок отказываться не собирался. А потому, наскоро сполоснувшись до предела горячей водой, он кое-как вытерся и, натянув домашние штаны, пошел на кухню.
Стейки были почти готовы, когда в окно кухни аккуратно просочился Роджерс, одетый в самую неприметную одежду. То, что это Кэп, выдавал только щит, забранный в чехол для литавров.
Брок долгих две минуты молча наблюдал за тем, как он опускает роллеты на всех окнах и проверяет замки на двери, а потом, наконец, ответил на торопливый, жадный поцелуй.
- Наташа, - ответил на незаданный вопрос Роджерс, стягивая куртку.
- Длинный капитанский язык, достойный лучшего применения, - в тон ему отозвался Брок.
- Надоело, - Роджерс вымыл руки, оттеснив его от раковины, и сел за стол, начав жевать гриссини, - сватает мне каких-то дамочек, а я на женщин не реагировал даже в ранней юности, когда реагировал практически на все.
- Ты хочешь, чтобы она начала сватать тебе мальчиков? – с ехидцей спросил Брок.
- Хочу, чтобы она вообще перестала этим заниматься.
- Не вариант. Ты же знаешь Романову. Для этого тебе придется открыто назвать кого-то своим любовником. Все погудят и успокоятся.
- Того, кого я хочу открыто признать своим любовником, бесит одна мысль об этом.
- Если ты обо мне, то сам понимаешь, почему это невозможно.
Стив вздохнул, легко поднялся и прижался сзади всем телом. Так, что Брок тут же поплыл, подался назад и подставил шею. Он реагировал на него так остро, будто они только-только начали трахаться на всех горизонтальных поверхностях, а не состояли в «отношениях» уже полтора года.
- Если хочешь стейков – самое время остановиться, - предупредил Брок. – Лучше достань пиво и заправь салат.
Роджерс сильнее вжался твердым членом ему в задницу, прикусил шею и отошел к холодильнику.
- Огромный торт имеет отношение к тому «важно», о котором было смс?
У Брока похолодели ладони, а возбуждение как рукой сняло.
- Нет, - ответил он. – Все разговоры после еды, идет?
- Как скажешь. Уверен, что не хочешь отложить ужин минут на пятнадцать? – Роджерс снова встал за спиной, но прикасаться не спешил.
- Уверен, что нет, - пересилив себя, ответил Брок. – Тем более, все готово. Садись.
Они поужинали, лениво перебрасываясь ничего не значащими фразами, но по напряженному взгляду Стива Брок понимал: тот не забыл приписку «Важно», тем более они нечасто встречались вот так, среди недели. Хотелось забыть криокамеру и человека в ней, как страшный сон, затащить Стива в постель, насытиться им, старательно отгоняя мысли о том, что, возможно, это все в последний раз.
Зимний Солдат был неучтенным фактором, силой, о границах которой Брок не имел ни малейшего понятия. Он, в конце концов, был тем, чью смерть Стив так и не смог пережить. «Друг Баки» до сих пор являлся для него тем, кем никогда не будет Брок.
- Говори, - Стив выдернул его из размышлений. Отодвинув тарелку, он смотрел выжидающе, и по напряженной линии его плеч Брок понял, что тот готов ко всему на свете.
- Одно условие, - собравшись с мыслями, начал он. – Ты обещаешь не делать глупостей, не обсудив их со мной.
Стив смотрел пристально, на мгновение даже показалось, что ему по силам влезть в голову и прочесть мысли.
- Что случилось? - «капитанским» голосом спросил он, но Брок молчал, пристально глядя ему в глаза. – Хорошо, я обещаю. Даю слово, что не стану ничего предпринимать, не посоветовавшись, и действовать сгоряча.
Тогда Брок достал телефон, нашел фото и протянул Стиву. Слова застряли в горле, он вообще не представлял, что тут можно сказать.
Стив молча взял телефон и, едва взглянув на экран, побледнел, как мел. Такого выражения лица Брок не видел у него никогда и надеялся, что больше и не придется. Казалось, Стив сейчас разотрет грудь, отгоняя боль, поднимется, покачиваясь, и рухнет замертво, не сделав ни единого шага.
- Где ты… - насухо сглотнув, начал он - Где ты это взял? Что это?
- Не что, а кто, - Брок, не выдержав, достал сигареты и закурил, нарушая еще одно неписаное правило: не дымить в помещении. – Это так называемый Призрак. Позывной – Зимний Солдат. Полукиборг, зомбированный убийца, лучший в своем роде. Единственный. Сейчас находится на хранении в одном из хорошо защищенных бункеров Гидры. Это ее лучшее оружие, которое надежно охраняют. Долгосрочная память регулярно стирается. В воспоминаниях только навыки боя и стрельбы, карты мира и языки. Стреляет из всего, что для этого предназначено, водит любую технику, быстро учится и приспосабливается. Живуч, вынослив, гораздо сильнее даже самого развитого человека. Вместо левой руки мощнейший бионический протез. В деле я его не видел, но, говорят, он может проломить им стену.
- Это Баки, - хрипло выговорил Стив. – Это же… черт.
Он резко поднялся, выбил из пачки Брока сразу две сигареты и, прикурив, жадно затянулся. Так, что они сразу дотлели до середины.
- Стив, - Брок мучительно пытался подобрать слова, и не мог. – Он в криокамере. Заморожен. Но он жив, слышишь? Завтра его начнут приводить в чувство. На кого его спустят, я пока не знаю, но это кто-то очень непростой, потому что Зимний Солдат – это крупный калибр. Такой, чтобы наверняка.
- Господи, - Стив в одну затяжку докурил обе сигареты и раздавил окурки в кулаке. – Я же… я не искал его. Никто бы не выжил при падении с такой высоты, никто. Даже я без щита. Он все это время, - он повернулся к Броку, и тот едва не отшатнулся, увидев выражение его лица, - его все это время… Господи. Моя вина. Моя чертова вина, - он с размаху ударил кулаком в стену, но та была сделана из кирпича – раньше дома строили действительно на века, а потому повредил только штукатурку и выкрошил кусок кирпичной кладки.
- Хватит, - рявкнул Брок. – Высунь голову из жопы! Хватит ебать себе мозги - займешься этим, когда уложишь своего Баки в постельку и примешься кудахтать над ним. Я здорово подставился, добывая информацию о нем, и если сейчас ты побежишь там все крушить, размахивая щитом, я лично тебя пристрелю. Ты понял меня?
Стив отдышавшись, дико на него взглянул, потом залпом осушил бутылку пива и почти спокойно снова закурил.
- Давай еще раз. Про… технические характеристики я понял, - он затянулся и прищурился, от чего Брока неприятно продрало холодом от затылка до копчика, - где его хранят, для чего размораживают, когда выпустят и что прикажут. Я хочу знать. И хочу, чтобы ты понимал, я… сделаю все, все, - он с нажимом повторил последнее слово, - чтобы вытащить его. Один раз я уже его подвел.
- Стив, прости мою прямоту, но какого хрена…
- Он мой… просто мой. Всегда так было, сколько себя помню.
- Вы были любовниками?
- Ты же знаешь, что нет. До тебя я не… но да, я хотел. Хотел его с тех самых пор, как впервые понял, что такое влечение. Но сначала я считал, что у меня нет шансов - к Баки девушки так и липли, потом, на войне, за это грозил трибунал. Мне бы все простили, а ему – нет. Мы… целовались украдкой, будто воры. А потом он погиб из-за меня. Я не удержал его. Я ничего не сделал, чтобы…
- Успокойся, - Броку впервые за много лет было так плохо, что дрожали кончики пальцев. «Друг Баки» оказался не просто нереализованной порнофантазией, Стив его любил. Любил до сих пор. – Его одного гулять не выпускают. Судя по подготовительным мероприятиям, в этот раз отправят с нами. Я поговорю с парнями. Надо будет транки подобрать и… сеть какую-то, что ли. Или огреть чем тяжелым? Если он падение в пропасть пережил, то, думаю, от удара по голове хуже не станет.
- Брок, - начал Стив, - ты… Спасибо тебе.
- Погоди, еще ничего не ясно, - Брок снова прикурил трясущимися руками, злясь на себя за то, что чувствовал: он поступает правильно. – Лучше подумай, куда его волочь после этого. И что с ним делать. Если память не отшибло, то ты помнишь, что у нас тут войнушка намечается. «Озарение», Пирс, Фьюри, Совет. Боюсь, твоего… друга выпускают не просто так. Его целью может стать любой. В том числе и ты. Потому что ты высовываешься и орешь на каждом углу о своей принципиальности. Послушай совета старого умудренного жизнью мудака – не лезь на рожон. Иначе конец и тебе, и Баки твоему.
Про себя он умолчал. Кого будет волновать его шкура, если на кону «Баки»?
Роджерс в который раз удивил Брока, хотя он считал, что знает любовника достаточно хорошо. Во всяком случае лучше всех, кто окружал Капитана Америку и видел в нем только то, что тот хотел им показать. Выкурив половину пачки, Стив окончательно взял себя в руки, открыл на планшете карту и принялся что-то обдумывать, изредка задавая короткие вопросы о расположении того или иного объекта, делал пометки в блокноте, даже раз потянулся включить основной телефон, но передумал, зная, что с Романовой на хвосте его звонок точно отследят.
- Мне нужны схемы канализационных коммуникаций, - задумчиво произнес он через час. – Будем ловить на живца. Баки выпустят, как только он получит задание. У базы его брать слишком опасно, надо выманить в город.
- Гражданские?
- Если группой сопровождения будет СТРАЙК, то…
- А если нас разбавят?
Стив нахмурился, очерчивая вокруг базы широкий круг на голографической проекции карты.
- Кто определяет маршрут? – спросил он, увеличив какой-то район.
- Командир группы.
- Хорошо. Нужно будет проскочить через вот эту промышленную зону. Она достаточно безлюдна.
- Охота может быть открыта на движущийся объект.
- Надеюсь, объектом буду я, и мы сможем точнее скоординировать наши действия, - после паузы высказал их общую мысль Роджерс.
- А если нет?
- Все равно сейчас больше ничего сделать нельзя. Я завтра поговорю с доктором Беннером, у него должны найтись достаточно сильные транквилизаторы. Опробуем их на мне.
- Нет, - коротко отрубил Брок. – Никаких проверок на тебе. Если нам понадобится помощь…
- Мой организм перерабатывает…
- К черту. Мы не станем так рисковать.
- А я не стану рисковать Баки.
Брок почувствовал, как у него начинает нервно подергиваться веко, и подумал, что, оказывается, давно забыл это ощущение – тотального, злого бессилия.
- И чем, - он сделал паузу, силясь сдержаться и не наговорить лишнего, - ты ему поможешь, если будешь лежать парализованный? Потом тебя, конечно, отпустит, но…
Стив снова закурил и посмотрел Броку в глаза.
- Тогда никаких транквилизаторов.
- А как быть с тем, что мои парни – обычные люди, чуть более ебанутые, конечно, но без всяких примочек вроде сыворотки. Я отвечаю за каждого из них и не выпущу их против твоего отмороженного «Баки» без твердых гарантий безопасности. Даже ради такой шикарной задницы, как у тебя.
Роджерс поднял на него глаза, и Брок вдруг отчетливо понял, что сказанул лишнего. Не стоило тыкать Роджерса носом в их «отношения». Но отступать было поздно.
- Что, - со злой насмешкой спросил он, - ты думал, я из человеколюбия это делаю?
- А ты – нет?
- Нет, Роджерс. Я в личном по самые яйца.
Тот опустил глаза на карту, толком не видя ее, и Брок поклялся себе, что если он начнет благодарить, то пошлет все к черту. Потому что ну сколько можно быть таким слепым?
- Я надеюсь, оно того стоит, - наконец, выговорил Стив.
- Я тоже, - коротко бросил Брок и решил сменить опасную тему. – Мы попытаемся его оглушить. Надеюсь, ты не станешь настаивать, чтобы мы его упаковали в сознании?
- Нет, - перебил его Стив. – Нет, я не стану настаивать на глупом риске или надеяться, что Баки станет кого-то слушать.
- Отлично. Ты подумал, куда заберешь его?
- К себе, - задумчиво ответил Стив. – Можно подключить Старка - он давно предлагал перебраться в Башню, но мне бы не хотелось оказаться с Баки на чужой территории.
Брок вдруг осознал одну вещь: если Роджерс запрется со своим отмороженным в Башне, на надежде сохранить хоть какое-то подобие отношений можно будет поставить крест. Потому что сам Брок в Башню сунется только под угрозой расстрела, а Стив будет слишком увлечен новым-старым «другом», чтобы вспомнить о том, что нужно иногда отдыхать, вкусно жрать и трахаться. Хотя, может, про «трахаться» он в конце концов и вспомнит, но вот только Брок будет тут совершенно ни при чем.
- В квартиру с одной спальней и гипсокартонными перегородками вместо стен? – как мог спокойно спросил он.
- Да, не слишком хорошо. У тебя есть варианты?
- Привезем его сюда. Таунхауз, слева апартаменты пустуют, постройка достаточно старая, надежная дверь и металлические роллеты на окнах. Не Башня, но и не твой скворечник. К тому же, я все равно собирался выкупить этот дом.
- Я в доле, - тут же предложил Роджерс, и у Брока отлегло от души – совместная собственность это, конечно, не гарантия сохранения отношений, но…
- Идет. Сделку оформим через моего юриста, чтобы эта информация не попала, куда не надо. К той же Романовой.
- Завтра с утра, - решил Стив и потянулся. – Останешься? Я устал, как собака, не хочу через полгорода возвращаться к себе, да еще и по крышам. Наташа наверняка жучков везде понатыкала.
- Ну и друзья у тебя, Роджерс, - с усмешкой отозвался Брок, чувствуя, как отпускает напряжение тяжелого дня.
- По крайней мере, ей не приходит в голову разбивать на спор лбом кирпичи, как Роллинзу, - парировал Стив.
- Мы были слегка нетрезвые.
- У тебя шишка не сходила месяц, - напомнил он.
- Но я выиграл, - ухмыльнулся Брок.
- Иду в душ, - не стал развивать тему Роджерс. - Ты со мной?
- Я в спальне тебя подожду, - Брок почувствовал, что остатки беспокойства испаряются, как туман на солнце. Стив не собирался пока что ничего менять. И Брок готов был приложить усилие, чтобы это так и оставалось.
А что до «Баки»… Время покажет.
***
«Фьюри. Сегодня после полудня. Зона «Д» отпадает», - набрал Брок и, отправив, тут же раздавил телефон тяжелым ботинком – рисковать, если они все-таки попадутся, не хотелось. Ссыпав осколки в унитаз, он тщательно их смыл и, умывшись холодной водой, вышел из туалета.
