Текст книги "Дуэлянт (СИ)"

Автор книги: Tomok0

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 7 страниц)

Одно из кресел напротив окна было занято. Белые волосы их владельца не оставляли ни малейшего сомнения в том, кто там сидит. Гермиона тихо приблизилась и опустилось во второе кресло.

– Привет.

Он ничуть не удивился. Скользнул по ней внимательным взглядом, чуть задержавшись на её голых ногах, которые едва прикрывал короткий халат.

– Привет. Выглядишь неплохо. Вчера было хуже.

Волна смущения поднялась внутри при мысли, что он вчера раздевал её, бесчувственной помещал в ванну, колдовал над ней. Лицо обдало жаром.

– Спасибо. За всё.

Тонкая улыбка прошлась по его губам.

– Я же сказал: не расплатишься.

– Нет, серьёзно…

– Я тоже.

Гермиона с подозрением вгляделась в его лицо, такое расслабленное сейчас. Он заметил это и расхохотался.

– Грейнджер, ты бы видела себя. Уже придумываешь, как будешь расплачиваться?

Гермиона невольно рассмеялась вместе с ним. Признаться, на мгновение у неё промелькнули все самые страшные подозрения на его счёт. Но судя по его беспечному смеху, он всего лишь подшучивал над ней.

– Да, думаю, – ответила она без тени веселья. – Если бы не ты, я может, и не осталась бы в живых. Я имею представление… счёт шёл на минуты. Авроры не среагировали бы так быстро.

Он промолчал, задумчиво глядя на горизонт, где уже показался край солнечного диска.

– Ты голодна? – вдруг спросил он. И прозвучало это так обыденно, точно они много раз сидели вот так, наблюдая за рассветом в высоких окнах, и неторопливо завтракали.

– Да, – отказываться было бы глупо. Гермиона чувствовала, что готова проглотить фирменный тыквенный пирог Молли Уизли целиком. А ведь он был рассчитан на десять персон, не меньше.

Малфой щёлкнул пальцами. Тут же перед ними с громким хлопком возник эльф. Он с любопытством взглянул на Гермиону и смиренно выслушал распоряжение подавать завтрак. Затем он все же повернулся к ней. Его уши дрогнули, и он с надеждой в голосе спросил:

– Вам лучше, мисс?

– Да, спасибо тебе. Я помню, что ты тоже помогал своему хозяину, поэтому очень благодарна за это.

– О, не стоит! – Эльф довольно расправил уши и прижал сложенные руки к груди. – Это честь для меня – помочь самой Гермионе Грейнджер…

Опомнившись, он смущённо покосился на Малфоя и исчез со щелчком.

– Где мы? – спросила Гермиона, снова повернувшись к окну. – Что это не Мэнор, я помню.

– Норт-Эршир, Шотландия.

– Ты живёшь здесь один? – Гермиона невольно огляделась. Обстановка не выдавала совсем ничего. Ни колдографий на полках, ни книг. С тем же успехом он мог бы жить здесь с женой… Хотя то, что он женат, очень маловероятно.

– Да. Завтрак подан. – Он поднялся из кресла и пропустил её вперёд. В глубине комнаты стоял массивный стол. Он был накрыт на две персоны, но количество еды поражало, а изысканность сервировки вызывала восхищение.

Малфой невозмутимо сел во главе стола.

– Мерлин, Драко. Я не одета для такого роскошного завтрака! – рассмеялась она. Малфой окинул её оценивающим взглядом и пожал плечами. В его руке мелькнула палочка, и халат приобрёл чёрный цвет, а ткань стала гладкой и напоминала шёлк.

– Спасибо, – только и смогла она произнести, отчаянно жалея, что не сделала этого раньше сама.

– К вашим услугам, мисс, – Малфой ответил естественным тоном и отложил свою палочку.

При её приближении стул сам галантно выдвинулся, чтобы ей удобно было сесть. Тем временем Малфой спокойно придвинул чашку к чайничку. Тот тут же подскочил и принялся наливать чай. Драко вопросительно взглянул на Гермиону, и она кивнула. Чайничек полетел к ней. Запахи бергамота и свежей выпечки витали над столом, и зверский голод дал о себе знать.

Они завтракали в молчании, но оно не было неловким. Гермиона несколько раз с трудом останавливала себя, чтобы не накинуться на него с расспросами. Она задумалась: как всё сложилось со штурмом клуба? Последнее, что она помнила – это пожар, набирающий силу, и далёкий шум приближения авроров. Она надеялась, что Роули не успел сбежать, ведь Малфой хорошенько его оглушил.

При мысли о Роули она почувствовала омерзение. Пожиратель Смерти, который по чистой случайности убил своего же соратника Гиббона, что на суде представил, как доказательство того, что всегда был на стороне Ордена. Отделался очень лёгким наказанием в виде заключения на несколько лет в Азкабан. Насколько было известно, ни одно из его хранилищ в Гринготтс не было конфисковано Министерством. Когда он оказался на свободе, галлеонов на открытие подпольного клуба у него было с избытком. Ну, теперь-то он не отвертится. Пострадавший мальчик наверняка узнает Роули и будет свидетельствовать против него. Может, удастся найти ещё свидетелей.

Она подняла глаза и обнаружила, что Малфой изучающе смотрит на неё. Они уже закончили завтрак и пили чай. Гермиона отставила чашку, и он тихо хмыкнул.

– Спрашивай, Грейнджер. Я же вижу, что тебе не терпится приступить к аврорскому допросу.

– Это не допрос. Это для меня.

Малфой задержал на ней взгляд и щёлкнул пальцами. С поверхности стола тут же исчезли все блюда и приборы. Затем он приподнял бровь, красноречиво разрешая начинать.

– Как ты оказался в этом клубе?

Уголок его рта чуть дёрнулся, но ухмылки не последовало.

– Роули пригласил. Он знал, что тётя Белла обучала меня дуэльному искусству. В годы войны я не достиг особого прогресса. Но после… – он сделал паузу, – чтобы чем-то занять себя, я тренировался в Мэноре. Однажды мы с Роули случайно встретились, и он позвал меня в клуб. Позже я узнал, что он ему и принадлежит. В тот же вечер я победил на дуэли несколько почётных гостей, и с тех пор стал постоянным клиентом.

Гермиона жадно слушала. Она ловила каждое его слово, каждое движение бровью или вдох. Ей хотелось хоть немного проникнуть к нему в душу, понять, что он чувствует.

– Когда ты узнал меня?

Малфой чуть склонил голову, и улыбка растянула его губы.

– Было несложно, Грейнджер. Я сразу понял, что на подмостках обученный аврор. Потом твой псевдоним навёл меня на подозрения. Решив их проверить, я заявился к тебе в гримёрку. Палочка из грецкого ореха окончательно расставила всё по местам.

– И… почему ты меня поцеловал? Тогда, перед дуэлью? – Лицо снова стало гореть, но Гермиона не могла остановиться. После всего, что было – к троллям стыдливость и недосказанность.

– Потому что захотелось.

Как у него всё просто. Захотел – сделал.

Гермиона медленно втянула воздух, успокаивая забившийся вдруг пульс. Он сидел перед ней, иронично-утомлённый. В простой серой футболке, обтягивавшей торс. Почувствовав желание содрать с него эту тряпку и прикоснуться к его груди, ощутить биение сердца, а затем медленно провести ладонями вниз, по мышцам твёрдого пресса, Гермиона сморгнула видение.

– Но я не понимаю, – негромко сказала она. – Это место… где могут убить, пытать детей… Зачем ты это делаешь? Если бы не наша встреча, то…

– То что, Грейнджер? – усмехнулся он. – Как видишь, я был подготовлен. У меня всегда с собой портключ в безопасное место.

– Наши авроры могли перехватить твой портключ.

Он пожал плечами.

– Мне всегда везёт. Я заговорён, слышала?

Он снова подшучивал над ней с лёгкой улыбкой. Откинулся на спинку стула, провёл рукой по волосам, чуть взъерошивая их и насмешливо глядя на неё. Гермиона проследила за его небрежным движением и вспомнила, как просила её поцеловать. Как он склонился над ней и она видела, что он закрыл глаза, прежде чем их губы слились в поцелуе.

– О чём говорил Роули?

Вопрос застал Гермиону врасплох. Она очнулась от воспоминаний о поцелуе, и лицо невольно пронзила гримаса отвращения.

– Он пристал ко мне в пустом коридоре клуба. Распускал руки.

Малфой внимательно следил за ней. Было ощущение, что он усмиряет себя в этот момент, чтобы не сорваться. Он ждал, что она скажет, и как будто одновременно не хотел этого знать. Но его руки, до этого спокойно лежащие на подлокотниках стула, теперь с силой сжимали дерево.

– Он ничего тебе не сделал?..

– Ты имеешь в виду, не изнасиловал ли он меня? – прямо спросила Гермиона, наблюдая, как резко выдохнул Малфой. – Нет. Я умею постоять за себя.

– Мразь, – презрительно выплюнул он, отворачиваясь к окну. – В последнее время он совсем съехал с катушек из-за запрещённых зелий. Когда Роули под кайфом, он ищет себе жертву, чтобы запытать её до смерти.

– Как того мальчика? – тихо спросила Гермиона, но Малфой не отреагировал.

Воцарилась тишина. Где-то в глубине дома слышно было, как секундная стрелка тихо отсчитывает время. В комнате стало почти совсем светло.

– Он выжил.

Малфой кивнул. Комната снова погрузилась в молчание.

– Ты видел, как его пытают? – сама не зная зачем, спросила Гермиона.

Он повернулся и холодно посмотрел на неё.

– Нет. Не видел, – чётко ответил он. Его пристальный взгляд обжигал. – Я знаю, что ты хочешь спросить, Грейнджер. Вступился бы я за него, если бы видел? Не знаю. Ты думаешь, он первый юнец в стенах этого клуба? Тому парню просто не повезло. А я не Избранный, чтобы грудью бросаться на защиту каждого, кто сам ищет себе проблем.

С раздражением он поднялся. Скрипнул стул, проехавшись ножкой по натёртому до блеска паркету. Малфой сделал несколько шагов в сторону и остановился напротив высокого окна. Солнце уже наполовину показалась над далёким горизонтом, и нежно-розовый рассвет плескался над морем. А он заговорил, не повышая голоса:

– Общество считает меня преступником. А там, на дне, всем наплевать, кто я. От меня не ждут покаяний и извинений. Меня принимают таким, какой я есть. Знаешь, Грейнджер, – усмехнулся он вдруг. – Именно там я нашёл несколько отличных ребят и дал им работу в своём клубе.

Гермиона не дышала, впитывая его исповедь. Ей страстно хотелось понять его. Услышать что-то, что помогло бы влезть к нему в душу, узнать, что им двигало.

– Магическое общество ждёт от меня раскаяния. Они считают, что лучше бы я умер, чем делал то, что делал. Ну, а я не собираюсь каяться, что выбрал жить. Посели в их доме сумасшедшего бессмертного маньяка, они бы предпочли смерть? Может быть. – Он помолчал, вглядываясь в далёкий горизонт. Потом негромко продолжил: – Да, мне приходилось пытать. Да, я использовал тёмные заклинания. Да, я знаю, как наложить Империус и Круциатус не понаслышке. Но я это делал не потому, что мне это нравилось. Выжить – вот всё, чего мне хотелось.

Последняя фраза прозвучала жёстко. Он не желал смягчать свой тон, когда говорил о страшных вещах.

– Ещё вопросы, аврор Грейнджер? – спросил он холодно, стоя к ней спиной.

Гермиона вдруг поняла, что её трясёт. От напряжения и давящего чувства волнения. Малфой обнажил перед ней душу, открылся ей. Она не понимала его до конца. Но мир не делится на чёрное и белое. Жизнь многогранна. Палитра красок богаче, чем два контрастных цвета, и надо быть слепым, чтобы не заметить этого.

Она неслышно поднялась и обошла стол. Напряжённая линия плеч вызывала желание встряхнуть его. «Я не враг тебе», – думала она, подходя ближе и становясь рядом.

– Так не может продолжаться долго. Твой бунт против общества. Ты ходишь по краю, Драко. Однажды ты оступишься, и последствия будут необратимы.

Он безразлично передёрнул плечами.

– Как есть. В моей жизни ничего не произойдёт, чтобы я захотел это изменить.

– А если… – вдруг произнесла она, сама не понимая, откуда у неё взялась решимость. – Если в твоей жизни произойду я?

Он молча изучал её, чуть наклонив голову.

– Грейнджер, о чём ты говоришь? – Он отвёл взгляд, и снова перед ней оказался его профиль. Такой правильный и точёный, что хотелось отчеканить монету с его изображением. – Ты аврор. Я преступник. Да, я не убийца, но это не отменяет того, что общество считает меня таковым. Между нами пропасть. Мы можем с тобой сейчас доставить друг другу несколько приятных минут. Но это ничего не изменит.

– Изменит, – прошептала она, обнимая себя руками. – Если ты захочешь, это всё изменит.

– Не уверен, – произнёс он устало.

Малфой снова отвернулся. Его руки в карманах были сжаты в кулаки, а линия скул заострилась. Мягкие лучи солнца, перемежаясь с тенью от рамы окна, падали на них, причудливо освещая их фигуры.

– Помнишь? – шепнула она. – Откровение за откровение.

Он тихо усмехнулся, не меняя позы. А Гермиона продолжала:

– Гарри хотел отстранить меня от дела. После нашей дуэли. Я уговорила его не делать этого. И… стёрла своему стажёру память после того, как он увидел тебя в «Пере феникса». А вчера я пришла в клуб, чтобы предупредить тебя о штурме. Никто… никто не знает, что Белый Дракон – это ты.

– Никто, – согласился он. – Кроме Роули.

…который, вероятно, в этот самый момент уже даёт показания в Аврорате.

Гермиона зажмурилась, потому что солнечный луч слепил глаза.

– Его слово против моего. Я… что-нибудь придумаю. – Слова физически тяжело давались, когда она поймала на себе его вопросительный взгляд.

– Зачем тебе это?

Она смотрела прямо и открыто. Вкладывая всю силу того чувства, которое будоражило её на протяжении вот уже нескольких дней. Притяжение, которому она не могла и не хотела противостоять, буквально загустело в этот момент между ними.

– Потому что… я так хочу.

Так чётко и ярко всплыл в голове тот момент, когда он вжимал её в себя, когда они целовались так отчаянно, как за минуту до апокалипсиса. Гермиона коротко выдохнула, и тут же его рука приподняла её подбородок.

– Что ж, – проговорил он, загадочно улыбаясь, – откровение за откровение…

Он наклонился к её уху и прошептал:

– Я догадывался о штурме. И пришёл в клуб, чтобы убедиться, что с тобой ничего не случится.

Комментарий к Часть 9

Не знаю, как вам, но мне очень нравится эта глава❤️❤️❤️

Разбор полётов завершен!

========== Часть 10 ==========

Комментарий к Часть 10

Финал.

Дыхание пресеклось так резко, как будто в комнате закончился кислород. Сердце подскочило к горлу, отчаянно ускоряя движение адреналина по венам. Больше не надо ничего объяснять. Она приподнялась на носочки и впилась в его губы поцелуем. А его руки уже тянули её к себе, обвиваясь вокруг талии.

Не веря, что это не сон, она запустила ладони под его футболку. Подушечки пальцев прошлись по рельефным мышцам живота – выше, к груди, под которой она ощутила размеренные удары сердца. Его кожа была тёплой, и хотелось чувствовать это обнажённым телом без преград в виде ткани.

Пояс наколдованного халата ослабил узел, распустился. Его руки сразу же вжались в её кожу, и она рвано выдохнула в поцелуй, который он тотчас углубил. Это было самое настоящее безумие, охватывавшее их подобно неумолимой стихии. К ногам упало полотенце. Трансфигурационные чары распались.

Их поцелуй – алчный, жаркий и влажный. В нём не было и доли робости или сомнения. Отчаянно не хватало воздуха, но оторваться друг от друга было физически невозможно. Гермиона сделала вынужденный шаг назад под его напором. Второй. Её ладони снова заскользили по его торсу вверх, желая уже избавить его от одежды. Он перехватил инициативу, чуть отстраняясь, и, захватив руками ворот сзади, стянул футболку через голову и отбросил её куда-то.

Как под гипнозом она не могла отвести взгляд от его расширенных зрачков, в глубине которых читалось предупреждение. Малфой медленно протянул руку, и ладонь обхватила её затылок, сдержанно лаская.

– Если ты думаешь, что я остановлюсь сам, Грейнджер, – он наклонился к её уху, опаляя дыханием, – то ошибаешься.

– А я не хочу, чтобы ты останавливался.

И, поймав в его глазах что-то вроде восхищения, она смело подалась вперёд, ничуть не смущаясь своей наготы. Кожа покрылась мурашками от его точных, собственнических прикосновений – резких и хищных, от которых потом наверняка останутся следы на теле. Но это было совсем неважно, когда он так прижимал её к себе, собрав волосы в кулак и впиваясь поцелуем в шею. Бёдра упёрлись в край массивного стола в глубине комнаты, и Гермиона чуть прогнулась назад, зажмурив глаза до белых пятен под веками.

Это было не так, как в прошлые разы – выбитая почва из-под ног его неожиданным нападением. Когда хаос в мыслях и желания тела существовали отдельно от разума. Теперь это согласованные движения и чувства. Он двигался в такт её отрывистым вздохам, и пульсация в его паху была с каждым разом всё ощутимее. Его похоть возбуждала до дрожи в коленях. До пульса, лихорадочно колотившегося под кожей. Гермиона не помнила, смотрел ли кто-нибудь на неё до этого с таким огнём в глазах?

– Посмотри, что ты делаешь со мной… – низко проговорил он, и направил её руку к своему члену, который дёрнулся в брюках. Его дыхание стало тяжёлым, когда она запустила ладонь под резинку его боксеров. Кулак в волосах сжался одновременно с её пальцами, обхватившими его твёрдую плоть. Он оттянул её голову назад, и его горячий язык, оставляя влажный след, прошёлся от впадинки на шее до уха, пока её ладонь скользила по его члену вверх и вниз.

– Гермиона…

Она чуть отстранилась, чтобы посмотреть на него.

– Я не могу больше сдерживаться. Повернись.

Без малейшего колебания она выполнила его просьбу, ощущая, как горячо и влажно у неё между ног. Как она хочет почувствовать его, ощутить этот напор, с которым он сжимал её, внутри себя. Ноющее желание сворачивалось в напряжённую спираль, стягивалось, разливалось по всему телу, как густая, вязкая карамель.

Ладони вжались в гладкую столешницу, и она повернула голову, встретившись с ним взглядом. Малфой приспустил брюки вместе с бельём и провел рукой от основания члена к головке и назад, пожирая её глазами. Это было как Непростительное Заклятие, парализовавшее и не оставившее в голове ни единой мысли, только одно желание: чтобы он наконец взял её на этом чёртовом столе в его доме!

Малфой встал вплотную, и его руки легли на её бёдра, с нажимом прошлись по её телу, обхватили грудь. Она чувствовала, как вожделенно пульсирует его член, прижатый к её заднице, и прогнулась в спине. Из глубины лёгких вырвался тягучий стон, когда он сжал пальцами её затвердевшие соски. Сладостная боль вперемешку с возбуждением заставляли её трястись от предвкушения.

– Драко, пожалуйста… – прошептала она уставившись невидящим взглядом прямо перед собой. Её согнутое колено оказалось на столе, и она громко застонала, когда он навис над ней. Отрывистое дыхание срывалось с её губ, и она закрыла глаза, чтобы ничего не отвлекало её от собственных ощущений. Ещё мгновение – и его член с напором скользнул в неё, растягивая и заполняя полностью. Плавный рывок назад – и следующий толчок выбил из неё полустон-полувскрик. Сильные, жёсткие движения с влажными шлепками звучали пошло и возбуждающе. Гермиона словно превратилась в обнаженный, напряжённый нерв, по которому то и дело пробегали разряды тока. Его ладони крепко держали её бедра, властно насаживая на себя, ускоряя ритм.

Колено соскользнуло со стола, и его рука сжала её горло, вынуждая прогнуться в спине, натянуться, как тетива лука. Стон за стоном слетали с её губ, и сердце колотилось в такт с движениями его бёдер. Она подстраивалась под его темп, что становился неистовым, а горячие поцелуи-укусы на её плече заставляли стонать от наслаждения громче.

Прохлада комнаты остужала кожу, покрытую испариной, и от этого контраста её потряхивало. Ощущение его резких, упругих движений в ней заставляло все органы чувств сконцентрироваться только в одном месте, и мозг отключился, оставив тело острому наслаждению. Вместе со стонами из неё вырывались несвязные слова, звучащие громче, когда она кричала «Да, Драко!..»

Ладонь, сжимающая её горло, ослабла, и его руки оказались на плечах. Подчиняясь нажиму, Гермиона опустилась ниже, опираясь локтями на стол, молясь, чтобы он не останавливался и не сбавлял темпа. И Малфой, звонко шлёпнув её по заднице, с шипением толкнулся в неё. Быстрые толчки, которым она подмахивала бёдрами, создавали неописуемую вибрацию во всём теле, и она кончила с громким, протяжным стоном, распластавшись на столе. Мышцы влагалища пульсировали и сжимались вокруг его члена, а тело трепетало, переживая неистовую разрядку.

Он обхватил её и приподнял над столом, прижимая к своей груди, продолжая толкаться в неё. Она чувствовала, как он тяжело дышит, его ладони, так вожделенно сжимающие её тело, и его шепот у уха:

«Посмотри, что ты делаешь со мной… Гермиона».

Ещё несколько резких, глубоких толчков, и он с низким стоном кончил, вжав её в себя и замерев на выдохе. Время, казалось, остановилось. Но уже через несколько мгновений в возникшей тишине снова было слышно тиканье часов. Его руки стальными тисками держали её, и Гермиона открыла глаза, с неудовольствием выныривая из этого пьянящего безумия.

Ладонь легла ей на скулу, и он повернул её голову к себе, вовлекая в поцелуй. Неспешный и ленивый, словно больше им не было нужды никуда спешить.

Он выскользнул из неё и разжал объятия, давая понять, что уже можно двигаться. Она повернулась, чувствуя, как горячая жидкость стекает по внутренней поверхности бедра. Малфой натянул брюки вместе с бельём, и откуда-то из глубины дома прилетело большое полотенце. Гермиона поймала его и обернула вокруг тела. Оба тяжело дышали и смотрели в глаза друг другу.

– Знаешь, за годы моей аврорской службы я никогда не… – начала было Гермиона, чтобы хоть что-то сказать.

Он беззвучно ухмыльнулся. Откинул влажные волосы назад. Самодовольство так явно проскочило в его движениях, что это было даже комично.

– Уверен, что я самый обаятельный преступник, с которым тебе приходилось иметь дело на своей службе.

– Моё предложение в силе. – Она посмотрела на него с вызовом. Малфой склонил голову, чуть насмешливо глядя на неё:

– Не находишь, что разговаривать о делах, когда м-мм… на тебе даже трусов нет, а по ногам течёт моя сперма, не слишком, как бы это сказать… прилично?

Она фыркнула от смеха и призвала свою палочку.

– Драко Малфой, я предлагаю тебе помощь, чтобы выбраться из этого дерьма, а ты не соглашаешься.

– Не соглашаюсь? – небрежно переспросил он. – От предложений, когда их делает сама Героиня войны и аврор при исполнении, отказываться непростительно.

Заносчивый гордец, он же не может сказать прямо «Я хочу, чтобы ты меня спасла, Гермиона».

Проглотив порыв рассмеяться, она легко спросила:

– Не возражаешь, если я воспользуюсь твоей ванной комнатой?

– Возражаю, – ухмылка проскользнула на его лице. – Хотя, если ты сделаешь это со мной, то…

– Если в этом доме такие условия для всех гостей… – Гермиона силилась сделать серьёзное лицо, но это плохо получалось.

– Не для всех. Только для тебя.

Как одной простой фразой он мог заставить её сердце заколотиться в бешеном ритме, а ладони увлажниться? Гермиона ощутила, как внутри снова закипает предвкушение.

Оказавшись в ванной комнате, Малфой без малейшего стеснения сбросил с себя одежду и направился под тропический душ. Гермиона с некоторым смущением наблюдала, как он становится под струи воды, с наслаждением подставляет им лицо и проводит руками по мокрым волосам. Он оглянулся через плечо.

– В чём дело, Грейнджер? Пятнадцать минут назад ты была смелее.

Гермиона задержала взгляд на его подтянутом, мускулистом теле, с которого беспрерывно стекала вода. Она словно обволакивала каждую его мышцу, очерчивая её. Стеклянная перегородка душа покрывалась мелкими капельками, и пар поднимался над полом, клубясь и растворяясь в воздухе. Она скинула полотенце и без промедления шагнула к нему.

– Я не сомневался, что аврор Грейнджер не отступит ни перед чем, – проговорил он низким голосом.

В его руке появилась губка, и в воздухе запахло гелем для душа. Гермиона втянула уже такой знакомый аромат полной грудью, размышляя, что однажды сойдет с ума от этого пьянящего запаха. Если сейчас понюхать амортенцию, кажется, она знает, как будет пахнуть зелье.

Последующие их действия напоминали мытьё в душе очень отдаленно. Лёгкая пена повсюду, поцелуи и ладони, скользящие по телу вместе с губкой и упругими струями воды.

– Когда ты рядом со мной без одежды, я не могу называть тебя по фамилии. Только по имени, Гермиона, – проговорил он хриплым голосом, отрываясь от её шеи и перекидывая влажные волосы на другое плечо.

– Но вчера, кажется, ты… – выдохнула она, ощущая, что его твёрдый член упирается ей в живот.

– Вчера я думал только о том, как исцелить тебя. Ни о чём другом. Я боялся, что не успел, – шептал он, и она покрывалась мурашками от его слов и их звучания.

Гермиона обхватила его лицо руками и нашла губы, чтобы в очередной раз втянуть его в поцелуй. Кажется, они целовались уже сотню раз, но этого было мало. Невозможно насытиться.

Спина прижалась к прохладной стене, и его губы, прикусывая и посасывая кожу, переместились на шею. Стон заглушили звуки льющейся воды, мерно разбивающиеся о мраморный пол. Его руки блуждали по всему её телу, сжимали и оглаживали.

Его язык ласкал грудь, губы оттягивали и посасывали твёрдый сосок. А потом он скользнул ниже, и Гермиона распахнула глаза, задохнувшись от удивления.

Изогнув губы в полуулыбке, достойной самого дьявола, Драко опустился на колени и приподнял её стопу. Поцеловав внутреннюю сторону бедра, он положил её ногу себе на плечо и снова встретился с ней бесстыдным взглядом. Она сглотнула, уперевшись ладонями в мокрую стену, пытаясь сохранить равновесие.

Между ног уже пульсировало и ныло в ожидании, но он медлил. Ещё раз покрыв маленькими поцелуями бедро, Малфой поднял голову. Гермиона на выдохе закрыла глаза. Это просто невозможно. Он стоял перед ней на коленях, но при этом полностью управлял ситуацией. Она готова была поклясться, что есть только один мужчина в мире, способный на подобное, и имя его – Драко Малфой.

А потом она ощутила дразнящее прикосновение его языка между складок. Пальцы судорожно сжались, заскользив по гладкой плитке. Кажется, она зажмурилась сильнее, потому что перед глазами заплясали вспышки, когда язык медленно надавливая, принялся кружить вокруг клитора, лаская его и посасывая. Выдох вместе со стоном вырвался из её приоткрытых губ, а бёдра непроизвольно подались вперёд.

Ладонь снова проехалась по скользкой стене, и он перехватил её и запустил себе в волосы. С новым всхлипом она сжала мокрые пряди и прижала его голову к себе. Его язык выделывал что-то невероятное, извлекая из неё такие острые ощущения, что сладостные судороги, одна за другой, пронзали её тело. Она не сдерживала стоны, охваченная возбуждением, в экстазе кусала губы. Язык двинулся ниже, настойчиво толкнулся в неё, и Гермиона замерла, открыв глаза. Вид его головы между её бедер вызвал новый громкий стон. Сердце колотилось, гнало возбуждение по венам, а он продолжал лизать, посасывать и доставлять ей удовольствие интимным поцелуем.

– Драко, я… – её тело затряслось, и пальцы крепко сжали светлые волосы. Она чувствовала внутри себя его язык и то, как её тело трепещет в ярком оргазме. Перед глазами заплясали искры, а внутри произошел такой мощный взрыв, что она вытянулась, не заботясь о том, что её колено всё ещё на его плече.

Она стояла с закрытыми глазами, и её грудь высоко поднималась, резко вдыхая влажный пар. Пульсация тела постепенно ослабевала, а прохладные струи воды приводили в чувство. Гермиона ощутила влажный поцелуй на плече. С трудом открыв веки, она потянулась к нему, ловя его губы и обнимая за шею.

Его твёрдый член утыкался ей в бедро, и она обхватила его рукой, проведя от головки до основания. Он зарычал в поцелуй и толкнулся ей в руку…

Внезапно всё прекратилось. Он дёрнулся и развернулся к двери, напряжённо вслушиваясь во что-то.

– Драко, что…

Он раздражённо выдохнул и откинул голову, подставляя лицо воде и проводя руками по волосам.

– Кто-то нарушил мои охранные чары.

Сердце на секунду замерло, а потом бешено заколотилось.

– Ты ждёшь кого-то?

– Нет. Но я догадываюсь, кто это может быть, – криво усмехнулся он, выключая душ и подавая ей полотенце. – Останься здесь.

– А если…

Он посмотрел на неё долгим взглядом и пожал плечами.

– Не думаю, что тот, кто проник сюда, представляет опасность. Иначе бы он не так терпеливо ждал, пока мы выберемся из душа.

– Но, Драко, моя палочка… – прошептала она, и он нахмурился. Её палочка осталась на массивном столе в комнате с камином.

Чёрный халат подскочил к Малфою, и тот буднично нырнул в него, а пояс сам собой обернулся вокруг его талии. Драко кинул придирчивый взгляд в зеркало, проведя рукой по мокрым волосам.

– Жди здесь, – сказал он, и в его руке мелькнуло древко, которое он сунул в глубокий карман халата. Гермиона смотрела, как он подошёл к двери, собираясь выйти из комнаты, и распахнул её.

Она не сдержала сдавленного вскрика, потому что прямо напротив двери стоял Гарри Поттер в полном аврорском обмундировании. Его палочка демонстративно была засунута в кобуру, руки в карманах мантии, и весь его вид предвещал серьёзные неприятности.

– Добро пожаловать, Поттер, – невозмутимо поздоровался Драко, не отводя взгляд.

Гарри медленно качнул головой. Затем посмотрел за плечо Малфоя, где в полном шоке стояла Гермиона, завернувшись в полотенце. С волос стекала вода, и не было никаких сомнений в том, чем они занимались пять минут назад.

– Мой эльф проводит тебя в гостиную, – с убийственным спокойствием произнёс Драко, и Гарри посмотрел ему в глаза.

– Не вздумайте что-нибудь выкинуть, вы, оба. Над домом антиаппарационный барьер.

С этими словами он повернулся к эльфу, с благоговейным ужасом взиравшему на сурового аврора. Вместе они вышли из спальни.

Драко повернулся к Гермионе и кивком показал следовать за ним.

В спальне он прошёл в гардеробную, а Гермиона в отчаянии опустилась на кровать. Не так она себе представляла встречу с Гарри. Значит, он всё-таки что-то заподозрил и, как только освободился, отправился к ней домой. Не обнаружив её там, воспользовался следящими чарами, которые были на каждом авроре. Дальше – дело простое. Он узнал, кому принадлежит дом, и взломал охранные чары Малфоя. Беглый взгляд на обстановку явно выдавал её добровольное присутствие здесь. А может, эльф сообщил, что хозяин с гостьей уединились в ванной.

О, Мерлин, она хотела прежде всего ознакомиться с результатами ночного штурма клуба. Прочитать протокол допроса Роули и других, если таковые имелись. Решить, как можно помочь Драко, а потом уже осторожно ввести в курс дела Гарри.

Гермиона с тяжёлым вздохом обхватила голову. Она была уверена, что Гарри, путём несложных умозаключений уже пришёл к выводу, кто стоит за псевдонимом «Белый Дракон». И теперь последним пазлом в общей картине оказалась она сама. В полотенце и с мокрыми волосами, стоящая позади Драко в ванной комнате.

Это не решить лёгким вмешательством в память, как в случае с Криви…

– Грейнджер.

Она подняла голову. Малфой стоял перед ней полностью одетый. В брюках и рубашке. Влажные волосы были зачёсаны назад, и эта лёгкая небрежность добавляла ему шарма. Как будто он собирался не на серьёзную беседу с главным аврором, а на свидание в пафосный ресторан.