Текст книги "Сакура в нежном пламени (СИ)"

Автор книги: Shu_Chehova

Соавторы: Екатерина Разумная
сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 29 страниц)

Сначала постучал молоточком по суставам. Реакция была. Потом иголочкой по пальцам и пяткам. Все хорошо. А после решили проверить, как я хожу и держу. Ходить я могу, но равновесие удержать пока тяжело. В руках я тоже могу держать, но слабо.

Были прописаны занятия физической культурой, здоровый сон и сбалансированное питание.

С завтрашнего дня я начну ходить на сдачу разных анализов и процедуры.

– Тук-Тук! – заглянул Дима. – Можно?

– Да, конечно, – слабо улыбнулась я, смотря куда-то в окно.

– И что мы так кисним? – присел рядом парень. – Хм… может, завтра на улицу выйдем? Прогуляемся?

– А можно будет? – с какой-то надеждой посмотрела я на парня.

– Конечно! Думаю, Евгений Степаныч будет даже «За»! – кивнул медбрат. – А ещё он тебе разрешил кое-что! – Он из-за спины вытащил тарелку клубники. – Ты любишь клубнику?

– Очень…

– Ну вот и отлично! – улыбнулся парень, поставив на мои ноги тарелочку. Всего пять штучек… – Тебе пока много нельзя, но я хоть как-то надеялся поднять тебе настроение… – улыбка спала с широкой на слабую.

– Тебе немного, но удалось. – также слабо улыбалась я.

– Да у нас успехи! – лучезарно улыбался парень.

– А… можно вопрос?

– Да?

– А твои веснушки… они с рождения или от солнца?

– Веснушки? – удивлённо вскинул брови парень, скосив глаза на нос. Я не сдержалась от тихого смешка. – Да вроде как с рождения… не знаю даже… – вдруг, он перевёл свой взгляд на меня. – А твои волосы?

– Волосы? – немного не догнала я, взяв прядь волос и посмотрев. Почесала висок с будто выбритыми волосами.

– Ну да. Они у тебя розовые… да и виски за полтора года моей работы вообще не отрасли. Такие же короткие…

– С рождения.

– Прикольно! – снова лучезарная тёплая улыбка. Он посмотрел на тарелку, в которой осталось две клубнички. – И всё? Ты наелась?

– Эм… ну… это же твоё… я тебе оставила… – немного покраснела я.

– Нет. Так дело не пойдёт. – Он взял одну ягоду и протянул к моим губам. – Скажи «А~»! – я ещё гуще покраснела, но просьбу выполнила. – Отлично!

– Ну… я так тоже не могу… – шмыгнула я носом.

– Прикольно краснеешь! – улыбнулся парень, снова протянув мне ягоду и заставив покраснеть своим «А~». – Ладно. Больше не буду мучить. Скоро отбой, поэтому готовься ко сну. Я за пару минут и помогу тебе. – Дима растрепал мои волосы и вышел.

Как и было обещано, Дима зашёл ко мне перед отбоем. Вышел со звонком на отбой, оставив меня одну.

Не могу заснуть.

Такое чувство, будто я что-то забыла…

Что-то очень важное…

Дорогое сердцу…

Но вот что?

Интересно, а что мне снилось?

Наверное, мне снилось что-то на подобии морской романтики…

Интересно, а какой был корабль?

И что за птица?

Но все же…

Что-то важное…

От чего так в груди пусто…

Я села, спустив ноги на прохладный пол. Встала и поплелась к окну, опираясь об стенку.

Кое-как села на подоконник и прижала ноги к груди.

С девятого этажа такой классный вид на двор больницы…

Огромный сквер с пышными деревьями и узкими проложенными тропинками. Где-то есть небольшие участки для посиделок. Красивые фонари, как в 18-20 веках.

Так и заснула на подоконнике.

Проснулась я на койке от тихого звонка, оповещающего о подъеме.

Через пару минут зашёл Дима с инвалидной коляской. Даже стало немного противно от своей беспомощности. Хотела даже возразить, но меня без слов и реакций усадили в кресло.

Процедуры по изъятию анализов порядком надоели.

ЭКГ, МРТ и так далее. Все просто утомило.

Думала, так и помру на этих процедурах.

Завтрак оказался ужасным.

Даже трёх ложек не съела.

Дима только ворчал и высказывал своё недовольство.

Позже мы вернулись в палату.

Пришёл Евгений и осмотрела меня.

Сказал, что завтра уже могут выписать, ибо все анализы в полном порядке.

Сегодня заедет папа.

– А вот и Вы, Карен Давидович, – закрыл мою карту врач в тот момент, когда в помещение вошёл армянин. Солидный. В синем костюме. Тёмные волосы уже покрывает седина. Видимо, в молодости был накачен. Сейчас мышцы все немного обвисли, но это его не портит.

– Оставьте нас. – С армянским акцентом сказал мужчина.

– Конечно. – кивнул врач и вышел из палаты. За ним вышел и Дима. Человек, которого я бы ещё года три не видела, подошёл к койке и поставил небольшой бумажный пакет.

– Шурочка, – начал мужчина. – Я бы хотел извиниться перед тобой. – слова явно давались ему тяжело. – За то, что ни раз поднимал руку; за то, что постоянно оставлял тебя одну на долгое время. Я, правда, не хотел всего этого. У меня каждый раз сердце кровью обливалось, когда я смотрел на маленькую плачущую девочку.

– Но зачем-то ты же меня бил. – хмыкнула флегматично я.

– Поверь, на то были причины. – тяжелый вздох. – Знаешь, когда ты была ещё совсем маленькой крохой, я постоянно сам все делал. И кормил тебя, и купал. А как мне в радость было играть с тобой в игрушки! А когда ты в первый раз попробовала ягоды! Никогда не забуду этот момент! – я смотрела на него также. Без эмоций. Даже не дрогнула ни одной мышцей лица. – Ладно… – очередной тяжёлый вздох. – Это одежда. Я помню, ты не любила никогда платья… в общем. Здесь шорты, футболка, кеды и кофта. Все чёрного цвета. Как ты любишь. Завтра заеду. – мужчина пошёл в сторону двери.

– Стой, – позвала я отца. Он развернулся в вполоборота. – Спасибо! – слабая улыбка.

– Наконец ты улыбнулась, – широко и искренне улыбнулся человек, от которого я даже и не надеялась на такой радушный разговор. – давно не видел этой счастливой улыбки… – Он ещё раз посмотрел на меня с заботой и ушёл.

Впервые я вижу этого человека таким добрым и… даже счастливым. Всегда видела в нем ужасного тирана.

Какая ирония…

Даже в тот ненавистный дом захотелось вернуться.

А после мы с Димой вышли во двор больницы.

И снова на этой проклятой коляске.

Настроение поднимал лишь свежий воздух и зелёные листья.

На подлокотник сел воробей. Такой маленький…

Я тихонько коснулась пальцем его головки. Подставился под ласки.

– И как это у тебя выходит?.. – не понимал Дима. – Я вот сколько раз пытался вот так сделать. Даже подкармливал. А они меня боятся. А к тебе и подлетел, и под ласки подставился…

– Не знаю… – пожала я плечами.

– Ну и чего же ты такая грустная? – тяжело выдохнул Дима, сев передо мной.

– Не знаю… – пожала я плечами. – Ходить не позволяют, не могу вспомнить сон… да и ещё… будто что-то забыла… Что-то очень важное и дорогое…

– Ну… так дело не пойдёт! – недовольно протянул Дима и подошёл к клумбе. Снова сел рядом и протянул три цветочка розового и синего цвета. Мои любимые цветы… – Это незабудка, может, она поможет тебе вспомнить то, что ты забыла?..

– Мои любимые… – слабо улыбнулась я.

– Так. Один пункт мы смело зачеркиваем! Осталось два: вспомнить сон и встать с коляски!

– Но я даже не вспомнила того, что меня так мучает… – опустила я голову.

– Ну во~т! Снова нос опустили! – недовольно буркнул медбрат. Он встал и отошёл назад. Нажал на какие-то педальки и снова вышел вперёд. – Давай руки!

Я протянула руки. Мои ладони сжали в своих и тихонько потянули. Я встала с коляски. Мои руки отпустили и я попыталась идти ровно. С каждым шагом становилось все легче и легче.

Дима отошёл на пару метров. Я прошла практически ровно, но на последнем шагу споткнулась об свою же ногу. Меня поймали под руки. Я поднялась голову и встретилась с карими глазами. Нежными, словно молочный шоколад…

В голове кольнуло, от чего я поморщилась.

Вспомнились какие-то картинки.

Походу из сна.

Тот корабль в полной красе, а рядом с ним стоит высокий парень в одних шортах и оранжевой шляпе. Он поворачивается, но лица разглядеть не могу… а волосы… волосы волнистые…

– Саш, все в порядке? – Не помню, когда меня успели посадить в эту коляску.

– Д-Да… просто вспомнила из сна…

– Ну это же хорошо! – улыбнулся брюнет, потрепав мои волосы.

Мы вернулись в здание больницы.

От вида больничных стен становится противно.

День приближается к вечеру.

Я за все время ни разу не вышла из палаты.

Грустно…

Невыносимо…

– Солнечные блики, рассветы и туманы

Мама, залечи мои открытые раны

Здесь наполнит холодом ранимая весна

Родные объятия манна в них весь я.

Грусть окатит город и куда себя девать?

На районе лигалайз и нам наплевать.

Эти шкуры из провинции – похоть грехов

Я скрываю свои думки от местных котов

It’s a wonderful life sunshine

Горы позитива курят эти строки натощак

Я врываюсь в её бёдра, взгляд в облака,

Почему никто не просится в планету добра?

Она не набрав не нала не добра

Нам мало напалма на валом на лад

Наломала на ладах, ни ла-ла-ла, ни на-на

На волыне мол иная начинается стрельба

Под чувством любовь ей откроются все двери,

По икрам все её давным давно хотели

Мы спрячем руки в руки, баламуты, вышли вон!

Тут моя жизнь и я ей окрылён.

Под чувством любовь ей откроются все двери,

По икрам все её давным давно хотели

Мы спрячем руки в руки, баламуты, вышли вон!

Тут моя жизнь и я ей окрылён.

Люби меня

Дорогая

Терпи меня

Дорогая

Прости меня…

За то что распиздос.

(Я не вывезу ни капли твоих слез!)

Люби меня

Дорогая

Терпи меня

Дорогая

Прости меня…

За то что распиздос.

(Я не вывезу ни капли твоих слез!)

Одновременно воля с ветром, плыли облака

Меня мечта заветная вела говорит: «не проморгай!».

Наверняка все будет так как надо – руки до небес

И море топило меня в себе привлекая интерес

И на виду ваших глаз я раскрываю ноты фраз

Готов поспорить не зря.

Эта мелодия манила нас…

Не зря

Мелодия манила нас

Любовь кормила поцелуями лови напас!

Минимум это страсть и я в тебе готов пропасть

А с неба падали звезды в пропасть мы за ними…

Разбиваясь…

На тысячи частиц

Валим, валим, валим…

От незнакомых лиц

Вдали, вдали, вдали.

Зазывали маяками заветными чудеса

Весь этот мир за тебя готов я наказать

И мимо наших окон снова плыли миражи

Этим моментом дорожи!

Люби меня

Дорогая

Терпи меня

Дорогая

Прости меня…

За то что распиздос.

(Я не вывезу ни капли твоих слез!)

Люби меня

Дорогая

Терпи меня

Дорогая

Прости меня…

За то что распиздос.

Я…

По тонкому льду…

С тобой наружу

С тобой наружу.

Е. Е-е.

Я по тонкому льду с тобой наружу

Мы не виноваты

Терпи меня, как когда-то

Давай останемся на память в этих фотографиях

И нам не надо больше воздуха, чтобы дышать

Мой город-капкан, и я в него попал.

Остаться человеком здесь шансов так мало.

Я заберу своё и отправлюсь назад

Туда, где для друг друга мы были не просто так

Верю в красочный мир, где мы непобедимы

Но с той стороны любовь далеко не стимул

Мы наизнанку вывернем, вывернем, вывернем

Наш каменный мир, в котором горим…

Просто держи меня за руку

И я с тобой тут по тонкому льду

Просто держи меня за руку

Пока я тут…

Иду ко дну!

Просто держи меня за руку

Я с тобой тут по тонкому льду

Просто держи меня за руку

Пока я тут…

Иду ко дну!

Люби меня

Дорогая

Терпи меня

Дорогая

Прости меня…

За то что распиздос.

(Я не вывезу ни капли твоих слез!)

Люби меня

Дорогая

Терпи меня

Дорогая

Прости меня…

За то что распиздос.

(Я не вывезу ни капли твоих слез!)

– Это невероятно… – послышалось рядом. Я посмотрела на случайного случая, коим оказался Дима. Я лишь также грустно улыбнулась. – Ты классно поешь!

– Спасибо, – кивнула я. – Твоя смена закончилась?

– Да, – выдохнул тяжело парень. – Я вот уволился.

– И зачем?

– За границей предлагают работу куда лучше. Да и зарплата куда выше.

– Ясно…

– А это тебе! – Он протянул небольшой букетик. Незабудки… – В знак того, что я тебя не забуду! Ну и чтобы не забывала меня!

– Спасибо! Я не забуду те… – Я не успела договорить, ибо меня поцеловали… нежно… и так приятно… я даже не поняла, что произошло. Пока я хлопала недоуменно глазами, парень уже стоял у выхода.

– Прощай, Незабудка!

– Прощай… Эйс… – Но меня уже не слышали. Стоп. Эйс? Почему Эйс? Он же Дима…

Продолжение следует…

Комментарий к Глава 29. Незабудка... Хочу поздравить мужскую половину, что читает этот фанфик, с 23 февраля! Будьте сильными, с горячими телами и ледяными головами! Найдите себе Ту единственную, которая будет вашим единственным идеалом и при этом шлюхой в постели, как Саша у Эйса! А иначе вам просто наскучит. Почаще занимайтесь сексом в позах из камасутры – тогда жизнь раскрасится в самые яркие цвета!

Те, кто в девятом классе – желаю дожить до такого желанного аттестата (также и с 11 классом)!

В общем, ещё раз с праздником!

====== Глава 30. Вспомнила... Я все вспомнила... ======

Забыть тебя? А с кем я буду

Печали, радости делить?

Пусть лучше все меня забудут,

Чем я смогу тебя забыть…

– Сергей Есенин

Проснулась я поздно.

Почти через час после звонка, оповещающего о подъёме.

Разбудил меня Евгений Степаныч.

Осмотр прошел быстро.

Мужчина выписал мне питание и сделал расписание занятий физической культуры для того, чтобы поскорее лучше держаться на ногах.

Вообще, Евгений бы меня ещё минимум недельку подержал в больнице, но отпускает по просьбе отца.

Да и, если честно, самой не хочется сидеть в четырёх синих стенах.

Эти два дня хотя бы Дима был.

А сейчас даже его нет…

В дверь постучались.

Не дождавшись разрешения, в палату вошёл мой отец.

Евгений Степаныч пригласил его в ординаторскую для подготовки документации.

Я переоделась в одежду, которую мне вчера привезли.

Вышла из палаты, захватив букетик, который мне вчера подарил Дима.

С его стороны это очень мило…

Но…

Почему он меня поцеловал?

И…

Почему я его назвала другим именем?

Почём знать…

Дверь открылась и меня позвали.

Поблагодарив Евгения Степаныча, мы вышли на улицу.

Хожу я пока с трудом, но мне помогает папа.

Почти через каждые десять шагов спотыкаюсь.

Водитель открыл заднюю дверь в черную машину. Видать, недешевую…

С другой стороны сел папа.

Пока мы ехали, он только и делал, что разговаривал по телефону.

Но я даже внимания не обращала.

За окном вид на Москву.

Так неприятно находиться в этом городе.

Какой-то серый…

Да. Выделяется своими постройками, но…

Я не чувствую восторга, рассматривая скучный пафос новых зданий или однообразие старых высоток.

Вскоре мы приехали в богатый район Москвы – Рублевка. Пристанище богатых папенек с мамочками и современной золотой молодёжи.

От этого места тошнит.

Да. Здесь природа. Чистота. Приличие.

Но также здесь наглость и подкупность.

Здесь только черствые Бесы. Людьми весь этот сброд назвать язык не повернётся.

Ещё немного и мы приехали.

Дом двухэтажный.

Внизу огромный зал для приёма гостей, который видно сразу же.

По бокам две громоздкие лестницы. Под лестницами две двустворчатые двери. Одна ведёт в столовую, за которой кухня. А другая в гостиную. Как сказал папа, гостей обычно так и держат в первом зале. Первое – самое огромное помещение. Второе – два прямых выхода, как во внутренний двор, так и со двора.

Вообще, дом оформлен в итальянском стиле.

В принципе, ничего интересного я не увидела.

Поднялась на второй этаж. Над залом балкон, откуда вид как на сам зал, так и во внутренний двор.

С обеих сторон коридоры.

Справа библиотека, кабинет и бильярдная.

Слева жилые помещения.

Моя комната оказалась самой дальней.

Прошла. Вид падает во внутренний двор. Густая растительность прикрывает чужие угодья. Также во дворе беседка и зона для пикника. В общем, двор большой.

Моя комната выполнена в холодных тонах: серые стены, синий потолок, чёрные полы. Есть большая кровать с черно-красной постелью. Также чёрный замшевый диван с толстым серым пледом из толстых ниток. Явно ручной работы. Возле дивана, напротив кровати, огромная компьютерная зона: огромный телевизор с приставкой, компьютер, к которому подсоеденино шесть мониторов, компьютерное кресло.

Видать, раньше я была ещё тем геймером…

Вспомнить бы, как сейчас всем этим пользоваться.

– Вас что-то не устраивает? – спросила домработница, что все это время сопровождала меня.

– Нет, все в порядке. – выдохнула я.

– Не желаете покушать? Или чего-нибудь выпить?

– Нет.

– Может, принять душ?

– Не мешало бы.

Женщина подошла к двери возле кровати и открыла.

Взяла меня осторожно под руку и провела к душевой.

В центре стоит джакузи, в углу душ, в противоположном углу туалет. Недалеко от толчка, как принято называть в простонародье, умывальник с большим зеркалом.

Также было зеркало на всю стену напротив ступенек в джакузи.

Женщина принесла мне мою одежду с полотенцем и удалилась.

Я сняла всю одежду и прошла к душевой.

Включила.

Горячие струи упали на кожу, приятно согревая.

Вечность бы стоять так…

Приятно…

Словно я в чьих-то объятиях…

Хм…

Странно…

Ещё утром я с трудом, хоть и слабым, передвигалась, а сейчас я стою и мне даже не тяжело…

Да и от двери до душа я дошла быстро и без чужой помощи. А там вышло ну… чуть больше десяти шагов.

А это что?

У меня на правой ноге начало что-то появляться.

Вскоре, появился фиолетовый череп с хитрым взглядом и усами в виде полумесяца. А вместо костей был знак, похожий на фашисткий, но смотрел в другую сторону… на сколько знаю, он означает мир…

Так.

Нужно собраться.

Как такое могло произойти?

Что это?

Это похоже на татуировку…

Странно это всё…

Волноваться – смысла не вижу.

Ладно.

Хрен с ним.

Что я с ней сделаю?

Вышла из душевой и посмотрела на себя в зеркало.

Под ключицами два иероглифа.

Один обозначает, на сколько я знаю, смерть, другой – пламя… или огонь…

Не суть.

Я высушила волосы и надела свободную одежду: спортивные штаны и какую-то широкую футболку.

Вышла в комнату.

В дверь постучались.

Дала разрешение войти.

– Саша, Вас Карен Давидович зовёт за стол. – предупредила женщина и ушла.

Я спустилась вниз в столовую.

За круглым столом сидит отец. Напротив стул. Явно предназначен для меня.

Села.

Фуагра, лобстеры…

Я лишь взяла немного обычного мяса и немного овощей.

– Саша, можно спросить? – спросил меня отец с армянским акцентом. Я лишь кивнула. – А тебе ничего не снилось?.. ну… в этой коме?

– Снилось, но почти ничего не помню. – пожала я плечами, ковыряя вилкой салат. – Я помню корабль. Огромный и величественный. А нос корабля – огромный белый кит. Также помню море. Бескрайнее. Нежное солнце. И птицу. Птицу невероятной красоты. Оперение огненное… лазурного цвета… длинный хвост с золотыми кольцами…

– Видимо, сон тебе снился прекрасный… – слабая улыбка осветила грустное армянское лицо. – Пошли-ка со мной. – Он встал и пошёл наверх. Я в недоумении пошла за отцом. Привёл он меня в мою же комнату. Достал со шкафа какую-то коробку. – Послушай. Когда-то давно в дверь моей скудной квартирки постучались.

Я открыл дверь, за которой оказалась исхудалая седая девушка. На руках младенец. Она еле стояла на ногах. Я впустил их в дом. Помог пройти ей. Взял ребёнка и положил на диван. Быстренько принёс воды девушке и начал искать аптечку. Вся в ссадинах...

– Как вас зовут? – спросил я. – Что с вами произошло?

– Меня зовут Мира. Сакура Мира. – Не уверен, что с ней всё в порядке. Таких именно в России нет. Похоже на японское, но… акцента нет. – И мы из другого мира. Я понимаю, в это тяжело поверить, но… я могу доказать. – она вытянула руку. Через мгновение в руке появился странный стеклянный шарик с стрелкой внутри. – Это компас из моего мира.

– Фантастика… – вырвалось у меня. Я взял компас в руки и получше рассмотрел. Да. На компас похоже, но он значительно отличается от нашего. На нём нет направления Севера, Юга, Запада или Востока. Лишь стрелка, подвешенная на иголке.

– Я к вам пришла не просто так.

Девушка рассказала мне все. Про свой родной остров. И про пиратскую команду. Про то, что на её родном острове избранных девушек приносят в жертву. Про приобретенную огромную семью. Про необычную магию. Так я узнала и про её ребёнка, которая оказалась ещё и дочерью мифического существа лазурного цвета. Дабы защитить девочку, Мира отдала её мне, позволив дать имя. Также седовласая просила обращаться к ребёнку с жестокостью, чтобы к этому миру её ничего не привязывало. Но я долго не мог так поступать с ней. Ребёнок был невероятной красоты. Височки тёмные, а посередине волосы нежно-розовые. Глазки голубые… как чистое весеннее небо… как маленькие Незабудки… Через какое-то время девочка замкнулась в себе. Тем лучше. Нельзя ей привязываться к этому миру. Также я начал замечать её тягу к странным мультфильмам. Потом я заметил у неё какую-то фигурку. Это была та самая птица, которую мне описывала её мать. И я начал ещё больше отдаляться от ребёнка. Я бы ей всё рассказал, но вряд-ли бы она мне поверила. Да и Мира просила меня не рассказывать ничего.

– Прости, что пришлось скрывать все это, – слабо улыбнулся мужчина, так и не открыв коробку. Он снял крышку и позволил мне рассмотреть. На вид всего лишь безделушки, но… с каждым разом в голову начали приходить воспоминания. Я взяла однорукого красноволосого мужчину с шрамом на глазу. В голову ударили воспоминания, как я с ним разговаривала. Колко, но с долей уважения, даже по-дружески. Следующая фигурка была тот самый корабль с носом кита. Вспомнила, как он величественно стоял на пристани. Вспомнила его прекрасные паруса. Затем был мужчина в малиновой распахнутой рубахе с лазурным пламенем. На груди был знак, отдалённо похожий на тот, что у меня на ноге. Я вспомнила, как этот мужчина нежно улыбался мне и трепал волосы.

– Папа… – протянула я, осматривая эту фигурку и следующую, которая была птицей. Той самой птицей, которую я вспомнила после комы. Затем я взяла в руку следующую фигурку. Ей оказался мужчина с смешным начесом в поварской рубахе. На лицо набежала улыбка. Он меня успокаивал, учил готовить… следующим был огромный старик с странными усами. – Дедушка… – на глаза набежали слёзы. Как я сидела на плече этого человека… как стебалась с ним над другими. Как… как кричала на него… затем вспомнила другое… совершенно иное… ужасное… я вся в чужой крови. Я убиваю. Взяла следующую фигурку. Ей оказался веселый паренёк в шляпе. Улыбка широкая. Под глазом небольшой шрам. Вспомнила пустыню. Этот парнишка, Луффи, стоит где-то на заднем плане. Спереди кто-то другой. Это тот, что с оранжевой шляпой. Также мы с Луффи бежали по полю боя, уворачиваясь от атак. Но… куда мы бежим? Не могу вспомнить… все же… я так и не смогла вспомнить самого главного… я это чувствую… может, это связано с этим парнем в ковбойской шляпе? Как знать…

– Ты все вспомнила? – с волнением в глазах спросил папа.

– Нет… я не могу вспомнить самого главного… – утерла слёзы. – Я понимаю, что не могу вспомнить… от этого так пусто внутри… – меня обняли за плечи. Мужчина встал и порылся ещё где-то. Пока тот рылся в поисках чего-то, я посмотрела в окно. Солнце… такое яркое… нежное… Солнце… Что-то знакомое… кажется, я кого-то так называла… но кого? Кого-то близкого… родного сердцу… может, это тот парень в шляпе? Кто его знает… Папа слез со стула и поставил ещё одну фигурку на стол. Это был тот парень в шляпе. Весь в пламени… а внизу его имя… Эйс… Портгас Ди Эйс… из глаз пуще прежнего полились слёзы. Я вспомнила… – Я вспомнила… Эйс… Родной…

– Родной? Только не говори, что ты с этим эксгибиционистом роман крутила! – даже немного разозлился мужчина.

– Пап… – Я улыбалась. Так широко… искренне… но, как я могла забыть его? Моё Солнце? – Я всё вспомнила! Это самый родной человек… Я его люблю!

– Я рад, что ты нашла того самого, – мужчина меня обнял. Так крепко…

И тьма…

Продолжение следует…

Комментарий к Глава 30. Вспомнила... Я все вспомнила... Честно говоря, глава не получилась. Да и сами вы это заметили. Но я горжусь проделанной работой. Встреча Саши и своего приёмного отца вышла скупа. Да. Встреча матери Саши и этого армянина вышла не прописанной и... какой-то... банальной?.. да. Она банальная на действия и чувства. Здесь не описано, КАК долго мужчина сомневался в правде седой девушки с ребёнком на руках. Я это все хотела описать, но... это ведь всего лишь воспоминания. Человек не обязан помнить каждую частичку этих воспоминаний. Я считаю, скупость и недостаток чего-то даже лучше, чем полное описание.

А когда Шура начала вспоминать народ?

Здесь тоже без лажи не обошлось. Также скупо описание чувств. Слишком банальные персонажи. Можно было бы вместо родных людей Саши поставить совсем второстепенных, которые пока ещё не появились в данном фанфике, которые не появятся вообще, либо которые появлялись всего один-три раза – это чтобы усложнить задачу для нашей девушки. Но. Зачем? Зачем все это лишнее? Пусть лучше она быстро вспомнит отца, дядю и Деда с Луффи. Ведь затруднение с воспоминаниями про Эйса уже есть. Зачем усложнять ситуацию?

Вот, собственно, все, что я хотела сказать)

С прошедшим первым днём весны!)

====== Глава 31. Родная ======

Я люблю. Я просто тебя люблю...

Безумно, дико, нежно, тихо.

Люблю...

Кожа бледна,

Лежишь, словно хрустальная кукла.

Заплатил я сполна,

Надежда уже давно потухла.

Никогда не слушал тебя.

Почему? Чёрт его знает.

И вот теряю себя,

Раны даже врач не залатает.

Сколько раз говорила?

Сколько твердила?

И как предсказала ты мне,

Потерял я всё на Посейдоновом дне.

На дне моря,

Где не видно ни зги,

Потерял смысл я,

Лишённый любви.

Той самой любви,

От которой внутри все бурлит.

Той самой любви,

От которой всё в поджилках кипит.

А что в итоге?

Смотрю на твоё хрупкое тело.

Не представляю, как тяжело дышать тебе.

Наверное, трудное дело...

Тяжело без тебя,

Как пирату без моря.

Как солдату без боя.

Как волку без ночного лунного воя...

От койки твоей

Не отхожу ни на миг.

И не знаю, какой по счету

Стрелка отсчитала свой тик.

Родная моя, очнись же скорее!

Покажи голубизну своих глаз!

Хочу обнять тебя как можно сильнее,

Без лишних, ненужных нам, фраз...

Хочу слышать,

Как ты поёшь,

Хочу видеть,

Как ты танцуешь...

Плавные движения,

Что так нравятся мне...

Нежные строки

Из губ твоих на утренней заре...

Ты моя Сакура,

Что цветёт весной.

Ты моя Незабудка,

Что плачет, а звук лишь немой.

Твои слёзы, словно бриллянты,

Блестят от солнечных бликов.

Твоя улыбка, морем слёз умыта,

Дороже золотых слитков.

От чего море солёное?

Старцы говорят, что дело гиблое

Когда-то совершили пираты

Утопили девицу... будто дороже нет платы?..

А я скажу, от чего солёное море.

Не от слёз русалки той бедной.

Оно солёное от того, что я принёс горе

Той самой кукле фарфоровой... бледной...

Я жду тебя, Родная,

Скорее открой глазки свои,

От счастья весь тая,

Хочу обнять тебя скорее, малая...

Продолжение следует...

====== Глава 32. Тогда, властью данной мне... ======

Ты же хотела узнать, что будет завтра, но

И сложно же предугадать, кто будет срываться вновь.

И знаешь, тогда я хотел, и знаешь, сейчас я хочу.

Не успел я сорваться тогда и сказать тебе:

Я люблю тебя. С тобой хотел прожить всю жизнь.

Сейчас я потерял тебя – не знаю, ли верну.

Приходила ко мне делал больно тебе.

И не знал я тогда, как ты мне дорога.

Мы расстались сейчас, я все жду от тебя слова:

Я люблю тебя. С тобой хотел прожить всю жизнь.

Сейчас я потерял тебя – не знаю, ли верну.

Ты же хотела узнать, что будет завтра, но

И сложно же предугадать, кто будет срываться вновь.

И знаешь, тогда я хотел, и знаешь, сейчас я хочу.

Не успел я сорваться тогда и сказать тебе:

Oh, my love. My lover. I belong to you. 4x

Я люблю тебя. С тобой хотел прожить всю жизнь.

Сейчас я потерял тебя – не знаю, ли верну.

Я стою в той самой белой комнате. Передо мной раскрытая дверь лазурного цвета…

Словно вода у песчаных берегов…

Словно бескрайнее чистое небо…

– Привет!

Я развернулась и увидела высокого мужчину с белоснежными волосами. Высокий…

Черты лица нежные.

А голос…

Голос какой-то знакомый и немного старческий, хоть на вид лет сорок…

– Привет…

– Ты меня, наверное, не узнала в таком виде…

Лицо немного смущённое…

С крупинкой вины.

– Если честно, нет…

– Меня зовут Моби Дик!

– Моби!

Я прыгнула обнимать Дика. Он в ответ обнял меня. Такой тёплый… а объятия на столько нежные…

– Я здесь, чтобы помочь тебе. И поблагодарить…

– Поблагодарить?

– Да. Спасибо, что не дала погибнуть тем двоим!

– Ну… я не только тебе это обещала…

Я хихикнула, вспомнив взрослую женщину в розовом халате и ботфортах.

– Времени у нас, к сожалению, мало, чтобы поболтать, я здесь лишь для того, чтобы поблагодарить…

Грустная улыбка…

Она не идёт Моби…

И эти грустные глаза…

– Моби, никогда грустно не улыбайся. Такая улыбка тебе не идёт.

Я подправила прядь волос на лбу друга. Вторая ладонь легла на его крепкую грудь

– Как скажешь…

Он положил свои ладони на мои плечи и поцеловал в лоб.

– Ну, а теперь прощай, Саша Феникс!

– Прощай, Моби Дик!

Мужчина провёл меня к двери. Я повернулась спиной к пустоте и закрыла глаза, упав назад…

Я открыла глаза. В помещении полумрак.

Рядом сидит Эйс и смотрит куда-то стеклянным взглядом, держа мою ладонь у своих губ.

В темноте не так заметно, но лицо парня бледное, а под глазами мешки…

Лохматый…

Я еле дёрнула рукой.

Медленно положила ладонь на его щеку…

Портгас моргнул пару раз и посмотрел на меня.

На лице заиграли разные эмоции: шок, недоверие и радость. Счастье… будто нашёл то треклятое сокровище…

И он обнял меня. Обнял так крепко, что все мои сломанные кусочки снова собрались воедино…

– Радость моя… Родная… – на моём лице ни одного свободного места не осталось. Всю расцеловали. Горячие губы покрывали каждый миллиметр моей кожи на лице, шее и плечах.

– Эйс… подожди… – прохрипела я. Он оторвался и быстро поднёс к губам стакан воды. Я отпила. – Эйс…

– Да?

– Ты сейчас специально это делаешь? Только честно… пожалуйста… – парень лишь нахмурился. – Эйс. Я тогда, в Арабасте, такого наговорила… и… ты знаешь, что я никогда не отказываюсь от своих слов. И, если ты после этого не хочешь больше со мной отношений, я все пойму. Я возвращаю свои слова назад, но уже толкать тебя или удерживать не буду. Ты воле… – Но меня лишь обняли.

– Жизнь моя… Воздух мой! Не говори так. Я всем сердцем люблю тебя. И из-за этого оставлять тебя не собираюсь. Я просто жить без тебя не смогу! Я дышать без тебя не могу! – и я снова оказалась в крепких объятиях. Таких нежных… и тёплых… я так больше не могу… я не смогу жить, осознавая то, что меня больше не любят… я так счастлива… счастлива, что меня любят… меня не хотят бросать…

– Родной… – прошептала я, обняв шею парня. Горячая кожа плеч коснулась моих, как оказалось, таких ледяных губ. – Люблю тебя… безумно…

Так, обнимая друг друга, мы просидели ещё долго, если бы не…

– Впервые вижу, чтобы из глубокой комы выходили через две недели после того, как впали… – Я посмотрела на человека, который это говорил. Им оказался Трафальгар. Меня с большим нежеланием выпустили из объятий. Свет в помещении включился.

– Две недели?.. – прошептала я. – Думала, всего дня три… – Траффи лишь хмыкнул и подошёл ко мне, убрав уже ненужные провода и иглы. Места, где были капельницы, сначала были в крови, но потом на их месте загорелось розовое пламя. Красиво… парень осмотрел меня и вынес вердикт.

– К моему большому удивлению, ты в полном порядке. Рефлексы в норме, анализы тоже. Смысла держать тебя здесь я не вижу. Хотя… удивляться не чему. Раз ты пренадлежишь расе Фениксов. – доктор уже собирался выйти, но его остановил Эйс.