Текст книги "Ученый в средневековье. Том 6 (СИ)"

Автор книги: sandlord

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

Глава 431
Вы отдали этот приказ

Сидя в своём кресле, вид у министра обороны был крайне удручающим. Он был не столько пропитан пылким гневом, сколько холодной яростью, ну а сам взгляд был направлен на лидера теней, державшего на плечах бессознательного министра экономики.

– Ответь мне на милость, – сказал он, постукивая пальцами по дубовому столу, – какой приказ я тебе отдал?

Пусть стоящий перед ним человек и был сильнее своего начальника, по факту в данный момент он испытывал перед ним страх. Порой не имея силы, можно напугать человека до чёртиков, особенно когда за твоими плечами стоит немало власти.

– Вы отдали приказ убить императорскую семью и поймать министра экономики вместе с его помощником. Императорская семья мертва, министра экономики вы можете видеть перед собой, ну а помощник…

Вены министра обороны слегка надулись, а лоб словно бы наморщился от злости.

– Что помощник? Заканчивай предложение, мне интересно тебя послушать. Где же он? Чего застыл? Дьявола увидел?

Воистину, лицо сидящего перед ним человека напоминало маску дьявола. Конечно, ведь по сути им была допущена прегрешность в плане, который он готовил на протяжении долгих лет жизни. Сам факт того, что в стоящего перед ним мужчину не полетел ни один предмет, поражал.

– Кольберту удалось сбежать. Прошу прощения… – только и мог мужчина в данной ситуации, что извиняться.

– Значит ты упустил его? – Ухмыляясь, спросил министр.

– Почти. Один из моих людей доложил, что они нашли подземный ход. Вот только в этом самом подземном лазе было столько разветвлений, на скольких наших людей не хватило бы.

Министр на полученный ответ стал ещё активнее постукивать пальцами по столу.

– Скажи мне на милость, а куда девались следы? Вроде бы как у вас должны быть сохранены навыки ищеек, я прав?

– Вы правы, но…

– Но? – Ещё больше нахмурился министр.

– Следов не было. Однако, как вы утверждаете, помощник министра экономики не покидал своего дома. Кажется они предугадали день, когда всё должно было случиться. Не знаю как, но других вариантов у меня нет.

– Это всё?

– Всё.

– Хорошо, – сказал он, прекратив стучать по столу и сложив руку на руку. – Вот как мы поступим. Сейчас ты уходишь с глаз моих долой и отводишь министра в его темницу, а затем… хм. А затем вы со своей командой достанете Кольберта хоть из земли. Всё ясно, или мне придётся повторить?

Смотря на министра обороны, лидер теней понял, что спорить здесь бессмысленно и проще сразу согласиться.

– Да. Обещаю доставить Кольберта к вашим ногам.

– Молодец, – сказал он, после чего добавил. – И ещё одно. У него при себе будут документы в единственном экземпляре. Знай же, если я узнаю, что оттуда пропал хоть один листок, вся твоя команда отправится на корм моим магическим зверям. Здесь всё понятно?

– Да. Разрешите отклониться.

– Прочь с глаз моих, – рявкнул министр, наблюдая, как исчезает его подчиненный.

"Чёрт возьми… как же я устал. Устал, чёрт возьми. Одно дело, одно чёртово дело, и вот так провалиться. Позор, позор моему светлому уму. Если это выльется в свет, что обо мне подумают люди? Да они же засмеют меня. Да, точно засмеют. Чёрт возьми, почему я всегда нахожусь в окружении идиотов. Точно идиотов. Только такие как они не могут справиться с единственной поставленной на них задачей. У меня нет слов… ладно, нужно закончить с документами.

Императорская семья мертва. Скоро пойдёт слух, и когда простые граждане узнают об этом… да, будет не очень хорошо. Впрочем, это вынужденная мера. Главное не забыть сделать якобы компромат на этого ублюдка. Народ любить валить вину на кого-то одного, и в такой ситуации отогнать от себя взгляд лучшее лекарство. Впрочем, победа уже в моих руках. Если мои расчёты верны, со смертью министра все его документы потеряют какую-либо силу. Чуть-чуть, ещё совсем немного…"

Спустя некоторое время слухи об убийстве императорской семьи дошли и до простого народа. Конечно, правительство старалось сделать всё возможное, чтобы эта новость дошла как можно позже до народа, однако как это часто бывает, где-то что-то ускользнуло.

Со смертью императорской власти народ Ипонгрина начал поднимать бунт. Нет, не потому, что принц Зальзар был хорошим человеком, напротив, народ его жуть как недолюбливал. Его смерть была скорее призывом к революции и смене власти.

Что касаемо убийц, всё было взвалено на не безызвестную группировку анархистов, что даже во время правления Зальзара открыто выступали за смену правителя. Что касаемо того, насколько такая информация была правдой, на деле мало кого интересовала. Империя переживала свои не лучшие времена, и поиск убийц на фоне всего выглядел наименьшей из проблем.

Если брать за основу другой мир, тот, откуда прибыл учёный, то можно подумать, что ситуация развилась бы по сценарию, в котором вся власть переходила бы на аристократов. Впрочем, такой ход нельзя назвать рациональным. Достаточно вспомнить Буржуазную власть во Франции и то, к какому кровопролитию она привела.

Вот только данный случай отличался от других. Министр обороны не просто так готовился к этому дню столько лет. Большинству дворян он пообещал хорошие льготы, а также надежду на то, что они сохранят свои титулы. Для большинства этого было достаточно, чтобы те дали своё предпочтение правлению министра обороны как Императора.

Что касаемо самого народа, одурачить его было проще пареной репы. Всего-то нужно было использовать немного обещаний и лести, чтобы задобрить нрав граждан империи. Также стоит отметить, что с того момента, как министр обороны стал негласным правителем, бунты, пусть неспешно, но начали утихать. Особенно людям понравилась новость, в которой говорилось, что скоро будут казнить министра экономики.

Если говорить о том, почему министра обороны называли именно негласным императором, то здесь ответ был прост – он не проходил церемонию становления императором. Быть может он заслужил доверие аристократии до той степени, что они выдвинули его кандидатуру на пост императора, однако окончательное решение принимал правитель доминирующей страны. Иными словами, именно учёному предстояло решить, кого он хочет сделать императором захваченной страны.

Глава 432
Смерть идет

– Он хоть живой? – Спросил министр обороны у одного из теней, смотря на человека в камере, чьи худые руки и ноги были окованы в цепи.

– Будьте покойны, живее всех живых. Содержим же мы его строго по вашему указанию, – гордо ответил мужчина.

– Значит только воду? Надеюсь не слишком много давали? – Поинтересовался министр.

– Стакан в день. Правда боюсь недолго он продержится на таком питании. Он уже даже на горшок прекратил ходить. Не опасно ли всё это, Мой Господин? – Спросил подчиненный.

– Ничего страшного. Впрочем, я надеюсь он не умрёт до собственной казни. Если посчитаете нужным, можете дать ему корку заплесневелого хлеба. Только немного, иначе желудок бедного не переварит эти крохи, – засмеялся министр, смотря на закрытые веки заключенного.

– Клянусь, с ним ничего не произойдёт ровно до того момента, пока вы сами этого не пожелаете.

– Очень хорошо. А теперь будь добр, оставь мне свои ключи и выйди за дверь. Мне нужно поговорить с моим давним знакомым, – на полном серьёзе сказал министр обороны, тем самым несколько удивив мужчину.

– Не поймите неправильно, но… может мне стоит остаться? Этот человек очень хитёр, и мне бы крайне не хотелось, чтобы с Моим Господином что-то произошло.

Министр положил руки за спину, и кинув взгляд на стоящего в трёх шагах подчиненного, ответил.

– Скажи мне на милость, ты боишься, что я не выплачу награду? Уверяю, так и будет, если не найдётся этот чёртов паразит. Что до самого заключеного, ответь же мне – неужели по твоему мнению я так глуп, что не принял все предосторожности, чтобы этот паршивец не смог навредить мне? Ты меня за идиота решил принять? – Говорил он так сурово, что бедный мужчина пожалел о своём вопросе.

– Ни в коем разе, Мой Господин. Я лишь был обеспокоен за ваше состояние. В конце концов это моя работа. Раз уж вы так уверены, тогда мне не остаётся ничего делать, кроме как покинуть помещение. Желаю вам двоим приятного общения, – сказал он, одарив своего господина многоуважительным поклоном, после чего скрылся за стальной дверью.

Предстоящий разговор был важен для них обоих. В конце концов, это было нечто большим, чем просто конфликт двух лиц, и с годами это становилось лишь яснее на лицо. Однако даже так, оставалось много неразрешенных вопросов, на большинство которых, к сожалению, вероятно нельзя получить ответ.

Зайдя внутрь, он вновь посмотрел на того, кому он противостоял большую часть своей жизни. Старое исхудавшее тело больше напоминало труп. В этот момент министр обороны невольно задумался о том, сколько лет прошло с момента начала их борьбы за власть.

Стоя перед лицом своего врага, что практически находился в беспомощном состоянии, он осознал, насколько сильно состарился. Да, он уже был стариком. Как часто он об этом задумывался? Задумывался ли вообще? Хотел ли он завести себе преемника перед долгожданным уходом на покой?

Много мыслей проносилось в его голове. В основном они были хаотичны, и мало что из себя представляли. Впрочем, было кое-что, что никак не хотело покидать голову. Он задумался о том, насколько часто воображал этот момент. Он, властитель империи, стоит перед упавшим на колени министром экономики. Сколько раз представлял, как будет насмехаться над ним. И вот, он стоит перед ним, но чувства… они словно бы исчезли и вспыхли вновь, когда окованный в цепи открыл глаза.

– Т-ты? – Хрипло спросил он, попытавшись потянуться к нему своей костлявой рукой.

– Я. Не волнуйся, смерть за тобой ещё не пришла. Она точит косу и ждёт тебя на эшафоте, – ответил министр, ухмыльнувшись пленнику, словно бы презирал его поражение.

– М-мог б-бы и в-воды принести. Н-неужели дашь мне умереть от жажды? – Всё также хрипло ответил он.

– Нет. Нет, так дело не пойдёт. Я словно бы общаюсь с каким-то покойником. Так и быть, выпей, – сказал он, кинув словно бы из неоткуда взявшуюся флягу с водой.

Старик обессиленно схватил её руками, и, собрав всю силу в кулак, поднёс горлышко фляги к своим засохшим губам. Тёплая вода потекла внутрь горла, хоть немного утоляя многодневную жажду.

– Напился? – Спросил министр,

наблюдая за тем, как его пленник выкидывает пустую флягу в сторону.

– Благодарить не стану, и не надейся, – сказал министр экономики.

– Будем считать что да, – безразлично ответил министр обороны.

– Ну и зачем ты пришёл ко мне? Насмехаться? Ну давай, смейся надо мной. Чего же ты ждёшь? Ты ведь ради этого спустился ко мне. Или просто решил посмотреть, как я чахну в этой сырой темнице? Честное слово, это место строил какой-то садист. Впрочем, мне уже плевать. Всё равно мои дни сочтены. Не ты, так здоровье добило бы меня в ближайшие дни.

– Не драматизируй лишний раз. Да и не за этим я сюда пришёл, – преспокойно ответил он.

– Да неужели. Ну ладно, можешь сам себя заковать в кандалы и посмотрим, что из этого выйдет. Не думаю, что такой курс лечения положительно скажется на твоём здоровье, – с упрёком ответил заключенный.

– Таков удел проигравших. Уж прости, но из нас двоих эту битву проиграл именно ты. Мог бы иметь совесть и позволить насладиться этим сладостным моментом. Признай, будь ты на моём месте, то вряд ли бы стал поступать как-то иначе.

– Как бы мне не хотелось это отрицать, однако факт остаётся фактом. Впрочем, победителем тебя называть ещё рано. Поймаешь Кольберта и станешь Императором – я лично пожму тебе руку.

– Можно подумать, что мне нужно твоё рукопожатие. Однако отдам тебе должное – ты смог собрать на меня компромат, а я ведь тщательно заметал следы. Браво. Жаль только словам преступника никто не поверит.

– Это было не слишком сложно. Всего-то каких-то десять лет жизни… эх, всё-таки немного тоскливо умирать вот так. Козлом отпущения, – театрально вздохнул министр экономики.

– Кто-то должен был взять на себя эту ответственность. Уж прости, что взвалил ношу на твои плечи.

– Ты бы лучше сказал, зачем всё это делаешь. Есть ли смысл в твоей борьбе? За что ты борешься? Мои мотивы ты знаешь. Может расскажешь о своих?

Министр обороны остановился, закрыл глаза, и открыв их, вновь оглядел собеседника, лишь после чего дал ответ.

– Так и быть. Скажу, прежде чем оставлю тебя гнить в этой камере. Можешь считать меня глупцом, я не против, но всё что я желаю – умереть достойной смертью. Умереть так, зная, что в твоих руках была власть. Власть над всем. Но не простая власть, а доставшаяся сквозь долгие годы борьбы. Я благодарен судьбе, что она свела нас вместе. А теперь прощай, – сказал он, выйдя за дверь и заперев её на ключ.

Глава 433
Убежище

Несмотря на то, что в разговоре с министром экономики не было много смысла, министр обороны многое вынес из него для себя, да и сам его собеседник пожалуй тоже. Как ни посмотри, этот разговор был важен для них обоих, и было бы обидно, если бы один из них так и умер, не поговорив со вторым.

Для людей, а тем более аристократов, такие вещи крайне важны. Они часто ставят себя выше простого люда, из-за чего человечности в них гораздо меньше, чем можно себе представить. Почему же? Да потому что они будут вести общение лишь с себе подобными, да и то далеко не факт, что такой разговор не обернется конфликтом.

Дворяне не просто конфликтуют друг с другом, они враждуют между собой. Такая вражда может длиться не просто годами, а целыми поколениями. Конечно, долгая ненависть может быть и среди простолюдинов, но она не может идти сравнение с высшей кровью.

Назревает всё тот же вопрос – почему? И здесь таится один ответ – в отличие от тех, кого презирает весь род благородной крови, они готовы идти на всё, и убийство, пожалуй меньшее, на что способна знать.

Что получил для себя министр обороны? Что он вынес такого из разговора, ради чего затеял его? Чувство удовлетворения. Да, именно его. То, чего жаждут такое множество аристократов.

Родившись аристократом или дворянином, большинство сразу же наследуют одну вредную привычку, или даже не привычку, а прегрешность. Они жаждут доминировать, стоять над кем-то. Неважно, простолюдин, маг или сам император. Покуда они чувствуют, что преимущество за ними, они будут доминировать до тех пор, пока те не окажутся у их ног.

Стоять под кем-то крайне презренно для аристократа, даже если это сам Император. Каждый считай себя единственным достойным правителем, однако при этом даже не принимает простолюдинов за людей.

В каком положении находятся города, попадаемых под их контроль? Какой там уровень жития? Как часто знать вспоминает о низшем слое человечества? Можно ли назвать такого человека хорошим правителем? Это была бы смешная шутка, если бы не была такой суровой правдой…

Несмотря на весь свой ум, министр обороны был именно таким. Да, самым типичным аристократом. Он мог хоть всю жизнь насмехаться над ними и их складом ума, однако вряд ли бы стал признавать, что сам далеко не лучше их.

Он получил титул самопровозглашенного императора. И что теперь? Что с того? Что изменилось? Стала ли его страна процветать? Задумался ли он, куда направить финансы? Как помочь пострадавшим? Нет, он думал только о себе, как и все дворяне.

Тогда что можно сказать о министре экономики? Разве этот человек хоть чем-то отличается от привычных всему миру дворян? Не совсем. В нём, как и во всех, была своя доля жадности, но как бы странно это не звучало, большинство совершенных им поступков делалось ради страны.

Среди дворян часто бытовало поверие, будто всё богатство министра экономики, Скота Уолтера, построено именно на крови убитых им людей. Пусть никак доказательств этому не было, но подобное высказывание можно назвать правдой. Единственная причина, по которой ни у кого не было на него правдивого компромата, так это его чрезмерная осторожность. Осторожность, которой научил его учитель, которого же он и убил.

Вторая причина, по которой он до сих пор мог преспокойно сидеть в своём кресле министра, это сам Кольберт. Человек, которому можно было доверить все свои дела, и на которого меньше всего падало подозрений. Такого как он нельзя было назвать иначе, как тёмной лошадкой на игровом столе.

Что значит понятие «быть хорошим императором?» Каким должен быть хороший правитель страны? Ответ может быть разный, однако многие сходятся в одном – хороший правитель должен не просто думать о народе, а делать всё возможное для его блага. Как ни странно, министр лучше большинства кандидатов подходил под это перечисление.

Почему? Что такого было в министре экономики, что могло отличить его от дворянина? Что за качество? Как ни странно, отсутствие дворянской крови. Он не родился среди аристократии, как и Кольберт. Ему не приходилось жить жизнью дворянина. Он был тем, кого принято называть низшим слоем общества. В отличие от них, он понимает, какого это, быть презренным всеми.

Если снова затрагивать мир, из которого прибыл учёный, личность министра можно невольно сравнить с Гуинпленом. Вот только если первый, будучи нищим, оказался потерянным сыном лорда, то министру пришлось добиваться признания.

В чём заключалось его противостояние? Зачем ему требовался титул Императора? Всё просто, ведь только с этим титулом он мог что-то радикально изменить. Весь собираемый им компромат на дворян был лишь для того, чтобы он мог стать правителем своей страны. Изменить устаревшие правила, освободить народ от рабства и дать ему то, чего он заслужил.

Такого было его и Кольберта желание. С такими намерениями они убили своего учителя, пусть и руками палача. Да, оба были грешны. Обоим часто приходилось проливать кровь, чтобы добиться своего. Увы, таковы правила мира, который он вознамерился изменить.

Что до того, чем была вызвана его скупость, то и тут ответ лежит на поверхности – отголоски прошлого. Привычки экономить на всём остались при нём и по сей день. Когда человек имеет на руках крохи, да и те приходится делить с другом, он начинает ценить то, чем обладает.

Из всего вышесказанного становится понятно, почему Зен отдал предпочтение правлению именно Скота Уолтера, министра экономики, нежели его врагу, министру обороны. Второй был бы ничем не лучше самого Зальзара, в то время как от первого могла быть польза стране. К тому же, выбор хорошего правителя мог бы положительно сказаться на его репутации среди других стран.

Что до самого Кольберта, тот лишь желал, чтобы его приятель мог сделаться императором Ипонгрина. Он разделял идеи своего друга, однако не мог видеть самого себя в роли правителя страны. Правление страной в конце концов это большая ответственность, и ноша, которую не каждый способен нести.

Говоря о нём, сам Кольберт скрывался в убежище, расположенном в столице. Как ни странно, о нём не знал никто, за исключением самого Кольберта. Впрочем, вряд ли бы кто-то стал лезть в старинный винный погреб, расположенного пусть и в столице, но у чёрта на куличках, да ещё и купленный у одинокого старика, вот уже умершего пару десятков лет назад.

Находясь в таком месте, его интересовал лишь один вопрос – свяжутся ли с ним те люди, в которых с таким упорством верил его старый друг…

Глава 434
Ведите, добрый человек

– Весело… как же весело сидеть одному в спрятанной комнате, где единственным источником света является магический фонарь. Фонарь, даже не окно. Готов поспорить, в темницах даже лучшие условия.

Кольберт, будучи один в камере, как он сам называл это место, только и делал, что бродил по комнате. Изоляция от мира на каждого влияет по своему. На кого-то и вовсе не влияет, а кто-то под её воздействием понемногу сходит с ума.

– Какой дурак. Какой же я, чёрт бы его подрал, дурак. Ладно хоть спасибо технологиям, подарившим нам консервированную еду. С голода помирать не придётся. Но чёрт возьми, как я мог упустить из виду тот факт, что здесь нет даже матраса! Да и чёрт с ним, с этим матрасом. Мог бы хоть стены покрасить, да грибок убрать.

Походив ещё немного по кругу, он вновь продолжил выливать свою гневную тираду.

– Да и чёрт бы с этими стенами, нашёл к чему придираться. Ну о гигиене я хоть должен был подумать! Один чёртов горшок поскупился принести. Надо же было мне откладывать до последнего. Теперь вот ругаюсь, словно какой-то простолюдин, да ещё и вслух. Впрочем, кому какая разница, всё равно меня не услышат. Наверное полезно выговориться самому себе. Да, определенно полезно.

Постояв немного на месте, он несколько раз постучал по каменному полу, а затем продолжил начатое.

– Нет, всё-таки я старый дурак. Притащил целый стол со стулом, бумагу, чтобы писать мемуары, а чернила… идиот. И этот человек называется доверенным лицом министра экономики. Да, я неподражаем собой. Таких растяп как я найти ещё нужно. И этому человеку доверили компромат чуть ли не на всех дворян и наверное уже нынешнего правителя Ипонгрина.

Словно бы погрузившись в отчаяние, он сел у стены, но затем резко встал, словно бы не желая сидеть без дела.

– Да как же так. К чёрту. Даже развлечения нет. Из комнаты выйти разве что в погреб, что в принципе ничем не отличается. Даже вина нет. Винный погреб без вина, чёрт подери. Зато воды аж три бочонка. И ром, который я на дух не переношу. Еда тоже безвкусная, да и разнообразием не блещет. Видимо я так и скончаюсь, в сотый раз от скуки перечитывая компромат. Весело. Как же весело, чёрт возьми…

Находясь один, в полном одиночестве, он попросту не мог найти себе другого занятия. Он лишь мог изливать свой тирады, проклятие и гнев на министра обороны, по чьей вине ему приходилось сидеть в этой клетке. Да, конечно в этом был виноват только министр, ибо это место делалось им в качестве предосторожности, и именно из-за него Кольберт оказался здесь.

Впрочем, у него было чувство превосходства над врагом. Почему? Потому что весь компромат лежал на столе, буквально в двух шагах от него. Эти документы были подобны яду, и всё что требовалось для убийства злосчастного врага, так это передать его в правильные руки, или как ещё можно выразиться, руки убийцы.

– И когда же появятся эти самопровозглашенные люди. Сидишь себе, ждёшь их. А что если они и вовсе не появятся? Что тогда? Мне до конца оставшихся дней проживать здесь? Впрочем, что мне осталось. Что я, что Уолтер, что этот министр обороны, чьё имя у меня постоянно вылетает из головы – все мы старики. Как-то задлилась эта вражда. Может найти себе преемника?

Последняя мысль заставила его застыть на месте и всерьез задуматься над этим. В конце концов он пришёл к выводу, что всё это слишком иронично.

– Да уж… повторить судьбу учителя. Похоже я теперь понимаю, почему несмотря на все те проклятия, которыми он наговаривал на нас, стоя на эшафоте, в конечном итоге его лицо застыло улыбкой. Интересно, какого оно, когда собственный ученик превосходит учителя? Хм…

Помолчав немного, он внезапно воскликнул сам себе, словно бы получил просветление.

– Чёрт возьми! Похоже я и вправду старый пень, раз так долго и усердно не замечал этого. Наверное правду говорят, что со стороны виднее. И как часто я надсмехался над подобными вещами. Интересно, Уолтер давно это понял? Это же надо так. Получается, он хотел проверить наши узы? Да, определенно так. В одиночку мы бы вряд ли справились с ним, и умирая, он был бы разочарован в нас. Вот оно как. Может этим он хотел искупить вину? Надеюсь.

Кольберт, как и его друг, не слишком часто задумывался о своём прошлом. Он был благодарен своему учителю за предоставленную возможность, за спасение от нищеты, однако стоило ему узнать о денежных махинациях, что он совершал, как оба потеряли всяческое уважение к этому человеку. Они надеялись, что учитель исправится, однако тот и не подумывал этого делать. Пожалуй сложно отказать вредным привычкам.

– И всё же, может найти преемника? Или преемницу? А почему бы и нет? Если выживу, обязательно научу молодую душу всему. Смерть итак уже дышит в спину. Да и на улицу сейчас не выйти, свежим воздухом не посчитать. Чёрт знает, сколько времени будут продолжаться эти бунты. У меня поди к этому моменту отрастёт метровая борода, и все будут принимать меня за бомжа. Да, точно будут, и обязательно изобьют. Нищих никогда не жаловали, а теперь и подавно. И это говорит будущий щминистр экономики. Не знаю, существуют ли творец всего, но коль да, то он любитель пошутить.

Постояв немного, он вновь продолжил ход, после чего посмотрел на потолок и фыркнул.

– Тьфу. И на кой лад мне вспомнилась эта церковь света с их глупыми фанатиками. Один тупее второго. Хорошо хоть в правительственные дела не вмешиваются. Хотя, это даже немного странно. Подозрительно наверное. Может случилось чего, о чём не следует знать? Да один чёрт. Уж лучше рома выпью.

Стоило ему произнести последнее слово, как вдруг дверь, что вела сначала в коридор, а затем и в винный погреб, открылась. Сердце старика ушло в пятки, поскольку к своему удивлению, он не услышал шагов. Быть может тому виной были его громкие размышления, но даже так, неужели он не мог услышать эхо шагов.

Внутрь вошла фигура в тёмной мантии, чьё лицо было прикрыто маской, самой обыкновенной, с прорезами для глаз. Она не стремилась подчёркивать стиль носителя, лишь только скрыть личность.

– А вы я посмотрю за мной пришли. Дайте угадаю – соседняя империя, – сказал он, когда страх наконец пропал.

– Берите компромат. Мне велено сопроводить вас.

– И к кому же, если не секрет?

– Узнаете.

– У меня есть выбор?

– Нет.

– Ну тогда пошли. Ведите, добрый человек.