Текст книги "Парадокс Лили (СИ)"

Автор книги: Sabrina Berger

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 7 страниц)

Глава 13

Следующие несколько дней я держалась от Тео подальше.

Дэмьена так и не выпустили, хотя прошло уже три дня; Тео каждое утро звонил в участок и получал одни и те же ответы про процедуры и проверки.

Солнце больше не показывалось. Почти без перерыва лил дождь, электричество так и не вернулось, и особняк с каждым днём всё сильнее напоминал декорацию, которую забыли обслуживать после съёмок.

На четвёртый день я наконец спустилась вниз. Тео уснул на диване рядом с потухшим ноутбуком, а на столике лежали телефон и ключи от машины.

Мне отчаянно захотелось выбраться из дома хотя бы на час. Остановившись у дивана, я невольно задержала взгляд на его лице в полутьме и заметила то, чего раньше не видела: маленькую родинку слева на подбородке, едва заметный шрам под нижней губой. Спохватившись, я отвела глаза и наткнулась взглядом на ключи. Они лежали на самом краю стола, будто провоцируя. Мысль пришла мгновенно и безрассудно: а что если просто выехать в город, отвлечься, выпить кофе? Я схватила ключи и пару банкнот, не дав себе времени передумать. Потом верну, убеждала я себя.

Выскочив из дома, я крепче сжала ключи, чувствуя, как зубчики впиваются в кожу. Пробежала через двор, усыпанный мокрой травой и обступленный старыми деревьями, и остановилась только у машины Тео – массивного чёрного «шевроле», нелепо смотревшегося на фоне готического особняка. Забравшись внутрь, вдохнула запах кожи и слабого освежителя и вставила ключ в зажигание. Мотор ожил с глухим рокотом, и я выехала на узкую грунтовку, что вела прочь от дома. Ехала медленно, мимо елей, скрывавших особняк от чужих глаз, пока деревья не расступились и передо мной не легло широкое шоссе. Остановившись на обочине, я подняла взгляд на дорожный указатель: белая стрелка вправо сообщала, что до Сиэтла тринадцать миль. Я выдохнула и поехала в город, не давая себе передумать. Вдалеке замерцали огни вечернего Сиэтла – одна улица с неоновыми вывесками, вторая, третья, и все жутко одинаковые. Та же дорога повторялась снова и снова. Те же билборды с теми же слоганами. Те же закусочные и пабы с похожими вывесками, будто кто-то скопировал один квартал и размножил бесконечно.

Что за чёрт? Серьёзно, Фиона?

Проехав пару таких улиц, я поняла, что дальше смысла нет – везде будет то же самое. И остановилась у первой попавшейся кофейни. Музыка играла тихо, фоном, людей было немного – пара столиков, одинокая женщина у окна. Идеальное место, чтобы просто посидеть и подышать. Я вошла, разглядывая живые лица вокруг, и села за дальний столик у стены. Почти сразу подошёл молодой официант с блокнотом. – Капучино, пожалуйста. И яблочный пирог, если есть.

Он кивнул и меньше чем через минуту вернулся с дымящейся чашкой и куском пирога, присыпанного сахарной пудрой. Ещё один плюс этого мира, помимо божественного алкоголя: не надо ждать заказ по сорок минут.

Я съела пирог и допила кофе, но возвращаться в дом и снова запираться в четырёх стенах с этой давящей тишиной, не хотелось совершенно. Решив ещё немного покататься, я махнула официанту, вытаскивая из кармана смятую купюру Тео. – Как вам кофе? Может, повторить? – раздался тонкий женский голос.

Не поднимая головы, я положила купюру на стол.

– Нет, благодарю, я уже…

Я подняла взгляд и улыбка застыла на губах. Кровь отхлынула от лица так резко, что потемнело в глазах. Передо мной, на расстоянии вытянутой руки, стояла Аврора. Каштановые локоны небрежно собраны в низкий хвост, несколько прядей выбились, обрамляя точёное лицо. Но страшнее всего было то, что смотрела она на меня без тени удивления. Ни растерянности, ни вопросов – только спокойная уверенность человека, который прекрасно знает, с кем имеет дело. Сомнений не осталось: она знает, кто я. И, возможно, знает куда больше, чем мне хотелось бы. Я медленно поднялась, не отрывая от неё взгляда.

– Аврора? Ты ведь… – начала я, но слова застряли в горле. Она ничего не ответила, только странно улыбнулась и, резко развернувшись, быстро зашагала к выходу. Меня словно парализовало. Лишь через несколько секунд я бросилась следом, опрокинув стул. Но она была быстрее, ловчее, будто знала дорогу наизусть. Я то и дело врезалась в прохожих, которые кричали мне вслед ругательства, но мне было плевать. Я бежала за ней по мокрому тротуару, стараясь не потерять из виду, пока она вдруг не свернула направо и не скрылась в тёмном узком проходе между домами. – Вот чёрт! – крикнула я в пустоту, застыв у входа в переулок. Она меня знает. Знает, чёрт возьми. Иначе зачем так панически убегать? Что она задумала? Вопросы роились в голове, пока адреналин понемногу отступал.

Но вернувшись к машине, я застыла, глядя на белую розу лежащую на копоте. Взяла её дрожащими пальцами и сев в машине, тут же швырнула на соседнее сиденье, будто цветок обжигал кожу.

Погулять по городу сегодня явно не судьба. А вдруг Аврора хочет убрать соперницу? Решила, что я отбиваю у неё Дэмьена? Боже, как ей объяснить, что он нужен мне только ради возвращения домой, и больше ни для чего?

Я не помнила, как доехала. За окном плыли размытые огни фонарей и вывесок, и всё казалось нереальным, будто я двигалась сквозь туман. Заехав во двор, я не успела толком припарковаться, как дверца машины резко распахнулась. – Где ты была?! – Тео стоял рядом, вцепившись в дверцу побелевшими пальцами. Лицо мертвенно-бледное от смеси страха и ярости.

– Всё нормально, просто выпила кофе, – ответила я, хотя голос ещё дрожал после встречи с Авророй.

Глава 14

За всю эту бесконечную ночь я не сомкнула глаз. Лежала, уставившись в потолок, и слушала звуки снизу – скрежет передвигаемой мебели, плеск воды, приглушённые мужские голоса.

Ночь за окном резко сменилась серым безрадостным утром, без всяких переходных оттенков рассвета, и по стёклам замолотил дождь, стекая грязными потоками и размывая вид в акварель. Когда машина Пабло наконец уехала, оставив за собой запах бензина, а в доме воцарилась тишина, я решилась выйти из своего убежища.

Холл встретил меня ослепительной чистотой, от которой слегка кружилась голова. В воздухе стоял резкий запах хлорки и моющих средств. От вчерашней бойни не осталось и следа, будто ничего и не было. Диван на своём месте, телевизор вернулся на тумбу, стулья аккуратно расставлены. Даже разбитая ваза исчезла – на её месте красовалась точно такая же, с теми же искусственными цветами.

На диване сидел Дэмьен, будто переживший личную катастрофу. Лицо осунулось, под покрасневшими глазами залегли тёмные круги. Заметив меня, он устало пояснил хриплым от недосыпа голосом:

– Приезжал Пабло со своими ребятами. Вывезли тела, вычистили тут каждый сантиметр, вернули всё как было.

Я молча села рядом, держа осторожную дистанцию. В доме стояла гнетущая тишина, нарушаемая только стуком дождя по окнам.

– Как Тео? Он в порядке? – спросила я, и голос вышел тише и неувереннее, чем хотелось.

– Всё под контролем. Пит его осмотрел, вправил вывихнутое плечо и зашил рану, – Дэмьен с трудом поднялся, опираясь на подлокотник. Было видно, как тяжело даётся ему каждое движение после вчерашних побоев.

– Послушай, Дэмьен, мне жаль за то, что я вчера наговорила… я не хотела… – начала я и замолчала, подбирая слова. Каждое давалось с трудом – всё во мне противилось необходимости извиняться перед человеком, который своей безответственностью поставил под угрозу наши жизни.

Дэмьен медленно развернулся и пристально посмотрел на меня.

– Не стану врать, что не сержусь. Но запомни раз и навсегда, Лили: что бы ни случилось, никогда больше не смей говорить со мной таким тоном, тем более при моих друзьях, – холодно произнёс он.

Я зажмурилась, подавляя желание высказать всё, что думаю о его наглости.

– Больше не повторится.

– Иди сюда, – он протянул руки и прижал меня к груди. Пальцы запутались в моих волосах, и я уловила знакомый запах – дорогой одеколон и лёгкий табак. – Ты, наверное, страшно испугалась вчера. Но я же обещал, что с тобой ничего не случится.

Дэмьен отстранился, слегка пошатываясь, схватил с кресла кожаную куртку и накинул на плечи.

– Куда ты собрался? – встревоженно выпалила я, глядя, как он с трудом надевает куртку на повреждённые плечи.

– Надо уладить кое-какие дела с нападением, – коротко ответил он, натягивая тёмную бейсболку, скрывавшую следы побоев. Подошёл, коротко поцеловал меня в губы. – Не переживай, я не один. Пит и Айзек ждут в машине.

– Подожди, а как же Тео?! – я почти подбежала к нему, хватая за рукав. Оставаться в этом доме с раненым Тео было до ужаса страшно – кто знает, какие ублюдки ещё могут нагрянуть.

– Не волнуйся. У ворот круглосуточно дежурят люди Пабло, они никого не подпустят и при первой же угрозе поднимут тревогу, – заверил он. Обняв меня одной рукой, на секунду прижал к себе и двинулся к двери.

Но помимо угрозы Люциана меня пугало ещё кое-что – я сама. Никакая охрана не защитит меня от собственных чувств. Доверие к себе я потеряла давно, ещё в начале этой безумной истории. Рядом с Тео я всякий раз теряла голову, превращаясь в глупую влюблённую школьницу.

Чёрт возьми. Отчаянно хотелось уговорить Дэмьена остаться хотя бы на ночь, не оставлять меня наедине с искушением, но было поздно. Тяжёлая дверь захлопнулась за его широкой спиной, и я осталась одна в просторном холле. Во дворе взревел мотор и с шумом сорвался с места, укатив по мокрому гравию.

Я опустилась на диван, стараясь не потревожить Тео. Дождь всё барабанил по крыше, стекая по окнам грязными потоками. И вдруг накатила такая острая тоска, что перехватило горло. Только теперь я по-настоящему поняла, как скучаю по всему, что оставила в своём мире: по лаборатории с её стерильным запахом реактивов и гудением приборов, по своей скучной размеренной жизни, по людям, что остались там. Но сильнее всего, до боли в груди, не хватало Фионы – даже несмотря на то, что именно она создала мир, в котором я оказалась заперта.

Я обхватила себя руками и плечи затряслись от беззвучных рыданий. Я подняла глаза к потолку, проследив взглядом трещину, тянущуюся от люстры к углу, – и мысли всё равно вернулись к Тео. Видеть его сейчас хотелось меньше всего, но беспокойство точило изнутри. Вдруг ему нужна вода? Обезболивающее? Поднявшись на неуверенных ногах, я убедила себя, что просто загляну на секунду. Проверю, как он, и сразу уйду.

За окном грохнул раскат грома, от которого задрожали стёкла, и дождь захлестал с такой яростью, будто небо решило смыть этот проклятый особняк с лица земли.

Наверху я остановилась у его двери, прислушалась к тишине и осторожно толкнула створку. В комнате царил полумрак от плотно задёрнутых штор, горела только настольная лампа, отбрасывая на стены мягкий жёлтый свет. Окно было приоткрыто, влажный воздух врывался внутрь, и шторы медленно колыхались.

Глава 15

Едкий запах нашатыря бил прямо в нос. Веки были тяжёлыми, но яркий свет люминесцентных ламп пробивался даже сквозь них. Несколько раз моргнув, я сфокусировалась на лице медсестры, склонившейся надо мной. За её плечом маячил Тео.

– Эй, Лили, как ты? – беспокойно спросил он, взяв меня за руку. Я кивнула, хотя голова ещё гудела.

– Ну вот и славно. Всего лишь обморок, – медсестра убрала нашатырь в карман халата. – Неприятно, но жить будете. Полежите ещё минут пять и можете идти.

Она неторопливо вышла, оставив за собой шлейф цветочных духов пополам с едким запахом антисептика. Мягкие шаги в резиновых тапочках затихли где-то в глубине коридора.

Я осторожно села на краю кушетки, чувствуя, как затёкшая спина протестует против жёсткой клеёнки. В голове всё ещё кружилось, во рту стояла металлическая сухость, а тело взмокло от пота.

– Не переживай, у полиции на нас ничего нет. Мы ни в чём не замешаны, – торопливо произнёс Тео, пытаясь меня успокоить.

– Дело не в этом. Меня здесь вообще не существует, – тихо ответила я.

– Как это не существует? – он замер, недоумевая. – Ты же сидишь передо мной, я тебя вижу, слышу, могу коснуться.

– В этом и проблема. В структуре этого мира меня быть не должно, – я спустила ноги на холодный линолеум. – Именно поэтому всё вокруг начинает рушиться. Я как компьютерный вирус, что проник в систему, а мир пытается избавиться от чужеродного элемента.

Тео протянул руку и осторожно коснулся моей ладони, помогая подняться на дрожащие ноги.

– Лили, даже если ты права и тебя здесь быть не должно, факт есть факт – ты уже здесь. Мы что-нибудь придумаем, обещаю, – он бережно взял моё лицо в тёплые ладони. – А сейчас нам нужно уезжать.

Я кивнула и пошла за ним к выходу, чувствуя, как предательски дрожат ноги.

На улице моросил мелкий дождь. Тео кивнул в сторону серебристого седана через дорогу, и мы почти побежали к нему, чувствуя, как холодные капли падают за воротник.

Внутри было тепло и пахло кожаным салоном. За рулём сидел мужчина лет сорока в дорогом костюме.

– Это Лиам Адамс, наш с Дэмьеном старый друг и адвокат, – представил его Тео, захлопывая дверцу. Я кивнула Лиаму; губы онемели от пережитого стресса.

– Мы подадим на этих уродов в суд, – Лиам завёл двигатель. – У них в системе такая каша, что любой первокурсник юрфака разнесёт их в пух и прах.

Я взглянула на Тео, молча спрашивая, насколько можно доверять этому человеку.

– Не волнуйся, Лиам в курсе всей истории с Дэмьеном.

– Блейк не выходил на связь последние сутки, – Лиам вырулил на главную дорогу, барабаня пальцами по рулю. – Но он уже подчистил все ваши звонки, стёр их прямо в базе оператора. Так что если копы проверят, не найдут ни следа. По факту вы не созванивались последние три месяца.

– Но мы же всё это время жили в особняке Дэмьена. Неужели детективы не проверят? Нас там видело множество людей, – прошептала я, и голос дрожал от паники.

– Дэмьен осторожен и не пускает в дом чужих, только проверенных, – уверенно ответил Тео, но я заметила, как дрогнул его взгляд. Я сжала переносицу, унимая головную боль.

– Неужели? А вечеринка? Сколько прошло с тех пор? Недели три? – щёки у меня пылали.

Тео задумчиво нахмурился, будто вопрос застал его врасплох. Кажется, только теперь он осознал всё безрассудство Дэмьена, устроившего пирушку в такой опасный момент.

– Всё улажено. Люди Дэмьена взломали систему бронирования отеля «Хэлберг» и внесли ваши имена в список постояльцев на ту ночь. Официально вы были там, – деловито сообщил Лиам, глянув на меня в зеркало.

– Допустим. Но на вечеринке была куча народу. Вдруг кто-то скажет полиции, что видел нас в особняке именно в ту ночь? – не унималась я.

– Какие показания? – усмехнулся Лиам. – Они были так пьяны, что их слова не будут иметь никакой силы.

Я поймала недоумевающий взгляд Тео, явно не разбиравшегося в юридических тонкостях. Ну конечно – в их упрощённом книжном мире следственная работа никогда не велась так скрупулёзно. Хорошо хоть у Лиама оказались мозги и знание законов – видимо, он изучил юриспруденцию точно так же, как Тео освоил кулинарию: один раз открыл учебник и сразу стал профессионалом.

Ох уж этот дивный новый книжный мир с его условностями.

– Почему у тех убитых ублюдков оказались с собой телефоны? – спросил Тео.

– Скажи спасибо дядюшке Пабло, – фыркнул Лиам, сворачивая с магистрали на просёлочную дорогу. – Понятия не имею, с чего этот гений решил, что умнее оставить компрометирующие телефоны рядом с трупами, чем уничтожить их.

Машина налетела на камень, и нас подбросило.

– Честно, за двенадцать лет практики я впервые вижу, чтобы федералы так методично копали, – добавил Лиам, крепче сжимая руль.

– В смысле – так методично? – уточнила я с нарастающей тревогой.

– Ну, они стали… даже не знаю, как сказать. Будто им и правда важно докопаться до истины, а не отписаться формальным отчётом.

Я тяжело выдохнула, уже догадываясь о причине. Даже полицейские в этом мире обрели способность мыслить критически и всерьёз работать, как в настоящем. А значит, эта реальность перестала быть предсказуемой и управляемой, превратившись в по-настоящему опасное место.

Глава 16

Я пролежала долгие часы с опухшими от слёз глазами, уставившись в один и тот же угол потолка, где паутина дрожала от сквозняка. Ночь за окнами казалась беспросветной и зловещей, будто само мироздание решило отвернуться от меня. Но даже эта неизвестность казалась приятнее, чем перспектива снова встретиться с Дэмьеном. Притворяться больше не имело смысла – теперь нас с ним не связывало ничего.

Я поднялась с продавленного дивана и уставилась в окно. Чего я вообще жду, лёжа тут, пока мир медленно разрушается вокруг?

Интересно, как эти аномалии отзываются на Фионе, что где-то в параллельной реальности пишет свой роман? Чувствует ли она, что в её выстроенном мире завёлся чужак, ломающий все правила?

Я сглотнула ком в горле вместе с вопросами, которые наверняка так и останутся без ответов. Опустила босые ноги на холодный пол и вышла на улицу, где удивительно тёплый ночной воздух коснулся покрасневших от рыданий щёк.

Закрыв глаза, я попыталась вдохнуть глубже, но воздух дался тяжело, будто лёгкие отказывались работать.

Сидеть в четырёх стенах и ждать непонятно чего я больше не могла. Нужно было уйти как можно дальше от Дэмьена, чтобы он не смог до меня дотянуться.

Я сделала неуверенный шаг во двор, потом ещё один, решительнее. Прошла через запущенный сад с одичавшими кустами и вышла на узкую просёлочную дорогу, серпантином спускавшуюся по склону холма в темноту. Куда меня несут ноги, я не знала. Знала одно – надо уйти как можно дальше.

Я лихорадочно перебирала варианты дальнейших действий. Но чёрт возьми, тяжело соображать, когда осознаёшь себя живой ошибкой в коде реальности. Это ведь даже в формулу не выведешь, чтобы получить хоть какой-то логичный ответ.

Чем дальше я углублялась в ночь, тем сильнее задувал ветер, пробираясь под свободную кофту, и ноги под короткими шортами покрылись гусиной кожей.

Обхватив себя руками, я остановилась как вкопанная перед стеной темноты. Фонари здесь заканчивались, дальше простиралась непроглядная чернота. Страх пробрался под кожу, во рту пересохло. На миг мелькнула мысль вернуться в относительную безопасность дома, но я тут же её отбросила. К чему тянуть неизбежное, сидя под боком у психопата Дэмьена и ублажая его больное эго? Нет уж, хватит с меня.

Я уже шагнула вперёд, когда вдали замелькали слабые желтоватые огоньки. Прищурившись, я вгляделась – и с ледяным ужасом поняла, что это фары, мчащиеся прямо на меня.

Машина стремительно сокращала расстояние. Я заметалась в поисках укрытия, а потом, не раздумывая, развернулась и бросилась в противоположную сторону, ныряя в густые заросли, тёмной стеной обступившие дорогу. За спиной взвизгнули тормоза, хлопнули дверцы – из машины выскочили двое, может, трое. Их грубые голоса разрезали тишину. Я неслась через лес что есть сил, уворачиваясь от острых веток, которые впивались в щёки и царапали ноги до крови.

Шаги преследователей приближались, и я уже не сдержала крика. Сзади донёсся мерзкий смех и выкрики непристойностей.

Чаща внезапно оборвалась, и я выскочила на другую дорогу, надеясь оторваться. Но за спиной уже рычал мотор – та же машина, объехав лес, неслась по параллельной дороге. Она обогнала меня и резко затормозила впереди. Из неё вышел крупный мужчина в тёмной маске, отрезая путь.

Я обернулась – сзади уже приближались те двое, что гнались за мной через лес. Я оказалась в ловушке между ними.

«Бей или беги», – говорят люди. Но почему-то забывают про третий вариант – замри. И именно его моё тело выбрало сейчас.

Даже когда один из мужчин набросился на меня и стал силой заталкивать в салон, я могла только истошно кричать, но не сопротивляться.

Кое-как мне всё же удалось поднять дрожащую руку и вцепиться в дверной косяк, не давая затащить себя внутрь. Но тут же вскрикнула от острой боли – мужчина намеренно прижал мою руку тяжёлой дверцей.

– Проломлю тебе череп, если ещё раз выкинешь такое! – прошипел он сквозь зубы.

Только когда дверца захлопнулась, а двое других сели впереди, я заметила, что все трое в чёрных масках.

Силы вдруг вернулись, и я принялась вырываться, пинаться, толкаться локтями, пробиваясь к заблокированной двери. Машина тронулась, подпрыгивая на ухабах, и от резкого толчка я ударилась головой о стекло. Перед глазами вспыхнули искры.

– Рик, твою мать, заткни её уже, – раздражённо бросил тот, что сидел спереди.

Сосед схватил меня мёртвой хваткой, пока сообщник разматывал рулон серого скотча. Они стянули мне лодыжки, лента больно врезалась в кожу, а потом заклеили рот, лишив возможности звать на помощь.

Я осталась лежать на заднем сиденье лицом вверх, пытаясь кричать, но выходило только жалкое мычание.

– Сообщи Люциану, что везём её, – приказал водитель. Второй достал телефон, быстро набрал сообщение и убрал его в карман. Я дёргала руками и ногами, но скотч затянули слишком крепко.

– Даже не пытайся, – грубо бросил сосед и окинул меня взглядом. Глаза сквозь прорези балаклавы задержались на моём теле, а рука потянулась к лицу и больно сжала щёки. Сквозь гул мотора было слышно, как тяжело он дышит через маску.

Потом он отпустил моё лицо и переключился ниже, грубо сжав грудь через кофту. Я забрыкалась, пытаясь стряхнуть его мерзкие руки.