Текст книги "Любовь и Честь (ЛП)"

Автор книги: Рэдклифф

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Глава 19

Десять минут спустя Кэмерон стояла у двери, откинув прядь влажных волос со щеки Блэр.

"Я вернусь завтра. Не позднее полудня. Если задержусь, позвоню тебе из Вашингтона".

"Хорошо". Блэр серьезно посмотрела на Кэм, пристально изучая ее лицо. "Эта фотография, где ты в баре вчера вечером, как-то связана с тем, что произошло в Сан-Франциско?"

"Не знаю, – мгновение поколебавшись, ответила Кэмерон. – Тут имеется слишком много вопросов, на которые прямо сейчас нет ответов. Надеюсь, что смогу найти некоторые ответы в Вашингтоне".

"Ты расскажешь мне об этом?"

”Блэр, если будет проведено расследование последних трагических событий, тебя могут вызвать для свидетельствования под присягой. Всё, что ты знаешь обо мне, или любая информация, которой я поделилась с тобой, будет использоваться против меня. Я не могу поставить тебя в такое положение”.

"Я – твоя возлюбленная, Кэмерон", – спокойно настаивала Блэр, осознав, что прежде она никогда не думала о себе в таком качестве по отношению к другому человеку. Это было намного больше чего-то физического, и мысль о том, что она может не принимать участия в жизни Кэмерон, беспокоила ее. "Я хочу знать, что происходит в твоей жизни".

Кэмерон провела пальцами по щеке и шее Блэр. Начав слегка поглаживать ее голое плечо, она сказала: "Я не хочу держать что-либо в тайне от тебя, но в это вовлечены не только мы".

"Не можешь забыть, кто я, да?" – скорее печальным, нежели обвинительным тоном сказала Блэр.

"Для меня ты больше, чем Первая дочь, – с нежностью ответила Кэм. – Ты ведь помнишь это, когда не сердишься на меня, да?"

"Сейчас я на тебя не злюсь. Просто не могу вынести чувство, когда что-то стоит между нами, хотя и понимаю, что твои слова имеют смысл. Я ненавижу то, что начну скучать по тебе, как только ты выйдешь за дверь, что буду беспокоиться о том, что происходит с тобой, и задаваться вопросом с кем ты".

"Ты правда так сильно это ненавидишь?" Глаза Кэмерон почернели, и она впилась пристальным взглядом в Блэр.

"Нет, – прошептала Блэр, просовывая ладонь под рубашку Кэмерон и кладя руку туда, где бьется ее сердце. – Боже, нет".

"Обещаю, что расскажу тебе столько, сколько смогу".

"Хорошо. Мне это не нравится, но сейчас я соглашусь".

”Спасибо".

Блэр нежно провела рукой по груди Кэм. "Ты ведь будешь осторожна, да?"

"Клянусь". Кэмерон мягко поцеловала ее. Без жгучей страсти, но с уверенностью в том, что они связаны друг с другом. "Не сбегай от Maка, если соберешься выйти, хорошо? Обязательно возьми несколько агентов с собой, при этом не имеет значения, куда ты пойдешь".

Вздохнув, Блэр кивнула. "Только ради тебя, коммандер".

Кэмерон погладила ее по щеке. "Я люблю тебя".

Затем она открыла входную дверь и пересекла холл, направляясь к лифту. Блэр смотрела ей вслед, пока двери лифта не закрылись позади Кэмерон.

И затем навалилась тоска, обратная сторона любви.

* * *

Внизу, в командном центре, Кэмерон нашла Maка, сидящего в закутке комнаты и изучающего информацию о предстоящей поездке в Париж. «Где Старк?»

"Думаю, в спортзале. Сегодня у нее вечернее дежурство. Я не получал информацию о том, что Цапля намерена покинуть гнездо. Старк нужна сейчас?"

"Не для сопровождения Цапли, она в гнезде". Кэмерон указал на потолок и находящуюся этажом выше квартиру Блэр. "Мне необходимо поговорить с вами обоими. Давайте найдем ее".

Пять минут спустя они обнаружили Старк на скамье, поднимающую и опускающую штангу, отсчитывая движения вслух.

Она была одна в комнате размером двадцать на тридцать футов, оснащенной силовыми и аэробными тренажерами, которые команда агентов использовала, чтобы держать себя в форме и избавляться от адреналина в ожидании, пока Цапля покинет Гнездо, так между собой они называли ее убежище на верхнем этаже.

"У Вас должен быть страхующий", – доброжелательно заметил Maк, забирая штангу и помещая ее на стойку. Паула села, взяла полотенце и быстро вытерла пот с лица и голых рук. В футболке без рукавов и спортивных шортах ее тело смотрелось крепким и мускулистым.

"Извините, сказала Старк, переводя взгляд с Maка на Кэмерон. – Я не думала, что могу понадобиться. Сейчас быстро приму душ и…"

"Расслабьтесь, Старк", – сказала Кэмерон, снимая пиджак. Кондиционеры в зале оставляли желать лучшего. Тут было влажно, что, видимо, характерно для всех спортивных залов. "Речь пойдет не о Цапле".

Паула молчала, явно озадаченная. Кэмерон села на скамейку лицом к ней, Maк расположился рядом со Старк. Она автоматически отодвинулась на дюйм, предоставляя ему немного места, а себе площадь для маневра. Агенты никогда не позволяют вторгаться в свое личное пространство.

"Днем я должна улететь в Вашингтон, – сказала Кэмерон. – Maк, Вы за главного".

"Хорошо. Мне помочь Вам с подготовкой к полету?"

"Нет. Я воспользуюсь челночным рейсом. Рассчитываю вернуться завтра, но что-то может случиться". Кэм сделала паузу, затем быстро сказала: "Уже случилось". Она вручила Maку конверт из плотной бумаги. "Возьмите и проверьте это. Обращайтесь аккуратно. Вероятно, тут нет никаких отпечатков, но нам может улыбнуться удача".

Старк посмотрела на конверт через плечо Maка. "Нет никаких почтовых марок".

"Доставлено утром курьером. Вручено лично в руки".

Maк нервно вздохнул, тоже испытывая неприятное чувство дежавю, когда в первый раз увидел имя Блэр, написанное черными печатными буквами. "Конверт беспрепятственно попал к ней?"

"Да".

"Кто дежурил внизу?" – спросила Старк резким голосом.

"Тэйлор. Он осмотрел конверт, затем послал Цапле. Не было никаких причин поступить по-другому".

Мак аккуратно вытащил фотографию за уголок и положил её на конверт, лежащий на его коленях. Два агента молча в течение минуты изучали фотографию. Наконец, Maк посмотрел на Кэмерон. "С этим было какое-нибудь сообщение?"

"Нет".

"Когда был сделан снимок?" – осторожно спросила Старк. Она не привыкла расспрашивать коммандера, не говоря уже о том, что это, видимо, было личным.

"Вчера около 3:00 ночи"

"Иисус! – воскликнул Maк. – Каким образом?"

”Кто-то следил за мной отсюда до центра, потому что домой я не заходила”.

Никто из них не спросил, как было возможно то, что за ней следили. Как правило, агенты Секретной службы не волновались о своей собственной безопасности. Все они были безликие, стоящие с краю от центра внимания, почти идентичные и взаимозаменяемые, а также заменимые.

"Меня действительно беспокоит то, что кто-то, вероятно, следил за нами от аэропорта. Это означает, что у нас имеются проблемы с точки зрения безопасности Цапли".

"Думаете, она мишень?" – спросил Maк.

"Иисус, только не снова", – выдохнула Старк, не осознавая, как громко она произнесла эти слова.

"Скорее всего, не в физическом смысле,– мрачно ответила Кэмерон. – Но это еще предстоит выяснить. Мы должны предположить, что это так. Возможно, это тот же самый фотограф, который сделал фотографию в Сан-Франциско".

Старк уставилась на неё, все ее мысли практически можно было увидеть на открытом, мягком лице. "На пляже?"

"Да", – спокойно ответила Кэмерон.

"О, я сожалею, коммандер,– печально сказала она. – Пляж всё время находился в моём поле зрения, но он как-то исхитрился пройти мимо меня".

"Он перехитрил нас обеих, Старк. Забудьте про это". Пожав плечами, Кэмерон попыталась заглушить свою ярость, которая поднималась каждый раз, когда она думала о ком-то, наблюдающем за ней и Блэр во время невинного интимного момента наедине. Когда они обе чувствовали себя в безопасности. Христос, это то, что Блэр чувствовала все это время? Неудивительно, что она в ярости. Как, черт возьми, она это выдерживает?

"Коммандер?" – неуверенно позвал Мак.

Кэмерон еле заметно вздрогнула, ее взгляд сосредоточился на агентах. "Я хотела бы знать, кто проявляет такой интерес".

"Вы хотите, чтобы я выяснил это с помощью судебной медицины?"

"Как я раньше говорила, возможно, нам улыбнется удача. Может быть, он лизнул конверт, и мы сможем получить образец ДНК".

"Или, может быть, это она", – прервала Старк.

"Полагаю, это возможно", – признала Кэмерон, сохраняя свой тон нейтральным.

Мак снова посмотрел на изображение, пытаясь подобрать слова. "Вы знаете эту женщину?"

"Нет, не знаю, – решительно ответила Кэмерон. – Попытайтесь позвонить Уокеру в Нью-Йоркскую лабораторию, чтобы он провел экспертизу. Он хорош в своём деле".

"Мм, извините, коммандер, – сказала Старк, – но, возможно, это не очень хорошая идея. Со всем уважением, мэм".

Кэмерон посмотрела на неё. "Продолжайте".

"Ну, эта фотография говорит сама за себя".

"Интересный выбор слов", – сухо заметила Кэмерон. Как же она ненавидела выставлять на показ личное, даже перед теми, кому доверяла. Старк покраснела и Кэм пожалела об утраченном на миг самоконтроле. "Продолжайте, Старк".

"Я думаю, мы должны справиться с этой проблемой сами, по мере возможности".

"Вы говорите о своей собственной криминалистической лаборатории? – прервал Мак. – Потому что я уверен, что не смогу сделать это без лаборатории".

"Нет, – робко ответила Старк, ощущая себя идущей по узкому карнизу, готовому рухнуть под её ногами. – Но я знаю того, кому мы можем довериться, кто сможет сделать это. Рене Сэвард".

"Она же из ФБР! – воскликнул Мак. – С каких пор мы стали доверять им?"

"Она – друг, – настаивала Старк, уверенно выдерживая его пристальный взгляд. – Я знаю, что она не предаст. И она была назначена на офисную работу в Нью-Йоркском филиале".

"Разве она не в больнице?" – спросила Кэмерон.

"До сегодняшнего дня. Я собиралась поехать туда через несколько минут, чтобы забрать ее". Сейчас она казалась неуверенной. "Чтобы помочь ей добраться домой, ну, Вы понимаете".

Кэмерон подавила усмешку. "Понимаю. Но какое-то время у нее должен быть отпуск по болезни".

Старк иронично рассмеялась. "Конечно. Примерно день. При первой же возможности она выйдет на работу".

"Мак?" – спросила Кэмерон.

Он вспомнил беседы, которые вел в прошлом с агентом ФБР. Она всегда поступала с ними честно и прямо и была готова отдать свою жизнь за Цаплю. Просто у него было врожденное недоверие к ФБР. "Да уж, я считаю, что тогда мы сможем сохранить это в тайне. И Сэвард – почти одна из нас".

”Согласна". Кэмерон встала. "Старк, не возражаете, если я заеду с Вами в больницу по пути в аэропорт?"

"Буду готова через пять минут", – ответила Паула, подскочив и направляясь в душ.

"Мак, информируйте меня о любом развитии событий".

"Не волнуйтесь, коммандер, – быстро заверил Мак. – Всё будет хорошо".

"Конечно", – уверенно сказала она. Но с каждым днем оставлять Блэр становилось все труднее и труднее, и это имело все меньше и меньше общего с ее должностью руководителя службы безопасности Первой дочери.

Глава 20

«Она в порядке?»

"Конечно", – автоматически ответила Старк, наблюдая, как двери закрылись за Кэмерон Робертс.

Рене Сэвард, сидящая на краю узкой больничной койки, подняла бровь. Ее кожа цвета кофе вновь обрела здоровый блеск, а голубые глаза снова были зоркими и ясными. Если ушиб на лбу и заживающая огнестрельная рана в плече и вызывали боль, то она совершенно не показывала этого. Даже в блеклом бесформенном больничном халате она выглядела прекрасно.

"Знаешь, она получила довольно серьезные травмы при взрыве", – признала Старк.

"Она выглядит усталой, вот и всё. Думаю, что просто не привыкла видеть её в таком состоянии". Голубые глаза Сэвард изучали лицо Старк, покачивающейся на пятках около ее кровати и испытывающей явное неудобство от обсуждения своего начальника. Рене заметила на гладкой коже Паулы темные круги, выделяющиеся под её глазами, и признала, что за последние несколько недель всех их достаточно сильно потрепало. Она мягко спросила: "Как ты? Всё в порядке?"

"Да. Прекрасно".

"Это хорошо, – ответила Сэвард, не поверив. – Знаешь, Робертс потребовалось немало мужества, чтобы прийти сюда и показать мне эту фотографию".

"Она не отступит", – согласилась Старк.

"Однако я агент ФБР. И, несмотря ни на что, она знает, что я могу прямо сейчас отправить это заместителю директора, и она получит пакет с официальными бумагами до конца дня".

"Вот именно. Как и мы, – сердито сказала Паула. – Ты ведь знаешь, Дойл проводил расследование в отношении всех нас после того, как целевая группа была сформирована".

"Это просто стандартная оперативная процедура, – мягко напомнила Сэвард. – Но я знаю, как это было неприятно для вас".

Старк смягчилась. "Прости, знаю, что ты не участвовала в этом. Как думаешь, сможешь помочь нам?"

"Не проблема. Я знаю пару человек в лаборатории, которые сделают всё необходимое, не задавая лишних вопросов. Они просто лабораторные крысы и, по всей вероятности, даже не узнают кто на фотографии. Не думаю, что они смогут выявить связь. Это оттянет время, но рано или поздно что-то выйдет наружу".

Паула замолчала, разрываясь между желанием поделиться своими опасениями и уважением к праву коммандера на личную жизнь.

"Я видела фотографию вчера вечером в газете, – небрежно бросила Сэвард. – Ту, на которой Блэр Пауэлл и таинственный возлюбленный".

"Именно,– бесцеремонно сказала Старк. – Вся команда, кажется, приобрела популярность за эти дни".

"Это Робертс с ней, не так ли?"

Старк снова замешкалась.

"Паула, любой, у кого есть глаза, может увидеть, что происходит между ними. И ты чертовски хорошо знаешь, что меня это не заботит. А почему должно? Это их дело".

"Ну да, – ответила Старк с нотками горечи. – Это должно быть только их делом… но, приняв во внимание, что речь идет о дочери президента и… руководителе ее службы безопасности … ты знаешь, это так сложно".

"Согласна, сложно. Тем не менее, это никого не касается. Они должны решить все сами".

"Надеюсь, они смогут", – пылко сказала Паула. Она находилась в команде агентов, охраняющих Цаплю, с самого первого дня и в течение нескольких месяцев была единственной женщиной, прежде чем к ним пришла Эллен Грант. Старк наблюдала, как Блэр сквозь ночь рвалась к очередной незнакомке для быстрого необременительного секса, пока коммандер не заступила на свой пост. Теперь все стало по-другому. Лучше.

Сэвард улыбнулась, наблюдая, как беспокойство затемняет глаза Старк. "Ты так мила… я когда-нибудь это говорила?"

"Возможно", – усмехаясь, ответила Паула.

"С ними всё будет хорошо".

"Конечно, я знаю это". Старк расправила свои плечи. "Я рада, что ты не стала возражать против моего предложения обратиться к тебе за помощью. Я не знала, что коммандер решит лично ввести тебя в курс дела".

Рене взяла Паулу за руку и, когда их пальцы переплелись, начала выводить большим пальцем круги по её руке. "Ты все сделала правильно. Я рада, что ты подумала обо мне".

"Я думаю о тебе все время". Старк покраснела, но ее голос был тверд, и она уверенно смотрела на Сэвард.

"Хорошо. Сейчас я оденусь, а потом ты отвезешь меня домой", – сказала Сэвард, подходя к лежащей на кровати одежде. Она аккуратно надела штаны и нахмурилась, обдумывая, как застегнуть пуговицу и молнию одной работоспособной рукой. Ее левая рука находилась в бандаже и была плотно прижата к груди. "Мм... думаю, тут мне необходима твоя помощь. Извини".

"Без проблем", – беззаботно сказала Старк, подходя и осторожно застегивая молнию на брюках агента ФБР. Она старалась не прикасаться к гладкой коже ее живота, пока Рене придерживала больничный халат здоровой рукой. Затем Паула застегнула пуговицу на поясе и огляделась в поисках рубашки Рене.

Сэвард зацепила пальцами пояс брюк Старк и игриво подтащила ее к себе. "Сейчас я должна остроумно сказать о том, как же мечтаю, чтобы ты меня раздела".

Старк покраснела и подняла темно-синюю рубашка поло, лежащую около кровати. Держа её перед собой, она сказала: "Так. Теперь, полагаю, мы должны снять твой бандаж, чтобы надеть рубашку", – и, нахмурившись, продолжила: "Это нормально? Не хочу причинить тебе боль".

"Я не смогу поднять руку. Нам нужно поискать рубашку на пуговицах, – ответила Сэвард. – В сумке есть что-нибудь похожее?"

Паула быстро просмотрела содержимое спортивной сумки, которую сестра Рене принесла утром. "Нет. Все надевается через голову".

"Ну, я не намерена уезжать отсюда в больничном халате, но и не останусь тут дольше, чем положено. Ни на минуту". Сэвард помолчала несколько секунд, а затем улыбнулась, и ее глаза засверкали. "У тебя мой размер. Отдай мне свою рубашку".

"Мою рубашку?!"

"Ну, она же застегивается на пуговицы, сейчас это самое главное, а ты можешь надеть мою рубашку".

"Тут у нас есть проблема", – сказала Старк, снова покраснев.

"Паула, я работаю в основном с мужчинами. Мой класс в академии ФБР на 90% состоял из мужчин. Немного пота, особенно твоего, совсем не побеспокоит меня".

"Проблема не в этом, – смущенно сказала Старк. – У меня... ээ... ничего под ней нет".

"Так даже лучше. Рубашка с бонусом". Рене рассмеялась над выражением лица Паулы. "Сними жакет и дай мне свою чертову рубашку. Я хочу выбраться отсюда, и даже не проси меня закрыть глаза".

Старк скинула жакет и вытащила светло-голубую рубашку с пуговицами на воротнике из черных брюк. Ее личное оружие находилось справа на поясе и, придерживая кобуру одной рукой, другой она медленно расстегивала пуговицы на рубашке.

"Тебе помочь?" – невинно спросила Сэвард.

"У тебя только одна рука, забыла?" – теперь улыбнулась Старк. Ей понравилось волнение в расширившихся глазах Сэвард, наблюдавшей, как по мере расстегивания пуговиц ткань рубашки на ее груди всё больше расходилась.

"Ты будешь удивлена, что я могу сделать одной рукой". Голос Рене был низким и немного хриплым. Она протянула руку, но Паула отстранилась.

”Я поняла".

"Не доверяешь?" – многозначительно спросила Рене. Ее взгляд был направлен на мускулистую грудную клетку и небольшую почти обнаженную упругую грудь.

"Нет, – тихо ответила Старк. – Я себе не доверяю".

"Я доверяю", – прошептала Рене, подходя и целуя Паулу в губы. Она завладела ими, наслаждаясь пухлой мягкой нижней губой, исследующей ее, а также обнаженной грудью Старк напротив ее. Было очень легко потерять себя в руках Паулы Старк. Вздохнув со смесью удовольствия и сожаления, она прервала поцелуй. "Пора идти".

"У меня сегодня вечернее дежурство", – сумела хрипло выдавить Старк. Она протянула рубашку, не обращая внимания на свою наготу. Ее кожа была обжигающе горячей и все, чего она хотела – прохладного прикосновения пальцев Рене. ”Мне жаль".

Сэвард, качнув головой, взяла рубашку. "До скольки?"

"До полуночи"

"Я, наверное, буду дремать". Рене передала ей свою рубашку. "Ты можешь вернуть мне рубашку по окончании своей смены".

Старк усмехнулась. "Поняла".

* * *

Вскоре после того, как Кэмерон ушла, Блэр отложила палитру и кисти и вымыла руки в раковине, расположенной в углу чердака, который служил студией. Взяв телефон, она быстро набрала хорошо знакомый номер. Минуту спустя в трубке раздался женский голос.

”Алло?"

Голос был более хриплым, чем обычно, и Блэр ласково улыбнулась. "И не говори мне, что я разбудила тебя. Сейчас середина дня, знаешь?".

"Послушай, дорогая, некоторые из нас работают и ночью".

Блэр откинула назад голову и рассмеялась. "О, пожалуйста, Диана. Я знаю, чем ты занимаешься по ночам".

"Откуда? Может, я продавала одну из твоих картин? – с негодованием спросила Диана Бликер, ее деловой агент и самый близкий друг. – И как ты узнала, что я спала?"

"Если ты работала, словно раб, в моих интересах, я ценю это. Если ты была занята другим, я с удовольствием послушаю все подробности".

"Где ты?" – спросила Диана, начиная потихоньку просыпаться.

"Вернулась в Манхэттен".

"У тебя все хорошо?"

Беспокойство в голосе подруги было искренним. За свою пятнадцатилетнюю дружбу они много раз спорили или имели разногласия относительно одной и той же женщины. Но при всём этом их глубоко укоренившаяся искренняя привязанность друг к другу сохранилась.

"Отлично, – поспешно заверила Блэр. – Если девушка, скрасившая твой вечер, не с тобой, я хотела бы увидеться".

"Хорошо, – ответила Диана, обдумывая это. – Скажем, к тому времени, когда ты доберёшься сюда, я буду свободна".

"Я тебя не тороплю".

"Все нормально. Сейчас мне надо вернуться и кое-что уладить. Скоро увидимся".

Повесив трубку, Блэр сняла запачканную одежду и направилась в душ. По пути она взяла другой телефон и набрала номер. Ответ последовал незамедлительно.

"Да, мисс Пауэлл?"

"Я выезжаю через час, Мак".

Если он и удивился такому предварительному уведомлению, что было весьма необычно для печально известной своей непредсказуемостью Первой дочери, то в его голосе это никак не отразилось. "Очень хорошо. Я вызову автомобиль".

"Это будет замечательно. Спасибо, Мак".

Пятьдесят минут спустя, одетая в джинсы, белую рифленую футболку с короткими рукавами и кроссовки, она включила лифт в пентхаусе и поехала вниз к лобби. Когда двери лифта открылись, Фелиция Дэвис и Винс Тэйлор, агент невысокого роста в очках, новичок в команде, ожидали ее. Блэр предположила, что ещё один агент находится в автомобиле, стоящем у тротуара. В действительности это не имело большого значения для нее. Мысленно она находилась совсем в другом месте. Блэр сказала Кэмерон, что не намерена обсуждать их отношения с Люсиндой Уошберн, но прекрасно знала, что пройдет немного времени, и она должна будет сделать это. Единственная причина, по которой ее ориентация не стала подтвержденным фактом намного раньше, состояла в том, что у нее никогда не было длительных серьезных отношений. Было намного легче сохранять анонимность, когда все её любовницы оставались в тени. Как только она вышла из-под навеса над входом в её здание, репортеры с микрофонами и камерами быстро приблизились к ней. Стало ясно, что дни её анонимности сочтены.

После утреннего брифинга агенты были к этому готовы и, окружив Блэр, быстро проводили ее к внедорожнику Шевроле, двери которого были открыты для быстрого и беспрепятственного прохода Цапли. Избегая репортеров, громко выкрикивающих свои вопросы, она села в машину, и водитель быстро отъехал от тротуара. К счастью, движение в Нью-Йорке препятствовало преследованию со стороны прессы, и к тому времени, когда Блэр достигла дома Дианы Бликер в Верхнем Ист-Сайде ^{27}, все репортеры остались позади. Фелиция Дэвис сопроводила ее к двери Дианы и заняла свой пост снаружи после того, как Диана, открыв дверь на стук Блэр, впустила её в квартиру.

"Вот это да, кто она? Не думаю, что видела её раньше, – заметила Диана после того, как быстро окинула взглядом высокую изящную темнокожую женщину в темном костюме-двойке, которая выглядела так, будто только что сошла с Парижского подиума. – Она совершенна".

"Забудь. Она натуралка".

"А может твоя цель?" Усмехнулась через плечо Диана, пока они шли в гостиную, соединенную с балконом. Через открытые двери балкона вдали внизу виднелись зеленые просторы Центрального парка.

"Разве у тебя нет уймы хлопот со многими твоими другими ... эээ... интересами?" – поддразнила Блэр.

"Ну, в разнообразии смысл жизни. Как-то так".

"Верно".

"Тебе налить чего-нибудь выпить? Пива или вина?"

Блэр покачала головой и села в углу широкого бежевого дивана. Она сбросила свои кроссовки, положила ноги на скамеечку для ног и откинула голову на спинку дивана. "Нет. Спасибо. Я в порядке".

"Ну да, вижу". Диана прошла к сервировочному столику, находящемуся рядом, и налила себе стакан белого вина, затем вернулась и села около Блэр. Положив одну руку на ее ногу, Диана произнесла: "Так, а теперь расскажи мне обо всём".

Блэр подняла одну бровь. "Почему ты думаешь, мне есть, что рассказать?"

"Ну же, избавь меня от необходимости вытаскивать это из тебя". Внезапно, она подняла руку. "Нет, подожди, позволь мне угадать. Робертс опять сделала то, что сильно тебя разозлило".

"Почему ты так считаешь?" – спросила Блэр с искренним любопытством.

"Потому что у тебя всегда появляются две морщинки между бровями, когда она сводит тебя с ума".

Блэр покачала головой и улыбнулась. "Нет. Кэмерон тут не причем. На самом деле она… невероятная".

"О, боже». В голосе Дианы прозвучал явный шок. "Ты ведь не серьезно".

"О чем ты?"

"Ты в самом деле влюбилась?"

Блэр содрогнулась. Она говорила эти слова Кэмерон, но редко и ещё сказала Марсии. Тем не менее, произнося их, она была уверена, что уничтожит последнюю преграду, стоящую между ее сердцем и всем тем, что угрожало причинить ей боль. Возможно, это началось со смерти ее матери или с предательства первой любви в подготовительной школе. А, возможно, с длинной вереницы женщин, которые утверждали, что любили ее, хотя на самом деле всего лишь хотели находиться в центре внимания, которое сопровождало имя ее отца. Блэр сумела защитить себя от разочарований и боли в любви, никогда не позволяя себе влюбляться. В выжидающей тишине она отбросила свои страхи и выдохнула правду: "Да. Очень сильно. Безрассудно".

Казалось, Диана очень долго смотрела на неё с отсутствующим и ничего не выражающим лицом. Наконец, сделав глоток из своего стакана, она тихо произнесла: "Я так завидую вам. И так счастлива за вас".

Почти застенчиво Блэр подтолкнула ногу Дианы пальцами своих ног. "Спасибо".

"Ну, если это не Робертс, так в чем проблема?"

"Я смотрю, в последнее время ты не читала газеты".

Диана рассмеялась, издавая при этом такое чувственное грудное мурлыканье, которого в свое время было достаточно, чтобы вызвать у Блэр желание бросить её на кровать и изнасиловать. Но тогда они были подростками и уже много лет не были любовницами. "Там на первой странице размещена моя фотография в довольно пикантном положении. Нельзя сказать, что там Кэмерон, но, в конечном счете, кто-то сумеет все сопоставить. Прямо говоря, меня вот-вот могут разоблачить".

"Знаешь, ваш полет проходил довольно хорошо", – спокойно сказала Диана.

"Знаю. Просто я не уверена, как поступить с этим. Белый дом необходимо подготовить, потому что мой отец должен быть в курсе возможных потрясений".

"Я всегда полагала, что упреждающий удар – лучший способ борьбы с такими вещами".

"Думаешь, мне необходимо сделать заявление?"

"Ты намерена остаться с ней?"

Блэр резко вздохнула, словно её поразила внезапная боль. "Боже, я так на это надеюсь".

"Ну, тогда это ответ, не так ли?" Диана пожала плечами. "Если ты не готова отказаться от нее, тогда придется иметь дело с общественным резонансом, который будет сопровождать ваши отношения. Лучше принять это на собственных условиях, чем постоянно защищать себя".

Блэр запустила руки в волосы, затем вздохнула. "Было бы намного легче, если бы не нужно было беспокоиться о политтехнологах в Вашингтоне, желающих контролировать, что я говорю, когда говорю и кому говорю".

"Пошли их к черту. Ты уже взрослая, чтобы делать то, что хочешь".

"Послала бы, но не могу притворяться, будто мой отец не является Президентом Соединенных Штатов. Он занят важной работой. Думаю, мне нужно встретиться с некоторыми людьми в Западном Крыле Белого дома прежде, чем я расскажу отцу".

"Полагаю, ты права. Хочешь, я поеду с тобой?"

"Спасибо. Но мне лучше сделать это одной".

"Так что ты запланировала сделать?"

"Я выезжаю, чтобы успеть на самолет до Вашингтона".

Она наклонилась, поцеловала Диану в щеку и встала.

"У меня есть шанс, что ты одолжишь мне одного из своих агентов?" – спросила Диана, поднявшись и взяв Блэр под руку.

"Тебе нужен кто-то особенный?” – игриво спросила Блэр, когда две подруги шли к двери.

Когда Диана открыла дверь, Фелиция Дэвис отступила от стены и посмотрела на Блэр.

"Она подошла бы идеально", – вполголоса сказала Диана.

Фелиция подняла изящную бровь. "Вы готовы, мисс Пауэлл?"

"Как никогда", – серьёзно ответила Блэр.