Текст книги "Джаз на галактических струнах (СИ)"

Автор книги: Полуэльф Полуорк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц)

___________

ПРИМЕЧАНИЕ

1) роботы с кабиной ручного управления внутри рабочей платформы.

2) данный экземпляр горрилоида является генетическим модификантом. Судя по всему ему не хватало рук для заполнения отчётов и простановки штампов и наклеивания инвентарных номеров на каждый ящик подответственного снаряжения.

3) планета, почти полностью покрытая глубоким водным океаном лишь с несколькими небольшими архипелагами из островов. Практически всё население живёт в плавучих на поверхности и в подводных городах. При этом является одним из важнейших торговых перекрёстков.

4) в сеттинге используется не один и не два типа двигателей. И если варп-двигатели близки к тому, что показано в Стар Треке, то гиперпространство сеттинга – ближе к Варпу из Вархаммера 40к, хотя зловещих сущностей там вроде не обнаружено, но всё равно эта изнанка обычной вселенной – весьма странное место, зато позволяет неплохо сокращать путь. И в терминологии – чем слой глубже, тем перемещение быстрее, но рискованней для путешественников, как минимум для их психики, так как те могут при отсутствии должной защиты у корабля видеть и ощущать всякое разное…

5) Патагонская аномалия – нечто вроде «реки» в гиперпространстве, характеризующаяся ещё большей скоростью объекта над скоростью света в обычном постранстве, чем перемещение в гиперпространстве «слоя».

14

Веста ощущала себя морским огурцом. Ей казалось, что тошнота никогда не разожмёт своих удушающих объятий, и было совершенно непонятно, как в и так совершенно пустом желудке находится хоть что-то, что может вытечь в обратном порядке сквозь пищевод, горло и губы и оказаться на асфальте взлётно-посадочного поля плавучего космопорта, перемешавшись с лужами всё того же происхождения. Что исторгали из себя остальные кадеты.

Кто-то даже едва мог шевелиться, страдальчески лежа на скамейках, установленных возле здания космопорта на одном из углов плавучей площадки.

И ладно бы это были последствия бурной вечеринки, но нет же…

Девушка болезненно поморщилась от доносящихся до неё громких голосов, ожесточённо о чём-то спорящих и уже довольно долго. До неё даже, кажется, доносился слабый, кхакающий от недавнего полета голос Шинары, которая робко пыталась вставить хоть пару слов в очередное выяснение отношений совсем недавно помирившихся двух пилотов. Только на этот раз совершила ошибку и переборщила Айна.

– …Было же сказано, до какого слоя опускаться, и что идём через аномалию. И что иглолёт – на прицепе. Что сложного было держаться на хвосте? – мужской голос звучал с примерно теми же интонациями, что в первые дни, когда первый кадет был прогнан с практики. – Гиперпространство – это не варп, где ограничения скорости технологические, и то там шкалу собрались скоро расширять.

– Но у меня же хотела как лучше, чтобы быстрее… И лететь же было не сложно, – женский голос был на не менее высоких и агрессивных нотах, но явно оправдывался, – Тем более же не всех укачало…

– Укачало? При прямом провале на пятый слой с уходом на семёрку? И опыт пилота тут вообще дело десятое. – Хоть голоса и звучали громко, и отдавались болью в голве, вызывающей очередной приступ рвоты, Веста с трудом, но могла отметить, что оппонент Айны хотя бы всё так же многословен, как обычно, и девушку-пилота всё же лишь припугнут, но не выгонят. Может быть.

– Знаешь, сколько многоопытных пилотов ныряло в глубокий гипер, а после в месте выхода находили корабль, полный трупов и с одним многоопытным профессионалом, который даже не почувствовал ничего, а после увидел, что ресурсов жизнеобеспечения стало резко хватать на больший срок? Или вообще абсолютно пустые корабли-призраки, где и пилот своих сил не рассчитал, и электронные схемы загнулись, что ничего даже из чёрного ящика нельзя было извлечь?

– Но все ведь живы… – Айна совсем сникла, видимо, представив себе картину, где она выходит из прыжка, потягивается в кресле, оборачивается и видит лишь страдальчески обезображенные лица и тела своих сокурсников. – И как же силовые поля?

– Повезло. А поля – это что-то вроде стенок батискафа, не позволяют смять кораблик сразу и живность запустить. А резкий уход в глубокие слои гиперпространства и обратно – сродни декомпрессии, с которой никакая аппаратура не способна справиться. И всё зависит от вида, личных биологических и психических особенностей организма и того, был ли организм раньше в гиперпространстве, сколько раз, как долго и как глубоко. И даже у самых выносливых есть пределы. А ты, считая по себе и совершенно не зная, как с гиперпространственными перелётами у твоих спутников, занырнула. – Брайан всё больше распалялся, но Веста между тоскливым созерцанием грязного асфальта и страдальческим возненесение взора к зеленоватому небу планеты Океан, всё же вздохнула с облегчением.

По крайней мере, это уже не походило на то, как прошла посадка: с криком воплями, тревожной суетой той же Айны, которую от штурвала отвлек Феникс, который чуть ли не единственный, кроме самой пилотировавшей иглолёт девушки, почти не испытывал никаких отрицательных эффектов от перелёта. Тогда из гиперпространства пришлось выйти ещё далековато от планеты, плавно «всплывая» из глубин «изнанки» вселенной и замедляя обычный досветовой двигатель до черепашьих скоростей.

И весь изначальный выигрыш по времени быстро сошёл на нет, и второй, не шиловидный с ажурным внешним корпусом гранский иглолёт, а чёрный хищный треугольный стелс-звездолёт вскоре вышел из гиперпространства и догнал слишком резвого партнера.

Посадка была жёсткой, на первом попавшемся плавучем космодроме и с агрессивным требованием предоставить место немедля. Диспетчерскую службу, Веста помнила, не раз и не два в переговорах отправили то в чёрную дыру, то в центр войда, то в ещё не менее экзотические места вселенной.

И стоило шлюзу открыться, как служба космопорта, так и экипаж второго корабля поспешили вытащить полубессознательных пассажиров иглолёта и оказать тем медицинскую помощь, не разбирая, кому та была действителньо нужна, а кто просто всех радовал побледневшим или зеленым лицом, но не более.

– Тогда почему со мной всё нормально, я же через гипер летал раза два или три, не более? – спросил Феникс, пытаясь перевести буйство старшего по званию с совсем уже сникшей Айны, ругавшейся более от упрямства, чем от действительно того, что считала себя правой.

– А это хороший вопрос, кадет. – Брайан переключился на новую цель. – И эта хвостатая недоучка должна была сама после академии знать и про глубокие слои гиперпространства, и про них побожные эффекты не только в виде пиратской выпивки и быстро размножающихся шестяных комков.

Даже Шинаре, безвольной тряпкой лежавшей на скамейке и думающей, что стоит пошевелиться, как с её тела посыплются все перья, стало интересно:

– На лётных… курсах… только… про плавное… ускорение… говорят… и что пилотировать… сложно… если быстро… А почему?

Веста, чуть придя в себя от тошноты, посмотрела в сторону споривших: неизвестно чем, тем, что маврикианка подала голос, хотя казалась в глубокой отключке, или тем, что кто-то из лекторов академии не разъяснил юным пилотам одну из базовых вещей насчёт сверхсветовых полётов одним из популярных способов, и при этом именно его методы обучения с различной странности программами симуляции кадеты втихаря критикуют, но Брайан опешил. Но пауза длилась недолго.

– А вы никогда не задавали себе вопросов, почему ваш сокурсник, участь на направлении создания, взлома и защиты различных цифровых программ не имеет нейроинплантатов-коннекторов, в отличие от большинства других студентов с того же направления?

– И как это связано? – гневно пыхтя, спросила Айна.

– А тем, что кто-то когда-то по неизвестной мне причине летел через глубокий гипер с резкими нырками и подъёмами. И ныряли явно глубже десятки. Среди экипажа явно была мамаша Феникса, сама по себе, видимо, привычная к гиперпространству, но тогда явно находящаяся на раннем сроке беременности… На позднем бы на подъёме и выходе в обычное пространство просто начались бы преждевременные роды и получился мёртвый ребёнок. А до беременности б была или папашка попрыгал поплавком перед бурной ночью – там эффекты другие. Блин, серьёзно, в ваших учебниках тупо нет ничего из этого?

– Препод говорил лишь внимательно изучить таблицу переносимости гиперпространства разными видами и их опытом… таблица была большая. – Весте на Айну было больно смотреть и не только из-за медленно отпускающих побочных эффектов полёта. Редко унывающая подруга, которая из-за глупой ситуации на гонках была готова избить противника, сейчас совсем уж поникла. – Но ведь всё же никто не умер?

– И поэтому ты всё ещё здесь, а не летишь на родную прифронтирную планету с аннулированной лицензией на полёты. – Розетта закончила разбираться с диспетчерской и руководством космодрома, нежданно получившего аварийный «подарок», и подошла к страдающим кадетам и спорщикам. – Ладно, все оклемались и могут плыть на пассажирском батискафе до города или надо ещё подождать? А то местные всё ныли про нарушенный план полётов и явно напрашивались на возмещение убытков.

* * *

Когда кадеты с гранского иглолёта пришли в себя, а причитания и подколки в их адрес и горе-пилота Айны со стороны тех кадетов, что летели на треугольном звездолёте сошли на нет, пусть и после предупреждений со стороны старших офицеров, ближайший батискаф до одного из подводных городов Океана – Посейдониса был полностью занят их компанией. Из-за недавнего приключения не очень шумной, но ровно до того момента, как батискаф, отчалив от плавучей платформы, добрался до купола города.

Представшее зрелище было поистине внушительным и очаровывающий: огромный подводный купол сиях изнутри огнями, распугивая местную плавучую живность. Многочисленные дома перемежались с парками, по дну вели полупрозрачные тоннели в купола поменьше, а самой главной впечатляющей вещью были монструозные небоскрёбы, настолько высокие, что некоторые из них продолжались и за пределами купола, накрывающего город, особенно выделялся торговый центр, состоящий из трёх небоскрёбов, переплетенных друг с другом тонкими переходами на разных высотах.

Спустя час батискаф вошёл в контактный шлюз, и после таможенного осмотра, где сотрудники очень внимательно осматривали Розетту, явно подозревая девушку в чём-то не очень законном…

– Мальчики, успокойтесь. Мы тут ненадолго. Только за своим оборудованием и детишек выгулять.

– Угу, каждый раз… – пробурчал-прошипел чешуйчатый сааз почти в два раза крупнее девушки. – Чисто.

Таможенники ради приличия проверили ещё нескольких кадетов и выпустили всю компанию в город.

В Посейдонисе действительно было на что посмотреть: подводный мир, скрываясь за куполом, представал необычным звездным небом, плавно переходящим в огни высотных зданий, в ленту петляющего городского монорельса и спускался кораллами промышленных строений у краёв древнего подводного кратера.

И необычно было наблюдать за тем контрастом, какой вызывали технологические строения, водная пелена за куполом и широкие аллеи с многочисленными деревьями разных пород и с разных планет.

– Наверно, тут растения со всей галактики, – восхищённо умилилась Шинара.

– Не со всей, – Розетту буйство растителньости подводного города совершенно не впечатляло. – Ни с Колибри, ни с Пандоры, ни с Аскара, ни с Марса точно ничего тут нет.

– А разве Марс не аграрная-шахтёрская планета? – удивилась Тесса, блазарианка-биолог, которая хоть и обрадовалась некоторое время назад, что между старшими офицерами нет никаких отношений, но в отличие от изрядной части сокурсников-парней по другой причине.

– Если бы в древнем человеческом религиозном мифе была марсианская яблоня(1), то никто яблочка не сорвал, и дерево закусило бы и змеюкой, и первыми людьми и утопало бы на корнях поиски закуски… – хмыкнул Брайан. – Тут и так из-за туристических мест и торговых центров притянут что-нибудь нестандартное, что таможня упустит, а потом если не по всей планете, то в рамках какого-нибудь города шумиха поднимается. А окажись тут какой-нибудь марсианский репейник, то как минимум треть города объявили зоной экологического бедствия с применением биооружия.

* * *

Блуждать по подводному городу было интересно. Всё сияло и переливалось, привлекая внимание, и кадеты как-то незаметно для себя разбрелись по улицам, договорившись встретиться у гигансткого трехбашенного торгового центра.

Старшие офицеры тоже куда-то исчезли по вопросам переноса на корабли оборудования, за которым все изначально и летели и мелких покупок кадетов. Тем более что с первого плавучего космопорта пришлось звездолёты переместить на другой.

Но в итоге все встретились на площадке возне небоскрёбов. Где-то на верхних этажах помимо бесчисленных магазинов и развлекательных зон были и помещения, где проходил научный симпозиум, и Лориантанта, летевшая вместе с кадетами и основным боевым отрядом, должна была там как раз выступать – немного уделить времени будущей экспедиции. И больше рассказать о своих и своего института научных исследованиях. И так как Лора не издевалась над кадетами, то те хотели поддержать её, по мере возможности.

Но до выступления ещё было достаточно времени, а небоскребы были переполнены разнообразными интересностями, что можно было погулять по этажам. Но этим планам было не суждено сбыться.

Холл первого этажа одного из небоскрёбов был полон, и кадеты безрезультатно пытались запомнить карту торгового центра, чтобы вовремя добраться до места, где будет конференция. К ним как раз присоединились офицеры отряда и неизвестная никому из кадетов представительница одного из тех видов, что предпочитают больше жить в водной среде, чем на суше. При этом девица не отходила от командира отряда, что явно огорчило блазарианку среди них.

Девица дружелюбно поздоровалась со всеми, назвалась Карнакой и что она вообще-то коллега лемуроида Слая, и тот очень по-дружески поступил, что позвал её, раз удалось совершенно случайно пересечься.

Но её хвалебные оды в адрес пушистого знакомого, который как-то наоборот сник, и попытался спрятаться среди кадетов, и про то, «как же ей повезло встретить их здесь сейчас, могут ли кадеты рассказать что-нибудь интересное, сталкивались ли те уже с чем-нибудь необычным», прервались металлическим лягком спускающихся защитных экранов на окна и двери наружу небоскрёба.

Ненавязчивая тихая мелодия из установленных в разных местах торгового центра динамиков захлебнулась последней нотой и затихла. Спустя несколько секунд тишину пронзило резкое завывание эвакуационной сирены.

___________

ПРИМЕЧАНИЕ

1) в ходе многолетней, даже более того – длящейся сотни лет естественной эволюции и искуственной гибридизации и генетических экспериментов флора терраморфированного Марса стала весьма странной и хищной, ведь планета бедна плодородными почвами, зато как удобрение вполне сгодится живой или не очень организм. Также растения Марса способны перемещаться на своих корнях не хуже представителей фауны, не настолько изменившихся в отличие от растений.

15

Защитные экраны на окнах и входных дверях захлопнулись с громким металлическим скрежетом. И если прислушаться, то сквозь сирену можно было услышать, как смыкаются экраны между различными частями этажей.

Прошло не более пяти минут, как дикий визг аварийной сирены стих, уступив место не менее тревожному, но гораздо более тихому в сравнении с ней, завыванию постоянного аварийного режима.

Любой житель подводного города знал, что это значит – полную блокировку строения, заблокированного из-за возможной протечки в куполе или в самом здании, часть которого находится за пределами защитного купола. Нужно было всего лишь убедиться, что именно в вашем секторе здания нет протечек и ждать, когда городские службы устранят проблему и разблокируют защитную систему.

Но строения торгового центра были переполнены не только местными обитателями, но и гостями с других планет, потому вместо дисциплинированного ожидания получилось как всегда: паника и суматоха. И среди волнующегося моря бестолково бегающих разумных существ лишь одна группа старалась не поддаться общим настроениям и держаться вместе.

– А ты говоришь, что это всё мнительность… – Брайан хмуро бормотнул, чтобы только Розетта слышала, и слегка кивнул в сторону Весты, как и остальные кадеты, стоявшей в растерянности, и не обращающей внимание на тихие и практически неслышные под вой сирен и возмущённые крики иных посетителей торгового центра переговоры. – Даже удивительно, что только сейчас…

– Кхм… Кому сказать, что ты боишься какую-то выпускницу академии…

– Скорее за…

Перешёптывание нарушил Жорж, мирно вышедший из одной из кафешек этажа, в полном недоумении, чего это все забегали.

– Простое местное ЧП. Вода где-то потекла. – Пожала плечами Розетта, презрительно разглядывая, старающуюся подлизаться к кадетам журналистку, явно решившую, что добиться своих целей от офицеров будет сложно, а вот неопытные новички и могут сболтнуть что-то лишнее. Но успокоительные слова девушки с кучерявыми волосами, раскрашенными в разные цвета радуги, опровергло сообщение из развешенных по всему зданию радиоколонок:

– Внимание всем, кому не посчастливилось в этот день бездумно прогуливаться по этим стеклянным коридорам. Вы думаете, что сможете просто отсидеться, пока заделают протечку и спокойно пойти по домам? Как бы не так! Вы совсем отвыкли от реальных катастроф…

Голос говорившего сложно было опознать, он срывался то на высокие, то низкие тона, и казалось, что говоривший был в явном подпитии или ещё чем похуже. Розетта поморщилась от этой вдохновённой и косноязычной речи, весь смысл которой сводился к тому, что мирные жители галактики – самовлюблённые расхлябанные лицемерные подонки, а деятель, захвативший со своей бандой головорезов небоскрёбы – просто орудие возмездия и санитар тёмного космического леса. А ещё она, будучи космическим пиратом, пусть и бывшим, прекрасно знала, что такая речь не следствие веществ или устройства изменяющего голос, а нормальная речь того конкретного бандита из-за раздробленной физиономии и неудачного лицевого импланта много лет назад.

– Полный… хрюндец, – выругалась девушка, наткнувшись взглядом на мелких иноплаанетных детишек, растерянно вертевших головами в поисках родителе. Вскоре, судя по всему, мать, нашла их в толпе и увела за собой.

А террорист по радиосвязи вдохновенно вещал о том, как же будут отлавливаться его сторонниками гражданские, что как только закончится охота на одном этаже, так бандиты будут перемещаться на другие, в первую очередь избавляясь от сотрудников службы безопасности здания, а уже после развлекаясь с посетителями.

– Дааа… Дело дрянь. Жорж, уводи кадетов в какой-нибудь угол, желательно бы найти дежурку с камерами… – капитан отряда, могло показаться, совершенно не впечатлился угрозами из радиоприёмников.

– Вроде если идти мимо тех павильонов что-то подобное было, – попыталась припомнить карту хотя бы этажа Шинара. – Но что мы будем делать?

– Вы? Сидеть молча и не высовываться, – ответил парень, быстро направляясь в указанном направлении. – Ну что, Слай, твоя подружка добилась своего?

Кадетам было совершенно непонятна такая быстрая смена настроения, но лемуроид совершенно сник, а Карнака растерялась.

– Позже разберемся, похоже, пришли.

* * *

В комнате наблюдения, одной из множества в здании, было грязно и пусто. Но приборы работали и никаких тел без сознания или чего похуже не было заметно.

Розетта по пути через торговый холл захватила из одного из павильонов спортивное духовое ружьё, выстрелом из которого разбила камеру, направленную на саму комнату. Затем она попросила хакеров – Варнаса и Феникса подключиться к системе наблюдения.

– Посмотрим, где они, если конечно, не отрубили камеры…

– Вряд ли. Им тоже надо отслеживать запертых, – Брайан навис над пультом. – Вот, тут два. Тут три. Как они протащили турель? А тут сколько…

– Многовато. В прошлый раз, когда я про этого типа слышала, у него явно не было столько последователей.

– А кто захватил строение? – спросила Тесса, попутно осматривая медицинские средства, захваченные в суматохе столпотворения в холле из какого-то павильона, мало ли, вдруг понадобятся.

– Один сбрендивший пират. Порой такое бывает, особенно когда на несколько лет застреваешь вдали от обжитых систем. Возомнил себя мессией и орудием естественного отбора. – Розетта быстро просматривала меняющиеся картинки на экранах камер и отвечала, не отрываясь от наблюдения. – Жорж, ты уже нашёл наушники и рации, чтобы можно было связаться?

– Да. Но зачем тебе два набора?

– Тебе ещё рановато высовываться.

– Но тогда бы и одного хватило б…

– А мне придётся выйти, иначе кто-то опять не позаботится о том, что от террористов должны оставаться хорошо опозноваемые останки, если уж не брать их живыми. А то как-то за пределами Содружества не очень-то жаждут отдавать награду, если наёмный охотник может предъявить лишь какое-то месиво… И ДНК-анализ демонстративно отказываются делать, – возмущение девушки было искренним, хоть в такой ситуации и звучало странно. – Потому мне и придётся тащиться, чтобы хотя бы головы откочерыжить, ведь о финансах только я и забочусь… Остальные лишь надеются на обеспечение от головного центра, который только всё урезает и урезает…

Шинара лишь икнула. Да и Веста ощутила неприятный холодок. Действительно, несмотря на все неприятности, что устраивали кадетам офицеры отряда, было легко забыть о том, что та же Розетта всё же сама космический пират, как и напавшие на небоскрёбы, и, до легализации в отряде, занималась помимо пиратства охотой за головами.

Видимо неприятную сгустившуюся атмосферу, заметил даже поникший по непонятной причине Слай, что попытался пошутить в адрес пиратки, чтобы сгладить её слова:

– Милая, я, конечно, понимаю, заключить рекламные контракты с разными торговыми конторами… Но можно было хотя бы по одной фирме чем-то конкретным занимающейся, а не со всеми скопом? А то «это мой любимый магазин в Посейдонополисе» звучит как-то очень глупо, когда этих магазины устроились рядком друг с другом и они продают ровно одно и то же. Почему нельзя было обратиться к хотя бы ко мне? – говоря это, лемуроид отошёл от панели с экранами и спрятался за Жоржа, зная, что космодесантник в случае с гневной марсианкой – лучший живой щит.

– Котяраааа… – прошипела девушка, но не более. Она забрала средства связи, одну из пар протянув Брайану. Тот же внимательно изучал быстро мелькающие изображения коридоров на разных этажах.

– Плохо, пока мы тут стоим… – возмутился кто-то из кадетов, явно оскорбленнымй тем, что их не воспринимают всерьёз, и даже не дают в бою выступить.

– Тогда не стой, – буркнула в ответ Розетта, – а полежи. Оборотень, готов?

– Давно. Оружие есть или добудешь в процессе? – Брайан нацепил гарнитуру и, прекратив изучать изображения с камер, направлися к выходу их комнаты наблюдения.

– И всё-таки, что нам делать? – возмутилась Айна. – Те пукалки и гарпуны из спортивного магазина – это не оружие.

– Сидеть на месте. Отбиваться от бандитов, если те доберутся до вас, но это вряд ли. – Розетта тоже надела наушник и микрофон. – Жорж, ты с программистами координируешь.

– Понятно, – кивнул тот. – Береги себя.

– Всё будет в порядке, если не попадём под дружественный огонь службы безопасности. А то могут и нервы у них не выдержать… – нервно хихикнула Розетта, выходя в двери вслед за Брайаном, который после объявления тревоги с каждой минутой говорил всё реже и короче.

Проводив пару бойцов, кадеты начали спорить, что же могут два бойца без оружия сделать там, где не справляется гораздо более многочисленная и снаряжённая служба безопасности, и что пока из города до них доберутся полицейские подкрепления – преступники добьются своего и уничтожат всех в небоскрёбах.

Слай лишь страдающе приблизился к Карнаке:

– Подавись своим материалом. Смотри, не утони в нём.

Та же словно не понимала, почему собрат по журналисткой деятельности так реагирует, и очень долго ходил кругами вокруг некоторых тем, хотя сам же владел всеми материалами и мог их разместить. Но не делал этого. А когда попросили поделиться сведениями – юлил. Но сейчас-то что не так, если она сама совершенно случайно увидит что-то из того, о чём даже когда-то слишком много лишнего написавший журналист, держит молчание?

– Веста, они же справятся, да? – Шинара хоть и побаивалась старших офицеров, но всё же не хотела, чтобы те отправлялись в такую самоубийственную вылазку.

– Не знаю. Надеюсь, они знают, что делают…