Текст книги "Запах чужой земли (СИ)"

Автор книги: Ортензия

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 19 страниц)

– Эх, Лёха, Лёха. Семейная жизнь, она, знаешь ли, не минет 24 часа в сутки.

Так вот. У этих юных барышень губки были большими, но при этом выглядели бутончиком, аппетитно-сексуальным. Так и хотелось сорвать с них поцелуй.

Я, наверное, слишком долго их разглядывал, потому что Элен внезапно сделала нетерпеливый жест. Приревновала что ли? Ну а как не задержать взгляд на великолепном произведении искусства? Девчонки то из племени батутси и потому стояли в нескольких шагах от меня совершенно голые и при этом ни капли не смущаясь, что ещё больше подзадоривало.

Даже как-то нехотя перевёл взгляд на мелкую детвору и лицо моё вероятно немного скривилось при виде детей, самому старшему из которых, я бы не дал больше двенадцати.

Глава 25

– Дженни, Элен, – произнёс я слегка надтреснутым голосом, видимо пока рассматривал прелести девушек, в горле пересохло сильнее, чем когда бегал за племенем свази, – вы им это, хоть набедренные повязки, что ли сделайте, если одежду не подберёте. Хотя, иголки с нитками есть, можете и подшить. И грудь прикройте, либо той же материей, помнится вы выглядели вполне прилично задрапированные белым материалом или футболки выдайте, есть целая коробка. В общем девчонки уже взрослые, нечего им интимными местами сверкать. Думаю, полчаса вам хватит. Забирайте манекенщиц в машину и пусть Ния им скажет, чтобы вам не перечили. А я пока с детсадом разберусь. Из джунглей по любому нужно выбираться, хотя б до предыдущей стоянки. Тем более осталось рукой подать.

С одной стороны вроде давит жаба по поводу одежды, а с другой стороны, сразу как-то захотелось приятное сделать девочкам, так сказать шопинг, какой ни есть. Какая прелестница откажется от такого? И я смогу не тыкаться озабоченным взглядом по сторонам. Аборигенкам это только в кайф, а вот Элен и Дженни упёрлись в меня совершенно неодобрительно. Их на моё место.

Однако, у меня сразу возникли и трудности. Английский, как оказалось, из всех новоприбывших знает только одна девочка с кукольным личиком, которой всего девять лет. Имелось у неё аж три имени. Первое – Джина и ещё два на которых язык сломать можно, поэтому я их сразу отмёл. И, кстати говоря, она сразу поняла вопрос о своём возрасте и сообщила о нём быстрее, чем это сделала Ния. Троюродная внучка то ли дяди, то ли тёти вождя племени и по совместительству любимица англичанина. Тот же гугл переводчик, который, однако, можно было разобрать, не напрягая все извилины сразу.

А я, признаться, изначально был уверен, что детки точно знают английский. Или чем в племени заниматься этот Дункан?

У Джины, в отличии от остальных детей волосы были густыми, каштанового цвета и лишь слегка вьющимися. Перехваченные сзади тонким поясом из кожи неизвестного животного, они образовывали длинный хвостик и вероятно, если их распустить, красиво рассыпятся у неё на плечах. И если отмыть как следует.

Большие круглые глаза разглядывали меня очень внимательно и немного враждебно. Стояла как затравленный зверёк готовый в любую минуту пуститься наутёк и, если бы не Ния и не её рассказ о том какой я герой и как смело бился с её преследователями на кулачках, вероятнее всего умчалась в джунгли. Однако, ответив на несколько вопросов и выяснив, что я никого не собираюсь делать своим рабом, а совсем наоборот, помогаю Ние добраться до племени, успокоилась.

Учитывая её знание английского языка, решил сделать главной над детворой, но как выяснилось она не самая старшая. Есть мальчуган, которому почти одиннадцать и идти в подчинение к девчонке младше себя, рьяно отказался. Мальчишку звали Мобуту. Высокий, худощавый и выглядел гораздо старше своего возраста. У него была короткая стрижка, но волосы так сильно кучерявились, что, когда он опускал голову, его макушка выглядела так, словно он нахлобучил на себя парик из овечьей шерсти.

Увы, это эволюционный процесс, сложившийся многими тысячелетиями. Сильно закрученные волосы у чернокожих, от перегрева и солнечных ударов. Хотя я рад, что благодаря родителям избежал этой участи и в бейсболке чувствовал себя превосходно.

Мальчишка кого-то напомнил из прошлой жизни, но я по этому поводу даже не стал напрягаться. Думается, все мы кого-нибудь напоминаем.

Не в состоянии донести своё возмущение в связи с полным незнанием иностранных языков, Мобуту отчаянно жестикулировал и мне пришлось позвать на помощь Нию. Выяснилось, что и мальчуган имеет дальние родственные связи с элитой племени. Вот так.

И решили, что ладно. Он в их компании будет главным, но Джина всегда будет рядом как переводчик. И выполнять требования вся команда будет беспрекословно, иначе он обязательно потеряет роль лидера. Ния кивнула и перевела. Она, конечно, была для них полным авторитетом, как дочь вождя, но, памятуя что девушка сама ведёт себя как ребёнок, я подумал, у деток должен быть свой босс и все с этим согласились.

Остальное знакомство решил продолжить на берегу реки, тем более что отмыть всех этих гавриков обязательно нужно, ну и топ моделей, для которых сейчас подбирались костюмы. А то на голове чёрте что, серое и невразумительное. Именно то, что было на Ние в первую минуту знакомства.

Однако Элен сходу не согласилась.

– Как-то пахнет от них нелицеприятно, – заявила она, морща носик.

– Поддерживаю, – согласилась Дженни, – весь салон провоняют. А мы только отдраили его. Может сольём на них бочку, а на речке снова заправим?

Ответить я не успел. Появление девушек вызвало целый фурор среди детей, которые начали галдеть так, что пришлось сделать Мобуту замечание. Надо отдать должное, одно его слово мгновенно водворило тишину. А девчонки ещё минут пять хихикали, рассматривая друг дружку. В принципе, я так и подумал, что ни Дженни, ни Элен изобретать велосипед не будут. Они отдали им свои отрезки материала и обе девушки мгновенно приняли сексуальный вид. Вот не знаю, кто-то обращал внимание, что слегка прикрытые интимные места привлекают и возбуждают гораздо сильнее чем полная нагота.

– Едем, – распорядился я, – тут всего ничего, как-нибудь перетерпим, а там и воды много и времени больше.

Но сразу уехать не получилось, потому как дети устроили настоящий гвалт и как выяснилось, зачинщиком стал новоявленный вождь малышни.

– Что ещё? – спросил я, обернувшись к Ние.

– Мобуту просит у Дженни кису.

– Чего он просит? – Я встал в ступор. Нет, я прекрасно помнил, что девочек даже в 21 веке замуж могли отдать и в 13 лет, а мальчики, когда готовы жениться? Или что имеет ввиду этот юный неофит? Кису ему подавай. А он не охренел часом?

– Ну, – задумалась Ния и видимо не вспомнив ничего, попыталась объяснить своими словами, – эту штуку, что у Дженни.

Ну да, так и есть, штуку что у Дженни. Так эта штука есть не только у Дженни, у девчонок с его племени тоже имеется и почему ему нужна именно Дженни? Так напрямую и спросил.

Ния пожала плечами словно не понимая меня, и сказала:

– Потому что ты эту штуку отдал Дженни. Она лианы резала чтобы всех освободить.

Твою ж мать, и когда же они научатся выговаривать все слова на английском языке, а не на суржике непонятном. Утрирую. На самом деле таким образом рождалось санго. И будет он английским. Или англо-французским. Или прикажете всех переобучать русскому языку? И как это сделать?

– Ния, эта штука называется нож.

– Да, – радостно воскликнула девушка, – я не могла вспомнить.

– И зачем ему понадобился нож? – ну да, продолжил удивляться. Такой гвалт стоит из-за того, что одиннадцатилетнему мальчишке понадобился боевой нож. Назначили его командиром и что? Кого он устрашать собрался?

– Дети голодные, а он ягод соберёт. Мы ведь сейчас ничего готовить не будем?

Собственно, на этой поляне я как бы не горел желанием устраивать пикничок, а до стоянки нам тихоходным темпом ещё час пыхтеть. Тупо раздать каждому по тушёнке означало проделать брешь в нашей экономике. Другое дело кашу сварить и добавить туда пару банок. А вообще народу прибыло, пора устраивать охоту на животных. Иначе не выкарабкаться. Но и не бросишь же их на произвол судьбы. Вот и нужно было принимать решение. И вопрос на повестке один. Где он поблизости ягоды видит?

– Там, – Ния указала пальцем вверх.

– Это на пальме что ли? – я с недоверием уставился на растрёпанные верхушки деревьев. Ягоды вижу, но они на уровне шестого этажа и такой лестницы у нас точно нет. А точнее сказать, у нас вообще никакой лестницы нет.

– Они, – сразу согласилась Ния.

Я глянул на малышню. Крыльев ни у кого нет. Хорошенькое дело. И на чём он собирается туда взлететь? Веток, которые можно использовать как вспомогательный материал на стволе так же не имеются.

– Он залезет, – кивнула Джина, которая внимательно прислушивалась к нашему разговору, – он уже много раз лазил. Но у него сейчас нет острого камня, он остался в племени, – она неопределённо махнула рукой в джунгли, – а нож острый, он быстро наберёт ягод.

Я, присев на корточки перед девочкой спросил:

– А ты уверенна, что Мобуту не упадёт? – и указал пальцем вверх.

– А почему он должен упасть? – ответила Джина вопросом на вопрос.

Интересно, а у неё в роду случайно евреев не было?

– Не знаю почему, – я улыбнулся, – я бы упал.

Джина развернулась к детворе, что-то громко произнесла и лес огласился громким хохотом.

Вот маленькая вредина. Перевела мои слова, к бабке не ходи. Теперь будут надо мной всю дорогу потешаться. Но нет. Девочка развернулась лицом ко мне и сделав хитрую мордашку сказала:

– Видишь, они тебе не верят. Говорят, что такой смелый и сильный воин смеётся над ними. Нам Ния всё рассказала. Ты не можешь боятся. Ты не можешь упасть. Просто зачем тебе лезть, если здесь есть Мобуту? – и она развела руки в разные стороны показывая, как сильно удивлена.

Ага, вот кем они меня считают. Ладно не стоит их разуверять, тем более что взрослый мужчина тут в единственном числе и значит они понимают, я один и смогу их всех защитить от врагов. Больше не кому. И это моя конкретная ошибка. Нужно было с самого начала обучать и Элен, и Дженни. А то, что получается? Элен легко похитили. Дженни бросила автомат в тот момент, когда рядом находится враг. А ни дай Бог со мной что-то случится? Трындец котёнку придёт. Есть сомнения?

Я поднялся на ноги и найдя глазами внучку президента сказал:

– Дженни, дай мальчику нож, пусть достанет ягоды, и давайте кастрюлю на огонь. Дети голодные. Хоть роллтон запарьте. Пока Мобуту ягод нарвёт, глядишь и лапша подоспеет.

Это я просто недооценил мальчишку. Мобуту схватив нож, зажал его в зубах и подойдя к дереву упёрся в него одной ступнёй. Выдохнул и быстро перебирая руками тонкий ствол, чуть ли не побежал по нему ногами мгновенно скрывшись в зарослях.

Если бы я мог так лазить по деревьям в одиннадцать лет, был бы королём на нашей улице. Хотя и под вопросом. Кто-нибудь мог ляпнуть, что от своих сородичей обезьян недалеко оторвался.

Сверху полетели фиолетовые грозди прямо на кучи листьев, которые сгребли детки пока Мобуту карабкался наверх, а через минуту съехал и сам мальчуган. Протянул нож и улыбнулся. Не только раскрыв рот, но даже глазами, большими, чёрными, как у Нии.

Вот эта улыбка и напомнила мне другого мальчишку из прошлой жизни. Случайно в метро столкнулись. Я как раз ехал из Кремля, после награждения. На улице было солнечно и тепло, но я точно не желал светить орденом и надел плащ прикрыв тем самым грудь, а потому на меня никто особо не обращал внимания. Следующая станция была моя, но впереди стояло нечто тучное и неопределённое. Оно так перекрывало проход, что народ с трудом протискивался, выговаривая при этом что-то не совсем лестное. В ответ летело столь же грубое и все оставшись довольны продолжали ехать дальше. Наверное, и мне требовалось сделать тоже самое, однако воспитание не позволило нахамить незнакомому человеку, тем более не ясно было, к какому полу принадлежит сей субъект. Снизу джинсы, сверху, как ни странно, плащ бежевого цвета с капюшоном, который был наброшен на голову. Поэтому я решил обратиться незнакомцу нейтрально. Слегка коснулся плеча и негромко произнёс:

– Молодой человек, вы выходите на следующей?

Я был услышан. Незнакомец резво развернулся, едва не сбив меня с ног своей широкой кормой, мгновенно превратившись в дородную женщину бальзаковского возраста.

Жуткие пучеглазые очки сидели на самом кончике носа, который был густо присыпан белым порошком. Конкретно так припудрила. Губы ярко накрашены, но как по мне, яркая красная помада дамочке не подходила вообще. Выглядело это на первый взгляд даже немножко вульгарно.

А потом она открыла рот:

– Я вам не молодой человек, я – женщина, – заявила она и горделиво вскинув голову повторила, – женщина!

На удивление, голос у неё был приятным. Певучий, нежный, с пониженными нотками и совершенно не вязался с обликом.

То, что это не мужчина я и сам догадался и не только по лицу. Спереди, там, где это и должно было находится имелись две выпуклости. Нужно заметить, огромные выпуклости и верно дамочка ими гордилась, потому как выпрямив спину увеличила визуально их ещё больше.

Заметив, что я заострил внимание на её главном достоинстве, она продолжила изгаляться, но уже с какой-то брезгливостью, узрев во мне не совсем белого человека:

– А вы, – она обвинительно ткнула в меня мясистым пальцем, – раз уж приехали в нашу страну, извольте изучать язык и научитесь правильно обращаться к женщине, сообразно моей культуре.

По вагону покатились смешки. Смеялись явно надо мной, а не над глупостью, которую выдала эта дама, внезапно увидевшая в себе барыню, а во мне холопа.

Она не молодой человек. Феминистки нет рядом. А последняя фраза? Просто набор слов, и победно улыбнулась, позируя всему вагону. Я бросил взгляд в сторону, заметив, что ко мне вытянулось несколько рук со смартфонами. Действительно позирует. Хотел нагрубить и едва сдержался, а то наверняка завтра был бы героем ютуба. Взял себя в руки и ответил, стараясь чтобы мой голос звучал вежливо, добавив лишь маленькую толику ехидства:

– Извините покорнейше сударыня. Я обратился к вам: «молодой человек». Не будите ли вы столь любезны, чтобы указать мне на мою ошибку. Против какого слова вы ратуете? Против того что я назвал вас человеком или что сделал вам комплимент назвав молодой?

Смешки прекратились и несколько секунд был слышен лишь гул несущегося поезда. И в этот момент юноша, лет 12–13 из-за спинки сиденья высунув свою загорелую, обветренную мордашку заливисто засмеялся. Он громко хохотал, переводя взгляд с меня на женщину и было ощущение, что ему ещё в жизни никогда не было так весело. А потом грохнул весь народ так, что показалось, будто вагон затрясся от избытка энергии. Смартфоны снимавших нас подпрыгивали словно в конвульсиях вверх и вниз.

Женщина не просто покраснела, когда до неё дошёл весь смысл сказанного мной. Нет, варёный рак это не про неё. Лицо сделалось пунцовым, надувшись как воздушный шарик. Она открывала рот и снова закрывала, как рыба, выброшенная на лёд, окидывала взглядом смеющихся людей ища хоть в ком-нибудь поддержку.

Мужчина стоящий сбоку вытер платком глаза и встретившись со мной взглядом заржал как конь, закашлялся и хрипло проговорил:

– Чувак, а ведь ты меня провёл. Ты меня точно провёл. Я был уверен, что ты чёрный, – он развёл руки в стороны, – какой-же он африканец? Где вы видели негра с синими глазами? Да он на русском шпарит лучше, чем я. Чувак загорал на Канарах небось полгода, ха-ха!

В этот момент вагон начал притормаживать и мужчина, чтобы не упасть ухватился за меня, слегка оттянув ворот плаща и на миг его взгляд перехватил новенький орден на моей груди.

– Твою мать, братан, – воскликнул он, – извини вагон качнуло, – а потом глаза его сделались серьёзными, и он добавил, – ну если не на Канарах, то точно в тропиках и по воле Всевышнего. Дай Бог тебе здоровья братан.

Я приветливо улыбнулся в ответ и пожал плечами. Потом перевёл взгляд на взъерошенного мальчишку, который тоже уже не смеялся, а таращился на меня округлив свои глаза. Большие чёрные, как у Мобуту.

Чем закончилась история в метро я не знал. Поезд остановился, я вышел и заспешил по своим делам услышав лишь как сзади женский голос громко произнёс: «Осторожно, двери закрываются».

Глава 26

Девчонки только воду успели на огонь поставить.

Честно говоря, как Мобуту срезал эти плоды, для меня осталось загадкой. Это реально колючий куст с острыми шипами и стволом, с которым по моим понятиям справится только бензопила. А Джина говорила, что он это делал просто острым камнем. Мальчишка прямо виртуоз какой-то.

Единственно, что я помнил по поводу этих ягод так то, что из них каким-то чудом изготавливают мыло. Эти знания могли бы пригодится, но увы, их у меня не было. Конечно, можно попробовать методом тыка, однако нужно учесть, что такой метод применялся около двух тысяч лет, пока получили искомое.

Ещё кто-то рассказывал, что в роллтоне, который мы последнее время употребляли очень интенсивно, масло именно масличных пальм. Вроде ничего, вполне съедобно, но и это мне не прибавит никаких плюшек. Как эти ягоды превращают в масло я так же никакого представления не имел. Всё что помнил, эти технологии появились в 19 веке. Вопрос на засыпку: в какой век угодили мы?

Эти дети-троглодиты смолотили всё. И ягоды и роллтон. И теперь содрав с пальмы что-то похожее на смолу, скатали шарики и гоняли их во рту посасывая, словно леденцы монпансье. Ну чисто дети на пикнике, жующие жвачку. Разве что пузыри не надували.

Столовые приборы им не предлагали. Как сказала Элен:

– Этого делать не стоит, у нас всего по две упаковки, и если они начнут их грызть как это делала Ния, то завтра к вечеру мы все будем есть руками.

К сожалению, пришлось с этим согласится, тем более что некогда было заниматься обучением. Да и незачем, разве что для эксперимента. Кое как разместились в салоне, чуть ли не на голове друг у друга, и я завёл двигатель. В кабине тоже было тесновато. Дженни и обе новенькие девушки в своих белых набедренных повязках уместились рядом со мной. Одну из них звали Таонга и как пояснила Ния, это означает подарок. Да уж, повезёт кому-то с таким гостинцем. Лучшего и придумать нельзя. Вторая получила имя в первые минуты своей жизни. Акоко, что означало – очень шумная. Едва родилась устроила жуткий скандал и постоянно требовала к себе внимания. И видимо, полностью накричалась в детстве, потому как вела себя очень скромно, постоянно опускала глаза в землю и говорила так тихо, что Ние приходилось её переспрашивать по нескольку раз.

Запах от девочек, конечно, был не совсем приятным, но вполне терпимым. Ну, не мылись неделю, потели каждый день, но у них слишком юные тела и запах, собственный запах, забивал все остальные.

Ягодами меня угостила Джина. Совершенно не сладкий плод, привкус ореховый, но Ния утверждала, что очень питательный. Пыталась убедить, что небольшая жменя утоляет и голод, и жажду. Лично я весьма скептически к этому отнёсся. Мне кажется, даже ведро не поможет. Мякоти почти нет, масса очень волокнистая. Куриную ляжку, обжаренную в масле на сковороде, точно не заменит. От местной жвачки я вообще отказался, а вот Дженни с удовольствием её погрызла. Элен сморщила носик и тоже пробовать не стала, хотя африканка пыталась уверить что это вкусно.

Прежде чем мы успели тронуться в путь, Мобуту подвёл ко мне свою переводчицу и Джина, заложив руки за спину, чтобы я не видел, как она показывает кулак предводителю, перевела его слова:

– Алекс, Мобуту говорит, что твой нож очень хороший. Мобуту говорит, что твой нож порежет самую толстую шкуру. Мобуту говорит…

Я поднял руку прерывая её излияние по поводу того, что говорит Мобуту.

– Понял, нож режет всё. Я знаю это. Мобуту хочет иметь такой нож?

Девочка глубоко вздохнула и кивнула.

Вполне естественное желание, такого мальчишка никогда не видел. Увы, у меня всего четыре ножа и, хотя, я понимал, что они практически вечные, одиннадцатилетний Мобуту слишком мал для такого оружия. Разве что он примкнёт к моей команде, и я смогу его научить им пользоваться по-настоящему.

– Передай Мобуту, – сказал я Джине, – подумаю. И если он оправдает возложенные на него обязанности, сделаю ему такой нож. Ну и для начала было бы неплохо, чтобы он научился разговаривать на этом языке.

Сразу стало понятно, что мальчишка расстроился. Ясное дело, за пару дней новый язык не выучить, а иметь такой клинок он жаждал немедленно. Ну ничего, будет стараться. Для начала можно будет дать ему штык нож. Гораздо лучше, чем наточенный кусок камня.

До места, где мы впервые увидели реку добрались к часу дня. До воды было ещё метров семьсот, но я остановил автомобиль на окраине леса решив, что нужно напилить дров. Во-первых, ночью не очень жарко и совсем не плохо будет, если распалить огонь. Во-вторых, народу прибавилось настолько, что газ в баллонах у нас закончится очень быстро, а каши и на костре варятся ничуть не хуже.

Свалил три сухих высоких дерева сантиметров тридцать в диаметре, напилил метровыми чурками и наш грузовик за две ходки доставил их к месту расположения. Вся толпа добралась самостоятельно на своих двоих, но никто при этом не возмущался. Второй раз я поехал сам, потому как решил принять душ, разумно рассудив, что при такой толпе сделать это будет затруднительно.

И что удивительно, электропиле особо и не удивились. Видимо после автомобиля, который движется самостоятельно, решили, что такая штука – это само собой разумеющееся дело. Наблюдали издалека, как и было приказано, что-то обсуждая и тыкая в меня пальцами, а когда очередное дерево валилось, приветствовали громкими криками.

Гораздо больше возгласов удивления было, когда Элен чиркнула зажигалкой и из неё полыхнуло пламя. Всё правильно. Рубить деревья – это пройденный этап. Каждый может, кто быстрее, кто медленнее, а вот добыть огонь лёгким мановением и держать его в руках – это чудо.

Малыши вообще обомлели и прыгая на одной ноге громко вопили что-то похожее на: «Чуга! Чуга! Чуга!» и я решил, что это слово обозначает огонь. Даже в мыслях не было, что в нём заключено нечто гораздо большее.

Пару чурок оставил вместо столов, ещё десяток напилил под стулья, а остальные нарезал по пятьдесят сантиметров, чтобы было удобно колоть. Кстати сказать, с этой процедурой топор легко справился, в чем я изначально сомневался. Ну слишком он хлипко выглядел.

Казан подвешивать не стали, тупо обложили со всех сторон дровишками и получилось вполне качественно. Дженни, Таонга и Акоко занялись приготовлением гречки, я и Элен расположились в окопе, а Ния собрав вокруг себя детвору пуляла из лука по высокому сухому пню, стоящему метрах в ста от нашей позиции. В обхвате последний был не меньше того, что перекрывал въезд на поляну, с которой всё и началось и потому шагов с двадцати попадать в ствол у девушки получалось, хоть и не в центр, но ни одна стрела не улетела в саванну.

С луком и стрелами я никогда не пересекался. Книжки про индейцев читал, но описание во всех подробностях этого оружия в них точно не было. Однако, глядя на Нию, мне казалось, что игрушка, которую девушка держала в руках, выглядит неправильно и в детском отделе магазина 21 века смотрелось на порядок грознее.

– И какие у нас планы, – поинтересовалась Элен прервав мои мысли. Девушка уселась так, чтобы её не было видно и прикурила сигарету. Это она начала делать по моей просьбе. Как-то запомнилось, что Нию от этого потряхивало, а тут дети.

– Думал позже посовещаться, но раз ты уже спрашиваешь, – я оглянулся на неё, – пожалуй поговорим без Дженни.

– Она словно домой попала, видишь, как старательно что-то объясняет девчонкам. И ничего что они её не понимают.

Я, глянув на девушек, кивнул и развернувшись к Элен, спросил:

– Ты помнишь, что рассказывала Ния?

Элен выпустила дым на дно окопа и подняв голову сделала брови домиком.

– Это ты о чём?

– Куда племя мезабы их волокли.

– Мезабы? И как ты эти слова запоминаешь? Что-то рассказывала, да, помню.

– Ходит племя севернее, через небольшие горы. Там, где мы пытались прорваться, джунгли очень непроходимые. Поэтому проехать по западной стороне реки у нас не получится.

– И ты хочешь здесь переправиться на другую сторону? – в голосе Элен сквозило явное удивление.

– Бог с тобой, – я улыбнулся, – а ты не помнишь, что Ния говорила про свой побег. Как она удирала от крокодила.

– Помню, очень впечатлило.

– Я ещё кое-что услышал, когда она об этом вещала. Та речка и эта речка, одна и та же. Но здесь она очень широкая, а в том месте…

– Да-да, – согласно закивала Элен, – ты её переспрашивал. Я ещё подумала для чего.

– Вот-вот, – я кивнул, – место там узкое и не очень глубокое, а вот дальше, после очередного водопада растекается на всю ширь, потому тут и течение очень слабое.

– И далеко туда?

– Ния говорила, что бежала двое суток. Значит приблизительно 25–30 миль. Вряд ли больше. Через джунгли по спидометру мы проехали 19 миль. Если смотреть по карте, нужно свернуть на север и там точно ручеёк обозначен, вполне возможно, что отыщется переправа.

– Так это совсем рядом?

– Почти, но места незнакомые, поэтому я решил, что встанем здесь. Детей накормить нужно, отмыть. Их конвоиры об этом не очень заботились. Весь салон провоняем. И девчонок отмыть, кстати у Акоко женские дела начались. Я видел она из пучка листьев что-то себе конструировала.

– Если ты про примочки из 21 века, то даже не надейся, что я потрачу их на это племя, – Элен притоптала окурок и угрожающе подняла указательный палец вверх, – их очень мало, а аптеку по пути я что-то ни одной ещё не встретила.

– В это и не лезу, – махнул я рукой, – сами разбирайтесь. А завтра с утра махнём на северо-запад, через саванну. Там ведь тоже место нужно подобрать, не встанем где попало. Разведать, крокодилов отогнать, хоть одного к обеду приготовить. Пора переходить на свежее мясо. Консервы, это, знаешь ли, серьёзный стратегический запас, который мы безбожно расходуем не первый день.

– То есть ты надеешься прорваться по восточному берегу. Я правильно поняла?

– Абсолютно. Ния говорила, что там редкий лес, это один день пути, 10–12 миль, а потом саванна, вдоль которой они отшагали ещё пять дней. На карте озера нет, но речка никуда не делась. Ния говорила, что речка находится недалеко, но она не знает, продолжение этой или другая. И водопадов там нет. Я думаю, это как раз Убанги и есть. А она впадает в Конго.

– Я смотрела по карте, – равнодушно сказала Элен, – это очень далеко. Думаешь нам когда-нибудь ещё удастся приехать сюда?

– Если будет смысл. Ния рассказывала о старейшине племени. Говорила, когда родился её отец, старейшина уже был старым. Он первый кто выучил язык белого и часто общался с ним. И ещё живой. Нам повезёт, если мы его найдём. Может быть именно тогда и решиться наша судьба.

– Я этого не помню, – взволнованно заговорила Элен, – как я могла это прослушать?

– Ты в тот момент рвала и метала по поводу того, что за тебя хвост от крокодила предлагали. Да и особо не разглагольствовала она. Так, сказала мимоходом. А я себе на корочку записал.

– На корочку он записал и молчал столько времени. А я уже совсем не понимаю куда едем. Подумала, решил развести пассажиров по домам.

– Так и есть, – я рассмеялся, – ведь только таким образом мы сможем встретиться со старейшиной.

– Ну да, ну да, – согласно кивнула Элен, – только вот что. Подъедем к поляне.

– Подъедем, – я согласно кивнул, – шансов ноль, но и на старуху бывает проруха.

Элен высунулась из окопа, огляделась и внезапно резво прижалась ко мне. Я и охнуть не успел как она запустила правую руку в брюки.

– С ума сошла, – прошипел я, – вокруг полно народу.

– Алекс, тебе не понравился мой ротик, – задорно спросила она, расстёгивая ремень у меня на брюках.

– Нравится, но…

– Никаких, но, я быстро, тем более, если нас застукают в проигрыше буду только я.

– Ты рехнулась, – только и успел простонать, когда она, опустившись на колени добралась до своей цели.

– Как камень, – прошептала она, – Алекс, Алекс, нельзя же доводить себя до такого состояния. И сотри с лица постное выражение, иначе я тебя укушу и тебе не понравится.

Нет конечно, я совсем не против её желания. Даже больше скажу. Хочется сорвать с неё одежду и на несколько часов забыть обо всём на свете. И в конце концов заняться традиционным сексом. Конечно, это случится, я ни сколько в этом не сомневаюсь, вот только где и когда мы сможем уединиться вдвоём на длительное время – это вопрос.

По-моему, я именно об этом думал в тот момент. Уже и не помню, на чём прервались мои мысли. Мозг, как и в первый раз буквально разорвало, выбросив перед глазами блестящие разноцветные огоньки.

– Всё в порядке?

Голос Элен словно выплыл из облаков.

Открыл глаза и глянул на примостившуюся рядом девушку.

Ну и что ей ответить? Такого взрыва в глазах у меня в прошлой жизни не было. А Колян утверждал, что для этого нужны толстые губы. Как оказалось не нужны.

Кивнул. Не захотел отвечать осипшим голосом, а он у меня в тот момент точно был такой. Бахнуть кофе, прийти в себя. Тихо прошептал:

– Кофе выпью.

Элен хихикнула. Да уж, голосок у меня ещё тот. Что она со мной сделала?

Я поднялся, оправился, затянул ремень и уперевшись в камень спрыгнул вниз.

Ну вот был же до сих пор нормальный день. Прямо перед раскрытыми дверьми в салон автомобиля вляпался ногой в коричневую массу. Говорят, к деньгам, но в этот момент эту шутку я бы не оценил.

Девчонки, увидев моё недоумённое выражение лица прыснули со смеху. Весело им. И Дженни туда же. Ну ладно эти две малолетки Таонга и Акока, но она же оттуда вместе со мной прибыла.

С трудом сдержался, чтоб не зарычать.

Вышел на открытый участок и громко позвал Нию, а когда она оглянулась, помахал ей рукой.

Через минуту дочь вождя и вся ватага примчались на мой зов.

– Что-то случилось? – едва отдышавшись спросила Ния.

– Случилось, – подтвердил я и обличающее ткнул пальцем в продукт жизнедеятельности организма, – что это такое?

Ния оглянулась, наморщила лоб и переспросила:

– Алекс не знает, что это такое?

Дети захихикали. Глянул на них таким взглядом, что сразу притихли, даже у Нии подогнулись коленки. Даже стало любопытно, что они прочитали на моём лице, какие кары привиделись?

Я достал из салона два ведра и наполнил их водой из бака, при чём проделал это в полной тишине. Потом потребовал всех, кроме Элен и Дженни двинуться за мной и при этом захватить с собой вёдра.

Ещё в первое наше пребывание мы оборудовали место за небольшим холмиком в пятидесяти шагах от автомобиля. Выкопал ямку вполне себе подходящую сразу за невысоким пнём. Удобно получилось. Вроде стульчика. Не совсем домашние условия, но никто про это не говорит. Ния уже видела подобную площадку на предыдущем месте обитания и мне показалось, что я объяснил ей вполне доступно наши правила. Но нет, сейчас хлопала ресничками ничего не понимая.