Текст книги "Список невест лорда ректора (СИ)"

Автор книги: Орхидея Страстная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 12 страниц)

25

– Почему? – искренне изумился профессор.

– Да как бы, – замялась я, не зная, как корректней выразиться. – Я пока ничего не сделала толком, а уже внимание ректора. Ещё скажут, что я не сама всего добилась, а с чужой помощью.

Преподаватель с минуту смотрел на меня скептично, словно надеялся, что я передумаю. Но в итоге сдался и заверил:

– Просьбу я, конечно, твою уважу.

Однако наивно с моей стороны было думать, что я отделаюсь без нравоучений.

– Вот только послушай, что я хочу тебе сказать, – продолжил преподаватель, и я исключительно из вежливости не закатила глаза. – Знакомство и контакт с таким артефактором, как принц Каспиан, в будущем тебе будет намного полезней, чем мнение завистников. Если кто-то захочет принизить твой талант, он найдёт, к чему прицепиться. Скажут, что профессор помогал или что тебе просто повезло. Или что с таким даром как у тебя любой бы смог вырастить Безвременник. Вот только вряд ли эти люди сами хоть чего-нибудь добьются в жизни, да и из твоей скоро уйдут. Я бы не стал обращать на них внимание.

Мнение оказалось довольно неожиданным, но сейчас я почему-то не могла его оценить. Преувеличивает профессор или вкладывает в слова нечто очень личное, что мне не особо пригодится, пока рассудить не получалось. Поэтому, поблагодарив, я решила поразмыслить над этим как-нибудь потом.

Правда, потом никак не наступало, потому что пришла пора подготовки к экзаменам. Да и работа с цветами перешла в другую – боле замороченную – стадию. Хотя во многом стало проще из-за сделанных для меня артефактов – я уже не бегала в оранжерею ночами. Но всё равно пришлось попотеть, потому что начался самый тяжёлый этап скрещивания. Кас иногда приходил по вечерам, но я была так занята, что мы лишь целомудренно разговаривали. Как мне казалось, ни о чём, но ректора устраивало, а мне не мешало.

Тем удивительнее в этой кутерьме было увидеть, как неспешно, прижимая что-то к груди, на лекцию вплывает Эмма. Пользуясь тем, что это последняя лекция перед экзаменом, все задавали вопросы, а она сидела одухотворённая и смотрела куда-то вдаль. Рядом со мной сидела, так что чувствовала я себя особенно неуютно.

Естественно, стоило паре закончится, как любопытные тут же подскочили к девушке узнать причину столь странного поведения. Правда, Фанни начала издалека:

– Что это у тебя?

– Артефакт для искусственного освещения, – воодушевлённо ответила Эмма. – Можно задать время и яркость. Идеален для теплицы.

– Ого, какая полезная штука, – заметила Гарриет. – Такой не так просто найти и стоят они прилично. Где взяла?

– Лорд ректор подарил! – выдохнула Эмма, и в этот момент я поняла, что девушка буквально сама вырыла себе яму.

Да не просто яму, а целое ущелье она себе вырыла, судя по взглядам окружающих! Я уже мысленно отметила, что в полку списочных прибыло. И совершенно случайно поняла, что думаю об этом сейчас с каким-то скрытым злорадством, уж больно напоминающим ревность.

– С чего бы ему делать тебе столь щедрый подарок? – прохладно спросила Гарриет, но Эмма подвоха не заметила и честно ответила:

– Не знаю! Может я понравилась ему? Он заметил, как я несла свой цветок для курсовой. Спросил, не травница ли я случайно. Поговорил со мной про язык цветов… Поблагодарил за помощь и вот! Вручил!

Какого чёрта Кас творит и почему не мог просто спросить меня, я не знала. Сперва разозлилась, потом забыла об этом. Поэтому я очень удивилась, когда в выходной домовой вдруг доставил мне букет синих гиацинтов.

– Ой! – заявила я, опустив глаза на цветы.

– Цереса дель Гранде? – для проформы уточнил местный посыльный и, не дождавшись ответа, сообщил: – Это вам!

26

Глупо было спрашивать от кого. Я и так знала, да и карточка там лежала. «Я понимаю, что ты сейчас очень занята, но я бы хотел позвать тебя прогуляться. Можешь освободить для меня вечер следующей субботы? Кас». Я только головой покачала, не зная, как реагировать. Синие гиацинты означали уважение, преданность и верность. И вроде бы хорошее значение, вот только дарили их обычно после долгих лет брака.

Но цветы были красивые, так что я решила больше ректора с их значением не пилить. А то пока он будет пытаться точнее узнать смысл букета, у меня все одногруппницы вне списка закончатся.

Однако, несмотря ни на что, я даже злиться перестала.

– Ты чего так мечтательно улыбаешься? Ректор твой, что ли, букет прислал?

– Он не мой, – поспешно поправила я и попыталась сделать выражение лица более строгим.

Судя по всему, с треском провалилась, потому что Джинни лишь поддела:

– Кажется, он собирается с этим поспорить. Но у тебя есть фора – ты ещё не его.

Вздох у меня вышел тяжеловатым. Ситуация складывалась неудачная – я уже сама себе не верила и не понимала, чего именно хочу. А тут ещё как на зло это приглашение…

– Он зовёт меня на свидание, – поделилась я с сестрой, слегка обескураженная происходящим. – А я не знаю. Вроде бы я и не против провести с ним время, но не уверена, готова ли я на какие-то более серьёзные отношения.

– Ты же не хотела быть принцессой ещё и в замужестве, – напомнила Джинни.

– Да, но Кас намекает, что симпатичного тебе человека не так просто найти, а профессор Бридинг говорит, что это более полезный контакт…

– С каких это пор ты стала слушать чужое мнение? – перебила меня сестра, вздёрнув бровь.

Наверное, с тех пор, как оно стало казаться мне симпатичным. Точнее даже не оно, а один конкретный мужчина. Но вслух я в таком признаваться не собиралась, поэтому вернулась к своей проблеме.

– Как думаешь, стоит с ним идти на свидание или нет?

– Это же твоё свидание, а не моё, – пожала плечами сестра, намекая, что советовать в вопросе она мне не собирается. – Единственное… могу тебе предложить определиться, насколько он серьёзен относительно тебя.

– Как? – тут же заинтересовалась я.

– Соглашайся, а я пойду вместо тебя, – предложила Джинни. – Посмотришь из-за угла, отличит он нас или нет. Если перепутает, то и вопрос сам собой решится, правильно?

– В точку, – согласилась я, поняв, что так точно перестану сомневаться.

По крайней мере, если Кас ошибётся. А вот что делать, если нет, я даже не знала, но решила подумать об этом позже.

Зимой в Артефактуме солнце садилось очень рано, так что встречались мы уже затемно. Возле окольного выхода из академии, о котором я раньше даже и не знала. Естественно, я хотела посмотреть на всё своими глазами, поэтому отправилась вместе с сестрой.

Готовились к этому событию мы серьёзно – даже нарядили Джинни в мою одежду. Правда, я как-то незаметно для себя тоже одевалась для свидания. Тёплая кофточка парадная, сапожки расшитые, пальто с меховой оторочкой. И хоть я воспринимала происходящее как очередную шалость, но на сердце всё равно было тревожно.

А вдруг Кас нас действительно перепутает и я… расстроюсь?

А если наоборот узнает и обидится, что мы так играем?

В общем, прятаться за ближайшим сугробом мне было довольно нервно. Особенно после того, как ректор пришёл и стал ждать меня возле ворот. Я уже перебрала у себя в голове тысячи вариантов развития событий, однако совершенно не ожидала того, что случится на самом деле.

27

Стоило сестре появиться в его поле зрения – ещё даже я её не видела! – как Кас взволнованно спросил:

– Джинни? Почему ты здесь вместо Цесы? С ней всё в порядке?

Опешили мы все. Я, конечно, растерялась, но посчитала, что лучше сразу признаться в шутке, чем водить ректора за нос. Выскочив из своего укрытия, я тут же крикнула:

– Я здесь!

Кас замер, в недоумении переводя взгляд от меня к сестре. Дождался, пока я подойду, видимо, надеясь на объяснения.

– Извини, дежурная проверка, – попыталась я ответить невинно, заодно наблюдая за реакцией.

– С такого расстояния меня никто не узнавал, – хмыкнула Джинни, почему-то с восхищением. А потом сообщила мне: – Кажется, на сегодня я свободна, – и проворно скрылась где-то за деревьями.

Мы с Касом остались наедине, и он всё ещё ждал от меня объяснений. И эмоции я его по этому поводу прочитать не смогла.

– Часто вы так кавалеров проверяете? – хитро спросил он, кажется, без обиды.

– Если вопрос очень серьёзный, – стараясь держаться уверенно, пояснила я.

На самом деле хотелось сгореть от стыда и провалиться в сугроб. Его безупречная интуиция делала ситуацию очень неловкой. Если бы он хоть минутку посомневался, было бы проще.

– Я рад, что мы перешли в стадию серьёзных намерений, – ехидно заметил Кас, и я всё же не выдержала.

– Как ты нас отличил? – выпалила я, снедаемая любопытством.

– Не знаю даже, – пожал Кас плечами. – Мне кажется вы вообще не похожи.

– С такого расстояния?! – возмутилась я, не уверенная, что сама нас отличила бы издалека.

– У меня хорошее зрение. А у вас даже походка разная.

Походка? По сугробам вперевалочку? Я даже не стала уточнять, насколько он это серьёзно. Просто смирилась и сменила тему:

– Так куда ты собирался со мной пойти?

– Прогуляться по городу, – невинно предложил ректор, а меня чуть удар не хватил.

Да если я сейчас с ним даже рядом два метра по людной улице пройду, с утра меня засунут наверх списка, а папа к обеду вышлет брачное предложение с перечнем приданного.

– Не торопись возмущаться. Я помню, что ты просила без публичности, – самодовольно заявил Кас, вдруг достав небольшую заколку, и без спроса закрепил её у меня в волосах, под шапкой со словами: – Подсмотрел идею у одного мастера.

Я хотела уточнить, какую идею, но вдруг поняла, что из-под шапки у меня торчат не знакомые рыжие кудряшки, а длинные чёрные волосы.

– Оу, – изумилась я, а мой кавалер услужливо достал карманное зеркальце.

В общем, я была достаточно милой, но совершенно на себя не похожей. Это меня почти устраивало, но не успела я высказать своё мнение насчёт ректора в спутниках, как вдруг он закрепил нечто подобное на своём воротнике, и передо мной уже стоял статный мужчина с рыжими усами.

– Ой! – непроизвольно выдала я, а потом бесцеремонно потянулась трогать усы.

Кас не сопротивлялся – наоборот, с лёгким превосходством хищника следил, как я старательно вожу пальцами и у него над губой.

– Надо же, не чувствуется, – восторженно заявила я, и в этот момент Кас не выдержал и перехватил ладонь.

Сжав мои пальцы, он прикоснулся к ним губами, заставив меня чуть согреться от пробежавшего внутри возбуждения.

– Естественно, – заявил он с насмешкой. – Это же всего лишь иллюзия, а не что-то материальное. Или, может, мне стоит отрастить усы?

– Не уверена, что с ними удобно целоваться, – задумалась я. – Кто-то жаловался, что колется.

– На морозе, кстати, тоже не рекомендуют, – серьёзно сообщил ректор, и я вдруг поняла, насколько крепко он прижимает меня к себе.

Рука на моей талии не позволяла отстранится, да я и не собиралась. Стоило губам Каса коснуться моих, как я с трепетом ответила на поцелуй. Мороз колол щёки, а в тёплой одежде было неловко и неудобно, но наши ласки оказались столь сладкими, мы едва смогли прекратить.

– А почему, кстати, на морозе нельзя? – уточнила я, когда мы чуть отстранились.

– Говорят, губы обветрятся, – просветил меня кавалер.

– О, не страшно! Попрошу у сестры увлажняющее зелье. С ним она неплохо справляется, – не задумываясь выпалила я.

28

Как мы сдвинулись с места и всё же добрались до города, я вообще не понимала. Не спрашивала даже, куда мы шли и зачем, хотя у Каса явно был конкретный план. Я же почему-то могла думать лишь о том, как горят мои губы.

Насторожилась я только тогда, когда мы свернули в сторону катка. Гирлянды весело подмигивали нам трёхцветными огоньками ещё издалека, из кристаллов-артефактов лилась приглушённая музыка, которую заглушал весёлый галдёж толпы.

– Только не говори, что мы на каток, – попросила я чуть настороженно.

– Почему не говорить? – ехидно отозвался Кас, который именно туда и напрялся.

– Потому что я не умею кататься, – честно предупредила я, недовольная тем, что вместо приятного романтического свидания мне сейчас предстоят спортивные тренировки.

И про себя отметила больше на свидания непонятно где не соглашаться, даже если очень нравится кавалер. Впрочем, появились шансы, что после сегодняшнего вечера симпатии к ректору у меня поубавится.

– Ничего страшного, я тебя научу, – не проникся Кас.

Это даже звучало ужасно, но я не стала ничего говорить вслух. В конце концов, отказаться варианта у меня всё равно не было.

В небольшой раздевалке стояли шкафы с коньками на разные размеры и ряды лавочек, чтобы удобней было переобуваться. На одну из них меня и усадил Кас, спросив:

– Какой у тебя размер?

– Пятёрка, – ответила я, с затаённым восторгом глядя на пустые ячейки с этой цифрой.

Кажется, у меня оказался самый популярный размер в самый пик посещений по времени, и наше свидание имело все шансы закончиться в другом месте. Возвращения Каса я ждала почти с предвкушением, глядя, как за высоким деревянным ограждением то и дело мелькают меховые шапки катающихся.

Вот только не успела я помечтать о смене планов, как ректор вернулся с коньками.

– Это же шестёрка, – проверив, заметила я с лёгким возмущением.

– Правильно, – ничуть не смутился Каспиан, ища что-то во внутренних карманах пальто. – Размер в размер у нас только драконы берут да стихийные маги. И дурни. Для остальных на улице мороз – нужно место под носки.

И не успела я опомниться, как эти самые носки он и достал. Молочные такие, славненькие. С коричневыми ромбиками и белочкой.

– Согревающий артефакт, прекрасно тянется, – успел отрекомендовать Кас, снимая с меня сапоги, пока я не опомнилась.

– Только не говори, что ты сам вязал, – попросила я, наблюдая за тем, как принц бережно их на меня надевает. А затем и коньки, на которых ответственно затягивает шнуровку.

– Нет, я только нитки готовил, – хмыкнул он. – А вязала бабушка Люси. Велела невесте подарить.

Конечно, я помнила, что сама являлась принцессой, но от того, что на мне артефакт собственноручно связанный вдовствующей королевой Артефактума, стало немного дурно. Даже позабылось, как я не хотела на каток, и я покорно позволила Касу меня вытащить.

Впрочем, опомнилась я, стоило ступить на лёд. Мир пошатнулся, ноги попытались разъехаться. Мужчина на коньках казался чем-то крайне ненадёжным, поэтому, взмахнув руками, я решительно вцепилась в бортик. Стоял бы здесь столб, я бы предпочла обхватить его как коала, но мы имели что имели.

– Цеса, – удивлённо и чуть насмешливо глянул на меня Кас, протягивая ладонь. – Пойдём. Научу тебя держать равновесие.

– Ты себя переоцениваешь, – с достоинством заявила я, намекая, что дело не только во мне.

– Ты хоть дай мне в этом убедиться, – предложил ректор, но я к таким жертвам была не готова!

Словно дразня меня, он решил немного покататься вокруг. Нарезал круги, как-то хитро разворачиваясь и покручиваясь, что мне лишь дурнее стало.

– Я думала артефакторы только в своих изобретениях ковыряться умеют, а не танцевать на льду как профессионалы, – съязвила я, желая задеть, но Кас только рассмеялся:

– Артефакторам, знаешь ли, много чего уметь приходится. А фигурное катание вообще наше местное развлечение. Мне кажется, все жители умеют. Это не сложно. Давай попробуем?

Вздох у меня вышел очень тяжёлым. Оглядев каток, я признала, что по искрящемуся в свете фонарей льду рассекают все, от мала до велика. И ребятишки мне по пояс, и почтенные бабушки в шерстяных шалях под руку со степенными дедушками. Последние катались неторопливо, размеренно, и я даже подумала, что так можно попытаться.

– Ну что? – спросил Кас, словно почуяв, что я готова оторваться от ограждения. – Дашь мне шанс?

29

Шанс-то я дала, вот только теперь вцепилась в ректора, как в ограждение до этого. С той лишь разницей, что теперь мы двигались. Упасть я пыталась несчётное количество раз, но Кас – чудом не иначе – умудрялся держать нас в вертикальном положении.

Я пыхтела, выдыхая горячие паровые облака в морозный ночной воздух, и в принципе почти научилась медленно ехать по прямой. И по очень большой дуге. Но прямо восторга от катания на коньках не испытывала, о чём и сообщила Касу.

– На скорости, конечно, интересней, – ничуть не удивился он.

– Боюсь, такими темпами ездить на скорости я смогу только в старости, – намекнула я, что занятие стоило бы сменить.

Ректор о чём-то серьёзно задумался, незаметно притормаживая. Когда мы подъехали к раздевалке, то и вовсе совсем остановились. Я уж было обрадовалась, что на этом мои мучения закончатся, но Кас лишь хитро попросил:

– Подождёшь меня две минуты? Попробуем немного сжульничать сегодня, чтобы поторопить события.

– Ладно, – вздохнула я, присаживаясь на лавочку у борта.

В принципе отдохнуть казалось не самой плохо идеей. Чуть прикрыв глаза, я опёрлась спиной об ограждение. С неба потихоньку начал падать мелкий снежок, и я бы сказала, что погода сегодня изумительно романтичная, если бы не это почти провальное свидание. Радовало только то, что у меня ноги не мёрзли.

– Барышня, а чего это вы здесь одна сидите? – вдруг раздался незнакомый мужской голос рядом со мной.

Обернувшись, я увидела компанию старшекурсников, среди которых не затесалось ни одной девушки. Я не могла с первого взгляда составить своё мнение о них по внешнему виду… но сразу определилась, что они меня не очень-то и интересуют. Поэтому просто буркнула:

– Барышня отдыхает, – и попыталась отвернуться.

Не тут-то было. Познакомиться им хотелось очень сильно – рядом со мной на лавочку опустились сразу с двух сторон и затараторили:

– Отдых – прекрасное занятие!

– Хотите, мы принесём вам горячий пунш, чтобы вы расслабились?

– А вы не местная? У вас такой интересный акцент. Приехали учиться в академию?

– Да, приехала. И нет, пунш не хочу, – категорично ответила я, не зная как поступить.

По-хорошему стоило встать и уйти, но здесь хотя бы было людное место, да и Кас должен был вернуться.

– Ой, а на каком вы факультете? – тут же заинтересовался один из старшекурсников. – Мы вот артефакторы.

Пока я приоткрыла рот, не зная, отвечать или не стоит, всё решилось само.

– Томас, Финниган, Вуд, Джордан, – строго назвал каждого по фамилии ректор. – Делать нечего к барышне приставать? К экзаменам уже готовы?

Парни вздрогнули. Хоть голос у Каса был и не тот, но ректорские интонации было ни с чем не спутать. Не успела я моргнуть, как навязчивых ухажёров и след простыл, а мой кавалер вернулся с какой-то небольшой бутылочкой.

– Разгильдяи, – припечатал он, глядя как компания торопливо сдаёт коньки и удирает обратно в академию. – Ещё и к чужим барышням пристают.

Потом принц искоса глянул на меня и деликатно, но с ноткой ревности, спросил:

– Или ты бы предпочла их общество?

– М-м-м, – протянула я, желая подразнить ректора. – Пожалуй, нет. Даже на катке с тобой интереснее. Но ты, кажется, сейчас раскрыл своё инкогнито.

– Не велика беда, – отмахнулся Кас, вновь встав передо мной на колени. – Главное же, что ты осталась неизвестной, я прав? А каток мы сейчас постараемся реабилитировать.

Мысль, что реабилитировать каток невозможно буквально проступила у меня на лице кривой улыбкой и не только. Вот только ректор на моё лицо не смотрел – он чем-то с интересом натирал полозья моих коньков.

– Это что? – не выдержав, уточнила я.

– Пыльца Призрачного Охотника, – сообщил Кас, совершенно не прояснив ситуацию. Правда, тут же исправился: – Должна помочь тебе час держать равновесие и не падать.

На баночку в его руках я взглянула с куда большим уважением.

30

Правда, сомнения всё ещё одолевали меня, но они развеялись, стоило нам вновь ступить на лёд. Принц вёл, я просто следовала за ним, держась за руку, но мы покатились! Быстро, волнующе, со скоростью ветра! Легко-легко, и главное я совершенно не думала, что сейчас упаду!

Кас хитро кружил меня, то прижимая к себе, то позволяя даже проехать несколько метров самой. Почти. Мы соприкасались лишь кончиками пальцев сквозь перчатки.

– Ну как? – хитро спросил Кас, когда мы наконец остановились.

Крепко прижимаясь друг к другу и тяжело дыша, мы заглядывали друг другу в глаза. Кажется, я выглядела восторженной, поэтому с чистой совестью призналась:

– Восхитительно!

– Значит, буду тебя потихоньку учить без жульничества, раз всё-таки тебе угодил. А сейчас, к сожалению, пора где-нибудь посидеть и согреться. У тебя все щёки красные от мороза.

– А можно немного жульничать? – с надеждой спросила я, представив, что до этих ощущений мне ещё страдать и страдать.

Ректор хитро прищурился, глядя на меня. А затем улыбнулся и вальяжно разрешил:

– Разве что иногда.

Я думала, мы устроимся в какой-нибудь таверне рядом с катком, но мы отошли на приличное расстояние, свернули в закоулок и разместились в ресторации при гостинице.

– Интересно, – озадачилась я, когда мы сняли верхнюю одежду и устроились в уголке. – Почему-то здесь мало народу. Я думала сейчас все интересные места заполнены до отказа.

– Здесь скромное меню, – пояснил Кас, как раз листая страницы. – Горячие напитки да десерты, но зато отменные, – а потом, подумав, добавил: – И, может, ещё влияет, что это ресторан при гостинице для развлечений.

В миг моё лицо стало непроницаемым. Как реагировать на новость, я не знала. С одной стороны, принц не сказал мне, куда и с какими мыслями меня ведёт. С другой – оранжерея так вообще не предвещала беды, а мы устроили там разврат.

– Если ты не захочешь, мы не станем здесь задерживаться, – заметив моё волнение, сообщил Кас, даже не глядя на меня.

И озадачил меня этим совершенно! Так-то нельзя сказать, чтобы я не хотела… Но почему-то решать и заниматься любовью организованно казалось более странным, чем наши спонтанные порывы.

Впрочем, к нам подошёл официант, и я решила разбираться со всеми проблемами по очереди. И начала с горячего глинтвейна, который давно хотела попробовать, и торта со слоями из вишни и шоколадного бисквита. Он был такой вкусный, что буквально таял во рту!

Напиток грел не только руки, но и всё внутри. Так ещё в и комнате было тепло от камина. С каждым глотком от алкоголя сознание чуть затуманивалось. Я чувствовала восхитительную лёгкость, и беседа с Касом от этого текла особенно легко.

– Я, конечно, всегда знала, что артефакты полезные, – сорвалось у меня с губ, – но даже не представляла всех их возможностей! Это же буквально… возможность пользоваться магией даже тем, кто не смог получить её по рождению.

– Даже не думал, что подобные мелочи тебя настолько впечатлят, – улыбнулся Кас, осторожно вытирая салфеткой губы и глядя на меня так, что по всему телу у меня прокатилась горячая волна. – Наверное, тебе особенно понравится курс в следующем семестре.

– Какой курс? – нахмурилась я, не сразу поняв, о чём он.

– Артефакты в магической ботанике, – пояснил ректор. – Я немного поменял ваш учебный план.

– Профессора не возражали? – изумилась я. – Обычно же у них всё расписано…

– Они были счастливы, – скептично заметил принц, пока я успела прихлебнуть из своей кружки. – Я же сам вести вызвался.

Поперхнувшись, я умудрилась выплюнуть изо рта часть глинтвейна да ещё и запачкать им свой свитер. Но я вообще об этом не волновалась, потому что меня попросту обхватила паника.

– Ты что?! – переспросила я, надеясь, что не услышала.

– Буду вести у вас курс по артефактам после Йоля, – машинально ответил Кас, уже успевая протирать салфеткой пятно на моей кофточке.

А я сидела… и приходила в ужас. Потому что вот чего-чего, а такого близкого контакта с ректором на виду у всех точно не желала! Они устроили этот бардак со списком, когда он просто мимо проходил, а тут часа три в неделю можно сказать личного общения!

Это безумие требовалось остановить, даже если мы сейчас разругаемся!