Текст книги "Список невест лорда ректора (СИ)"

Автор книги: Орхидея Страстная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 12 страниц)

63

– Сначала был уверен, что тебя привезли на ковре самолёте. Потом эта мысль как-то вылетела у меня из головы, – поделился ректор, ведя меня в странном направлении.

Неуверенно глянув нам за спину, я на всякий случай уточнила:

– Центральная улица в другой стороне.

– Знаю, – ничуть не смутился Кас. – Но мы ведь идём на аукцион. Ближе с другой стороны пройти.

В этот момент я вспомнила, что не сказала адрес. Джинни его не знала, Сьюзан вряд ли бы сдала, если говорила только часть. Поэтому, нахмурившись, я недоверчиво уточнила:

– Ты откуда знаешь, где проводят подпольные аукционы? Бывал там?

– Не подпольные, а закрытые, – поправил меня ректор.

– Разве это не одно и то же? – изумилась я.

Кас лишь мотнул головой и пояснил:

– Там не продают ничего противозаконного, просто прячутся, чтобы толпа не набежала. Пускают только состоятельных людей. Надеюсь, ты основательно подготовилась, чтобы к тебе не возникло вопросов?

И вроде бы спрашивал он с лёгкой иронией, но я уловила в голосе недоверие. Подумала. Неуверенно уточнила:

– А королевская чековая книжка подойдёт?

Кас встал как вкопанный. Подумав пару минут, он вкрадчиво попросил:

– Только не говори, что ты в учебной одежде.

– Я в свитере и шерстяных штанах! – возмутилась я. – На улице зима, в вашем Артефактуме дубак!

– Ла-а-адно, – протянул Кас, вновь сдвинувшись с места. – Сейчас по дороге что-нибудь придумаем.

Что он собирался придумать по дороге посреди ночи, я, честно сказать, представляла плохо. Поэтому, когда он выбрал закрытую лавку, в тёмных витринах которой стояли манекены с готовыми платьями, я насторожилась. Когда обошёл её вокруг, чтобы зайти с чёрного хода, собиралась потянуть ректора обратно. Однако он бесстыдно дёрнул за верёвку и где-то внутри зазвенел колокольчик.

На всякий случай я заранее начала сгорать от стыда. Ушла бы, но предполагала, что Кас меня не отпустит. В доме же в это время кто-то начал шумно спускаться по лестнице, поминая недобрым словом ночных визитёров. Я даже поспорить не могла!

Худая угловатая женщина в чепце и домашнем халате грозно распахнула дверь. И тут же растеряла весь пыл, увидев нас.

– Ваше высочество лорд ректор! – чуть заикаясь, выдала хозяйка сразу все приветствия, которые вспомнила. – Какими судьбами в столь поздний час?

– Минерва, выручайте! – попросил он. – Повёл барышню на свидание в приличное место, а она забыла принарядиться.

Ситуацию хозяйка поняла сразу, но по её взгляду место, куда девушку водят на свидание среди ночи, на приличное не тянуло. Впрочем, ничего говорить она не стала – просто посторонилась, приглашая нас пройти, и спросила:

– У барышни есть пожелания по наряду?

– Чтобы юбка скрывала шерстяные штаны, – тут же категорично сообщила я.

Минерва хмыкнула и одобрительно заметила:

– Барышня восхитительно практична. Как я могу к вам обращаться?

– Цеса, – представила я по-простому.

– Очень приятно, леди Цеса, – ни на секунду не усомнилась хозяйка в моём аристократическом происхождении. – Проходите с его высочеством в выставочный зал, присмотрите что-нибудь. Через пару минут я к вам присоединюсь.

Где выставочный зал Кас знал прекрасно, а у меня вот были одни вопросы. Дождавшись, пока хозяйка скроется, я тихо поинтересовалась:

– К кому мы вломились?

64

– Минерва – бывшая главная швея королевского дворца. Несколько лет назад она ушла на пенсию и открыла небольшое ателье в Филстоне. Сказала, что хочет сосредоточиться на платьях для юных барышень, но, кажется, она просто от нас устала.

– Но ты и здесь её достал? – хмыкнула я, примерно представляя ситуацию.

– Да я первый раз ночью и с барышней! – клятвенно заверил Кас. – До этого только вечерами с тортиком.

Я собиралась съязвить, но тут ректор пару раз хлопнул в ладоши, и в выставочном зале загорелся свет. После этого я, клянусь, забыла обо всём! Наряды здесь были потрясающие! С узорной вышивкой, изящным кружевом, ярких расцветок.

– Я застряну в примерочной и не успею на аукцион, – обречённо заверила я.

– Давай сейчас вот это фиолетовое, а потом мы придём сюда днём, и ты застрянешь в примерочной? – предложил Кас альтернативу.

Тут же я бросила взгляд на то фиолетовое, о котором он говорил. Глубокое декольте открывало плечи, а нижняя юбка с изящными украшениями скрывала тёплые штаны, но при этом не мешала двигаться.

– Согласна! – выдохнула я восторженно, но прозвучало слегка двусмысленно.

Сидело платье на мне великолепно. Минерва подправила лишь пару швов каким-то хитрым швейным артефактом, и я уже снова направлялась на аукцион с твёрдой решимостью заглянуть в ателье ещё разок.

Помещение располагалось в подвале хлипкой заброшенной лачуги – вряд ли бы я решилась сунуться туда без Каса. Во всяком случае, обошла бы вокруг раз десять, следя за гостями. И ни за что бы не догадалась, что внутри прячется чуть ли не вместительный подземный особняк.

– Так вот почему они находятся на отшибе, – тихо пробормотала я, поражённая масштабом. – А я думала Филстон – маленький городок.

– Маленький, – не стал отрицать Кас. – Но он при академии. Здесь всегда много туристов и приезжих. Да и опять же – просто так на аукцион не заглянут. А кому надо могут порталами прискакать хоть из столицы, хоть из другой страны.

Просто так заглянуть было действительно сложно. Нас-то с принцем запросто пропустили – за два с лишним года его тут каждая собака знала. А вот несколько барышень и одного смазливого типа при нас отправили восвояси.

– Меня бы одну, наверное, тоже выставили, – задумалась я.

И Кас не стал обнадёживать, заявив:

– Ты, конечно, очаровательна и в том свитерке, но, вероятно, да. Тебя бы приняли за охотницу на женихов и развернули у входа.

В очередной раз я подумала, что не стоило дуться на недопонимание. Лучше бы сразу поговорила и всё решила. Ну или просто бы сходила в странное место вместе с ректором, а дулась бы уже потом, не смешивая дела с личным.

Не все гости блистали как новогодняя ёлка, но в большинстве чувствовалась стать и величественное спокойствие. Как бы я себя здесь чувствовала в свитерочке и шерстяных штанах, даже представить странно. Впрочем, последние меня не оставили, потому что переодеваться в дамском комнате я постеснялась.

Удивительно, но нас разместили в ложе бенуара, хотя о визите мы заранее не предупреждали. И я сразу почувствовала, как на нас внимательно смотрят все, кто заходит в аукционный зал.

– Даже неловко, что мы здесь просто за слезами Кирина, – пробормотала я, чувствуя себя непривычно.

Сейчас казалось, что принцессой я была немного бракованной, потому что у себя в стране подобного пиетета от окружающих не ощущала. Или просто не выбиралась в те места, где могла бы его в полной мере почувствовать.

– Может ещё что-то купим – здесь бывает интересное, – предположил Кас легко, но я вот его оптимизма не разделяла.

Сколько стоят слёзы я не знала, поэтому даже не представляла, хватит ли мне карманных денег. Конечно, я могла чуть-чуть вылезти за бюджет – папа бы разрешил. Наверное. Но от мысли об этом становилось неуютно.

65

Начали с простых лотов. Редкие зелья и артефакты местных мастеров и даже простых ювелиров. Особой ценности и в них не было – их могли повторить и явно использовали для разогрева публики. Уходили лоты по разной цене. Единственное, что меня смущало – постоянное увеличение стартовой.

Пока я нервничала, накручивая себя, моё внимание ничто не привлекало. И тут вдруг выставили шикарный комплект…

– Восхитительное сочетание изумрудов и аметистов в золотой оправе, – зачитал ведущий, хотя эти скромные слова не передавали великолепие украшений даже наполовину. – Подойдёт как для зрелых женщин, так и для юных барышень. Кто желает побороться?

Естественно, понравился набор не мне одной. К стартовой цене тут же прибавилась половина.

– Интересует? – внезапно наклонившись ко мне, спросил Кас.

– Красиво сделано, – попыталась отвертеться я, чтобы лишний раз не привлекать внимание ректора.

Деньги заранее тратить я опасалась, а цена к тому времени успела увеличиться в два раза.

– Номер одиннадцать раз, – меж тем на секунду замедлился ведущий.

Но ставку тут же перебили. Дальше ожесточённые торги велись между тремя соперницами, которые никак не хотели сдаваться и уже успели увеличить цену втрое. Вот только совершенно неожиданно свой номерок поднял Кас.

– Номер тридцать один, – подобострастно огласил ведущий, делая вид, словно принца совершенно не узнаёт.

Вот только я совершенно не ожидала, что Кас сейчас увеличит уже текущую цену в полтора раза. Зал изумлённо замер. Не знаю, всем правда было жаль такую сумму или они просто обалдели и не заметили, как отстучал молоток, оглашая победу ректора.

Вообще приобретения полагалось забирать уже после аукциона, но Кас кому-то там мигнул, махнул, вытащил чековую книжку, и тут же вписал нужную сумму. Восхитительный комплект в бархатной коробке перекочевал к нему в руки.

Открыл он её словно демонстративно, а я дыхание задержала, потому что вблизи эта красота выглядела ещё восхитительнее, чем вдалеке на сцене.

– Приподнимешь волосы? – спросил мой кавалер, явно намереваясь надеть на меня украшения.

– Кас, мне неловко, – пробормотала я, не зная, как поступить.

Для отношений с неясным статусом это был слишком дорогой подарок.

– Цеса, дорогая, – вздохнул ректор, словно объясняя прописные истины нерадивому студенту. – Не порти мне репутацию. Ты здесь хоть одну барышню со скромными серёжками видела? А вот моя спутница пришла именно в них!

Дальше спорить я не смогла. Ради репутации Каса я готова была надеть это умопомрачительное потрясающее ожерелье, о котором здесь мечтала вся женская часть зала.

Повернувшись спиной, я приподняла волосы. Прохладный металл коснулся кожи рядом с ключицами, камни блеснули в свете неярких ламп. Мой кавалер едва уловимо случайно дотрагивался до шеи пальцами, но от каждого этого мимолётного касания сердце на секунду замирало.

Серьги я могла бы сменить и сама, но Кас даже не предлагал. Бережно, словно боясь случайно уколоть, он заменил мои скромные пусеты на роскошные из набора. С такими украшениями осанка словно становилась горделивее, а взгляд уверенней. Удивительно, но теперь я окончательно почувствовала себя солидной леди.

…достойной стоять рядом с самоуверенным принцем-ректором.

66

– Ты мне только объясни, почему ты сразу так цену поднял? – прошептала я, пока там на сцене выставляли не самые интересные лоты. – Не дешевле было поторговаться как все, небольшими шажками.

– Небольшими шажками ты не понимаешь, что сумма превысила допустимые пределы. Кажется, что вот немного – что тут доплатить. А если поднять стоимость разом, то сразу появляется жадность, – пояснил Кас логику аукционов и тут же чуть снисходительно добавил: – К тому же таким большим шагом я сразу обозначил, что у меня есть интерес к этому предмету.

Я не знала, насколько эта стратегия оправдана, но результат уже висел на мне, так что сомневалась я лишь наполовину.

Неожиданным лотом на аукционе стали духи. Причём перед стартом торгов ассистенты любезно раздали всем небольшие надушенные платочки, чтобы каждый гость почувствовал аромат.

Нежный и лёгкий с нотками сирени зимой он вызывал особенно приятные чувства. Естественно, от Каса это не укрылось.

Духи, конечно, продавались не в единственном экземпляре, но это была лимитированная версия из пяти флаконов. Один ушёл нам за какие-то страшные деньги, трату которых я предпочла воспринимать как меценатство. На развитие талантливых парфюмеров, да.

Я искренне надеялась, что слёзы Кирина тоже выставят не в единственном экземпляре. Но мечтам моим не суждено было сбыться. Слёзы занимали даже половину и без того небольшого флакона. Буквально кот наплакал, а не Кирин!

Оставалось надеяться, что они здесь хотя бы никому не нужны. Но нет! Стоило мне, дрожа от волнения, сделать ставку, как её тут же перебил какой-то странный тип. С длинными чёрными волосами и в чёрном же костюме. Причём, в отличие от всех, выглядел он не величественно, а слегка неуклюже и капельку забавно. Вот только мне было не до смеха.

Я увеличивала ставку – он тут же её понимал. Я предлагала цену ещё выше – он не скромничал. Так я успела дойти до стоимости своего месячного содержания и приближалась к концу карманных сестры. Внутри уже подступала лёгкая паника. Я не знала, что стану делать, если этот непонятный тип не остановится. Торговаться «в долг», надеясь, что папа разрешит заплатить всю сумму? Или просить у кого-то взаймы?

Видимо, Кас почувствовал мою нервозность, потому что внезапно его табличка взмыла вверх. Названная сумма увеличила ставку в два раза и напрочь отбила желание торговаться. Слёзы Кирина достались нам, а наш конкурент, расстроившись, стремительно покинул зал.

Выдохнув, я с благодарностью посмотрела на ректора, уже открыв рот, чтобы рассказать, как за полгода погашу долг. Но, естественно, Кас меня опередил.

– Я финансирую твоё исследование, – категорично заявил он. – Договорились?

– Договорились, – выдохнула я, прикинув, что, если всё получится, то Безвременник всё равно оставлю академии. – Главное, чтобы этот тип ничего не учудил. Не понимаю, как его вообще сюда пустили…

– Какого типа? – не понял ректор.

– Да того, который пытался у нас слёзы увести, – пояснила я.

Неожиданно после моего ответа Кас расслабился и чуть рассмеялся:

– Насчёт него можешь не беспокоиться. Это не какой-то там тип, а личный зельевар князя ледяных драконов. Гораций здесь личность известная ¹⁰ , со всех сторон проверенная, захаживает часто. Раньше в академии у нас преподавал, говорят. Но там ему бюджеты на такие ингредиенты никто не выделял. Он не станет портить себе репутацию.

Очередной чек Кас выписывал тут же. С гордостью и некоторым превосходством словно приостанавливая ради такой великой чести аукцион. И я вот уже приготовилась забрать заветный флакон, как ректор вдруг попросил ассистентов:

– Отнесите в наш номер.

Упускать добычу из рук не хотелось. Я бы с удовольствием в неё вцепилась, но мысли занял совершенно другой вопрос.

– В каком смысле «наш номер»? – уточнила я чуть озадаченно.

67

– А ты что, назад тоже по ёлкам собралась прыгать? – небрежно спросил Кас.

– Вообще да, – не задумываясь выпалила я.

– С драгоценными покупками и в платье? – напомнил ректор, смешав все мои планы. – Это тебе не покрывало, я такое в артефакт-переноску не закину – не дай бог что-то повредится. У меня там разделения нет – только бардак.

Прикинув ситуацию и так и эдак, я, после продажи пары лотов, вынужденно признала:

– Платье, конечно, стоило бы снять.

Кас, который, очевидно, позабыл, на чём остановился разговор, посмотрел на меня ошарашено. Мне даже страшно было представить, о чём он подумал.

– В смысле, по ёлкам в нём прыгать действительно неудобно. Придётся переодеться. И, видимо, ради этого задержаться в номере.

– Если ты ради этого задержишься в номере, то придётся задержаться и ради кое-чего другого, – прямолинейно сообщил мой спутник. – Потому что я тебя просто так из номера не выпущу. Мне и без того каждую минуту хочется бесстыдно залезть тебе под юбку, чтобы...

– Чтобы нащупать там шерстяные штаны, – закончила я, вообразив картину, и пояснила: – Потому что я не стала их снимать, хотя сейчас уже жалею. Здесь слишком тепло...

Кажется, это стало последней каплей. Мы всё равно приобрели то, за чем пришли. Поэтому принц встал и бесстыдно подхватил меня на руки. Я бы взвизгнула от неожиданности, но побоялась привлечь ещё больше внимания.

По коридору Кас нёс меня уверенно, почти как невесту на брачное ложе. А работники услужливо показывали нам дорогу до нужных апартаментов. Надо сказать, коридоры гостиничной зоны тоже выглядели впечатляюще, и я бы с удовольствием внимательно рассмотрела наш номер… Но подозревала, что мне не позволят.

Кас отпустил меня только тогда, когда за нами закрылась дверь. И тут же опустился передо мной на колени.

– Ты что творишь? – шепнула я с нервным смешком.

– Раздеваю тебя, – обескураживающе честно ответил ректор, по очереди стягивая мои сапожки.

Разув меня, он проворно нырнул меня под юбку, и наконец-то снял тёплые штаны, которые тут же откинул куда-то подальше.

– Кас! – выдохнула я, чувствуя, как подкашиваются ноги от его бесстыдных прикосновений.

Этот наглец на меня даже внимания не обратил. Просто руки стали двигаться ещё бесстыднее. Задрав подол, он принялся медленно стягивать с меня чулки, специально дразня прикосновениями. Спустил сперва один, заставив меня потерять голову от провокационной ласки. Затем другой. После медленно потянулся к трусикам. Это было восхитительно неприлично – стоять здесь в шикарном платье, с роскошными драгоценностями и без нижнего белья.

– У меня, кстати, есть для тебя ещё один подарочек, – вдруг пробормотал ректор и предвкушением.

– Какой? – слегка заволновалась я, учитывая момент.

Что-то подсказывало, что Кас задумал вызывающую шалость.

Естественно видеть, что он там творит, я не могла. Просто почувствовала, как что-то непривычное оказалось внутри меня.

– Сейчас поймёшь, – хмыкнул ректор и искушающе выдохнул: – Медленно…

Предмет внутри меня задрожал, а по телу прокатилась странная волна. Словно искры пронеслись внутри, и я стала необычайно лёгкой. Взбудораженной и напряжённой. Краем сознания я сообразила, что, видимо, подарили мне один из тех артефактов для наслаждения, о которых с придыханием перешёптывались барышни в Артефактуме.

Кас между тем оставил меня без внимания. Просто смотрел с удовольствием, как я тяжело дышу от ощущений внутри, и раздевался. Скинул сперва сюртук, потом рубашку, демонстративно медленно показывая мне свой потрясающий торс. Невольно я облизнула пересохшие губы – Кас демонстративно ухмыльнулся.

– Иди ко мне, – предложил он, протягивая руки.

Неуверенно я сделала шаг. Затем другой. Ноги почему-то сейчас напоминали желе. В объятия ректора я буквально упала, позволив ему крепко прижать меня к себе и впиться в губы глубоким страстным поцелуем. Ненасытно исследуя мой рот, он успевал развязывать шнуровку платья.

Я уже предвкушала, что сейчас останусь перед ним восхитительно свободная, вот только у принца была другие планы. До стона прикусив мою нижнюю губу, он спустился дорожкой из влажных нетерпеливых поцелуев вниз. К шее, которую я с удовольствием подставила под ласки. Нежно опалил дыханием кожу возле колье, а затем приспустил лиф.

Он оголял мои груди медленно, не забывая покрывать их невесомыми чувственными поцелуями. А затем, спустив платье, припал к ней словно изголодавшийся путник. Придерживая одну, он ласкал другую, играл и дразнил сосок, после чего менял их. Я же стояла, пытаясь ухватиться за его упругие сильные плечи, но пальцы словно соскальзывали.

Лёгкая дрожь внутри лона, горячее дыхание Каса на нежной коже, чувственные ласки – всё это доводило меня до состояния сладкого, тающего во рту десерта. И судя по тому с каким наслаждением принц меня облизывал, он думал обо мне примерно так же.

– Выглядишь потрясающе, – вдруг сообщил он, чуть отстранившись от меня.

Он так смотрел на меня из-под ресниц осоловелыми глазами, что в это охотно верилось. Но Кас с томным придыханием заявил:

– Хочу, чтобы ты сама увидела.

Я не поняла, что он имеет в виду, но ректор вдруг развернул меня, и мы оказались перед огромным зеркалом в пол. Он встал у меня за спиной. Я откинулась назад, опираясь о его обнажённый торс. Оголённая грудь, которую Кас слегка массировал, чувственно вздымалась. Крупные украшения смотрелись вызывающе.

Удивительно, но от этой картины я возбудилась сильнее. Внутри лона заныло. Невольно я сжалась там, и ощущения от артефакта стали острее.

– Ты прекрасна, – выдохнул Кас, дотрагиваясь губами до моего плеча.

От его поцелуя в стороны тут же побежали мурашки. Как и от следующего, и от третьего. Искры прокатывались по всему телу и, нарастая, сплетались в неудержимое желание.

– Ка-ас, – простонала я, думая, что больше не выдержу.

Мне хотелось, наконец, вывернуться из его объятий и получить свою вспышку наслаждения, но он держал крепко. Не позволяя мне сменить положение, просто скомандовал со смешком:

– Быстрее.

И артефакт внутри меня затрясся сильнее. Одновременно Кас сжал мои груди, обхватив пальцами соски.

Вскрикнув, я попыталась вырваться. Подалась вперёд, чувствуя, как взорвалась, выплёскивая из себя соки вместе с артефактом.

Оголённая грудь коснулась прохладного зеркального стекла. Руки легли на раму. Я пыталась отдышаться, но Кас не позволил. Звякнула пряжка ремня, с лёгким шорохом его последняя одежда упала на пол.

Задрав подол юбки, принц сжал мои ягодицы, заставляя меня выпятить их и прогнуться. А затем резко вошёл, скользя в моих соках.

Отступившее наслаждение тут же прокатилось по телу вновь. Задыхаясь, я тёрлась сосками о зеркало и двигалась навстречу уверенным мужским бёдрам. Позволяла пронзать себя мужскому естеству, что наполняло меня до предела, и сама с удовольствием насаживалась на него.

Мы забылись в этом ритме, полностью потерявшись в наслаждении. Я не помню, как долго всё происходило. В какой-то момент нас просто накрыла ослепительная вспышка, и мир будто перестал существовать.