Текст книги "Развод. Еще одну измену не прощу! (СИ)"

Автор книги: Нэнси Найт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)

Глава 13

Залпом осушаю бокал, со звоном ставлю его на столешницу и резко поворачиваюсь к мужу:

– Позволь узнать. Раз тебя все настолько не устраивало, почему же ты молчал и только сейчас решил высказать мне это?

– Я не знаю, честно, – пожимает он плечами. – Наверное, надеялся, что все наладится само собой. Но последний скандал открыл мне глаза на происходящее между нами.

– И что ты предлагаешь делать? – задаю резонный вопрос, ожидая услышать лишь страшное слово «развод».

– Без понятия, – вздыхает Марк. – А ты как думаешь, что мы можем сделать?

О, нет. Он сам этого слова не произнесет. Он ждет его от меня!

– Судя по тому, что ты сказал, мне нужно меняться ради наших отношений. Потому что нынешняя «я» тебя не устраиваю. Вот только знаешь, что интересно? При всем этом ты даже не думаешь о том, что меня тоже что-то может не устраивать! Тебе ни в чем не нужно меняться? Только мне?

– Ты же сказала, что до последней ссоры для тебя все было хорошо, – разводит Марк руками, умело переворачивая мои слова против меня же.

– Да потому что я люблю тебя таким, какой ты есть! И принимаю все твои недостатки, потому что они – часть тебя.

– Ну, значит ты молодец, можешь мириться с тем, что тебе не нравится. А я так больше не могу. Ресурс исчерпан.

– Ладно, – произношу и медленно выдыхаю, лавируя на грани самообладания. – То есть я должна измениться, чтобы мы могли сохранить наши отношения, правильно?

– Да, – не теряясь с ответом, произносит Марк.

Я уже готова взорваться от возмущения и негодования, но держусь. Из последних сил держусь, чтобы не нарушить то, к чему я хотела привести этот разговор.

– Хорошо, я готова меняться ради нас, – часто киваю, словно болванчик. – Мы вместе будем обсуждать то, что не нравится, вместе будем это менять. Но для этого тебе нужно вернуться домой.

– Нет, я не хочу торопиться с этим, – убивает своим ответом Марк. – Будет лучше, если мы поживем отдельно какое-то время. Будем встречаться, попробуем начать наши отношения сначала. И если поймем, что у нас все же есть будущее, то тогда уже можно будет поговорить о том, чтобы снова съехаться.

Меня будто окатили ведром ледяной воды. Безотрывно смотрю на Марка и тупо моргаю. Пытаюсь взять в толк слова Марка, но не в силах подобрать не них ответ.

Это звучит еще бредовее, чем его прошлые речи. Пожить отдельно, чтобы улучшить отношения? Это как вообще?

Мы ведь не парень с девушкой, чтобы встречаться только для приятного препровождения времени. У нас семья, общий дом, быт. Ребенок, в конце концов!

И как он себе это представляет? Я примерю на себя роль матери-одиночки, которая все так же будет заниматься домашними делами, работой, ребенком, а заодно и вариться в своих душевных переживаниях и каждый день трястись над вопросом: «а вернется ли муж?».

Марк же окажется в роли холостяка, который будет занят лишь своей работой. У него появится достаточно времени для того, чтобы вновь вкусить жизнь свободного мужчины без семейных хлопот.

Он просто хочет пожить для себя и его совершенно не волнует, тяжело ли будет мне. Я не буду иметь возможности отбросить все свои обязанности и просто заняться собой, переварить все то, что происходит. Но тяжело мне будет не физически, нет. Я привыкла, что все заботы почти всегда на мне. Однако Марк был для меня моральной поддержкой. Он дарил мне ощущение твердого мужского плеча, которого теперь больше не будет.

– Я не думаю, что пожить раздельно – это хорошая идея, – качаю я головой. – Мы семья, Марк, и если хотим бороться за наши отношения, то и делать должны это вместе, как семья. Мы должны быть рядом друг с другом, вместе обсуждать наши проблемы, вместе находить решения. А иначе ничего не получится. Неужели ты этого не понимаешь?

– Я считаю иначе, – возражает он и встает со стула.

– Марк, ты должен остаться, – дрожащим голосом произношу я и встаю из-за стола следом за ним.

– Ты хочешь, чтобы я остался, а я считаю, что лучше будет пока пожить отдельно. И что теперь? Я должен сделать так, как хочешь ты? Тебе не кажется, что должны учитываться мнения и желания обоих, а не только твои? Или для тебя семья – это значит, что муж должен делать так, как посчитала правильным жена?

– Нет, я такого не говорила, – мотаю головой и наблюдаю, как Марк обувается в коридоре. – Я сказала, что мы семья, и должны принимать решения вместе. Решать проблемы вместе, находить компромиссы.

– А какой сейчас может быть компромисс? – усмехается он. – Сделать так, как хочешь ты? Нет компромисса в данной ситуации. У нас противоположные мнения на этот счет. Поэтому я поступлю так, как считаю нужным.

– А если я не согласна с этим? – срываюсь я, понимая, что конфликта уже не избежать. – Меня это не устраивает! Если мы семья, то живем вместе, и точка.

– Если тебя не устраивает, то это твои личные проблемы, – небрежно бросает он и дергает дверную ручку. – Больше не будет все так, как хочется тебе. Смирись с этим.

На последнем слове он покидает квартиру и захлопывает дверь. А я смотрю с открытым ртом на опустевший коридор и прихожу к мысли, что на этом всё. Марк уже ничего не хочет, кроме как жить ради самого себя. И мне нет смысла трепыхаться и пытаться сохранить наши отношения. Сохранять уже нечего.

Глава 14

Снова я утопаю в своей боли и изливаю ее горючими слезами, уткнувшись лицом в подушку.

Я перешагнула через свою гордость, сказала Марку, что готова меняться, попросила его вернуться. Но он не придал никакого значения моим словам, не сделал ответного шага. Он просто плюнул мне в душу!

У моего мужа точно кто-то есть. Иначе почему он так себя повел? Разве может любящий муж выбрать вариант пожить отдельно, чтобы якобы наладить отношения, даже не попытавшись уладить это как-то иначе?

И меня просто убивает, что он продолжает утверждать, что у него никого нет, и переворачивает все так, будто я виновата в развале семьи. Я не так себя вела с ним, я не так смотрела, не так дышала… Все не так! Я во всем стала ему неугодной, а он, бедный, просто терпел и молчал.

Как же это низко. Он просто растоптал меня этим. Разве за все годы брака я не заслужила элементарного уважения к себе? Почему он не может взять ответственность на себя, раз разлюбил?

Я ужасно злюсь на Марка. Но в то же время мое сознание все еще отказывается принимать тот факт, что он оказался такой сволочью. Пытаюсь найти другие оправдания, иные объяснения его мышлению и вытекающим решениям, но просто не могу.

Да, мужчины мыслят отлично от женщин. Но ведь не на столько же, чтобы принимать неадекватные вещи за абсолютно нормальные?

Мой мобильный звонит, вырывая меня из пучины отчаяния и боли. Утираю от слез заплаканное лицо, беру телефон в руки и смотрю на экран. Мама. Не до нее сейчас, но и не поднять трубку я тоже не могу. Вдруг она звонит из-за дочки?

– Алло, – отвечаю на звонок и стараюсь говорить бодро.

– Ты освободилась?

– Да. Слушаю тебя.

– Что у вас с Марком случилось? – в лоб спрашивает она.

– Да нормально все у нас, – отмахиваюсь я, надеясь, что на этом расспросы закончатся.

– Я же слышу по твоему голосу, что не нормально. И дочь твоя, между прочим, слышала вашу ссору. Рассказывай давай, – настаивает она, а я начинаю раздражаться.

Зачем по десять раз спрашивать одно и то же? Не хочу я делиться своими проблемами, для чего давить на меня?

– Слушай, к чему эти вопросы? – вся моя злость к Марку выливается в раздражение при разговоре с мамой. – Я не хочу об этом говорить.

– Я ведь переживаю за тебя. Как я могу остаться в стороне, когда вижу, что с тобой что-то не так?

Крайне непривычно слышать подобные слова от мамы, но моего сердца это не смягчает.

– Если ты, и правда, волнуешься за меня, то просто оставь меня в покое, – резко отвечаю ей. – Мы сами во всем разберемся. Давай уже закроем эту тему.

– Нет, не можем закрыть, – настойчиво произносит мама. – Что-то серьезное у вас происходит, и я хочу тебе помочь.

– Марк изменяет мне, ясно⁈ – яростно выпаливаю я, не сдержавшись.

Я не собиралась ни с кем делиться этим, но слова сорвались с губ сами собой.

– Вот это да, – растерянно бормочет она, явно не ожидая услышать ничего подобного. – А ты в этом уверена?

– Уверена, – отвечаю без раздумий.

Даже не знаю, почему я так сказала. Ведь наверняка быть уверенным в чем-то можно лишь тогда, когда видел своими глазами. Я ничего не видела, но склоняюсь довериться своему чутью.

– Надо же, – сочувствующе произносит мама. – А я думала, что он примерный семьянин.

– Да, конечно, – зло усмехаюсь я. – Настолько примерный, что это уже во второй раз происходит! Первый раз я его простила, потому что Лиза была еще очень маленькой. Но больше я его прощать не стану!

Я столько лет хранила этот секрет. Никогда не делилась с мамой своими проблемами и переживаниями. А тут за один разговор выдала все на свете.

– Не станешь прощать? А что же ты сделаешь? – изумляется мама, будто есть множество вариантов развития событий. – Собираешься разводиться?

– Собираюсь. Завтра же подам на развод! – с полной уверенностью отвечаю я.

– Полина, не глупи. У вас Лиза есть, какой развод? – мама просто убивает меня своими словами. – Неужели ты просто возьмешь и подаришь своего мужа другой?

– А что ты мне предлагаешь? – я просто давлюсь возмущением после слов мамы. – Мне надо унижаться и бороться за того, кому я не нужна?

– Ну с чего ты такое взяла? У вас ведь семья. Перебесится немного и успокоится. Пойми ты, все мужики такие. Рано или поздно ходят налево.

Конечно, я не особо рассчитывала на поддержу от мамы. Но никак не ждала услышать ТАКОЕ.

Глава 15

Молча дышу в трубку в шоке от слов мамы. Если уж меня она не в состоянии поддержать, как мать свою дочь, то должна же быть хоть какая-то женская солидарность!

– Мне про отца твоего тоже много раз говорили, что он по другим бабам шляется, – продолжает мама.

– И? Я что-то не вижу, чтобы ты сейчас с ним жила, – хмыкаю в ответ. – Развелась ведь, в конце концов, нашла себе другого. А могла бы сделать это намного раньше и быть счастлива, а не мучаться столько лет напрасно.

– Ой, да какое там счастье, – тяжело вздыхает она. – Это поначалу мне казалось, что все чудесно, а потом… Полин, я не просто так говорю тебе держаться за мужа. Сама это все прошла и могу точно сказать, что лучшего отца, чем родной, у ребенка не будет.

– Мам, да причем здесь вообще отец? – мое терпение уже совсем на грани. – Я разве буду запрещать ему видеться с Лизой? Марк останется ее отцом и будет принимать участие в ее жизни, если сам захочет.

– Да в том то и дело, что не захочет! – восклицает она. – Какое-то время поиграет в воскресного папу, а потом вообще исчезнет. Вот ты знаешь, где твой отец?

– Не знаю.

– Вот и мы с твоим братом не знаем! Через год после развода даже про алименты забыл, не говоря уже о встречах с ребёнком и элементарные звонки. Дай бог, если на день рождения ему что-нибудь пришлет.

– Что ты от меня хочешь? – вздыхаю, нервно кусая губы. – Чтобы я пожертвовала своей жизнью ради того, чтобы Марк не пропал с радаров? Я думала, ты хоть какие-то слова поддержки скажешь. А ты…

– Да почему жертвовать-то? – фыркает она. – Хреново, конечно, что Марк загулял. Но в остальном-то он хороший мужик! Деньги для семьи зарабатывает. Что тебе еще нужно?

– Действительно. И что мне еще может быть нужно? – нервно усмехаюсь я. – Вот только я уже сделала все, что могла, чтобы сохранить наши отношения. Он живет сейчас отдельно и возвращаться домой не собирается.

– Значит я позвоню и поговорю с ним, – твердо заявляет мама, окончательно выбивая меня из колеи.

– Что за глупости, мам? О чем ты с ним будешь говорить? Пожалуйста, не лезь не в свое дело. Ты ведь взрослый человек и должна понимать, что Марк не станет слушать тебя, а сделает так, как сам считает нужным. Твое мнение никак не повлияет на его решение. Просто успокойся и дай нам самим решить свою личную жизнь.

– Да я уж вижу, как ты все замечательно решила, – нравоучительным тоном отвечает мама. – Если сама еще мудрости не набралась, значит, я вмешаюсь.

– Мама, услышь меня! Марк не станет тебя слушать и не вернется в семью только потому, что ты ему так сказала! Это бред полный! Ты только сильнее его разозлишь.

– Я все сказала, – строго отвечает она.

– Ты меня совершенно не хочешь слышать, – цежу я в ответ. – Я ему больше не нужна, ясно? Ни я, ни наша семья. Он уже сам по себе и наслаждается своей новой жизнью. А я не собираюсь держаться за того, кто совершенно меня не ценит и не уважает, – делаю паузу, чтобы выдохнуть и не сорваться на крик, а затем продолжаю: – Он даже не раскаивается за то, что снова изменяет. Вместо извинений, или каких-то банальных жестов для заглаживания вины, он вывернул все так, чтобы сместить акцент со своей измены на меня! Вот прям резко вдруг оказалось, что я стала настолько ужасной женой, что ему не хочется больше со мной жить! А до этого он молчал, и его все устраивало. Это нормально, по-твоему?

– А ты не задумывалась, что он может быть прав? – контрольным выстрелом звучат слова мамы. – Я как тебе ни позвоню, ты постоянно работаешь. Может, ты со своей вечной занятостью перестала давать мужу то, что ему требуется, вот он и загулял?

– Я поверить не могу, что слышу это от тебя, – едва слышно произношу я, утирая проступившие слезы. – Тебе совершенно плевать на меня и мои чувства? Ты ведь моя мама! И должна быть на моей стороне! Но вместо этого всеми руками и ногами на стороне Марка, который просто вытирает об меня ноги!

– Так, успокойся, – вкрадчиво произносит мама, пока я всхлипываю в трубку. – Я на твоей стороне и хочу, чтобы ты была счастлива. Именно поэтому я пытаюсь тебе открыть глаза на твои ошибки и объяснить, что развод – это не выход. Выдохни на пару дней, а потом возьми себя в руки и возвращай Марка домой, пока он не распробовал вкус свободы. Я с ним тоже поговорю, но твоя инициатива гораздо важнее.

– Я не буду никого возвращать. Я развожусь с Марком! – выпаливаю я и бросаю трубку.

Боже, и как меня угораздило проболтаться маме? Наверное, на подсознании хотела сочувствия, а вместо этого только новых проблем на свою голову приобрела.

И все же я вынесла одну важную вещь из нашего разговора: если до этого я еще сомневалась в том, что мне делать дальше, то сейчас я как никогда уверена в том, что хочу развода.

Глава 16

Просыпаюсь следующим утром в полном раздрае. Похоже, таким будет теперь каждое мое утро на протяжении неопределенного времени. Нет желания ни работать, ни что-либо делать. Даже завтрак готовить себе не хочу.

Делаю себе крепкий кофе в надежде прийти в чувства и пью его в прикуску с отсыревшим печеньем, которое давно пора было выбросить. Лиза частенько выпрашивает у меня разные сладости, которые сама потом толком не ест. Так и валяются на полке открытые и чуть начатые упаковки, пока я сама их не съем, или не выкину.

Так сложно отказывать дочери в хотелках, да и не было в этом необходимости. А вот теперь придется пересиливать себя и больше не быть безотказной мамой. Кто знает, как поведет себя Марк после развода, и сколько денег будет выделять на дочь. Вполне возможно, придется ужиматься и впредь тратиться только на необходимое.

В очередной раз думаю, как измениться моя жизнь без Марка, и из глаз непрошено вырываются слезы. Больше не будет совместных прогулок, вечерних просмотров кино, семейных ужинов…

Мы больше не будем вместе смеяться, просматривая забавные видео из Лизиного детства. Не поедем втроем на море, чтобы резвиться на волнах, гулять по набережной, болтать в какой-нибудь уютной кафешке и наблюдать вечерний закат, прижавшись друг к другу…

Мы не повторим приятных моментов из прошлого, не осуществим новых планов. Больше ничего этого не будет. Но как принять эту новую жизнь, которая сейчас кажется серой, никчемной и одинокой?

Да, у меня есть дочь, я не останусь совсем одна. Но в этом не только облегчение, но и главная боль. Лиза – это частичка моего мужа, плод нашей прежней любви. И в каждом воспоминании о ней есть Марк. Она всегда будет той нерушимой связью между нами, из-за которой забыть Марка будет крайне тяжело, если не сказать невозможно.

Я не смогу вычеркнуть его из своей жизни и в конце концов испытать облегчение. Он всегда будет мелькать где-то рядом, это неизбежно. Ведь из-за дочери мы будет вынуждены поддерживать связь.

Это слишком тяжело даже просто в моем представлении, не говоря уже о реальности. Но от меня больше ничего не зависит. Я сделала все возможное. И бороться за то, что осталось только в моих воспоминаниях, просто не имеет смысла.

Почему так тяжело принять наше расставание? Ведь нынешний Марк вызывает у меня лишь отторжение. Разве захочется кому-либо держаться за того, кто топчет твою гордость, плюет в душу и совершенно не считается с твоим мнением и чувствами?

Я цепляюсь за прошлое, напрасно думая, что все хорошее ускользает из-под пальцев. Я лелею теплые воспоминания и боюсь потерять любовь, которой уже нет. И мне просто необходимо принять тот факт, что прежнего Марка, которого я так любила, больше не существует. А от нынешнего нужно бежать без оглядки.

Вибрация телефона прокатывается по столешнице, и я перевожу взгляд на экран. Только подумала о Марке, и он вдруг звонит. Хотя, когда в последнее время я не думала о нем?

– Да? – отвечаю на звонок с замиранием сердца.

– Что ты там наплела своей матери? – раздраженно отзывается он. – И какого черта она вообще мне звонит?

– Я просила ее не вмешиваться, – виновато отвечаю я, в который раз жалея, что посмела поделиться своей проблемой с мамой.

– А она вмешалась, представляешь? – зло усмехается Марк. – Для чего это было делать? Ты ведь взрослый человек. Почему-то я не побежал плакаться своей маме и рассказывать ей о наших проблемах.

– А о чем тебе плакаться? – нервно усмехаюсь. – Это я свалила из дома и бросила семью?

– Никто никого не бросал, – сурово отзывается он. – Мы ведь вчера с тобой уже обсудили, что так будет лучше.

– Да кому так будет лучше? Тебе и только тебе! Я прямо тебе сказала, что против раздельной жизни, и не считаю, что это пойдет нам на пользу. Но ты все равно сделал так, как захотелось тебе! И из этого я сделала вывод, что тебе и не нужна уже наша семья. Ты просто нашел вариант, как свалить и выставить все так, будто не ты виноват в нашем расставании. Очевидно же, что ты просто тянешь время и уже не собираешься ничего налаживать!

– Думай как хочешь. Надоело оправдываться, – выплевывает он. – А матери своей скажи, чтобы больше не названивала мне. У меня нет ни желания, ни времени на бестолковые разговоры.

С этими словами он бросает трубку, а я с психа швыряю телефон на стол и иду к комоду, где лежат наши документы.

Не вижу смысла дальше оттягивать неизбежное и трястись изо дня в день, лелея призрачную надежду на то, что все еще может наладиться. Я только продлю свои мучения, превращая собственную жизнь в ад.

Все уже и так предельно ясно. Я немедленно соберу документы и подам на развод!

Глава 17

Трясущимися руками хватаю папку с документами, возвращаюсь на кухню и швыряю ее на стол. Взрывная злость и отчаяние захлестывают меня с головой, и я с силой отбрасываю стул в сторону, попадая им в стену. Рыдания рвутся наружу, и я истошно кричу, выплескивая свою боль наружу.

Хочется разнести все вокруг, но я обессиленно плюхаюсь на пол и смотрю на то зверство, которое только что сотворила. Угол стула ободрал обои, которые я с таким трудом клеила сама.

Злость тут же отпускает, сменяясь обидой и новым потоком слез. Ну, выплеснула я злость наружу, и что мне это дало? Только ремонт испортила. Теперь эта дыра будет вечно напоминать мне об этом дне.

Хорошо, что не взялась бить посуду. Может, я и испытала бы временное облегчение, да только потом осколки пришлось бы убирать. Зачем вредить самой себе и доставлять лишние хлопоты?

Что со мной сделал Марк? Я ведь никогда не была такой раздражительной, чтобы еще и вещи швырять во все стороны. Даже в его первую измену я не вела себя так, хотя в душе творилась не меньшая буря.

А может, он прав? И дело вовсе не в нем, а в моей новой работе? Вдруг из-за большой нагрузки и гиперответственности перед самой собой я стала такой неуравновешенной? И из-за этого же вообразила себе измену мужа, которой нет.

Но это уже все неважно. Произошел переломный момент, который открыл истинное мнение моего мужа о наших отношениях и обо мне. Наверное, стоит радоваться тому, что все произошло именно сейчас, и мы не потратили друг на друга еще несколько лет жизни.

Но как же это больно – терять любимого, независимо от причины, по которой это произошло. Будто безвозвратно лишаешься части самого себя. Отсюда и такое сильное отрицание происходящего.

Беру себя в руки и сажусь за стол. В мобильном телефоне нахожу перечень документов для подачи заявления на развод, а затем открываю сайт суда, в который мне нужно обратиться. И с сожалением узнаю, что сегодня я уже не успею, а следующий приемный день будет только послезавтра. А я готова была сделать уже все сегодня, лишь бы ощутить толику облегчения.

Никогда не думала, что подобное может произойти со мной. А теперь я сижу в одиночестве на кухне и готовлюсь к тому, чего совершенно не хочу. Но надо, надо перебороть это чувство, ведь другого пути нет.

Любой выход из зоны комфорта вызывает внутреннее отторжение. И вовсе не значит, что перемены ведут от хорошего к плохому, нет. Они просто лишают привычного.

Но мы устроены так, что до последнего держимся даже за плохонькое, но зато свое, родное. Опасаемся неизведанного на подсознании и избегаем этого всеми силами.

Осознаю ли я, что перемены просто необходимы? Да. Но готова ли к ним? Нет, абсолютно. Но изо всех сил борюсь с собой, толкаю вперед, искренне надеясь, что в скором времени буду благодарить себя за этот нелегкий шаг.

Умываю холодной водой припухшее от слез лицо и смотрю на себя в зеркало. Как же я плохо выгляжу. Постарела будто лет на пять. Я всегда была довольна своей внешностью, но сейчас собственное отражение мне неприятно.

Давно ли я стала такой? Морщины на лице стали глубже, кожа какая-то тусклая, посеревшая. И волосы плохо лежат. Кончики сухие и торчат сосульками.

Марку не нравилось, когда я стриглась короче, поэтому я изо всех сил боролась за длину волос. А сейчас у меня дикое желание отстричь все до самых плеч, покраситься в другой цвет. Да и вообще, кардинально измениться.

Делаю легкий макияж, маскируя мешки и синяки под глазами, одеваюсь и с нужными документами в руках выхожу из дома, чтобы сделать копии для суда.

Девушка за прилавком, которая управляет копировальной машиной, несколько раз странно поглядывает на меня, а затем вдруг спрашивает:

– У вас все в порядке?

Не понимаю, каким магическим образом на меня действует чужое неравнодушие, но на глаза тут же накатываются слезы.

– Да, – бросаю я в ответ и тут же отворачиваюсь, делая вид, что разглядываю открытки на стенде, а сама незаметно смахиваю слезы.

Когда же это закончится? Когда я перестану плакать?

Расплатившись за копии, я иду в банк для оплаты госпошлины и возвращаюсь домой. Сразу пишу от руки заявление на расторжение брака в точности так, как оформлено в образце. А затем складываю все нужные бумаги в отдельный файл. Теперь все готово, останется только отвезти в суд.

Пора садиться за работу, а у меня просто нет моральных сил на это. И я просто заваливаюсь на кровать и смотрю в одну точку, вновь погружаясь в свои угнетающие мысли.

Опять начинаю плакать, но тут же осекаю себя. Все, хватит. Я только делаю себе хуже. Нужно взять себя в руки. Если я сама о себе не позабочусь, то этого больше никто не сделает.

И я звоню дочери – моей единственной радости, моему единственному светлому лучику в эти темные дни.

– Привет, мамуль! – радостно произносит Лиза, и на моих губах тут же расцветает улыбка.

– Привет, кошечка. Как твои дела? Хорошо проводишь время?

– Да, все хорошо. Только…

– Что такое? Что-то случилось? – тут же начинаю волноваться я.

– Мам, я домой хочу. Соскучилась по тебе очень.

– Я тоже очень-очень соскучилась по тебе, – протягиваю в ответ. – Но ты же так хотела погостить у бабушки. Уверена, что хочешь поехать домой?

– Не совсем, – с сомнением отвечает она. – Может, вы с папой ко мне приедете? Вместе у бабушки в гостях побудем.

Колючий ком тут же встает посреди горла. Как сообщить дочери, что мы с папой теперь не вместе?