Текст книги "Развод. Еще одну измену не прощу! (СИ)"

Автор книги: Нэнси Найт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)

Глава 5

Держу телефон в руках и никак не могу решиться набрать номер Марка. Не будет ли это выглядеть так, будто я осознала перед ним свою вину и делаю шаг, чтобы его вернуть? Я бы именно так это и расценила.

Но я не хочу этого. Он ясно дал понять, что его принципы, или любовница гораздо важнее нашей семьи. Наверное, он только и ждал повода, чтобы уйти. Но не хотел оставаться виноватым и выставил все так, будто это я стерва, которая обвиняет его невесть в чем, а он святой агнец и просто не выдержал моего давления.

Он даже меня заставил так думать, раз мои рассуждения направились в это русло. И эта мысль окончательно добивает меня.

Любовь все же страшная вещь. Она может превознести на небеса, а может ранить так, что и оправиться не сможешь. А я люблю Марка так сильно, что проглотила его прошлую измену, лишь бы не расстаться с ним.

Возможно, я бы на эмоциях и второй раз все проглотила, как бы ни печально было это осознавать. Если бы только сразу увидела его раскаяние и искреннее сожаление. Он ведь мог придумать что угодно! Мог сказать, что не было никакой связи, и это всего лишь флирт из-за нехватки моего внимания.

Сейчас мне кажется, что я приняла бы любую ложь, которая успокоила бы меня, лишь бы сохранить мужа.

Я полная дура, раз думаю так. Но, возможно, сейчас мне просто так кажется, а на самом деле я бы поступила иначе, не знаю.

Но проблема в том, что он ни в чем не раскаялся. Он полностью пренебрёг мной и возможностью укрепить мое доверие к нему. Он считает, что я совершенно не ценю себя, и готова к любым унижениям ради него?

Зачем? Зачем все эти годы я жила с человеком, которому не важны мои чувства, которому по-настоящему не дорога ни я, ни наша дочь? Он даже не в состоянии принять ответственность на себя за желание уйти из семьи! Поэтому выставил все так, будто виновата я. Ни видеть, ни слышать его больше не хочу!

Но, нет, я не могу так поступить с дочерью. Я уже пообещала ей поездку к бабушке, и она очень сильно расстроится, все отменится.

Я все же позвоню Марку. Да, так и сделаю. Не буду выяснять с ним отношения, не буду больше показывать ему своих переживаний. Пускай не думает, что я жить без него не могу. Скажу все четко и по делу, только о дочери и ни о чем больше.

Стиснув челюсти, я набираю номер мужа и слушаю протяжные гудки до тех пор, пока не включается автоответчик. Не берет. Свою обиду демонстрирует таким образом?

Решаю выждать десять минут и еще раз позвонить, но уже с телефона Лизы. Ей то он точно должен ответить.

Но звонок снова остается без ответа, а в голову непрошено начинают лезть самые мерзкие мысли. Что если он уже притащил домой свою любовницу и кувыркается сейчас с ней⁈

От этой мысли кровь закипает в жилах. За пару минут переодеваюсь, причесываюсь, беру сумочку с телефоном и ключами от новой квартиры и вызываю такси.

– Зайка, ты пока собирайся, а я скоро вернусь, – на ходу обращаюсь к дочери и быстро натягиваю кроссовки.

– Хорошо, – кивает она. – А ты куда?

– По делам, Лиз. Я быстро. Если что – сразу мне звони. И дверь никому не открывай.

Уже через пять минут я еду в такси и нервно грызу ногти. Квартира находится в новом жилищном комплексе всего в нескольких кварталах от нас. Можно было и пешком дойти, но это заняло бы больше времени, которого у меня сейчас просто нет. Кто знает, как долго его пассия будет находиться там.

Расплачиваюсь с таксистом и пулей лечу к подъезду. Едва дожидаюсь лифта, поднимаюсь на наш этаж и спешно достаю ключи из сумочки.

Руки потеют и дрожат от страха. Готова ли я вживую увидеть то, о чем думаю? Нет, совершенно не готова. Я даже не знаю, как отреагирую. Поколочу Марка? Выдеру волосы его потаскухе? Разнесу всю квартиру, чтобы им ничего не досталось? Или в ужасе убегу, захлебываясь слезами?

Первые три пункта кажутся мне более справедливыми. Но, зная себя, я понимаю, что способна на такое только в своих мыслях.

Дрожащими пальцами вставляю в замок ключ, проворачиваю его и заскакиваю в квартиру. Захлопываю дверь и несусь в спальню, даже не сняв обувь.

– Полина? – с искренним изумлением произносит Марк, выскочив мне навстречу из ванной.

В шоке смотрю на мужа и хлопаю глазами. Волосы у Марка мокрые, и струйки воды стекают по его лицу. А на нем лишь полотенце, повязанное вокруг талии…

Зачем мыться посреди дня, если он принимал душ вчера перед сном? Ответ только один, и он был очевиден с самого начала.

– Где она? – хочу прокричать в гневе, но вместо этого сдавленно сиплю.

Перед глазами все в тумане, голова кружится, а кончики пальцев немеют. Какой же он гад. Ни минуты не теряет!

Проскальзываю мимо мужа, бегло взглянув в пустую ванную комнату. С грохотом распахиваю дверь в спальню и врываюсь в комнату.

– Кто ты ищешь? – летит недоумевающий вопрос Марка мне в спину. – Полина!

Просто игнорирую его и открываю дверцы шкафа. Пусто.

Бросаю взгляд на постель. Сверху лежит аккуратно расстеленное покрывало и несколько декоративных подушек. Все точно так же, как я и оставляла. Значит, в постели для них слишком скучно и обыденно. Испытывали более экстравагантные места? Например, мой кухонный стол?

До боли прикусываю внутреннюю сторону щек и бегу на кухню, но Марк преграждает мне путь и крепко хватает за плечи.

– Полина, ты не в себе? – всматривается в мои безумные глаза.

Его же взгляд слишком спокойный для человека, который только что спал с другой женщиной. И это бесит еще больше.

– Пусти меня, – цежу я. – Мне нужно на кухню.

– Зачем? – продолжает он расспросы. – Ты скажешь, наконец, что происходит? – а вот сейчас его лицо выглядит уже более взволновано. – Ты Лизу потеряла?

– Нормально все с Лизой, она дома, – тихо отвечаю я и вырываюсь из ослабевшей хватки мужа. – И не прикасайся больше ко мне, ясно?

Я уже почти уверена, что застану голую девицу где-нибудь за шторкой кухни, но нет. Здесь тоже никого.

Злюсь. Неужели я не успела? Неужели она уже ушла?

Глава 6

Нервно усмехаюсь сама себе.

М-да. Если так, то мой муж просто гений. Привел девицу, отымел и тут же выставил за дверь. Это какой же нужно быть дурой, чтобы принимать такой формат отношений?

И на лоджии, и в детских комнатах тоже пусто. В коридоре нет чужой обуви. Точно ушла…

– Все осмотрела? – хмыкает Марк. – Может, теперь уже поговорим?

Он не путался снова меня остановить. Просто подпирал стену, сложив руки на груди в замок, и с важным видом наблюдал за моими телодвижениями. Да, логично, что ее уже здесь нет. Иначе он не был бы сейчас так спокоен.

– Ты хочешь поговорить? – зло усмехаюсь я, вздернув бровь. – Конечно, давай поговорим. Например, о твоей совести. Нормально тебе без нее живется?

– Поль, ты снова хочешь вернуться к прежнему разговору? – скучающе отзывается Марк, едва не зевая.

– Как ты посмел притащить свою шлюху в наш дом? – сиплю я.

– О, у меня уже шлюхи появились, – усмехается он. – Не знал. Но спасибо, что сообщила.

– Да почему ты считаешь, что я полная идиотка? – всплескиваю руками и мотаю головой.

– Я этого не говорил. Ты сама это произнесла.

Ну, да, конечно. Я выставляю себя идиоткой.

– Ты не ответил на вопрос.

– А что ты хочешь услышать, Полин? Что? Ты поэтому по дому бегала, как чокнутая? Думала, что найдешь здесь кого-то?

– Я же не знала, что ты так быстро управишься и выставишь ее, – фыркаю я.

– А-а, вот оно что, – протягивает он. – М-да, ты определенно тронулась умом.

– Это я тронулась? – усмехаюсь. – Ты посреди для решил сходить в душ просто так, да? Вчера перед сном плохо помылся? Или чемодан был такой тяжелый, что ты весь вспотел?

– Боже, – он устало трет лоб. – Придумывай себе, что хочешь, раз даже не потрудилась спросить у меня об этом.

– Ой, прости, – наигранно произношу я. – И почему же ты решил сходить в душ, милый? Удиви меня.

– Да нечем мне тебя удивлять, – хмурится он. – Ты ведь уже сама придумала замечательное оправдание этому. Так какой мне смысл сейчас что-то говорить и пытаться разубедить тебя? Ты же все равно веришь в то, во что тебе самой хочется.

Поджимаю губы и до боли впиваюсь ногтями в ладони, чтобы не разреветься.

Он издевается надо мной?

– В душевой подтекал кран, – произносит Марк, когда я уже и не жду от него ответа. – Решил резьбу посильнее затянуть. Потом открыл воду, чтобы проверить, нормально ли все. Но, видимо, случайно провернул переключатель, и на меня хлынула вода из тропического душа.

– Поэтому ты не удержался и решил помыться? – усмехаюсь я.

– Да не мысля я! – раздраженно отвечает он. – Снял промокшие вещи, но услышал, как щелкает замок. Поэтому быстро завернулся в полотенце и вышел посмотреть. Все!

– Встречать грабителя в одном полотенце. Умно, – хмыкаю я.

Но Марк выглядит вполне искренним, хоть у меня это и не особо укладывается в голове.

– Во-первых, не в одном, – он распахивает полотенце и демонстрирует мне свои боксеры. – А, во-вторых, причем тут вообще грабитель? Район новый, люди в домах путаются. Ты не помнишь, как девушка пыталась открыть нашу дверь своими ключами? Я думал, что снова кто-то ошибся.

– Ну, это точно меняет дело. Открыть кому-нибудь дверь в полуобнаженном виде – это вообще замечательная идея.

– Нет, я должен был одеться и подождать, пока нам сломают дверной замок, – выплевывает он и уходит в спальню, добавив: – И зачем я только перед тобой распинался? Все равно остался хреновым.

Захожу в ванну и вижу одежду Марка на стиралке. И правда, мокрая. Выходит, не было тут никакой женщины, а я зря с ума сходила?

Вздыхаю, чувствуя свою вину за весь этот концерт. Теперь я во всем вижу измену, даже не разбираясь в ситуации.

Но я не должна чувствовать свою вину. Марк сам спровоцировал меня на это своим поведением. Все, Полина, соберись. А то так и недалеко до того, чтобы безоговорочно поверить в верность Марка.

Захожу в спальню и смотрю на почти обнаженного мужа. Он роется в своем чемодане и ищет, что ему надеть.

Даже в нынешнем состоянии не могу не подметить, какой он у меня красивый. И только злюсь из-за этого, отвожу взгляд.

– Долго еще будешь себя накручивать? – с нервной усмешкой спрашивает он.

– До тех пор, пока ты мне не докажешь свою верность, – хмыкаю я. – Но это тебе, очевидно не нужно, как и наша семья. Иначе ты бы не убежал сюда.

– По десятому кругу начнем?

– Да нечего начинать. Я тебе все уже сказала, а ты показал свое истинное отношение ко мне, – общение с Марком раздражает меня все больше и больше.

Он не хочет слышать меня. И сам будто не понимает, как поступает со мной. Или просто делает вид, что не понимает.

– Лизу хочет к бабушке в гости. Ее нужно отвезти, – продолжаю я. – Сегодня.

– А, так ты из-за этого пришла? – ухмыляется, изогнув бровь. – Но позвонить, конечно, не могла.

– Я звонила тебе. И Лиза звонила. Ты не взял трубку.

– И ты, конечно же, сразу решила, что я с другой, и прискакала, – укоризненно мотает он головой.

– Я пришла только ради дочери! – раздраженно отвечаю я и выхожу из комнаты.

Бесполезно с ним о чем-то говорить. Зачем я вообще пришла? Надо было самим добираться с несколькими пересадками. Долго, нудно, зато нервы себе не потрепала бы.

– Подожди, – слышу, уже стоя в коридоре. – Я оденусь, и поедем.

Глава 7

Выхожу на улицу и пока жду мужа, набираю номер мамы.

– Привет, Поль. Как твои дела? – отвечает она на звонок.

– Привет, мам. Все нормально, – стараюсь говорить бодро, чтобы не выдать своего истинного состояния. – Ты недавно говорила, что хотела бы взять Лизу к себе на пару недель во время каникул. Ты все еще хочешь, или планы изменились?

– Очень хочу! И ничего не изменилось. А ты что, решила ее отпустить ко мне? – с надеждой спрашивает мама.

– Да, она очень хотела к тебе поехать, и я дала добро. Мы уже собираемся к тебе. Через пару часов будем.

– Ой, как здорово. Приезжайте! – взвизгивает она. – Я пока для Лизоньки ее любимый супчик и котлетки приготовлю.

– Хорошо. Тогда до скорого.

– Подожди, – останавливает меня мама. – Поль, у тебя точно все нормально?

– Да, все в порядке.

– Просто подозрительно как-то. Лизу вдруг решила у меня оставить. И голос еще у тебя какой-то странный.

– Все хорошо, мам, не накручивай себя, – отмахиваюсь я. – Просто работы сейчас много, устала.

– Понятно, – как-то недоверчиво протягивает она. – Ладно, приезжайте. Дома тогда еще поговорим.

Кладу трубку. Вот как она поняла, что что-то не так? Теперь ведь не успокоится, пока не выудит из меня правду. Но я пока не готова рассказывать маме о том, что происходит у нас с Марком.

Да и не уверена, что вообще настанет момент для подобного обсуждения. Не такие уж у нас с мамой доверительные отношения. Это с Лизой она любящая и ласковая бабушка. А вот мамой она всегда была тираничной и властной. Поэтому я не воспринимаю ее, как поддержку. И почти уверена, что если поделюсь с ней своими проблемами, то услышу лишь упреки в свой адрес.

– Поехали, – раздается голос мужа за спиной, и меня невольно передергивает.

Медленно выдыхаю, успокаивая себя, сажусь в машину к Марку и отворачиваюсь к окну.

В какой момент наши отношения дали трещину? Когда Марк так сильно поменялся и стал таким принципиальным и самовлюбленным эгоистом? И почему я этого не заметила раньше?

Не понимаю, что мне теперь делать. Как жить в этом подвешенном состоянии? Прямо как с котом Шредингера: пока коробка неоткрыта, измена существует и не существует одновременно. А мне очень надо открыть эту чертову коробку! Пока мои собственные нервы не сожрали меня.

Зря я угрожала Марку разводом. Только все испортила. Мне стоило промолчать, затаиться и пристально наблюдать за мужем.

Но я повела себя слишком импульсивно, и тем самым отрезала себе возможность хоть как-то контролировать мужа. Надеялась на один результат, а получила совсем иной и только навредила самой себе.

– С чего вдруг ты решила отправить дочь к бабушке? – интересуется Марк.

– Она так захотела, – бесцветным голосом отзываюсь я. – И это очень вовремя. Я сейчас не в состоянии ей объяснять, почему отец теперь живет отдельно от нас.

– Не утруждайся. Я сам с ней поговорю.

– Правда? – наигранно удивляюсь я. – И что же ты ей скажешь?

– Разберусь, – небрежно бросает он.

– Конечно. Ты у нас мастер разбираться, – хмыкаю я. – Сбегаешь при любой трудности вместо того, чтобы решать ее.

– Ты это сейчас серьезно? – он резко останавливается перед нашим подъездом, и я едва успеваю выставить руку перед собой, чтобы не стукнуться лбом о приборную панель.

– Марк, ты нормальный вообще? Зачем так резко тормозить! Я ведь чуть головой не ударилась!

– Лучше вы ударилась, – хмыкает он. – Может, тогда бы перестала нести всякую чушь.

– Поверить не могу, что ты так себя ведешь, – мотаю головой и дергаю дверную ручку.

– Я тебя еще не отпускал, – цедит грозно и хватает меня за руку. – Зря не разбрасывайся громкими словами. И думай тщательнее, прежде чем что-то произнести вслух.

– Это угроза? – веду бровью, всматриваясь в потемневшие глаза Марка.

– Предупреждение. Я не хочу, чтобы ты наплела нашей дочери ту чушь, в которой сама себя убедила.

– Зачем мне саму себя в чем-то убеждать, если ты сам с этим прекрасно справляешься? – усмехаюсь я. – Каждым своим действием, каждым своих словом ты показываешь, насколько я стала для тебя неценна. Просто пустое место.

– Знаешь, я всерьез начинаю думать, что тебе пора обратиться к врачу, – протягивает Марк. – И совершенно неуверен, что тебя можно оставлять с ребенком.

– Какая же ты сволочь! – выпаливаю я, одергиваю руку и пулей вылетаю из авто.

Это уже не мой муж. Не тот человек, с которым я жила все эти годы.

Может, и не нужно мне выяснять, была ли измена? Даже если и не было, то, похоже, это уже ничего не изменит. Наша семья и так уже развалилась. И, судя по его словам, он способен на все. Может даже выставить меня душевнобольной, чтобы отнять дочь.

Глава 8

– Зайчик, ты собралась? – выкрикиваю я, заходя в квартиру.

– Да-а, – отвечает дочь, выбегая навстречу из детской, и обвивает меня своими ручками. – Мамуль, я так рада, что поеду к бабушке!

Она поднимает на меня озорные глазки, пристально смотрит и вдруг надувает губки:

– Но только я там буду очень скучать по тебе.

– И я буду по тебе скучать, – с грустной улыбкой протягиваю я и целую дочь в макушку. – Но зато ты хорошо проведешь время с бабушкой и друзьями. И мы с тобой сможем созваниваться по видеосвязи. Хоть каждый день!

– Тебе тоже будет нескучно. С тобой папа останется, – вновь улыбается Лиза.

– Ага, – киваю, едва натянув улыбку.

– Я по нему тоже буду скучать. Очень-очень! Давайте вы вместе будете мне звонить по вечерам, когда папа будет возвращаться с работы?

– Посмотрим. Вы лучше с ним сами созванивайтесь днем. Ты ведь знаешь, папа почти всегда поздно с работы возвращается, когда ты уже спишь.

Стараюсь преподнести все так, будто ничего не случилось, но при этом не врать, а просто недоговаривать. Я вообще не представляю, как сообщу дочери о том, что папа теперь будет жить отдельно. Боюсь, для нее это станет трагедией. Но и несчастные родители, которые вынужденно останутся вместе, ей тоже не нужны. Я это на собственном опыте испытала, и не желаю подобного своему ребенку.

Мои родители оставались вместе ради меня, по крайней мере мне так мама говорила. И на протяжении долгих лет я каждый день слушала их ссоры, истерики мамы. Иногда даже драки наблюдала.

Вот и кому они сделали лучше? Себе? Мне? Да никому! А я ведь хорошо помню, как говорила маме, что не против их развода. Но они так и продолжали быть вместе.

А потом в этой лютой ненависти друг к другу умудрились родить мне брата. Можно было бы подумать, что они наладили отношения, и дали себе второй шанс. Но нет. Они просто родили еще одно несчастное существо, вынужденное жить в семье, в которой не знаю слова «любовь».

И все же они развелись, когда я училась в институте. И каждый из них нашел себе другого спутника по жизни. Стоило ли столько лет терпеть и издеваться друг над другом и причинять боль своим детям?

– Ну все, бери свой рюкзачок и обувайся, а я быстро соберу тебе одежду и пойдем, – тараторю я, скидываю обувь и бегом иду в детскую.

Через пять минут мы уже выходим из дома и садимся к Марку в машину.

– Привет, красотка! – игриво произносит он, повернувшись к Лизе.

– Привет, папуль. А ты куда уезжал? Ты ведь с утра дома был.

– Дела кое-какие появились, – без конкретики отвечает Марк и отъезжает от дома.

Надо же. А я думала, он расскажет, что ушел жить отдельно и во всем обвинит меня. Не хочет сам сообщать об этом дочери, или не торопится этого делать, потому что надеется все наладить?

Едем в полном молчании, только игра дочери на планшете нарушает тишину. А ведь раньше мы слушали музыку в дороге, подпевали, играли в слова, или просто болтали о чем-нибудь. Но все изменилось не в этот раз, а немного раньше. Вот только когда? Я даже не заметила, когда настали эти перемены. Как и не заметила изменений в своем муже.

Через полтора часа останавливаемся возле дома моей мамы. Выхожу из машину, открываю дверь Лизе и забираю рюкзаки.

– А ты не станешь подниматься? – спрашиваю у Марка, который по-прежнему сидит за рулем.

– Я хочу поскорее вернуться домой и отдохнуть, – сухо отзывается он.

– Давай хотя бы чай попьем с мамой. Некрасиво же. Столько времени ехали, неужели десять минут сыграют роль?

– Если хочешь, ты можешь оставаться здесь. Пообщаешься с мамой, отдохнешь. А я тебя заберу через пару дней.

– Ты же знаешь, я не могу остаться. У меня много работы.

– Ну конечно, работа, – кривится он в усмешке. – Тогда отводи Лизу и поехали.

Захлопываю дверь. К чему создавать лишние трудности? Ну, правда, в чем проблема зайти к маме на десять минут?

Вздыхаю, беру Лизу за руку и вместе с ней иду к дому.

– Лизонька! – с радостным криком распахивает дверь мама и обнимает внучку, бросившуюся в ее объятия. – Проходите скорее. Я вам столько вкусного приготовила для вас!

– Извини, мам, но я не буду заходить, – виновато отвечаю я, ставя рюкзаки в коридоре, и целую маму в щеку. – Марк внизу ждет, ему ехать надо.

– Даже полчасика не побудете? – удивляется она.

– Не могу. Видишь, Марк даже подниматься не стал из-за того, что торопится. Мы поедем. Не обижайся.

– Ладно, езжайте, – отмахивается она, но видно, что немного расстроилась.

– В следующий раз посидим, когда Лизу будем забирать, – отвечаю я.

– Пока, мамуль, – дочь жмется ко мне, а я наклоняюсь к ней и целую сладкие губки.

– Пока, милая. Желаю тебе хорошо провести время с бабулей. Звони мне, хорошо?

– Ладно. Пока!

– Пока, – машу рукой на прощание и выхожу из квартиры.

Возвращаюсь в машину. Марк смотрит на меня хмуро и с немым упреком. Всем своим видом он говорит, что я провинилась. А я… Я по инерции начинаю чувствовать себя виноватой, хотя точно знаю, что винить мне себя не в чем. Разве только в том, что не поступила хитрее и открыто высказала свои подозрения Марку…