![](/files/books/160/oblozhka-knigi-polet-strely-si-364562.jpg)
Текст книги "Полёт стрелы (СИ)"
Автор книги: Margaret_div
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 10 страниц)
– Что поставишь ты?
– А если я выиграю, то ты должен будешь сутки исполнять все просьбы солдат. – задание, которое не понравилось бы никому, у нас в академии именно так и наказывали.
– Хорошо.
Удар за ударом, шаг за шагом, я знала, что могу одержать победы с легкостью, но в какойто момент оступилась, поэтому он смог прижать меня к стене, подставив клинок к горлу. Он смотрел на меня, как охотник на дичь, которую только что подстрелил. Я видела этот взгляд раньше. Взгляд победителя.
– Значит, так ты заставляешь девушек влюбляться в тебя? – я улыбалась.
– Неужели, я влюбил тебя в себя?
– Не до конца. – мы флиртовали, и это было так непривычно для меня, но мне нравилось открывать новые вещи.
– Нужно это исправлять. – он смотрел в мои глаза с таким интересом.
– С ножом у моего горла? – мы перевели взгляд на лезвие, которое могло навредить мне, не убить, но заставить слечь на несколько дней.
Мы отошли друг от друга, продолжив тренировку. Этот разговор ничего не стоил, но Филипп мне понравился. Он был образован, симпатичен и мил, можно сказать идеальный парень, но он был не похож на Кристиана, и я не знала нравилось ли мне это.
========== Глава 5 ==========
Кристиан
Я сидел в своём кабинете, когда тот, с кем мне приходится быть в родстве, зашёл в эту комнату. Филипп – идеальный сын для нашего отца, но, увы, он не мог стать правителем, иначе давно уже сидел бы на троне. По закону старший сын должен управлять двором, что и произошло в нашей семье. Это буквально раскололо наше родство.
– А она мила. – он взял бокал и налил себе выпить, приземлившись на один из стульев.
– Ты про Джесс? Она опасна, уж точно не мила. – я рассматривал брата, пытаясь понять, как прошла тренировка.
– Может, она с тобой просто не хочет раскрываться. Ты всех пугаешь. – эти слова подожгли то-то внутри, так что теперь я был адски зол не только на брата, но и на весь мир.
Я помнил, как отец меня воспитывал. Ни слова больше. Ты должен быть тих, жесток и мудр. Мама старалась передать какие-то свои качества мне, но отец не позволял переступить черту, так что я навсегда остался человеком, которого боялись не только в других дворах, но и в его собственном. Я знал, что мои поданные уважают меня, ведь я совсем не походил на моего отца. Да, манеры, внешность и характер могли включать в себя что-то похожее на бывшего правителя, но я старался делать так, как считал нужным. Совесть и честь во мне были более воспитаны, чем жестокость и коварство.
– Да, в отличие от тебя. Я уверен, ты пришелся ей по душе. – я закатил глаза, признавать, что брат мог понравится Джессике, я не хотел.
– Да, идем на свидание. – эти слова еще больше задели меня, потому что такая же идея появилась и у меня пару дней назад.
– Не смей с ней играть. – я подошёл вплотную к братцу. Я готов был кинуть его в темницу, лишь бы он не пошёл с ней никуда, ведь все его встречи с девушками были одноразовыми. Он никогда не понимал, какого это влюбиться по-настоящему, и никто не мог ему в этом помочь.
– Ты же сам сказал, она опасна, так что, поверь, не испорчу. – он ухмыльнулся, допив содержимое бокала.
– Выметайся из моей комнаты. – мой тон был спокойным, но в нём присутствовал лед.
– Ты похож на отца больше, чем ты думаешь. – братец улыбнулся, поставив бокал на стол, и вышел из комнаты, захлопнув со всей силы за собой дверь.
Мой бокал полетел в стену, я знал, что осколки и само содержимое останутся на полу или же даже на стене, но сейчас мне было все равно. Он посмел тронуть то, что не должен был, хотя Джесс – не моя собственность. И мне приходилось напоминать об этом себе каждый день.
…
Я стоял на улице, проверяя укомплектованность наших солдат. Клинков не доставало и ещё нескольких видов оружия, так что мне придётся разбираться до конца дня ещё и с этим. Мэйсон и Томас обсуждали со мной данный вопрос, а Джон ушёл в город пару минут назад за провизией, которая была нужна им. Мы поставляли солдатам еду, но иногда они хотели самостоятельно приготовить ужин, чтобы насладиться разговорами друг с другом.
– Как там Джессика? – я подняла глаза на Мэйсона, с которым она не разговаривала с того самого вечера, как впрочем и со мной, но уже из-за другого случая. Его отца убили здесь, так что я понимал, что она зла на меня за многое.
– Это относится к оружию? – мы все улыбнулись, понимая, что она сама может убить любого своим характером не хуже, чем клинком. – Она к вам скоро придёт, так что можешь спросить у неё.
Мэйсон как-то засмущался, а Томас пытался сдерживать улыбку, хотя это у него совсем не получалось. Я смотрел в его глаза, стараясь понять причину такого смеха, похоже, я не знал, что творится в собственной армии. Джессика бы укорила меня этим, хотя она всегда находило множество других способов, чтобы сделать это.
– Мэйсон, что-то не так?
– Она просто с ним не разговаривает. – Мэйсон закинул голову, улыбаясь. Как можно было улыбаться после такого предложения, может, ему нужна медицинская помощь?
– Это я знаю. Поверь, ты не один. – в наших улыбках было что-то до боли грустное.
– Она не приходит к нам кроме как на уроки, так что у нас нет особо времени спросить это. – я нахмурился.
– А где же она пропадает все время? – Томас указал на кого-то за моей спиной.
Я увидел, как Джессика и Филипп медленно продвигались к нам, не обращая внимания на то, как все пытались посмотреть на них. Её улыбка блистала, как снег на солнце за окрестностями нашего замка. Филипп всегда играл с девушками, но никогда не хотел продлевать отношения более чем на несколько дней, чем же Джесс его так зацепила.
Хотя я знал чем. И половина нашей армии тоже. Она взрывоопасна, потому что если её обидеть, то её месть будет изощренной и долгой. В бою никто никогда не видел такой точной техники, а в разговорах – такого тонкого сарказма. Она влюбляла в себя с первого взгляда, даже несмотря на свою холодность. Я видел, как в шумной компании она всегда улыбалась. Её полюбили за то, что она всегда может поддержать и найти выход из ситуации, она знала, что когда нужно сказать и сделать.
– Останешься на ужин? – я услышал этот обрывок, когда они подошли к нам.
– С радостью. – она мило улыбнулась ему, а потом перевела взгляд на нас.
– Ты в платье. – Мэйсон ошарашенно оглядывал его в ног до головы. Томас не смог не засмеяться от удивленного тона друга, как впрочем и сама девушка.
– Мне кажется, на свидания именно в этом ходят. – она смущенно опустила глаза, но мне показалось, что в её словах была какая-то ложь.
– Неужели, отношения не на день? – я подошёл достаточно близко к Филиппу, заметив, как грустно разглядывал нашу охотницу Мэйсон.
– Может перестанешь говорить про меня такие вещи. Тебя это не касается. Или ты завидуешь? Ведь я хорош и в общении с девушками, и в бою. – его ухмылка окончательно подожгла что-то внутри.
– Так давай это проверим. – я достал тут же меч, с тех пор как у нас была война, я носил его гораздо чаще, чем нужно было.
Брат тоже выхватил меч, который всегда носил с собой. Драки для него были обычным делом, особенно за девушек. Все сделали шаг назад кроме Джессики, она так и осталась стоять, испуганно переводя взгляд с одного парня на другого. Но я уже не замечал её, это было только между нами.
– Уведите её в сторону! – охрана тут же отвела её от нас, хотя она вырывалась, чтобы остановить бой, который уж явно не будет дружеским.
– Кристиан! Филипп! – она кричала на нас, но в какойто момент я услышал, как она затихла. – Прекратите!
Звон наших клинков и её молчание. Ярость и злость за те годы, когда наше общение прекратилось. Совместные ужины перешли в отдаленное напоминание того, что было раньше, а беседы и прочее, что может объединять братьев, осталось позади. Нас по-разному воспитывали, поэтому мы захотели разных вещей. Я – власть, которая позволяла делать всё, что ты хочешь. Он – любви, которая дарила невообразимое счастье и одурманивала рассудок. Никто не знал, что за всё придётся платить. Жестокость и холодность в моём случае, несобранность и разбитое сердце в его.
Его меч разрезал мою рубашку и кожу на животе, поэтому от боли я упал на землю. Филипп улыбался, торжествуя, что смог победить меня, хотя сейчас речь шла совсем не о победе. Он готов был меня убить, может, мне так показалось, но его меч завис надо мной, чтобы нанести смертельный удар. Перед глазами всё плыло, но я увидел, как Джессика подбежала, вовремя загородив меня. Она отразила его атаку, но никто не понял, как она смогла выбраться из рук охраны, которая теперь лежала на земле без сознания. Она наносила новые и новые удары, заставляя Филиппа отходить назад. Но в какойто момент она остановилась.
– Хватит. – она отбросила меч, который у кого-то взяла, прямо под ноги Филиппу. Это было красиво, но новый приступ боли из-за раны, заставил меня закусить губу.
Я не помнил, что дальше произошло, но холод её рук, которые держали тряпку на ране, останавливая кровотечение, я ни с чем не спутаю.
Джессика
– Поднимите его и отнесите в покое, а вы. – я указала на солдат, который сейчас не знали, что делать. – Позовите доктора в его покои, живо! И оповестите его родителей.
Все принялись исполнять мои указания, и только Филипп стоял на месте, смотря на брата, который уже потерял сознание. Я бросила на него последний взгляд, видимо, это свидание оказалось нашим последним, и поднялась вместе с Томасом и Мэйсоном в комнату Кристиана, где его положили на кровать. Я встала в углу, чтобы не мешать. Доктор вошёл в комнату, оглядывая кровавую футболку пациента.
– Что с ним случилось? – он посмотрел на парней, но они не знали, как ему объяснить.
– Глубокая рана, нанесенная мечом, он потерял много крови. Я постаралась остановить кровотечение, но он без сознания уже несколько минут.
Врач благодарно на меня посмотрел, он бы понял, что с ним произошло, но это заняло бы время, которого у Кристиана не было.
– Проснётся – убью. – я сказала это лишь потому, что была зла на него за эту бессмысленную драку, которая не должна была состояться.
– Может, тогда мне его не лечить? – я извинилась перед доктором.
Он кивнул мне, продолжая работать, а я наблюдала, пытаясь понять, насколько всё плохо. Но когда доктор грустно посмотрел на нас, я не могла в это поверить.
– Случайно, ваши наконечники не были пронизаны ядом? – я вспомнила, что из-за войны некоторые из мечей промазывали ядом, чтобы у противника не оставалось шансов.
Томас закрыл рот рукой, понимая, что сейчас его друг умирает. Осталось каких-то нескольких минут перед тем, как яд доберется до сердце и убьёт носителя.
– Он умрёт? – я заметила в дверях Филиппа, который чуть ли не сходил с ума.
Всеобщее молчание было кратким и четким ответом для него. Он сел на пол, закрыв лицо руками. Его отец был в ярости от его поступка, и это подтвердилось, когда он вошёл.
– Филипп, мы с тобой потом поговорим. Мы перестраховались и захватили с собой человека, который может помочь.– я перевела взгляд на женщину, уже пожилую, которая вошла в комнату следом за бывшим правителем.
Доктор отошёл в сторону, давая место, чтобы эта женщина присела рядом. Томас и Мэйсон качали головой, не в силах поверить в то, что сейчас должно было произойти.
– Если вы не хотите это видеть, то вы можете выйти. – доктор обратился к нам.
Я осталась стоять, смотря на эту женщину, которая возродила столько воспоминаний в моей голове. Мэйсон с опаской поглядывал на меня, зная, как умерла моя мама.
– Джесс, может, ты вый… – один взгляд в его сторону заставил его замолчать.
Я смотрела прямо перед собой, пытаясь отключить все чувства. Я помнила, как именно так лишилась матери, но ещё я помнила, как отец учил меня всегда сдерживать эмоции при других. Женщина коснулась раны и медленно начала падать на кровать, как будто просто засыпала. Теперь я хотя бы знала, что моей мамы было не больно, она просто заснула… навсегда.
Я стояла, смотря на то, как грудь Кристиана снова начала подниматься, все в комнате выдохнули. Отец вместе с Филиппом вышли из комнаты, и их громкие голоса были слышны уже через пару секунд. Томас и Мэйсон вышли за дверь, как и доктор, который помогал вынести тело той женщины. Я подошла, присев около парня, который мог праздновать сегодня свой второй день рождения.
…
Я почувствовала, что он шевельнул рукой, поэтому открыла глаза. Я совсем не заметила, как заснула рядом с ним. Он посмотрел на меня со своей фирменной ухмылкой, которую я слишком часто видела.
– Привет… – он улыбнулся, а я, вспомнив, что здесь произошло, не смогла ответить ему тем же. – И долго я пролежал в таком состоянии?
– Без рубашки или в отключке? – я встала, что сменить повязку, которая вновь пропиталась кровью.
– А я тебе таким больше нравлюсь?
– Я пришла только повязку сменить. – новые бинты обтягивали кожу, а старые валялись в мусорке.
– Неужели? А мне показалось, что ты была здесь всё это время.
– Многое может показаться, когда ты умер. – его взгляд стал испуганным, он попытался встать, но я его заставила лечь на кровать.
– Это значит…
– Да. – я отвечала холодно, и он понимал причину. – С днём рождения.
Я захотела уйти, но он схватил меня за руку, пытаясь остановить. Перед глазами вновь всплыла картина, когда женщина без всяких слов отдала свою жизнь.
– Я не хотел…
– Из-за вас, Ваше Высочество, умерла женщина, и это будет с вами до конца жизни. – на моём лице было написано презрение, которое он сразу же увидел. Я вырвала руку и вышла за дверь.
– Джесс. Джесс! – я слышала, как он звал меня, но не могла ничего сказать ему, потому что чувствовала, что сорвусь.
Я зашла в свою комнату, заперев дверь на замок, и опустилась на пол. Слезы катились непроизвольно, я хотела кричать, но боялась, что стены этого внушительного замка не выдержат этого. Я не выдерживала…
…
Я сидела около зеркала, убирая последствия истерики, которая длилась не знаю сколько времени. Мой спортивный костюм для тренировок был уже готов, поэтому мне не оставалось ничего сделать, кроме как надеть его. Я встала, осмотрев себя, теперь я больше была похожа на ту, которая приехала сюда. Я расслабилась, забыв, что этого ни в коем случае нельзя делать.
– Джесс… – я заметила в дверях Томаса. – Как там Кристиан?
– Я всё скажу через пару минут, иди к своим солдатам. – я повернулась к нему, скрывая всю ненависть к правителю этого двора.
Он улыбнулся, покачав головой, как будто не понимал, что здесь делает. Я подошла к нему, смотря прямо в глаза. Они на удивление были совсем другие. Не жесткие и холодные, как у Кристиана, не веселые и шумные, как у Филиппа, а спокойные. Как будто они говорили, что ты будешь в безопасности всегда рядом с этим человеком.
– Томас, что-то случилось? – его глаза весело сверкнули.
– Знаешь, на самом деле я хотел спросить, как ты? Я видел, что ты за него переживала. И за ту женщину тоже. – я опустила взгляд.
– Мистер Тейт сам отвечает за свои поступки, и мне волноваться за него бессмысленно. А та женщина исполнила свой долг, о котором я буду помнить до конца жизни. Томас, иди на тренировки.
Он кивнул и вышел из комнаты, а я смотрела ему вслед, надеясь, что он не увидит, как я задумчиво улыбаюсь.
…
– Что с мистером Тейтом?
– Как он себя чувствует?
– Он скоро вернется к нам?
Вопросы сыпались с разных сторон, во дворе стоял такой гул, что любое слово пропадало в нём, поэтому я достала стрелу и выпустила её в землю перед ногами солдат, которые тут же замолчали. Их было много, я узнала, что ещё несколько таких же лагерей находятся по всему двору.
– Он выздоравливает, когда он к нам вернется, сложно сказать, но я уверена, что в скором времени. Если вы не хотите умереть, то не стоит устраивать таких боёв. А сейчас к тренировкам, сегодня отрабатываем защиту.
Я отошла в сторону, наблюдая за солдатам, иногда давая указания по тому, как лучше сделать той или иной приём.
– Ребята, разве так нужно? – они неуверенно отложили лук и стрелы.
– Мы не совсем поняли, когда ты объясняла. Там было так громко, что мы многое просто не услышали. – они старались держаться уверенно, но я видела, что они боялись говорить мне это.
– Давайте, я ещё раз покажу. Встаньте прямо и расставьте ноги по ширине плеч. Дальше вы все делали правильно, но вы должны расположить все три пальца под стрелой, так вам будет проще поднести ее ближе к глазу. Придерживайте тыльный конец стрелы большим пальцем, чтобы она располагалась ровно.
– Спасибо. – они выпустили стрелу, которая полетела уже прямо в мишень, не в центр, но хотя бы в саму цель.
– Вы прекрасно справляетесь. – я сглотнула, заметив, как к лагерю шёл Филипп, его видеть я не хотела.
– Джесс… – я смотрела на него, не понимая, как могла понравится такому человеку.
– Не подходи ко мне. – но он сокращал дистанцию между нами.
– Послушай меня. – его тон был властным и жестким. А когда я хотела уйти, он схватил меня за руку так крепко, что мне стало больно.
– Не трогай меня, отпусти. – я пыталась вырваться, но в таких близких сражениях я обычно проигрывала.
– Джесс, прекрати. Давай поговорим.
– Если хочешь, давай. – я приставила клинок к его горлу, который достала второй рукой из-за пояса.
К нам подбежали солдаты, которые тут же оттащили меня от него. Я знала на что иду и не сожалела о том, что не сделала. Никогда нельзя идти против семьи. Никогда.
…
Меня буквально бросили в камеру, которая не отличалась удобствами. Холодная каменная клетка. Кровати не было по понятным причинам, узникам не нужно было находиться тут много времени, а если и нужно, то пол сойдёт для место для сна. Зато у меня были соседи: крысы и пауки. Я привыкла к ним, но все равно не испытывала особенной любви.
Меня могут посадить на месяцы в тюрьму за многие вещи. “Создание опасной ситуации, угрожающей здоровью правителя или его семьи.” “Угроза жизни правителя или его семьи.” “Оскорбление направленное на унижение правителя или его семьи.” Глупые законы, которым мы должны подчиняться. И минимум меня должны посадить на некоторый срок в эту камеру, максимум – я лишусь титула охотницы, а это равноценно смерти. Хотя и после этой тюрьмы никто не выходил, сколько бы они здесь не пробыли.
Я не знала, когда обо мне сообщат правителю, потому что он находился в плохом состоянии, и это дело могли отложить до его полного выздоровления. Впервые я не понимала, как поступить. Я могла сбежать, потому что уже знала про основные группы солдат, могла дать хоть какую-то информацию правителю двора весны, но вряд ли эта попытка увенчается успехом. Отсюда ещё никто не сбегал.
Я опустилась на холодный пол, надеюсь, что поражение легких начнётся чуть позже. Мне хотелось ещё спокойно подышать. Я заснула, здесь было слишком холодно, поэтому сон – единственное, что могло меня сейчас согреть.
…
Я проснулась… Надо было потеплее одеться… Маленький паук полз по моей ноге… Провал… Солнца здесь совсем нет… Другие заключенные кашляют… Провал… … … …
========== Часть 6 ==========
Кристиан
– Привет. – я пожал руку Томасу и Мэйсону, которые встречали меня. Джон тоже подошёл ко мне позже, чему я был рад. – Как у вас дела?
– Хорошо, мы практикуемся, как нам велела Джессика. – Мэйсон нахмурился при упоминании этой девушки.
– Кстати, как она? – все начали переглядываться, но я не понимал почему.
Мы не разговаривали с Джессикой несколько дней, и я считал, что она на меня злится, но так как не мог пошевелиться, я её не тревожил, а теперь странное молчание, которое возникает при её имени.
– Мы не знаем где она. – Мэйсон умеет убивать людей с первых слов.
– Она не приходит на тренировки, мы не видим её в замке. Ты её куда-то отправил после тюрьмы?
– Что? Какая тюрьма? – мой тон резко стал жестким, ведь я не понимал, как почетную гостью моего дома могли отправить туда, откуда не возвращаются. Откуда мы не позволяем возвращаться.
– Филипп хотел с ней поговорить, но она уходила, и он схватил её за руку. – я вновь, как тогда, захотел убить своего брата. – Она подставила нож к его горлу…
– Сколько она там? – я прервал Томаса.
– Когда вы в последний раз виделись? С того вечера. Мы думали, что ты знаешь. – но увидя моё лицо, он сразу все понял. – Значит, она до сих пор..?
Я рванул в замок, как будто там меня ждала новая жизнь. Я надеялся, что она жива, потому что знал, что такое наше тюрьма, сам отправлял туда провинившихся. В тюрьме было холодно, поэтому мне тяжело было дышать. Рана не дала достаточно воздуха, чтобы спокойно вздохнуть.
– Отпустите арестованную Джессику Флетчер. – охрана испуганно переглянулась. – Живо!
Они провели меня к её камере, и я увидел не ту смелую девушку, которую встретил в первый день, а маленькое свернувшееся тело. Она все ещё изредка моргала, но, казалось, не видела нас. Мне отворили дверь, и я поднял её на руки. Она смотрела на меня, как будто это я обрек её на эти страдания.
– Ты в безопасности. – я постарался улыбнуться, но у меня не получилось.
…
Её осматривал доктор, а я, Томас и Мэйсон стояли за дверью, так как нас буквально выгнали оттуда. Мы так переживали за её состояние, что не хотели уходить. Я заметил, как Филипп подходил к двери так быстро, что даже моя рука его еле-еле остановила.
– Чего ты хочешь? – он посмотрел на меня виновато.
– Поговорить с ней.
– А она не может, у неё сейчас доктор. – Филипп сделал такое лицо, как будто не знал об этом. – Из-за тебя она попала в тюрьму, а ты всё это время, похоже, проводил в компании алкоголя.
– Крис… Мне нужно с ней поговорить. Я думал, ты её вытащишь, она же тебе так дорога.
Я прижал его к стене, смотря с ненавистью в глаза. Он виноват в том, что женщина погибла, спасая мою жизнь, он виноват в том, что Джессика сейчас лежит непонятно в каком состоянии.
– Мистер Тейт… – я услышал голос доктора и отпустил брата.
– Да, говорите. – я обернулся, все слушали это, как приговор, потому что мы полюбили Джессику за столько короткий период.
– Она поправится. – я услышал, как Томас выдохнул, и даже закрыл глаза рукой. – Но у неё до сих пор очень простужено горло и присутствует истощение, вы вовремя её оттуда вытащили. Я зайду ещё вечером и завтра.
– Спасибо. – я кивнул, и он удалился. Филипп тут же каким-то образом прорвался сквозь нас и влетел в комнату.
– Джесс… – он хотел начать свою тираду о том, как не хотел, но увидел, как она выглядела.
Она была бледна, губы сухие, и вид такой, будто её держали в подземелье несколько дней, хотя именно всё так и было. Он остановился, не в силах пошевелиться. А Джессика немного приподнялась, чтобы посмотреть на нас.
– Про тебя спрашивают солдаты. Мы все переживаем. – Мэйсон решил прервать эту неловкую паузу.
Она показала нам ладонь, а потом указала на часы, давая понять, что ей нужно пять минут. Мы все вышли за дверь, и когда она открылась, то мы увидели не больную Джессику, а охотницу, которая приехала к нам в тот день.
– Пойдёмте к солдатам. – её охрипший голос звучал непривычно.
– Ты должна лежать. – Филипп встал напротив неё, преграждая путь.
– Не тебе решать, что я должна делать. – она обошла его, объясняя всем нам, почему она так поступила. – Если я скажу, что была в тюрьме, а моё дело даже не рассматривали, то это сильно ударит по их доверию к вам, Ваше Высочество, так что ничего не произошло, понятно?
Все молчали, переглядываясь, она была права, если кто-нибудь, а особенно солдаты, об этом узнают, то будет недовольство или даже бунт, а этого нельзя было допустить.
– Понятно? – даже с охрипшим голосом она могла внушать страх и уважение. Все кивнули.
– Что ты собираешься им сказать?
– Ваше Величество, у вас ещё много заключенных в камерах, не хотите сначала о них подумать? – она ехидно улыбнулась на долю секунды, а потом ушла. Томас и Мэйсон, как впрочем и я поспешили за ней.
Последние несколько дней она пробыла в камере, её там практически не кормили, вода давалась тоже редко, холод истерзал её тело, но она все равно пошла к солдатам, чтобы не разочаровать их. Больше не могло возникнуть вопросов, за что мы её любим.
Джессика
Всё тело ломило, а голова немного кружилась, поэтому иногда мне приходилось пользоваться протянутой рукой Томаса. Я знала, что наша система прогорела, но не думала, что настолько. Доктор дал мне какойто напиток, который имел целебное свойство исцелить мой организм, спасибо нашим магам, но дни, проведенные в этом холодном помещении, на которое, похоже, не до конца распространялась сила Кристиана, убило меня изнутри. Но сейчас я вышла во двор, улыбаясь, никто не должен был видеть, как мне плохо, никто не должен был об этом думать, даже я сама.
– Ребята, Джесс вернулась! – Томас прокричал это на весь лагерь, отчего я улыбнулась. Многие солдаты приветствовали меня, кто-то подбежал спросить, где я так долго пропадала.
– Как ваши тренировки? – они стыдливо опустили глаза, а я улыбнулась. – Завтра покажете мне всё, чему научились за эти дни.
Я умело не отвечала на вопросы, переводя тему, в итоге, они попросили прийти меня на ужин, что я им любезно пообещала. А потом у меня было ещё несколько дел, которые не ждали меня.
– Отец просил тебя зайти. – я кивнула и вместе с Кристианом и Филиппом, который молчал всю дорогу, в кабинет бывшего правителя.
Я стояла в дверях, собираясь с мыслями, думая, что именно сказать ему, потому что мне безумно хотелось обвинить Филиппа, так как он был виноват в этом, и я, кажется, знала, как поступить.
– Заходите! – парни вместе со мной хотели пройти, но их не пустили. – Только она.
Филипп и Кристиан сразу напряглись, но я прошла мимо них, не говоря ни слова. Кабинет был гораздо строже, чем у нынешнего правителя. Здесь было минимальное количество книг, огромный стол для переговоров и множество записей.
– Расскажите, что случилось тогда? Это решит вашу дальнейшую судьбу.
– Я подставила нож к горлу вашего сына. Не думаю, что убила бы его, но угроза жизни была, так что вы имеете… – я закашлялась. – полное право отправить меня в тюрьму.
– Ты понимаешь, что я не могу ничего сделать? По законам ты должна отсидеть около недели в тюрьме после вынесения приговора. – я кивнула, понимая, что там я не протяну. – Если ты мне расскажешь, что Филипп тоже виноват, а я уверен, что это так, то мы сможем изменить срок.
Я хотела возразить, но он меня перебил, поэтому я подняла на него взгляд, ожидая свой вердикт.
– Джессика, есть два варианта: либо ты признаешь вину Филиппа, и твой срок уменьшается или даже пропадает, либо ты отсиживаешь то время, которое я тебе уже озвучил. Если что, то твой срок пройдет после окончания контракта на должность валькирии. Подумай, как будет решение, приди ко мне.
– А Кристиан?
– Он не может рассматривать твоё дело, так как причастен к нему. Расскажи, что произошло при той драке.
– Мне нечего вам сказать. Разрешите идти. – он кивнул, и я вышла за дверь, чуть ли не ударив ею одного из братьев.
Я прошла по коридору, не говоря им ни слова, уже смеркалось, так что меня ждал ужин с ребятами, которые привлекали меня гораздо больше, чем правитель или его семья.
– Джесс, ты пришла! – все солдаты у костра обрадовались моему приходу, потому сразу зачем-то начали суетиться.
Они освободили место, чтобы я села около огня, а потом подали кружку с горячим чаем. Я не видела здесь тех, с кем была близко знакома. Томас, Мэйсон и Джон пропали. Я обернулась, чтобы отыскать их глазами, но увидела, как солдаты тренируются.
– Ребят, а почему они не с вами? – все удивленно переглянулись.
– Ты же сама говорила нам тренироваться.
– У них не получаются приёмы, так что они не могут освободиться.
– И дело не в тебе, они теперь сами хотят научиться.
– Это хорошо, но пусть присоединяются к нам как можно скорее. – мой голос был хриплым и тихим, но все замолкали, когда я говорила, так что меня было отчетливо слышно.
Меня кто-то накрыл пледом, который давал дополнительное тепло. Я повернулась, увидев, как Томас опустился рядом со мной, немного приобнимая меня. Он взял мои руки в свои, грея их гораздо лучше костра. Он не произносил ни слова, но впервые мне захотелось быть мягкой и нежной.
– Будешь чай? – я протянула ему кружку, которую он тут же взял.
– Спасибо.
– Джессика, расскажи историю из своей жизни! – кто-то из солдат это выкрикнул, и все тут же закивали.
– У неё болит горло, она не может. – все поникли, поэтому я улыбнулась.
– Нет могу, просто буду аккуратна с голосом. – Томас покачал головой, но тоже улыбнулся.
– Расскажи про крылья! – в моих глазах появилась боль прошлого, но я тут же взяла себя в руки. Мэйс опасливо смотрел на меня.
– Вы не представляете, какого подниматься на них в небо. Всё кажется таким незначительным, что ты оказываешь совсем в другом мире. Мои крылья делали меня сильной, один их взмах мог снести десятки солдат. Когда я была валькирией, я могла прикосновением решать, кто умрёт, а кто будет жить.
– Ты и сейчас сильная.
– Да, а представьте ещё за спиной крылья, которые удваивают силу. Я любила их тяжесть, но сейчас вынуждена жить без них. Лучше расскажу вам про свои вылазки.
Я знала, как завладеть вниманием аудитории, но никогда не думала, что смогу внушать уважение так, что когда я начала говорить, все замолчали. Было слышно только мой голос и треск огня.
Кристиан
Она сидела у костра, рассказывая какую-то историю, которую мне не было слышно. Хотелось напиться, чтобы все забыть, но я напоминал себе про свою должность, которая давала так много обязательств. Филипп поступил ужасно, и я бы убил его, но я никогда не хотел навредить своей семье. Как только я вспомнил о нём, то он подошёл ко мне.
– Отец ничего не сказал. Он будет разбираться, какое наказание ей понести.
– Она не виновата, мы оба это знаем. – Филипп хмыкнул, отпив из своего стаканчика.
– Она приставила к моему горлу нож, и ты закрываешь на это глаза? – он повысил голос, так что многие повернулись, смотря на нас.
– Она бы не убила тебя, потому что у неё есть достоинство и честь, как у правителей. Хотя твой случай исключение. – я знал, что это его заденет.
– Она не королева. Неужели, она переспала с тобой, чтобы ты так защищал её? – я еле сдерживал себя в руках.
Но потом мне на плечо опустилась чья-то рука, а в глазах брата блеснул страх. Я понимал, что только один человек может запустить такую реакцию у Филиппа.
– Мне не нужно спать с парнями, чтобы самоутвердиться в отличие от тебя. – все солдаты дружно одобрительно ахнули, а на лице Филиппа появилась злость.
– Ты пожалеешь из-за своих слов. – он ушёл, но я его развернул так, чтобы он смотрел на нас. Рука на плече стала больше давить, чтобы я не сделал ничего необдуманного.
– Попробуй только сказать отцу, и я вспомню все твои грехи. – Филипп нервно сглотнул, а потом удалился.