Текст книги "Фиалковый роман (СИ)"
Автор книги: Манна Небесная
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)
Глава 9.
Утро в двухуровневых апартаментах Сергея всегда начиналось с запаха свежесваренного кофе. Алевтина спустилась со второго этажа, где располагалась ее гостевая спальня, кутаясь в длинный вязаный кардиган. Внизу, в огромной гостиной с панорамными окнами, она увидела Сергея. Он стоял у барной стойки, одетый в строгие брюки и белую рубашку, и пил кофе, глядя на просыпающийся город. – Доброе утро, – тихо сказала она.
Сергей обернулся и улыбнулся ей, и эта улыбка сразу сделала его лицо мягче. – Доброе. Кофе? Я только что сварил.
– Не откажусь, – Алевтина села за стойку. – У тебя сегодня важная встреча?
– Важнее. Я уезжаю в командировку. В Сочи. Он поставил перед ней чашку с ароматным напитком. – Проект отеля на побережье. Нужно быть на месте, чтобы координировать стройку.
Алевтина сделала глоток. Кофе был крепким и вкусным. – Надолго?
– Надеюсь, на неделю. Может, чуть больше. Буду скучать по этому виду, – он кивнул на окно.
– А я буду скучать по твоему кофе, – пошутила она, но в голосе прозвучала грусть.Она нахмурилась, глядя на его лёгкую рубашку. – Ты тёплые вещи взял? На дворе октябрь, а ты как будто на пляж собрался.
Сергей рассмеялся, и его смех эхом отразился от высоких потолков. – Теплые вещи в Сочи? Алевтина, там вечная весна круглый год. Я скорее возьму крем от загара, чем свитер.
Она смущённо улыбнулась, отпивая кофе. – Я просто... волнуюсь. Вдруг похолодает.
Он внимательно посмотрел на неё, и в его взгляде промелькнуло что-то тёплое. – Спасибо за заботу. Но я справлюсь. А ты... ты вообще была когда-нибудь в Сочи?
Алевтина отрицательно покачала головой: – Нет. Я нигде не была.
Сергей перестал улыбаться. Он смотрел на неё так, словно видел впервые. – Серьёзно? Ты первокурсница МГУ, умная, красивая девушка, и ты никогда не видела моря?
Она пожала плечами, чувствуя, как щёки заливает румянец.
Он замолчал на секунду, глядя ей в глаза. – Это нужно исправить. Я привезу тебе что-нибудь из города, пропахшего морем и солнцем. Что ты хочешь?
Алевтина задумалась. Она никогда не была на море. – Привези мне... ракушку, – тихо попросила она. – Самую обычную ракушку с пляжа.
Сергей тихо рассмеялся: – Ракушку? Серьёзно? Ты же можешь купить их в любом сувенирном магазине в Москве.
– Мне не нужна сувенирная, – возразила она. – Мне нужна та, которую ты сам найдёшь на берегу. Чтобы она пахла морем.
– Хорошо, – его голос стал мягче. – Я найду для тебя самую красивую ракушку. И когда-нибудь... я обязательно свожу тебя туда. Тебе понравится.
Сергей внимательно посмотрел на неё: – Не скучай. – Я тут подумал. Пользуйся моей квартирой на полную катушку. Закати вечеринку с однокурсниками.
Алевтина рассмеялась: – Ты серьёзно? В моем положении?
– Именно поэтому, – твёрдо сказал он. – Тебе нужно отвлечься. Устрой своим друзьям такой вечер, чтобы наутро было стыдно, но весело.
– А если что-то сломают? – с притворным ужасом спросила она.
– Если сломают – починим. Главное, чтобы ты не скучала!
***
Идея вечеринки в апартаментах Сергея была воспринята в группе с небывалым энтузиазмом. Когда Алевтина робко предложила это старосте Вике, та лишь присвистнула:
– У тебя есть друг с двухэтажной квартирой в центре, и ты молчала?! Тина, ты просто космос!
Уже через пару дней вся группа знала о предстоящем событии. «Апартаменты», как они называли квартиру Сергея, стали местом паломничества. К вечеру пятницы двухэтажные хоромы были оккупированы толпой студентов. Громко играла музыка, смех и звон бокалов (с соком и газировкой для Алевтины) разносились по всем комнатам. Кто-то танцевал в гостиной у панорамного окна с видом на огни города, кто-то оккупировал кухню в поисках закусок, а самые смелые уже осваивали балкон для перекуров.
Алевтина стояла на лестнице, ведущей на второй этаж, и с улыбкой наблюдала за этой суматохой. Она никогда не видела свою группу такой – расслабленной, весёлой, настоящей. Вика подбежала к ней, держа в руках два стакана:
– Тина, ты гений! Это просто бомба! Давай за тебя! Они чокнулись пластиковыми стаканчиками. – Только давай без фанатизма, ладно? – попросила Алевтина, кивая на шумную компанию.
Вика лишь отмахнулась: – Да брось! Серёга твой – мировой мужик! Он бы одобрил.
Алевтина улыбнулась в ответ и сделала глоток сока. На мгновение ей показалось, что она слышит голос Сергея:«Пользуйся моей квартирой на полную катушку». И она решила последовать его совету. Впервые за долгое время она позволила себе просто быть собой – беззаботной студенткой на шумной вечеринке. Она включилась в общий танец, смеясь вместе со всеми.
Музыка гремела, квартира гудела от энергии молодых голосов. Алевтина, смеясь, танцевала в кругу однокурсников, но её взгляд то и дело скользил по гостиной, выхватывая знакомые лица. Внезапно её кто-то крепко обнял сзади. Алевтина резко обернулась и увидела сияющую Ксюшу из Самары. Её кудрявые волосы были собраны в высокий хвост, а на лице играла восторженная улыбка.
– Тина! – закричала она, перекрывая музыку. – Вот это хата! Это правда твоего парня? Он олигарх? Алевтина рассмеялась, освобождаясь из объятий: – Это квартира моего друга. Сергея. И он не олигарх, он архитектор.
– Да какая разница! – Ксюша махнула рукой. – Главное, что потолки высокие и туалет чистый! Я сделала триста фотографий для сторис! Моя мама в Самаре умрёт от зависти!
Рядом с ними, прислонившись к колонне, стоял Артём из Питера. В одной руке он держал стакан с колой, а в другой – телефон.
– Твой Сергей – гений планировки, – авторитетно заявил он, не отрывая взгляда от экрана. – Видишь эти пропорции? Потолочные балки идеально вписаны в интерьер. Это не типовая застройка. Чувствуется рука мастера.
Ксюша закатила глаза: – Артём, ты зануда!
Мне просто интересно все нестандартное, – невозмутимо парировал он.
В этот момент к ним протиснулась Вика, староста группы. Её нос украшал маленький серебряный камушек, который поблёскивал подобно диско-шару.
– Народ! – крикнула она, пытаясь привлечь внимание. – Кто-нибудь видел пульт от музыки? Хочу поставить свой плейлист!
– Вика! – Алевтина помахала ей рукой. – Ты как? Не жалеешь, что пришла?
Вика фыркнула: – Ты шутишь? Мой папа банкир, у нас дома скучные ужины с брокерами. А тут... – она обвела рукой танцующую толпу. – Тут настоящая жизнь! – Вика подмигнула и схватила за руку пробегавшего мимо парня. – Эй, Макс! Где пульт? Папа платит за учёбу, а я хочу танцевать!
Ксюша наклонилась к уху Алевтины и заговорщически прошептала: – Слушай, а этот Сергей... он правда такой красавчик, как говорят? Все девчонки в чате уже перемыли ему кости.
Алевтина лишь улыбнулась в ответ и отвела взгляд. Говорить об этом ей совсем не хотелось. Артём же, закончив изучать колонны, подошёл к окну и задумчиво посмотрел на ночной город.
– Знаете, – сказал он тихо, чтобы его услышали только они. – Питер строгий и серый. А Москва... она вот такая. Яркая, наглая и живая. Мне нравится.
Ксюша тут же включилась в разговор: – А Самара – это Волга и солнце! Но здесь... здесь энергия! Я чувствую, что здесь я смогу всё!
Вика наконец нашла пульт, и динамики взорвались новым треком. – Так! – скомандовала она. – Хватит философствовать! Танцуем! И снова всё смешалось: музыка, смех, свет. Алевтина смотрела на своих новых друзей – шумную Ксюшу из Самары, задумчивого Артёма из Питера и дерзкую Вику с её папой-банкиром – и чувствовала странное тепло. Сергей был прав: ей нужно было это. Нужно было почувствовать себя обычной студенткой среди таких же обычных людей, для которых её жизнь не была сложной драмой, а просто поводом для зависти или восхищения.
Музыка гремела, квартира гудела от энергии молодых голосов. И посреди этого хаоса Алевтина чувствовала себя удивительно живой и свободной. Словно все проблемы и сложные разговоры остались где-то далеко за порогом этой квартиры.
***
Музыка стихла ближе к утру. Гостиная, ещё недавно гудевшая от смеха и танцев, теперь напоминала поле после весёлой битвы: на полу вперемешку спали студенты, кто-то – прямо на диванах, кто-то – свернувшись калачиком в креслах. Пустые коробки из-под пиццы и одноразовая посуда были разбросаны по столам и ковру.
Алевтина, уставшая, но счастливая, стояла у окна на втором этаже и смотрела на рассвет. Квартира Сергея казалась ей теперь не просто жильём, а местом, где рождается настоящая дружба. Внизу, в холле, раздался звук поворачивающегося в замке ключа. Сонную тишину прорезал резкий, властный женский голос:
– Сергей? Ты дома?
Алевтина вздрогнула. Сердце ушло в пятки. Она понятия не имела, кто это, но инстинктивно почувствовала: ничего хорошего этот визит не сулит.
– Тсс! – зашипела она, сбегая по лестнице вниз. – Тише! Все спят!
В дверях гостиной стояла элегантная женщина лет пятидесяти в дорогом кашемировом пальто. Её идеально уложенные волосы и безупречный макияж резко контрастировали с хаосом, царившим в квартире. Она обвела взглядом спящих студентов, и её лицо исказилось от ужаса и брезгливости. Её взгляд упёрся в Алевтину.
– ВЫ КТО?! – взвизгнула она. – Что вы делаете в квартире моего сына?! Кто вам дал право?! Это частная собственность!
Алевтина почувствовала, как краска заливает лицо. – Я... я Алевтина. Подруга Сергея. Он разрешил мне... пожить здесь. И устроить вечеринку.
– Подруга? Я вас не знаю! – женщина театрально прижала руку к груди. – Мой сын никогда не говорил мне ни о какой... Алевтине! Вы врываетесь в дом! Вы устроили здесь притон! Вы хоть представляете, сколько стоит этот паркет?! Это итальянский дуб!
Вика, разбуженная шумом, приподняла голову с дивана и сонно пробормотала:
– Тина... кто это орёт?
– Это катастрофа! – громким шёпотом, который был слышен, наверное, и в соседнем квартале, продолжала женщина. – Сергей в командировке! А вы... вы устроили здесь общежитие! Бедный мой мальчик!
Ксюша выглянула из-за спинки кресла:
– Доброе утро... А можно нам водички?
Мать Сергея проигнорировала её, словно Ксюша была предметом мебели.
– Немедленно будите всех! Пусть убираются! И вы тоже! Чтобы через пять минут духу вашего здесь не было! Я вызову охрану!
Алевтина беспомощно оглянулась. Артём уже натягивал свитер, Вика пыталась разбудить остальных. – Простите... – пролепетала Алевтина. – Мы всё уберём...
– Уберёте?! – голос женщины снова сорвался на визг. – Вы уже достаточно натворили! Я позвоню Сергею прямо сейчас! Я расскажу ему всё! И про вас, и про эту... вакханалию! Он будет в шоке!
Студенты, толком не проснувшись, начали собирать свои вещи и тихо, как мыши, выходить из квартиры. Алевтина стояла посреди гостиной, чувствуя себя преступницей.
Когда последний гость ушёл и дверь за ними закрылась, в квартире повисла гнетущая тишина. Мать Сергея сняла пальто и аккуратно повесила его на вешалку. Она медленно подошла к Алевтине, окинув её взглядом с головы до ног.
– А теперь поговорим о вас, юная леди, – её голос был холоден как лёд. – Я хочу знать правду. Кто вы такая на самом деле? И что вам нужно от моего сына?
***
Мать Сергея, не сводя с Алевтины ледяного взгляда, достала из сумочки телефон. Её пальцы, унизанные кольцами, дрожали от негодования, когда она набирала номер.
– Серёжа, – произнесла она в трубку тоном, не терпящим возражений. – Ты сейчас занят? У меня к тебе срочный разговор. Нет, это не может подождать.
Она отвернулась, но Алевтина слышала каждое слово.
– Ты в порядке? Хорошо... Послушай, я сейчас в твоей квартире. Да, решила заехать, проверить, как тут цветы... Серёжа, что здесь происходит?! У тебя тут проходной двор! Спит человек десять, если не больше! Всё перевёрнуто вверх дном! Она замолчала, слушая ответ. Её брови поползли вверх. – Что значит «разрешил»? – её голос снова взлетел до визга. – Кому разрешил?! Какой ещё подруге?! Я её не знаю! Она мне даже не позвонила! Она устроила здесь притон!
Алевтина стояла ни жива ни мертва. В руке завибрировал телефон. Пришло сообщение от Сергея.«Аля, это моя мама. Не пугайся. Я всё улажу ..И... пожалуйста, не говори ей о беременности. Пока не время. Я сам».Алевтина сглотнула. Она подняла глаза на женщину, которая сверлила её взглядом.
Мать Сергея в это время снова прислушалась к трубке. Напор начал понемногу спадать. – Да... да, я слышу... Но это безответственно! А если бы что-то пропало? А если бы они сломали что-то?! Пауза. – Хорошо... хорошо... Я поняла.
Она нажала на отбой и медленно убрала телефон в сумку. На её лице застыло выражение крайнего изумления, смешанного с недоверием. Она смотрела на Алевтину так, будто видела перед собой инопланетянку.
– Он подтвердил, – произнесла она наконец, и в её голосе уже не было прежней уверенности, только шок. – Он сказал... что вы его гостья. И что он разрешил вечеринку. Она обвела взглядом разгромленную гостиную. – Мой сын... разрешил это? – казалось, она задавала этот вопрос самой себе. – Но это же... это же... Слово «безумие» так и не слетело с её губ. Она снова посмотрела на Алевтину, и в её взгляде промелькнуло что-то новое – настороженное любопытство. – Что ж... – она вздохнула, возвращая себе привычную маску холодной вежливости. – Раз мой сын так решил... полагаю, мне придётся с этим смириться. Но порядок вы наведёте сами. Немедленно. Я лично прослежу.
Она царственно опустилась в кресло, которое чудом осталось чистым. – А пока вы будете убираться, мы с вами познакомимся поближе. Раз уж вы... подруга моего сына.
Алевтина, чувствуя себя как на допросе, принесла из кухни мусорный пакет и начала собирать пустые пластиковые стаканчики, стараясь не встречаться взглядом с матерью Сергея, которая сидела в кресле, словно королева на троне, и наблюдала за каждым её движением.
– Итак, – начала женщина, когда молчание стало невыносимым. Её голос звучал ровно, почти по-деловому, но в нём звенел металл. – Раз уж мы вынуждены знакомиться при таких... экстравагантных обстоятельствах, давайте начнём сначала. Я – Ангелина Эдуардовна. А вы, значит, Алевтина. Сергей сказал, вы его подруга.
– Да, – тихо ответила Алевтина, сминая в руках стакан.
– И чем же вы занимаетесь Ангелина?
– Я студентка 1 курса МГУ, учусь на экономическом.
Ангелина Эдуардовна издала короткий, сухой смешок. – Экономический? Похвально. Практичная профессия. Хотя, конечно, не медицина и не архитектура. В нашей семье ценятся фундаментальные знания. Она сделала паузу, давая Алевтине возможность вставить слово, но та лишь молча продолжала уборку.
– И откуда же вы к нам приехали? Судя по говору, вы не москвичка.
Алевтина выпрямилась, сжимая пакет с мусором.
– Я из Подмосковья, из села Опалиха, приехала поступать.
– Опалиха..звучит романтично – женщина произнесла это так, будто речь шла о какой-то далёкой и дикой стране. – Надеюсь, вы живёте в общежитии? Хотя о чём это я... Раз вы здесь.
– Мне не хватило места в общежитии , – глухо сказала Алевтина, глядя в пол. – и Сергей... он предложил мне пожить здесь на время.
Ангелина Эдуардовна театрально вздохнула и возвела глаза к потолку. – Мой Серёженька всегда был таким... отзывчивым. У него просто золотое сердце. Он не может пройти мимо чужой беды. Она наклонилась вперёд, понизив голос до доверительного шёпота: – Вот и с братом его такая же история. Андрей – просто лапочка. Такой же добрый мальчик. Вы знакомы с Андреем?
Алевтина вздрогнула и чуть не уронила пакет. – Мы... виделись пару раз.
– Он женится! – с гордостью объявила Ангелина Эдуардовна, словно это была её личная заслуга. – Представляете? Его невеста – Екатерина. Умница, красавица, из очень хорошей семьи. Её отец – известный инвестор и бизнесмен Они будут прекрасной парой. Такая стабильность, такая надёжность... Она смерила Алевтину оценивающим взглядом с головы до ног. – В отличие от некоторых... мимолётных увлечений. Мой Андрюша знает цену правильному выбору. А вот Серёжа... он у нас романтик. Вечно тянется к тем, кого нужно спасать. Её тон стал ледяным: – Но вы же понимаете, Алевтина... таким девушкам, как вы, не стоит ни на что рассчитывать. Бедным провинциалкам не место в нашей жизни. Это... неприлично. Сергей скоро это поймёт и вернётся к своему кругу. А вы... вы просто поблагодарите его за помощь и вернётесь в свою Опалиху. Или где вы там живёте. Она царственно кивнула в сторону горы мусора: – А теперь заканчивайте уборку. И чтобы к вечеру здесь был идеальный порядок. Я проверю.
***
Ангелина Эдуардовна же, поджав губы и выпрямив спину, величественно шагала по подземному паркингу к своему авто, и её каблуки чеканили по полу, словно отбивая ритм недовольства. Оказавшись в недрах своего автомобиля, она достала из сумочки телефон и, не раздумывая, набрала номер своего сына. – Андрей, здравствуй, дорогой, – её голос был холоден и собран. – Ты сейчас занят? Мне нужно с тобой поговорить. Это касается Сергея.
Тем временем Алевтина, оставшись одна в звенящей тишине, с облегчением выдохнула и прислонилась к стене. Руки всё ещё дрожали от напряжения. Она достала свой телефон и нашла номер Сергея. Гудки тянулись мучительно долго.
– Алло? – наконец раздался голос на том конце провода.
– Серёжа... – голос Алевтины сорвался. – Ты не представляешь, что сейчас было.
Сергей глубоко вздохнул. —Тина , послушай... – начал он, но его голос звучал неуверенно. – Мама... она просто волнуется. У неё свои представления о том, как всё должно быть. Не принимай это близко к сердцу. Кстати, я нашел очень красивую ракушку и скоро привезу тебе ее.
Алевтина молчала, слушая его уверенный голос. В нём было столько тепла, что ледяной комок обиды в её груди начал медленно таять.
–Спасибо... – тихо сказала она наконец. – Я буду ждать тебя.
– Вот и умница, – улыбнулся Сергей. – До встречи. Он повесил трубку и устало потёр переносицу. Он посмотрел на телефон, который снова завибрировал – звонила мать. Сергей сбросил вызов и заблокировал экран.
***
Слова Сергея ещё звучали в ушах, согревая и вселяя надежду, но обида, оставленная визитом Ангелины Эдуардовны, всё ещё жгла изнутри. Алевтина обвела взглядом гостиную, которую только что убирала под пристальным надзором «королевы». Чужая, холодная роскошь. Здесь не было ни одной вещи, которая бы дышала, жила.
Она поднялась в комнату, которую ей выделил Сергей. Просторная, с панорамными окнами, она казалась пустой и безликой. Алевтина остановилась и тут её осенило. В её мечтах о собственном угле, о месте, которое она могла бы назвать домом, всегда присутствовал один неизменный образ. Не дорогая мебель и не ковры.Цветы. Целое море фиалок. Маленькие, бархатные листья и шапки нежных цветов – фиолетовых, белых, розовых с белой каймой. Они были символом уюта, чего-то живого и настоящего посреди серых будней общежития. «А почему бы и нет?» – подумала она вдруг с неожиданной решимостью. Сергей разрешил ей переделать эту комнату на свой вкус ? Она переделает Но по-своему. Она создаст здесь свой маленький мир, свой оазис спокойствия. Решение окрепло мгновенно. Алевтина схватила сумку, накинула куртку и вышла из квартиры.
Уже через полчаса она стояла перед огромным цветочным гипермаркетом. Воздух внутри был тёплым и влажным, пропитанным тонкими ароматами земли и зелени. Она медленно шла вдоль рядов с растениями, пока не увидела их. На отдельном стеллаже, подсвеченном тёплыми лампами, стояли они – фиалки. Десятки горшочков всех форм и размеров. Алевтина переходила от одного цветка к другому, замирая от восторга. Вот эта – с тёмно-фиолетовыми, почти чёрными лепестками. А эта – нежно-розовая, как утренняя заря. Она выбирала тщательно, представляя, как они будут смотреться в квартире Сергея. В тележке постепенно росла горка: несколько взрослых растений в красивых керамических горшках, пара-тройка молодых розеток для размножения и пакет с готовой грунтовой смесью. Она даже купила маленький симпатичный пульверизатор для полива. Расплатившись на кассе, Алевтина вышла на улицу с огромным пакетом, в котором угадывались округлые формы горшков. На душе стало удивительно легко. Обида никуда не делась, но теперь её перекрывало предвкушение чего-то светлого. Она возвращалась не просто в чужую квартиру. Она возвращалась, чтобы начать создавать свой собственный мир из бархатных листьев и нежных цветов.
Глава 10
Сергей
Сочи в октябре действительно был прекрасен. Жара спала, оставив после себя лишь тёплое, ласковое дыхание моря, а толпы туристов, наводнявшие набережную летом, схлынули, уступив место приятной тишине. Сергей стоял на балконе своего номера в отеле и смотрел на тёмную, мерцающую гладь Чёрного моря. Внизу, на променаде, ещё кипела жизнь: доносилась приглушённая музыка из ресторанов, но атмосфера была уже совсем другой – спокойной, умиротворённой.
Рядом с ним, развалившись в кресле, его деловой партнёр и старый знакомый, Михаил, лениво потягивал виски со льдом. – Скучно живёшь, Серый, – протянул Михаил, кивая в сторону бара отеля, где у стойки призывно смеялись две девушки. – Раньше ты бы уже давно был там, в центре внимания. Сергей лишь неопределённо хмыкнул, не отрывая взгляда от горизонта. Он и сам не понимал, что с ним происходит.
Раньше подобная обстановка – командировка, дорогой отель, красивые и доступные женщины – действовала на него как магнит. Это был привычный ритуал, способ расслабиться и подтвердить свой статус. Но сегодня всё было иначе. Предложение Михаила сходить в сауну с «девочками из бара», которое поступило час назад, вызвало у него не азарт, а глухое раздражение.
– Да брось ты, – не унимался партнёр, видя его отстранённость. – Всё включено. Девчонки – огонь, эскортницы высшего класса. Отдохнём по-человечески. Что ты как монах?
Сергей повернулся и посмотрел на друга. Тот искренне не понимал его отказа.
– Не хочу, Миш. Устал просто. Завтра с утра встреча с инвесторами, надо быть в форме.
Это была лишь половина правды. Вторая половина сидела занозой в сознании. Образ Алевтины, её тихий голос по телефону и слова её о том, как его мать её унизила, странным образом перебивали привычные желания. Он поймал себя на мысли, что ему совершенно неинтересны эти холёные, наигранно-сексуальные девушки из бара. Они казались ему пластиковыми, ненастоящими.
– В форме? – заржал Михаил. – Да после сауны самый раз будет! Расслабишься так, что инвесторы сами деньги принесут.
Сергей отрицательно покачал головой и снова отвернулся к морю. – Нет. Давай без меня. Я лучше здесь посижу или пройдусь.
Он сам не узнавал себя. Словно внутри что-то щёлкнуло и переключило тумблер. Мысль о том, чтобы провести вечер с незнакомой красоткой, казалась ему пустой тратой времени. На её месте он представлял другое лицо – серьёзное, немного испуганное, но с упрямым блеском в глазах. «Просто устал», – снова мысленно оправдался он перед самим собой и сделал глоток холодного лимонада, пытаясь заглушить это странное, новое для него чувство ответственности и... чего-то ещё, чему он пока боялся дать название.
***
Михаил, разочарованно махнув рукой, ушёл в номер – звонить кому-то из своих контактов, чтобы не скучать в одиночестве. Сергей остался один. Тишина, нарушаемая лишь шумом прибоя, давила на него. В голове снова всплыл разговор с Алевтиной. Он обещал ей быть рядом, а сам за сотни километров, развлекается (точнее, не развлекается) в Сочи. Эта мысль неприятно кольнула. Он вспомнил её тихий голос и то, как она сказала, что будет ждать.
И тут его осенило. Он же обещал ей привезти ракушку – мало того, он уже ей соврал, что нашел эту самую ракушку. Это было спонтанно, но сейчас казалось невероятно важным.
– Ладно, – пробормотал он себе под нос, словно оправдываясь. – Прогуляюсь.
Он спустился в холл, вышел из отеля и направился к пляжу. Ночной октябрьский воздух был прохладным и пах солью и мокрый галькой. Берег был почти пуст. Тёмные волны лениво накатывали на берег, шипя и отступая, оставляя на мокрой кромке пены мелкий мусор и водоросли. Сергей включил фонарик на телефоне и побрёл вдоль воды, всматриваясь в берег под ногами.
Искать ракушку ночью было глупо, но ему нужно было просто двигаться, чтобы мысли улеглись. Вдруг в тишине он услышал приглушённые голоса и плеск воды. Он направил луч фонарика в сторону моря и увидел две фигуры, стоящие на берегу. Пожилая пара. Мужчина и женщина, оба в одинаковых шапочках для плавания. Они не плавали, а просто стояли, обнявшись, и о чём-то тихо переговаривались. Сергей замер, не желая им мешать. Мужчина заботливо укутал жену в большое махровое полотенце и начал растирать ей плечи. Она смеялась, отмахиваясь от него, но было видно, что ей приятно. В этом простом жесте было столько нежности и заботы, что Сергей невольно залюбовался. Не было в этом ничего показного или пафосного. Просто два человека, прожившие вместе, наверное, целую жизнь, нашли свой маленький ритуал счастья.
Он отвёл взгляд и тут же заметил под ногами что-то перламутровое. Наклонившись, он поднял небольшую, витую раковину мидии. Она была гладкой и холодной. Идеально. Сунув находку в карман куртки, Сергей последний раз посмотрел на пожилую пару. Мужчина уже растирал руки своей спутнице, а она что-то весело ему рассказывала. Он развернулся и пошёл обратно к отелю. Ракушка в кармане казалась тёплой. И мысль о том, что он привезёт её Алевтине, уже не вызывала внутреннего протеста. Наоборот, она приносила какое-то странное, новое для него спокойствие.
***
Пакет с фиалками оказался неожиданно тяжёлым. Она кое-как дотащила его до выхода из магазина, потом загрузилась в такси, но стоило ей выйти у ворот жилого комплекса, как ручки пакета предательски затрещали.
– Девушка, вам помочь? – раздался рядом басовитый, но добродушный голос. Алевтина подняла глаза и увидела охранника, пожилого мужчину в форме, который с улыбкой смотрел на её мучения.
– Ой, да, пожалуйста, – с облегчением выдохнула она. – Если не сложно. Они тяжёлые...
– Что ж вы так нагрузились-то? – проворчал он, легко перехватывая пакет. – На дачу, что ли, едете? – Почти, – улыбнулась Алевтина. – В новый дом.
Охранник помог ей донести покупки до подъезда и даже придержал дверь. Алевтина поблагодарила его и направилась к лифту. Двери открылись, и она шагнула внутрь, прижимая к себе пакеты с горшками. В кабине уже стоял молодой человек в наушниках. Он скользнул по ней взглядом, и его внимание тут же привлекли цветы.
– Ого, какая красота, – он кивнул на фиолетовую шапку сенполии. – Фиалки? У меня бабушка такие разводила.
Алевтина немного смутилась от неожиданного внимания. – Да, я... решила немного оживить комнату. – Правильно, – одобрительно кивнул сосед и снял наушники. – Без зелени в бетонной коробке совсем тоска. А вы их пересаживать будете? А то я как-то увлекался этим делом. Могу подсказать хороший грунт или удобрение.
Завязался короткий, но приятный разговор о тонкостях ухода за фиалками. Молодой человек оказался действительно сведущим и даже помог ей донести самые крупные горшки от лифта до двери квартиры. У самой двери он с улыбкой протянул руку:
– Я Кирилл, кстати. Живу в 147-й, напротив. Если что – обращайтесь.
Алевтина кивнула и тихо ответила: – Спасибо, я Алевтина.
Оказавшись наконец внутри, она первым делом распахнула окно в своей комнате. В помещение ворвался прохладный осенний воздух. Она аккуратно расставила горшки на полу. Комната мгновенно преобразилась. Пустое пространство ожило, наполнилось цветом и теплом. Маленькие зелёные миры теперь смотрели на улицу своими бархатными листьями. Она отступила на шаг и с удовлетворением оглядела дело рук своих. Это уже не была просто комната в чужой квартире. Это был её уголок. Её личная маленькая крепость против холода и непонимания внешнего мира.
Но крепость оказалась не такой уж неприступной. Буквально через полчаса в дверь позвонили. На пороге стоял Кирилл – с широкой улыбкой и большой коробкой пиццы в руках.
– Я подумал, что возиться с землёй на голодный желудок – преступление! – заявил он, не дожидаясь приглашения. – Тем более я обещал помочь с рассадкой.
Алевтина растерялась, но отступила в сторону. Кирилл быстро разулся и по-хозяйски прошёл в комнату, с интересом оглядываясь по сторонам.
– А ты тут с кем живёшь? – как бы между прочим спросил он, ставя пиццу на стол и заглядывая в ванную.
– Одна, – коротко ответила Алевтина, стараясь не смотреть на него.
– Круто! – обрадовался он. – Значит, никто не будет ворчать по поводу земли на полу.
Он действительно оказался полезен: ловко замешал грунт, показал, как правильно отделять деток фиалок, и даже принес пластиковые стаканчики для пересадки. Комната наполнилась запахом влажной земли и свежей выпечки. Они сидели на полу среди пакетов с грунтом, смеялись, и Алевтина поймала себя на мысли, что ей приятно его общество. Кирилл был обаятелен, шутил без умолку и всё время старался оказаться ближе: то случайно коснуться её руки, то заглянуть в глаза чуть дольше, чем требовалось.
Когда последняя фиалка была пересажена, он откинулся назад и с улыбкой посмотрел на неё:
– Ну вот, теперь у тебя настоящий сад. А хозяйка сада заслуживает награды... Он резко подался вперёд и попытался поцеловать её.
Алевтина отпрянула так быстро, что горшок с землёй едва не опрокинулся. Её щёки вспыхнули от возмущения.
– Ты что себе позволяешь?! – воскликнула она и со всей силы залепила ему пощёчину. Звук удара прозвучал особенно громко в наступившей тишине. Кирилл схватился за щёку, его глаза удивлённо расширились. – Вон! – твёрдо сказала Алевтина, указывая на дверь. – И больше никогда не приходи!
Он молча поднялся, подхватил кроссовки и, не говоря ни слова, вышел из квартиры, аккуратно прикрыв за собой дверь. Алевтина заперла замок на два оборота и прислонилась к стене. Сердце колотилось как бешеное. Она посмотрела на свои фиалки – такие нежные, беззащитные – и вдруг почувствовала себя сильной. Она никому не позволит нарушать границы своего маленького мира. Она подошла к окну и закрыла его плотнее. Маленькие зелёные миры теперь смотрели на улицу своими бархатными листьями. Она отступила на шаг и с удовлетворением оглядела дело рук своих. Это уже не была просто комната в чужой квартире. Это был её уголок. Её личная маленькая крепость против холода и непонимания внешнего мира.
***
Семинар по макроэкономике тянулся мучительно долго. Лектор монотонно бубнил про инфляционные ожидания, а Алевтина, сидя на втором ряду, чувствовала, как к горлу подступает вязкая, тошнотворная волна. Запах мела, пыльный воздух аудитории и духота от батареи под окном смешались в невыносимый коктейль. Голова кружилась, а цифры на доске расплывались. Она попыталась сосредоточиться на конспекте, но желудок сделал кульбит. Вика, её соседка по парте, толкнула её локтем в бок.
