Текст книги "Отомэ игра. Новая жизнь ликвидатора (СИ)"

Автор книги: Lex Nov

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц)

Глава 13

– Вот так всё и закончилось, она собрала свои вещи и покинула наш дом, – закончил я свой рассказ.

Возле меня, как всегда, парил лич, внимательно слушая о том, что произошло в доме.

– Я... – раздался его сиплый скрежет, хотя, честно говоря, я уже не морщусь от его голоса, просто привык. – Я никогда не думал, что доживу до этого момента, наконец-то у моего сына появился характер.

– Эм, слушай, дедуль, я не хочу тебя огорчать, но формально ты и не дожил.

Лич махнул своей костяной рукой.

– Да ладно тебе, внучок, это всё формальности. Главное, я наконец вижу, что мой сын вырос. Я бы, наверное, даже пустил слезу, но, к сожалению, конструкция этого тела не позволяет.

Сейчас я наконец-то рассказал своему деду о том, что произошло в нашем доме, и как отец выгнал из дома нашу любимую тётушку. И признаться, в склепе стало довольно уютно, и не в том смысле, к которому я привык (я про уютный дом). Дед немного облагородил обстановку: на стенах висели магические светильники, хоть и тусклые, непонятно откуда здесь взялись ковры, а могилы были приведены в более или менее нормальный порядок. Да и сам лич выглядел уже по-другому: вместо своего потрёпанного и замызганного плаща на нём была довольно богатая одежда, а капюшон скрывал его лицо. Теперь даже издалека его можно принять за живого человека, если не заглянуть под капюшон, откуда на меня смотрела пара светящихся синих огоньков вместо глаз.

– Ты ещё говорил, что мой сын предложил тебе отправиться в одну из академий, расскажи мне об этом поподробней.

– Ну, у меня выбор: либо обучаться воинскому искусству, и там же сестра будет обучаться целительству, либо пойти к паладинам, а сестра уже будет чародейкой.

– Вот как, – лич задумался. – То, что ты не отпускаешь от себя сестру, это, конечно, похвально, ведь испоганят, ироды проклятые. Но только вот ограничения в школах это крайне плохо: либо махание железом, либо махание железом да ещё и пение молитв – скудный выбор, конечно.

– Дед, а ты сам где учился?

– Да нигде, дед меня всему научил. И скажу по правде, я ещё при жизни многим академика вломал бы по шее, потому что порой там так бездарно обучают, что хотелось просто всех согнать на костёр и сжечь, чтобы такие идиоты не плодились. Даже не представляешь, какими бездарностями оттуда выходят, особенно из магических направлений. В общем, одно разочарование.

– И что ты мне тогда посоветуешь из этого?

– Хм, паладином быть не вариант, это нужно быть скудным на всю голову. Да и сила паладина зависит от покровителя, а эти твари порой бывают очень капризными. Если где-то что-то не так, то моментально обрубят всю силу, и в итоге паладина запинают даже бездари с палками. – Он приложил свой костяной палец к подбородку и начал по нему стучать, словно так пытаюсь достучаться до своих мыслей. – Да и махание железом это тоже не то, что я хотел бы видеть от своего внука. Лучше бы конечно занялся магией.

Я поудобней уместился на стуле.

– Ну ты же сам говорил, что у меня резерв крайне малый.

– Крайне малый по сравнению со мной. Ты бы видел этих недоучек из академии, так они способны максимум что саранчу с полей гнать да светлячки над головами зажигать. Архимагом тебе, конечно, не стать, ну вполне приличного мага можно из тебя слепить, даже с твоим резервом можно вылепить вполне что то достойное.

В чем-то конечно дедушка прав: мне лучше всего находиться от противника как можно дальше и желательно видеть его в прицел снайперской винтовки, чем ходить рядом с ним и махать всякими железяками. Но тут дед прервал мои мысли.

– Все-таки лучше иди воином.

– Дедуль, ты так быстро изменил своё мнение.

– Видишь ли, твои способности в разных областях для меня мутная вода, поэтому я не могу дать тебе полноценные знания. Если ты отправишься в академию… Ты уже слышал моё мнение об этом месте: там тебя не научат ничему полезному, а денег вытрясут столько, что можно было бы построить собственное поместье. В общем, они загубят весь твой талант. Лучше я буду учить тебя тому, что знаю сам, а именно тактика, алхимия и артефакторика, а ты тем временем занимайся фехтованием и, возможно, тактикой. Лучше всего тебе командовать людьми.

– А почему бы мне не стать боевым магом? – я замялся, вспоминая своего друга Лёху.

– Хех, боевой маг – это, конечно, звучит красиво, но на деле это не так полезно. Видишь ли, дорогой мой внучок, для колдовства нужна концентрация, а для того чтобы махать мечом – совсем другое. Это слишком разные боевые направления. Чем сильнее магия, тем больше концентрации и внимания требуется для создания определённого заклинания.

– Хм, а есть ли мелкие заклинания?

– Применять мелкие заклинания и попутно махать железом?

И тут лич задумался, даже опустил свои кости на стул.

– А ведь это мысль! На мелкие заклинания, такие как огненные шары малых размеров, концентрация не нужна, по крайней мере большая. Если часто их использовать, можно довести до автоматизма, где хватит одного жеста рукой… – Его костяные пальцы начали выстукивать чечётку на столе. – Знаешь внучок, ты меня иногда поражаешь своим мышлением. Ты являешься ярким примером того, каким должен быть истинный Вермонд. Обычно никто никогда так не делал, все шли в определённое направление – либо воинское искусство, либо магическое. Ну ещё есть дурачки, которые идут в паладины, может что-то наподобие сразу двух аспектов. Если знать их слабые места, тогда они быстро дохнут.

– Так ты обучишь меня?

– Конечно, внучок, я тебя обучу, пусть и немного, если ты решишь попробовать идти своей стезёй. – Лич снова воспарил посреди комнаты. – Если твоя задумка удастся, это может открыть неплохие перспективы.

– Ты так уверен, что у меня всё получится? – Я скептически выгнул бровь.

– Конечно уверен, ведь ты же Вермонд!

А, ну да, у моего дедушки это всё объясняет: если я Вермонд, значит у меня всё выйдет. Но он не дал мне времени на размышления и решил продолжить.

– Ты уже обладаешь многими талантами. Например, у тебя сильно развито тактическое мышление, а ведь для этого многие обучаются годами. Твой взгляд на всё вокруг, умение анализировать и просчитывать, твой холодный рассудок – всё это говорит о том, что быть полководцем и воином для тебя вполне приемлемо. Максимум, чему ты можешь научиться – это фехтованию, но это приходит с опытом. Если же я смогу обучить тебя основам магии, и ты применишь их в воинских искусствах, я уверен, что на тех же дуэлях тебе просто не будет равных. Ты фактически сможешь покрыть все слабые стороны как мага, так и воина! Ну я почему-то чувствую, что у тебя всё это выйдет… А потом ты женишься на своей сестре и дашь мне множество прекрасных внуков, которых я смогу так же обучать, как и тебя… Хе-хе-хе.

Из-за его смеха я невольно скривился.

– Мы же с тобой уже обсуждали это. Это как-то неправильно делать детей со своей сестрой, тем более они могут родиться с дефектами.

– Пф, – вырвался какой-то звук от лича. – Если обладаешь деньгами и связями, поверь, можно нанять таких специалистов, что дети у вас в утробе матери будут крепче, чем кто-либо.

Блядь, как же меня бесит этот разговор, он вновь и вновь заводит эту шарманку, нет, там определённо что то в его черепной коробке перемкнула не так.

По крайней мере, он не бросается на меня, а такие мелочи можно уже и потерпеть.

– Внучок, ты сегодня торопишься? – спросил дедушка.

Я задумался.

– Нет, сегодня я никуда не тороплюсь. Я же сказал, что проведу в городе почти весь день.

Мой дедушка задумался и начал парить по комнате взад-вперёд.

– Предлагаю сегодня попробовать что-нибудь из магии. Может быть, попробуем сделать заклинание или хотя бы я расскажу тебе основы.

– Почему бы и нет? – согласился я.

***

– Внучок, оставь пафосные заклинания вроде «член молнии» и «огненная задница» для тех, кто не умеет пользоваться магией. Противник не должен знать, какое заклинание ты используешь, а если он услышит его название, то сможет заблокировать его.

Мой дедушка объяснял мне принципы применения заклинаний, говоря, что не обязательно выкрикивать само название, но произношение его сильно облегчает формирование. Я вспомнил, как в игре маг, который постоянно находился рядом с главной героиней, использовал пафосные названия заклинаний.

– Значит, можно произносить заклинание на другом языке или в другом значении?

– Да, ты можешь сам себя приучить и кричать что-то вроде «водный хлыст», но вместо хлыста в противника полетит огненный шар. Ты подсознательно будешь понимать, что вода есть вода, поэтому тебе будет проще произносить «водный хлыст» и наносить им же удар. Но лучше всего, если заклинание будет звучать на языке, который противник не понимает. Ты можешь придумать что-то своё или поискать в нашей библиотеке, там есть словари с мёртвыми языками.

– На другом языке, значит... Хорошо, я придумаю, как это можно использовать.

– Помни, внучок, сначала создай в голове нужный конструкт, затем сделай жест, который поможет сформировать заклинание, и в конце произнеси слово, вкладывая в него свою силу. Если ты отточишь это заклинание до автоматизма, то сможешь отказаться от жеста и слова, и тебе не придётся кричать, как пафосному говнюку.

– Спасибо за наставление, но сейчас мне нужно отдохнуть, а то моя голова начинает пухнуть.

– Хех, я уже и забыл, каково это – нагружать свою голову разными знаниями. Ладно, сегодня мы не будем учить заклинания, придёшь на днях. Лич завис в воздухе, а затем продолжил: – Если будет возможность, доставь мне ещё материала, а то старые уже кончились, а мне как раз пришла в голову новая идея.

– Как скажешь, может быть, есть какие-то пожелания?

Мне не трудно достать материал для деда, к тому же он мне очень помогает. О такой вещи, как мораль, я не сильно задумываюсь.

– Нет, подойдут любые... Хотя можно даже и покрепче кого-нибудь.

– Хорошо, только, как всегда, разбирайся сам с теми, кто придёт.

– Хорошо, внучок, ты мне только церковь сюда не направляй.

На его заявление я лишь рассмеялся.

– Как скажешь, дедуль, ладно, я в путь.

– Удачи тебе, внучок, и не забывай наш сегодняшний урок, в будущем он тебе возможно не раз пригодится.

Поездка до поместья прошла без происшествий. Как обычно, Кармон ждал меня у входа, и мы больше нигде не задерживались. Когда я вернулся, было уже довольно поздно, и ужин должен был вот-вот закончиться.

Перед тем как отправиться в столовую, я зашёл в уборную, где умылся и сполоснул руки. После этого я направился в обеденный зал, где застал только свою сестру, которая лениво ковырялась в тарелке с кашей.

– Кармон, распорядись ужином, – обратился я к дворецкому.

– Как прикажете, господин, – поклонился он и ушёл. Было заметно, что визит к целителю пошёл ему на пользу, и я был этому очень рад.

Бодрой походкой я подошёл к Элинор.

– Привет, сестрёнка, почему ты такая грустная сидишь? – спросил я.

– Тогрин? – казалось, она только заметила меня, так как была погружена в свои мысли. – Ничего, просто мама сегодня ругалась с отцом.

– Пф, нашла чем удивить! У отца появляется характер, а матери это не нравится, естественно, она будет его пилить.

– Зачем пилить? Он же не деревянный!

– Не бери в голову, – улыбнулся я и слегка потрепал её волосы. – Не обращай на это внимания, у взрослых это вполне нормально.

– Но они снова обсуждали мою помолвку, мать всё хочет выдать меня замуж, а отец этому противится, за что я его искренне благодарю. А ещё мой брат стоит за спиной и поддакивает матери, и ещё так смотрит на меня, что у меня мурашки по коже идут.

– Не ссы, сестрёнка...

Но я был моментально перебит.

– Фу, Тогрин, нельзя такие слова говорить особенно в присутствии девушек.

– Ага, зато можно спокойно разговаривать с ней как ублажать мужчину, тьфу, мерзость.

Я вспомнил, какие иногда речи ведёт матушка с моей сестрой, и мне хотелось проблеваться, по крайней мере Элинор чётко рассказывает мне их разговоры.

– Эли, не стоит так переживать, меньше чем через год я отправлюсь учиться...

– Ты... ты оставляешь меня... одну... – Её губы задрожали, и казалось, что вот-вот хлынут слёзы.

– Разве ты не поедешь со мной? – с усмешкой спросил я, приподняв бровь.

– С тобой?! – Она была изумлена, а затем осознала: – Конечно, я поеду с тобой! Но куда?

– Ты бы хотела стать целительницей?

Она задумалась.

– Целительницей... Конечно, я всегда мечтала помогать людям!

Её энтузиазм был заразителен. Боже правый, если кто-то попробует обидеть мою маленькую Эли, я же с этой твари потом шкуру сдеру и натяну на глобус... Причём не обязательно шкуру.

– Ну тогда отлично, меньше чем через год ты покинешь этот дом вместе со мной. Там мы сделаем из тебя первоклассную целительницу, и, возможно, подыщем тебе жениха, ну только тогда, когда тебе стукнет восемнадцать. Хотя к тому времени ты уже будешь в академии Цинус.

– Цинус – это хорошо, но можно как-нибудь обойтись без жениха.

– Это уже покажет время.

Наконец-то принесли мой ужин. Это была какая-то каша и кусочек курицы, что было вполне неплохо, всё-таки на ночь сильно наедаться не стоит.

Трапеза прошла весьма спокойно. Я поел, а Элинор всё так же продолжала ковырять свою порцию и фактически ничего не ела.

– Тогрин, а можно я сегодня буду спать с тобой?

– Эли, ты уже большая девочка, слуги и так шепчутся, что у нас с тобой что-то есть.

Конечно, они этого не говорили, но лучше ей отвыкать от общества со мной. К тому же в скором времени меня начнут долбить гормоны, а Элинор довольно симпатичная девушка, хотя в принципе как девушку я её не воспринимаю, но всё равно лучше к этому не привыкать.

– Ну пусть шепчутся, зато когда я сплю с тобой, меня не мучают кошмары. Я знаю, что ты меня защитишь, когда ты рядом, я чувствую, что мне никто не страшен даже во сне.

– Пу-пу-пу-у-у – я тяжело выдохнул. – Нет!

– Но, Тогрин... – и снова этот щенячий взгляд.

– Да, твою налево, Эли, хватит, это запрещённый приём, завязывай с ним!

Но вместо того чтобы перестать смотреть на меня своими глазками, она наоборот усилила напор.

– Чтоб тебя, Эли... Ладно, но только сегодня!

Девушка поднялась со стула и крепко обняла меня.

– Спасибо, ты у меня самый лучший.

– Угу – буркнул я из-за её плеча. – Ладно, идём.

***

Два месяца спустя.

– Итак, внучок, теперь, когда ты понял, как создавать заклинание, можешь снова попробовать!

Мы находились в просторном помещении внутри склепа, который, судя по обстановке, был построен совсем недавно. Комната была большой, с высокими потолками, а камень, из которого она была сложена, выглядел совершенно новым. Как он здесь оказался, я не мог понять, вероятно, дедушка привёз его с помощью своих помощников. Я представил, как каменщик прибегает к церковникам и кричит, что у него зомби пиздят камень, но решил отложить смех на потом.

Я сосредоточился на заклинании и почувствовал, как энергия манны течёт от моего солнечного сплетения к рукам. Я разжал ладони и вытянул их перед собой, глядя на огромный булыжник. Казалось, заклинание готово сорваться с моих пальцев, и я произнёс:

– Огненный шар... – но ничего не произошло.

Концентрация почему-то нарушилась, и заклинание рассеялось, даже не успев начаться. Почему снова не получается?

– Ты что-то делаешь не так! – проскрипел лич, стоя за моей спиной. Точнее, паря в воздухе.

– Да всё я делаю правильно, но почему-то у меня не выходит.

– Да, правильно, но что-то не выходит...

Лич задумался и начал летать по комнате от одной стены к другой.

– Что-то мы делаем не так, – сказал он, остановившись возле меня. – Такое чувство, словно тебе что-то мешает или ты делаешь это не так, как хочешь!

– В смысле, надо делать так, как хочу, а не так, как правильно?

– Ну, внучок, у каждого мага свой подход, видимо, к тебе тоже нужен особый. Знаешь, ты сейчас расслабься и просто доверься себе. Подумай, как именно ты хотел бы выпустить заклинание, как сконцентрировал бы его... Жесты и слова неважны, просто сделай это так, как хотел бы ты. Главное, чтобы в голове был нужный конструкт, ты же его не забыл?

– Забудешь тут. – Пока мой любимый дедушка Корвин не вдолбил мне это заклинание в голову, мы не приступили к его исполнению.

Хм, он говорит, что нужно выпустить заклинание так, как я этого хочу. Но я никогда не был магом, мои руки привыкли к совсем другому, не к волшебной палочке, а к... А почему бы и нет, почему бы и не попробовать?

*Представляю снайперскую винтовку в своих руках*

Я осторожно поднимаю руки перед собой, левая рука вытянута вперёд, слегка согнута в локте, поддерживает воображаемое цевьё. Правая рука согнута под углом примерно 45 градусов, пальцы обхватывают невидимую пистолетную рукоятку. Указательный палец вытянут вдоль несуществующей спусковой скобы – никогда не кладу его на спусковой крючок до момента выстрела. Приклад воображаемой винтовки упирается в плечо, щека прижата к прикладу. Глаз прищурен, словно смотрю через оптический прицел. Тело напряжено, но дыхание ровное, контролируемое. Мышцы рук удерживают невесомую тяжесть оружия, которое кажется таким реальным в моих руках. А после этого я тихо произношу на русском:

– Ничего личного, просто работа. – Делаю глубокий вдох, задерживаю дыхание на полувыдохе, и палец плавно давит на невидимый спусковой крючок.

В момент «спуска курка» из моих пальцев срывается небольшой огненный шар! Он мчится по воздуху с пронзительным свистом, оставляя за собой искрящийся след. Время будто замедляется, позволяя увидеть каждую деталь полёта этой огненной пули.

Шар врезается в каменную поверхность с оглушительным грохотом. Камень раскалывается! Мелкие осколки разлетаются во все стороны, а в воздух поднимается облако пыли и дыма. В месте удара остаётся дымящееся отверстие с обугленными краями, от которого разбегаются паутинки трещин.

Запах горячего камня и озона наполняет воздух. На языке ощущается металлический привкус, а кожу лица обдаёт волной жара.

– Ну ты даёшь, внучок!

– Ам, что-то не так?

Лич повернулся ко мне, его глазницы пылали синим пламенем.

– Да ты таким маленьким заклинанием фактически уничтожил камень! Ты же понимаешь, что я специально его зачаровывал для тренировок, а ты его одним маленьким огненным шариком расколол... Я горжусь тобой, внучок! И что это были за слова? Я никогда не слышал о такой речи.

– Это русский.

– Хм, никогда не слышал о таком языке.

– Этот язык знаю только я, я веду на нём дневник, и, как выяснилось, теперь на нём буду колдовать.

– Ты ещё сам язык придумываешь... Ну почему мой бестолковый сын даже в половину не такой талантливый, как ты. Двенадцать лет, а ты уже придумываешь свой собственный язык, на котором будешь колдовать, вот весь пошёл в своего дедушку, точнее не в меня, а в моего деда, тот уже в тринадцать лет ходил в походы на соседа, правда вместе с полководцами, но всё равно...

И тут неожиданно в склепе раздался голос, который я не хотел бы тут услышать.

– Здравствуй, дедушка Корвин.

– Элинор?! – воскликнули мы с дедом одновременно.

Глава 14

– Элинор?! – воскликнули мы с дедом одновременно.

Мы с дедом обменялись взглядами: я посмотрел на лича, а он повернул свой череп в мою сторону.

Тем временем девушка, пройдя через всю комнату, остановилась возле нас. Она раскрыла объятия и крепко обняла Корвина.

На пол что-то упало, и я, взглянув на предмет, тут же нагнулся, поднял его и протянул личу.

Девушка продолжала обнимать его, а он, взяв предмет в свою костлявую руку, поднёс его к черепу и защёлкнул... Это оказалась его челюсть, которая упала на пол. Он сделал ей круговое движение, проверяя, как держится.

– Спасибо, внучок, – произнес он, а затем перевёл взгляд на девушку, которая всё ещё обнимала его. – Юная особа, я думаю, что наши объятия вполне можно разорвать.

Девушка аккуратно разомкнула руки и отступила на пару шагов назад, продолжая молча изучать деда. Он, в свою очередь, тоже разглядывал её, а затем произнёс:

– Юная Элинор, тебе не страшно?

Девушка покачала головой:

– Нет, почему мне должно быть страшно, ты же мой дедушка.

– Ну я как бы... – его голос излучал неуверенность, и он, запустив руку под капюшон, начал чесать свой череп. – Я как бы немного умер, к тому же я нежить, вроде как...

Признаюсь, я впервые видел его настолько растерянным. Кажется, он не знал, куда себя деть, и всё его мировоззрение рушилось как карточный домик. Ведь ещё бы, он считал себя ужаснейшим личём, тварью тьмы, и ужасом всех святых (и не очень) людей, а тут приходит девушка, можно сказать, соплячка, и лезет его обнимать, да причём он офигел настолько, что даже челюсть его отпала. Как жаль, что у меня нет фотоаппарата. Ладно, всё это, конечно, хорошо и замечательно, но нужно заканчивать этот фарс.

– Эли, может быть, ты расскажешь мне, что ты забыла в склепе? – спросил я.

Девушка сразу опустила взгляд в пол и начала шоркать ножкой... Сама невинность.

– Я проследила за тобой, мне было интересно, куда ты постоянно ходишь, я боялась, что ты мог связаться с плохой компанией, ну всё обошлось.

Всё обошлось, хех, то есть компания нежити для меня вполне приемлема, причём которая меня сейчас обучает магии... Я по-моему за две жизни никогда не пойму женскую логику, мне придётся прожить ещё одну, чтобы хотя бы немного в этом разбираться. Ну кажется, моё недоумение было не только моё, так как дед даже повернул свой череп набок и спросил:

– То есть компания лича для твоего брата вполне нормальная?

– Ну так вы же дедушка Корвин, вы же тоже Вермонд, я уверена, что ничего плохого вы нам не сделаете ведь мы же ваши внуки...

Лич посмотрел на меня, а я в ответ пожал плечами и развёл руки в сторону.

– Да уж Элинор, мне, конечно, Тогрин говорил, что ты очень... – кажется, он пытался подобрать нужное слово, попутно как всегда стуча костяшками пальцев себе по нижней челюсти, буду надеяться, что она опять не отвалится. – Очень доверчивая, ну я не думал, что настолько. Пойми девочка, сама по себе нежить очень опасна, буквально единицы из тысяч сохраняют свой рассудок, а ещё меньше сохраняет его полностью, потому была велика вероятность, что я просто порвал бы тебя и твоего брата, так что впредь больше без должной подготовки не заходи в такие места, тебе понятно?

– Да, дедушка Корвин, я буду осторожна – кивнула ему Элинор.

– Вот и хорошо, только я не знаю, что с тобой делать.

– Я тоже хочу учиться и стать как Тогрин! – решительно произнесла эта черноволосая озорница.

– Стать как брат, хех, это весьма интересно... – с этими словами из его груди вырвался хрип, напоминающий тяжёлое дыхание. – Как же я рад видеть своих замечательных внуков! Я уже опасался, что наследие Вермонда исчезнет. Хорошо, юная Элинор, я займусь твоим обучением. Но тебе придётся очень постараться, чтобы хотя бы наполовину стать такой же, как и твой брат.

Девушка радостно закивала:

– Конечно, дедушка, я обещаю быть хорошей ученицей.

– Хорошо, тогда давай посмотрим, к каким стихиям ты предрасположена...

***

– Свет и вода, – раздался расстроенный шёпот лича. – Как жаль.

– Это плохо? – обеспокоенно спросила моя сестра.

– Как тебе сказать? – он, как всегда, начал парить по комнате. – В этих направлениях я ещё менее силен, чем в аспектах твоего брата.

– Вот как, значит, вы не сможете меня обучить?

– Здесь тебе прямой путь в целители, ну некоторую базу я смогу тебе привить. Так что не переживай, моя хорошая, когда пойдёшь учиться, ты будешь на голову, а то и на две выше, чем большинство учеников.

– Спасибо, дедушка! – радостно подпрыгнула она и снова обняла лича.

На этот раз суповой набор уже не был удивлён и аккуратно обнял Элинор в ответ, поглаживая её по голове своей костяной рукой.

– Эли, ты же понимаешь, что нам необходимо в скором времени домой, потому что домашние будут волноваться.

– Хорошо, – сестрёнка кивнула мне и повернулась к дедушке. – Спасибо за всё, дедушка, я буду навещать тебя.

В своей беззаботной манере она прыгающей походкой направилась к выходу.

– Ступай дитя, а мне нужно поговорить ещё с твоим братом, один из скелетов тебя проводит.

После того как девушка ушла, я повернулся к личу.

– Что-то случилось?

– Твоя сестра, она необыкновенная, береги её, Тогрин.

– Конечно, буду её беречь.

Лич посмотрел на проход.

– Скажи мне, Тогрин, что ты знаешь о внутренних силах или как их ещё называют – талантах?

Про таланты я знаю в основном из игры. Прекрасно помню что у главной героини был какой-то талант. В книгах я встречал упоминания о том, что у каждого пятого есть какой-либо талант, в основном это были бесполезные способности, такие как писание на двух разных листах два разных текстов, умение чувствовать воду или приманивать к себе рыб. Таланты могут быть разносторонними, и я считаю их бесполезными лишь потому, что они мне вряд ли бы пригодились. Но даже среди них иногда встречаются исключения, как, например, у одного из спутников героини, рыцаря, который мог избежать смертельного урона. В игре это выглядело так, что когда ему наносили смертельный удар, он оставался живым с одним очком здоровья. Да и сам талант героини был довольно мощным, он усиливал все остальные таланты и ослаблял вражеские, правда, я никак не могу вспомнить название, надо будет порыться в своём дневнике, давненько я в него не заглядывал. Да и в библиотеке я натыкался на упоминания о них, но их описание было довольно скудным.

– Немногое, дедушка, просто знаю, что таковые имеются и могут помогать в некоторых аспектах.

– Да, внучок, ты здесь прав, и похоже у твоей сестры есть талант, и возможно даже довольно мощный.

Это уже интересное заявление.

– И что это за талант?

– Не знаю, возможно, я вообще ошибаюсь, просто когда она меня обняла, мне показалось, что на миг забилось моё сердце, я был этому крайне удивлён.

Я ухмыльнулся.

– И потому упала твоя челюсть?

– Так, а вот это можно не вспоминать, в общем береги её, и постарайся сделать так, чтобы она поступила вместе с тобой в Цирус, там есть нужный артефакт, который поможет распознать её талант.

– Спасибо за наставление, они как всегда бесценны.

– Не за что внук, теперь ступай, а то твоя сестра тебя уже заждалась, жду тебя на днях, будем продолжать твою тренировку и попутно будем обучать Элинор.

***

– С днём рождения, сынок, – произнёс отец, сидя за праздничным столом. – Сегодня тебе исполнилось тринадцать, и, зная твои увлечения, я хочу сделать тебе этот подарок.

Да, сегодня мне исполнилось тринадцать лет, и я уже довольно взрослый парень. Примерно месяц назад мой любимый и добрый дедушка начал давать мне какие-то зелья, и моя мускулатура начала быстро развиваться. Конечно, я не бодибилдер, но пресс у меня уже ярко выделяется, и хорошо видны жгуты мышц. При этом мне постоянно хочется есть, хотя не так, мне хочется жрать. Дедушка сказал, что для хорошего роста мышц мне нужно больше физической нагрузки, поэтому сейчас я занимаюсь в основном маханием железа и довольно жесткими тренировками, которые я проходил ещё в армии, и они стали для меня привычкой.

Месяц назад мы отпраздновали день рождения Эли. Теперь ей пятнадцать лет, и она уже большая девочка, на которую заглядываются все молодые парни (да и не только молодые), особенно когда мы выбираемся в город, чтобы купить ей какое-нибудь платье или просто побаловать её. Дедушка хорошо научил её магии, и теперь она может спокойно держать над головой светящийся шарик, или как называют это заклинание светлячком. Также она может неплохо манипулировать водой, правда, в боевом направлении это пока бесполезно, так как ни сосулек, ни водных хлыстов она пока освоить не может, но ей и не нужно драться.

Мой любимый старший братец часто косится на меня как на врага народа, но в какие-либо перепалки он со мной не вступает, а предпочитает делать вид, что меня вообще не существует. Такой расклад меня вполне устраивает, и я охотно поддерживаю его игру, тоже игнорируя его присутствие.

Что касается моей семьи, то тут всё довольно интересно. Отец с головой ушёл в дела семьи, и, как ни странно, у него получается довольно неплохо. Все долги были выплачены, и сейчас у нас понемногу начинают появляться предметы роскоши, пусть и не сильно дорогие, но всё же хоть что-то. На стенах уже висят картины, пусть и недорогие, но довольно приличные, также это касается ковров. У нас появилась новая прислуга, которая облегчает работу по дому.

Родители же, напротив, ругаются чуть ли не через день, и часто их предметом спора являемся мы с Элинор. Моя любимая и ненаглядная матушка с какого-то перепугу решила, что мне не нужна никакая военная академия и уж тем более поступать в Цирус, мол для меня это будет всё равно бесполезно и деньги просто улетят на ветер. А вот насчёт сестры разворачивается порою целая баталия. Мать кричит, что ей уже пора замуж. Я же поговорил на эту тему с отцом и поклялся, что если они попробуют выдать Эли против её воли, я убью того жениха и вырежу всю его семью. Отец послушал, отец понял, отец проникся, и он занял твёрдую позицию, что Эли сама будет решать, когда и на ком ей выходить замуж. К тому же сейчас нет острой необходимости выдавать её за кого-либо, а девочка она красивая, скоро женихи будут сами за ней толпами бегать.

На этой почве у меня произошёл скандал уже с самой матерью, который, как мне кажется, произошёл благодаря моему брату. Похоже, он манипулирует ею как только может, и сейчас мать смотрит на меня словно ни на родного сына, а как на какое-то недоразумение. Так вот был у нас с ней довольно громкий разговор, где она заявляла, что Элинор выйдет замуж, причём за того, за кого решит мой брат, если нет – её никто содержать не будет, и просто выгонят из дома. Сказать по правде, от этих слов я охуел, не просто в шоке, а именно охуел. Почему-то мне кажется, что проблемы с головой не у деда, а у моей матери, только вот причину её помешательства я понять не могу... Да и вообще мне кажется, что это дело не чистое. Нужно будет поподробнее в этом покопаться.

Сегодня мы отмечаем моё день рождения в нашей большой, но не всегда дружной семье. Отец поднимается из-за стола и делает знак рукой, после чего Лука приносит деревянную коробку. С глухим стуком он ставит её на стол рядом со мной, и я сразу же открываю крышку.

– Ух ты, спасибо, пап, это шикарный подарок! – говорю я, любуясь набором метательных ножей. В ящике, застеленном соломой, аккуратно лежали шесть ножей. Они были очень красивыми, с гравировками и символами, сразу видно, что ножи не из дешёвых. Особенно мне понравилось, что рядом с ними лежали ножны для них, которые можно удобно закрепить под жилеткой.

– На здоровье, сын, я уверен, что они тебе пригодятся, – ответил отец.

– У меня тоже для тебя есть подарок, – произнесла мать с каким-то холодком в голосе. Она, как и отец, сделала жест рукой, и ко мне поспешила Лина с квадратным свёртком в руках. Приняв его, я не стал медлить и распаковал его. Сказать по правде, я был... разочарован. Там оказалась книга по этикету в высоких обществах... Хоть такое и нельзя делать с подарками, но этой книгой я обязательно подтру свою задницу. Никогда не любил эти аристократические заморочки, да и подарок, видимо, с намёком.