Текст книги "Отомэ игра. Новая жизнь ликвидатора (СИ)"

Автор книги: Lex Nov

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 20 страниц)

– Знаешь, а пойдём, может быть, ты сможешь меня немного развлечь. Посмотрим, как сейчас аристократы учат своих отпрысков.

– Не хочу вас разочаровывать, но меня никто не учил, моим родителям было не до меня, да и с братом моим у меня отношения, мягко говоря, натянутые, я бы сказал даже чрезвычайно натянутые.

Я сказал это специально, может быть, это поможет как-то его к себе расположить, пусть это лёгкая манипуляция, но всё же метод обычно рабочий. И действительно на его лице появилась лёгкая усмешка, только вот весёлой назвать её нельзя было.

– Мне это знакомо, ну что же, пойдём посмотрим.

После окончания разговора мы вместе с ним вышли из кабинета и, пройдя по узким коридорам, оказались на небольшом тренировочном плацу. В этот час здесь было не так много учеников, поскольку большинство из них только что закончили занятия и сейчас предпочитали восстанавливать силы. Тренировки обычно проводятся вечером, но всё же пара человек всё же были здесь, и, честно говоря, я не был бы рад их видеть.

– О, а вот и мой дорогой друг Тогрин! Как я рад тебя видеть в такой чудесный яркий день! – воскликнул мой сосед по комнате.

Я перевёл взгляд на небо, где над нами висели свинцовые тучи, и, кажется, вот-вот должен был пойти дождь. Может быть, подарить ему очки? Хотя не нужно, он свои розовые никогда не снимает.

– Чудесней некуда, – согласился я, не скрывая сарказма в голосе.

– Здравствуйте, господин Торин! Вы тоже решили позаниматься? – спросил напарник моего соседа по комнате и мой невольный напарник в лесу, когда за мной гонялась кучка не самых умных людей.

– И тебе не хворать, Сраль, – ответил я.

– Я Раль, – обиженно пробормотал парень.

Я полностью проигнорировал их и начал готовиться к спаррингу. Сняв с себя мантию, я аккуратно повесил её на забор, чтобы не порвать. Если бы я это сделал, мне бы устроили лишнюю головомойку, а мне это не нужно, потому что для этого у меня есть мой сосед и теперь Сраль.

Сам Ризель Тёмный тоже скинул мантию, и, как оказалось, под ней он ничего не носил, хотя, если говорить откровенно, они довольно жаркие. Сейчас он стоял передо мной с голым торсом, и, честно говоря, я был впечатлён количеством его шрамов. Похоже, есть парочка даже от магии, по крайней мере, большие ожоги об этом явно намекают.

– Ну что же, – выдохнул мужчина, беря пару затупленых тренировочных мечей со стойки, – можешь брать абсолютно любое оружие, даже боевое.

Как-то он слишком самоуверен в себе, это, конечно, хорошо... Если он твой противник, только хреново, если он твой наставник. Ладно, посмотрим, что он мне продемонстрирует, надеюсь, я не зря потрачу время. И с этими мыслями я вынул свои ножи из ножен.

Я встал в стойку, сжимая керамбиты в руках. Ризель изучал меня с нескрываемым интересом, его тело расслаблено, но глаза настороженны.

– Интересный выбор оружия, юноша, – произнёс он, поигрывая короткими мечами. – Никогда не видел таких клинков. Выглядят... непрактично.

– Это керамбиты, – ответил я. – В умелых руках смертоноснее любого меча.

Ризель усмехнулся:

– Громкие слова. Покажи, что стоит за ними.

– Если примете меня в ученики, узнаете всё их преимущества.

– Сначала докажи, что достоин моего времени, – он резко принял боевую стойку. – Нападай!

Вот мой шанс, подумал я, начиная кружить вокруг мастера. Нужно быть непредсказуемым.

Я медленно двигался по кругу, чувствуя каждую мышцу своего тела. Керамбиты в моих руках казались продолжением пальцев – левый обратным хватом, правый прямым. Преимущество Ризеля было очевидным – длина его клинков превосходила мои почти вдвое.

Наставник делал небрежные взмахи мечами, но я знал, что это лишь обманчивая легкость. Его глаза, холодные и расчётливые, следили за каждым моим движением, изучая, оценивая.

– Твоя стойка необычна, – заметил он, совершая пробный выпад, который я легко отклонил. – Но длинные клинки всегда побеждают короткие.

Это то, что все говорят, пока не видят керамбиты в деле.

Ризель сделал шаг вперёд, его левый меч описал изящную дугу, направляясь к моему плечу. Я приготовился к контратаке.

Я пропустил меч над головой, уходя в низкую стойку. Керамбит в моей правой руке встретил второй клинок Ризеля, издав металлический звон. Изогнутая форма моего оружия идеально захватила его лезвие.

Не теряя момента, я попытался выполнить подсечку, целясь по его лодыжке. Наставник ловко отпрыгнул, но в его глазах промелькнуло удивление.

– Интересно, – произнёс он, перестраивая стойку. – Крюк твоего клинка. Он захватывает оружие противника, есть ли взять его под правильным углом.

Это лишь начало. Пусть недооценивает меня дальше.

– Как говорят в одном народе: тигр не показывает всех когтей сразу, – ответил я, снова начиная кружить.

Я атаковал стремительно, керамбиты в моих руках сливались в серебристое мерцание. Ризель двигался словно в танце – каждый шаг выверен, каждое движение плавно перетекает в следующее.

– Что за тигр? – спросил он, уклоняясь от моей атаки с неестественной лёгкостью. – Никогда о таком звере не слышал.

– Неважно, – отмахнулся я, концентрируясь на бое.

Мои керамбиты рассекали воздух, но Ризель словно предугадывал каждое движение. Его тело извивалось подобно дыму, ускользая от самых точных ударов.

Он играет со мной, понимал я, усиливая натиск.

Наставник улыбнулся, его мечи создавали непроницаемую защиту, а затем внезапно перешли в контратаку – стремительную и непредсказуемую.

– Интересное оружие, – произнёс он, делая шаг назад. – Но танцор должен знать все ритмы.

Я ударил ногой по песчаному холмику, взметнув облако пыли в лицо Ризелю.

– Главное, чтобы танцору яйца не мешали, – усмехнулся я, используя момент отвлечения.

Наставник инстинктивно отклонился от песка, и именно этого я ждал. Рывок вперёд – и дистанция между нами сократилась до минимума. Теперь длина его клинков работала против него.

Вот он, мой шанс, мелькнуло в голове.

Керамбиты в моих руках закружились в смертоносном танце. Левым я зацепил гарду его меча, а правым метил в незащищённое горло, останавливая лезвие в миллиметре от кожи.

Но я недооценил мастерство Ризеля. В последний момент он извернулся немыслимым образом, и я почувствовал холод металла у своего бока.

– Неплохая уловка с песком, – произнёс наставник с уважением. – И твои крючки действительно опасны вблизи.

Мы застыли в этой позиции – мой керамбит у его горла, его клинок у моих рёбер.

– Возможно, из тебя выйдет интересный ученик, – задумчиво произнёс Ризель.

Ризель внимательно изучал меня, его взгляд скользил по керамбитам в моих руках, оценивая каждую деталь. Тишина затянулась, и я чувствовал, как сердце колотится в груди от напряжения.

– Хорошо, – наконец произнёс он, вкладывая короткие мечи в ножны за спиной. – Твоя техника необычна, но в этом я вижу потенциал. Твои «керамбиты», как ты их называешь, могут стать серьёзным преимуществом в ближнем бою.

Он потёр подбородок, задумчиво прищурившись.

– Приходи ко мне после вечерних занятий. Начнём с основ, а потом посмотрим, как адаптировать мою школу под твоё... экзотическое оружие.

Я поклонился, пытаясь скрыть охватившее меня облегчение и радость.

– Благодарю, наставник.

– Не благодари раньше времени, – его глаза сверкнули. – То, что я беру тебя в ученики, ещё не значит, что ты выдержишь моё обучение. Готовься к боли.

Оно того стоит, подумал я, вкладывая керамбиты в ножны. Каждая капля пота и крови того стоит.

Глава 26

Как только мой новый наставник покинул тренировочный полигон, ко мне сразу подбежали Фредерик и Сраль (я буду продолжать называть его так, пока он не перестанет меня раздражать).

– Это было просто невероятно, мой друг! – начал разговор Фредерик Штальберг в своей обычной манере. – Какой невероятный стиль боя, а ваше тренировочное сражение было просто великолепным!

– Я никогда не видел ничего подобного, – решил вставить свои пять копеек Раль. – Господин Тогрин, можете меня так же научить?

Я посмотрел на этих ребят и тяжело вздохнул. Если бы они знали, сколько труда ушло на то, чтобы научиться правильно и грамотно пользоваться этим оружием! Но переучивать их нет смысла, да и не тянет меня быть наставником, особенно для Фредерика. Я не хочу, чтобы моё вмешательство сильно повлияло на историю. А то ещё решит отказаться от тяжёлых доспехов, и кто будет принимать на свою дурную голову удары разных идиотов и монстров, которые в скором времени начнут лезть как из рога изобилия?

– Вас ребятки переучивать смысла нет, я не буду этим заниматься. Да и вообще что вы тут делаете, я думал, вы предпочитаете тренироваться по вечерам.

– Мой друг, – опять начал в своей манере Фредерик, из-за чего у меня глаз начал невольно дёргаться. – Твой пример вдохновил нас для самосовершенствования. Ты учишься не покладая рук, ты становишься сильней, ты...

– Я отдыхать, – просто перебил его и пошёл в свою комнату.

Когда я наконец зашёл в свою комнату, я разделся и лёг на кровать, уперев взгляд в потолок.

И так, что же из себя представляет мой наставник? Сказать по правде, он весьма не плох, двигается он очень хорошо, я бы мог сказать, что он в совершенстве владеет своим оружием. Но я то знаю, что нет предела совершенства, всегда можно лучше. У меня невольно возник вопрос, почему он не среди преподавательского состава, и ответ пришёл сам собой: его родственники. Наверняка они сделали так, что он не может занять где-либо высокий пост, а ведь быть преподавателем в военной школе – это довольно высокое положение, а бы кого обычно не берут... Хотя и тут бывают исключения, взять того же преподавателя диверсионной подготовки. И опять же, скорее всего, он сюда влез благодаря своим связям. Ну кто он и что он мне была всегда наплевать.

Но как бы то ни было, я однозначно могу сказать, что обучение у него стоит времени, особенно в мире, где приходится махать железом. Мне бы ещё как-нибудь увеличить магический резерв, было бы вообще замечательно. Конечно, есть такие артефакты, которые могут в этом помочь, но это по сути костыли. К тому же в игре попадались противники, которые могут блокировать активные эффекты у артефактов. Да, дед мне об этом рассказывал, похоже, он сам это умеет.

Ладно, пока продолжаем обучение, а там уже посмотрим, что из этого может выйти, ведь кто знает, как повернётся жизнь.

***

– Ты же вроде бы говорил, что тебя никто не обучал бою? – произнес он, и я усмехнулся.

– Никто из моих родственников не приложил к этому руку, – ответил я.

– Это весьма... занятно, – произнес он.

Я стоял в тренировочном спарринге со своим так называемым учителем. Уже прошла неделя с тех пор, как я начал учиться у него, и, признаться, мне это нравилось, даже вызывало ностальгию. Его стиль боя чем-то напоминал то, чему нас учил инструктор по рукопашному и ножевому бою. Главная особенность – это движение и парирование, а иногда даже проскальзывала техника айкидо, когда инерция и сила врага используются против него самого.

Однако, как оказалось, двумя мечами очень сложно блокировать удары. Это не голливудские блокбастеры, где воин с двумя мечами спокойно принимает на жёсткий блок удары. В жизни всё иначе: чтобы удар не вывихнул руку, нужно парировать его и пропустить мимо себя, используя тяжесть меча и силу, которую противник вложил в удар, против него самого. Мои клинки были намного короче, чем те, которыми обычно орудуют аристократы, но этот недостаток компенсировался скоростью.

– Ладно, на сегодня достаточно, через два дня жду тебя здесь, – произнес он, и я лишь кивнул на его слова. Он развернулся и ушёл, не попрощавшись и не добавив ничего. Такой уж он человек.

Честно говоря, он действительно старался выжать из меня все соки. Будь я зелёным юнцом, уже давно бы завыл белугой и, возможно, бросил бы это дело. Но как бы то ни было, его уроки были неоценимы. Керамбиты, конечно, хорошая вещь, особенно в умелых руках, но они сильно уступают мечу, да и против тяжело бронированного противника будут крайне проблематичны. Здесь есть некоторые индивиды, которые полностью наряжаются в железо, а на сгибах двойное плетение кольчуги, что фактически не оставляют мест для удара. Но правильным ударом можно рассечь кольчугу, воткнуть меч в щель забрала, да и почти десяток способов как расправиться с тяжело бронированным противником, те конечно трудно убиваемые, но так же они не поворотливы, как черепахи.

С такими мыслями я дошёл до своей комнаты и остановился возле двери, собираясь с духом. Молясь всем, кого только знаю, чтобы те дали мне силы не прибить моего соседа. И вот когда я собирался зайти внутрь, я услышал довольно интересный разговор. А шёл он между Фредериком Штальбергом и Лукой.

– Так ты получается его личная слуга? – послышался голос Фредерика.

– Истина так, господин Фредерик, – ответил Лука.

– Скажи, а можешь мне побольше рассказать о нём?

От этого разговора зависело будущее моего слуги. Если он попытается поделиться чем-то важным, то отправится домой, и мне будет всё равно, что там будет с ним. Я не хочу иметь рядом с собой людей, которые не умеют держать язык за зубами.

– Я не хочу распространяться о нём, да и он не любит лишнего внимания к себе, – произнёс мой слуга.

– Вот как? – Фредерик задумался на мгновение, после чего продолжил. – Твой господин не любит лишнего внимания, но ты можешь хотя бы в общих чертах рассказать о нём.

– Он один из самых благородных людей, которых я когда-либо встречал. Если бы не он, возможно, я был бы мёртв или покалечен, и мне даже страшно представить, что могло бы случиться с моей сестрой.

– Неужели с тобой плохо обращались?

– Не совсем так, господин Фредерик. Я был сиротой, и вместе с сестрой мы выживали на улицах города. Однажды нас поймали, и мне страшно представить, что с нами сделали бы, если бы не вмешательство господина.

– Это действительно благородно, мало кто берёт с улицы незнакомых людей себе в слуги.

Это было вполне понятно. Обычно в свиту берут проверенных людей, чаще всего это потомственные слуги, которых с ранних лет обучают нужному ремеслу. А таких сирот боятся брать, потому что они могут обокрасть и сбежать. Я бы и сам их не брал, если бы не моя сестра.

– Да, господин весьма необычен и благороден, пусть он и старается быть холоден со всеми, но он воистину добр и справедлив...

Я продолжал слушать их разговор, облокотившись на каменную стену возле двери. Это занятие поглотило меня, пока я не услышал голос позади.

– Привет, Тогрин!

– Блять, – вырвалось у меня на русском, и я резко обернулся. – Эли? Что ты тут делаешь?

Сейчас моя сестра была одета в белую мантию, которая полностью скрывала её тело. Но её лучезарную улыбку вряд ли что способно спрятать.

– Недалеко одному парню стало плохо, вот и позвали нас. Я сегодня первый день на дежурстве!

Я с недоумением посмотрел на неё.

– В смысле?! Какое дежурство?

– Как какое?! Иногда некоторых целителей отправляют в ваш корпус, чтобы в случае чего мы могли оказать первую помощь.

Я, конечно, слышал о том, что у нас здесь дежурят целительницы, но никогда не думал, что туда берут первогодок.

– А тебе ещё не рано на дежурство?

Сестра покачала головой.

– Нет, Тогрин, за меня поручились все преподаватели и сказали, что мои умения уже давно соответствуют третьему году.

Мимо нас проходили другие ученики, и каждый взгляд, обращённый на мою сестру, заставлял меня сжимать кулаки и непроизвольно тянуться к оружию на поясе. Возможно, я слишком сильно опекаю её, но, честно говоря, она – моя семья, которой у меня не было в прошлом мире. Тогда я понимал, что при моей профессии заводить семью опасно, ведь в случае чего могут убрать не только меня, но и их, просто на всякий случай.

А здесь у меня появилась Элинор – маленькая непоседа, ставшая для меня всем, чего я был лишён в прошлом мире. Она не только моя сестра, но и как будто моя дочь, которую я воспитал с ранних лет, хотя и младше её. Я всегда заботился о ней, защищал от своего полоумного братца и даже от родителей, которые собирались выдать её замуж за не очень хорошего человека. Эта черноволосая голубоглазая непоседа для меня – всё.

– Пойдём в комнату, если ты не спешишь, – предложил Лука.

– Думаю, у меня есть время, надеюсь, Элайза не будет против, если я чуть-чуть задержусь, – ответил я.

Мы вошли в мою комнату, и все разговоры сразу стихли, пока не увидели мою сестру. Лука почтительно поклонился, а мой сосед по комнате...

– Невероятно, что здесь делает столь прекрасный цветок! Разрешите представиться – Фредерик Штальберг, будущий рыцарь. А вы, прекрасная госпожа, не могли бы назвать своё имя?

– Графиня Элинор Вермонд, целитель второго ранга, – произнесла она и протянула ему руку.

Он взял её руку и поцеловал воздух перед ней.

– Как же невероятно видеть столь прекрасное создание в этом месте! Ваши глаза подобны голубому небу в самый яркий и солнечный день, а ваши волосы словно тихая ночь, где...

– Тебе разобьют лицо, если продолжишь в том же духе, – прервал его я.

На меня тут же уставились три пары глаз, а я, как обычно, сделал невозмутимое лицо. В комнате повисла напряжённая пауза, которую нарушил смех Фредерика.

– Ха-ха-ха, мой друг, какие же замечательные шутки у тебя бывают! Я уж подумал, что ты серьёзно, а как ты подловил меня...

У Луки вырвался нервный смешок. Кажется, он понимал, что я не шучу, но всё же решил промолчать. А Фредерик тем временем продолжал:

– У моего лучшего друга весьма необычное чувство юмора, ну я так горжусь, что мы друзья...

– Вы правда друзья? – с удивлением спросила Эли.

– Мы лучшие друзья – с гордостью произнёс этот павлин, выпятив грудь колесом.

Боги будьте милосердны к этому придурку... Потому что я милосердным не буду. Моя сестра восторженно захлопала глазками, а Лука посмотрел на Фредерика с жалостью, как обычно смотрят на инвалидов.

Дальше был довольно небольшой разговор, в котором этот человек с рыцарством головного мозга рассказывал моей сестре о том, какой я замечательный друг, как помогаю остальным, какой я замечательный, и какой замечательный он. Мне же оставалось только скрипеть зубами, чтобы не сломать ему кадык. И вот, когда казалось, что мои нервы вот-вот сдадут, моя сестра произнесла:

– Мне, наверное, уже пора идти, я и так здесь долго засиделась.

– О прекрасная Элинор, разрешите мне проводить вас.

Я тут же подскочил с места и положил руку на плечо Фредерика, да так сильно сжал, что тот аж присел и крякнул.

– Не переживай об этом, мой «лучший друг» – сказал я, фактически не скрывая сарказма в голосе – идём Эли, я провожу тебя.

После чего я подхватил девушку под локоть, и мы покинули комнату, где я уже облегчённо выдохнул.

– Он странный... Но милый.

Ну капец, мне ещё только не хватало, чтобы моя сестрёнка запала на этого будущего куколда.

– Я вижу только глупость, он видит только то, что хочет видеть, а всё его благородство лишь пустой звук.

– Тогрин, почему ты так отзываешься о своём друге?

Я тяжело вздохнул, а мы тем временем продолжили нашу ходьбу по коридору.

– Эли, он видит мир немного под другим углом... Немного искажённым.

Тут Эли на секунду задумалась.

– Не знаю, по мне так он ничего такого не сказал, то что ты у меня самый лучший, я знаю и без кого либо, правда его манера общения для меня как-то непривычна, а главное не понимаю твоего волнения.

– Я не волнуюсь.

– Волнуешься!

– Нет!

– Да!

Во время нашего спора я не смог сдержать улыбку. Она такая непосредственная и немного упрямая.

– Хорошо, Эли, я волнуюсь, – сказал я, махнув рукой.

– А почему ты волнуешься?

И что мне ответить на это? Сказать, что этот «будущий рыцарь» должен будет сопровождать главную героиню из игры моего прошлого мира? Или объяснить, что я не хочу, чтобы она связывалась с этим недалёким человеком? Или признаться, что она достойна лучшего?

– Просто я переживаю за тебя, сестрёнка. Иногда мне кажется, что Фредерик ненадёжный человек.

– Понятно, – произнесла она немного растерянно, но затем на её лице появилась улыбка. – Не переживай, Тогрин, у меня есть ты, и мне больше никто не нужен.

Хотя об этом можно было бы и не говорить, всё же рано или поздно она выйдет замуж. И мне бы не хотелось, чтобы её мужем стал человек, похожий на Фредерика или кто-то в этом роде.

– Ох, сколько народу! – произнесла девушка, глядя на толпу у дверей целительского кабинета.

Как легко можно было заметить, все присутствующие были парнями. Когда они увидели Элли, то сразу же вскочили с мест и начали подпрыгивать, выпячивая грудь колесом. На их лицах появились такие улыбки, что мне сразу захотелось превратить их в частокол.

– Скажи, ты не против, если я помогу тебе в целительстве? У меня есть навыки оказания первой помощи, – предложил я.

Как хорошо, что мои занятия уже закончились! То, что здесь собралось так много парней, не удивительно. Я уверен, что они пришли сюда просто поглазеть на девушек.

– Вроде бы не положено... Но ты же мой брат, так что, думаю, в этом нет ничего плохого, – ответила Элли.

Я кивнул, и мы вошли в кабинет, где сейчас находилась её предполагаемая напарница. Она осматривала парня, который был раздет по пояс.

– Не вижу у вас никаких повреждений, – произнесла она.

– У меня правда вот здесь очень болит, – и парень тычет себя в грудь, – вот тут у меня очень болит, может быть, это сердце?

– Сердце с другой стороны, умник, всё, свободен, – не успел парень что-либо сказать, как его просто взяли за шкирку и выкинули за дверь.

Знаете, есть такое выражение, что для роста груди девушке нужно есть капусту... Так вот, у меня возникает ощущение, что напарницу моей сестры даже грудью не кормили, а сразу перешли на капусту, и ничем другим её в жизни больше не кормили. У меня просто нет других предположений, из-за чего у неё вымахали такие верхние девяностостые. Мордашка у неё была вполне симпатичная, а светло-русые волосы были заплетены в тугую косу, которая была перекинута через плечо. Даже безразмерная мантия не могла скрыть её больших... Глаз. Теперь вполне понятно, почему здесь такая очередь.

– Элинор, я же просила никого без очереди не проводить, – недовольно сказала она.

– Элайза, это мой брат, я тебе о нём рассказывала, – представила меня Элли.

У девушки стали действительно большие глаза, она уставилась на меня, словно увидела пришествие Христа.

– То есть это и есть твой младшенький миленький братик?! Серьёзно?

– Ну да... – растеряно проговорила она, явно не понимая, из-за чего удивилась её напарница.

Тут уже решил взять слово я.

– Кхм, разрешите представиться, Граф Тогрин Вермонд. – я взял руку девушки и поцеловал перед ней воздух. – Я пришёл, чтобы помочь Элинор, у меня есть кое-какие навыки первой помощи.

– А, ну ладно... – она немного растерялась, но после взяла себя в руки – да где же мои манеры, баронесса Элайза Фон Бурт, ладно давай посмотрим чем ты нам здесь можешь помочь.

В кабинет пригласили следующего пациента. Моей жертвой, то есть пациентом, оказался молодой человек, который с нескрываемым интересом рассматривал девушек.

Элайза сразу же задала вопросы: где болит, как болит, насколько сильно и так далее. Парень пожаловался на сильную боль в плече, но когда он разделся, то не оказалось никаких повреждений, даже небольших синяков. Однако, похоже, ему нравилось, как девушки его осматривали. Ничего, сейчас дядюшка Данила окажет ему первую помощь.

– У тебя здесь ничего нет, – сказала Элайза.

– Но у меня правда очень болит вот здесь, – ответил он.

Тут в разговор вступил я:

– Да, девушки, возможно, у него есть повреждение. – Я увидел, как парень расцвёл от моих слов. – Нужно более детально всё изучить. Похоже, парень, тебя нужно будет вскрыть. Но не переживай, девушки – хорошие целители. Если что-то приживят неправильно, я отрежу ещё раз.

С этими словами я достал керамбиты и начал крутить их на пальцах, после чего с улыбкой маньяка посмотрел на него:

– Не переживай, больно будет... То есть я хотел сказать, будет не больно.

Парень побледнел и, заикаясь, начал говорить:

– Н.. Не.. не нужно, у меня уже не болит, п... правда у меня всё перестало болеть!

– Как замечательно, пошли, я тебя провожу.

– Да, конечно.

Я вывел паренька за дверь, и все, кто был за ней, моментально напряглись, увидев, насколько он бледен.

– И так, смертнички, – произнёс я с улыбкой и начал крутить на пальце один из керамбитов. – Кто у нас следующий на кастрацию... Эй вы куда убегаете, стойте, ребят, не стоит бояться, всё произойдёт очень быстро...

Коридор возле целителей моментально опустел.

– Хех, а я даже кастрировать никого не успел.

В итоге я вернулся в кабинет.

– В общем, я поговорил со всеми, и они поняли, что не нуждаются в помощи, – сообщил я.

– Правда? – спросила сестрёнка.

– Абсолютно.

После этих слов её подруга, которая всё это время напряжённо ждала, наконец-то расслабилась и тяжело выдохнула.

– Как замечательно, – произнесла она и распахнула свою мантию.

      

В этот момент я осознал, что моя собственная мантия сейчас очень кстати, ведь она скрывает всё необходимое. Всё бы ничего, но только вот под мантией у девушки оказалась кофта с очень глубоким декольте. От этого зрелища я чуть не подавился собственной слюной... Грёбаные гормоны!