Текст книги "Хозяин Лэтэм-холла (СИ)"
Автор книги: Kryptaria
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 10 страниц)
Реджинальд со вздохом кивнул.
– Да, была. Знаете, он так и не женился. Гарольд всегда повторял, что мы – та семья, которая ему нужна, и никакая другая. Филипп, мой мальчик? Мы с Элли назвали его в честь отца Гарольда.
– Уверен, он был очень польщен этим, – чувствуя себя хуже некуда, заметил Джон. Очевидно, Реджинальд совершенно не представлял, что именно испытывал Гарольд. Посмотрев на Шерлока, Джон спросил себя, не ждет ли такое будущее через пятьдесят лет их.
– Папа! – позвал Итан. Джон взглянул на него вовремя, чтобы увидеть, как тот обошел Шерлока и вбежал на кладбище.
– Сэр? – тихо обратился он к Реджинальду. – Ваш правнук…
– Знаете, он всегда возвращался, – задумчиво произнес Реджинальд. – О, он исчезал на шесть, семь месяцев…
– Папа! Господи, о чем, черт возьми, вы думали? – потребовал Итан, разъяренно глядя на Джона. – Здесь жуткий холодище!
Хотя Джон знал, что, как врачу, ему следует согласиться, он покачал головой, решив стоять на своем.
– У него есть полное право навестить могилу лучшего друга.
– Он не в состоянии принимать подобные решения, – выпалил Итан. Подняв зонтик над креслом, он обошел его, остановился перед Реджинальдом и спросил: – Папа? Ты в порядке?
Реджинальд растерянно улыбнулся.
– В полном, Филипп. Умница. Ты ведь помнишь своего дядюшку Гарольда?
Залившись краской, Итан метнул на Джона яростный взгляд.
– Если он заболеет, клянусь… – сжав кулаки, он кивнул санитару, занявшему место Джона позади инвалидного кресла.
Джон с неохотой взял куртку и отступил.
– Нам сейчас предстоит очень интересная поездка, мистер Стюарт, – деланно веселым голосом заговорил санитар, обращаясь к Реджинальду.
Итан остановил Джона, не давая отправиться следом.
– Послушайте, я не забуду, как вы помогли мне и Софи, но у вас нет никаких прав подвергать его здоровье такому риску. Если ваша работа завершена, думаю, вам следует идти – вам обоим.
Джон сделал вдох, успокаиваясь.
– Хорошо, – поймав взгляд Шерлока, негромко произнес он. Когда тот вопросительно наклонил голову, Джон кивнул и пошел прочь. Достав из кармана мобильник, Шерлок развернулся на каблуках и зашагал по траве, очевидно, решив, что кратчайший путь наружу – пересечь окружающую дом лужайку.
Вручив зонтик санитару, чтобы защитить Реджинальда от дождя, Итан пошел вперед. Достигнув лестницы, он стал подниматься вдоль пандуса, перешагивая через ступеньку, вероятно, торопясь вернуться к Софи.
Держась на расстоянии, Джон направился вслед за Реджинальдом и санитаром. Хотелось бы ему иметь возможность сделать все по-другому, хотя он понятия не имел, как тогда следовало бы поступить. Рассказать обо всем Реджинальду означало только расстроить его. Если бы по стечению обстоятельств те неотправленные письма не оказались найдены, тайна, хранившаяся вот уже больше пятидесяти лет, так и осталась бы никому не известной. Кроме того, у Реджинальда были жена и дети, он жил в прежние времена, когда люди не обладали такой широтой взглядов. Что, если бы он не смог принять чувства Гарольда? У Джона не было ни малейшего желания осквернить воспоминания Реджинальда о своем лучшем друге.
На мгновение остановившись, Джон оглянулся на могилу. Статуя потемнела от стекавшего по тонким граням, ручьями струящегося с резных перьев изящно выгнутых крыльев дождя. Должно быть, в траве был установлен небольшой фонарик, вероятно, один из тех, чувствительных к свету, которые были запрограммированы включаться, только когда становилось темно. Сейчас он работал, землю под статуей заливало неверное сияние, делая ее несколько жутковатой.
А потом едва уловимый свет, казалось, переместился, холод охватил Джона, и он увидел его снова – невозможный силуэт мужчины в устаревшей военной форме. Сейчас в замутненном дождем пасмурном дневном свете Джон узнал в том темном пятне, покрывавшем предплечье и плечо призрака, пролившуюся из шеи кровь.
Медленно подняв правую руку, Гарольд Лэтэм слегка согнул локоть и уверенно взял на мушку толкавшего инвалидное кресло Реджинальда Стюарта санитара. Самым невероятным образом призрак сжимал в руке пистолет – Джон узнал в устройстве с массивной передней частью револьвер системы Веблей, которым вооружали британских военных вплоть до шестидесятых годов. Струи дождя проходили Гарольда насквозь, но пистолет… пистолет казался чересчур настоящим. Палец Гарольда лежал на спусковом крючке, он держал револьвер под острым углом, целясь в голову и тщательно следя за тем, чтобы Реджинальд оставался в безопасности.
Джон побежал, не раздумывая. Предупреждающе закричав, он бросился к санитару, изо всех сил пытаясь хоть как-нибудь удержаться на мокрой от дождя траве. Тот и Реджинальд обернулись и уставились на него, но в тот самый миг, когда в ушах зазвенел выстрел, разбивая мир на осколки, Джон все же успел схватить мужчину.
Они упали вместе. Должно быть, Джон с силой обрушился на мокрую траву. Он попытался смягчить падение, подставив левую руку, но она просто-напросто подломилась под его весом. В груди, по рукам и ногам распространился жар, а все вокруг сделалось далеким и серым. Джон с трудом втянул воздух, и что-то громко заклокотало, заглушая шелест дождя и искаженные голоса, выкрикивавшие слова, которые он никак не мог понять.
Грудь сдавило, выталкивая воздух из легких, и в выдохе Джон ощутил вкус крови. Поднять левую руку не получилось, так что попытка перевернуться на спину больше напомнила целенаправленное падение. Когда он перекатил по мокрой траве голову, мир, казалось, померк еще немного.
Часть сознания с холодной беспристрастностью принялась описывать его состояние, отмечая затрудненное дыхание, наполнившую рот и горло кровь, затопивший левую сторону шеи жар. В груди отбойным молотком колотилось сердце – чересчур быстро – и теплая жидкость в горле пульсировала в такт этому торопливому ритму.
А потом рядом оказался Шерлок. Его бледная кожа сделалась пепельной, волосы намокли от дождя и лезли в глаза. Он упал рядом с Джоном, срывая с себя шарф. Шерлок что-то кричал, но сквозь дымку, разделявшую теперь разум и тело Джона, не пробивалось ни звука. Чуть наклонив ему голову, Шерлок прижал шарф к шее. Джон хотел повернуть голову обратно, но сил на это не нашлось, так что он принялся смотреть на Шерлока краешком глаза. Правая рука слушалась, он поднял ее и сжал рукав Шерлока, но хватка вышла слабой, а пальцы дрожали.
На лоб Джона, прикрывая глаза от дождя, легла ладонь. Нагнувшись, Шерлок встретился с ним взглядом. Его бледная кожа была испачкана кровью, та капала вместе с дождем, пятнами расплывалась по ткани рубашки и рукаву пальто. Джон попытался пошевелиться, еще раз попробовал поднять левую руку, но внезапно все стало безразлично. Во рту было слишком много крови, чтобы дышать, а тем более говорить, и небольшая часть его разглядела в том, что он умирает именно теперь, когда столько осталось не сказано, какой-то горький юмор. Но, по крайней мере, Шерлок находился здесь, рядом. И этого было вполне достаточно.
___________________________________________________
От переводчика.
[1]Видимо, здесь автором допущена опечатка, потому что Реджинальд поселился в Лэтэм-холле в 1946, а не в 1956 году.
========== Глава 10 ==========
Понедельник, 24 сентября 1956 года
– У тебя в бороде птицы могли бы гнезда вить, – заметил Реджи, пытаясь добавить голосу юмора, но тот все равно прозвучал фальшиво.
Гарольд слабо улыбнулся, не вставая со своего места у камина в трофейной комнате. Теперь он выглядел в сто раз лучше, хотя глаза все равно были запавшими, а лицо изможденным.
– Ты прислал мне врача, а не парикмахера, Реджи.
– И слава тебе, Господи, что я это сделал, – искренне отозвался Реджи. Подойдя к буфету, он налил две изрядные порции виски, надеясь с их помощью вернуть лицу Гарольда краски.
– Слава не Господу. Слава тебе, – тихо поправил Гарольд.
Протянув ему стакан, а другой оставив себе, Реджи, вместо того чтобы сесть, прислонился к камину рядом с креслом Гарольда. Ему было просто необходимо оставаться рядом, чтобы убедить себя, что с другом все будет в порядке.
– Тебе определенно удалось отыскать очень эффективный способ избавиться от головомойки.
Гарольд отхлебнул виски и удивленно приподнял брови.
– Головомойки? А я, майор, думал, что, выйдя в отставку, мы с ними покончили.
Реджи фыркнул, не сумев сохранять суровость и дальше.
– Гарольд… Послушай, Гарольд. Филипп нашел одну из твоих… одну из привезенных тобой масок. Он напугал бедняжку Мэри до полусмерти.
– Это проблема мальчика. Ты воспитываешь его правильно, – заметил Гарольд, отведя взгляд. Сделав еще глоток, он поскреб кожу под клочковатой бородой.
Реджи со вздохом поставил стакан на каминную полку и присел перед Гарольдом, положив ладонь ему на предплечье.
– Послушай, Гарольд, – мягко произнес он, пытаясь встретиться с ним взглядом. – Я не твой отец, и это по-прежнему твой дом, но ты мой лучший друг и я беспокоюсь о тебе.
Глаза Гарольда встретились с его лишь на секунду, а затем тот закрыл их. Заросший бородой подбородок напрягся, свободная рука сжалась в кулак. Одним глотком осушив остаток виски, он отставил стакан, тяжело протяжно вздохнул и только тогда заговорил.
– Реджи…
– Пожалуйста, – тихо перебил Реджи. – Вернись ко мне, Гарольд. Вся эта… вся эта ерунда с твоим… она меня пугает. Я хочу, чтобы мой лучший друг вернулся.
Нахмурившись, Гарольд сглотнул. Его рука дрогнула под ладонью Реджи, и он с трудом выдавил дрожащую улыбку, а когда снова открыл глаза, они блестели. Он накрыл ладонь Реджи своей.
– Я не заслуживаю тебя.
– Скорее всего, да, но тебе все равно никуда от меня не деться, – мягко поддразнил Реджи. – Пожалуйста, как бы это тебя ни околдовало, ты должен прекратить. Оно напугало детей, но еще оно причиняет боль тебе, а я не могу смотреть, как ты делаешь это с собой.
Глубоко вздохнув, Гарольд кивнул и похлопал Реджи по руке.
– Хорошо, – тихо произнес он.
– Хорошо?
– Все кончено. Я от всего избавлюсь, – снова слабо улыбнувшись, пообещал Гарольд.
Реджи облегченно вздохнул и кивнул.
– Спасибо, Гарольд. Спасибо.
– Если ты поможешь мне все упаковать, я заберу это с собой, когда позже на неделе поеду в Лондон.
Реджи удивленно посмотрел на Гарольда, чье лицо сделалось отстраненным и задумчивым.
– В Лондон?
– Там есть несколько торговцев древностями, которые очень бы заинтересовались – все это, знаешь ли, подлинное, – со смешком сказал он. – И мне нужно встретиться со своим адвокатом.
– Адвокатом? – поднявшись, переспросил Реджи.
Быстро сжав его руку, Гарольд выпустил ее.
– Всего лишь разобраться с кое-какими документами. Обещаю, беспокоиться не о чем.
Реджи улыбнулся и взял пустой стакан Гарольда.
– Я тебе доверяю, – отвернувшись, чтобы заново его наполнить, произнес он.
– И я тебе, Реджи, – тихо ответил Гарольд. – Я тебе доверю свою жизнь.
~~~
Вторник, 30 октября 2012 года
– Он родственник?
– Ему не следует здесь находиться.
– С ним хотят поговорить из полиции.
Шерлок прекрасно слышал все эти бессмысленные самодовольные голоса за дверью, но игнорировал их точно так же, как игнорировал мягкий, успокаивающий тон Майкрофта, уверявшего сотрудников больницы, представителей власти и прессы, что присутствие Шерлока в палате не обсуждается.
Все, что имело значение, это тихое шипение кислорода, гул приборов, следящих за состоянием Джона, и звук его дыхания. Шерлок сидел у кровати, положив одну руку на тонкий матрас и до боли уткнувшись коленом в поручень, который он опустил так, чтобы мягко удерживать здоровую правую руку Джона между ладоней.
Весь его мир теперь сузился до этой тесной, ненавистной белой комнаты и лежащего без сознания в постели человека, постоянно активный разум замер, а мысли целиком и полностью сосредоточились на отдающемся под пальцами пульсе, медленном и уверенном. Стоило закрыть глаза больше, чем на пару мгновений, и в памяти сразу же всплывало, как бешено тот бился, спеша выплеснуть на влажную траву жизнь Джона, пропитывая кровью несовершенную повязку из шарфа Шерлока. И поэтому он сидел, впившись в лицо Джона взглядом и вбирая его до последней черты. Во сне тот выглядел молодо и расслабленно. Его губы пересохли, а черты лица едва уловимо исказились из-за носовой канюли, через которую поступал холодный кислород.
Дверь открылась. Шерлок посмотрел на нее, задержавшись взглядом достаточно долго, чтобы определить, что вошедшим был Майкрофт, а не врач, который попытался бы его выставить. Один раз его в этой больнице уже чуть не арестовали за нанесение оскорблений.
– Шерлок, – серьезно произнес Майкрофт. – Тебе необходим отдых. Ты оказываешь ему плохую услугу тем, что так себя изводишь.
– Принеси кофе, – ответил Шерлок и, отвернувшись, снова принялся смотреть на Джона. Его дыхание изменилось, или это была независимая реакция организма на присутствие Майкрофта? – Я его не оставлю.
– Джон никогда бы не позволил тебе доводить себя до такого состояния, – предпринял новую попытку Майкрофт. – Пара часов…
Шерлок смотрел на него ровно три секунды – три секунды не видеть Джона было все, что он мог себе позволить. Отвернувшись, он попытался выкинуть мысли о Майкрофте из головы.
Он оказался слишком близко к тому, чтобы потерять Джона. Врачи использовали слова «невероятно» и «один шанс из миллиона», но Шерлока волновало только то, что он подошел слишком близко. Он понятия не имел, кто стрелял, и выяснять это прямо сейчас не собирался. Время для мести настанет позже, когда Джон выздоровеет и снова будет рядом. Сейчас же необходимость знать, что Джон жив, была в нем гораздо сильнее потребности в смерти стрелявшего. Очень болезненной смерти.
– Я поговорил с руководством дома престарелых, – продолжил Майкрофт. – Мне удалось убедить их смотреть на случившееся как на возможность оценить героизм своих водителей, вместо того чтобы подать на тебя в суд за угрозы.
– Я не собирался дожидаться «Скорой», – бросил брату Шерлок, а затем, вернувшись взглядом к Джону, добавил тише, понимая, что тому необходим покой: – Нельзя было терять ни минуты.
– Не сомневаюсь, что ты спас ему жизнь, – Майкрофт подошел к другой стороне кровати. – Но ты нуждаешься в отдыхе, Шерлок. Больше ты здесь ничего не можешь для него сделать.
– Кофе, – твердо повторил Шерлок, не двигаясь с места.
~~~
За утро Джон пошевелился дважды, но в себя так и не пришел и глаза не открыл. Шерлок ушел от него, только когда не осталось иного выбора и только на пару минут, и тогда Майкрофт направил к нему непрерывный поток всевозможных помощников и обслуживающего персонала с кофе и пирожными в попытке соблазнить и заставить поесть.
Так что когда Джон наконец-то открыл глаза, Шерлок был рядом и внимательно смотрел на него.
– Не пытайся говорить, – моментально предупредил Шерлок, сдвигаясь на стуле вперед и чувствуя, как бешено забилось сердце, стоило взгляду Джона встретиться с его. В широко распахнутых глазах Джона плескалось непонимание. Он облизал губы и пошевелил зажатой в ладони Шерлока рукой, хотя вырвать ее не попытался, а потом сглотнул, и тут все его мышцы ощутимо напряглись.
Шерлок поднялся с низкого неудобного стула для посетителей.
– Лежи тихо. Ты в больнице. В тебя стреляли, – продолжая держать Джона за правую руку, произнес он.
Нахмурившись, Джон закрыл глаза. Его губы явно складывались в слова, но наружу вырвался только резкий хрип.
Шерлок чуть отчаянно рассмеялся.
– Ругань тоже считается разговорами, – добавил он, высвобождая одну руку и дотрагиваясь до лица Джона. Залегшие морщинки словно разгладились под его прикосновением, и Джон глубоко и теперь уже гораздо спокойнее вздохнул. Шерлок очертил большим пальцем бровь, провел по тонкой коже на виске Джона и, наконец, зарылся пальцами ему в волосы.
– Мне сходить за врачом? – предложил он, когда Джон снова открыл глаза. – Знаешь, он не совсем некомпетентен. Майкрофт вызвал кого-то из Лондонского центра травматологии.
Джон изогнул сухие губы в улыбке, покачал головой и на мгновение крепко сжал руку Шерлока, безмолвно произнося: Ты.
Одно это короткое слово совершенно точно не могло принести такое облегчение. Вновь откинувшись на спинку, Шерлок придвинул стул к кровати и склонился ближе. Он знал, что ему следует сказать, но это никогда не было его частью в сложившихся между ними отношениях. Эти слова подходили Джону, а не ему, пусть даже чувства были его, а не Джона. Он пытался придумать, что сказать, все эти двадцать восемь часов, но так и не сумел.
Пальцы Джона крепко сжали руку Шерлока, и он внезапно осознал, что сидит с закрытыми глазами.
– Что? Тебе что-нибудь нужно? – спросил он, думая о целой армии прихвостней, привезенных Майкрофтом с собой в Суссекс.
Ты, ответил Джон, и во взгляде его темно-синих глаз появилась неумолимость. Поспи.
Шерлок подумал было солгать, но порыв продлился не дольше секунды. Джону для выздоровления было необходимо, чтобы он оставался сильным, а не ругался с ним.
– Я не уйду, – вместо этого ответил он.
Джон огорченно посмотрел на него, но руку все же не выпустил.
Остро чувствуя благодарность, Шерлок склонился ниже, осторожно прижался лбом ко лбу Джона, вслушиваясь в звук его дыхания, чувствуя исходящее от его кожи тепло. Джон мягко высвободил ладонь из пальцев Шерлока и положил ее ему на затылок, невесомо удерживая его на месте.
Закрыв глаза, Шерлок расслабился под этим прикосновением. Джон понял. Он не станет пытаться заставить его уйти.
Тщательно следя за тем, чтобы не сделать Джону больно, Шерлок снова выпрямился и, опершись о край кровати, положил голову ему на предплечье. Убрав руку с затылка Шерлока, Джон заскользил пальцами в его спутанных волосах, и Шерлок, не шевелясь, посмотрел на него.
Спи, безмолвно произнес Джон, продолжая поглаживать его по голове.
Шерлоку хотелось сказать, что он никому не даст потревожить их, но облегчение от того, что с Джоном все в порядке, лишило его последних сил, помогавших еще держаться на ногах. Закрыв глаза, он подвинулся так, чтобы прижаться головой к его боку, и наконец-то позволил себе уснуть.
~~~
Мягкий щелчок отворившейся двери вырвал Джона из уютной дремы. Боль была смутной и отдаленной, отодвинутой куда-то сдерживавшими ее обезболивающими, а Шерлок находился не просто рядом, а устроился, согнувшись, на краю кровати, точно какой-то крайне умилительный дог. Его голова лежала на боку Джона, раскинутые в стороны длинные руки обхватывали бедра, скрываясь под поясницей. Правая рука Джона зарылась в волосы Шерлока, и всякий раз, как он пытался убрать ее, Шерлок протестующе ворчал.
Джон улыбнулся, узнав Молли. Инстинктивно он попытался поздороваться, но приветствие прозвучало так, словно кто-то провел грубым напильником по битому стеклу, заменившему его голосовые связки.
– Ох, не надо разговаривать, – встревоженно воскликнула Молли. Сделав два шага внутрь палаты, она застыла на месте, а ее глаза расширились, стоило ей заметить Шерлока.
Точно, меня же опять подстрелили, подумал Джон, когда сквозь окутывавший его наркотический туман начали просачиваться воспоминания, и почувствовал, как к сердцу прилил жар и оно торопливо забилось от невозможной мысли, что в него стреляло привидение.
Отчаянно нуждаясь в чем-то нормальном – чем-то реальном, приземленном и максимально далеком от помешавшегося от любви кровожадного призрака – Джон кивнул Молли, делая ей знак приблизиться к постели, и попытался поднять левую руку, но та не отзывалась. Сердце оборвалось еще раз. Он опустил на нее взгляд, приказывая себе пошевелить пальцами, но ничего не произошло.
– Не волнуйся из-за этого, – немедленно произнесла Молли, дотрагиваясь до запястья его левой руки. Джон ощутил теплую тяжесть ее пальцев и сделал дрожащий, полный облегчения выдох. – Тебе уже рассказали, что случилось?
Нет, безмолвно ответил Джон, бросая на нее такой по-щенячьему умоляющий взгляд, какой только мог. Она же была врачом, пусть даже все ее пациенты уже умерли, она понимала, как ему нужна реальная, точная информация, а не та приукрашенная чепуха, которую обычно скармливают больным.
Улыбка Молли сделалась лукавой, она осторожно взяла обеими руками его левую ладонь и заговорила тише.
– Ну, мне не полагается быть в курсе, но у меня есть друг, который дал мне заглянуть в твою историю болезни, – бросив еще один удивленный взгляд на спящего Шерлока, прошептала она. – Это называют чудом. Меньше миллиметра до левой сонной артерии. Пуля достаточно прижгла рану, чтобы ты не истек кровью, но все буквально висело на волоске.
У Джона перехватило дыхание, стоило ему осознать, как близко он оказался к смерти – и на этот раз гораздо ближе, чем в прошлый. Он мог мысленно представить, по какой траектории должна была пролететь пуля. Господи! Если бы это не случилось на открытом пространстве, он бы умер.
– Я думал пока ему не рассказывать, – пробормотал Шерлок в тонкое больничное одеяло.
Нахмурившись, Джон опустил на него взгляд, гадая, сколько тот уже не спит и понимает, что Джон его гладит. Убрав пальцы из волос Шерлока, он резко толкнул его в плечо. Ему смутно помнились попытки Шерлока оказать неотложную помощь, наложив на рану жгут из своего шарфа. Очень может быть, что именно его действия стали единственной причиной, по которой Джон все еще был жив.
– Конечно же, ему хотелось бы знать, – возразила Молли в защиту Джона.
– И теперь он будет волноваться, – подняв голову, чтобы посмотреть на нее, пожаловался Шерлок. – Волнение мешает выздоровлению.
Джон толкнул его еще раз и повернулся к Молли, надеясь, что она все объяснит.
– Понимание очень важно. Он будет разбираться в специфике лечения…
– Все твои пациенты уже мертвы, – выпалил Шерлок.
На этот раз Джон его ударил в плечо. В ответ Шерлок просмотрел на него как на предателя, но этот взгляд давно уже не мог одурачить Джона. Он попробовал было заговорить, но взорвавшаяся в горле боль заставила прекратить попытки и умолкнуть. Тогда он указал на Шерлока, а затем поднес руку к уху всем понятным жестом, означающим «сейчас же дай мне свой телефон».
Ухмыльнувшись, Шерлок выпрямился, громко хрустнув позвоночником, и принялся рыться в карманах. Телефон он обнаружил во внешнем кармане пиджака, где никогда прежде его не держал, и это заставило Джона задуматься, не обшаривал ли одежду Шерлока кто-то еще, пока он сам был без сознания. Стоило подумать об этом, как внутри всколыхнулась ревность, о существовании у себя которой он даже не подозревал.
Имея возможность действовать только одной рукой, он выхватил у Шерлока мобильник и положил его на постель. За последние пару лет Джон научился набирать сообщения с довольно приличной скоростью, но делать это, когда телефон балансирует на ноге, скользя пластиковым корпусом по одеялу, а одна рука не слушается, было по-прежнему неудобно.
когда фнкции левой руки плнстью востся
Он показал сообщение Молли, быстро убрав телефон из зоны досягаемости, стоило Шерлоку потянуться за ним.
– Это не должно занять много времени, – ответила она, когда Шерлок наконец-то завладел мобильником и прочел запись. – Ты полностью поправишься, – затем она наклонилась и добавила: – Я так понимаю, сюда уже летит невролог из Барроу в Фениксе.
Джона охватила паника. Ему требуется узконаправленный специалист? Последствия подобной травмы были простыми и легко поддающимися устранению. Он сам лечил пулевые ранения в шею, а ведь он никогда не специализировался в этом направлении.
– Майкрофт, – произнес Шерлок и, бросив телефон, взял Джона за правую руку. Его пальцы нашли пульс, но он продолжал удерживать запястье даже после той пары секунд, за которые, скорее всего, успел оценить состояние Джона. – Думаю, он обзвонил полпланеты, требуя возвращения долгов за оказанные услуги.
– Не сомневаюсь, что просто на всякий случай, – мягко добавила Молли. – Волноваться не о чем.
Если здесь оказался замешан Майкрофт, причин волноваться было огромное количество – и прежде всего, из-за неизбежного допроса, целью которого будет выяснить, кто в него стрелял. Джон закрыл глаза, прорываясь сквозь наркотический дурман, чтобы восстановить все, что он помнил, и попытаться отыскать хоть какое-нибудь логическое объяснение. Присутствие брата Шерлока означало, что Майкрофт сразу ожидал столкнуться с некими необычными обстоятельствами, вот только он никогда бы не подумал, что это будет чем-то… паранормальным.
В конце концов, Джон решил, что лучший выход – сымитировать амнезию. Он действительно ничего не помнил о том, что случилось после выстрела, так что все, что требовалось сделать, – это стереть те несколько секунд, предшествовавшие ему. Все же он многие годы скрывал свои чувства от Шерлока и его куда более проницательного старшего братца. Утаить лишние пять минут воспоминаний не должно было составить особого труда.
Так что Джон снова взял телефон, быстро набрал сообщение и показал его Молли, а затем Шерлоку.
спс молли ш поймал стрелка
– Не за что, – с улыбкой ответила Молли.
Глаза Шерлока сузились.
– Пока нет, – опасно низким голосом произнес он. Протянув руку, он решительно сжал правую ладонь Джона, заставив его снова выпустить телефон. – В первую очередь мне нужно, чтобы ты был здоров. Вот что важно.
Джон знал, что Шерлоком скорее движет практичность, а не чувства – хотя, возможно, и не совсем. Он по-прежнему держал Джона за руку, больше даже не прикрываясь необходимостью измерить его пульс, и у Джона возникло смутное воспоминание о том, как ему показалось, будто Шерлок почти поцеловал его.
Морфин, в конце концов, решил он, закрывая глаза. Он знал, что Молли выкроила время в очень напряженном графике – она буквально разрывалась между работой, ребенком и мужем, проводившем половину времени вне Лондона – но тело требовало отдыха.
Пальцы Шерлока заскользили по запястью правой руки Джона легкими успокаивающими круговыми движениями. Сейчас тот разговаривал с Молли, но без тех резких саркастичных ноток, и его знакомого баритона оказалось достаточно, чтобы развеять последние тревоги. Шерлок убережет его от призраков и Майкрофта, и да поможет Бог тому врачу, который подумает выставить его вон. Последнее, что запомнил Джон, – это как он усмехнулся мысли, что Шерлок доведет себя до того, что его арестуют за оскорбление врача.
~~~
Джон разрешил Шерлоку остаться. Джон хотел, чтобы Шерлок остался.
Хотя Шерлок и знал, что ему следует сосредоточиться на столпившихся вокруг кровати Джона врачах и медсестрах, в голове накрепко засело набранное Джоном сообщение:
пусть шерлок остнтся
Не обращая внимания на жуткую грамматику, Шерлок держал это неотправленное сообщение наготове, чтобы ткнуть его под нос каждому, кто только попробует посмотреть в его сторону. Пока врачи находились в палате, он старался не видеть в этих словах особого смысла. Шерлок твердо сказал себе, что Джону, скорее всего, хотелось, чтобы рядом находился кто-нибудь, способный говорить, кто-нибудь, в достаточной степени свободный от общественных норм, чтобы выгнать любого, если тот станет слишком давить или раздражать.
Но когда все они уходили, когда они наконец-то оставляли их одних, Джон неудержимо тянулся к нему правой рукой. Шерлок всякий раз давал ему телефон, но Джон ронял его на одеяла, а сам брал Шерлока за руку и не отпускал, даже когда проваливался в дремоту.
Ближе к вечеру Джон выпустил его ладонь на достаточно долгое время, чтобы взять мобильник и набрать сообщение с просьбой о чае.
– Майкрофт! – прочитав текст и снова сжав ладонь Джона, выкрикнул Шерлок.
Джон закатил глаза, но, тем не менее, не сумел скрыть радостную улыбку.
Послышался одинокий стук в дверь, и в палату вошел один из майкрофтовых приспешников. Чуть за тридцать, прежде служил в САС, в плечевой кобуре справа пистолет. К угрозе, которую представлял неизвестный стрелок, Майкрофт отнесся серьезно.
– Принесите чаю, – приказал Шерлок, но, стоило Джону сжать пальцы, добавил: – Пожалуйста.
На мгновение агент заколебался, переводя взгляд с Шерлока на Джона и обратно, но затем кивнул.
– Я пошлю за ним одну из медсестер, – предложил он и вышел прежде, чем Шерлок успел сказать ему, чтобы он поторапливался.
Едва дверь закрылась, Шерлок вновь обернулся к Джону и пристально вгляделся в его лицо. Сейчас, несмотря на то, что в него стреляли (в шею… большая вероятность летального исхода … столько крови) каких-то тридцать шесть часов назад, Джон выглядел лучше. В его лицо вернулись краски, глаза больше не казались запавшими, а взгляд мутным. Только многочисленные бинты, обматывавшие горло, чтобы не допустить проникновения инфекции, показывали, что с ним вообще что-то не так.
– Ты не можешь оставить меня, – сдвинувшись на край стула, произнес Шерлок, и Джон нахмурился. – Мне уже пришлось жить без тебя, и повторять я не хочу.
На мгновение Джон закрыл глаза. Шерлок понятия не имел, было ли это вызвано раздражением или пониманием. Вообще-то он ничего не собирался говорить, но внезапно понял, что идея сказать все сейчас великолепна. В данный момент у Джона не было иного выбора, кроме как слушать, не перебивая. Его правая рука надежно удерживалась Шерлоком, а левая все еще оставалась временно неподвижной, так что Джон не имел ни малейшего шанса выгнать его, не выслушав все, что Шерлоку требовалось сказать.
– Я знаю, ты не гей. Я знаю, мы не пара – пусть ты не твердишь это всем подряд. Ну не так уже и давно не твердишь, если честно, – Джон крепко стиснул пальцы, давая Шерлоку превосходный повод опустить взгляд на их сцепленные руки. – Но то, что у нас есть – вот это, между нами – оно то, что хотим мы оба. То, что нужно нам обоим.
Шерлок глубоко вздохнул и посмотрел на дверь, внезапно понадеявшись, что майкрофтову приспешнику не удастся слишком быстро разыскать медсестру, чтобы велеть ей принести чай.
Затем он вновь опустил взгляд, игнорируя то, как настойчиво дергались в его руке пальцы Джона в попытке привлечь его внимание.
– Ты больше ни с кем не встречаешься, но я не думаю, что это потому, что ты не хочешь. Нет никаких причин, почему бы мы этого не могли. Мы уже почти что делаем это. А с тобой я бы не… – он потряс головой. – Я бы хотел попытаться. Между нами… уже сложились отношения лучше, чем у кого-либо.
Теперь Джон пытался вырваться, и в конце концов ему удалось достаточно согнуть большой и указательный пальцы, чтобы с силой ущипнуть чувствительную кожу между пальцами Шерлока. Стоило хватке разжаться, как Джон рывком высвободил руку и, недовольно фыркая, зашарил ею в поисках телефона.
– Джон… по крайней мере, нам следует попытаться, – продолжил Шерлок, пытаясь завладеть мобильником, не навредив при этом Джону и не запутавшись в его капельнице или тянущихся к медицинской аппаратуре проводах. – В этом есть смысл. Я беспокоюсь о тебе. Я убью всех и каждого в Лондоне, только чтобы уберечь тебя. Я…
