Текст книги "Хозяин Лэтэм-холла (СИ)"
Автор книги: Kryptaria
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 10 страниц)
– Ладно, – произнес Джон и отрывисто кивнул характерным для себя полным решимости кивком. Не глядя больше по сторонам, он, казалось, выбрал примерное направление и шагнул. – Приступим.
Царящий на чердаке хаос обескураживал, так что Шерлок не видел причин для возражений. Если бы Джон не взял все в свои руки, он, возможно, простоял бы на месте весь оставшийся день, не в силах решить, с чего начать. Чувствуя облегчение, Шерлок кивнул и с готовностью направил фонарик в избранном Джоном направлении. По его прикидкам выходило, что работая вместе, они, вероятно, разделаются с поверхностным осмотром как раз к тому времени, когда Джон начнет настаивать на перерыве на ланч.
Теперь, когда начало было положено, Шерлок уже мог разработать схему систематических поисков, учитывавшую их единственный фонарик. Это расследование вызывало изрядную долю досады: настолько, что он даже не напомнил Джону взять с собой свой фонарик. Но Шерлок и не должен был напоминать ему об этом, потому что обычно Джон всегда носил фонарик с собой – маленький и тонкий, как авторучка, как раз чтобы поместиться в кармане врачебного халата – но тем не менее. Так почему Джон, солдат, наученный всегда быть ко всему готовым, здесь оказался застигнут врасплох?
С ними обоими что-то было не так. Это дело… это чертово дело! Он уже должен был его раскрыть или, как минимум, выработать какую-нибудь идею. И главное, он должен был наслаждаться вызовом, новизной расследования, к которому не мог найти ключ, лишь бросив один скучающий взгляд и отпустив пару язвительных замечаний в сторону клиентов или полиции, но этого не было. Совсем.
~~~
К полудню они поверхностно исследовали половину чердака. За точку, отмечающую середину помещения, были приняты крепежи и провода висевшей в зале люстры. Пол, чтобы выдержать вес монстра, укрепляли массивные балки, вдоль которых – безусловно, нарушая все правила – змеились электрические провода. Горы старой мебели и мусора стягивались к люстре, точно бушующая буря – к средоточию тишины и покоя в ее сердцевине. Шерлок стоял у внешнего края хаоса, думая, что лучше не обращать внимание Джона на то, что под их ногами пропасть глубиной в весь большой зал.
На центральную часть чердака Шерлок возлагал большие надежды. Логика утверждала, что более старое содержимое должны были сдвигать в сторону, чтобы освободить место для поздних добавлений. Внешний край и самый центр казались наиболее вероятными местами, где можно было бы найти что-нибудь, связанное со временем Гарольда Лэтэма – примерно серединой сороковых, если судить по портретам внизу. Конечно, отчасти все зависело от расположения крупных люков, подходящих для того, чтобы пронести в них мебель, и дверей, которые Шерлок пока еще не обнаружил.
Закончив обшаривать комод, теперь служивший усыпальницей для пауков, Шерлок выпрямился, чувствуя, как болезненно онемели из-за неудобной позы плечи, и отвел фонарик в сторону – Джон запротестовал, что еще не закончил осматривать найденную коробку для игрушек – чтобы более точно определить местоположение груды деревянных ящиков, которые краем глаза заметил раньше.
– Туда. Быстрее, Джон, – позвал он. Куда вероятнее, что личные бумаги лежат в ящиках, чем в коробке для игрушек. Так что он двинулся прямо к ним, не обращая внимания на накрытый пыльной тряпкой диванчик.
– Шерлок!
Тон, каким Джон выкрикнул его имя – не раздосадованный, рассерженный, счастливый или содержащий какой-то еще из сотни оттенков, сохраненных Шерлоком в долговременной памяти – заставил Шерлока оборонительно пригнуться и крепко сжать фонарик, освещая неведомую угрозу, замеченную Джоном и упущенную им самим. Он принялся внимательно осматривать помещение, но видел только густые тени, которые отбрасывали в проникавшем сквозь крошечные окошки неверном солнечном свете пыльные балки. Дыхание облачками пара вырывалось во враз остывший воздух: по-видимому, они приблизились к одному из разбитых окон, хотя Шерлок вплоть до этого момента не замечал, чтобы температура понизилась.
– О боже, – прошептал Джон. В его голосе слышалось столько удушающего страха, что сердце Шерлока панически забилось, потому что ничто не могло напугать Джона – только не так – даже высота.
Шерлок напрочь позабыл о поиске документов, о том, что Джон увидел, чем бы оно ни было, забыл обо всем, кроме своей тревоги за Джона. Выпрямившись, он занес ногу.
– Что… – начал он.
– Нет! – закричал Джон, а затем раздался громкий металлический лязг – лязг пистолета Джона – когда тот выхватил его.
Завершая шаг, Шерлок еще раз попытался обнаружить замеченную Джоном опасность. Воздух на чердаке стал уже совсем ледяным – таким холодным, что в краешке сознания промелькнула мысль о том, что за тонкими, плохо утепленными чердачными стенами прошел ранний снегопад. В рукав впились сильные пальцы Джона, сминая превосходную шерсть пиджака и первоклассный хлопок[1] рубашки, тепло сдавливая скрытое под ними тело, и тут Шерлок опустил ногу на деревянный пол.
С оглушающим треском пол надломился, гнилые доски разошлись, а мышцы обмякли, едва Шерлок попытался перенести вес туда, где теперь ничего не было. Сердце яростно забилось, наполняя тело адреналином, но было уже слишком поздно. Сгнившие половицы рассыпались теперь не только под одной, а уже под обеими ногами. За один жуткий миг все прошедшие годы обернулись вспять, на мгновение время остановилось, и Шерлок застыл в невесомости, а потом сила тяжести взяла свое, возвращая себе власть над недолговечной хрупкой плотью и костями. Но на этот раз не было никакого плана, никакого ждущего внизу безопасного приземления – только расползшееся на щепки дерево и падение с высоты в тридцать, а то и больше футов на твердый мраморный пол.
__________________________________________________
От переводчика.
[1]В оригинале – чесаный хлопок. Это хлопчатобумажная пряжа высочайшего качества, получаемая путем длительной обработки с целью удаления всех сорных частиц и отделения более коротких волокон для получения максимально крепкой и гладкой нити.
========== Глава 7 ==========
Среда, 24 декабря 1947 года
– Еще чуть-чуть – и добром бы все не кончилось, – заметил Реджи, закрыв дверь трофейной комнаты, чтобы заглушить доносящиеся из гостиной звуки фортепьяно и смех. Гости начали съезжаться еще в воскресенье – бесконечная вереница бывших военных и нынешних деловых партнеров.
– Что все? – спросил Гарольд, сидя – если честно, с весьма мрачным видом – в своем кресле. Пылавший в камине огонь окрашивал его лицо румянцем, смягчая резкий контраст между бледной кожей и темной бородой и делая его чуть менее похожим на мертвеца.
– Лейтенант Гиршем с остальными сейчас в гостиной распевает песни этого американского композитора, Ирвинга Берлина. Он попытался заставить меня спеть с ним дуэтом. Мне чуть отстреливаться не пришлось, чтобы выбраться оттуда, – подначил Реджи, надеясь вызвать на лице приятеля улыбку.
Вместо этого Гарольд мрачно уставился в камин.
– Господи, ненавижу праздники. Расскажи мне еще раз, почему я дал тебе уговорить себя остаться в Англии. Там ведь, знаешь ли, был новогодний круиз по Карибам.
Не сдержавшись, Реджи содрогнулся. В результате поездки Гарольда в Индию появилось не столько новых трофеев в комнате, где они проводили большинство вечеров, сколько мрачных историй, и не во всех из них рассказывалось о преследовании в джунглях раненых тигров. В Индии Гарольд повстречал мистиков, предсказателей и гадателей, и хотя Реджи знал, что все это глупости, идея непознанного, казалось, полностью захватила его друга. Для Реджи не стало откровением, что на Карибах того интересовал вовсе не отдых во время тропического круиза, а все, хоть как-то относившееся к культу вуду и всякой прочей оккультной ерунде.
Желая отвлечь Гарольда, Реджи опустился в свое обычное кресло и подался вперед, упершись локтями в колени.
– Послушай, Элли хотела, чтобы я сохранил все в тайне до завтра – это наш небольшой рождественский подарок – но я считаю, вопрос очень личный.
Гарольд обернулся к Реджи, и теперь в его взгляде затеплился интерес.
– О чем ты?
– Твой отец… его ведь звали Филипп? – нервно спросил Реджи. Он не имел на это права. Имя его собственного отца было Итан, а даже в самых простых рабочих семьях имелись свои традиции.
Казалось, впервые за много недель на лице Гарольда заиграла искренняя улыбка.
– Да, Филипп. Зачем тебе?
Улыбнувшись другу, Реджи протянул руку и положил ее ему на предплечье.
– Если на этот раз Элли родит мне сына, я бы хотел назвать его Филиппом. Конечно, если ты не против.
Поначалу смех Гарольда был глухим и хриплым, но вскоре он ожил, наполняя трофейную комнату теплом, которое не ощущалось в ней уже не один месяц.
– Филипп. Филипп Стюарт. Ей-богу, Реджи, мне это нравится.
Почувствовав облегчение от того, что идея была так легко принята, Реджи откинулся на спинку и достал из нагрудного кармана пиджака две сигары.
– Тогда доставай бренди, Гарольд, выпьем за наследника Лэтэм-холла, – протянув одну Гарольду, предложил он.
~~~
Суббота, 27 октября 2012 года
– Туда. Быстрее, Джон, – окликнул Шерлок, и Джона немедленно окружила тьма, заставляя бросить на середине осмотр небольшого ящика для игрушек.
Думая, что стоит просто забрать чертов фонарь у Шерлока, то и дело перескакивавшего с одного предмета мебели к другому и не дававшего достаточно времени на поиски спрятанных бумаг или тайников, Джон поднялся. Он открыл рот и вдохнул воздух, ставший таким холодным, что легкие протестующе обожгло болью.
Шагнув в сторону, Шерлок направил фонарик вниз, на груду деревянных ящиков, но тут Джон заметил другой источник света – какую-то зеленую вспышку, похожую на туман или завихрение пыли. На человека.
Убийца, пронеслось в голове. Чувствуя, как плечо горит от холода, глубоко засевшими осколками впившегося в искалеченную плоть, Джон неловко вытащил пистолет.
– Шерлок! – предостерегающе выкрикнул он, стоило Шерлоку занести ногу для шага, который закрыл бы ему обзор. Слава богу, тот немедленно присел. Бело-голубой луч фонарика заплясал по чердаку, по покатой крыше заметались фантастические тени, но Джон все равно видел замершего в темноте мужчину, словно тот стоял под невидимым прожектором, слегка отливавшим зеленым.
На этом мужчине была старомодная шерстяная армейская форма, искусно сочетавшая в себе ткань оливкового цвета и коричневую кожу. На его плече и предплечье она приобретала какой-то ржавый оттенок, сливаясь с тенями, затопившими половину его лица и тем самым нарушавшими идеальную симметрию аккуратной темной бородки.
– О боже, – прошептал Джон, не сомневаясь, что сошел с ума, потому что он узнал это лицо. Гарольд Лэтэм.
Подняв левую руку и развернув ее ладонью от себя, Лэтэм потянулся к Шерлоку.
И тут, беря верх, включились боевые инстинкты. Напрягая мышцы, натягивая сухожилия, Джон прижал палец к спусковому крючку. Для первого выстрела требовалось давление в десять футофунтов[1], для всех последующих – в четыре с половиной. Его тело знало, как справиться с отдачей. С такого расстояния и при таком специфическом освещении он мог бы опустошить обойму, без труда всадив все пули с разбросом не больше ладони, даже несмотря на вызванную засевшим глубоко в костях холодом дрожь.
А потом Шерлок встал и обернулся, блокируя выстрел. Свет, как безумный, заметался вокруг него.
Не раздумывая, Джон бросил пистолет и, обеими руками вцепившись в Шерлока, закричал:
– Нет!
Мир разлетелся на части, сменился ночным кошмаром уходящего из-под ног дерева. Какое-то время Джон сражался с законами гравитации, удерживая Шерлока, пытаясь оттащить его от внезапно вспыхнувшего смертоносного света, хлынувшего из пустоты, которая еще мгновение назад была полом чердака.
Большой зал, пришло осознание, когда сквозь все разрастающуюся дыру донеслось эхо звонкого щелчка дерева о далекий мрамор. Тот самый большой зал, на мраморном полу которого уже погибло два человека, и Джон ни за что не допустит, чтобы к ним добавился третий – Шерлок.
Вложив в разворот все силы и ни капли не заботясь о том, что крошащееся дерево может затянуть его и убить, он дернул Шерлока, отталкивая его себе за спину. Мышцы протестующе взвыли, когда тот инстинктивно дернулся.
Мир головокружительно завертелся. Стоило Шерлоку оказаться достаточно далеко от дыры в полу, как Джон, несмотря на понимание, что ему следует отшатнуться, полетел вперед.
А потом что-то толкнуло его, позвоночник пронзил невозможный нестерпимый холод, впился в старый шрам на плече, и Джона с силой отбросило прочь. Он врезался в Шерлока, и они вместе рухнули на диван. Шерлок охнул от внезапной боли, а Джон коленом ударился о какую-то декоративную деревяшку – как раз, чтобы уменьшить скорость падения.
Они перелетели на спинку, на миг Шерлок оказался лежащим на Джоне, а потом их толкнуло еще раз, сбрасывая с подушек и снова переворачивая, и Джон едва успел подложить ладонь Шерлоку под голову, чтобы смягчить удар о коварный чердачный пол.
На мгновение Джон оказался лежащим на Шерлоке. Он не чувствовал боли ни в руке, ни в колене, ни в плече – не чувствовал ничего, кроме облегчения от того, что Шерлок в безопасности. Оба они тяжело дышали, хватая большими глотками воздух, из которого разом ушел болезненный холод.
А потом Джон вспомнил, что же он видел – что он не мог видеть – и перевернулся, высвобождаясь. Стараясь действовать мягко, он убрал ладонь из-под затылка Шерлока. Пистолет исчез, но он не был беспомощен.
Убийца наверняка замаскировался под Гарольда Лэтэма. Это было единственное рациональное объяснение. Ни о чем больше Джон не думал – ни о холоде, ни о толчке, отбросившем его на Шерлока, когда он должен был полететь спиной вперед навстречу собственной смерти, ни о том, что силуэт, возможно, протянул руку не затем, чтобы схватить Шерлока, а чтобы остановить его.
Однако кипевший в крови адреналин, казалось, просто растворился, оставив его дрожать и задыхаться. Джон хотел встать, хотел найти свой пистолет, найти убийцу, но в позвоночнике громко хрустнуло, и он оказался вынужден сесть рядом с Шерлоком. И тут разом вернулась боль. Он чувствовал, как наливается синяк прямо под коленом, ощущал боль в костяшках пальцев, там, где ударился ими об пол, оберегая голову Шерлока. Хотелось потереть плечо в попытке ослабить фантомную боль от пулевого ранения. Она вот уже много лет не напоминала о себе, а теперь, стоило им приехать в Лэтэм-холл, проснулась вновь. Но он не мог убрать руку с груди Шерлока, точно резкие, торопливые движения, с которыми вздымалась и опускалась в такт дыханию его грудная клетка, были единственным, что удерживало Джона в здравой памяти.
– Джон? – наконец произнес Шерлок. Накрыв его руку своей, он без всяких видимых трудностей сел, и Джон ощутил, как какая-то часть свернувшегося в груди в узел напряжения стала ослабевать. Позвоночник Шерлока явно не пострадал. Это было хорошо. Очень хорошо.
Он притянул Шерлока ближе, и мгновенное побуждение проверить, нет ли у того в волосах крови, превратилось в отчаянную потребность просто сжимать его в руках, убеждая себя, что друг жив, а не лежит, изломанный и окровавленный, на мраморном, похожем на шахматную доску полу.
Несмотря на свою нелюбовь к физическим контактам, Шерлок скользнул ладонями вдоль тела Джона.
– Как ты узнал? – тихо спросил он. Его дыхание невесомо коснулось уха, а живое тепло разогнало последние следы холода.
– Я… – начал Джон, но тут же замолчал, теперь сам спрашивая себя о том же: объяснить произошедшее так, чтобы не выглядеть при этом полным психом, было просто невозможно. Если мужчина, которого он видел, действительно существовал, значит, убийца замаскировался под давно умершего человека, но тогда он не стал бы помогать ему и Шерлоку – не стал бы пытаться предупредить Шерлока о прогнивших половицах и отталкивать Джона от дыры в полу.
Другое объяснение было гораздо хуже. Никакая сила на свете не могла заставить Джона сказать из всех людей именно Шерлоку Холмсу, что он подумал, будто видел призрака.
В конце концов, он покачал головой.
– Услышал, как затрещали доски, – неправдоподобно солгал он.
И вот тогда и только тогда его по-настоящему охватила паника. Он до того крепко стиснул руки, что Шерлок напрягся, пытаясь отвоевать себе место, чтобы вдохнуть. Поглощенный внезапной потребностью избежать смертельного падения, Джон неуклюже вскочил, потянув за собой Шерлока.
– Назад. Назад, – торопливо произнес он – или только подумал, что произнес, а слова, возможно, просто беззвучно раздались у него в голове.
Снизу донесся голос Софи.
– Мистер Холмс? Доктор?
Джон втянул воздух, пытаясь протолкнуть слова сквозь сведенное горло, но так и не сумел заговорить.
– Мы в порядке! Стойте на месте! – мгновение спустя ответил Шерлок.
– Нужно идти, – сумел выдавить Джон.
– Твой пистолет…
– К черту гребаный…
– Джон, – произнес Шерлок. В его голосе переплелись настойчивость и сочувствие – сочетание, которого удостаивался один лишь Джон. Никто и никогда больше не слышал от Шерлока подобной интонации. Это было полное спокойной уверенности обещание, что теперь все будет хорошо. После стольких лет дружбы им уже вполне хватало пары слов.
Джон кивнул, давая Шерлоку отступить.
– Я в порядке, – ответил он. Это тоже была ложь, но ее цель была благороднее, чем у простого обмана. Если он достаточное количество раз повторит ее, то, возможно, сам в нее поверит, и тогда не станет беспокоиться ни о призраках, ни о сумасшествии, ни о том, что Шерлок упадет.
– Стой здесь. Я найду…
– Нет, – перебил Джон. В свете, проникавшем из зала через дыру в полу, он видел выражение лица Шерлока, полное беспокойства и сочувствия, которые тому так хорошо удавалось скрывать от всего остального мира. – Я сам. Жди здесь.
Взгляд светло-голубых глаз Шерлока сделался цепким и понимающим. Он кивнул, сдаваясь без возражений.
– Еще фонарь, – добавил он, и теперь в его голосе звучала обычная деловитость.
Джон с благодарностью кивнул. Он отыщет фонарик и пистолет, потом они спустятся вниз, чтобы объяснить Софи, что стряслось с потолком, и Шерлок больше ни за что не вернется на чердак.
~~~
Джон мог по пальцам одной руки пересчитать все те случаи, когда Шерлок добровольно отказывался от расследования по какой-либо иной причине, кроме как сокрушительной скуки, так что предложение вернуться в гостиницу буквально лишило его дара речи.
– Находиться тут явно небезопасно, – напряженно прошептал Шерлок, бросая косой взгляд на щепки, клубки пыли и зазубренные обломки дерева, усеивавшие пол в зале. Бедная Софи чуть ли не в слезах ходила вокруг них, с силой вдавливая кнопки на телефоне. Она звонила в свою страховую компанию – снова, раздраженно сообщила она им. Женщина явно была в шаге от нервного срыва.
Джон сделал глубокий вдох и покачал головой.
– Нет. Нам нужно закончить с этим, – настойчиво возразил он, твердо решив помочь Стюартам разобраться с этим все разрастающимся кошмаром, прежде чем умрет кто-нибудь еще.
Так что они с Шерлоком, пока Софи спорила со своей страховой компанией, принялись обшаривать другое крыло. Через некоторое время она принесла им сандвичи, и это помогло Джону наконец-то расслабиться и взяться за осмотр комнат с чем-то, близким к энтузиазму. В какой-то момент его изломанный разум научился ассоциировать еду с безопасностью – скорее всего, просто приняв решение какого-нибудь офицера, что на протяжении десяти минут, необходимых для того, чтобы проглотить сухой паек или любую другую восстановленную из концентрата дрянь, в них никто не станет стрелять. А может, все дело было просто в том, что раз они с Шерлоком едят, то точно не скачут по крышам и не гонятся за обозленными серийными убийцами, грабителями или обманутыми супругами, вооруженными садовыми инструментами – что случалось не единожды, хотя подобные происшествия ни разу не попадали в блог.
– До чего же грустно, – вздохнул Джон, когда они с Шерлоком вошли в последнюю комнату в крыле. Как и все остальные, ее заполняли призрачные силуэты мебели, позабытой под простынями и пыльными покрывалами.
– М-м? – Шерлок начал обследовать стены в поисках потайных проходов – им уже немало таких повстречалось.
– Все это, – Джон приподнял первую попавшуюся простынь, пытаясь не задохнуться от поднявшегося облака пыли, и отложил ее в сторону, обнажая исцарапанный буфет, в котором, судя по впитавшимся в дерево влажным кругам, когда-то хранились бутылки ликера. – Этот дом, наверно, был прекрасен, полный жизни, а теперь от него ничего не осталось.
– Все когда-нибудь заканчивается.
Резкий сухой тон заставил Джона вздрогнуть. Порадовавшись, что стоит спиной к комнате, он рывком выдвинул ящик и произнес:
– Только это не значит, что следует сдаваться без боя.
Ничего не обнаружив, он захлопнул его и перешел к следующему.
– Согласен.
В удивлении Джон посмотрел через плечо и обнаружил, что Шерлок у противоположной стены скользит пальцами по искривленным швам между обоями.
– Прости?
– Элизабет из Бексли, – ответил Шерлок, оторвавшись от исследования стенки.
Теперь уже Джон почувствовал любопытство. Выпрямившись, он осторожно прислонился к буфету.
– Череп маленькой девочки – висяк, с которым ты помог Лестрейду. Господи, это было… что, неужели девять лет назад?
Шерлок кивнул.
– Судебно-экспертная реконструкция лица. Искусство восстановления человеческой внешности по строению костей, – он обернулся, демонстрируя собственный профиль, и вновь коснулся швов между обоями, прислушиваясь к тому, как зашуршала под его пальцами бумага. – Сейчас ты видишь скелет дома. Плоть сошла с него, местами сгнила. Но если ты ее восстановишь… Дом вовсе не мертв. Его забыли, забросили, но кости все еще на месте.
– Ты ведь вырос в таком доме? – спросил Джон, очарованный открывшимися в Шерлоке новыми чертами.
– Да, похожем. Впрочем, он был холоднее. Официальнее. Можешь себе представить Лэтэм-холл, давший миру Майкрофта? – насмешливо фыркнув, спросил он. – Здесь жили люди. Это не музей.
Возможно, все дело было в остаточном влиянии адреналина, захлестнувшего его из-за испытанного на чердаке ужаса, но Джон кивнул, внезапно поняв. В теперешнем полуразрушенном состоянии дом был достаточно жутким и без его нелепых, совершенно вышедших из-под контроля фантазий – несомненно, вызванных этими необъяснимыми убийствами – но он на самом деле мог представить, о чем говорил Шерлок. Ему слишком легко удалось увидеть призрачные тени его обитателей, живших тут день за днем, разговаривавших, смеявшихся, вообразить, как бегают по коридорам дети, играют среди мебели…
– Это был чей-то дом, – тихо произнес он.
Отвернувшись от исследуемых стен, Шерлок кивнул. Его взгляд вновь стал цепким и пронзительным.
– Нашел что-нибудь?
Значит, возвращаемся к работе. Джон покачал головой.
– Пока нет, – ответил он и, вновь отвернувшись к буфету, продолжил свои поиски.
~~~
– Агенты по продаже недвижимости не станут работать в субботу вечером.
– Что? – переспросил Джон, заходя вслед за Шерлоком для обыска в, кажется, уже пятнадцатую по счету комнату, хотя их здесь даже вдвое меньше явно не набиралось. Помещение было большим, оно занимало весь угол второго этажа в крыле, противоположном тому, где теперь жили Стюарты. Впрочем, хозяйская спальня, на осмотр которой ушло добрых два часа, оказалась гораздо больше.
Пройдя в центр комнаты, Шерлок поднял взгляд на зловеще мигающий электрический светильник, но почти сразу тот загорелся ровно.
– Сомневаюсь, что сегодня вечером будет еще одна смерть – если только Софи не договорилась с агентом, чтобы тот приехал в нерабочее время.
– Боже. Надеюсь, она умнее, – пробормотал Джон и через всю комнату бросил взгляд на окна. – И когда только успело настолько стемнеть?
Довольно улыбнувшись ему в ответ, Шерлок опять принялся простукивать внутренние стены.
– И когда ты только успел насобирать столько пыли? – парировал он.
Замерев на полдороге к ближайшему гардеробу, Джон, опустив взгляд, посмотрел на себя.
– Черт. Как думаешь, в гостинице есть прачечная?
Шерлок рассмеялся.
– Тебе в самый раз. Блоггеры – писатели двадцать первого века. Это пыльная профессия.
– Я бы не стал так говорить, – пряча улыбку, возразил Джон и окинул Шерлока взглядом, демонстративно задержавшись на украшавших некогда идеально-чистые черные брюки пыльных полосах и приставшей к рукавам паутине. – На этот раз ты, знаешь ли, точно не выглядишь так, будто сошел со страниц «Джи Кью»[2].
– Только потому, что я разбираюсь в современных модных тенденциях…
– Разбираешься? Разбираешься? – со смехом переспросил Джон. – Ты по часу, а то и дольше торчишь в душе. Твой шампунь стоит больше, чем я зарабатываю за день, а половину одежды ты дважды в год раздаешь бездомным из своей Сети, давая себе таким образом повод накупить еще, не забивая шкафы под завязку. И, кстати говоря…
– Я так не делаю!
– Кстати говоря, – неумолимо продолжил Джон, улыбаясь еще шире, – не думай, будто я не знаю о трех парах модельных туфель, которые стоят под моей кроватью потому, что в твоей комнате на полке не хватает места.
Возмущенно фыркнув, Шерлок стукнул кулаком по стене.
– Займись делом, Джон, – потребовал он.
Улыбаясь, Джон вернулся к работе. У него было такое чувство, словно с плеч упала гора. Возможно, он свихнулся и теперь видел призраков и галлюцинировал отпечатками ботинок, но, по крайней мере, он был не одинок в своем безумии. Скорее всего, он потихоньку сходил с ума все эти десять лет; никто другой не сумел бы продержаться рядом с Шерлоком так долго.
Со шкафом Джон покончил как раз к тому времени, когда Шерлок разделался со стенами и перешел к стоящему в углу письменному столу.
– Нашел что-нибудь? – спросил Джон, оглядываясь в поисках следующей цели. Комод у кровати вполне мог служить тайником, решил он.
Стоило ему миновать камин, как над руками задрожал холодный воздух. Джон обернулся, подумав, что дымоход остался открытым, и увидел, как заклубился паром его выдох. Сердце пропустило удар, но чувство опасности так и не пришло – только то, что за ним наблюдают, но это было просто смешно. Шерлок сейчас рылся в ящиках стола, а в комнате они были совершенно одни.
Ведь так?
– Ничего, – разочарованно отозвался Шерлок. – Знаешь, мы могли бы уговорить ее использовать агента в качестве приманки.
– Нет, – возразил Джон, изо всех сил стараясь заставить голос звучать нормально, пусть даже сам он в это время тревожно озирался. Что-то на лицевой стороне камина, там, где карниз слева сходился с полкой, привлекло его внимание. Деревянная панель здесь была покрыта пышной резьбой, вдоль прямых граней очага тянулись длинные линии, в углах же их смягчали украшенные завитками медальоны. Впрочем, контуры левого медальона смазались, словно он был вырезан глубже, чем должен. Заинтересовавшись, Джон поднял руку и почувствовал, как усиливается леденящий холод, охватывая его ладонь тонким кольцом стужи.
– Если бы ты занялся охраной, здесь было бы совершенно безопасно, – произнес Шерлок, по-прежнему полностью занятый столом.
Джон провел рукой по завиткам. Дерево было крайне гладким, но полировка казалась шершавой, словно местами она стерлась. Обхватив завитки пальцами, Джон мягко надавил.
– Мы не станем использовать человека… Ага, – выдохнул он, когда от нажатия вся угловая панель ушла в сторону и свободно повисла, удерживаемая, видимо, только оказываемым на нее давлением. Рванув вперед, Джон подхватил ее, прежде чем она бы упала, повредив хрупкий узор.
Шерлок оттолкнул кресло от стола и вскочил, его взгляд вновь сделался оживленным.
– Ты что-то нашел.
– Определенно, – кивнул Джон, заглянув за деревянную панель. – Получи свой…
Он оборвал себя на полуслове, когда Шерлок, уже стоя перед ним, выхватил фонарик и направил его в густую тень.
– Хорошо сработано, – одобрительно заметил он. Положив руку Джону на плечо, Шерлок наклонился и заглянул внутрь. Это прикосновение, казалось, отогнало боль, весь этот день то и дело накрывавшую Джона, а ледяной холод, впившийся в руку, превратился в приятное тепло. Задумчиво хмыкнув, Шерлок выключил фонарик и положил его на каминную полку.
– Осторожно, – предупредил Джон, стоило тому сунуть руку в отверстие.
– Там что-то… О! Ясно, – произнес он и осторожно вытащил книгу.
Искривленный корешок был обтянут потрескавшейся коричневой, кое-где почти черной кожей. На рыжевато-коричневой обложке тисненым черным шрифтом значилось: Э.А. Уоллис Бадж, «Вавилонское сказание о Всемирном потопе и Эпос о Гильгамеше». Книга была плотно перевязана черным шнурком. Вместо нормальных страниц ее заполняли тонкие сложенные листки.
– Это бумага для авиапочты, – произнес Джон, узнав тонкую, похожую на папиросную, бумагу. – По крайней мере, что-то вроде нее.
Шерлок удивленно приподнял бровь.
– Да.
Очень осторожно, удерживая книгу кончиками пальцев, он понес ее к столу. Его глаза чуть ли не светились от энтузиазма, когда он осматривал обложку и, наклонив голову, изучал бессистемно вложенные вместо страниц бумажки.
Шерлок уже собрался сесть, когда Джон произнес, останавливая его:
– Подожди-ка.
С ошарашенным выражением тот уставился на то, как Джон подошел к нему и без предупреждения принялся обшаривать карманы брюк. Обнаружив, как и ожидалось, латексные перчатки, он вытащил их и бросил на стол.
– Проще, когда ты стоишь.
Хитро улыбнувшись, Шерлок сел.
– Я запомню, – ответил он и, осторожно переложив книгу на правую ладонь, левой смахнул со столешницы пыль, а затем, аккуратно опустив на нее находку, надел перчатки.
Джону хотелось остаться и взглянуть на письма, но теперь даже он чувствовал, как стало поджимать время после того, как они наконец-то приблизились к завершению чересчур смелой задачи обшарить целый дом. Отсутствие полезной информации раздражало их обоих, и эта книга равно могла оказаться как важной, так и не имеющей ценности, вроде писем членов семейства Стюартов или фотоальбома наподобие того, на который они с Шерлоком уже натыкались. Читать через плечо Шерлока не было никакого смысла.
– Пойду еще поищу, – в конце концов, сказал он.
Не поднимая взгляда от осторожно развязываемой тесемки, Шерлок согласно пробубнил что-то в ответ.
– Если там есть еще какие-нибудь спрятанные документы, найди их, – добавил он.
У него что, был какой-то чудесный дар для этого?
– Будет сделано, – закатив глаза, ответил Джон и продолжил поиски, теперь взявшись обшаривать комод у кровати.
_______________________________________________
От переводчика.
[1]Футофунт – единица измерения энергии в британской системе, как в технической – килограмм-метр. Это энергия, которую нужно затратить, чтобы поднять тело массой 1 фунт (453,6 г) на высоту 1 фут (30,48 см). В системе СИ соответствует 1,3558 Дж.
