Текст книги "Туманная (СИ)"

Автор книги: Комми

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)

Глава 10

Глава 10. Небула.

Обернувшись, я увидел фигуру женщины, едва различимую на фоне ночного леса. Она не показывала своего лица, спрятав его под капюшоном, но ее едва светящиеся глаза смотрели на меня.

– Дитя, пропусти меня к костру. – Сказала она голосом Ниренны.

– Матушка, это ты? – Я действительно удивлен: в первый раз я вижу ее в человеческой форме.

– Да, дитя, это я. Пожалуйста, пропусти меня. – В голосе матушки появилась мягкость.

Я подвинулся, освобождая место Ниренне. Подойдя ко мне ближе, она обняла меня, а затем села у костра, сняв капюшон.

Ее лицо было слегка печальным. На голове росли небольшие рога, изогнутые в сторону затылка. Ее черные волосы достигали поясницы, огибая крылья на ее спине. Она была одета в темную рубаху, поверх которой была накинута кожаная накидка, темно-синие брюки и длинные сапоги с носом из какого-то металла. Плащ с капюшоном она сняла, подложив его под себя.

Все это время лисы смотрели на нас, со смесью почтения и страха на своих лицах. Какое-то время между нами царила тишина, которую прерывал треск огня.

Я первым осмелился нарушить тишину:

– Матушка, как ты нашла нас?

– Я слежу за вами уже несколько дней. До сих пор мне не хотелось нарушать ваше спокойствие, но раз уж вы заговорили обо мне…

Она притворно вздохнула, а затем продолжила.

– Ты хотела узнать, почему я спасла зверолюдов, дитя?

Я лишь кивнул головой.

– Богиня Рен поручила мне избавиться от одного из героев, чтобы одна из сторон получила преимущество, и война скорее закончилась. Видишь-ли, дитя, когда живое существо умирает, его душа попадает к Богине, которая решает его судьбу. А когда в мире бушуют войны, поток душ становится больше и больше.

– То есть, Богиня… не захотела работать сверх меры? – недоверчиво спросил я.

– По крайней мере, я поняла все так. – Усмехнулась матушка, после чего продолжила. – Какое-то время я пыталась убить обоих, стараясь не убивать остальных, но каждый раз терпела неудачу. На мои попытки не убивать других обратила внимание Богиня Люмия, и попыталась договориться с Рен. Я же, залечивая раны после очередной неудачи, скрывалась в пещере, на одной из гор, где меня нашел герой Сиентара. Мне ничего не оставалось, кроме как защищаться, но с моими ранами я вскоре не смогла сражаться. В этот момент в наш бой вмешались Люмия и Рен. Пока мы сражались, они смогли договориться, сойдясь на том, что гибель множества живых не принесет им пользы. Богиня Люмия приказала мне помогать герою Сиентара на его пути, но, заметив мои раны, изменила приказ на защиту зверолюдей…

Ниренна замолчала на минуту, словно раздумывая над чем-то.

– Так эту историю рассказывал сам герой, но ты, дитя, имеешь право знать правду.

Она посмотрела в сторону лисолюдов.

– Мы никому не скажем! Клянемся жизнью! – спешно затараторила Эния.

– Клянемся! – в унисон повторили ее сопровождающие.

Удовлетворившись их ответом, Ниренна продолжила:

– На самом деле мы с самого начала были с ним заодно. Богини Рен и Люмия очень близки, и обе не хотели гибели огромного количества живых, хоть и по разным причинам. К тому же, герой чем-то приглянулся мне. Достаточно, чтобы я обернулась эльфийкой… – закончила она мечтательной улыбкой.

– Матушка, но ты же говорила, что превращение тебе далось только в пятьдесят! Как же это произошло?

Матушка улыбнулась, услышав этот вопрос:

– Ах да. Дитя, я же не говорила тебе. Помнишь статую, когда я начала учить тебя магии? Когда-то я была этой эльфийкой, но потом я прогневала богов, и они забрали этот облик.

Ниренна окинула меня серьезным, пронзительным взглядом. Казалось, она видит меня насквозь. Таким же взглядом она удостоила Энию. Даже удивительно, как легко она меняет свое настроение. Наконец, она сказала:

– Позвольте дать вам обеим совет: не злите Богиню Люмию. Она очень добрая, но ее гнев страшнее, чем гнев любого другого божества.

– Матушка, откуда ты…

– Дитя, я слышала твои разговоры с этой маленькой лисолюдкой. – Прервала она меня на полуслове. – Я понимаю, что для тебя, дитя, этот мир чужой. В этом вы с ней похожи, верно?

Ниренна повернулась головой к Энии.

– Эния, ты называешь мою дочь сестрой. Почему?

Лисичка растерялась, услышав этот вопрос.

– Ну... она помогает нам, терпит мои шутки, спасла нас от засады, хотя по нашей вине у нее ранено крыло…

– ТАК ЭТО ВЫ РАНИЛИ МОЕ ДИТЯ!

Крик матушки прогремел на всю округу. Лицо Ниренны исказила гримаса бешенства, ее глаза чуть ли не буквально сверкали молниями. В руках она держала непонятно откуда взявшуюся глефу. Кажется, еще секунда, и от всех троих зверолюдей останется кучка пыли.

– Матушка, прости их, они не знали! Они лишь защищали девочку! Разве ты бы не поступила так же? – С этими словами я обхватил Ниренну хвостом, в надежде удержать ее от непоправимого.

Кажется, Ниренну немного успокоил мой аргумент. Ее выражение лица все еще выражало гнев, но уже не доходило до безумия. Еще через пару мгновении, она отпустила глефу, и та, не долетев до земли, растворилась в воздухе. Обведя взглядом троих полумертвых от страха зверолюдей, с едва сдерживаемой злостью, она бросила:

– Моя дочь спасла вас второй раз. Вы должны быть благодарны ей до конца жизни.

После чего, забрав свой плащ, исчезла среди дереьев.

***

Всю эту ночь я просидел, охраняя сон остальных: от оглушительного крика Ниренны лисолюды почти потеряли слух. Эния смогла исцелить всех, но заметила, что им нужно какое-то время для полного восстановления. Я же, находясь ближе них к матушке, никаким образом не пострадал: то ли она намеренно оглушила только их, то ли это не действует на драконов. Вот я и остался бдить. К тому же, вдруг Ниренна успокоится и вернется? Я хотел верить в это, но ночью никто не пришел.

Она прилетела утром, уже в форме дракона, когда все только проснулись. Взмахи ее крыльев прогнали всякие остатки сна у моих попутчиков. Еще толком не отошедшие от произошедшего лисы, вновь увидев потенциальную причину инфаркта, просто замерли. Найдя место рядом для приземления, Ниренна начала разговор:

– Вижу, мое появление все еще вселяет страх. Хорошо.

В ее голосе чувствовалась нотка самодовольства.

– Дитя, я не могу отрывать тебя от миссии, что была возложена на тебя Богиней Люмией, но, боюсь, вы не успеете добраться до конца леса к ночи.

Она прилетела поторопить нас? Что может быть настолько важным, что Ниренна вернулась к тем, кого пыталась убить меньше, чем день назал? Решив узнать причину спешки, я обратился к ней:

– Матушка, а что произойдет этой ночью? В лесу станет еще опасней?

– Нет, дитя. Эта ночь важна для ТЕБЯ. – Она очень выделила последнее слово. – Поэтому, я отброшу свои чувства и помогу тебе.

На этих словах она легла на землю и прижала хвост к себе, сделав его подобием ступеньки.

– Залезайте ко мне на спину и держитесь крепче. Дитя, – она обратилась ко мне. – Останься здесь. Я вернусь за тобой к закату.

Лисы, опомнившись, начали собирать вещи, что заняло много времени. Эния же подошла ко мне:

– Увидимся, сестрица.

– Увидимся, Эния.

Она явно что-то хотела сказать, но так и не могла набраться решимости. В итоге, она, так ничего не произнеся, она пошла забирать палатку и прочую утварь. Закончив с этим, троица зверолюдов забралась на спину Ниренны, и вместе они взмыли в небо, оставив меня в одиночестве.

Вновь оставшись один, я мог позволил себе то, что не мог позволить весь этот путь: вдоволь поспать. Я начал прикидывать безопасное место для сна. Деревья отпали сразу – уж слишком я огромный для них. Надеяться, что рядом не окажется какой-нибудь химеры я не стал, так что остался вариант зарыться поглубже. С этой мыслью я приступил к колдовству – не рыть же своими лапами!

Почва пошла на контакт чуть более охотно чем камень, но быстрее от этого процесс не становился – магия земли все еще не собиралась покоряться. После каких-то пары часов по моим «внутренним часам», мне наконец удалось вырыть яму достаточно больших размеров. Залезая внутрь, я слегка задел своим крылом какой-то камень, из-за чего уже начавшая заживать рана вновь начала болеть. Проклиная самого себя за неосторожность, я улегся на полу своего логова и попытался заснуть.

Мой сон прервал шум крыльев снаружи. Ниренна вернулась.

Когда я вылез из своего импровизированного укрытия, снаружи уже был закат. Ниренна зависла в воздухе, видимо, пытаясь найти меня. Наконец, заметив меня, она начала спускаться. Встретив ее на земле, я начал разговор с вопроса:

– Матушка, Эния в порядке?

– С ними все будет в порядке, дитя. – ответила матушка. – Ты же не думаешь, что я бы убила их вчера?

Ниренна внешне не выражала никаких эмоции, но ее глаза выдавали то, что она смеется. Над чем?

– Дитя, я вижу, ты в замешательстве. Позволь мне объяснить. В тот момент я, действительно, была очень зла, но вместо мести я предпочла способ, который будет благом для тебя. Помнишь мою фразу, которую я сказала перед уходом?

– Они должны быть благодарны мне? – Кажется, я начал понимать ее план. Похоже, матушка поняла, что я понял, и продолжила:

– Да. Тогда ты среагировала в точности, как я и рассчитывала, и все случилось так, как и должно было. Благодарность аристократов никогда не будет лишней.

Хитрая же мне попалась матушка. Устроила проблему, решила ее, а героем выставила меня.

Тем временем, Ниренна продолжала:

– Теперь же, нам пора, дитя. Ты ведь на самом деле можешь летать, верно?

А ведь верно! Я же не тратил силы только по просьбе Энии, но, раз она больше не будет меня доставать…

Я раскрыл крылья, и по спине прошло приятные ощущения, сродни тем, когда потягиваешься после долгого времени. Левое крыло, хоть и побаливало от ожога, уже не выглядело настолько плохо, так что я решил взлететь.

Оторвавшись лапами от земли, я взмахнул крыльями, и взмыл в небо. Надо же, за пару дней без полетов я уже успел подзабыть, насколько это приятно. Боль в крыле, конечно, никуда не делась, но на полет почти не влияла. Однако пора бы уже что-то сделать. Спросить матушку, что-ли…

– Матушка, где я могу найти реку или озеро? Та лисица сказала, что я смогу исцелить свое крыло в окружении воды.

– Лети за мной, дитя. Там, куда мы направляемся, ты сможешь вылечить себя.

Ниренна полетела в сторону, в которой, по моим воспоминаниям, должны были находиться горы. Я же старался не отставать.

***

К моменту, когда горные хребты показались на горизонте, солнце уже зашло за горизонт, уступив место лунам: их было две. На глаз, они были примерно в два раза больше своей коллеги, вращающейся вокруг Земли, при этом свет от них был не белый, а слегка синий.

Когда мы оказались среди гор, Ниренна начала петлять вокруг скал, будто пытаясь запутать кого-то. Спустя несколько таких кругов, она вновь сменила курс, и направилась к одной заснеженной горе.

На подлете к вершине, что-то начало тормозить меня. Крылья будто налились тяжестью, а воздух, и без того разреженный на такой высоте, словно исчез. Окрикнув Ниренну и спросив у нее совета, я получил ответ:

– Покажи свою магию, дитя.

Стоп, и это все? Ну хорошо. Я начал накладывать на себя иллюзию, перекрасив себя в черный цвет, после чего давление на меня пропало. В очередной раз мысленно попеняв на странные заморочки этого мира, я полетел дальше.

На вершине меня уже ждала Ниренна, в окружении нескольких других драконов. Слева от нее были два синих дракона, похожих друг на друга, как две капли воды. Справа находился дракон красного цвета. Что было еще более примечательным, его рога были не закрученными, как у остальных, а прямыми.

Все они ждали меня в месте, чем-то напоминавшем древнегреческий храм. Белоснежные колонны, слегка потрепанные временем, стояли по периметру, поддерживая остатки когда-то великолепного здания. Тут и там стояли статуи драконов, словно стража, готовая по первому зову встать на защиту. В центре находился огромный бассейн, наполненный синей жидкостью. Судя по ощущениям, маной. По какой-то причине крыша в этом «драконьем храме», как я его назвал про себя, была почти полностью уничтожена, позволяя смотреть на звездное небо. Стоило мне войти в это здание, моя маскировка пропала, явив всем мою синюю чешую.

– Наконец-то! Еще немного, и я бы замерз насмерть! – заворчал красный, заметив меня.

– Нульрох, прошу, прекрати ворчать хоть на мгновение. – обратилась к нему одна из близнецов. – Прояви уважение к своей племяннице.

– Если ты так замерз, мог бы согреть себя огнем. – заметила вторая.

– Легко говорить тем, кто с момента вылупления не боится холода. – Нульрох проворчал в ответ, но затем все же замолчал.

– Зато огонь и жар тебе нипочем! И взрывы! Будем ли выяснять, что из этого сильнее? – наперебой накинулись на него обе.

Как же я тебе сочувствую, Нульрох, как же я тебе сочувствую... Ниренна, тем временем, подошла ко мне.

– Дитя, это мои сестры Нерисса и Нуирра. – она указала на близнецов, смотрящих на меня любопытным взглядом.

– Здравствуй, малышка! Я Нерисса! – сказала первая.

– А я Нуирра! – добавила вторая. – Смотри не перепутай нас!

Я внимательно осмотрел обеих, но не нашел даже малейшего различия между ними. И как их отличать, если они, к примеру, просто поменяются местами?

– Здравствуйте, тетушки. – склонив голову, ответил я. – Могу я спросить, как я могу отличить вас?

На мгновение взглянув друг на друга, они хором ответили:

– Присмотрись внимательнее!

И действительно, у Нуирры рога были более прямыми, чем у ее сестры. Стоит ли говорить, что издалека такая мелочь вообще никак не заметна?

– Дитя, как ты уже слышала, это Нульрох. – Ниренна представила меня красному дракону, который с недовольным видом глянул на меня.

– Ну, здравствуй, племянница. – буркнул он.

– Здравствуйте, дядюшка. – последовал поклон с моей стороны.

Затем Ниренна взяла слово:

– Дитя, эта ночь очень важна для тебя. Когда луны поднимутся над храмом, тебе исполнится год. А это значит, ты сможешь выбрать себе имя.

Имя? Наконец-то! За прошедший год, я хоть и привык к обращению «Дитя», но это начинало меня подбешивать.

– Пока же мы ждем, у тебя, наверное, есть вопросы?

Я вновь осмотрел убранство этого места, после чего спросил:

– Почему это место разрушено?

Ниренна не стала отвечать на вопрос сразу, обведя взглядом родных.

– Дитя, как ты знаешь, раньше мы не считались редкой расой. Наша семья была гораздо больше, наших сородичей было больше. Я не смогу рассказать эту историю сейчас – она слишком длинна, но знай, что это связано с Войной Трех.

И опять эта война. Если все драконы так сильны, как Ниренна, что такое чудовищное могло перебить целую кучу таких, как она? Очередной вопрос, ответ на который покрыт мраком. Кстати, а ведь конец истории мне так и не рассказали.

– Матушка, вчера мне так и не удалось дослушать историю до конца. Чем закончилась Война Трех?

– Дитя, ты задаешь очень сложные вопросы, но я отвечу на этот. После того, как Креншафт и Сиентар потеряли своих героев, Богиня Люмия попросила меня прекратить эту войну, встав на сторону зверолюдей, за что она пообещала выполнить любую мою просьбу. После того, как в столице Креншафта узнали о моем переходе на сторону Сиентара, их знать заставила короля подписать мир, боясь того, что я уничтожу все королевство.

Такой краткий пересказ, без сомнения, упускал детали, но в целом, все было логично.

– Больше у меня нет вопросов, матушка.

Мы ждали недолго. Вскоре свет от лун начал освещать бассейн, в котором мана поменяла свой цвет с синего на серебристый.

– Дитя, – начала Ниренна. – на месте, где сейчас стоит этот храм, наш род с начала времен укреплял свои тела. Когда ты погрузишься в поток магической энергии, выбери себе имя и назови его. Так, мои сестры и брат признают тебя родственницей.

После этого она слегка подтолкнула меня в направлении бассейна.

Пока я подходил к бассейну, я думал: какое имя выбрать? Конечно, хотелось что-то красивое, я все-таки теперь в женском обличии. С другой стороны, стоит ли так сильно выделяться и брать себе какое-то пафосное и сложное имя? Наверняка можно будет потом сменить имя или называться по-другому, но от «оригинала» в итоге я никуда не денусь. Так и не придя к окончательному ответу, я застыл в шаге от бассейна.

А вообще, какие имена у моей новой родни? Ниренна, Нерисса, Нуирра. Наверное, не стоит выбирать что-то сильно отличающееся.

– Смелее! – раздался голос матушки позади.

«Ну, была не была!» – с этой мыслью я погрузился в бассейн маны, оставив лишь голову на поверхности для дыхания.

– Погрузи голову в источник! – посоветовали близнецы.

Последовав их совету, я опустил голову в бассейн. Вопреки своим опасениям, я обнаружил, что в нем я могу спокойно дышать, как и на поверхности. Мана, тем временем, впитывалась в тело, что ощущалось в виде напряжения в мышцах. Крыло зажило за считаные секунды и больше не доставало меня ноющей болью где-то на периферии сознания. Наконец, когда мана прекратила впитываться, я вылез из источника.

Остался один вопрос: какое выбрать имя? Словно ища ответ на потолке, я решил глянуть на небо, к этому моменту уже захваченному объятьями ночи.

Огромное черное полотно, растянувшееся на все небо, в очередной раз демонстрировало своё великолепие. Сияли луны, освещавшие все на километры вокруг, тысячи звезд мерцали в небе, образуя причудливые созвездия. На их фоне особенно выделялись пятна неправильной формы. Если я правильно помню, их называют туманностями. Хм, а если… Да, подходит! И звучит неплохо!

–Небула. – Негромко сказал я.

– Что? – спросила Ниренна.

– Моё имя Небула.

Глава 11

Глава 11. Семья – это главное.

– Сестрица, ты должна мне сотню золотых! – воскликнула Нуирра, смотря на Нериссу.

– Что? – я слегка опешил. Они что, делали ставки на то, какое имя я выберу?

– Небула, – начала Нерисса. – Со времен первых драконов в нашем роду, имена соблюдают одну традицию: «Н» в начале, «Х» или «А» в конце. Ты выбрала имя, которое ее соблюдает.

А ведь верно. Небула, Ниренна, Нерисса, Нуирра. И Нульрох – видимо «Х» предназначена для мужских имен.

– Ну почему ты не могла выбрать другое имя? Моё золото… – с легкой обидой в голосе запричитала Нерисса.

– Сестра, у тебя его целые горы. Прекрати уже. – в причитания драконицы вклинилась ее «злая» сестра-близнец.

– Не хочу! Моё золото!

– Какая же ты мелочная!

Сестры начали древнюю, как мир, забаву. Забаву, объединяющую людей, животных, а теперь и драконов – доведи своего брата/сестру до белого каления. Краем глаза я заметил, что Ниренна и Нульрох наблюдали за препираниями близнецов, лишь слегка посмеиваясь.

– Матушка, они часто так себя ведут? – спросил я у матери, на что она, с легкой усмешкой, ответила:

– Еще ни дня не проходило, чтобы они не начали очередной спор. Не нужно беспокоится, для них это способ развлечь себя.

Ухмыльнувшись, я лишь продолжил смотреть за спором. Вскоре Нерисса начала сдавать, и в итоге, печально вздохнув, пообещала:

– Я даю слово дракона, что отдам тебе это золото. Ну, довольна?

После того, как близнецы успокоились, слово взяла Ниренна.

– Сегодня наша семья пополнилась новым драконом. Небула, будь достойной своих предков.

– Будь сильной. – добавил от себя Нульрох.

– Будь умной. – присоединилась Нерисса.

– Будь смелой. – довершила напутствие Нуирра.

Выслушав пожелания от своей новой родни, я действительно проникся моментом. Конечно, они не могут заменить мне тех, кто остался на Земле, но они вправду ценят меня. Если бы я мог пустить слезу, я бы, наверное, сделал это.

– Матушка, тетушки, дядюшка. Я благодарю вас. За все слова, что вы мне сказали. Я сделаю все, чтобы быть достойной.

– Ну всё, всё, церемония кончилась. – Ниренна, до этого сохранявшая важный вид, насколько это возможно, расслабилась и улеглась рядом. – Теперь, мы можем просто пообщаться, как семья.

– Наконец-то! – прорычал Нульрох. – Я покину вас, я не могу больше мерзнуть здесь!

После чего, взмахнув крыльями, вылетел из храма через крышу. Вернее, ее остатки. Мне оставалось ему лишь посочувствовать:

– Бедняга.

***

Остаток ночи мы просидели за беседой. Близнецы оказались гораздо младше Ниренны – примерно сотня лет, против ее трехсот. Нульрох оказался чуть старше – около ста пятидесяти лет. Около, потому что драконы не особо обращают внимание на возраст, что неудивительно: для тех, кто живет тысячелетиями, один год пролетает как пшик.

Нуирра и Нерисса прилетели сюда, чтобы церемония «Именования» могла считаться соблюденной. По их объяснениям, для этого должны присутствовать четыре члена семьи, что сейчас было трудной задачей. Когда же я спросил, в чем заключалась сложность, они с грустью в глазах отмолчались.

– Это из-за Войны Трех, да? – спросил я, и попал в цель.

Во время Войны Трех Ниренна часто сражалась в облике дракона, каждый раз меняя облик. В королевстве людей это вызвало страх, что зверолюдам помогают разные драконы, со всеми вытекающими последствиями: охоту объявили на драконов, как вид. В боях с людьми погибло много драконьих родов, абсолютно не понимавших, за что им мстят. Род, к которому принадлежал я, едва пережил эту резню, потеряв примерно две трети своих. Охота же продолжалась до самого конца войны.

– Как люди могли убить столько драконов? – Я остался в непонимании касательно силы драконов. – Ниренна же убивала десятки тысяч в одиночку!

– Ниренна – избранная Богини Рен. – вздохнули близнецы. – Мы же, хоть и могущественны, но ни один другой дракон не выстоит против целой армии.

До этого я подозревал, что матушка просто ненормально сильна по меркам этого мира, но, чтобы настолько…

– Небула, – позвала она меня. – Когда эта война закончилась, для мира я исчезла. Никто другой не должен знать, что я жива. Это навредит тебе, а я не хочу этого.

– Я понимаю, матушка. Ты боишься за меня.

Тут я вспомнил про лисов.

– Матушка, а…

– Не волнуйся, они ничего не скажут. – Ниренна поняла ход моих мыслей. – По пути из леса я заставила их поклясться, что они никому не расскажут о нас.

Клятва, значит? Интересно, как именно клятва будет держать язык зверолюдов за зубами? Они не смогут ответить на вопрос или их прибьет их на месте, скажи они лишнего? Могут ли они обойти ее, к примеру, давая намеки? Я отправил еще пачку вопросов в «дальний ящик», который уже начинал ломится от количества содержимого. Понимая, что пора уже искать ответы на все интересующие меня темы.

От беседы нас отвлекли лучи солнца, осветившие храм. За разговорами мы совершенно потеряли счет времени. Сестры-близнецы, попрощавшись, отправились в обратный путь, а мы с Ниренной продолжили разговор, уже с глазу на глаз.

– Дитя… Небула, – поправилась она. – Сегодня по старым обычаям, ты стала самостоятельной, и вольна покинуть меня. Но…

По старым обычаям? Значит, что-то изменилось?

– Но что, матушка? – спросил я, нарушая тишину.

– Я бы хотела, чтобы ты осталась со мной до своего десятилетия. Давняя традиция гласит, что дракон, переживший свой первый год, волен действовать по своему разумению, но то были времена, когда драконы были хозяевами Лорнеи.

– Сейчас все изменилось. – продолжил я за нее.

Ниренна лишь кивнула и продолжила.

– Я не хочу принуждать тебя: ты вольна покинуть меня, когда пожелаешь. Просто… – в этот момент ее голос на секунду дрогнул. – я не хочу, чтобы ты уходила так рано. Ты ведь еще так юна, прошу, побудь со мной ещё… Я ведь помню, как ты пыталась покинуть пещеру тогда, в свой первый день…

Она что, подумала, что я пытался сбежать? Мне всегда казалось, что Ниренна, накопившая опыт и знания нескольких столетии, не станет делать ложных выводов. Какого же мое удивление сейчас, когда она пришла к абсолютно нелепому умозаключению на основании моих первых шагов. К тому же, я пока даже не думал о том, чтобы отправится на встречу приключениям.

– Матушка, я еще не знаю этот мир, так, как ты. – я слегка склонил голову. – Я не покину тебя, пока ты не решишь, что я готова.

– Небула, ты выбрала правильное решение. А теперь лети за мной. – Ниренна поменялась в «лице», как только услышала мой ответ.

– Э, что? – только и смог промямлить я.

– Небула, тебе еще предстоит многому научится. А еще ты слишком добра. – смеясь, ответила мне матушка.

Жалобные нотки в ее голосе пропали, на их место пришли радость и легкая насмешливость. Только сейчас до меня дошло, что меня развели. И сделала это Ниренна – хитрая, трехсотлетняя манипуляторша, и, по совместительству, моя мать. Мысленно вздохнув, я взмахнул крыльями, и полетел за ней.

К полудню я заметил дым, поднимавшийся вдали от нас, и Ниренна летела прямо к нему. Подлетев поближе, я понял, что кто-то разбил здесь лагерь: рядом с костром тут и там были расставлены палатки, над самим костром висел котелок, а рядом с ним сидело трое людей.

– Небула, – обратилась ко мне матушка. – Эти люди были в засаде, от которой ты спасла тех зверолюдов. Они же грабили и убивали беззащитных. Нельзя оставлять их в живых.

– Матушка, что будем делать? – спросил я, все еще помня, как меня задело огненным шаром.

– Ты будешь делать. – Ниренна особенно выделила первое слово. – Тебе нужно понять, что тебе придется часто убивать разумных существ, иначе они убьют тебя. В прошлый раз ты поступила разумно – твое тело было недостаточно крепким. Но сейчас тебе ничего не грозит. Просто вспомни все, чему я учила тебя.

Как бы мне не хотелось возразить ей, но разум признавал – Ниренна права. Нельзя рисковать, иначе они могут рассказать о драконе, помешавшем их планам, и тогда неизвестно, чем все обернется. Еще мою совесть успокаивало то, что они действительно могут быть бандитами: по одежде людей нельзя было сказать, что они солдаты или какие-то охотники.

Собравшись с духом, я ответил:

– Хорошо, матушка. Но я хочу напасть ночью.

Ниренна лишь кивнула головой:

– Когда они будут спать, я понимаю. Хорошая идея.

Если бы она знала, что я лишь хочу приготовиться морально. Все-таки до этого я убивал людей лишь раз, и у меня было оправдание в виде защиты Энии. Сейчас же у меня не было и этого.

Пролетев некоторое расстояние, мы приземлились на холме, с которого был хорошо виден лагерь людей и принялись ждать ночи. Ниренна осталась со мной, чтобы контролировать ситуацию, отрезая мне путь к отступлению. Пока мы ждали, я решил прояснить у нее некоторые вопросы:

– Матушка… – начал я, но Ниренна остановила меня.

– Небула, с этого момента ты можешь звать меня по имени.

– Хорошо. – согласился я. – Ниренна, а откуда ты знаешь, что это те же люди?

– Дитя, не забывай, что мне более трехсот лет. – возмутилась она. – За это время я научилась многому, чтобы не погибнуть. И я обязана научить тебя, раз в твоем мире этому не учили.

– То есть, ты знаешь, что я из другого мира, и не против?

– Для меня ты все равно остаёшься моим дитя. Ты поймешь, когда у тебя самой появится кто-то, кого ты захочешь оберегать.

Ответ драконицы оставил меня в замешательстве, но я не стал развивать эту тему. Может, я действительно пойму, как обзаведусь детьми…

Так, стоп! Почему я вообще думаю о таком?!

Следующие полчаса я потратил в попытках разобраться с тем, до какого бреда додумался мой собственный мозг. Проснувшееся воображение отказывалось останавливаться, вовсю генерируя сценарии возможного будущего, основываясь на всякого рода штампах из кино, аниме и книг. Причем книг не самого лучшего качества: в поисках интересных книг мне довелось прочитать сотни второсортного шлака, который теперь вылез из глубин памяти, не давая сосредоточится. «Какого хрена, мозг?» – единственный вопрос так и крутился на языке, оставив все остальные, как второстепенные.

В конце концов, обуздав ненормальные мысли, я вернулся к наблюдению за людьми. В лагере, тем временем, появилось еще несколько фигур. Издалека я не мог разглядеть подробно, однако один из них держал в руке что-то, похожее на посох. Один из магов?

Остальные маги вернулись в лагерь вскоре после первого, один за другим, каждый с отрядом сопровождения. К закату в лагере было примерно двадцать восемь человек, судя по числу мелькающих фигур, что совпадало с моими подсчетами в первый день, когда я их встретил. Разведя еще пару костров, часть людей отправилась отдыхать в палатки, оставив вторую на охране. Дозорные разошлись вокруг лагеря, время от времени подходя к кострам погреться. Я же ждал, когда настанет глубокая ночь. По крайней мере, наверняка так думала Ниренна.

На самом деле я все еще не решался переступить черту. По словам Ниренны, я буду убивать вовсе не безобидных путников, а кровожадных дикарей, но легче от этого мне не становилось. Ну не могу я взять, и просто начать кромсать всех налево-направо! Моральные ценности не позволяют! Меня начинало бесить все, начиная от собственной нерешительности, заканчивая людьми, что спокойно спали, не подозревая об опасности!

– Небула, успокойся. – Ниренна заметила мое раздражение. – Твой хвост создает слишком много шума.

И действительно, неосознанно махая хвостом, я превратил в перепаханное поле небольшой участок травы.

– Я вижу, тебя что-то беспокоит. – продолжила мать. – Поделись со мной своими тревогами. Я постараюсь дать тебе совет.

Ну, раз она знает… Я рассказал матери о своих мыслях, начиная с первого своего дня, лишь умолчав о допущенной богиней «ошибке». Ниренна слушала, не прерывая меня и изредка задавая уточняющие вопросы. Когда я закончил, будто гора свалилась с моих плеч. Высказав свои мысли, мне стало немного легче.

– Небула, я начинаю понимать, почему ты боишься. Ты боишься превратиться в кровожадное чудовище. Ты до сих пор считаешь себя человеком. – подвела итог Ниренна.

Драконица подошла ко мне и пристально взглянула на меня. По какой-то причине я не мог отвернуться, продолжая смотреть в её светящиеся глаза:

– Небула, по праву старшего, я приказываю: защищай меня.

Меня окутало странное чусвтво. Разум будто окутала пелена, вызывающая блаженство и желание слушаться, а в голове, словно на повторе крутились слова матушки:

«Защищай меня»

Чувствуя, что не могу отказать ей, я сказал:

– Да, матушка.

Лишь после этого в голове стало достаточно ясно, чтобы я мог осмыслить случившееся. Ниренна что, только что гипнотизировала меня? Как это мне поможет?

– Прости меня, дитя, но это единственный способ, как я могу помочь тебе с твоим страхом. Я отправляюсь в лагерь людей. Ты должна понимать, что они сделают с одинокой женщиной, ночью, в темном лесу.

– Матушка, ты же не… – Ниренна прервала меня на полуслове:

– Я не буду защищаться, и позволю им делать все, что они захотят. Я надеюсь только на тебя, дитя.

На этих словах она, превратившись в человека, с неожиданно высокой скоростью побежала к людям.

Голос Ниренны в голове снова начал звучать в голове, побуждая к действию, и, решив не медлить, я бросился догонять её.