Текст книги "Эхо катастрофы (СИ)"

Автор книги: Кицуне-тайчо

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 9 страниц)

Между тем Кьораку продолжал распределение:

– Зараки пойдет с Сайто.

И снова удивились капитаны. Как можно оставлять наедине этих двоих? Ведь именно Сайто когда-то победил капитана одиннадцатого отряда! И как знать, может, Зараки немедленно воспользуется этой возможностью, чтобы взять реванш! Кьораку хитро усмехнулся. Он-то знал, что Сайто давно приручил Зараки, и что он – почти единственный, кого можно поставить в пару с Кенпачи без риска драки. Отболтается.

– Ну, Унохану-сэмпай мы оставим в покое, как обычно, – продолжал тем временем Кьораку, – так что со мной пойдет Шихоинь.

– Только не думай, что я позволю тебе за мной ухаживать, – ухмыльнулась Йоруичи.

– Ай, ну зачем же так сразу? – Притворно расстроился Кьораку. И тут же продолжил: – Так, следующей парой будут Хиракава и Хаями.

Оба обернулись к командиру в крайнем недоумении. Хаями даже рот раскрыл, намереваясь что-то сказать, но тут же его захлопнул. И дело было даже не в том, что его, руконгайца, подсунули в пару к этому снобу, до сих пор косо глядящему на простолюдинов, сколько в том, что последней парой оставались…

– Ну, и последние, – деловито закончил Шунсуй, – Кучики и Каноги.

И снова все капитаны вытаращились на Кьораку в изумлении, включая и только что названных. Всем было прекрасно известно о сильнейшей личной неприязни этих двоих. И ставить их в пару?! Ведь подерутся! Впрочем, возражений ни от кого не последовало.

– Ну, вот и все, – удовлетворенно закончил Кьораку. – Теперь Куроцучи и Нишигаки – давайте сразу туда. А вечером – Укитаке с Хицугаей.

Когда командир распустил капитанов, к нему подошел Укитаке. Вид у него был крайне озабоченный.

– Ты думаешь, что делаешь? – Напустился он на друга.

– А что такое? – Невинно поинтересовался Шунсуй. – Тебя не устраивает твой напарник?

– Ты прекрасно знаешь, о чем я! Как можно было поставить Бьякую вместе с Мичико? Они не станут работать вместе!

– Станут, – отмахнулся Кьораку. – Еще как станут. Ни тот, ни другой не смогут оспорить приказ. Одно удовольствие иметь дело с такими дисциплинированными ребятами! Так что они пойдут вместе и станут там вместе сидеть. Я их нарочно поставил в пару. Вдруг да подружатся еще. В бою всякое бывает.

– А ты не боишься, что они прямо там подерутся?

– Не подерутся. Они же на задании!

***

Кучики и Каноги явились на поляну по отдельности, но точно в срок. Сменили отдежуривших здесь ночь Хаями и Хиракаву, причем Бьякуя обменялся с ними несколькими словами, а Мичико, высокомерно вздернув носик, стояла поодаль.

– Все мирно? – Спросил Кучики у Хаями, при этом так на него взглянул, что тому сразу стало ясно, что вопрос относится отнюдь не к пустым. Несмотря на заключенное некогда перемирие между капитанами, Хиракава имел обыкновение порой отпускать необдуманно резкие замечания в адрес руконгайцев, а Хаями не Сайто, может и обидеться.

– Да, все прошло тихо, – ответил Наото. Они с Хиракавой действительно мирно проговорили всю ночь, и к утру Хаями заподозрил, что Кьораку его нарочно подсунул капитану пятого отряда в качестве насквозь положительного примера руконгайца. Для воспитания терпимости.

Потом дежурные ушли отдыхать, а их сменщики еще некоторое время топтались на поляне. Бьякуе очень хотелось выглядеть достойно перед этой выскочкой. Не проявлять никаких слабостей, казаться каменным изваянием. Но потом он представил, что встанет, как столб, и будет так весь день торчать посреди поля… Словом, подумав, он устроился под деревом на месте, уже нагретом Хаями.

Так и сидели в молчании. Рядом с Кучики маялся, зевая, Абарай: хотя бы один банкай от шестого отряд должен был присутствовать. Каноги умостилась поодаль. Время тянулось томительно. Единственная тема, на которую Мичико могла бы завести с Кучики разговор, была о чести капитана. Но Бьякуя, послушавший Сайто, помирившийся с Хаями и приобретший, таким образом, немного большую уверенность, уже дал ей однажды достойный отпор, и теперь Каноги не решалась повторно идти на приступ. Хотя она по-прежнему считала, что капитан без меча роняет достоинство всего Готэй-13, над аргументами ей теперь еще нужно было подумать. Бьякуя тоже томился. Если бы они с Ренджи были одни, можно было бы хоть тренировку затеять, небольшую, вполсилы (на дежурстве, все-таки), но все же можно было заняться делом. Но он никак не мог допустить, чтобы Каноги видела, как лейтенант швыряет его на землю. Приходилось сидеть без всякого толку.

И когда послышался знакомый треск открываемой гарганты, все трое вскочили на ноги с большим облегчением.

Тварь, выбравшаяся из проема, была размером с крупную собаку. Она пробежала немного вперед и остановилась посреди поляны, глупо уставившись на капитанов. Каноги выдвинулась вперед, вынимая меч из ножен.

– Я сама разберусь с этим, – пренебрежительно бросила она через плечо. – Банкай!

Бьякуя немедленно усмотрел в этом смертельное оскорбление. Он тут же сунулся еще дальше, небрежно заявив:

– Это тебе лучше отойти в сторону. Не люблю, когда путаются под ногами.

Каноги разозлилась. И на то, что ее отодвигают в сторону, и на то, что этот болван лезет в драку, когда у самого вовсе нет оружия. Как бы его присутствие ни бесило Мичико, она не могла, как офицер, позволить, чтобы в ее присутствии кого-то растерзали на кусочки.

– Кучики Бьякуя, – раздельно, отчетливо выговорила она едва не по слогам, вложив в эти два слова все, что она о нем думает.

И это немедленно исполнилось.

Бьякуя сперва обомлел, когда перед ним появился еще один Бьякуя, точно такой же, как в оригинале, только с оружием. Потом понял, в чем дело. Вспомнил, что рассказывал Сайто о способностях Каноги. Это гипноз! То, что она произносит вслух, становится своего рода командой для ее занпакто. И в тот момент, когда она назвала его имя, банкай уже был активирован.

– Зачем ты это сделала? – Возмутился Кучики.

Каноги, видимо, и сама растерялась. Несколько секунд она недоуменно разглядывала возникшего впереди двойника своего напарника, потом сообразила и набросилась на Кучики:

– Ты сам виноват в этом! Это ты вынудил меня назвать твое имя! И как мне теперь этим сражаться?

– Офицер должен контролировать то, что он делает, особенно если это банкай, – не преминул попенять ей Бьякуя. – Тебе стоит просто скомандовать что-нибудь другое.

– Думаешь, это так просто? – Огрызнулась Мичико, уязвленная справедливым замечанием. – Теперь, пока это не погибнет, новый образ не сделать. Или мне придется запечатывать меч. И ты думаешь, он не нападет в это время? – Она кивнула в сторону пустого, который так и торчал посреди поляны.

Ренджи, разобравшийся, наконец, что происходит, зажал рот ладонью, сиганул в кусты и уже там повалился за землю, изнемогая от хохота.

Бьякуя недовольно оглядел еще раз своего двойника, и тут вдруг сообразил:

– У него есть оружие! Ты можешь использовать его банкай?

– Должно получиться, – неуверенно согласилась Мичико. – Я примерно представляю, как это должно выглядеть.

Двойник повернул меч острием вниз, отпустил рукоять. В целом выглядело похоже, хотя и не в точности. Разлетелись мириады лепестков. А пустой… вдруг исчез.

Бьякуя недоуменно заморгал. Он не сводил глаз с противника и был уверен, что тот оставался на месте. Кучики не сомневался, что заметил бы любое движение. Каноги тоже растерялась, принялась лихорадочно озираться. И тут Бьякуя сообразил: никуда он не исчез, стоит на том же самом месте, только стал почти невидим! Изменил окраску, словно хамелеон, слился с обстановкой.

– Бей прямо, – скомандовал он.

– Прямо-то зачем? – Недовольно откликнулась Мичико.

– Не спорь, а бей, – ледяным тоном процедил Кучики едва не сквозь зубы.

Тут Каноги и сама разглядела врага, собрала все лепестки в один большой кулак и грохнула им в то место, где находился пустой. Но, пока капитаны препирались, противник успел удрать.

Бой получался странный. Пустой не атаковал, он только шнырял из стороны в сторону, кружил по поляне, а Каноги пыталась его догнать. Но, поскольку он был практически невидим, догнать не удавалось. Да и выглядело это все по-дурацки. Стоят три человека (хоть один и ненастоящий), вертят головами туда-сюда, вокруг вьются тучи стальных лепестков. Ренджи, спрятавшись за деревом, давился смехом, наблюдая за всем этим.

Бьякуя с огорчением убеждался, что сражаться Сенбонзакурой Каноги совершенно не умеет. Бьет бестолково, почти не целясь, слишком медленно, не разделяя потоки лепестков, так что пустой легко уходит из ее захватов. Как же ему хотелось отпихнуть девчонку, самому взмахнуть руками, направляя клинки! Но приходилось только подсказывать.

– Бери левее, – сдержанно говорил он вполголоса. – Слишком далеко. Теперь справа.

Ему хотелось встряхнуть Каноги за шиворот и заорать: «Ты что, не видишь, вон же он!» Но Бьякуя терпеливо и нарочито негромко, чтобы сдержать самого себя, подсказывал, куда бить, каждый раз, как находил врага взглядом.

– Так ты его не поймаешь, – говорил он. – Раздели лепестки.

– Как я их разделю? – Огрызалась Каноги.

– Хотя бы на две части, – втолковывал Бьякуя. – Одним потоком загоняешь, второй заходит спереди. Лови его, – и он пытался руками показать, какого эффекта хочет добиться от лепестков Сенбонзакуры.

Каноги и в самом деле была начисто лишена воображения. Очень долго она не могла представить, как это должно выглядеть. Но когда до нее наконец дошло, она очень быстро загнала пустого в капкан. Тот не стал сопротивляться, издох быстро и без звука.

– Как ты вообще сражаешься такой штукой? – Возмутилась Каноги.

– Зачем ты берешься за то, чего не умеешь? – Парировал Кучики.

– Ты сам в этом виноват!

– Никогда больше так не делай, – строго сказал Бьякуя, искоса взглянув на собеседницу.

– Да больно надо! – Фыркнула та. – Совершенно бестолковая сила.

– Не стоит рассуждать о том, о чем ты не имеешь ни малейшего представления, – несколько резковато бросил Бьякуя.

Нет, дело было даже не в том, что эта выскочка так пренебрежительно отзывалась о его способности. Просто созерцание собственного банкая отозвалось болью в душе, в том самом месте, где теперь зияла пустота. Это был самый последний раз, когда сила, подобная Сенбонзакуре, сражалась на их стороне.

========== Тестирование завершено ==========

Этим утром командир собирал совещание, так что у места открытия гарганты оставили дежурить одного Абарая. Капитаны потихоньку подтягивались к штабу первого отряда. Кучики и Хаями шли вместе. Этой ночью произошло еще одно сражение, и теперь Хаями рассказывал о нем.

– Я его сначала камнями, а он выкапывается, и хоть бы что. Тогда я кидо, а оно отражается. Представляешь? Отскакивает рикошетом, чуть нас самих там не положило. В общем, я опозорился. Его Хиракава потом своими тесаками покрошил.

Бьякуя сохранял равнодушное выражение лица, но под ложечкой нехорошо засосало. Если они сделают так, что кидо будет бесполезно… Ведь у него ничего другого не осталось! Что он будет тогда делать?

Кьораку начал собрание со странного, двусмысленного какого-то замечания:

– А удобно, когда лейтенант с банкаем, правда, Бьякуя?

И пока Кучики, напрягшись, соображал, к чему это было сказано, как ни в чем не бывало, продолжил:

– Мы пока можем обсудить ситуацию. Пора бы нам собрать воедино все факты и соображения, у кого какие есть.

Первым вступил Куроцучи. Он принялся рассказывать о данных, которые ему удалось получить, о результатах измерений, наблюдений и изучения фрагментов образцов.

– Что мы имеем? Пустые модифицированы, причем с использованием неизвестной нам технологии. Даже арранкары, как бы они от нас ни отличались, пользовались теми же принципами в науке, что и мы. Пустые, нападающие на нас, не чувствуют боли и не имеют инстинкта самосохранения. Они без колебаний отрывают фрагменты собственного тела, а при попытке захвата самоуничтожаются. Далее: они приходят одним и тем же путем. Вход и выход гарганты всегда находятся в одних и тех же точках. Пустые, которых из одного мира в другой ведет звериный инстинкт, никогда не прокладывают одинаковых путей. Более того, это слишком сложно сделать. Кроме того, повторяются их способности. Любой следующий нападающий может иметь какую-то способность от предыдущего, причем, как правило, улучшенную. Способности пустых при всем их многообразии повторяются крайне редко. Словом, я более чем уверен: это роботы.

– Роботы? – Заинтригованно переспросил Кьораку.

– Биологические роботы, – подтвердил Куроцучи. – Некто (пока неясно, кто) захватывает пустых и превращает их в этакие машины. Очевидно, подавляет разум, программирует на определенные действия, затем модифицирует тело, создает необходимое вооружение и отправляет сюда. Очевидно, они смогли обсчитать один вариант гарганты и теперь постоянно используют его.

– Но цель? Чего они добиваются этими странными действиями?

– Я полагаю, это тестирование. Очень похоже на испытание вооружения. Они проверяют, что на нас действует, а что нет. То, что действует, усиливают. То, что сработало плохо, больше не используют. Например, с тех пор, как мы повалили того огромного ящера, они больше не посылают ничего крупного. Заметили, что неповоротливые механизмы неэффективны.

– А почему они перестали использовать парализующую жидкость? – Вдруг вспомнил Кучики. – Она показалась мне весьма эффективной.

– Думаю, потому, что я продемонстрировал им хорошее противоядие, – самодовольно ответил Маюри.

– А откуда они вообще об этом знают? – Задумался Хаями. – Ведь роботы не возвращаются назад и не могут сообщить никакой информации. Те, кто их посылает, ничего не узнают о результатах теста!

Куроцучи ненадолго призадумался, потом недовольным тоном разъяснил:

– Остается предполагать, что они как-то наблюдают за своими роботами постоянно. И получают информацию сразу. Иначе бы они не жертвовали ими так бездумно.

Дальше докладывала Йоруичи. Ее бойцы в Мире живых пытались выследить, откуда идут пустые. Поначалу это удавалось: твари тупо ползли одним и тем же маршрутом, и разведчики, карауля в том же месте, где пустые были уже замечены в прошлый раз, смогли проследить пару километров их пути. Но потом враги спохватились, и роботы стали приползать к гарганте с разных сторон.

– Наверное, мы их почти прижали, – с досадой говорила Йоруичи. – Мы сейчас поблизости все прочесываем, но пока ничего не нашли.

– Это что получается? – Протянул Кьораку. – Сейчас они наделают сотни таких боевых роботов и обрушатся на нас всем скопом?

– Еще и усовершенствуют, – подхватил Укитаке. – Соберут все самое лучшее.

– Наверняка используют эту кидоотражающую шкуру, как у вчерашнего, – хмуро сказал Хаями.

– Пушку серо тоже, – вспомнил Нишигаки.

– Факт, – согласился Кьораку. – Хороший был удар.

– Они могут быть крылатые, – предположил Хицугая.

– И почти невидимые, – добавил Кучики.

– Забавные получаются твари, – заметил Кьораку.

Еще некоторое время обсуждали, как может выглядеть враг. Картинка получилась настолько жуткая, что, испугавшись собственных фантазий, капитаны подавленно умолкли. Потом Кьораку вспомнил и еще об одном обстоятельстве, о котором собирался поговорить.

– Извини, конечно, Бьякуя, – виновато сказал он, – но обсудить это нужно.

Кучики, немедленно сообразив, о чем идет речь, плотно сжал челюсти.

– Как только представится возможность, я его убью.

– Да я не об этом! – Замахал руками Шунсуй. – Я только хотел бы понять, почему он это сделал.

– Я не желаю слушать его оправданий, – отчеканил Бьякуя. – Предательство не заслуживает прощения.

– Подожди, не кипятись, – примирительно промурлыкал Кьораку. – Послушай хоть минутку. Он – твой занпакто, и должен быть похож на тебя. Ведь так?

– Он больше не мой занпакто, – перебил Бьякуя.

– Да ты просто послушай! – Кьораку начинал терять терпение. – Я же не пытаюсь тебя в чем-то обвинять! Все, чего я хочу, это получить ключ к пониманию происходящего. И если мы поймем, почему Сенбонзакура присоединился к нашим врагам, возможно, мы сможем догадаться, кто они такие. Просто попробуй пофантазировать: если бы тебе пришло в голову предать нас, по какой причине ты бы это сделал?

– Такое невозможно, – ледяным тоном заявил Бьякуя.

– Ну, а если предположить…

– Исключено, – отрезал Кучики.

Убедившись, что здесь он ничего не добьется, Кьораку попробовал зайти с другой стороны.

– Наото, а ты как думаешь?

Хаями напрягся. Одного обвинения в предательстве ему вполне хватило.*

– Понятия не имею, – пожал он плечами, стараясь выглядеть совершенно невозмутимо.

– Ребята, ну вы подумайте, ладно? – Попросил Кьораку. – Я ведь не заставляю прямо сейчас отвечать. Но, Бьякуя, если ты не догадаешься, почему он это сделал, никто не догадается.

– Я не знаю, почему он так поступил, – упрямо повторил Кучики. – И у меня нет и не может быть предположений на эту тему.

***

После этого совещание пришлось заканчивать. Все уже сказали все, что хотели сказать, и добавить было нечего.

Кучики и Хаями вышли из зала вместе, но на первом же углу остановились.

– Я спать, – сообщил Наото. – Тяжелая ночка выдалась.

– А мне нужно на пост, – кивнул Бьякуя. – Только зайду сначала в казармы, возьму какой-нибудь еды. Ренджи там с самого утра, я его выгнал без завтрака.

– Не жалеешь ты своего лейтенанта, – усмехнулся Хаями.

А Бьякуя вдруг подумал, что еще несколько лет назад ему и в голову бы не пришло позаботиться о завтраке для Абарая. Ренджи чем дальше, тем больше становился едва ли не членом семьи Кучики.

Капитаны разошлись в разные стороны, и Бьякуя остался один. Да, слишком опасно ему было сейчас оставаться в одиночестве. Нападение не заставило себя ждать. Неведомо откуда на него вдруг обрушился подзатыльник.

Бьякуя, ошеломленный столь диким происшествием, сперва замер в изумлении, и только потом обернулся. В нескольких шагах позади него стояла, ухмыляясь, Шихоинь Йоруичи.

– Что тебе опять надо? – Недовольно спросил Кучики.

– Поиграть, – нагло ответила кошка.

– Мне некогда.

Бьякуя отвернулся и продолжил было путь, но тут его догнал второй подзатыльник.

– Отвяжись, – тоном приказа сказал он, не оборачиваясь.

– Заставь, – ухмыльнулась Йоруичи.

– Мне нужно на дежурство, – Бьякуя снова попытался уйти и снова не смог. Это начинало его злить.

– Прекрати, – сказал он. – У меня нет времени на это.

Шихоинь обидно расхохоталась.

– Ты еще заплачь, малыш Бьякуя!

Этого Кучики уже стерпеть не мог. И хотя он прекрасно понимал, что она снова спровоцировала его, точно так же, как в детстве, он просто не видел иного выхода. Да он и не предполагался. Их встреча должна была закончиться дракой, для того она и была затеяна. И он набросился на свою бывшую наставницу.

Драка была жаркой. Бьякуя показал все, что умел. Он лупил изо всех сил, он несколько раз едва не поймал Шихоинь в захват, но она неизменно ускользала в последний миг, издевательски смеясь ему в лицо.

– Слабо, малыш Бьякуя! – Крикнула она. – Совсем никуда не годится!

Кучики озверел. Ярость, которую он испытал, была не похожа ни на что. Он не мог припомнить, чтобы когда-либо прежде был в таком бешенстве, ощущая при этом такую ясность восприятия. Его реяцу полыхнула так, что сделалась видима невооруженным глазом. Он снова обрушился на Йоруичи, и теперь она больше не смеялась. Ей было не до того.

Кьораку и Укитаке подоспели как раз к тому моменту, когда Кучики вывернул ей руку за спину и повалил на колени.

– Вы чего? – Обалдело уставился на это безобразие Шунсуй.

– Сдаюсь, сдаюсь, – снова рассмеялась Йоруичи. – Пусти.

– Заставь, – мстительно процедил Бьякуя.

– Командир, он меня сейчас убьет! – Шихоинь развеселилась еще пуще. – Убери его от меня!

– Бьякуя! – Совершенно растерялся Кьораку. – Чего не поделили?

– Она сама хотела драки.

– Вы меня с ума сведете! – Шунсуй страдальчески закатил глаза… и ушел.

– Бьякуя, ты мне руку сломаешь! – Продолжала хихикать Йоруичи. – Кто тебя научил такому захвату? Точно не я!

– Пожалуй, стоило бы сломать тебе руку, – медленно проговорил Кучики. Его ярость уже угасла, навалилась сильнейшая усталость. Казалось, он выложился не на сто, а на все двести процентов.

– Бьякуя, тебе же давно пора быть на дежурстве! – Спохватился Укитаке. – Представляешь, как будет брюзжать Мичико, если ты опоздаешь?!

Кучики вспомнил об этом несчастье и содрогнулся. Он выпустил Шихоинь, и та немедленно вскочила, вид у нее при этом был крайне довольный.

– Я и так уже опоздал, – недовольно заметил Кучики. – И все из-за того, что кто-то не нашел другого времени.

Он отвернулся и зашагал прочь. Нападения больше не последовало. Он еще услышал за спиной восторженный возглас Шихоинь:

– Нет, ты видал, а? Во дает!

***

Вечером, после дежурства, Бьякуя в штаб не пошел, а велел Абараю передать Хаями, что будет ждать того на озере. Ничего не хотелось, ни работать, ни отдыхать, и Кучики принялся отрабатывать с другом некоторые приемы рукопашного боя. Но настроения не было, приемы не получались, да и мышцы ныли после схватки с Йоруичи. В конце концов капитаны просто плюхнулись в траву, прислонившись к одному толстенному дереву.

– Что с тобой сегодня? – Недоуменно спросил Хаями.

– Устал, – признался Бьякуя.

Наото воззрился на него с изумлением. Никогда прежде он не жаловался на усталость, работал до изнеможения, но никогда и слова не говорил об этом.

– Да, стоит сделать перерыв, – согласился Хаями. – Ты работаешь на износ в последнее время.

– Не то, – Кучики покачал головой.

– А что тогда?

– Ну вот, считай сам, – и Бьякуя принялся загибать пальцы. – Я так и не научился сражаться без меча. Мне нужно еще много тренироваться, но на это уже нет времени. Все без исключения считают, что я не тяну. Может быть, не каждый станет меня в это тыкать носом, но думают так все. Ты не позволяешь мне сражаться, да и Ренджи обнаглел до крайности.

– Но я вовсе не… – виновато начал Хаями.

– Я говорю это не в качестве упрека, – перебил Бьякуя. – Просто это так и есть. А теперь от меня будет еще меньше толку, если они используют защиту от кидо. Дальше: Каноги не дает проходу. Она твердо намерена бороться за порядок в Готэй, и почему-то именно я кажусь ей самым страшным нарушением.

– Тут ты ошибаешься, – возразил Наото. – Просто ей кажется, что именно тебя ей будет проще устранить. Ты ведь в глубине души согласен с ее доводами.

– Разумеется, – спокойно кивнул Бьякуя. – Она совершенно права. Сам не знаю, что меня до сих пор заставляет с ней спорить. Наверное, я просто не могу решить, что будет большим позором: уйти или остаться.

– Да чушь это! – Разволновался Хаями.

– Смотри дальше, – ровным голосом продолжил Кучики. – Кьораку фактически при всех обвинил меня в предательстве.

– Да он вовсе не это имел в виду! – Воскликнул Хаями, но при этом вспомнил, как ему самому стало неуютно, когда взор главнокомандующего обратился в его сторону.

– Я знаю, что он имел в виду, – равнодушно ответил Бьякуя. – Но, если он полагает, что я могу разобраться в мотивах Сенбонзакуры, значит, он считает, что и я способен на что-то подобное.

– Да, это он не подумал, – уныло согласился Хаями.

– Разумеется, мне тоже очень хочется понять, почему он это сделал. Когда я говорю, что не хочу знать о его причинах… ты ведь понимаешь, что это не так.

– А может быть… – осторожно предложил Наото, – может, попробовать поговорить с ним в следующий раз?

– Не уверен, что получится, – сказал Бьякуя. И тут совершенно скис: – А теперь еще и эта кошка ко мне прицепилась.

– Шихоинь? – Не сразу сообразил Хаями. – В каком смысле? Зачем?

– Она хочет, чтобы я тренировался. Но она знает, что я никогда не соглашусь на тренировку с ней. Поэтому она просто меня провоцирует. Теперь, если уж она поставила перед собой такую задачу, она от меня не отцепится.

– Мне кажется, всем было бы намного проще, если бы ты просто пришел к ней и сказал, что согласен на тренировку.

Бьякуя на мгновение представил это… и замотал головой.

– Не смогу. Я ее не выношу.

Хаями только вздохнул в ответ на это.

– Теперь понимаешь? – Подвел итог Кучики.

– Знаешь, когда ты вот так списком это все перечислил… – Наото озабоченно поглядел на него. – Мне как-то и в голову не приходило, что все так плохо. Мы, как будто, уже привыкли к сложившейся ситуации. Ты все время так спокоен, что мне казалось, что ты тоже привык.

– Мне приходится сохранять спокойствие, – Бьякуя слегка пожал плечами. – Я не могу ронять свое достоинство. Ты единственный, кому я могу честно сказать: я устал.

– Даже не знаю, что я могу с этим сделать, – с сомнением протянул Хаями. – Вот разве что… – Он придвинулся ближе, осторожно обнял Кучики за плечи и сказал, будто извиняясь: – Говорят, помогает.

Бьякуя никак не отреагировал на столь необычное действие. Он низко опустил голову, внимательно изучая взглядом концы собственного пояса, и молчал. Некоторое время так и сидели, не шевелясь, потом Бьякуя вдруг задумчиво произнес:

– Ты прав, действительно помогает.

***

– Грустите? – Послышался веселый голос Сайто совсем рядом.

Друзья подскочили от неожиданности, Хаями немедленно убрал руки и отодвинулся. На берег озера вышел Сайто, за ним следовал насупленный Абарай.

– Давайте, вы потом будете грустить, – Такайя плюхнулся на траву перед капитанами, устроился, скрестив ноги. – Дело есть.

– Как ты нас нашел? – Воскликнул Хаями, смущенный тем, что их застали в такой момент.

У Ренджи при этом сделалось такое виноватое лицо, что можно было больше уже ни о чем не спрашивать.

– Слушайте, ребята, дело дрянь, – деловито начал Сайто. – Остальных я вряд ли смогу на это сговорить, все сами умные, но хотя бы мы вчетвером должны объединиться.

– Ты о чем? – Удивился Бьякуя, тоже несколько растерявшийся.

– Я о той твари, которую мы выдумали на собрании. Представьте, что именно такая и припрется! Не знаю, как вам, а мне жутковато. Это даже банкаем не с первого раза убивается, а представьте при этом, что эту тварь почти не видно, она отражает кидо в вас же и при этом плюется серо во все стороны разом. Это уж как минимум.

– И что ты предлагаешь? – Бьякуя тоже постарался взять деловой тон. Это обстоятельство насчет кидо его тоже очень беспокоило.

– Нам четверым надо объединиться в команду и выработать тактику! – Объявил Сайто. – У меня уже есть некоторые соображения. Обсудим?

– Валяй, – согласился Хаями.

– Так вот, – Сайто потер руки, – основной уничтожающей силой я предлагаю сделать Абарая. Почему – сейчас объясню. У него удар мощный, с большой зоной поражения, и что самое главное – быстрый. Хаями, твои самые страшные техники – либо слишком разрушительны, либо их долго подготавливать. Про меня и говорить нечего: моя зона атаки – на острие меча. А Ренджи одним плевком из своей пушки накроет этого пустого с головой.

Абарай, сидевший чуть в стороне, польщено оскалился.

– Вообще, я согласен, – хмуро кивнул Хаями. – Закапывать этих тварей в землю, похоже, бессмысленно. Не вулкан же тут устраивать!

– Атака у Ренджи быстрая, – заметил Бьякуя, – но его банкай слишком громоздкий. Ему нужна приличная дистанция для атаки, а если эти пустые применят свою маскировку…

– Ага! – С энтузиазмом закивал Сайто. – Поэтому на передний край мы должны поставить тебя.

– И какова же будет моя задача? – Скептически поинтересовался Кучики.

– Находить врага! Твое сюнпо значительно лучше, чем у всех нас. Ты сможешь подобраться к пустому и действовать в непосредственной близости от него. К тому же, тебе не составит труда увернуться от атак союзников. Ты пойдешь первым, отвлечешь противника на себя, а Ренджи станет ориентироваться на тебя, когда будет прицеливаться. Ты прекрасно знаешь этот удар и сумеешь его избежать.

– Что ж, – задумчиво кивнул Бьякуя. – Как будто имеет смысл.

– Я буду страховать, – продолжил Сайто. – Подойду поближе невидимкой, но на передний край соваться не стану, иначе меня прибьет Ренджи. Но в том случае, если наш враг постарается избежать атаки, я смогу вовремя подправить его траекторию. Затолкать, короче говоря, под выстрел. Думаю, что вблизи его все-таки видно.

– Его видно, – согласился Кучики.

– Ну, а я что буду делать? – Возмущенно вмешался Хаями.

– На тебе будет защита. Следи, чтобы никто из нас не пострадал. Вовремя заслоняй от ударов, строй стены. Или сотрясениями почвы сбивай прицел нашего врага. Да что я тебе рассказываю! Ты же сам все знаешь.

– Ладно, – согласился Хаями. – Годится.

– Вот и отлично! – Обрадовался Сайто. – Тогда так: если появится что-то серьезное, и всех поднимут по тревоге, бросайте к чертям своих напарников и собирайтесь в кучку. Вместе будем драться.

Он вскочил и собрался было уходить, но Бьякуя тоже поднялся на ноги, а за ним и все остальные. Почти стемнело, и делать на озере больше было нечего. Офицеры вместе отправились в казармы.

Уже потом, когда их пути разошлись, Кучики с Абараем направились в расположение своего отряда, и Сайто с Хаями остались одни, Наото немного обиженно заметил:

– Это все-таки нечестно. Почему я только на защите?

– Зато Кучики на переднем краю! – Невозмутимо заявил Сайто.

– Разве это хорошо?

– Это просто отлично! Ну сам подумай: что ему еще остается делать, если даже кидо нельзя будет воспользоваться?

– Вообще-то… – Хаями задумался. Ему впервые отчетливо представилось положение, в которое угодил его друг. Думал ли он, решаясь на эту борьбу, что враг окажется столь неудобным? Бьякуя и так выбивается из сил, доказывая свою состоятельность, а это последнее обстоятельство вовсе должно было довести его до отчаяния. Кидо – единственное оружие, которое у него оставалось, голыми руками броню этих монстров не пробить. – Слушай, это гениально! – Восхитился Наото. – Ну ты даешь, комбинатор хренов! Страшно ему, видите ли!

***

Между тем сложившаяся ситуация очень не нравилась Бьякуе. Ему необходимо было тренироваться, а полигон был непрерывно занят. Кучики не мог допустить, чтобы кто-то посторонний наблюдал за его занятиями. Другие же площадки шестого отряда были предназначены отнюдь не для капитанов, слишком малы для банкая, и Абараю было бы там слишком тесно. Найти же другую подходящую поляну было непросто. В одних местах пролегали дороги, и по ним постоянно кто-нибудь шастал туда-сюда. Другие были давно облюбованы под места для отдыха, и не было никакой гарантии, что там не появится кто-то в любой момент. Да и вообще, превращать еще один фрагмент Сейрейтея в то безобразие, которое они учинили на своей тренировочной поляне, казалось Бьякуе не совсем правильным. Пришлось наседать на командира.

– Ты же понимаешь, что мне нужно заниматься, – говорил Кучики. – Но если площадка постоянно занята, мне негде тренироваться.

– Ну, попроси ребят подвинуться, – предложил Кьораку.

– Я не хочу, чтобы на площадке находились посторонние, – с нажимом повторил Бьякуя.