Текст книги "Эхо катастрофы (СИ)"

Автор книги: Кицуне-тайчо

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 9 страниц)

Его напор и энтузиазм был столь велик, что Бьякуя невольно подчинился. Он махнул внутрь, а через миг туда же сиганул и Сайто, немедленно скатившись на пол и дергая Кучики за рукав. Они прислонились к стене под окном и притихли, переводя дыхание. Два взрослых, серьезных мужчины в капитанских хаори затаились, прижимаясь друг к другу, как дети, сбежавшие от строгой няньки. За окном послышались торопливые шаги, но скоро стихли.

– Зачем ты это устроил? – Бьякуя недовольно покосился на непрошенного заступника.

– Ты спятил, драться на такую ставку?! – Возмутился Сайто. – Тем более с ней. Ты знаешь, как она сражается?

– Нет. Какая разница?

– А я вот разузнал. Она произносит какое-нибудь слово, и тот, кто находится в зоне действия ее реяцу, начинает видеть именно то, что она сказала. Этакий гипнотический эффект. Она может вызвать так любого монстра. Эта штука создается из ее реяцу и сражается за нее, но это бы еще ладно. Тот, кто попадает под гипноз, вкладывает в созданную тварь значительную часть собственной реяцу! Процентов сорок, а то и половину. Понял, да? Твоя реяцу наполовину уходит врагу. Ты получаешь врага, равного тебе, плюс реяцу Каноги. Сражение практически бесперспективно. Очень нечестная способность для честной схватки, тебе не кажется?

Бьякуя впечатлился. Сцепиться с такой сейчас, когда у него, кроме реяцу, почти ничего и не осталось…

– А шикай? – Только и спросил он.

– То же самое, – ответил Сайто. – Разница только в уровне реяцу, той, которую вкладывает она, и той, которую вкладывает противник. Обычное соотношение шикая и банкая.

– Но она все равно найдет меня и потребует поединка, – задумался Бьякуя.

– Посылай ее куда подальше, – хихикнул Сайто. – Ты не обязан с ней драться. Скорее даже наоборот: обязан не драться. Будет приставать – ткни ее носом в регламент. С какой стати ты вообще с ней связался?

Бьякуя помрачнел, перевел взгляд в дальний угол.

– Проблема в том, что она права. Я действительно не соответствую своей должности. Я не хочу признавать этого, но…

– Э, да у тебя, похоже, депрессия! – Лукаво улыбнулся Сайто.

– Вовсе нет. Но невозможно вечно закрывать глаза на правду. Сколько бы я ни старался, у меня ничего не выйдет.

– Да с чего ты взял?!

Бьякуя все-таки оглянулся на Сайто. В его взгляде не было мрачной обреченности, зато было равнодушное смирение, которое понравилось Такайе ничуть не больше.

– Я не могу сражаться, Сайто, – сказал Кучики безразличным тоном. – Я по-прежнему использую в бою Сенбонзакуру. Моим рефлексам полсотни лет, я не могу просто так взять и перестать ими пользоваться. На тренировках с Ренджи, когда я напоминаю себе, по какому поводу мы здесь сражаемся, я еще успеваю спохватываться, хотя и теряю на этом драгоценные мгновения и совершаю глупейшие ошибки. Но в реальной схватке я совершенно об этом забыл. Я продолжаю сражаться так, как привык это делать. Это выше рассудка. Да ты и сам знаешь.

– Ну вот, я же говорю, просто депрессия! – Самоуверенным тоном эксперта заявил Сайто. – Делаешь из мухи слона. Ты переутомился. Слушай рецепт: сейчас ты идешь в штаб и говоришь Ренджи, что он остается за старшего. Потом идешь домой, принимаешь горячую ванну, пьешь какой-нибудь хороший успокаивающий сбор. Поспи немного, поваляйся в постели с книгой, посиди в саду. Ночью непременно отправляйся на прогулку, как ты любишь. Завтра спи до обеда, не меньше. Увидишь, станет намного лучше.

– И как это поможет решить проблему? – Холодно осведомился Бьякуя.

– А проблемы никакой нет, – Сайто хитро прищурился. – Ты просто сам считаешь это проблемой. Слушай, ну ты же воспитал себе великолепного помощника! Вот и пусть он теперь поработает! Пускай Ренджи сражается за тебя, пускай прикрывает тебя. А ты тренируйся. Ты говоришь, все дело в рефлексах? Ну так наработай новые, в чем проблема?!

Бьякуя глядел на доморощенного эксперта со смесью надежды и сомнения. В его словах, конечно, был определенный смысл, но…

– Но если придется сражаться уже завтра? – Сказал он. – Я не готов.

– Не сражайся один, – невозмутимо посоветовал Такайя. – Ты на кой черт столько лет бился с Ренджи? Пусть помогает!

Бьякуя нахмурился и снова уставился в противоположную стену. Сайто почувствовал, что тот почти готов сдаться, и продолжил:

– И с Хаями помирись. Тебе без него будет так же хреново, как и ему без тебя. Ты ведь и сам уже, наверное, заметил, что поодиночке скучно?

– Мириться с ним не пойду, – заупрямился Кучики.

– И не надо! Он сам придет. Ты знаешь что, – Сайто доверительно склонился к уху Бьякуи, – ты ему по морде врежь.

– Не хочу, – покачал головой тот.

– Поставь себя на его место! Ну вообрази, если бы с ним случилось что-то подобное, разве тебе не захотелось бы уберечь его от опасности?

– У меня, возможно, и возникло бы такое желание, – проворчал Бьякуя, – но я не позволил бы себе подобной выходки.

– Да ладно! – Сайто фамильярно пихнул его локтем в бок. – А то вы мало друг другу тумаков наставили! Ты разозлился на то, что он защитил тебя, потому что тебе показалось, будто он считает тебя слабым. Но подумай: разве он не вел себя точно так же, как всегда?

– Хватит меня уговаривать. Просто передай ему, что если он все еще хочет помириться, теперь самое время.

– Ну вот и отлично, – Сайто похлопал его по плечу и встал. Выглянул в окно. – Никого нет. Пойдем тогда?

– Иди, – Бьякуя устроился поудобнее и обхватил руками колени. – Я остаюсь.

– Ладно, – Сайто понимающе ухмыльнулся. – Тогда слушай план. Отсюда иди прямо домой. Ренджи я сам все передам. Дома отдохни, как следует. А вечером зайдет Хаями. Ты его хорошенько отругай, от души. И после этого все станет отлично. Ну как тебе план? Согласен?

– Согласен, – недовольно буркнул Бьякуя. – А теперь проваливай.

– Уже исчез.

Сайто легко перемахнул через подоконник и зашагал по переулку. Следовало оставить этого гордеца наедине со своими мыслями. Впрочем, Сайто не сомневался в том, до чего он в конце концов додумается. Надо бы, шутки ради, намекнуть Хаями, что за ним должок.

========== Старый знакомый. Откуда он взялся? ==========

Когда послышался до боли знакомый звук открывающейся гарганты, Ренджи с негодованием воскликнул:

– Да они что тут, тропу проторили?

Было чему возмутиться. Тренировка снова была прервана в самом начале. И опять проход был открыт точно в том же месте, где и в прошлый раз. Средних размеров пустой, нечто среднее между жабой и лысой гориллой, деловито выбрался из гарганты и спрыгнул вниз, в мешанину сломанных стволов, которую устроил здесь Абарай во время прошлой битвы.

Офицеры изучающе уставились на врага. Состав был прежний: Бьякуя по здравом размышлении решился последовать советам Сайто, поскольку хуже от них точно не станет, а вот лучше – как знать. Хаями и Рукия, державшиеся на расстоянии от места тренировки, теперь подходили ближе. Пустой сидел смирно и тоже внимательно разглядывал синигами.

– Не только в том же месте, – задумчиво проговорил Бьякуя. – Но и в то же время. Мы снова едва успели начать.

– Ага, – удивленно согласился Ренджи. – Мы же примерно в одно время сюда приходим, как раз после службы.

– Ох, ребята, что-то мне перестает это нравиться, – еще издали заявил Хаями.

– Вы двое – не вмешивайтесь, – Бьякуя решительно поднял руку, преграждая дорогу офицерам девятого отряда. – Ренджи, будешь меня прикрывать.

– Хорошо, тайчо, – Абарай решительно занял боевую позицию.

– Давай, – напряженно хмурясь, кивнул Хаями. – Мы будем наготове, если что-то пойдет не так.

– Будьте, – согласился Бьякуя. – Но без нужды не лезьте. Дайте мне потренироваться.

Он сделал несколько неторопливых шагов по направлению к противнику. Взгляд твари казался пустым и мертвым. Впрочем, применять подобные эпитеты к тому, кто и сам по себе пуст и мертв… Как бы там ни было, глаза в прорезях белой маски были слишком тусклыми, без всякого выражения.

Бьякуя медленно поднял руку, выставил ладонь навстречу пустому. Тот не пытался уклониться или напасть, просто сидел и продолжал изучать капитана безжизненным взглядом. Тогда Бьякуя начал читать заклинание:

– О, бог. Маска из плоти и крови, все сущее, взмах крыльев, ты, чье имя Манн, Истина и умеренность, впейся когтями ярости в безгреховную стену грез. Хадо 33: Сокацуй!

Шарахнуло так, что даже у синигами, стоящих позади Кучики, зашевелились волосы от порыва ветра. Дополнительно усиленное полностью произнесенным заклинанием, хадо выдрало с корнем деревья, от взрыва взметнулся и долго еще не желал улечься песок. Пустой попятился. И только.

– Ни фига себе, – пробормотал Ренджи. – Кучики-тайчо, это какие-то неправильные пустые. Чувствуете его уровень реяцу? Пустой с таким уровнем не выдержал бы этого удара.

– Да, и тот, первый, тоже показался мне чересчур прочным, – согласился Бьякуя.

– Точно, – подтвердил Ренджи. – Я его кое-как раздолбал.

И тут пустой… плюнул. Смачный плевок был явно нацелен в Кучики, но тот успел заметить атаку и инстинктивно отшатнуться.

– Странный он, – буркнул Ренджи.

– Этот удар может быть опасен, – заметил Бьякуя. – Делаем так: я отвлеку его на себя, а ты зайдешь сзади и попробуешь банкай.

И он бросился на врага в лоб: три коротких шага – разбег, потом длинный прыжок с приземлением почти у самой морды. Пустой неотрывно следил за ним глазами и, едва нападавший оказался прямо перед носом, незамедлительно плюнул. Коротким сюнпо в сторону Бьякуя ушел с линии атаки. И тут же ужалил противника в бок хадо №4. Он видел, что Ренджи уже вызвал свой банкай и практически готов обрушиться на голову пустого. И тут… пустой плюнул снова. Даже не попытавшись как-то уклониться от кидо-удара, не вздрогнув при прямом попадании, он в тот же миг ответил собственной атакой, и Бьякуя не успел увернуться. Брызги подозрительной жидкости попали на ноги Кучики, и мышцы немедленно онемели. Бьякуя оступился и рухнул в траву.

Ренджи, заметив, что дело неладно, незамедлительно обрушил на монстра свой занпакто. Два чудовища – Забимару и пустой – сплелись, сцепились, процарапали в лесной подстилке глубокую борозду, чуть не собрав по пути Кучики. Тот едва успел откатиться в сторону. Через миг рядом с ним возник Хаями.

– Ты как?

– Его слюна парализует, – торопливо объяснил Бьякуя. – Постарайся не попасться.

– Давай-ка сюда. – Хаями подхватил Кучики под мышки и одним прыжком отволок подальше от поля битвы.

Пока они возились, бой начал складываться явно не в пользу синигами. Пустой пытался вывернуться из колец Забимару, и Ренджи ухитрился-таки захватить его в пасть банкая. Тварь извернулась, дернулась… и оторвала себе переднюю лапу. Лапа так и осталась в зубах Забимару. Пустого это не смутило ни капли. Не останавливаясь ни на мгновение, он вывернулся из захвата, прорвался сквозь переплетение костяных колец к рукояти меча и с силой плюнул. Брызги были столь обильны и вылетели с такой скоростью, что просочились через стыки доспеха. Ренджи, взвыв, покатился по земле.

Рукия первой заметила его бедственное положение. К этому моменту она уже была готова вступить в бой.

– Танцуй, Соде но Широюки. Второй танец: Хакурен!

Пустого, уже нацелившегося броситься на Абарая, приморозило к земле. Но и это помогло лишь на краткий миг. Пустой рванулся, оставив во льду фрагменты шкуры, развернулся и плюнул уже в Рукию. Она успела прикрыть левой рукой голову, и рука немедленно отнялась, и щека, на которую попали брызги, занемела.

– Банкай! – Рявкнул Хаями, и тут же между Рукией и пустым выросла земляная стена. Еще через несколько секунд небольшой каменный саркофаг воздвигся над Ренджи.

Пустой развернулся к капитанам. Его подвижность уже явно была не та, он неуклюже перебирал тремя оставшимися лапами. Бьякуя, приподнявшись на руках, прислонился спиной к стволу дерева.

– Прикрой лейтенантов, – велел он Хаями.

Тут же по левую руку пустого вырос гигантский земляной вал, полностью отгородивший его от Рукии и Ренджи.

– Хадо 88: Хирьюгекизоку шинтен райхо, – скомандовал Бьякуя.

Чудовищный шквал промчался вдоль земляной стены, сминая пустого и поднимая до небес столбы пыли. Хаями немедленно метнулся вслед за воздушной волной: проверить, осталось ли что от пустого. Назад он вернулся очень скоро. Было очевидно, что врага развеяло в пыль.

Бьякуя, сидя на земле, лихорадочно растирал бедро. Толку не было, и нога решительно ничего не чувствовала. Хаями, возвратившись к своим, разгладил испорченный им рельеф, поспешно запечатал занпакто и первым долгом метнулся к Рукии. Та с болезненной гримасой массировала локоть.

– Ничего, – невнятно пробормотала она. – Руку не чувствую. И все.

– Ладно, держись, – Хаями потрепал ее по плечу. – Посмотрю, что с остальными.

Хуже всех пришлось Ренджи. Похоже, его накрыло почти целиком. Он лежал, скорчившись, на земле и тихонько рычал от злости. Кучики не мог подняться.

– Тащи в госпиталь лейтенантов, – велел он Хаями. – Потом вернешься за мной.

– А если еще кто-нибудь явится? – Нахмурился Наото.

– Не думаю. До сих пор они появлялись по одному.

– Ладно, – решился Хаями. – Я быстро. – Он взвалил на плечо Абарая. – Рукия, идем!

– Я лучше останусь, – возразила та. – Так будет надежнее.

– Да, ты права. Будь здесь. Я скоро вернусь.

Он сорвался в сюнпо, а Рукия приблизилась к брату.

– Бьякуя, – нерешительно сказала она, – вы это видели? Он оторвал себе лапу! Разве такое возможно?

– У меня сложилось впечатление, – задумчиво проговорил тот, – что эта тварь вообще не чувствует боли.

– Но это не похоже на пустого…

– Да. Кажется, это уже что-то другое.

***

Чтобы вылечить раненых, одного кидо оказалось мало. Пришлось изучать образцы слюны и создавать что-то вроде противоядия. После укола все пациенты еще пару часов страдали от сильнейшего зуда в поврежденных конечностях, после чего чувствительность окончательно восстановилась. Хуже всех пришлось Абараю, так что Бьякуя, сжалившись, дал ему выходной.

Куроцучи тоже заполучил образец этой слюны и уже через полчаса в полном восхищении прохаживался по лаборатории, потирая руки, и восклицал:

– Великолепно! Совершенно чужая технология! Просто чудесно!

Кьораку сообщением Кучики заинтересовался.

– Значит, ты говоришь, в одном и том же месте и в одно и то же время?

– Время приблизительное, – уточнил Бьякуя. – Но всякий раз это было в самом начале тренировки. Мы или едва начинали, или вовсе не успевали начать. А вот место, кажется, совпадает в точности.

– И он сам оторвал себе ногу?

– И не только. Он вырывался из захватов, совершенно не заботясь о целостности тела. Это выглядело очень странно. Словно он вовсе не чувствует боли. Даже так: будто у него вообще не было намерения выжить. Будто ему было все равно, что с ним случится.

Бьякуя вспомнил безжизненный взгляд пустого, но упоминать об этом не стал, не был уверен, что это не было плодом разыгравшегося воображения.

– Странный пустой, – Шунсуй пристально поглядел на Кучики. Тот, еще подумав, кивнул.

– Слишком прочный для такой реяцу. Мне пришлось использовать кидо восемьдесят восьмого уровня, чтобы прикончить его. И то, это было уже после того, как его потрепали лейтенанты. И тот, первый пустой, он тоже выдержал мой удар, даже не поморщившись.

– Ясно. – Кьораку на секунду спрятал взгляд под панамой, а потом снова заглянул Кучики прямо в глаза. – Они?

Бьякуя похолодел. Как он мог не подумать об этом раньше?

– Они, – согласился он.

***

Вместо тренировки этим вечером собрались вчетвером на террасе у штаба шестого отряда. Ренджи выглядел слишком вялым и явно еще не был готов сражаться, да и Бьякуя время от времени чувствовал небольшое онемение в мышцах ног. Поэтому вместо сражения было обсуждение.

– Кьораку считает, что это они, – сообщил Бьякуя. – Я с ним согласен.

– Они? – Не понял Хаями. – Какие «они»?

– Те же, кто отнял у меня занпакто. Наши враги из Мира живых.

– Но, подожди! – Хаями изумился еще больше. – Ведь ничего общего! Та странная атака и эти пустые… Совершенно не похоже. И вообще, при чем тут пустые?

– Я не знаю, – признался Бьякуя. – Здесь еще о многом нужно подумать.

– Тогда почему ты думаешь, что это они?

– Просто больше некому.

Хаями хмыкнул. Он уже готов был разбить эти неубедительные доводы в пух и прах, но тут Ренджи вдруг глубокомысленно выдал:

– А вот тот парень, Ясумура, ну, наш патрульный, он же докладывал о том, что у него там пустые пропадают.

– Верно, – Бьякуя, вспомнивший об этом только теперь, сделал вид, что уже успел обдумать и это. – Почему бы не предположить, что это те самые пустые?

– Пропавшие пустые? – Хаями насторожился. – Что ты хочешь этим сказать?

– Кто-то захватил их и использует, – озвучил Бьякуя общую догадку. После чего надолго наступила тишина.

Наконец, Бьякуя заговорил снова.

– Под такое предположение подходят многие факты. Как, например, одна и та же точка выхода. Обычные пустые не смогли, да и не стали бы так делать. Значит, все три пустых, которых мы до сих пор наблюдали, направлялись сюда одной и той же силой. Добавьте сюда удивительное равнодушие последнего пустого к собственной судьбе. Кроме того, я заметил, что его взгляд тоже не был характерным для обычного пустого. Ничего не выражающий, как у куклы.

При слове «кукла» лейтенанты нервно заерзали. Сражаться с куклами Готэй уже доводилось. Неприятное было приключение.

– Считаешь, он был, эээ… как бы это правильно выразиться… уже неживой? – Уточнил Хаями.

– Он давно неживой, – брякнул Ренджи.

– Без тебя знаю, – огрызнулся Хаями. – Я не об этом.

– Вот и я затрудняюсь найти подходящее определение для того, что видел, – согласился Бьякуя. – Назовем это так: те пустые управляются уже не их собственной волей.

– И они засылают сюда лазутчиков, – кивнул Хаями. – Эти, я имею в виду… черт, не знаю даже, как их назвать. Но что они делают? Проводят разведку?

– Проверяют наши силы, – предположил Ренджи.

– Испытывают оружие, – добавила Рукия.

– Вероятно, все перечисленное, – подытожил Бьякуя. – И, может быть, даже что-то еще.

– Но почему, – Хаями осторожно взглянул на Кучики, – они до сих пор не попытались использовать то же оружие, которое применили к тебе?

– Откуда мне знать? – Бьякуя пожал плечами. – Как можно предсказать действия врага, когда даже не понимаешь его природы? Подождем, к каким выводам придет Куроцучи. Кьораку поручил ему кроме всего изучить показания приборов слежения и постараться разобраться с этой гаргантой. Одно могу сказать: до тех пор, пока мы проводим тренировки на нашей площадке, мы, очевидно, будем каждый раз принимать на себя первый удар.

– Ну что ж, – невозмутимо отозвался Хаями, – кто-то же должен быть в авангарде.

***

На следующем собрании Куроцучи озвучил свои выводы.

– Могу с уверенностью сказать, что пустой, образец слюны которого я исследовал, был модифицирован. Парализующие свойства его слюны не были, так сказать, естественной способностью, я нашел отчетливые следы использования каких-то совершенно чуждых нам технологий.

– Какие еще следы? – Не подумав, ляпнул Кьораку.

Маюри немедленно завел волынку на столь специфичном языке, что Кьораку замахал руками в знак того, что все уже всё поняли, и продолжать не стоит.

– Так что ты думаешь, это те же, которые уже нападали на нас в Мире живых?

– Сложно сказать что-то с уверенностью, – уклончиво отвечал Куроцучи. – Вот если бы живой образец того пустого… Могу только сказать, что пока не понимаю технологии, которую использовали для усовершенствования слюны. И то, что сделали с Кучики и бойцами его отряда… Совершенно не представляю, как это вообще было возможно. Из этого можно делать вывод, что мы столкнулись с чем-то совершенно чужим. И я, если честно, сомневаюсь, что в одно и то же время возникли сразу два неизвестных явления, никак между собой не связанные.

– Что ж, вывод напрашивается неутешительный, – подвел итог Кьораку. – Нас уже давно атакуют, а мы ушами хлопаем.

Когда закончилось это собрание, и разошлись капитаны, Укитаке, не выдержав, подошел к Кьораку.

– А охрану ты в том месте не собираешься выставить?

Шунсуй искренне удивился:

– Зачем еще какая-то дополнительная охрана, если там шестой и девятый постоянно отираются?

– Но разве это правильно, все оставлять на них? – Усомнился Укитаке.

– Так они все равно уже там, – пожал плечами Кьораку. – Вот когда откажутся, тогда и будем думать.

***

– Ты как хочешь, Бьякуя, а нам против них нужна тактика, – заявил Хаями.

Офицеры снова направлялись на тренировку. Капитаны шли впереди, обсуждая вчерашнее собрание. Лейтенанты двигались позади. Ренджи вскинул занпакто на плечи, как коромысло, и рассеянно глазел по сторонам, Рукия внимательно прислушивалась к разговору.

– Какая может быть тактика, – возразил Кучики, – если мы не знаем, чего ожидать от них?

– Но мы должны сражаться все вместе, – не унимался Хаями. – Слушай, это уже не тренировка. Это самая настоящая война. И мы с Рукией, как офицеры Готэй, не можем все оставить на тебя одного!

– Если ты об этом, то я возражать не стану.

– А что, Кучики-тайчо, – неожиданно подал голос Абарай, – разве больше никто не докладывал об исчезновениях пустых? Ну, после того…

– Такие случаи, конечно, были, – ответил капитан, не оборачиваясь. – Кьораку вчера подводил итоги. Но то, что нас интересует, очень сложно отделить от других ситуаций, когда пустым просто удавалось скрыться. Точно так же, как и ты не мог разобраться, что там происходит, получая рапорты. Решили пока учитывать только те случаи, которые имели место недалеко от того района, где все и началось. Насчитали девять подходящих.

– Они тот район второму отряду отдали, – с понятной ревностью проворчал Ренджи. – Как будто они лучше справятся.

– Не только офицеры Готэй, но и корпус разведки дежурят в том месте, – проговорил Бьякуя. – Но меня настораживает тот факт, что после меня не было зафиксировано ни одного случая нападения на синигами. Почему они перестали это делать? Добились своей цели?

Ответить на это было нечего, и все промолчали.

***

В этот раз Бьякуя никак не мог собраться начать тренировку. Сначала просто разминался, молотя кулаками воздух, потом вдруг отобрал у Абарая меч и затеял рубиться с Хаями. Наконец, Наото смекнул: выжидает время. Если пустой не появится тогда же, когда появлялся раньше, можно будет начать драться всерьез.

Дождались-таки. Едва заслышав треск гарганты, Бьякуя вернул меч лейтенанту и развернулся к открывшемуся проему. Остальные тоже потянулись поближе, приготовив оружие. Средних размеров пустой сперва осторожно выглянул из дыры, потом решительно спрыгнул вниз. С его спины скатился и встал рядом… какой-то человек. Это был закованный в доспехи воин, лицо которого скрывала устрашающая маска. За поясом его торчала катана.*

При виде этого второго у Кучики заметно вытянулось лицо.

– Сенбонзакура, – медленно, сам себе не веря, выговорил он.

Тут и у Ренджи отвисла челюсть.

– В-вот это? – Он даже начал немного заикаться от волнения. – Э-этот вот тип… ваш занпакто?

– Не понял, – выдохнул Хаями. – Он что, отдельно? Сам по себе? Как так?

Рукия подумала о том, что Сенбонзакура все-таки существует, а значит, еще не все потеряно, наверняка его можно как-то вернуть, но вслух озвучила только самый конец своих размышлений:

– Но почему он приехал верхом на пустом?

– Предатель, – сложил факты Бьякуя и тут же озлился. – Грязный предатель. Он на их стороне.

– Ты уверен? – Тревожно откликнулся Хаями. – Разве так может быть?

– Такого, чтобы занпакто существовал во внешнем мире вопреки воле хозяина, вообще не может быть, – зло ответил Бьякуя. – Тем не менее, это происходит. И я не хочу знать, каким местом он думал, присоединяясь к нашим врагам. Я его убью. Убью своими руками. Не вмешивайтесь.

И Хаями, и Рукия, и Ренджи потом не могли понять, почему они послушались. Объяснить это можно было разве что растерянностью. И вообще, им показалось правильным, что хозяин сам разберется со своим занпакто, без посторонних. Поэтому они остались на месте, в то время как Бьякуя двинулся вперед.

Сенбонзакура и пустой так и стояли, не двигаясь с места, присматриваясь к синигами, хотя вряд ли могли слышать, о чем те переговаривались вполголоса. Нападать они не спешили, и первый ход остался за Кучики. Приблизившись на несколько шагов, он остановился, вытянул руку и прицелился своему занпакто точно в лоб.

– Хадо №4: Бьякурай!

Пустой неожиданно выбросил в сторону лапу, и хадо ударило ему в ладонь. Было видно, что в ладони образовалась дырка, хотя и не сквозная, как должно бы. Очевидно, усиленная защита. Занпакто выставил руку, словно отстраняя своего заступника.

– Я сам, – послышался приглушенный голос из-под маски. – Я знаю, что делать.

Сенбонзакура вытащил свой меч и опустил его клинком вниз. Ренджи охнул. Над поляной, словно в старые добрые времена, взвился вихрь смертоносного металла.

Бьякуя сорвался с места. Уж он-то представлял себе всю опасность собственной атаки! Попадать в захват никак нельзя – раздерет в клочья. Нужно двигаться быстро, куда быстрее, чем он это всегда делал. Обогнать самого себя.

В воздухе висела плотная стальная завеса. Бьякуя обходил противника по кругу, непрерывно атакуя: сюнпо, кидо, снова сюнпо. Сенбонзакура пока успешно отражал его удары. Нужно искать брешь в его защите. Бьякуя шнырял из стороны в сторону, заставляя тучи лепестков срываться с места и искать его, сбиваясь вместе, запутывая потоки. И едва где-то защита становилась тоньше, Кучики немедленно лупил хадо в открывающуюся прореху. Попасть не удавалось.

Слишком быстро, подумал Бьякуя. Я не успеваю прицелиться на такой скорости. Стоит попробовать сверху. Еще раз пальнув без прицела в стену клинков, просто чтобы сбить с толку, он сиганул вверх, через голову своего занпакто, и оттуда, из верхней точки своего полета, ударил снова. Есть! Сенбонзакура дернулся, но в следующий миг мельтешащие лезвия снова скрыли его от Бьякуи.

Но закончить прыжок Кучики не успел. Два потока клинков уверенно зажимали его в тиски. Похоже, Сенбонзакура угадал его маневр, и теперь становилось очевидно, что он успеет завершить свой прием, несмотря на прямое попадание. Не вывернуться. Инстинктивно пытаясь еще заслониться собственными клинками, Бьякуя приземлился на вспаханную почву уже сквозь плотную стену лепестков.

Это было больно. Тело рефлекторно сжалось в комок, словно ожидая следующего удара, но Бьякуя усилием воли заставил себя распрямиться, приподняться на руках и оглядеться. В битве возникла пауза: его противник тоже оказался сбит с ног и теперь пытался встать. Наблюдатели немедленно метнулись к своим: синигами – к Кучики, пустой – к занпакто.

– Живой? – Хаями схватил Кучики за плечо. – Лучше не шевелись.

– Сейчас я его уделаю, – вылез вперед Абарай.

– Он мой, – Бьякуя, шатаясь, поднялся на ноги. – Не вмешивайся.

Сенбонзакура тоже встал, цепляясь за своего спутника. Клинки по-прежнему парили в воздухе, но нападать он не спешил.

– Угомонись, – Хаями продолжал тянуть Бьякую за рукав. – Ты на ногах не держишься.

– Я его сделаю, – рвался в бой Ренджи. – Я умею против него сражаться.

– Он мой, – упрямо повторил Бьякуя, прорываясь вперед.

Абарай с тяжелым вздохом зашел капитану в тыл и коротким и точным движением врезал по загривку. Хаями подхватил падающее тело.

– Ты того… не слишком? – Спросил он с сомнением.

– А как еще? – Пожал плечами Ренджи.

– Эй! – Прервал их диалог тревожный оклик Рукии.

Мужчины вскинули головы, но было поздно. Сенбонзакура, выхватив из воздуха меч, вскочил на спину пустого, и они вдвоем уже исчезали в гарганте. Ренджи с грозным рыком бросился было вдогонку, но не успел он сделать и пары шагов, как дыра закрылась.

– Смотался, – разочарованно констатировал он.

– Ну, тебе и влетит, – заметила Рукия.

– Ага, – легкомысленно отозвался Ренджи.

***

Очнулся Бьякуя в госпитале. Он понял это сразу, еще до того, как открыл глаза. Если так болит все тело, это точно должен быть госпиталь. Бьякуя осторожно повел плечами, ощутил присохшие повязки, уже притупившуюся после лечения боль в располосованных мышцах, вспомнил, чем закончилось сражение, и обреченно вздохнул. Тут же в углу кто-то знакомо засопел и шевельнулся с шелестом одежд. Пришлось открывать глаза.

Как Бьякуя и ожидал, у дальней стены палаты на низенькой табуретке примостился Абарай. Он хмурился, разглядывал капитана и молчал. Кучики тоже некоторое время изучающе глядел на него, потом сказал:

– Это уже переходит всякие границы, Ренджи.

– Угу, – буркнул тот.

– Я тебя уволю.

– Угу, – снова отозвался лейтенант все с тем же спокойствием.

Вот прохвост, подумал Бьякуя. Ничем его не проймешь. Врезал своему капитану по шее, и делает вид, что так и должно быть! Ну, а чего ему пугаться? Если Кучики соберется выгнать Абарая, то ему хоть следом тут же уходи, потому что в одиночку, без помощника, капитан из него сейчас вообще никакой.

– Что Сенбонзакура? – Спросил Бьякуя после недолгого молчания.

– Сбежал, – без выражения ответил лейтенант.

– Вы упустили его? – Кучики был возмущен.

– Он на пустого запрыгнул и свалил, – пояснил Ренджи.

– Ясно. – Бьякуя еще помолчал, потом все же поинтересовался: – Что происходит снаружи?

– Переполох, – кратко обрисовал ситуацию Абарай. Потом добавил: – Командир хочет вас видеть.

***

Бьякуя сам отправился в первый отряд. Было больно, но двигаться можно, вот и ладно. Не хватало еще, чтобы остальные капитаны решили, что Кучики опять раскатали в лепешку.

Командир пребывал в состоянии крайнего изумления. В допросе, который он учинил Бьякуе, преобладали короткие, но сказанные с большим чувством фразы. Бьякуя отвечал односложно и равнодушно.

– Твой занпакто?

– Да.

– Ты уверен?

– Уверен.

– Точно он? И Унохана тоже говорит… И он напал на тебя?

– Не только. Он приехал на пустом.

– И сбежал с ним же. Я слышал. Но как? Почему он это сделал?

– Это необъяснимо.

– И ты точно не чувствуешь никакой связи? – Кьораку, непривычно хмурясь, заглядывал Кучики в глаза.

– Ничего. Он больше не связан со мной.

– И… что думаешь?

– Если он посмел предать нас и встать на сторону наших врагов, я убью его.

– Но это все-таки твой занпакто…

– Это больше не мой занпакто, – Бьякуя был непреклонен.

На самом деле его волновала сейчас не возможность уничтожить свой занпакто собственными руками и лишить себя, таким образом, последней надежды. К мысли, что он остался без меча, Кучики уже успел привыкнуть. Но предательство Сенбонзакуры бросало тень и на его владельца. Если кто-то задумается об этом, если решит, что занпакто суть отражение внутреннего мира синигами… Бьякуя не мог допустить, чтобы кто-нибудь хоть на миг заподозрил его даже в малейшей склонности к предательству. И от вероломного меча следовало открещиваться любыми способами.