Текст книги "Калифорния: Хроники любви (СИ)"
Автор книги: Касиана
сообщить о нарушении
Текущая страница: 26 (всего у книги 65 страниц)
Катя нервно захлопала ресницами, чувствуя, как стук сердца начинает набирать обороты. Самолёт! Она подбежала к тумбочке со своей стороны кровати, заметив на ней электронные часы. Катя наклонилась и поставила стакан, присматриваясь. Она прикрыла рот ладонью, а второй рукой, по-прежнему, прижимала одеяло к груди. 4 часа утра. А её рейс в 5.20! Что ей делать?!.. Она не хотела будить Джареда и, как вчера, говорить, что ей надо ехать. Катя взяла с кресла свою сумку и тихонько пробежала в ванную.
Катя быстро приняла душ, надела своё нижнее бельё, которое высохло на сушилке, и подошла к зеркалу, выругавшись от увиденного в отражении. Она прополоскала рот чистящим средством для зубов и привела лицо в порядок. Как хорошо, что у неё была привычка таскать с собой все необходимые женские причендалы. Она расчесала взлохмаченные волосы, которые уже высохли и спутались, а затем вернулась в спальню, остановившись у кровати.
Надо хотя бы написать Джареду записку… Как же ей не хотелось уходить! Неужели, каждые их встречи будут такими? Прерываться так внезапно и жестоко? Но, ей нужно вернуться в Лонг-Бич раньше Алекса, иначе, у неё будут проблемы, которые ей сейчас, ну никак, не нужны. Тем более, когда она нашла Джареда. Нельзя допустить, чтобы Алекс отправил её в Россию…
Но, она стояла и понимала, что не может уйти. Не может… Хотелось просто послать всё к чёрту и остаться здесь. С ним… Внезапно, Джаред заворочался и перевернулся на спину, предоставляя Кате возможность стоять и «пускать слюни» от вида его великолепного тела. Катя зажмурила глаза.
Это было похоже на издевательство! Судьба насмехалась над ней. Хотелось просто биться головой об стену! Не сдержавшись, Катя подошла к кровати с той стороны, где лежал Джаред, и осторожно присела на край, пожирая взглядом его лицо и обнажённый торс. Катя не выдержала и, едва касаясь, провела ладонью по его груди. Джаред медленно приоткрыл глаза.
– Только не говори, что ты собралась уходить, – тут же сонным голосом произнёс он, потерев веки ладонью и пытаясь проснуться.
– У меня самолёт через 40 минут. Я и то могу не успеть на него… Не хотела тебя будить… Но, не могла уехать и хоть пару минуточек не побыть рядом с тобой напоследок, – с грустной улыбкой сказала она, поправляя бретельку от бюстгальтера, которая соскользнула с плеча.
– Поменяй билеты, если не хочешь уезжать, – сказал он и медленно сел в кровати.
– Но…, я не могу… Алекс меня убьет… – растерянно возразила Катя.
– Опять этот грёбаный Алекс! Как он мне надоел за эти двое суток, ты не представляешь…
– Прости, но я ничего не могу с этим поделать, – Катя виновато опустила глаза. Она вздохнула, подумав о том, сколько у неё уже пропущенных звонков в выключенном мобильном.
– Можешь. Только не хочешь.
– Ты с ума сошёл?! Конечно, хочу! На данный момент, больше всего на свете!
– Тогда, поменяй билеты. О чём я тебе недавно говорил? Живи для себя. Делай то, что нравится. Ну, уволит он тебя, найдёшь новую работу… Иначе, ты постоянно будешь от него зависима.
– Всё не так легко, как ты говоришь…
– Ты сама всё усложняешь. И раз уж ты никак не можешь принять решение, но уходить от меня не хочешь, его приму я, – с этим словами, Джаред обхватил растерянную Катю двумя руками за плечи и перекинул её через себя на кровать.
– Ты что делаешь! – воскликнула она, пытаясь сопротивляться. Он навалился на неё сверху, прекратив все её тщетные попытки вырваться. – Мне нужно ехать! Джаред… Отпусти меня!
– Ты этого, действительно, хочешь? – с усмешкой спросил он, склоняясь над её лицом. Кате и так-то было трудно дышать, а теперь ещё и в мыслях был сплошной сумбур, когда он находился так близко, прижимаясь к ней всем своим обнажённым телом. Внизу живота моментально всё заныло.
– Не хочу, но мне нужно!
– Значит, всё решено. Я поменяю тебе билеты. Улетишь вечером. Потому что, мне уже порядком надоела эта твоя «беготня». В конце концов, скажешь ему, что заблудилась в Нью-Йорке и телефон сел… Да массу вариантов можно придумать. Врать нехорошо, но раз уж ты так боишься этого Алекса по непонятным причинам, то это можно оправдать.
– Но, Джар!.. – попыталась снова возразить Катя, но он не позволил ей, закрыв её рот своими губами. Перед этим она была совсем бессильна. Катя не остановилась бы даже под дулом пистолета. Катя вцепилась рукой в его волосы, когда его губы коснулись её шеи. Она в который раз молилась про себя, чтобы не потерять сознание от всей этой неимоверной страсти. Что этот человек сделал с ней? Ей было страшно, но в то же время она понимала, что это всё было самым невероятным и самым лучшим из всего, что могло быть в её жизни…
***
… – Невероятно… Мне так нравится… Я бы вечно слушала твой голос. Спой ещё что-нибудь для меня, – сказала Катя, лёжа поперёк кровати на животе и глядя на Джареда, который сидел на кресле у окна и играл на гитаре. Она почему-то расплакалась и поспешно утёрла слезы.
– Приезжай на наш концерт – там и наслушаешься, – ответил он с улыбкой и отложил гитару на пол, взглянув на Катю. – И я не люблю вот так петь… Для кого-то наедине.
За окном была солнечная погода. Яркие лучи пробивались сквозь окно, напоминая о том, что на улице Нью-Йорка тёплый апрельский полдень.
– Приеду, обязательно! Я же обещала… Очень хочется посмотреть на ваше выступление… Иди сюда… Скоро мы уже расстанемся, – Катя похлопала ладонью по гладкой простыни. Джаред поднялся с кресла и подошёл к кровати, усаживаясь рядом с ней. Она придвинулась и положила голову к нему на колени. Ей сильно хотелось спать, но она не могла. Настроение перед предстоящей разлукой с ним наводило угнетающую тоску.
Когда они проснулись пару часов назад, Джаред позвонил кому-то и попросил узнать расписание ближайших рейсов в Лос-Анджелес. Оставался только один – в 5 вечера.
– Если бы мне не нужно было уезжать завтра в турне, мы могли бы ещё пару дней отлично провести время, – сказал он, перебирая пальцами её волосы.
– Наверно, нам просто не судьба бывать вместе долго… Но, радует хотя бы то, что я теперь живу в Америке. И я всё-таки нашла тебя.
– А ты не хочешь переехать в Лос-Анджелес?
Катя замерла, а затем посмотрела на Джареда, одёргивая свою футболку, которую он дал ей, как только они проснулись.
– В смысле? Насовсем?
– Ну, да… Ты ведь можешь там найти работу. Лос-Анджелес довольно перспективный город… Могла бы пока жить в моём доме. Я всё равно там редко бываю. А такие «выходные», как сейчас, у меня случаются ещё реже.
У Кати от услышанного едва не открылся рот. Подумать только! Он предлагал ей жить в своём доме. Это просто уму непостижимо! Она бы с огромной радостью согласилась на это, но…
– Я пока не могу этого сделать по определённым причинам… Мне нужно заработать денег и решить кое-какие дела в Лонг-Бич. Тем более, я сейчас обучаю девочек танцам, которые ещё не готовы самостоятельно выступать. Без моей поддержки и указаний. Это ведь мои танцы, и я хочу, чтобы всё было идеально. Так, как меня устраивает, – Катя не стала упоминать ещё и об Алексе, который сделает всё для того, чтобы она никуда не переехала. – Возможно, в будущем, я подумаю над этим. И Лос-Анджелес совсем рядом.
– Будешь скучать по мне?
– Ещё спрашиваешь! Конечно, буду. Не то слово… Я сойду с ума, наверно… Знаешь, я уже полгода живу в Калифорнии и у меня достаточно много знакомых, но мне никто не нравится… Один, тут, приглашал меня пару раз погулять, но я отказывалась, а он и настаивать перестал. А ведь девушке нужно, чтобы за ней ухаживали, добивались как-то… Хоть, я и не привыкла к такому. И пусть у нас с тобой нет серьёзных отношений, я не могу тебя не ревновать.
Джаред рассмеялся и покачал головой.
– Как же мне нравится твой темперамент!
– Да какой темперамент!.. Я больная! На всю голову, причём.
– Ты не больная, – мягко возразил Джаред, глядя на неё сверху. Он провёл пальцами по её щеке. – Как будет звучать твоё полное имя?
– Екатерина.
– Екатерина… – протяжно произнёс он, словно пробуя на вкус звучание этого слова. – Моя русская амазонка… Моя святая Екатерина.
Катя прыснула со смеху.
– Я не святая! Я – грешница. Особенно, если учитывать мою религию.
– Ты верующая?
– Ну…, вообще, да. Я православная христианка… Не могу сказать, что соблюдаю все каноны. Но, в церковь хожу. И верю в Бога. Надо же как-то грехи свои замаливать… Тем более, у нас в России религии уделяется особое внимание. Здесь, в Америке, всё по-другому. Вы – американцы, не так серьёзно относитесь к этому…
– Мне кажется, что самое главное, чтобы у человека была вера. Неважно, во что он верит.
– Это – да… – Катя отстранилась от Джареда и села в кровати. – Вера хоть как-то спасает меня. Просто, когда я была с Сергеем, у нас были очень сложные отношения, связанные с его изменами. Я столько натерпелась из-за этого, столько пережила, что сейчас мне страшно подумать о том, если я снова испытаю те же эмоции, – Катя вздохнула и перевела взгляд на окно, за которым виднелся соседний небоскрёб. Она невольно поддалась нахлынувшим воспоминаниям, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. Ей очень не хотелось вызывать жалость у Джареда. Он погладил её ладонью по щеке.
– Не грусти… Это твой жизненный опыт. И если ты прошла всё это, значит, так надо… Ты – молодец… Я сам очень сложный человек, и с трудом завожу долговременные отношения. Просто, они быстро себя изживают. В моём случае.
– Значит, мне не на что надеяться, – усмехнулась Катя, снова взглянув в его невероятные глаза и чувствуя, что мысли опять путаются.
– Кто знает… Всё может быть. Главное, не зарекаться. Я просто не хочу, чтобы ты переживала из-за каких-то моих поступков. Уж прости, но я не могу дать тебе «клятву верности».
– Я всё понимаю… Я просто не буду думать об этом. И ты мне ничего не должен. Я рада, что ты честен со мной. Хотя, сейчас мне бы хотелось, чтобы ты соврал мне и сказал, что мы будем вдвоём в этой квартире ещё долго-долго. Одни, изолированные от всего мира. Пока нас не начнёт тошнить друг от друга, – рассмеялась Катя. Джаред рассмеялся в ответ и, обняв её рукой за шею, притянул к себе.
– Ну, если ты так хочешь, то я могу это сказать… Мы можем попробовать превратить оставшиеся часы до твоего рейса в вечность.
– Это невозможно. Рядом с тобой часы превращаются в минуты, – ответила Катя, уткнувшись носом в его шею.
– Нет ничего невозможного, если ты не будешь сама ставить какие-то рамки. И я хочу, чтобы ты с улыбкой вспоминала наши сумасшедшие встречи. И не грустила.
– Из всего, что со мной происходило после потери памяти – это, пожалуй, самые потрясающие моменты. А самое невероятное – это твои губы. Меня просто разрывает изнутри, когда ты меня целуешь.
– О, это отличная строчка, с которой можно начать песню… – задумавшись, сказал Джаред.
– Я бы хотела быть твоей музой и помогать тебе в творчестве, – Катя нехотя отстранилась от него, потому что её шея уже начинала затекать.
– Ты и так моя муза. На моё вдохновение влияют все события, которые со мной происходят, – улыбнулся он. Катя не переставала любоваться им и думать о том, что ей просто невероятно повезло встретить этого человека. – Ты так смотришь на меня… Меня редко смущают взгляды, ведь я привык к камерам и поклонникам, но, тут я даже теряюсь как-то.
– Я бы могла смотреть на тебя очень долго, поверь.
– Ну, хватит! Всё!.. Добилась своего – засмущала…
Катя рассмеялась, склонив голову на бок.
– Я есть хочу… Может, пойдём, поедим чего-нибудь? Мы ведь даже не завтракали ещё.
– Да, надо поесть… Но, перед этим сделать ещё кое-что… – Джаред наклонился к ней и поцеловал, прикусывая губу, и повалил на кровать. Его руки забрались под её футболку, легонько сжимая грудь. Катя слегка процарапала его обнажённую спину ногтями. Джаред напрягся, целуя её более настойчиво, и быстрым движением стащил с неё футболку.
– О, а я вовремя!.. – раздалось внезапно откуда-то со стороны. Джаред резко отстранился от Кати, а она испуганно села в кровати, натащив на себя одеяло и во все глаза глядя на молодого человека, стоявшего в дверном проёме спальни. Катя узнала его – это был Шеннон, брат Джареда. Она видела его с ним на фотографиях. Этот брутальный «самец», с похотливым кошачьим взглядом насмешливо смотрел на них поверх солнечных очков, оперевшись рукой о косяк и попивая что-то через трубочку из пластикового стаканчика. Скорее всего, кока-колу.
– Блять, Шен, ты придурок?!.. Стучаться не учили?! – недовольно заорал Джаред, вставая с кровати.
– Вообще-то, дверь открыта была, – усмехнулся Шеннон, с интересом взглянув на ошарашенную Катю. На его руке болтался какой-то пакет.
– Кейт, прости… И заодно познакомься с моим старшим братом-дебилом. Это Шеннон. Шеннон – это Кейт, – произнёс Джаред.
– Очень приятно, – пробормотала Катя. Шеннон улыбнулся и отсалютовал ей двумя пальцами от головы.
– Привет, малышка Кейт…
– Ты откуда, кстати? – спросил Джаред, беря с тумбочки свой телефон.
– Да где только я не побывал за сутки… Вот, зацепил похавать… Могу поделиться и с вами. Но, если всё же надумайте продолжить свои «любовные игры», то я буду рад, потому что мне больше достанется, – с улыбкой сказал он, разворачиваясь.
– Кейт, я прошу у тебя прощения за поведение моего брата… Вообще-то, он может вести себя нормально, если захочет, – со вздохом сказал Джаред, взглянув на Катю.
– Да всё хорошо. Ничего страшного, – улыбнулась она…
… – Может, ты прекратишь уже пялиться на мои ноги? – Катя с укором взглянула на Шеннона, едва сдерживая улыбку. Тот сидел за большим обеденным столом и доедал китайскую лапшу из коробки двумя палочками, не сводя с неё глаз.
– Замотайся в простынь – тогда не буду смотреть. А у тебя нет подружек с таким же ногами? – спросил он. Катя убрала салатники в холодильник и возмущённо взглянула на него.
– Ты – озабоченный сексуальный маньяк!
Шеннон перестал пережёвывать еду, во все глаза глядя на неё, а потом громко рассмеялся. Катя нахмурилась. Шеннон прокашлялся, прикрывая рот кулаком, и замотал головой.
– Это не смешно! – Катя прошла к столу и уселась напротив него, наливая себе чай. Джаред ушёл кому-то звонить, после того, как они пообедали.
– Ты меня развеселила, малышка Кейт! – Шеннон снова зашёлся громким хохотом.
– Я – не малышка, – буркнула она, отпивая чай из чашки и глядя на него. Шеннон кое-как успокоился и утёр ладонью выступившие из глаз слёзы от смеха.
– А ты с характером, я смотрю, – усмехнулся он, кидая палочки в опустевшую коробку.
– Ещё бы!.. Я же русская.
– Русская? Оу… Ни хрена себе… А почему тогда «Кейт»? – удивлённо спросил Шеннон.
– Меня так все называют теперь. Вообще, я – Катя. Я переехала сюда жить. В Калифорнию. В Лонг-Бич.
– Погоди-погоди… Так ты, получается, та самая русская девушка, с которой «мелкий» давно познакомился?
– Ну, я не знаю «та» или нет, – Катя удивлённо взглянула на него.
– Я просто помню, что тогда звонил ему, а он мне потом рассказывал, как познакомился с какой-то необычной русской девчонкой из Лонг-Бич, потом привозил её домой и сам ездил туда… Значит, это была ты…
– Получается, что да… – улыбнулась Катя, глядя на Шеннона.
– Ну, и глазища у тебя!.. Не смотри так на меня! – с притворным испугом произнёс он.
– Тебе, значит, можно внаглую смотреть на мои ноги, а мне на тебя – нет? – усмехнулась она.
– Просто, не делай такой взгляд! Меня аж передёрнуло…
– Да что не так с моими глазами?!.. Они просто накрашены! – возмутилась Катя.
– Не знаю… Вроде, такая милашка, но взгляд, как у убийцы… Что-то есть в твоих глазах… пугающее, – серьёзно сказал Шеннон. – Хотя, может, это просто похмелье… Кстати, не принесёшь «дяде» Шеннону бутылочку вискаря из холодильника, а?
– Чего-о?!
– Пожалуйста! – Шеннон мило улыбнулся.
– Ну, и нахал же ты! – Катя покачала головой и поднялась из-за стола.
– Если ты знаешь, что такое «жёсткое» похмелье, то должна меня понять…
…Катя сдерживалась изо всех сил, чтобы не разреветься. Она крепко обнимала Джареда, а он гладил её руками по волосам и спине. Как же ей не хотелось уходить! Последние несколько часов они сидели втроём в гостиной и разговаривали. Было так весело. Катя, вообще, забыла обо всём на свете. Ей не верилось, что сейчас она выйдет за эту дверь и всё закончится. Она вернётся в Лонг-Бич. Будет ходить на работу, отдыхать в «Койоте» и вспоминать эти две чудесные невероятные ночи, проведённые здесь, в Нью-Йорке, и проклинать свою жизнь за то, что она не может поехать в тур с Джаредом и даже не может переехать к нему домой. По крайней мере, пока. Как бы там ни было, Алексу она очень обязана. Если бы не он, неизвестно, что бы вообще сейчас с ней было, и где бы она находилась. Катя зажмурилась, пытаясь прогнать слёзы.
– Только не плачь, ладно? – Джаред отстранил Катю от себя и с улыбкой взглянул на неё. Хотя, лучше бы он этого не делал. Так тяжело было смотреть в его глаза и понимать, что неизвестно когда она снова сможет вот так стоять рядом с ним. – Тебе всё понравилось?
– Ещё спрашиваешь!.. Слово «понравилось» – здесь не уместно.
– Я рад… И поэтому, ты не должна унывать. Сохрани это настроение как можно дольше, – Джаред поправил руками её волосы.
– Я ещё долго буду отходить от всего этого, – усмехнулась Катя, слегка покраснев. Джаред широко улыбнулся, поняв, что именно она имела в виду. – Желаю тебе и вашей группе хороших гастролей…
– Спасибо… А ты не забывай про наш разговор. И ничего не бойся. Я всё же думаю, что наша очередная встреча состоится очень и очень скоро. Но, не обещаю, – он легонько чмокнул её в губы. Кате, кончено, хотелось другого поцелуя, но она понимала, что если они это сделают, то ей вообще будет не уйти. Она снова обняла его.
– Эй, парочка!.. Вы бы лучше уж потрахались по-быстренькому, чем разводить тут «телячьи нежности»! – сказал неожиданно Шеннон из-за спины Джареда, когда вышел в холл.
– Придурок, заткнись, а!.. Сами разберёмся! А ты иди, лучше, проспись. Хватит бухать уже, – недовольно одёрнул его Джаред и выпустил Катю из объятий.
– Малышка Кейт, обними хоть «дядю» Шеннона на прощание, – обратился Шеннон к Кате. Та театрально закатила глаза и подошла к нему, слегка обняв. Он похлопал её по спине.
– Приезжай в гости!.. Будешь веселить меня, как сегодня, а я могу взамен научить тебя пить виски, ну, или дам пару уроков игры на барабанах, – пошутил он. Катя рассмеялась и покачала головой.
– Если так, то обязательно приеду ради этого!..
***
…Катя почувствовала, что кто-то гладит её по щеке и открыла глаза, увидев перед собой Джареда.
– Ты должна подумать о многом и решить, на что ты готова пойти, чтобы быть со мной? – вкрадчивым голосом произнёс он. Катя смотрела на его лицо и тяжело дышала.
– Я уже подумала… Я всё сделаю для этого, – ответила она. Его лицо расплылось в улыбке. Джаред медленно наклонился к ней, нежно касаясь губами её губ. Катя почувствовала, что ей начинает не хватать воздуха – как обычно это происходило. Она крепко обняла его за шею, чувствуя, как тело покрывается испариной. Внезапно, её начало слегка трясти. Катя резко распахнула глаза, ничего не понимая. Самолёт потряхивало. Она в растерянности взволнованно начала смотреть по сторонам, вцепившись руками в подлокотники от кресла. Это был всего лишь сон! Ей захотелось расплакаться от разочарования.
Катя остановила свой безумный взгляд на дремавшей рядом женщине в соседнем кресле, а затем отвернулась к иллюминатору. С высоты виднелись миллионы маленьких огней ночных городов. Катя перевела дыхание и прислонилась вспотевшим лбом к стенке борта самолёта, чувствуя, как слеза медленно покатилась по щеке. Ей хотелось вскочить, ворваться в кабину пилота и приказать ему развернуться. Внутри её, буквально, разрывало от тоски и неимоверного желания снова вернуться к Джареду, оказаться в его объятиях и замирать от его улыбки. Катя тряхнула головой, пытаясь прийти в себя и не разреветься окончательно…
США. Калифорния. Лонг-Бич.
Квартира Кати. Вечер. 23.14.
… – Ну, рассказывай, как отдохнула? Такое ощущение, что тебя неделю не было! – Ники встретила Катю в холле с радостной улыбкой на лице. Катя устало усмехнулась, не в силах что-то ответить – она была вымотана не столько дорогой, сколько полученными эмоциями за эти три дня.
– Почему телефон отключила? – продолжала выспрашивать Ники, идя следом за Катей в гостиную, когда та поставила чемодан и скинула обувь.
– Так было нужно… Ники, я очень устала. Не выспалась. Долго рассказывать, а тебе на работу, – отозвалась Катя, падая на диван и вытягивая гудевшие ноги.
– Я знаю! Но, ты должна мне рассказать хотя бы в двух словах. С кем ты была там? – Ники забралась с ногами в кресло, снимая с головы полотенце.
– С кем-с кем, с Алексом!
– Не ври! Он мне звонил два раза вчера и сегодня – спрашивал, не приехала ли ты домой… Весь злой какой-то. Что там у вас случилось?
Катя тяжело вздохнула и прикрыла глаза. Из аэропорта Лос-Анджелеса она поехала на вокзал, едва успев на электричку до Лонг-Бич. Все эти пересадки и переезды выбивали её из колеи.
– Ну, не молчи!.. Расскажи про премию! Кто там из «звёзд» был?! Мне так интересно!
– Ники, отстань… Не до этого, правда…
– Ну, пожалуйста!.. Я вижу по твоим глазам, что что-то произошло! У тебя даже выражение лица поменялось! – Ники умоляюще посмотрела на Катю.
– Если я скажу, то ты отстанешь от меня, хотя бы сегодня? Я, правда, еле языком шевелю… Дорога тоже вымотала сильно. 6-тичасовой перелёт, такси, электричка… И я почти не спала.
– Отстану! Честно! – Ники в нетерпении уставилась на Катю. Та расплылась в ленивой улыбке.
– Я была с одним человеком. Мы познакомились с ним в Лос-Анджелесе полтора года назад. Пообщались сутки. Потом связь оборвалась. И вот я снова встретила его в Нью-Йорке. Он актёр и музыкант… Может, ты и не знаешь… Джаред Лето.
Ники задумчиво подняла глаза к потолку.
– Джаред Лето… Джаред… Чего-о?! Джаред Лето?! Да ты го-онишь! Я не верю! И как вы с ним?!.. У вас что-то было?! Секс, там, все дела? – Ники от удивления даже выронила мокрое полотенце на пол.
– Ты же сказала, что отстанешь, – напомнила Катя, усмехаясь.
– Да я умру от любопытства! Я даже и не думала о таком! Нет, ты просто обязана теперь рассказать мне всё в подробностях! Мне очень интересно!
– Завтра.
– Ну, прошу тебя! Не издевайся!
– Ладно! Расскажу, но без подробностей… – Катя вкратце пересказала Ники историю своей неожиданной встречи с Джаредом и последующих событий. Ники слушала её с открытым ртом.
– Офиге-еть… Это просто нереально! Охренеть можно!.. И когда вы теперь с ним встретитесь?
– Я не знаю… Я надеюсь, что он будет хотя бы звонить. Он же популярная личность. У него другая жизнь, всё другое… Я не могу рассчитывать на многое, – с грустью отозвалась Катя. – Я чуть головой не поехала за эти пару дней… Я не особо знаю, что такое рай, но мне кажется, что я именно там и побывала… Мне никогда не передать словами то, что я испытала, находясь рядом с ним.
– Просто не верится! Как сюжет из фильма…
– И не вздумай никому проболтаться. Только скажешь слово – пожалеешь, – Катя серьёзно взглянула на Ники. – Не забывай, что я могу нажаловаться Алексу. И могу устроить так, что твоя жизнь станет похожа на ад. И сделаю всё для этого, если ты откроешь свой рот и растреплешь об этом хоть кому-нибудь.
– Конечно, не скажу! С ума сошла?!.. Да мне ещё никто и не поверил бы!.. Ну, расскажи ещё что-нибудь! Как это, вообще, – провести время со «звездой»?
– Да я не думала об этом… Меня его популярность никаким образом пока не касается, и слава Богу.
– Ты ведь могла бы воспользоваться этим…
– Чем? – Катя нахмурилась.
– Ну, его связями… Пробиться в кино, например, или на эстраду.
– Да ты совсем, блять, дура?!.. О чём ты говоришь! – Катя недовольно взглянула на неё.
– А что такого? Я бы не упустила такую возможность.
– Но, я – не ты. И значит, ты – просто меркантильная сука. Никуда «пробиваться» с помощью его я не хочу и не собираюсь. Мне это не интересно и не нужно. Я просто хочу быть с этим человеком, и всё. И, в какой-то степени, мне жаль, что он так известен. Это огромный минус. Джаред постоянно в разъездах и очень редко бывает дома. И он сам говорил, что ему сложно иметь длительные отношения с девушками.
– Ну, а в постели?.. Как он?
Катя закатила глаза и покачала головой.
– Ники, иди, собирайся на работу. Ты опоздаешь.
– Ну, расскажи!
– Ты слишком много хочешь знать, – с улыбкой ответила Катя, вставая с дивана и потягиваясь. – Я уже сказала, что всё было не просто супер, а лучше, чем можно себе вообразить даже в самых нереальных мечтах и фантазиях.
– Ох-х… Блин, я тоже хочу себе такого парня, как Джаред, – Ники мечтательно вздохнула.
– Ты так лучше не шути… Без волос останешься. И Джаред – не мой парень, – усмехнулась Катя.
– Ну, я же не имела в виду именно Джареда этого, а тоже какого-нибудь актёра или певца…
– Всё, Ники. Закрыли эту тему. И не забудь, что это всё – между нами. Иначе, сама знаешь… Я тебя предупредила. Иди, собирайся, говорю. Опоздаешь и получишь от Алекса.
– Да поняла я!.. Всё, ухожу!..
***
…Кате снова приснился Джаред, и она опять проснулась в поту, ничего не понимая. Если так будет и дальше продолжаться, то она сойдёт с ума. Она поспала три часа. Телефон так и не включала, зная, что Алекс тут же начнёт названивать. А ей до сих пор не хотелось с ним разговаривать и слушать его «праведные» речи. Хотя, возможно, ей звонил Джаред или написал что-нибудь. Маловероятно, конечно, но, вдруг?.. Катя ворочалась с боку на бок, но сна так и не было.
В её небольшой спальне с балконом было довольно уютно. Она была выкрашена в оранжевый цвет. В комнате стояла двуспальная чёрная кровать, длинный большой шкаф у стены, стеллаж для всякой мелочи и книг, туалетный столик и кресло. Ники занимала вторую комнату, гораздо меньшую по размеру, но не жаловалась. К тому же, жить с постоянно ругающимися родителями – это ужасно, и Ники была очень благодарна Кате, что та предложила ей переехать. Кухня в квартире была объединена с гостиной-столовой, и отделена полукруглой аркой с выходом в небольшую прихожую. Точнее, холл. Катя, как только увидела эту квартиру, без раздумий согласилась жить здесь.
Устав ворочаться, она раздражённо стукнула кулаками по матрасу и открыла глаза, перед которыми постоянно мелькали фрагменты её встречи с Джаредом, а в ушах постоянно слышался его голос, смех, фразы… Катя тяжело вздохнула и села в кровати, обхватив голову руками. Придётся опять пить снотворное. Катя свесила ноги с кровати, засовывая их в тапки и дотягиваясь рукой до голубого шёлкового халата, висевшего на стуле. Она включила лампу и рассеянно осмотрелась, остановив взгляд на своём чемодане, который так и не разобрала.
Катя подошла к нему, присела на корточки и открыла, выкладывая на пол вещи. Когда в её руках оказалось красное платье, в котором она поехала в ночной клуб искать Джареда, у Кати перехватило дыхание. Она развернула наряд и положила его перед собой. Это «удачливое» платье, в котором она испытала столько невероятных эмоций и счастья. Катя поднесла его к лицу и уткнулась в мягкую, приятную ткань носом. Но, платье сохранило только запах её духов.
Катя вздрогнула, когда раздался непродолжительный звонок в дверь. Она взглянула на часы, висевшие на оранжевой стене. Ники что-то рано сегодня. Наверно, забыла ключи, полоротая. Катя отложила платье в чемодан, поднялась с корточек и быстрыми шагами прошла в холл, предварительно заглянув в дверной глазок.
– Принесла нелёгкая… – выдохнула она себе под нос, открывая дверь. На пороге стоял Алекс. Катя поздоровалась с ним и жестом руки пригласила войти.
– У тебя сломался телефон? – недовольно спросил он, проходя за ней в квартиру и осматривая гостиную.
– Нет… Просто выключен. Не хотела ни с кем разговаривать, – она зачем-то включила чайник и прислонилась к кухонной тумбе, поплотнее запахнув халат.
– Впредь, я настоятельно не рекомендую тебе так делать, пока ты работаешь на меня, – сказал он, подходя к небольшой барной стойке и усаживаясь на круглый вертящийся стулик напротив Кати.
– Я собиралась завтра его включить. Я недавно приехала, устала с дороги… – Катя нервно кусала губы, боясь лишний раз взглянуть на Алекса. Что ему понадобилось от неё посреди ночи?
– Ну, и где ты была? В Нью-Йорке, я полагаю?
– Да, я решила остаться и посмотреть город, – прохладно отозвалась Катя.
– И что интересного «насмотрела»? За целые сутки-то… – Алекс ехидно улыбнулся, закуривая сигарету.
– В основном, достопримечательности… Видела статую Свободы, Централ парк, мелочи прикупила, ходила на смотровую площадку, в музей… – Катя услышала щелчок чайника и отвернулась, доставая чашки из верхнего шкафчика. Хоть какое-то минутное «спасение» от этого пугающего и сканирующего взгляда Алекса. – Нью-Йорк невероятен. Жаль, мало успела увидеть.
– А ночевала где?
– В отеле. Сняла номер.
– Перестань мне врать! – Алекс резко ударил ладонью по столешнице стойки, от чего Катя едва не выронила чашку, испуганно развернувшись к нему лицом. – Я же просил тебя больше не обманывать меня!
– Ты с ума сошёл?.. – пробормотала она.
– Ты не ночевала ни в каком отеле. Ты сказала мне, что поедешь в Лонг-Бич, но почему-то осталась. Мой человек выяснил, что ты улетела другим рейсом. Ты меняла билеты. Зачем?
Катя нервно сглотнула. Она была совершенно растеряна и слегка напугана. И не знала, что говорить.
– Что за допрос? Может, уже хватит контролировать каждый мой шаг? – сказала Катя как можно уверенней, стараясь не показывать свой испуг.
– С кем ты была? Лучше, скажи сама. Я ведь всё равно это выясню.
– Я не обязана перед тобой отчитываться.
– Как же ты любишь всё усложнять… Хорошо, я узнаю об этом другим способом, если уж ты сама мне не говоришь.
– Алекс, что тебе от меня нужно? – устало спросила Катя и взяла в руки чайник. – Зачем тебе всё это? Если я буду рассказывать тебе обо всём, что со мной происходит… Что тебе это даст?
– Ты поехала в Нью-Йорк со мной. А когда ты со мной, я должен знать всё, вплоть до того, во сколько ты ложишься спать. Когда я что-то делаю, то мне необходимо всегда знать всё до мелочей. Если я тебя спрашиваю о чём-то, то это не просто так. Значит, это для меня важно.
– Ты больной, что ли? – Катя поставила чайник обратно, так и не налив кипятка в чашки, и снова развернулась к Алексу, глядя на него как на ненормального. Он затушил сигарету в пепельнице, поднялся со стула и, обойдя барную стойку, медленно подошёл к ней.
– Если ты хочешь так думать, то твоё право. Но, не забывайся… Ведь всё то, что у тебя сейчас есть, дал тебе именно я, тот самый «больной».
– И я благодарна тебе и очень признательна, но мне не нужно всё это, если ты будешь мешать мне жить так, как я хочу.
