Текст книги "Её Высочество (СИ)"
Автор книги: hxereen
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 7 страниц)
Отпрянув от губ Марселины, Камило торопливо стянул с себя кофту и приподнял ночнушку еще выше. Взору Камило предстала аккуратная грудь; от его возбужденного дыхания кожа вокруг сосков покрылась мурашками. Марселина впилась ногтями в спальный мешок, буквально плавясь под голодным взглядом Камило. Его без верхних элементов одежды она видела не раз, но сам Камило впервые встретился с тем, что Марселина так надежно прятала под блузками и школьным пиджаком. Он завороженно наблюдал за тем, как грудь, оказавшаяся по факту больше, чем была на вид, покачивалась в такт учащенному дыханию, и ладонь сама потянулась к гладкой коже. Марселина издала тихий стон, когда пальцы Камило накрыли затвердевший сосок. И пусть это прикосновение было скорее изучающим, нежели нацеленным на ласку, она все равно со свистом втянула воздух ртом и прикусила нижнюю губу. Несильно сжав пальцы, Камило обнаружил, что вся грудь Марселины поместилась в его ладони.
– Ты очень красивая, – донесся до Марселины его сбивчивый шепот. Превозмогая смущение, она потянулась к резинке шорт и чуть приспустила их. Камило помог, сняв шорты вместе с трусами, и колом вставший член коснулся внутренней стороны бедра Марселины.
Марселина слегка привстала и посмотрела себе между ног. В следующую секунду на ее лице появился намек на улыбку.
– Что?.. – обиженно спросил Камило, пристраиваясь у раздвинутых бедер.
– И тут кудрявые… – Марселина кивнула на дорожку волос от паха до живота, и Камило, что-то недовольно промычав, навалился сверху.
Марселина замерла в предвкушении. Вот сейчас. Сейчас все изменится… Откинув голову назад, она часто и тяжело задышала, и мышцы внизу живота оборонительно напряглись. Камило растер выступившую смазку меж пальцев и по члену, после чего провел им по жестким черным волосам и толкнулся, но головка резко скользнула по вульве, и он промахнулся. Марселина заметно занервничала.
– А ты точно… Ну, знаешь… – промычала она, ледяными пальцами держась за спальный мешок.
– Не уверен… – ответил Камило, проводя рукой вверх-вниз по члену.
Он так сильно возбудился, но возбуждение ожидаемо смешалось с волнением, а потому эрекция вышла болезненной, и ноющая боль уходила вниз, в мошонку. Надавив чуть сильнее, Камило добрался до узкого входа, и чувствительную кожу вокруг его пальцев обожгло сухостью.
– Больно!.. – горячо прошептала Марселина и дернулась в попытке отползти.
Камило обеспокоенно взглянул на нее: на глазах выступили слезы.
– Прости, я… Просто как-то… Сухо?.. – он убрал ладонь от члена, который от испуга стал мягче, и навис над Марселиной. – Сейчас… – начал он, но Марселина активно замотала головой.
– Н-нет, не надо… – она опустила ночнушку вниз и поморщилась: острая, режущая боль будто все еще стояла где-то там, в промежности, и повторения такого опыта Марселина не хотела. – Я думаю, лучше остановиться…
Камило устало выдохнул. Переволновавшись, он весь вспотел, и кудри налипли ему на лицо. Отстранившись от Марселины, Камило упал рядом и вытер со лба пот. Марселина приняла сидячее положение, нашла трусики и натянула их обратно. Затем легла на спину и, сложив руки на груди, замолчала.
Камило тяжело дышал, и возбуждение постепенно покинуло его тело, сменяясь стыдом. Марселина, нахмурившись, разглядывала текстуру брезента. В палатке стало холодно, и она поежилась.
Какое-то время они лежали в абсолютной тишине.
– Как-то… Все в этот раз идет не так, как планировалось… – заключила Марселина многозначительно, и Камило перевел на нее удивленный взгляд. Она продолжила: – Сначала ты с солнечным ударом, потом Антонио, теперь… Мы.
Щеки Камило вспыхнули красным. Он не хотел, чтобы их первый раз произошел так. Не хотел облажаться. Но в реальности все оказалось куда сложнее, чем во снах и фантазиях.
– Извини, – Камило надел белье с шортами и сел, согнув ноги в коленях.
– Думаю, мне пора… – Марселина села следом и поползла к выходу. – Спокойной ночи.
Камило поймал ее за руку и остановил.
– Лина… – виновато начал он.
– Все нормально, – Марселина высвободила запястье и, избежав виноватого взгляда, добавила: – Забудем, ладно? Всякое бывает.
Не дождавшись ответа, она суетливо покинула палатку и оставила Камило с привкусом позора на языке. Ночной воздух проник внутрь, когда Марселина раскрыла шторки палатки, и Камило вздрогнул всем телом. Вместе с физическим холодом он ощутил холод эмоциональный.
***
Марселина не знала, в каком часу ей удалось заснуть, но произошло это явно непозволительно поздно, и ранний подъем на третий день похода обернулся для нее настоящей пыткой.
Она повернулась в спальном мешке на спину и, заметив сбоку от себя какое-то шевеление, поспешила открыть глаза: рядом с ней, задорно вращая головой, сидел тукан. Мирабель в палатке не было, и по радостным голосам, доносившимся снаружи, Марселина поняла, что Феликс и Антонио уже вернулись.
Марселина вылезла из палатки сонная и первым делом направилась к реке, чтобы умыть лицо. Дойдя до плоских камней, на которых они с Камило ночью разговаривали, она стыдливо покраснела.
Камило подошел к Марселине сзади, когда она растирала лицо прохладной водой, пытаясь взбодриться.
– Доброе утро, – он остановился на расстоянии пары шагов и сунул руки в карманы шорт.
– Доброе, – ответила Марселина, не оборачиваясь.
– Избегаешь меня? – голос Камило звучал по-настоящему встревоженным.
– С чего бы? – окунув ладони в воду, Марселина старательно делала вид, что вчерашний инцидент не подорвал ее гордость и не заставил полночи краснеть, прячась от внешнего мира в спальный мешок.
– Не знаю… То, что вчера было… – Камило хотел сделать шаг в ее сторону, но Марселина резко встала с земли и развернулась.
– Я же сказала: все нормально, – заверила она и, пройдя мимо Камило, направилась обратно в лагерь.
– Точно? – он остановил ее за локоть.
– Вполне, – Марселина одернула руку и сдержанно кивнула. Почему-то от осознания, что Камило безуспешно видел ее голой, стало не по себе.
– Хорошо… В смысле, я лишь хочу, чтобы ты знала, что это никак не повлияло на мои чувства к тебе или на мое… – Камило запнулся, сомневаясь, стоит ли ему продолжать. – …желание это сделать.
Марселина в неловкости потупила взгляд.
– Буду иметь в виду.
До конца похода им больше не удавалось остаться наедине.
III. Они
Как бы полезен ни был отдых на природе в окружении гор и их чистого, сладкого воздуха, вернувшаяся в Энканто Марселина поняла, что не готова променять комфортные условия на жизнь в лесу – тем более, когда в городе существовало куда больше возможностей улизнуть от родителей, нежели в палаточном лагере, где все твои действия были как на ладони.
Январь подходил к концу, приближались сезон дожей и новый учебный год, и погода словно отражала состояние и без того настрадавшихся учеников: небо заволокло тучами, пахло озоном, и вдалеке, грохоча, сверкали молнии.
Любой предпочел бы провести этот день дома, в безопасности под надежной крышей, но Марселина настойчиво вытащила Камило из Каситы, и вдвоем они направились за черту города.
Они шли через старые, заброшенные дома, ступили в начало джунглей и вскоре остановились возле толстого дерева, к стволу которого были в ряд прибиты дощечки, имитируя лестницу. Камило вскинул голову кверху: там, за лианами и густой растительностью, прятался небольшой деревянный домик. Одного взгляда на потрескавшуюся на его стенах краску было достаточно, чтобы предаться воспоминаниям.
– Ну и ну… – протянул Камило и осторожно влез по лестнице. Марселина залезла следом, и так они оказались внутри. – Я не был здесь с того момента, как…
– Как мы перестали общаться. Да, я помню, – завершила за него Марселина и огляделась.
Домик напоминал небольшую комнатушку два с половиной метра в ширину и не более полутора метров в высоту, так что свободно стоять в нем могли лишь дети. Всем остальным, в том числе Камило и Марселине, приходилось приседать, иначе макушка болезненно упиралась в потолок.
– Я думал, его сломали… – Камило задумчиво огладил одну из стен и, не скрывая удивления, обнаружил, что грязи в домике не было. Да и в целом все выглядело довольно прибранным. – Ну, или он сам сломался. Столько лет прошло…
– Его ведь построил мой отец… Единственная хорошая вещь, которую он для меня сделал, – Марселина, опустившись на колени, пролезла чуть дальше и села у противоположной стены. – Я не хотела, чтобы сюда кто-то ходил. Поэтому сказала, что мы его разобрали. Как видишь, это не так…
Камило понимающе кивнул. Он обернулся на лестницу из дощечек и посмотрел вниз: до земли было где-то три-четыре метра. Дверь отсутствовала – вместо нее в проеме висела шторка из деревянных бусин, которые, покачиваясь на ветру, наполняли домик приятным медитативным стуком.
– Ты приходила сюда после того, как… – Камило перевел взгляд на Марселину. – …Как он ушел?
Марселина молча кивнула.
– Пару раз, да. Но недолго.
– Так зачем вернулась? – Камило присел рядом с ней.
Марселина, поджав губы, принялась робко перебирать рюшки на платье.
– Нам не так часто удается побыть вдвоем, правда? – она сказала это тише, точно боялась, что ее могли услышать. – Я тут немного прибралась и принесла из дома плед… Вышло вроде неплохо.
Камило осмотрел чистый пол и матрас, на котором они сидели. Действительно: ни паутины, ни любого другого мусора, лишь запах древесных соков и полоса проникавшего внутрь света. Привыкнув к новой обстановке, он принялся шарить по углам и проверять оставленные здесь с детства сундучки. Открыв один, Камило обнаружил в нем игрушки: сдувшиеся мячи, кукол, треснувшее зеркальце, бантики… Со всем этим играла Марселина, пока ей не пришлось вынужденно пропустить фазу детства и заменить собой сбежавшего члена семьи. Камило разгреб забытые игрушки и заметил на дне сундучка картонную коробку. Достав ее, он сдул слой пыли и рассмотрел этикетку.
– О! Смотри, – Камило протянул Марселине находку, – это карты.
Марселина изучила рисунок на коробке и покачала головой.
– Ты все равно играть не умеешь.
– Но ты умеешь. Научишь? – Камило подполз к Марселине почти вплотную и извлек древнюю колоду карт, многие рисунки на которых с годами стерлись, а края – выцвели.
– Я умею, но это не совсем игра… – она приняла из рук Камилы карты и огладила их шероховатую поверхность. – Что-то типа фокуса, но я не помню, в чем там смысл, поэтому можем просто… Поугадывать?
– Поугадывать что? – непонимающе спросил Камило, и Марселина начала активно тасовать карты.
Камило завороженно смотрел, как ее пальцы перебирали колоду, и уже потянул руку, чтобы попробовать перемешать их самостоятельно, но Марселина шлепнула его по ладони. Разложив карты веером рубашкой вверх, она скомандовала:
– Вытяни любую карту.
Камило воспылал интересом и принялся выискивать глазами наиболее привлекательную карту. Указав на одну пальцем, он потянул за нее и развернул лицевой стороной вверх.
– Король Кубков{?}[аналог Короля Червей; испанская колода карт отличается от наиболее распространенной, французской, и во многом схожа с мастями карт Таро], отлично, – Марселина вытащила из колоды еще две карты, а остальные убрала в сторону. – Теперь смотри: я буду мешать три карты, одна из которых – Король Кубков, а ты должен внимательно следить за ее положением и в конце угадать, где она находится. Угадываешь – побеждаешь. Если нет, то проигрываешь. Все понятно?
Камило энергично закивал.
– А что мне будет, если я выиграю?
Марселина в задумчивости прикусила губу. Камило видел по ее лицу, что именно в этот момент где-то в глубине души Марселины шла внутренняя борьба, и хотел уже спросить, в чем дело, но Марселина его опередила:
– Давай так, – она подогнула под себя ноги и разложила перед Камило три карты, – если ты проиграешь и не найдешь Короля Кубков, то снимешь с себя какой-нибудь элемент одежды. Если выиграешь, сниму я… И так по очереди, – ее щеки заметно порозовели, и Камило не смог сдержать восторженного свиста.
– Вот уж правду говорят: в тихом омуте…
Марселина слабо ударила его кулаком.
– Цыц. Раньше времени не радуйся. У меня, между прочим, очень хорошая память, – она принялась перемешивать карты, и Камило сосредоточенно наклонился.
Марселина меняла карты местами, вращала, возвращала их в первоначальное положение – все лишь бы запутать Камило, но тот неотрывно наблюдал за положением предполагаемого Короля Кубков и кусал заусенец на большом пальце. Закончив, Марселина отстранилась и предоставила Камило право выбора.
– Ну? – она усмехнулась, точно зная, где лежала заветная карта.
Камило ткнул пальцем в одну из карт, и Марселина подняла ее с матраса.
– Как жаль. Сегодня, кажется, не ваш день, – ловко покрутив между пальцами Восьмерку Мечей, она улыбнулась. – Но вы не расстраивайтесь: не везет в картах – повезет в любви.
Камило обреченно выдохнул и снял с себя пончо, оставаясь в рубашке и штанах.
– Теперь я, – придвинув к себе карты, он, в отместку Марселине, начал долго-долго их перемешивать, но Марселина все равно нашла Короля Кубков и велела Камило снять сандалии.
– Это нечестно, – пробубнил Камило, подгибая босые стопы. – Ты мухлюешь.
– Не зная броду, не суйся в воду, – на лице Марселины заиграла довольная ухмылка.
Они сыграли еще несколько раундов, по итогу которых Марселина-таки осталась без босоножек, а Камило снял рубашку. Марселина то и дело бросала беглые взгляды на его торс, и, должно быть, именно это и отвлекло ее от поиска нужной карты. Так она проиграла и вытянула Пажа. Под хихиканье Камило Марселина потянулась к ушам и сняла сережки-пусеты.
– Эй! Сережки не считаются! – возмутился Камило.
– Еще как считаются! – Марселина положила сережки на сундучок и вернулась к картам. – Теперь мы одеты на равных. Все по-честному.
Камило нехотя признал, что Марселина была права: из-за платья, которое считалось за один элемент одежды, ему пришлось пойти на уступки и сосредоточиться на своей очереди. Когда Марселина убрала руку, Камило напрягся. Зеленые глаза внимательно изучили лежавшие перед ним карты, и вскоре Камило выбрал одну, осторожно подцепив ее ногтями. Он едва не зажмурился, медленно поднес карту к лицу и, завидев рисунок на лицевой стороне, с облегчением выдохнул.
– Снимайте портки, Ваше Высочество, – гордо заявил Камило и продемонстрировал Марселине карту. Король Кубков.
Марселина сглотнула. Она никак не ожидала, что разденется первой, но слово свое сдержала. Привстав, запустила руки под ткань и стянула с себя панталоны. Откинув их в сторону ногой, Марселина пригладила платье на коленях и невозмутимо взглянула на Камило: его щеки вспыхнули алым, а сам он приоткрыл губы и как-то неровно задышал. Игра полностью вылетела у него из головы, и перед глазами стоял лишь образ Марселины, которая под платьем была полностью голая.
Гром прогремел прямо над домиком. Вздрогнув, Камило и Марселина взглянули на дверной проем: в следующую секунду вид на лес оказался размыт косой стеной дождя. Синхронно двинувшись к выходу, они выставили вперед руки и поймали ладонями прохладные капли. Их лица были так близко, что Камило почувствовал на себе еле слышное дыхание Марселины. Повернув голову, он облизнул губы и заглянул в ее серые глаза.
Марселина смутилась от столь пристального взгляда и отползла назад, придерживая платье. От осознания, что под ним у нее больше ничего не было, сердце активнее забилось в груди. Камило, точно переняв ее настроение, двинулся обратно, но карты не взял и, казалось, напрочь о них позабыл.
Марселина вжалась лопатками в стенку домика и шумно задышала носом. Ее невинный вид пробудил в Камило странный голод, и он уже наклонился вперед, чтобы поцеловать Марселину, но в последний момент остановился.
– Если ты не хочешь… – прошептал Камило, и его голос был едва различим за шумом дождя. – …Мы не будем…
Он помнил, что в прошлый раз Марселине стало больно, и не хотел причинять боль повторно, но зачем тогда нужен был весь этот фарс с игрой в карты на раздевание?.. Точно прочитав немой вопрос в его глазах, Марселина отпрянула от стены и притянула нескладное тело Камило к себе за плечи. Камило обхватил ее руками и повалил на матрас.
Марселина хотела, чтобы в этот раз все было по-другому. Наведя некоторые теоретические справки, она морально подготовилась к их второму «первому разу» и взяла все в свои руки.
Камило целовался возбужденно, жадно. Пальцы суетливо нашли край платья Марселины и потянули вверх, но та перехватила его руки. Положив их себе на талию, она согнула одну ногу в колене и закинула ее Камило на бедро, отчего тот рвано выдохнул через поцелуй.
– Не торопись… – мягкий шепот Марселины одурманил Камило, и он перелег на бок, прижимая Марселину к груди.
Марселина разорвала поцелуй и, привстав на локтях, посмотрела Камило в глаза. Зрачки расширились, и взгляд так и кричал: «Я весь твой». Еле сдержав улыбку, Марселина поднялась и села Камило на бедра. Тот огладил талию и стиснул пальцами ткань платья. Марселина смотрела на него сверху-вниз, на то, как жадно надувались легкие в попытке выровнять дыхание, и в животе стянулся тугой узел от мысли о том, что кто-то настолько сильно ее хочет.
Камило почувствовал на животе влагу и перевел взгляд на подрагивавшие бедра Марселины – та, подцепив пальцами подол платья, потянула его вверх и сняла через голову. Волосы растрепались и спали на лицо, и от этого зрелища Камило чуть не поперхнулся. Член призывно затвердел. Марселина расстегнула пуговицу на льняных штанах и приспустила их до колен. Камило нетерпеливо стянул штаны вместе с трусами, и теперь их полностью обнаженные тела касались друг друга везде, каждым сантиметром кожи. Марселина склонилась над его просящим лицом и коснулась кончиками пальцев вспотевшего виска. Камило не выдержал и впился в ее губы, прикусывая их и оттягивая зубами.
Марселина легла на живот Камило, и тот хрипло простонал, ощутив, как упругая грудь уперлась ему в грудную клетку. Ладони скользнули по спине, нащупали позвонки и спустились ниже, к ягодицам. Марселина смущенно ахнула, когда Камило сжал ладонью мягкую кожу. Отряхнув от набухших губ, она слизала нить слюны и выпрямилась. Камило смотрел на нее завороженно, влюбленно, и этот взгляд отчасти успокоил Марселину и помог унять дрожь в коленях. Сместившись чуть ниже, она привстала и нашла рукой твердый член. Раскрыв крайнюю плоть, Марселина случайно задела ее ногтем, и Камило сдавленно прошипел себе под нос.
– Ой, извини… – голос Марселины дрогнул, но Камило покачал головой и, дождавшись, когда боль отступит, самостоятельно провел ладонью по всей длине, собирая пальцами бисеринки смазки.
Марселина пристроилась сверху, одной рукой упершись в матрас, другой – направив влажную головку внутрь себя. Голова разболелась от напряжения, и Марселина дышала громко, надрывисто, как после долгого бега. Дрожа всем телом, она начала медленно опускаться. Почувствовав знакомую режущую боль, будто внутрь проникало что-то острое, она замерла.
– Лина… – шепотом позвал ее Камило, но она не отреагировала.
Выждав еще немного, Марселина нахмурилась и убрала руку. Глубоко вздохнув в попытке расслабиться, она опустила бедра еще ниже, и внутри появилось непривычное чувство заполненности. Потная ладонь стиснула матрас, и из горла Марселины вырвался стон. По его тяжелому, хриплому звучанию Камило понял, что стонала Марселина явно не от удовольствия. Кожа заблестела от пота, но Марселина не отстранялась. Камило откинул голову назад и сдул с лица кудри. Не выдержав, он несильно подался бедрами вверх, на что Марселина вдруг вскрикнула и рефлекторно напрягла внутренние мышцы.
– Прости… Умоляю, прости меня… – затараторил Камило горячим шепотом, и Марселина накрыла его рот ладонью.
Камило отнял ее руку от своего лица и осторожно поцеловал побелевшие костяшки. Марселина, дрожа всем телом, продолжала опускаться, и вскоре ее ягодицы коснулись ног Камило. С его губ сорвался сиплый стон.
Для Камило эти ощущения тоже были в новинку: внутри оказалось тесно, туго, мокро, и наслаждение граничило с болью.
– Я весь… – тяжело задышал он. – Весь там…
Но Марселина его не слышала. Кровь барабанила в ушах, и между ног, под животом, нечто твердое растягивало плоть, и дышать было невыносимо больно.
– Н-нет… – прошептала Марселина сквозь скрежет зубов. – Не могу… – она активно замотала головой и привстала. Трение скользившего внутри члена вынудило ее всхлипнуть от боли.
– Больно…
Головка неприятно раздвинула чувствительные стенки, и Марселина зажмурилась. Окончательно выпустив член из себя, она еле удержала равновесие на ватных ногах. Камило ощутил неприятный холод и накрыл пах ладонью. Марселина, вся потная, рухнула на матрас рядом. Отдышавшись, она спряталась за ладонями, сдерживая слезы. Что ж, обещанных рек крови не было, но все остальное шло, как по учебнику: боль, страх и непреодолимое желание провалиться сквозь землю.
– Лина, – Камило обеспокоенно посмотрел на Марселину и обнял ее за плечи, но та начала вырываться.
– Я… Я надеялась, что хотя бы в этот раз… – она заплакала и принялась утирать горячие слезы тыльной стороной ладони… – Прости…
– Что?.. Ты поэтому плачешь? – Камило убрал руки от лица Марселины и заглянул в ее мокрые глаза. Марселина несколько раз кивнула, и слезы с новой силой брызнули по щекам.
– В-все… Уже пробовали… А я все никак… Не могу, мне б-больно… – она уткнулась носом в грудь Камило, и тот, подтянув к себе плед, накрыл их обоих.
– Ну, я считаю, что мы неплохо продвинулись, – поцеловав Марселину в лоб, он прикрыл глаза и вслушался в ее неровное дыхание.
Выплакав все накопившееся, Марселина успокоилась и даже немного расслабилась.
– Наверное… Ты прав, – утерев слезы, она закуталась в плед по подбородок и прислонилась щекой к теплой груди. От Камило пахло корицей и выпечкой, и почему-то у Марселины этот запах прочно ассоциировался с домом.
– Не «наверное», а «точно», – он неторопливо гладил ее спину, кончиками пальцев чувствуя выступавшие на коже родинки. – Зато ни у кого нет такой красивой девушки, как у меня.
Марселина отодвинулась от Камило и посмотрела на него, выгибая бровь.
– Твой дар – случайно не «лесть»? – она легонько щелкнула Камило по носу.
Комплексы были присущи всем живым людям, в особенности девушкам в Энканто, ведь трудно считать себя красивой, когда сама Исабелла Мадригаль ходит по той же земле и дышит тем же воздухом.
– Ты мне не веришь?
– Верю, но… – протянула Марселина, ложась на спину и рукой придерживая плед на груди. – По-моему, ты преувеличиваешь.
Тогда Камило схватил ее ладонь и положил себе между ног. Глаза Марселины от удивления расширились, но убирать руку она не стала. Наоборот, пальцы робко стиснули вновь затвердевший член и огладили влажную кожу. Камило на мгновение прикрыл глаза, выдыхая.
– Сочту за комплимент, – Марселина улыбнулась уголками губ и смущенно отвела взгляд. Ладонь мягко двигалась вверх-вниз, вынудив Камило покраснеть и шумно задышать Марселине в плечо.
Приподняв край пледа, Камило прижал Марселину ближе и припал к ее губам с очередным поцелуем. Его пальцы сначала придерживали девичий подбородок, направляя лицо Марселины, затем плавно опустились к плечам и миновали холмики грудей. Ладонь легла на изгиб талии, и Камило погладил большим пальцем напряженный живот. Неожиданно по телу Марселины будто прошел ток, концентрируясь в месте касания, и она несдержанно простонала Камило в губы.
Этот стон отличался от всех предыдущих. Он шел глубоко из груди и звучал так непристойно, что у Камило закружилась голова.
– Как ты?.. – шепотом спросила Марселина и чуть оттолкнула Камило от себя, но тот прильнул губами к ключицам и повторно провел ладонью возле ее пупка. На этот раз Марселина сдержала стон и, откинув голову назад, прикусила губу, чувствуя, как между ног разливается тепло.
– Нравится?.. – Камило водил кончиками пальцев вдоль живота и наблюдал за тем, как Марселина выгибалась, и слышал дрожь в ее голосе у самого уха.
Ладонь скользнула ниже, к лобку, но Марселина перехватила руку Камило, тяжело дыша.
– Хватит… А то я так сознание потеряю… – выдохнула она и скинула с себя плед. Еще недавно Марселина мерзла от принесенной дождем прохлады – теперь же ей было жарко даже в собственной коже.
Ключицы и плечи покраснели, и Марселина взглянула на Камило исподлобья. Томный, полный загадок взгляд изучил лицо напротив, и губы соединились во влажном, страстном поцелуе. Марселина запускала пальцы в шоколадные кудри, стискивала их на затылке и, не узнавая саму себя, тянулась ближе, выгибалась, касаясь распаленной кожей чужого тела. Камило спустился рукой к ногам Марселины и чуть раздвинул их, оглаживая внутреннюю сторону бедра. Марселина поджала губы и проглотила похотливый стон, и почему-то от вида, как она сдерживалась, Камило завелся сильнее, чем если бы слышал ее стоны напрямую. Ладонь, дразнясь, подобралась к влажной складке и осторожно надавила. Марселина зажмурилась, пытаясь свыкнуться с новыми ощущениями, и спустя пару секунд покачала головой.
– М-м… Может, я лучше сама?.. – она переплела их пальцы, и Камило кивнул.
Да, так действительно будет лучше и правильнее.
Они легли рядом, соприкасаясь плечами. Марселина быстро облизала пальцы и положила их между ног, и Камило не смог оторвать от нее возбужденного взгляда. Он смотрел на то, как она ритмично ласкала клитор, как грудь часто поднималась-опускалась от неровного дыхания, как губы пропускали редкие тихие стоны. От этого его собственная рука начала двигаться быстрее, и одинокий домик на дереве наполнился томными вздохами.
На теле Марселины выступили крупицы пота, и она запахла так сладко, что Камило захотелось прижаться к ней максимально близко, впитать в себя ее тепло, слиться с ней в одно целое. Свободной рукой Марселина сильнее сжала руку Камило, и брови ее напряженно сошлись в центре. Выгнувшись в пояснице, она приоткрыла губы и беззвучно выдохнула. Пальцы на ногах пробило мелкой дрожью. Камило она вдруг показалась до безумия красивой, и он закрыл глаза, носом утыкаясь ей в плечо.
– Я люблю тебя… – прошептал Камило и не заметил, что Марселина к тому моменту уже расслабилась, выровняв дыхание и переложив руку на грудь. Камило жался ближе, зарывался носом в темные волосы, и лишь спустя какое-то время додумался спросить:
– Ты что… Уже все?
– Ну… Да, – ответила Марселина, пожав плечами.
Рука Камило остановилась.
– А почему не сказала?.. – он перевалился на спину и стыдливо опустил взгляд: нить смазки тянулась от налитой кровью головки и капала на живот.
– А надо было?.. – помялась Марселина, и Камило одарил ее самую малость обиженным взглядом. – В следующий раз дам знать… – она положила ладонь ему на грудь и, подавшись вперед, оставила на щеке долгий поцелуй. Камило к тому моменту вновь нарастил темп рукой и ухватился пальцами за матрас.
– И… Что ты там говорил?.. – кокетливо протянула Марселина, убирая спавшие на лицо кудри и наблюдая за подрагиванием густых ресниц.
– Что я говорил?.. – плечо Камило напряглось от набранной скорости, и Марселина коснулась плотных мышц. – Что ты… Не сказала?..
– Нет, до этого, – она старалась не смотреть вниз, однако пошлое хлюпанье привлекало ее внимание, заставляя обращать на член Камило любопытные взгляды.
– Не… Не помню… – Камило рвано выдохнул.
Марселина легла щекой на худое плечо. Страх и смущение полностью отступили. Прикусив краешек губы, она уткнулась носом в шею Камило и прошептала:
– Я тоже тебя люблю…
Камило вздрогнул всем телом, и горячие капли брызнули на живот, задевая и локоть Марселины. В следующую секунду она ощутила, как запульсировала артерия под ухом, и подняла голову. Камило еще некоторое время лежал, жадно глотая ртом воздух, после чего взглянул на Марселину: в ее глазах читались гордость и что-то очень трепетное, нежное, отчего Камило захотелось ее обнять так сильно, что кости, скорее всего, треснули бы.
– Ты… Меня любишь?.. – переспросил он, точно не верил и думал, что ему эти слова почудились от вспышки оргазма.
– А ты меня что, уже нет? – Марселина улыбнулась.
– Нет… Ой, в смысле, люблю, просто… О-ох… – Камило смущенно отвернулся. Марселина рассмеялась и навалилась на него сверху. – Мы это сделали, да?..
– В некотором роде.
– Знаешь… – Камило привстал на локтях. – Мне так даже больше понравилось…
«Это» даже отдаленно не было похоже на то, чем они оба грезили, раздеваясь и представая друг перед другом совершенно беззащитными. Но это все еще было интимно, ценно, и именно с этого начался их путь к простой, но лишь горьким опытом познаваемой истине: секс – наибольшее, что друг другу могут дать чужие люди, и наименьшее, что друг другу могут дать люди любящие.
Дождь постепенно стихал.
