Текст книги "Пристанище безумных душ: Respice finem (СИ)"

Автор книги: horoshaya333

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 12 страниц)

– Там Бейлиш… Внутри, – внезапно прохрипела Санса. Карлик, мгновенно остановившись как раз рядом с кричащим Рамси, наклонился и поднял пистолет.

– Где именно?

Ледяное спокойствие и уверенность в собственном голосе несколько удивили Тириона, но мысль об убийстве насильника не казалась отвратительной. Наоборот, он жаждал этого.

– Нет, – внезапно встряла Маргери. – Этому парню не дотянуть до больницы, если ты пойдёшь мстить. Он умрёт.

– Плевать, – процедил Ланнистер, делая шаг в сторону дома.

– Нет, стой! – Теперь это был голос Сансы. – Это мой брат, Джон. Нужно спасти его.

***

Петир понял, что дрожит от холода, и тут же тело отозвалось ноющей болью от неудачного падения. Поднявшись на дрожащих ногах, мужчина сделал несколько нетвёрдых шагов и тут же поскользнулся на чём-то ледяном и липком. Взгляд, словно подёрнутый плёнкой, упёрся в алую лужицу, от которой к выходу вели ещё не до конца засохшие следы. Криво улыбнувшись, Бейлиш медленно опустился на корточки и коснулся пальцами крови. Ему казалось, что сам запах будоражит его сознание. Вот она, чистота в своём первозданном виде! Милая Санса, ты можешь бесконечно долго убегать, но я найду тебя. Поднеся окровавленную руку к лицу, мужчина глубоко втянул носом одному ему ведомый аромат и провёл пальцами по щеке. Не переставая криво ухмыляться, он направился вслед за беглянкой. Петира вели её алые следы, а голос отца где-то глубоко в сознании подхлестывал. Ты у цели, Визерис! Беги, хватай, ты сможешь!

Выйдя к двум распахнутым камерам в подземелье, практически забытое чувство страха внезапно захлестнуло Бейлиша. Они не могли выбраться! Решётки прочные, двери открыть можно лишь одним ключом, и он хранится у Болтона! Поднимаясь по лестнице в холл, мужчина отчётливо услышал выстрел. Не помня себя от смеси страха и гнева, он рванул к окну как раз в тот момент, когда в ворота поместья вбежали две знакомые фигуры. С широко распахнутыми глазами Петир наблюдал, как девчонка Тиреллов выплескивает кислоту на лицо визжащего Рамси, как проклятый карлик забирает Сансу и тянет, тянет за собой, как вор в магазине игрушек пытается утащить особо большую куклу. Она моя, не смей трогать! Крик почти сорвался с уст притаившегося за шторами мужчины, как внезапно Ланнистер поднял с земли пистолет и сделал решительный шаг к поместью. В его разноцветных глазах Бейлиш прочитал собственный приговор. И от того, как решительно стала отговаривать его от этого Санса, вдруг неимоверно рассмешило Петира. Осев, он закусил испачканную в чужой крови руку и беззвучно захохотал. Слёзы, стекая по щекам, смешивались с запёкшимися разводами и оставляли на голом изуродованном торсе алые линии.

Бейлиш не знал, сколько времени прошло, прежде чем он смог взять себя в руки. Идти у него не было сил, и до стоящего на столике телефона мужчина добирался нелепо – на четвереньках. Набрав несколько цифр, он дождался грубого женского «Чего тебе, Рамси?» и просипел:

– Болтон выбыл. Теперь будете делать то, что я скажу. Обыщите всю больницу этого ублюдка Рейегара и притащите его в мой дом. Скорее всего, в палатах вы найдете Лианну, Х’гара и Арью. Врача убей, а Старков – ко мне. И пришли сюда парочку ребят, мне нужна охрана.

Отбросив замолчавшую трубку, Петир прислонился спиной к стене и прикрыл глаза. Где-то на улице уже не столько кричал, сколько скулил Рамси, но это мало волновало Бейлиша. Я думал, что держу докторишку в руках, но он улизнул и провернул целую операцию по спасению под моим носом… Ненавижу!

Вновь послышался голос отца – до ужаса тихий и вкрадчивый, то и дело прерываемый приступами хохота:

– Брат обыграл брата… Ха-ха-ха… Видимо, мой первый сын был не столь уж и глуп.

Зазвонивший мобильник вырвал Якена из утреннего сна. Увидев на дисплее имя Таргариена, он подумал вначале, что проспал свою смену. Однако взглядом оценив обстановку вокруг и поняв, где находится, Х’гар прохрипел в трубку:

– Человек в твоём кабин…

– Немедленно выбирайся оттуда! – Голос Рейегара звенел от напряжения. – Маргери и Тирион вытащили Сансу из особняка, но тем самым разозлили Бейлиша. Насколько я знаю, сейчас в больницу едут «одичалые». Якен, если с Арьей…

– Человек никому не позволит даже коснуться её, – ледяным тоном парировал доктор. Сонливость мгновенно испарилась.

– Хорошо. Я постараюсь помочь вам. Рамси кое-что сделал, и его преступление сыграет нам на руку. Но тебя это не должно волновать. Прячься!

Час был ещё ранний, и потому в больнице царила зловещая тишина. Якен знал, что на каждом этаже оставались дежурить несколько медсестёр, и обойти их было делом первой важности. При угрозе собственной жизни они без раздумий укажут направление, в котором скрылся молодой доктор. Однако Х’гару явно везло: оказавшись на нужном этаже, он обнаружил пухленькую сотрудницу спящей прямо на облезлом диванчике. Женщина чему-то улыбалась во сне, и Якен лишь позавидовал её безмятежной и скучновато-надёжной жизни.

Заворачивая в нужный коридок, мужчина услышал топот ног со стороны лестницы. Одновременно кто-то выскочил из подоспевшего служебного лифта. Зычный голос Костяного Лорда донёсся даже до этого отдалённого места, но Якен уже не вслушивался. Быстро провернув ключ, он влетел в палату Арьи и запер её изнутри. Старк, вскочившая было на кровати, равнодушно опустилась назад и накрыла глаза рукой. То, что она, кажется, пребывала сейчас в спокойном состоянии, играло на руку Якену. Бороться с обезумевшей возлюбленной и при этом оберегать её от «одичалых» было бы весьма непросто.

Внезапно Арья заговорила, негромко и словно ни к кому не обращаясь:

– В «Вестеросе» Варис взял меня под своё крыло, или, точнее, паучье брюшко. Когда его убили, быстро обнаружилась до этого немая и абсолютно невменяемая старушка Тирелл. Как оказалось, эти двое неплохо сработались. Она научила меня простой вещи: всему есть цена. Ещё в детстве я поняла, что выше денег ценится только информация. И когда ко мне пришёл верзила-охранник с просьбой рассказать, какие цветы любит моя сестра, я заключила единственную в своей жизни долгосрочную сделку. Клигану она не очень нравилась, но угрозы во мне он не видел. Вернее, угрозы для собственной жизни. Тогда-то Пёс и начал вверять мне свои и чужие тайны. Про сумасшедшего отца, чьим смыслом жизни было вернуться в какой-то древний орден и доказать свою значимость. Про себя и своего брата, которых папаша мучил всё детство, а после, не добившись желаемого результата, вышвырнул из дома. Про младшую сестру, в экспериментах над которой Клиган-старший преуспел и потому оставил подле себя. Даже назвал своей наследницей. Про боль, которую испытал, когда спустя год после трагедии узнал о её смерти от рук какой-то шайки. А ещё про мужчину с седыми волосами, который так любил посещать поместье, и его сына – черноволосого, с серебряными прядками на висках. Сына, долгое время прячущегося за ложной фамилией, но так гордящегося своими истинными корнями. Пёс сказал, он и после смерти своего безумного старика навещал Клигана и девушку. Сказал, её пошатнувшееся сознание притягивало его.

Понимание сказанного пациенткой затапливало сознание Х’гара. Бейлиш – сын Эйриса Таргариена! Вот о ком говорила в прошлую встречу Арья!

Девушка медленно убрала от лица руку и посмотрела на замершего у дверей Якена долгим тяжёлым взглядом.

– Если бы наследницу Клигана не убили, юный Таргариен остановился бы на ней, и моя сестра нашла бы способ спастись. Но раз Визерис жив до сих пор, а я торчу в этой дыре, значит, её уже не вернуть. Значит, мне не для кого больше существовать в том виде, в котором меня создала природа.

От пустоты в серых глазах Х’гару стало дурно, и он, не задумываясь, выдал страшную правду, уже когда-то сказанную Арье. За одним лишь исключением: в прошлый раз Якен не смог произнести имён.

– Человек знал эту девушку. Любил. Из-за Человека её и убили.

Оша спрыгнула на асфальт и широко зевнула, одним точным ударом тяжёлого ботинка отломив кусок грязи с подножки внедорожника. Звонок Бейлиша поднял её спустя всего два часа сна, и этот факт здорово злил девушку, как и то, что Лорд отправил в числе «шестёрок» и её. Теперь, подходя к огромному, но безвкусному особняку, Оша кипела от гнева.

Петир, весь в кровавых разводах, сидел на ступеньках крыльца и внимательно следил за воротами. Когда четверо «одичалых» во главе с Ошей вошли, он медленно поднялся и с невозмутимым видом принялся разминать руки.

– Затолкайте этого на заднее сидение и отвезите в какую-нибудь больницу, где умеют молчать, – просипел Бейлиш и кивком указал на лежащего без сознания Рамси. – А с девчонкой поступайте, как хотите. Мне на неё плевать.

Оша брезгливо посмотрела на пузырящееся лицо Болтона и кивнула двум сопровождавшим её парням. Те подхватили обмякшее тело и медленно понесли к внедорожнику. Оша же присела рядом с распластаным трупом рыжеволосой девушки. Что-то знакомое было в её вечно спутанной и похожей на огонь причёске. Что-то родное, тянущееся из детства. Перевернув тело лицом вверх, Оша пронзительно закричала.

Ей всегда хорошо давалась двойная игра.

Среди «одичалых» было немало двойных и тройных агентов. Кто-то шептал на ушко миссис Крейн, кто-то выбирал частную работу. Оша знала всё про каждого, потому как сама была не безгрешна. Но одному своему принципу девушка была верна: помни добро, обращённое к тебе. И она помнила. Сколь бы блестящим руководителем ни был Костяной Лорд, какими бы сладкими ни были речи Болтона и каким бы тяжелым ни был его кошелёк, но Оша всегда оставалась верна тому, кто вырастил её как сестру. Вторую младшую сестру. И сейчас, даже сквозь поток слёз, она смотрела на лицо Игритт. Своей мёртвой, хладнокровно убитой названой сестры.

Взгляд, наконец, скользнул куда-то вбок, к ненавистному мужчине, чьё тело покрывала уже запёкшаяся кровь. Кровь, которая заливала газон вокруг Игритт.

– Ты убил её, – не узнавая собственного голоса, просипела Оша. – Убил!

– Не я, а Рамси, – скривился Бейлиш, продолжая разминать плечи. – Девчонка помогла сбежать пленникам. Она сговорилась с Рейегаром, не иначе. Так что смерть стала для неё спасением от моего гнева.

Оша отшатнулась, словно лицо ей обожгла сильная пощёчина.

– Бросьте его, живо! – нечеловеческим голосом закричала она, повернувшись к тащившим Болтона «одичалым». Те в мгновение ока разжали пальцы и отступили в стороны. Приказы их учили выполнять с первых дней.

– Что ты творишь, дура?! – сипло воскликнул Петир, но что-то во взгляде Ошы остановило его. Девушку трясло.

Лишь когда пальцы привычно набрали выученный наизусть номер, «одичалая» поняла, кому звонит. После нескольких бесконечных гудков на другом конце раздался довольный голос:

– Эй, у вас же раннее утро! Ты чего не спишь?

– Т-тормунд, – шёпотом произнесла Оша. Из широко распахнутых от страха и горя глаз вновь текли слёзы. – Они убили Игритт.

Арья слегка наклонила голову, тем самым проявляя максимально возможный для её состояния интерес.

– Значит, из-за тебя?

– Да. – Якен прислушался к голосам за стеной. Костяной Лорд всегда имел почти сверхъестественное чутьё и верно находил дорогу. Сейчас его рык доносился прямо за дверью. – Человек должен был кое-что сделать, но привязался к девушке и отказался. За это его наказали.

Кто-то принялся настойчиво выламывать дверь и пытаться выкрутить ручку, как вдруг раздался телефонный звонок. Якен, сжимая в кармане наспех схваченный из кабинета нож, прислушался. Однако Арья не отставала.

– Так ты раньше был из наёмников?

– Да.

– А потом?

– Потом девушка умерла, а Человек нашёл смысл в том, чтобы помогать людям, а не убивать их.

Старк засмеялась, и на миг в коридоре стихли все голоса. Якен же, не отрываясь, смотрел в серые глаза. Смех девушки заставил его окунуться в прошлое с головой. Почему ты смеёшься, милая? Ты же не помнишь меня, так откуда тебе знать, вру я или нет? Ему почему-то показалось, что такая реакция связана с его враньём, однако Арья мыслила иначе.

– Помогать людям? В этом твой смысл существования? Жить ради всех?

Лорд вдруг громко заговорил, и на миг сквозь толстые стенки донёсся его вопль «Игритт?!».

– Не совсем. Человек нашёл ту, ради которой он стал лучше.

– Но она же умерла, ты сам сказал.

– То была первая влюблённость. Своё истинное спасение Человек нашёл в другой. – Якен с болью посмотрел на лицо Арьи. – И она жива, хоть и безумно далеко от него.

Девушка поднялась с постели и медленно стала подкрадываться к Якену. Что-то неуловимо изменилось в ней, и внезапно Х’гар увидел свою подопечную такой, какой она являлась сейчас: без вспышек агрессии, без приступов гуманизма или отрешённости.

– Твоя проблема в том, доктор, что ты думаешь, будто сможешь вылечить меня своим опытом. Достучишься до сокровенных воспоминаний, надавишь на любовь к семье. Вот только что, если воспоминаний нет? Что, если любви нет, а лицо сестры навевает неимоверную скуку? Думаешь, твоя любовь меня вылечит? Так вот знай: я не хочу становиться другой, ведь я уже здорова.

За дверью стихали шаги «одичалых», возвращающихся к себе в логово. А в крошечной палате, пригвожденный тяжёлым взглядом любимых глаз, стоял Якен и понимал, что, возможно, никогда не достучится до той, что так любил.

***

Лианна проснулась от странного шума, доносящегося с первого этажа. Солнце, словно почуяв беду, скрылось за чёрной тучей. Взволнованно повернувшись и не обнаружив рядом с собой Рейегара, женщина схватила с кресла халат и побежала на звук голосов. Кто-то рыдал, кто-то на кого-то кричал, и от этого хора Лиа готова была сама завыть. Всё это напоминало ей собственные сны. В них тоже всегда звучало слишком много голосов, что-то пытавшихся рассказать, донести, напомнить…

Замерев на лестнице, Лианна прислушалась. Шум доносился из кабинета Рейегара. Решительно шагнув в его сторону, женщина вдруг врезалась в кого-то.

– Лиа! – Таргариен, широко распахнув глаза, прижал к себе возлюбленную. – Пожалуйста, принеси из комнаты мой ящик с медикаментами и инструментами.

Вернувшись в спальню, Старк решительно взяла в руки тяжёлый саквояж, но вдруг взгляд её упал на собственный халат. На талии, там, куда легли руки Рейегара, блестели кровавые пятна. Почувствовав дурноту, Лиа со всех ног побежала вниз. Таргариен ждал её на нижней ступени лестницы.

– Что это?! – дрожащим от волнения голосом спросила Лианна, указав на окровавленные руки жениха и прижимая к себе медикаменты в ожидании ответа.

– Родная… – Голос Рейегара стал тихим и нежным. – Я всё расскажу тебе, но только позже. Прошу, отдай мне это. И, молю, вернись на второй этаж.

Забрав сумку, мужчина скрылся в своём кабинете. На миг в приоткрытой двери показалась мужская фигура, лежащая прямо на рабочем столе. Незнакомец был повёрнут лицом к окну, но что-то неуловимо знакомое угадывалось в линии его безвольно висящих рук, окровавленного торса и тёмных взъерошенных волосах…

Лианна рванула к двери прежде, чем Рейегар успел закрыть её на ключ. Ворвавшись в кабинет, Лиа мельком заметила лежащую на диване черноволосую девушку, чьи руки сжимал в своих карлик, и Маргери, вытирающую кровь с распростёртого на столе мужчины. Легким движением медсестра повернула его голову, чтобы избавить от подсохшей корочки другую щёку. Взгляд Тирелл скользнул к застывшей в дверях Лианне и наполнился животным ужасом. Она попыталась прикрыть собой умирающего, но смысла в том уже не было.

Лиа судорожно вздохнула. Сильные руки Рейегара схватили её, попытались оттащить, но внезапно прекратили свои попытки, стоило в затихшем кабинете прозвенеть одному-единственному слову:

– Джон?..

Шум, что так назойливо сопровождал её уже много месяцев, затих. Воспоминания, подобно прорвавшей дамбу воде, нахлынули на сознание. Лианна, захлёбываясь в рыданиях, бросилась к телу своего сына.

Комментарий к Вспомни

Музыкальное сопровождение: Marilyn Manson – Sweet Dreams; Marilyn Manson – KILL4ME

Жутковатый, но атмосферный вариант Сансы/Алейны: https://i.pinimg.com/originals/3e/a8/c4/3ea8c41c86413b7d0d68c2c26b09005a.jpg

*перевод: https://www.amalgama-lab.com/songs/m/marilyn_manson/sweet_dreams.html

**Салли из м/ф “Кошмар перед Рождеством”: http://europaplustv.com/upload/76/7699cd4073aabcd9654fe824f7849544.jpg

========== В объятиях тихой мести ==========

О злая Ненависть, ты – бочка Данаид,

Куда могучими и красными руками

Без счёта ведрами всечасно Месть спешит

Влить кровь и реки слёз, пролитых мертвецами;

Но тайно Демоном проделана дыра,

Откуда льются кровь и пот тысячелетий,

И вновь живут тела, истлевшие вчера,

И расточают вновь их кровь твои же плети.

Ты – горький пьяница под кровлей кабака,

Чья жажда лишь растёт от каждого глотка

И множит головы свои, как гидра Лерны.

– Но счастлив пьяница, его сразит вино.

Тебе же, Ненависть, о горе, не дано

Забыться под столом в углу глухой таверны.

Шарль Бодлер «Бочка ненависти»

Когда рыдающая женщина повернулась к нему лицом, Тирион неосознанно рванул вперёд. Имя Арьи почти сорвалось с его уст, и лишь странно замершая в его руках Санса заставила карлика уменьшить свой пыл и присмотреться. Тёмные, с нитями седины волосы, небольшие морщинки на взрослом лице. Чем дольше Тирион наблюдал за Лианной, теперь уже рыдающей на груди у Джона, тем больше видел отличий тётки от своей племянницы. Однако вскоре ему пришлось осознать, насколько малы были эти различия.

Прибывший через десять минут хирург, старый друг Рейегара, настойчиво попросил всех покинуть кабинет. Осталась лишь Маргери, вызвавшаяся ассистировать при операции. Рей, подхватив свою возлюбленную под руки, мягко повёл её в гостиную. Тирион, помогая ослабевшей Сансе переставлять дрожащие ноги, отправился следом, бросив напоследок настороженный взгляд в сторону Джона. Обескровленное лицо парня вызывало слишком яркую ассоциацию с другим мужчиной, некогда лежащим так же на ледяном столе в центральном морге. Тогда Ланнистер был младше мальчишки Старка, и вид мёртвого Эддарда привёл его в ужас.

Отбросив ненужные мысли, Тирион сделал несколько небольших шагов в сторону гостиной, за дверями которой только что скрылись хозяева дома. Санса, больше похожая на сломанную куклу, шаркала ногами по полу. Оказавшись у входа в комнату, молодые люди одновременно коснулись пальцами ручки двери, но внезапный крик буквально впечатал их в противоположную стену.

– Это всё ты! Соврал, бросил, стёр из своей жизни, не отвечал на письма и звонки! Я же говорила тебе о сыне, писала, но нет, ты плевал на нас! А теперь стоишь здесь передо мной, неприкаянный, изображаешь любящего отца и супруга! Я ненавижу тебя, ненавижу, ненавижу! Ты его убил, это твоя вина!

Крик Лианны был настолько громким, что в один момент Тириону показалось, будто кто-то с силой принялся надавливать на его барабанные перепонки. Санса же, до этого молчаливая и медлительная, вдруг широко раскрыла глаза и, зарыдав, осела на пол. Карлик, испугавшись за её и без того сломленный дух, с силой потянул девушку за собой к ближайшей двери. За ней оказалась гостевая спальня. Полки и пустые шкафы были покрыты тонким слоем пыли, но это мало волновало Ланнистера. Плотно закрыв дверь, чтобы голоса из гостиной не долетали до чуткого слуха Сансы, Тирион бережно уложил возлюбленную на кровать.

– Х-холодно, – вдруг прошептала Старк и покосилась на вязаное покрывало, лежащее в её ногах. Тирион, мгновенно среагировав, накрыл им девушку и, забравшись на кровать, обнял дрожащие плечи.

– Нет, – еле слышный шёпот сорвался с бледных губ Сансы, – иди ко мне.

Отогнув край одеяла, Тирион прижался всем телом к подавшейся навстречу Пташке. Её трясущиеся губы легко коснулись шрама на заросшей щеке и замерли.

– Я всё ещё вижу, как ты умираешь… Твоя кровь заливала подол того белоснежного свадебного платья. А потом пришла она и почти на год заняла моё место. Сидя там, на задворках сознания, единственной подвластной мне мыслью было твоё имя.

Не в силах выносить боль, которой было пропитано каждое слово Сансы, Тирион обхватил её лицо руками и принялся осыпать поцелуями. Подбородок, щёки, веки, губы – он не пропускал, казалось, ни одного сантиметра. И тихий тонкий голосок, шепчущий слова любви, лишь усиливал и без того безграничную нежность.

– Я рядом, – короткий выдох прямо в губы. – Сейчас, завтра, всегда и навечно. Я не отпущу тебя, слышишь? Никогда, Санса, никогда.

Мужчина не помнил, чьи именно слёзы он чувствовал на языке – Сансы ли или свои собственные. Не помнил, как провалился в сон. Крики, доносящиеся теперь из коридора, не смогли разрушить это воссоединение.

Очнулся Тирион на закате. Комната была наполнена багровым светом, льющимся в распахнутое окно. Сансы рядом не было, однако за дверью ванны кто-то громко всхлипывал. Жужжащий звук, разбудивший мужчину, шёл оттуда же. Не помня себя от страха, Ланнистер рванул к ванной комнате. Сделав шаг на кафельный пол, он с ужасом отпрянул от открывшейся ему картины.

***

До боли закусив губы, Маргери слушала. Проведя несколько часов над умирающим пациентом, она вдруг остро ощутила, насколько короткой может быть жизнь. То, что удалось вытащить Джона практически с того света, да ещё и вне стен операционной, полагаясь лишь на опыт врача, было чудом. Выйдя на ватных ногах из кабинета, не спавшая больше суток Маргери первым делом направилась к Рейегару и Лианне, чтобы сообщить им хорошую новость: их сын выживет. Однако Лиа, услышав это, молча побежала в комнату к Джону и заперлась изнутри. А Рейегар… Рейегар рассказывал.

Он сидел под дверью кабинета и говорил о причинах собственных поступков. Об отце, издевающимся над ним, об ужасном браке и сумасшедшей супруге, о её угрозах в адрес Лианны. Маргери, сидящая на верхних ступенях лестницы, вне поля зрения Таргариена, слушала, и слёзы медленно затекали за ворот её свитера. Она знала, каково это – жить в вечном страхе. Да, детство Маргери было полно родительской ласки, красивых нарядов и загородных резиденций. А бабушка, что души не чаяла в ней! Но однажды пришёл человек, убивший всю семью. Маргери пряталась в шкафу и видела в щель между створок, как он ломал Оленне пальцы, скручивая с них перстень за перстнем. Самый главный, нужный ему, незнакомец оставил напоследок. От жестокости, с которой он расправлялся с больной старушкой, Маргери заплакала. И незнакомец услышал. От его кривой ухмылки и маниакального блеска в глазах юную Тирелл воротило до сих пор.

– Зови меня Петиром, малышка, – прошептал он ей тогда на ухо. – Твоя драгоценная бабуля ещё нужна мне. Жаль, рассудок бедняжки помутился от возраста. Но ничего… Ты присмотришь за ней, а я предоставлю вам обеим прекрасный новый дом. Ты даже получишь работу.

Лишь позже, оказавшись в «Вестеросе», Оленна открыла внучке тайну – она знала, кто именно за ней идёт, и заранее позаботилась о статусе сумасшедшей. Тогда-то Маргери и узнала об ордене и о том, чем занималась старушка Тирелл, когда её любимая внучка ложилась спать под звуки колыбельной.

Лианна не издавала ни звука и не открывала дверь. Лишь в конце рассказа, когда Рейегар, всегда такой сдержанно-холодный, буквально скрёб ногтями металлическую ручку, Старк рыкнула из кабинета: «Убирайся!». Лишь дурак не услышал бы в этом крике боль предательства. Нет, Лиа не готова была так скоро простить любимого и одновременно ненавистного человека. Забвение дало Рейегару год, чтобы насладиться лаской и страстью желанной им женщины, но пришло время отвечать за свои поступки.

Когда дыхание Таргариена выровнялось, Маргери тихо спустилась вниз и, переступив через свернувшегося на полу доктора, поскреблась в дверь.

– Лианна, это я, – негромко произнесла она. Щёлкнул замок, и в проёме появилось осунувшееся лицо Старк. Казалось, за эти часы она постарела на десять лет. В серых, потухших глазах читался страх.

– Лиа, – мягко начала Маргери, зайдя в кабинет и закрыв за собой дверь, – ты должна отдохнуть. Джон поправится, будь уверена. Ты не поможешь ему, если изведёшь себя до полусмерти. Ему нужно встретиться с живой и здоровой матерью, а не её тенью.

Несколько минут в комнате царило молчание. Лианна ласково перебирала отросшие волосы сына, что-то тихо напевая. Кажется, это была детская колыбельная. Маргери, понимая, что больше сделать уже ничего не может, тихо села на диван и принялась читать оставленные врачом записи. Наконец песня закончилась, и Лиа, легонько сжав ладонь Джона, направилась к двери.

– Он не врал, – неожиданно для себя сказала юная Тирелл. – Рейегар говорил правду. Поверь, такой рассказ не придумать даже при наличии самой богатой в мире фантазии. Я знала про некоторые эпизоды из его жизни, но только те, в которые Рей меня посвятил. Этот орден, он…

– Я знаю, что они из себя представляют, – резко оборвала её Лианна. – Нед рассказывал мне всё, несмотря на юный возраст. Он понимал, насколько опасно и, в то же время, почётно состоять там.

– Нет, ты не знала, – шёпотом ответила Маргери. – Твой брат был другим. Старки никогда не были в восторге от старых принципов ордена, да и новые их мало радовали. То, что бабушка отдала бразды правления Эддарду, было сделано не просто так. Она верила и хотела перемен. Но не всем это нравилось. Я знала людей, которые истязали собственных детей ради этой чёртовой чистой крови. И Бейлиш, будучи подопытным, сам потом превратился в чудовище. Лианна, на гербе Таргариенов был изображён трёхголовый дракон. Все поколения этой семьи стремились обзавестись тремя отпрысками, чтобы благословение рода пало на них. Родители Рейегара не стали исключением. Точнее, его отец. Один сын был рождён не в браке, но от этого стал любимее двух других детей. И его ты должна ненавидеть, но не Рейегара. Он единственный смог сохранить хотя бы подобие человечности. Да, он творил страшные вещи и при этом не кривился. Но то было выживание. Ему это не нравилось, а Петир… Визерис испытывал удовольствие.

Лианна молча выслушала девушку и, вежливо пожелав спокойной ночи, скрылась в тёмном коридоре. Некоторое время спустя в кабинет вошёл Рейегар и, грустно улыбнувшись, склонился над сыном.

– Спасибо за эти слова, Маргери, но тебе не стоило вмешиваться. Я немногим лучше своего брата. Хорошо, что Джон не взял от моей семьи практически ничего.

– Вы знали про Визериса?

Фиолетовые глаза насмешливо уставились на медсестру.

– Разумеется. Моя фамилия, хоть и была вычеркнута из списка лучших, всё же оставалась громкой для определённых людей. Когда Бейлиш плотно взял меня за горло, внезапно объявилась некая миссис Крейн. Она очень хотела, чтобы я стал её глазами и ушами под носом у Петира, и потому сделала всё возможное для этого. Она достала тогда для меня много информации, только вот про одну семью так и не смогла…

Мужчина с болью посмотрел на сына и накрыл его тонким одеялом.

– Ладно, извини, не буду нагружать тебя, – прокашлявшись, произнёс Рейегар. – Ты не хочешь спать?

– Нет, – покачала головой Маргери. – Несколько часов продержусь. Вам это нужнее. Если что, посплю здесь.

– Я напишу Якену, попрошу приехать. Заменит тебя, заодно увидится со всеми.

– Да, ему это необходимо.

Дом медленно погружался в сон. Из гостевой комнаты, где обосновались Тирион и Санса, доносились приглушённые голоса и плач. Маргери безумно хотела обнять подругу, но чутьё подсказывало: сейчас не время и не место. В ближайшие часы Санса принадлежала только Тириону.

Закрыв дверь за ушедшим Рейегаром, юная Тирелл подошла к Джону. До этого мирно спящий, он внезапно принялся метаться. На лбу выступил пот, а бледные губы что-то неслышно произносили. Склонившись к самому лицу Старка, Маргери прислушалась и различила единственное слово:

– Игритт…

Трубка капельницы выскочила от очередного резкого движения, и девушка, вернув её на прежнее место, увеличила дозу обезболивающего. Не придумав ничего лучше, Маргери принялась тихо напевать. Она ходила по кабинету, рассматривая стоящие на полках книги и награды, вертела в пальцах дорогие статуэтки. Прилипчивая популярная песня сменялась партией из мюзикла, следом шла детская считалочка. Вернувшись к столу, Тирелл поправила сползшее одеяло и устало выдохнула. Сон начинал стремительно одолевать её, но едва успокоившийся Джон не внушал спокойствия. Девушка села рядом с ним и подпёрла щёку ладонью. Другая рука стала бесцельно перебирать волосы Старка. Так продолжалось несколько минут, пока Маргери, повернув голову, не столкнулась взглядом с серыми уставшими глазами.

Смущённо откашлявшись, она отдёрнула руку от волос Джона, но тот, казалось, не заметил этого. Его растерянный взгляд скользил по лицу Тирелл, что-то отчаянно выискивая.

– Ты не Игритт, – почти беззвучно прошептал Старк, с силой разлепляя сухие губы.

– Нет. – Девушка убрала несуществующий волос с покрывала. Осознание, что из-за её действий погибла рыжеволосая «одичалая», жгло изнутри. – Я Маргери. Игритт умерла, Джон. Её больше нет. Мне жаль.

Серые глаза медленно закрылись. Старк, повернув голову на бок, уткнулся лбом в ладонь Маргери и, судорожно вдохнув, уснул.

***

Чёрные длинные локоны лежали вокруг стоящей у зеркала Сансы. В дрожащей руке девушка держала машинку для стрижки. На углу раковины, усеянной волосами, лежали маникюрные ножницы. Тирион, замерев, смотрел на отражение своей возлюбленной. От жужжания и всхлипов у него кружилась голова.

– Убери их! – внезапно крикнула Санса, повернувшись лицом к вошедшему. По её впалым белым щекам текли слёзы, а синяки под глазами казались темнее, чем несколько часов назад. – Я не хочу их видеть! Алейне нравился чёрный цвет, а Рамси любил… любил тянуть за волосы, рвать их. Я не хочу, не хочу больше их видеть!

Взвизгнув, девушка отбросила в сторону включенную машинку и села на пол. Ланнистер смотрел на проплешины на её голове и молча тряс головой, словно пытался отогнать чудовищную картину.

– Тирион! – Санса умоляюще протянула разодранные руки со следами ногтей. – Я чувствую его прикосновения по всему телу. Я готова содрать с себя кожу, лишь бы не помнить…

Решение пришло настолько неожиданно, что Тирион не успел ему удивиться. Мягко, но настойчиво потянув на себя Сансу, он поднял её на ноги и, придвинув стоящий у стены стул, усадил на него. Девушка молча ждала, изредка всхлипывая. Карлик принялся исследовать все ящики в поисках ножниц для стрижки, но, как назло, их нигде не было.

– Лианна? – раздался тихий голос юной Старк.

Лиа стояла в дверном проёме, невозмутимо осматривая ошмётки волос. Развернувшись, она скрылась в коридоре, но почти сразу вернулась обратно, держа в руках ножницы.

– Да, для начала их нужно срезать, чтобы было удобно сбривать, – спокойно произнесла Лианна, закатывая рукава своего халата. – Тирион, пожалуйста, набери пока горячую ванну, а я помогу племяннице. Милая, расскажи нам обо всём. Мы рядом, больше тебе нечего бояться.