Текст книги "Игра в невесту (СИ)"
Автор книги: Hellic
сообщить о нарушении
Текущая страница: 24 (всего у книги 45 страниц)
«Где же ребенок?»– спросила я, обращаясь к мужчине. Тот лишь пожал плечами, забирая из моих рук пустой свёрток. Когда он бросил его за свою спину, я ошарашенно захлопала глазами, – «Стас, что ты делаешь?»
Мужчина приложил свой палец к моим губам, принуждая замолчать.
«Не называй моего имени…»– попросил он, притягивая меня к себе за подбородок.
Я хотела ещё что-то сказать, но из-за спины Стаса показалась блондинка, лица которой я не смогла разглядеть. Обняв мужчину за плечи, она принялась целовать его шею, заставив меня выпучить глаза от шока. Открыв рот, я не смогла произнести ни слова, только охнуть. Стас не отталкивал блондинку, а, наоборот, отвечал на её ласку, ставив девушку рядом со мной. Его губы жадно посасывали её губы, а руки раздевали. С квадратными глазами я наблюдала за всем этим, но когда Стас свободной рукой стал тянуть меня к себе, я резко отпихнула его, убегая назад.
Я вскочила с постели в холодном поту. Остатки сна всё ещё вертелись в моей голове, не покидая. Несколько секунд я сидела неподвижно, но потом всё-таки решила не придавать значения обычному сну, к тому же мне сейчас были противопоказаны какие-либо волнения, которых и так было немало.
«Я ведь даже лиц толком не разглядела. Простой бессмысленный сон»– думала я, отмахиваясь от назойливых мыслей.
Я встала с кровати и подошла к зеркалу, разглядывая свой сонный внешний вид. Растрёпанные волосы и полуоткрытые глаза, которые были красными от слёз. Я немного приподняла свою футболку, оголяя живот. Хоть его ещё не было видно, но внутри меня бушевало очень необычное чувство. Тот факт, что у меня скоро будет ребенок, заставлял не сдаваться и идти вперёд хотя бы ради будущего сына или дочери.
Незаметно для себя я слабо улыбнулась, гладя свой пока ещё плоский живот. В комнату, предварительно постучав, зашла тётя Оля. Заметив меня за очень интересным занятием, она заулыбалась.
– Как ты думаешь, это будет мальчик или девочка? – подходя ко мне, спросила она.
– Не знаю, – пожала плечами я, оборачиваясь, – Главное, чтобы ребенок был здоров, и Стас его увидел.
Мы с тётей синхронно выдохнули.
– Я вчера разговаривала по телефону с матерью Стаса, – начала тётя, – Она очень подавлена. Один сын сидит в тюрьме, а другой на грани смерти. Да ещё и муж под арестом. Она может потерять всех и сразу.
Я опустила глаза, понимая, в каком сейчас состоянии Марина Дмитриевна и как ей плохо. Тётя подошла ко мне, крепко обняв.
– Она сейчас должна будет поехать в больницу. Езжай вместе с ней, – посоветовала тётя. Я кивнула, изо всех сил сдерживала слёзы, которые уже вот-вот польются из моих глаз.
Собрав всю волю в кулак, я поехала в больницу, где действительно уже была Марина Дмитриевна. Она с самого утра сидела около палаты, где лежал Стас.
– Доброе утро, – негромко произнесла я, садясь рядом с ней. Окинув меня утомленным взглядом, Марина Дмитриевна кивнула, – Вы давно здесь?
– С восьми, – ответила Марина Дмитриевна, поворачивая голову в мою сторону, – Ничего не изменилось, – тяжело вздохнула она, как бы предвидя мой следующий вопрос, – Я записала тебя к своему гинекологу. Очень хороший врач. Он осмотрит тебя и скажет, всё ли в порядке с ребёнком.
– Хорошо, – согласилась я, опуская глаза на свой живот.
Из палаты, где лежал Стас, вышла медсестра, и я резко вскочила со стула.
– Можно его увидеть? – я с мольбой посмотрела на неё.
– Девушка, а вы кем являетесь больному? – оглядывая меня, спросила медсестра.
– Жена! – не задумываясь, ответила я, – Я его жена!
– Можно ваш паспорт? – выставляя перед собой ладонь, попросила девушка в халате.
– Да, конечно, – достав из сумки свой паспорт, я протянула его девушке. Полистав страницы, она удивлённо посмотрела на меня.
– Но у вас нет печати о браке…
– Я гражданская жена, – быстро поправила я, и медсестра покачала головой, отдавая мне паспорт обратно.
– Нельзя. Дозволено лишь прямым родственникам. Вот, например, мать, – кивая в сторону Марины Дмитриевны, сказала девушка и развернулась, чтобы уйти.
Воспользовавшись тем, что она отвлеклась, я быстро шмыгнула к двери в палату.
– Девушка! Туда нельзя! – мне в спину закричала медсестра, но я уже стояла в дверном проёме. Мои глаза широко распахнулись от увиденного, и я замерла.
На больничной койке лежало обездвиженное тело Стаса, к которому были подсоединены множество трубок и проводов. На его бледном, как смерть, лице была маска, через которую в лёгкие поступал кислород. Я подняла глаза на кардиомонитор, на котором был едва заметен сердечный ритм. И тут я поняла, что Стаса от смерти отделяет лишь этот аппарат, к которому он подключен через маску, а так бы он уже давно перестал дышать, а сердце остановилось.
Я стояла с каменным лицом и, казалось бы, уже вросла в пол, но какой-то мужчина за локоть оттащил меня в коридор, усадив на стул.
– Девушка, я же говорил вам, что нельзя входить в палату к больному, – склонившись над моим лицом, тяжело вздохнул мужчина в белом халате, – Болезнь заразна, а вы к тому же ещё и беременны.
– Он не дышит… – себе под нос пробормотала я, всё ещё не отходя от увиденного, – Стас не дышит…
– Дайте девушке успокоительного, – обращаясь к медсестре, сказал врач, – И следите, чтобы никто больше не входил к больному в палату.
– Хорошо, Игорь Евгеньевич, – кивнула медсестра, садясь рядом со мной, – Если вы будете так нервничать, то может случиться выкидыш. Будет лучше, если вы полежите пока у нас на сохранении. Так будет лучше и для вас, и для ребёнка. Да и спокойнее будет.
Всё было, как в тумане. Я не слышала, о чём она говорила, не слышала слов матери Стаса. Но чуть позже поняла, что она согласилась, чтобы я легла на сохранение, и теперь меня отправляют в родильный дом.
– Алиса, так будет лучше для всех, – прощаясь, сказала Марина Дмитриевна, – Ты перенервничала. Тебе нужен покой. За тобой присмотрят самые лучшие специалисты.
Я ничего не ответила, только устало вздохнула, прикрывая глаза.
– Что будет с компанией? – шёпотом спросила я.
– Я всё решу. Ты только не волнуйся, – касаясь моего плеча своей ладонью, ответила Марина Дмитриевна, – Тебе станет легче, тогда и посмотрим. А пока я всё буду решать сама. К тому же там есть Лиза и этот иностранец, который теперь тоже часть компании.
Гости
Я пролежала на сохранении около трёх недель, может чуть больше. Особо ничего не изменилось, разве что меня обследовали врачи и я чудом не потеряла ребенка от очень сильного стресса. Меня пичкали успокоительными, из-за которых я не могла больше нервничать, и жизнь заиграла новыми красками – чёрно-белыми. Мне ничего не было интересно, и даже навещавшие Карина и тётя Оля не смогли поднять мне настроение. Всё было однообразно и скучно. Казалось бы, я впала в депрессию и больше не хотела жить.
Наступила зима. Все дороги завалило снегом, и ребятишки за окном уже во всю лепили снеговиков, снежные крепости, катались с горок. С каменным лицом я сидела на подоконнике, наблюдая за ними. Мои руки лежали на животике округлой формы, который я с трепетом гладила.
«Скоро и у меня появится такой маленький малыш»– думала я, и эта мысль заставляла меня хоть немного улыбаться.
Послышался щелчок двери, и я обернулась. В пороге стояла тётя Оля.
– Привет… – слабо улыбнулась я.
– Привет, родная. Сегодня поедем домой, – оповестила меня тётя, целуя в щёку, – Ты готова?
– Да. А то я уже устала здесь находиться.
– Лис, ну ты же понимаешь, что у тебя была угроза выкидыша. Нельзя было так рисковать твоим здоровьем и здоровьем малыша.
– Я понимаю, – слезая с подоконника, кивнула я, – И я уже соскучилась по твоей домашней еде.
– Я с утра нажарила твоих любимых булочек с корицей, вчера борщ сварила, – сказала тётя, – Кстати, вчера ко мне приходила Марина Дмитриевна. Мы с ней чаю выпили, побеседовали.
– Что-то известно про Стаса? – сухо спросила я, хотя внутри бушевало волнение. Тётя покачала головой.
– Марина Дмитриевна сказала, что всё без изменений, – ответила она, утаив от меня правду, что Стасу стало только хуже. Никакие лекарства не помогали, и он уже был ещё на шаг ближе к смерти.
– Ясно, – вздохнув, я опустила глаза.
– Собирайся, Лиса. Поедем домой.
– Тётя, а почему ты сегодня не на работе? – спросила я, когда мы сели в машину такси, – От скуки я посчитала твой график и поняла, что сегодня ты работаешь.
– Мне дали новую работу, – ответила она, – Теперь я работаю в платной клинике и получаю хорошую зарплату.
– Марина Дмитриевна? – догадалась я, услышав о хороших условиях и зарплате. Тётя хотела начать отнекиваться, но потом всё-таки призналась.
– Да. Это она меня устроила.
– Ясно. Так вы теперь с ней подруги? – со скептическим смешком спросила я.
– Она просто нам помогает.
– Потому что чувствует вину, – фыркнула я, отворачивая голову.
– Даже если и так. Почему я должна отказаться?
– Ты ничего никому не должна. К тому же я покамест не работаю. Нужно же на что-то жить.
– Вот именно.
– А Марина Дмитриевна говорила что-то о компании?
– Она просила, чтобы когда тебя выпишут, ты съездила в офис и всё проверила, – ответила тётя.
– Да. Она мне говорила об этом. Я думала, может что-то ещё…
– Нет. Она нам и так хорошо помогает. Оплачивает лечение, врачей, нашла мне хорошую работу, о тебе заботиться.
– Да, Марина Дмитриевна действительно один раз ко мне заезжала. Мы говорили о Стасе, о компании. О том, что будет дальше… – опустив глаза, я тяжело вздохнула.
– Если вдруг случится непоправимое, то ей придется продать самую крупную фирму, ведь вести бизнес сразу в нескольких компаниях Москвы в одиночку будет очень сложно. Марина Дмитриевна и так еле справляет с менее крупными предприятиями. Теперь нет ни мужа, ни сыновей. Если она останется совсем одна…
– Никаких «если»! – резко подняв взгляд на тётю, нахмурилась я, – Стас выздоровеет, и всё станет на круги своя.
– Дай бог, – со вздохом произнесла тётя, – Дай бог он увидит своё дитя.
Машина остановилась, и мы, расплатившись, вышли. Сильный ветер тут же хлестнул по лицу, и я, натянув на голову капюшон, поспешила в дом. Тётя побежала следом, укрываясь от назойливого ветра, смешанного со снегом. У самой двери я остановилась, ожидая пока тётя откроет дверь своим ключом. На мою ладонь упала снежинка, которое в мгновенье растаяла, оставив на моей ладони воду.
– Проходи, не мёрзни, – тётя поспешно открыла дверь, впуская меня вовнутрь, – Я сейчас заварю горячего чаю. Нужно согреться.
На следующий день я была вынуждена взять себя в руки и, забыв о всех переживаниях и проблемах, поехать в офис компании «Габворд». Строгий деловой костюм, обтягивающий мой небольшой животик, высокий хвост и макияж, подчёркивающий строгость моего образа. Сегодня я была абсолютно другим человеком, которому нужно было заменить Стаса и справиться со всеми его обязанностями в компании.
«Я просто не могу подвести Стаса и Марину Дмитриевну»– твердила я у себя в голове, переступая порог офиса. Ни меня, ни Стаса не было здесь около месяца. Многое поменялось за время отсутствия Стаса. Теперь в компании хозяйничала Лиза, руководя ею вместе с Оливером. Но не тут то было…
– Здравствуйте, Алиса Вадимовна, – поприветствовала меня Алёна, стараясь скрыть удивление со своего лица.
– Доброе утро, – холодным тоном ответила я, шагая в кабинет, принадлежащий Стасу.
Мои уверенные шаги тут же привлекли всеобщее внимание, и уже у дверей я встретилась с Лизой.
– Неужели теперь ты будешь управлять компанией? – хмыкнув, спросила она, окидывая меня презрительным взглядом.
– Это временно. Стас поправится, и тогда всё станет на свои места, – ответила я.
– Ну-ну. От туберкулёза мало кто излечивается, тем более от латентной инфекции.
– Замолчи! – с гневом выкрикнула я, сжимая дверную ручку, – Разве ты не говорила о своей бесконечной любви к Стасу? Где она теперь, когда ты уже похоронила его?
Лиза открыла рот, чтобы что-то ответить, но на её плечи легли тяжёлые руки Оливера.
– О чём спорите, девчонки? – улыбаясь, произнес он, поглядывая на меня, – Как там твой жених? Недавно в компанию приходили журналисты. Было много вопросов…
– Я на всё сама отвечала, – перебила его Лиза, – Ты ведь чуть не потеряла ребенка. Сочувствую тебе.
– Себе посочувствуй! – хлёстко отрезала я, поджимая губы, – С ребенком всё в порядке. Надеюсь, что ты рассказала об этом прессе.
– Новость о смертельной болезни Гордеева разлетелась по всему интернету. Все уже раздумывают, кто продолжит его дело, когда отец и брат сидят в тюрьме. Ты, что ли?
– Тебя это не должно волновать! – всё с той же грубостью ответила я, – Займись делами компании. Сейчас я как раз собираюсь проверить, как идут дела за время отсутствия Стаса.
– Всё замечательно, – надменным тоном хмыкнула Лиза, – Продажи растут. Мы с Оливером отлично справляемся.
– Рада слышать. Не думаю, что Стас был бы рад, если бы вы угробили компанию за месяцы его отсутствия, – распахнув дверь, я сняла верхнюю одежду и расположилась на стуле Стаса, – А теперь можно мне отчёт за прошлый месяц?
– Алёна, принеси, – приказным тоном сказала Лиза, слегка оборачиваясь, – Сейчас всё будет. Но можешь не сомневаться в том, что у нас всё в порядке.
– А пиар компании? Как с ним дела?
– Я великолепно делаю свою работу. А Оливер справляется с клиентами, – невозмутимо ответила Лиза, поглядывая на Оливера, – Мы профессионалы своего дела, поэтому знаем, что и как нужно делать.
– Чудесно. А теперь приступайте к самому этому делу, – кивая головой в сторону двери, сказала я.
– А ты разберёшься с… – хотела было спросить Лиза.
– Можешь не сомневаться! – перебила её я, откидываясь на спинку стула, – Я своего жениха не подведу, – гордо сказала я.
– Ладно. Тогда пойдём, Оливер, – насупив свои нос и лоб, буркнула Лиза, и они с Оливером покинули кабинет, оставив меня наедине со своими мыслями. Наконец я могла убрать эту невозмутимость со своего лица. Всё это было ну очень сложно. Сложно было сдерживать себя, свои эмоции. Сложно держать себя в руках, когда речь идёт о больной для меня теме.
«Не представляю, как Стасу удавалось сохранять спокойствие и безразличность, когда на душе скребут кошки. Я вот-вот сойду с ума, находясь наедине с собой».
Мои мысли прервал звук открывающейся двери. Подняв голову, я встретилась взглядом с недругом Стаса, которого хорошо знала в лицо.
– Роман? Здравствуйте, – поднимаясь из-за стола, произнесла я.
– Можешь не вставать, – махая рукой, он сел на диван снял с себя куртку, – Я пришёл поговорить.
– Если вы не знаете, то Стас…
– Об этом знают все, – не дал мне закончить Роман, – Твой, так называемый, женишок лежит при смерти.
– Что значит «так называемый»? – сглотнув, спросила я, скребя ногтями по столу.
– Ну мы ведь оба понимаем, зачем ты была с московским миллионером, – подмигивая, усмехнулся Роман.
– Я вас не понимаю, – с трудом сдерживая злость, прошипела я.
– Да всё ты прекрасно понимаешь, – Роман встал на ноги и медленной походкой подошёл к столу, – Что, простой сироте захотелось денежек, так нашла себе богатого папочку?
Я вскочила из-за стола, сверля Романа гневным взглядом.
– Немедленно прекратите!
– Ну всё-всё, не злись, – засмеялся мужчина, выставляя руки перед собой, – Я тебя не осуждаю. Скорее наоборот. Это хорошо, когда такая красивая девушка может ублажить богатенького, который будет её обеспечив…
Я заткнула рот Романа звонкой пощёчиной, от которой тот на секунду замолчал. Я ожидала, что он меня понял и наконец уйдет со своими грязными словечками, но Роман явно так не думал. Погладив свою щёку ладонью, он усмехнулся.
– А ты бойкая… Теперь понимаю, чем ты смогла зацепить Стасика.
– Выйдите отсюда немедленно, – сквозь зубы процедила я, – А то мне придется позвать охрану.
– Не нужно никакой охраны, – Роман чуть смягчил свой тон, наклоняясь над столом, – Я пришёл просто поговорить с тобой.
– Только быстро. У меня нет на вас времени, – я вновь села на стул, закидывая ногу на ногу.
– Какая ты занятая, – хмыкнул Роман, – Но не думай, что всё это надолго. Рано или поздно твой Стасик умрёт, и ты останешься без папочки. Кто будет оплачивать все твои гулянки? Его мать? Да ей плевать и на тебя, и на сына. Ей подавай деньги. В тот же день, когда её сынок умрёт, она продаст его долю в компании какому-нибудь другому богачу, а, может, даже и мне, и навсегда забудет о тебе и нахлебнике в твоём пузе.
– К чему вы клоните? – уже на грани, чтобы отвесить этому наглецу вторую пощечину, произнесла я.
– К тому, что ты, девочка, останешься совсем одна, – Роман совсем близко наклонился над моим лицом, беря за подбородок, – Но я готов тебе помочь.
– Я даже не намерена слушать ваши грязные предложения, – отрезала я, отталкивая Романа, – Так что попрошу вас покинуть кабинет, а потом и офис.
– Это ты зря. Я ведь только с добрыми намерениями, – с ухмылкой произнёс Роман. Я отвернула от него голову, ожидая скорого ухода, но мужчина лишь ещё ближе подошёл ко мне, обойдя стол, – Ты будешь моей. Нужно всего лишь делать то, что ты делала Гордееву.
– Пустите! – взвизгнула я, когда Роман схватил меня за горло, перекрывая кислород.
– Не пикай мне тут… – грубо прошипел мужчина, затыкая мой рот мощным поцелуем.
Я всеми силами пыталась оттолкнуть его, но бессмысленно. Роман был в разы сильнее меня, и я уже тысячу раз пожалела, что подпустила его к себе ближе, чем на метр. Мужчина принялся раздевать меня прямо на крученом стуле, не давая даже пикнуть.
На пороге появился Давид. В недоумении он смотрел на меня и Романа, после чего наконец оттолкнул незваного гостя.
– Придурок, Шишкин! Вали отсюда и не смей трогать жену Стаса! Я сейчас ментов вызову!
Больше слов не нужно было. Словно подстреленный, Роман убежал из кабинета, едва не забыв захватить свою куртку.
– Что ему от тебя нужно было? – вставая рядом со мной, спросил Давид.
– Ты вовремя. Спасибо, – ещё не успев отойти от шока, выдохнула я, – Роман уже похоронил Стаса и предлагал мне стать его любовницей.
– Вот же ж кретин, – сверкнул зубами Давид, – Уже пол-Москвы поимел. Теперь и до тебя добрался.
Я кивнула, опуская глаза.
– Почему ты здесь? Насколько я знаю, ты свою долю продал…
– Алис, я тебя всю неделю искал, с того момента, как меня выписали. Карина рассказала мне о произошедшем, о болезни Стаса, о твоей беременности. Мне очень жаль….
– Не нужно играть в верного друга, – с грубостью отсекла я, – Ты уже показал свою истинную натуру, когда продал свою долю не лучшему другу, а какому-то иностранцу. Ты предал Стаса.
– Так ты не знаешь… – Давид печально вздохнул, опираясь о стол обеим руками.
– Чего я ещё не знаю? – раздраженно фыркнула я, скрестив руки на груди.
– Я не предавал Стаса. Ну, вернее, не совсем…
– А что же тогда? Просвети меня, – я заинтересованно посмотрела на Давида, приподнимая брови.
– Несколько месяцев назад я летал в командировку в Новую Зеландию, – начал Давид, растерянно бегая глазами по столу, – Там я случайно попал в компанию одного бизнесмена. Это был Оливер Трикс. Он лютый картежник, отлично играет в покер. В общем, я согласился с ним сыграть и так вышло, что проиграл немаленькую сумму, которой у меня собой не было. Короче, я был вынужден отдать ему 25 % акций компании «Габворд». Я знал, что Стас мне этого не простит, вот и не сказал ему, что свою долю проиграл, а не продал.
– Ты проиграл свои акции в покер!? – ошарашенно переспросила я.
– Так вышло… – Давид виновато пожал плечами.
– М-да… Я была о тебе лучшего мнения, – качая головой, произнесла я.
– Прости… – не смотря мне в глаза, сокрушённо произнёс он.
– Это тебе не у меня прощение просить нужно, а у Стаса, который сейчас на грани смерти.
– Я знаю. Был в больнице. Меня не пустили.
– Меня тоже. Туберкулёз заразен. Посещение издалека позволено лишь прямым родственникам.
– Я не понимаю, где Стасян мог подхватить такую страшную болезнь, – берясь за свою голову, тяжело вздохнул Давид.
– Думаю, это из-за курения. Я так и не смогла уберечь Стаса от этой ужасной привычки, – произнесла я, чувствуя, как к горлу начинает приставать тяжёлый ком.
– Нам остаётся лишь молиться. При такой страшной болезни только бог может помочь.
Я прикрыла глаза и резко отвернулась, не желая показывать Давиду свои слёзы, которые я была не в силах сдерживать. Видя моё состояние, Давид поспешил вновь оставить меня одну.
– В общем, я пришёл сказать, что если тебе что-нибудь будет нужно от меня, то ты обращайся. Я всегда помогу, – на последок произнёс Давид.
Я проводила его до двери мёртвым молчание, продолжая смотреть в окно. Коснувшись пальцем запотевшего стекла, я тронула своё отражение. На меня сейчас смотрела измученная девушка, по щекам которой текли слёзы.
«Девочка моя…»
Я обернулась на знакомый голос и окаменела. В самом углу стоял Стас в белоснежных одеяниях. Меня это жутко напугало и бросило в дрожь.
– Стас, почему ты… – хотела спросить я, но мой мужчина в мгновение оказался перед моим лицом, приставляя палец к губам.
«Ничего не говори, моя милая… Ничего не говори…»
Стас вытер мои заплаканные глаза своей ладонью и посмотрел в моё изумленное лицо.
«Ты сильная… Ты очень сильная, Лиса… Ты даже сильнее меня… Ты справишься… Я знаю это…»
Я приоткрыла рот, но Стас прошептал: «Тс-с…», поднося палец к моим губам. Не отрывая своих глаз от любимого, я обняла его руку, чувствуя насколько она холодная, даже ледяная.
– Не уходи… – взмолилась я, изо всех сил обхватывая его руку, – Прошу… Не оставляй меня…
«Не оставлю…»– ответил нежный голос любимого, и в мгновенье он растворился в моих глазах, полных слёз. Я посмотрела на свои ладони, которыми буквально секунду назад обнимала Стаса, и мои губы вылились в печальной улыбке. Его голос всё ещё звенел в моих ушах, не покидая.
