Текст книги "Подчинись мне (СИ)"

Автор книги: Гостья

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)

Глава 9. Дорогой жених

Дело шло к концу второго месяца. Первое испытание – всего лишь устный экзамен, был успешно пройден практически всеми учениками. Удивление вызывали исключения. Как всегда, в Академии Темных Искусств случилась разное: побеги, драки, война команд, а также положительное.

К Лилайле, Хризу, Мильену и Серафиме присоединился пятый член, звали его – Циминитис. Нелюдимого парня с испепеляющим взглядом исподлобья ребятам приписал Асмодей. По его словам он явно был один из немногих, за кем следовало понаблюдать. “А что лучше, чем держать врага прямо под боком?” – смеясь, сообщил принц недовольным, недоверчивым подопечным.

Но самое интересное мы узнаем сейчас.

В день перед испытанием преподавательница кровавого боя вызвала Лилайлу к себе. В тренировочном зале, скрестив руки и гордо задрав острый подбородок, она высокомерно глядела на проблемную ученицу.

– Завтра испытание. И я обещала вам, что поставлю на кон своей чести самого сильного моего ученика, – болтала она возвышенно. – Сейчас он придет, и если вы решите отказаться от боя… Мое благодушие достаточно велико, чтобы не позорить вас перед одногодками и простить прямо здесь.

Был вечер, Лилайла устало протирала глаза. Из мыслей не выходил Асмодей, который дал понять, что найдет ее сегодня. Дверь позади девушки отворилась и в зал вошла Кастиль. Принцесса встретила уверенный высокомерный взгляд соперницы с толикой удивления. Пока Кастиль мечтала сжечь ее одним выражением лица, Лилайла пыталась вспомнить ее имя.

– Я пришла, преподавательница.

И она прошествовала к наставнице. Две женщины поравнялись. “Ну прямо мать и дочь” – рассмеялась девушка, слегка улыбнувшись. – “Откуда же я ее помню? Мы точно виделись”.

Стоило Лилайле уйти, заявив, что она будет сражаться, в зале начался серьезный наставительный разговор.

Она не догадывалась, как много будет значить завтрашний бой. Зато Кастиль знала – стоит ей победить, Асмодей перестанет интересоваться Лилайлой. Она слушала слова преподавателя так, будто от этого зависела ее судьба. Что по сути являлось правдой. Влюбленная в Асмодея с ранних лет, Кастиль не могла его потерять. Ей с огромным трудом удалось уговорить всех на помолвку, до брака оставалось всего пару месяцев и вот, так некстати, на ее пути встала дочь Владыки.

– Давно не виделись.

Лилайла обернулась. Расслабленной походкой, с игривой улыбкой, на нее шел Асмодей. Не дожидаясь парня, она пошла дальше.

– И я была более чем довольна, – проговорила она про себя, но слух принца все воспринял. Нагоняя ее крупными шагами, он пошутил:

– А я, может, скучал.

Девушка смутилась, но сохранила невозмутимый вид и фыркнула.

– Мне нет до тебя дела.

– Заметно, – он улыбнулся, наконец поравнявшись. – Ты так старательно избегаешь меня.

Лилайла молчала, Асмодей продолжал:

– Завтра испытание, если еще не сообщили, тебе придется провести бой. Не знаю кого она решила назначить, но у тебя вряд ли будут проблемы. Тем не менее, – его голос стал тихим и вкрадчивым. – Подготовься, я не хочу тебя потерять.

Тут Лилайла не сдержалась. Она остановилась и смерила парня разгневанным взглядом. А он, казалось, от души забавлялся шуткой, хотя глаза сохраняли серьезный вид.

– Лучше замолчи, – порекомендовала принцесса.

Асмодей рассмеялся, но тут же замолчал. Тень легла под глазами и мускулистая рука взметнулась вверх. Лилайла изумленно уставилась на блондинку, выпавшую будто из стены. Раздался шум, она упала на колени и не сдержала крика. Лицо парня стало серым от гнева. Смерив пару задумчивым взглядом, принцесса удалилась к себе в комнату, оставив двоих наедине. “Видимо она что-то вроде поклонницы” – подумалось ей, связь этих темных напрочь выпала из женской головы.

– Что ты тут делаешь!? – взревел громовой голос, стоило Лилайле скрыться.

Мужская рука схватила женский локоть. Встряхнув невесту, Асмодей поставил ее на ноги. Кастиль затаила еще большее зло на Лилайлу и обиду на жениха. Она все слышала. Светлые глаза поднялись на него с ожесточением, губы плотно сомкнулись, челюсть была напряжена.

– Что ты говорил ей? – произнесла она, едва открывая рот.

– То, что хотел, – прошептал ей в лицо жених.

От его бесстыдства Кастиль стало плохо. Впервые Асмодей кем-то заинтересовался, и она познала то, что могла познать уже после замужества – все непостоянство его натуры. Оскорбленная в лучших чувствах, юная девушка видела как мечты, еще месяц назад сияющие подобно солнцу, сейчас заслонил мрак.

– Как ты можешь?! – вскрикивая, топнула она ногой и отпихнула его от себя. – Я твоя невеста! У нас свадьба скоро! А ты пристаешь к какой-то первой попавшейся твари! Смотришь на меня, словно я тебе никто, пустым ненавидящим взглядом! А я твоя любовь, понимаешь? Твоя пара!

Если до этого всплеска чувств лицо Асмодея было напряжено, то после оно разгладилось и приняло надменный вид. Отсутствующий презирающий взгляд из-под темных бровей, кривизна капризных губ и суровость скул, довели ее до отчаяния и испуга.

– Кто сказал тебе, что ты моя любовь? – прозвучал низкий баритон. – Я хоть раз тебе такое говорил?

Кастиль рухнула перед ним на колени, взгляд, полный невыразимого ужаса и безумия обратился вверх, на мужчину.

– Я не отдам тебя ей. Ни за что.

Она вскочила, и высокомерно задрала подбородок. Искринки слез обозначились на ресницах, голос дрожал от бешенства и злости.

– Не смей ходить за мной словно собачка. Если думаешь, что я не видел, как ты вынюхиваешь, то ошибаешься. Веди себя согласно статусу, Кастиль. И не мозоль мне глаза. Еще раз учую тебя за подобным, пожалеешь.

Асмодей развернулся, чтобы уйти. Невеста в данный момент ему осточертела. Возможно, если бы не последние слова, для Кастиль все бы кончилось более благополучно…

– Ты мой, Асмодей. И я буду выслеживать каждое твое движение, – звучал язвительный голос. – Если ты продолжишь таскаться за ней словно *****.

Принц обернулся в бешенстве.

Глава 10. Третий

На следующее утро самый крупный тренировочный зал, где проводили и бои, и испытания, был переполнен учениками Академии. Всем хотелось посмотреть на предстоящий поединок между двумя принцессами, “одна из которых” – перешептывались молодые темные – “дочь Владыки”.

Лилайла сидела, сложив руки в кулак. Было уже тридцать минут как Кастиль опаздывала и всем было неспокойно. Пошли разговоры: “Уж не испугалась ли вторая?”. Преподавательница не находила себе места, маяча по периметру зала. В углу сидел Асмодей, уже изрядно раздраженный задержкой, но бесстрастный в лице.

Мильен опустился к уху подруги и бросил:

– Твои братья пришли.

Хриз и Лилайла посмотрели в проход узкого коридора, из которого появились Лайлэн и Вилькес. По телу принцессы прошел холодок.

– Уж кого не ожидали, – подметил Хриз, словно прочитав ее мысли.

Вдруг преподаватель, смущенная допросами коллег, не выдержала и обратилась к Асмодею:

– Где же ваша невеста?!

Девушка заметила как тень удивления мелькнула на его лице. Вчерашние события осветились для нее по-новому, заставив взволноваться.

– Она больна, – сообщил парень и спрыгнул с огромного куба, на котором сидел. Он взглянул на Лилайлу, но та отвела глаза.

– Что значит больна? Кого мы ждем? Почему вы ничего не сказали? – посыпались вопросы от разочарованных зрителей.

Кравдия не сказав ни слова, разъяренная, куда-то направилась. Хриз и Мильен удивленно глядели на Лилайлу, тоже подскочившую с места и направившуюся следом. Миновав несколько этажей разгневанная преподаватель дошла до комнаты девушки, не заметив за собой ученицу. Вся в своих мыслях, она стала требовательно стучать в дверь. Принцесса подошла как раз в тот момент, когда в проеме появилась Кастиль.

На лицо был контраст. Вчера, еще полная сил и неуемной энергии, девушка стояла, с усилием держась на ногах. Кожа приняла нездоровый оттенок, руки словно похудели, а губы были искусаны. Она обратила потухшие глаза на женщину, а потом на соперницу. Стоило ей заметить ее, как силы на мгновение словно ожили. То была ненависть, способная поднять даже мертвого.

– Да что с тобой!? – послышался голос Кравдии.

Игнорируя вопрос, Кастиль направила собственный к, лицезревшей ее упадок сил, девушке:

– Пришла поглазеть? Проваливай!

Что было дальше Лилайла не слушала. Она развернулась и быстро, едва ли не сбегая с лестниц, спустилась на нулевой этаж. Темные, столпившиеся для зрелища, покидали зал. Протискиваться было трудно.

Никого уже толком не осталось, когда она вошла в коридор. Асмодей показался с противоположной стороны. Увидев друг друга, они сначала остановились, а потом медленно двинулись навстречу.

– Это ты с ней сделал, не так ли? – поинтересовалась принцесса.

Она успела машинально отступить, когда резким поворотом, Асмодей пригвоздил ее к стене. Ему не нужно было ее касаться, чтобы Лилайла замерла.

– Если бы я знал, что ты будешь сражаться с ней, все было бы в порядке, – сказал он, опуская таинственный гипнотизирующий взгляд на ее лицо.

Его дыхание коснулось ее лба, и породило рябь совсем как у воды от брошенного в нее камушка. Девушка едва дышала, разглядывая склонившееся над ней лицо, притягательное, очаровательное настолько, что могло быть рождено как для ужасных увеселений, так и для порывистых нежных ласк. Ее влекло к нему неотвратимо, что пугало и злило. Нужно сделать шаг – сблизиться в поцелуе и Вселенная навек померкнет.

Асмодей отличался от всех, кого она встречала раньше. Зная ее силы, видя, как при защите, поддержке городов при нападениях, при битвах с Учителем, при тяжелых испытаниях, выпадающих на долю странствующих детей и их предводителя, она защищает или сражается, другие мужчины ужасались, раболепствовали или превозносили ее.

Он же, при всех сказанных словах и намеках, однако, противоречил самому себе. Лилайла не могла не чувствовать этого: он видел в ней девушку, он ее страстно желал. Его не пугало ее могущество, он не бросал вызов ее силам, будто заранее уверенный в победе, он протягивал руку к более сокровенному – ее женскому существу. И Лилайла больше смерти боялась, что придет то время, когда она не сможет его оттолкнуть.

– Лучше сделай пару шагов назад, Асмодей, – угрожающе прошептала она, опустив розовые губы к его шее. – Через пять секунд здесь будут мои братья.

Асмодей отпрянул, и в этот момент в коридор ступили две фигуры его сокомандников. Скорее веселый, чем удивленный, парень раскрыл губы в блестящей, очаровательной улыбке, понятой только ими.

– А ты чего тут ошиваешься? – понизив тон голоса, спросил Вилькес. – У нас вообще-то дела есть, а тебя черт достанешь.

– Вам вечно от меня что-то надо.

– Из города пришло поручение, нужно ненадолго покинуть Академию, – скрывая подробности, сообщил Вилькес и наконец обратил взгляд на Лилайлу, еще более испытывающий, чем у Лайлэна. – Поменьше крутись вокруг моей сестры.

Между парнями промелькнула молния. То предупреждал Лайлэн.

– Я в ответе за ее команду. Я обязан был предупредить, что третьего испытания ей не избежать, как этого, – совсем не стесняясь, врал Асмодей, забавляясь беспокойством девушки.

– Значит ты взял наставничество? – сухо поинтересовался Лайлэн. Казалось такое оправдание его успокоило, хотя они уже давно знали о сказанном. Бдительность братьев пока не была потревожена, но при этом не расслаблялась.

– Что будет на третьем испытании? – спросила она.

Из зала стали выходить еще темные. Компания их пропускала.

– Отправимся в лес на какое-то время. Цель подчинить существо. Будет пять команд и пять наставников.

– Нужно подчинить фамильяра, – разъяснил Лайлэн.

Он дал понять другу и брату, чтобы те уходили. Обсуждая “дело” парни удалились, и хотелось бы Лилайле выдохнуть, но таранящий взгляд брата вызвал тревожные чувства.

– Отец хочет тебя видеть, – прозвучал приговор, к которому девушка давно готовилась.

– Навещу его как окончу обучение.

– Нет, ты навестишь его раньше, – угрожающе произнес Лайлэн, не спуская с нее глаз. – Как вернешься с третьего испытания, отправимся домой вместе. Ты, я и Вилькес.

В голову Лилайлы закралось подозрение. “Вряд ли они планируют дать мне возможность вернуться”. Под конец, выждав паузу, парень добавил:

– Врарисэль возвращается. Он тоже соскучился.

При упоминании имени третьего брата сердце принцессы болезненно сжалось.

Глава 11. Испытание в лесу

Испытание в лесу? Оно проходит за пределами защитного поля, не позволяющего ночным тварям приближаться к Академии. Разумные и сами бы туда не сунулись, но безмозглых нужно ограничивать.

Мильен поднял голову. Малахитовые кроны практически не оставляли места небу. В лесу день был сумерками, а ночь становилась непроглядной.

– От фамильяров потом хрен отделаешься. Зачем они их всем суют? Поэтому я и не поступал никуда, – сказал он команде.

– Конечно, дело вовсе не в том, что тебя бы никуда не взяли, – хмыкнул Хриз.

Серафима в нежно-голубом платье хихикнула.

Разбитый лагерь включал пятнадцать сколоченных из сучьев и мха сооружений и небольшое поле посередине. Там разбили костер, составили припасы и уже долгие двадцать минут в этом кругу вещал один из наставников.

Лилайла взглянула вперед. Чуть поодаль от них, прижавшись спиной к стволу дерева, сидел Асмодей. Он широко расставил ноги и, подкидывая камень одной рукой, изредка бросал на нее взгляды, которые она никак не могла расшифровать. Иногда ей казалось, что здесь они только вдвоем, и ей резко становилось тревожно.

Асмодей поднял руку и встал, наконец прерывая длинный монолог более молодого наставника. Принц устал слушать.

– Давайте поговорим на чистоту, – зазвучал его громкий голос, обращенный к ученикам. – У нас две недели, и если вы не приручите какую-то тварь, то вас выбросят из Академии. Наставник вправе помочь, не свалить задание на него – не получится. Чтобы получить фамильяра, встретьте свое существо, а потом одолейте. Сила сама подскажем вам, как призвать в него дух. Вот и все. Разве это сложно?

Все внимательно слушали. Асмодей подкинул камень в руке, и бесстрастно уставился на подопечных. Кто-то задал вопрос, но он его проигнорировал.

– Можете разбрестись кто куда, или вместе. Шансов встретить подходящее существо по одиночке больше, но и сдохнуть тоже. Чем быстрее закончите, тем быстрее вернемся.

Он выкинул камень и подошел к команде. Наставники сделали то же самое. Переговорив, одна за другой они отправлялись в глубины леса. Все решили, что лучше искать вместе, а не по одиночке.

– Я за вами таскаться не собираюсь, – в противовес сообщил Асмодей. – Так что дальше сами, и не вздумайте облажаться.

Все были удивлены, но Лилайла, Мильен и Хриз вздохнули с облегчением. Серафима подняла миловидные глаза на парня.

– Простите, Ваше Высочество, но как же так? Вы нам совсем не поможете?

Переживание в ее голосе заставило Лилайлу взять ее за руку и увести. Стоило им уйти достаточно далеко, Циминитис поделился мрачным тоном:

– Повезло же нам. Раз так, я предпочту пойти один.

И он скрылся. Серафима опасливо покосилась на остальных.

– Давайте не расходится! Вы же меня не бросите?

Она прижалась к руке Лилайлы и с испугом обвела взглядом многочисленные стволы и таящийся у каждого куста мрак. Принцесса взглянула на друзей: Хриз и Мильен разделяли одни мысли – Циминитис вызывал неоднозначные чувства.

– Так он далеко не уйдет, – буркнул Мильен, и заметив пристальный взгляд Серафимы, добавил. – Мы останемся вместе, не переживай.

Она ему благодарно улыбнулась. Хриз с Лилайлой переглянулись – уж слишком лучезарной эта улыбка была. Змееподобный друг быстро обо всем догадался.

Первый день для всех команд прошел безуспешно, но весело. Лес хранил загадочные, порой восхитительные места, о которых позже разрастались рассказы у костра. В течение трех дней им попадались интересные существа, единожды на лагерь ночью попытался напасть тролль – убитый Асмодеем еще до момента занесения огромных воняющих кулаков. В ту ночь Лилайлу разбудил шум от падающей туши.

Она вышла, некоторые ребята только повыглядывали, и тут же вернулись спать. Произошедшее мало кого впечатлило.

– Зачем взял наставничество, если не хочешь помогать? – спросила девушка, приближаясь к темной фигуре.

Асмодей взвалил на себя тролля, и обернулся, держа тушу в три раза больше самого себя на вытянутых руках.

– Я охраняю твой сон, разве это не помощь?

Он, как всегда, шутил, но безуспешно, на лице Лилайлы никогда не появлялось улыбки в ответ. Наоборот, ее лицо становилось мрачнее от раздражения или гнева.

– Ты мог бы помочь нам в поисках, все наставники носятся со своими командами, кроме тебя. Не совсем понятна мотивация. Что ты делаешь здесь, если тебе плевать на нас?

Асмодей мощным броском откинул тело чудища за пределы лагеря, в сторону землистого отвеса, по которому тот с шумом покатился.

– Если хочешь, чтобы я помог, – произнес он бархатным голосом, стряхивая пыль с рук. – Попроси меня

Самоуверенная ухмылка дотронулась до ее сердца, но девушка в ответ презрительно фыркнула. Лилайла развернулась и пошла обратно, пока темные глаза сосредоточенно глядели на ее покачивающиеся бедра. Асмодей поправил рукава, сам чему-то улыбаясь.

На пятый день в двух командах выделились три человека. Они справились с заданием. В лагере появились существа, два птицеподобных и одно, похожее на маленького грызуна. Это был сильбух с невероятно сильным ядом в мелких клыках.

Лилайла стала беспокоиться за своих. Однажды они встретили кирасу, но пришлось спасаться от нее бегством. Убивать их было нельзя, в качестве фамильяра она никому не подходила. Чувства и силы друзей молчали, Лилайлы тоже. С большим гневом она думала о Асмодее: “Чем он там занимается? Отсыпается что ли?”. Его безответственность раздражала ее, ведь из-за его присутствия ей приходилось быть осторожной. “Уж лучше бы остался в Академии” – думала она по вечерам, когда им все же удавалось пересекаться.

В один день случилось происшествие. Уже стояла ночь, а Циминитис, ошивающийся и дальше один, в лагерь так и не вернулся.

– Вдруг он свалил? – спросил Мильен, вышагивая из стороны в сторону.

– Академия слишком далеко, в нее можно только переместиться. С леса никак не попадешь, – отбросил догадку друга Хриз.

– Бедняга, он, наверное, потерялся. Он мог потеряться. Давайте его найдем, он член нашей команды, ученик Академии – его нельзя бросать, хоть вы и говорите, что он вам не друг.

Все посмотрели на Серафиму. Она прижала кулаки к груди, нахмурила лоб и жалобным взглядом бегала по далеким тропам. Она была очень добра, мила и честно сражалась. Парни обнаружили, что у нее неплохие способности, она им быстро полюбилась. Мильен все еще не замечал ее взволнованных взглядов, которые она на него направляла, не понимал значения ласковой улыбки, он не подозревая о ее чувствах, сам был немного очарован.

– Не стоит так беспокоиться, – сказал парень, притягивая ее взгляд.

– Нет, стоит. Она права.

Лилайла встала, но за плечом показался Асмодей.

– Я сам пойду. Незачем тебе ночью здесь шляться.

Меж ними прошел заряд. Все молчали, пока эти двое мерились силами взглядов. Наконец, принцесса села обратно. Асмодей ушел, отказавшись от помощи других наставников, высокомерно крикнув им: “Черт, да я сам!”.

Не прошло и пяти минут как он скрылся. Обманув друзей, Лилайла прочла заклинание и путь Асмодея предстал перед ней обрывками огненной магии. “Идти вдвоем небезопасно, но куда он пойдет – я лучше прослежу” – решила она. – “Враг Академии так и не показал себя. Но подозревать столь самовлюбленного и жестокого типа выглядит довольно разумным решением. Тем более, он приближенный Советника”.

Глава 12. Изгой команды

Лилайла пробиралась медленно. Стояла лесная тишина, она слышала свое дыхание и биение сердца. В голову пробирались фантазии: “А если он заметил слежку и ждет меня?”. Тут же перед глазами вспыхивало его лицо, улыбка, от которой где-то внутри все переворачивалось каждый раз, зубы коварные и блестящие, изгиб длинных агатовых ресниц.

Дикий рев зверя разнесся по всей округе, из-за его порыва с деревьев грудами слетели листья. Девушка вскинула голову и помчалась вперед, огибая на пути стволы, кустарники и мелкую живность.

Взору открывается огромная пещера, наполовину погруженная в землю и присыпанная землей. Из нее высовывает голову ящероподобное существо с клыками, которые могли бы соперничать с ростом Лилайлы.

Принцесса замирает.

Вот спина Асмодея, он неподвижно стоит, скрестив руки на груди. Судя по наклону головы, он рассматривает изгибающееся существо. Поодаль от них Циминитис с толстой веткой в руках пытается отбиться от дикого лесного тигра. Мощный котяра запрыгивает на парня, и в его огромную пасть поперек встает палка. Пару укусов и тигр съест это бревно целиком, а попутно Циминитиса.

Лилайла делает шаг вперед, но тут резко оборачивается. Крылья огромного размаха закрывают девушке небо, на нее бросается третье существо – птица – ящер с огромным клювом и красными сияющими беспредельной злобой глазами.

Она отпрыгивает, но одно крыло все же достает тело и Лилайла едва выдерживает удар, скрестив перед собой локти.

Асмодей замечает это краем глаза. Воспользовавшись случаем, его соперник метит в него огромными клыками, ядовито шипя.

Кошка Циминитиса практически сгрызает палку, руки парня дрожат, он весь в поту и видимо не соображает. Лилайла шепчет проклятия. Не пойми откуда, сбоку, она замечает источающее яркий свет существо – серебристая лиса бежит на нее, озверев от голода.

Глаза девушки обращаются в мрак. В момент, когда мощный удар тьмы поражает свет, на голову Лилайлы обрушивается крылатый враг. Когти зверя практически хватают ее за лицо, когда тело Мильена сносит птицу прочь.

– Отвали, тварь!

Принцесса замечает Хриза и Серафиму. Вздох облегчения. Увязались за ней все-таки… Серафима бросается на тигра. Хриз орет Асмодею:

– Он мой!

Быстрый, ловкий, сам подобный змее, парень забирает соперника. Асмодей отходит, с каменным лицом пропуская атаку чудища в сантиметре от себя.

С разъяренной лисицей не покончено. Животное встает, и озлобленное нападет вновь. Но теперь Лилайла готова. Ее скрывает мрак, берет в свои объятия. Существо теряется, прыгает невпопад. В этот момент резкое сечение над ее телом. Словно от удара невидимого кулака существо падает наземь и скуля, начинает терять свое волшебное свечение. Лилайла появляется совсем рядом, ее губы раскрываются:

– …приди, – долетает обрывок фразы.

Чудище охватывает странное свечение. Оно бьется в конвульсиях, старается отбиться от надоедливого духа, они борются. Лисица перестает сопротивляться, замирает, потом выпрямляется по струнке и закрывая глаза, исчезает.

Лилайла растерянно озирается: “Получилось ли?”, но существа нигде нет.

***

У пещеры тишина, если опуститься пониже и заглянуть к тем, кто прячется меж деревьев, можно заметить шестерых человек. Пятеро из них тяжело дышат, кто-то сидит на камне, кто-то лежит на траве, раскинув руки, и только Асмодей ни капли не уставший восстает над всеми в привычной для Королей позе.

– Что это вообще было? – шепчет Серафима.

Девушка лежит в позе ангела и смотрит взбудораженным взором на кусочки неба. Ее мучит вопрос: “Неужели я правда это сделала?”, и она произносит наконец его вслух:

– Я правда одолела его? Этого огромного котяру? Он все еще лежит у той насыпи камней?

Все долго молчали и очнулись лишь когда она задала вопрос.

Хриз почесал за ухом. Он тоже не мог без подозрительности и осторожности взглянуть вбок, где в паре метров огромный ящероподобный змей, лежал, обратившись небольшой змеей. Существо поглядывало на него умными, насмешливыми глазами, будто ставило победу Хриза под сомнение.

– Я собственными глазами наблюдал, как твои лучи пронзали его один за другим. Он прямо впереди: бродит у входа в пещеру и посматривает на нас иногда.

Серафима глубоко выдыхает, кончики ее пальцев дергаются.

Мильен единственный, кому не удалось побороть живность. В последний момент Циминитис прибил птицу, которая грозилась отгрызть сокоманднику кулаки. Друг с беспокойством глядел на мрачную Лилайлу и с подозрительностью на одолевшего птицу парня. Тот прижался спиной к стволу дерева и, склонив голову, молчал.

Внезапно Асмодей очутился перед этой понурой головой. Он схватил парня за шею и встряхнув, поднял его над землей. В агатовых глазах Циминитиса показался испуг. Все вмиг оживились и повставали.

– Какого черта, ты делал здесь? Четыре существа в одном месте. Без тебя явно не обошлось.

Парень не мог ответить, он взирал на суровое лицо наставника с благоговейным ужасом. В скором времени его губы стали судорожно хватать воздух.

Тогда воинственно поднялась Лилайла. Она быстро оказалась за спиной претендента.

– Что ты делаешь, Асмодей? Он член нашей команды!

– Я знаю это лучше тебя. Он мой подопечный, я за вас всех в ответе. А этот придурок колдовал запрещенный призыв.

Лилайла хмуро, выделяя каждое слово произнесла:

– Ты хреново отвечаешь за команду! А за него отвечаю я! Отпусти немедленно. Я не позволю его трогать.

На секунду Лилайла почувствовала нечто необъяснимое. Асмодей привычно прикрывал свою силу, и лишь ее отголоски исходили для других. Но сейчас, черные зрачки заблестели острием. Принцесса почувствовала нечто другое, отличное от того, что ощущалась всегда. Тьма, укравшая секунду, приподняла завесу и обнажила себя. Сердце девушки затрепетало, а дыхание остановилось.

“Что это?” – вопросил внутренний голос хриплым резким возгласом.

И все прошло.

– Как хочешь.

Асмодей отпустил Циминитиса и тот рухнул на землю. Все замерли на то мгновение. Никто не ожидал такого поворота. “И это все?” – вопрос, чуть было не слетевший с нескольких уст.

Асмодей ушел, лицо его приняло снова циничный, холодный вид. Однако сомкнутые брови, слегка напряженная челюсть все-таки выдавали сдерживаемую злость. Но почему он сдержался?

Лилайла выдохнула, расслабила стиснутые кулаки. Казалось даже она не ожидала такого поведения. В Академии Король геенны огненной имел мрачную, тихую славу. О нем все шептались, но мало кто открывал полностью рот. До ушей долетали разные сплетни…

Самая известная о том году, когда Асмодей, Лайлэн, Вилькес, Больри поступили в Академию и образовали команду. Они побеждали сверхбыстро, всегда занимали первые места, никому не давали пощады и изменили прежние несказанные порядки. Это был год погромов, побегов и порой даже жестоких драк. Первогодки – претенденты ставили наставников на колени. Сейчас к ним было уважительное отношение, не было ученика, который бы о них не знал, но и сама команда успокоилась и немного присмирела. У них появились обязанности, и защита, порядок в Академии были в их числе.

Мильен подошел к Циминитису и всем на удивление – протянул руку.

– Будь при команде. Нет ничего крутого в том, чтобы шататься по одиночке и изображать из себя загадку.

Замкнутый и нелюдимый, с длинной челкой, прикрывающей высокий умный лоб, Циминитис обратил удивленный взгляд на этого бугая, который пытался с ним помириться.

Да, они ругались. И не раз.

Смущенно он скривил губы и отвел глаза, но подал руку в ответ. Мильен крепко сжал ладонь и рванул парня вверх. Циминитис хотел было сказать что-то в благодарность, но не приученный к доброте и вниманию, только буркнул тихо:

– Так и быть.

Хриз удовлетворенно кивнул. Серафима склонила голову и подарила мужчинам ободряющую улыбку.

– Я хотел призвать одного, но что-то пошло не так, – признался парень. – Боялся, что облажаюсь, и вы из-за меня проиграете. Где я только не был, а эти дьяволы будто специально попрятались.

Его откровенность тронула всех, но понемножку. Это вообще был первый раз, когда он выдал несколько предложений.

Искоса поглядывая на сокомандника, Лилайла пыталась составить наконец о нем определенное мнение, но так и не смогла.

– Зато ты практически обеспечил нам победу, – усмехнулась она и, взглянув на Мильена, добавила. – Может и для него кого-нибудь призовешь?

Все расхохотались. Циминитис покраснел.