290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Consequences of love (СИ) » Текст книги (страница 3)
Consequences of love (СИ)
  • Текст добавлен: 25 ноября 2019, 18:00

Текст книги "Consequences of love (СИ)"


Автор книги: Ginger_Witch






сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 7 страниц)

Идиллию влюбленных прервало появление мисс Королек. Она выглядела ужасно недовольно и строго. Женщина приблизилась к паре и заговорила.

– Мисс Сапсан, мы не закончили разговор. Остались нерешенные вопросы.

– Я не буду… – имбрина с трудом подавила всхлип, – не буду с вами разговаривать. Мне и так все ясно.

– За что вы с ней так? – он говорил неспокойно. – Довели до такого состояния…

– А то вы не догадываетесь, мистер Шэрон. Ничего, мы еще это обсудим. – Мисс Королек открыто выражала свою неприязнь к мужчине, одаривая его злым взглядом.

– Не раньше, чем Алма успокоится, – ответил Шэрон в той же манере. Он не собирался покоряться Совету, а был готов бороться за свою семью и счастье до последнего.

– Думаю, – имбрина проигнорировала реплику Шэрона, обратившись к Алме, – ты сама прекрасно понимаешь, что это ситуация экстраординарного характера и мы были весьма удивлены, – Баленсьяга старалась говорила мягко и спокойно, но Алма никак не унималась, лишь сильнее прижимаясь к груди Шэрона и рыдала. Старшая имбрина раздосадовано вздохнула и села рядом с влюбленными, сейчас она желала одного – всеми правдами и неправдами прекратить истерику.

– Алма, я была несколько неосторожна в словах. Все не так печально как ты успела себе представить, – мисс Королек положила руку на плече женщины. – Прекращай рыдать, тебе надо успокоиться. – Постепенно, ее дыхание выровнялось, она перестала вздрагивать и повернулась к собеседнице. – Алма, я бы хотела поговорить с твоим кавалером. Наедине. Можно?

Мисс Сапсан кивнула и выпустила Шэрона из своих объятий. В ее глазах еще стояли слезы, а общий вид был очень печальный. Мужчина приободряюще сжал руку возлюбленной и последовал за старшей имбриной.

Они молча дошли до кабинета мисс Королек, но только она закрыла дверь, разразилась гроза. Все, что Баленсьяга не могла сказать Алме, она высказала Шэрону.

– Это возмутительно. Мистер Шэрон, как вы могли? Как вы могли совратить одну из самых лучших имбрин?! – Баленсьяга изо всех сил старалась не повышать голос, но это получалось плохо.

– А что, если бы я совратил, – на этом слове он сделал явный акцент, выражая свое несогласие с ее позицией, – другую имбрину, то крику было бы меньше? И вообще, мисс Королек, если в вашем понятие взаимная любовь – это совращение, то о чем мне с вами разговаривать?

– Поверьте, нам есть о чем поговорить. Я не могу поверить, что мисс Сапсан купилась на ваши слова любви и так легко им поверила. – Баленсьяга меряла шагами расстояние от окна до стола и качала головой. – Может, вы ее опоили прежде чем затащить в постель?

– Я никогда не посмел бы так низко поступить по отношению к Алме, – вспылил Шэрон. – Такая низость только вам в голову и могла прийти. Мы встречались по обоюдному согласию.

– Это не меняет дела, – тоном обвинителя продолжала Баленсьяга. – Вы хоть осознаете всю сложность теперешней ситуации? Как вы вообще собираетесь дальше жить? Что вы можете ей дать, кроме лодки, обещаний и ребёнка?

– Счастливую жизнь в кругу любящих её людей, где не будет вечных нравоучений, – съязвил в ответ Шэрон. Вообще-то его планы на их совместную жизнь были несколько иными, но посвящать в подробности мисс Королек он не собирался. – А что можете дать вы?

Последний вопрос поставил Баленсьягу в тупик, такой наглости она не ожидала.

– Совет мог бы закрыть глаза на ваши встречи, интрижки не подвергаются осуждению, но вы оба перешли черту дозволенного. – Имбрина упорно сводила их разговор к одному вопросу. Она твердо вознамерилась узнать действительно ли нужен Шэрону ребенок и любым способом пыталась добиться правдивого ответа. – Что прикажете делать с её беременностью?

– Понять и принять, – коротко ответил Шэрон.

– Естественно, другого выбора у нас уже нет. А вы хотя бы представляете, как тяжело вам будет воспитывать родного ребёнка в доме, где живут приемные дети?

Мисс Королек смотрела на Шэрона так, будто была директором, а перед ней стоял провинившийся ученик. Но мужчина не чувствовал себя виноватым.

– Если дети растут в любви они не будут обращать внимание на то родные они или приемные.

– О Птица, какая наивность! Думаете одной любви хватит на все? Вы как собираетесь содержать Алму и ребенка?

– Я в состоянии заработать столько денег, чтобы обеспечивать свою семью всем необходимым! – твердо заявил ей Шэрон.

– И наличие еще десяти малолетних детей у Алмы на попечении вас, видимо, не смущает? – задала еще один важный вопрос Баленсьяга. – Если вы хотите остаться, вам придется разделить ответственность за их воспитание и помогать Алме в этом.

– Почему меня должна смущать ее работа? – не понял ее посылов Шэрон. Чем дольше они говорили, тем больше ему казалось, что его просто хотят вынудить отказаться Алмы и малыша, отречься от своих убеждений, а не удостовериться в его надежности как отца семьи.

– Именно, что работа! – выделила этот факт Баленсьяга. – Долг имбрины заботится о странных детях, а не сидеть беременной. Ваша репутация и до этого была сомнительной, но теперь я до конца уверилась в вашем бесчестии.

– Это звучит будто я окрутил молоденькую девчонку и бросил. Алма же взрослая женщина и сознательно отвечала на мои знаки внимания. Я люблю ее и ребенка и хочу быть рядом с ними всю жизнь.

– И вы готовы взять на себя ответственность за всех детей, помогать их воспитывать и адаптировать к жизни в настоящем? – женщина была практически уверенна, что сейчас он отступит.

– Конечно, – твердо заявил Шэрон, но и это не очень впечатлило мисс Королек.

– Очень надеюсь, что ваш ответ не продиктован эмоциями. Дети – это ответственность! – все тем же недовольным тоном заявила она и села в свое кресло. – Идите.

***

Хелен была взволнована ситуацией с мисс Сапсан и решила удостовериться, что с ней все в порядке. Женщина зашла в гостиную и сразу увидела там Алму, которая тяжело дышала и стирала слезы с лица. И ее столь расстроенный вид не позволил Хелен остаться в стороне.

– Ты слишком разнервничалась, дорогая. Надо успокоиться, пошли, – мисс Галка приобняла коллегу за плечи и, подняв с дивана, повела за собой.

На кухне имбрина извлекла из шкафа несколько жестяных коробочек и стала смешивать их содержимое в разных пропорциях в чайнике для заварки. От перемешанных трав исходил приятный аромат, женщина залила сбор горячей водой и поставила на стол. Затем она достала чашки и тарелку с печеньем.

– Чего-нибудь хочешь? – Алма отрицательно покачала головой, ее стесняла такая забота. – Тогда вот тебе витамины. – Хелен положила перед коллегой два яблока и улыбнулась. – Вам без них нельзя.

– И ты уже знаешь? – мисс Сапсан помрачнела еще больше. Она сцепила руки в замок, пытаясь скрыть нервную дрожь. – Шарлотта рассказала?

– Не совсем. Чтобы услышать ее возмущенные вопли, можно просто стоять возле дома, даже не на этаже. Никаких манер, – посетовала Хелен.

– Значит, есть и другие осведомленные… – грустно подытожила Алма, вертя в руках яблоко. Аппетита не было совсем.

– Не думаю, сегодня дом непривычно пуст. – Хелен отпила чая и добавила. – Только я, Баленсьяга, Кэсси, Элла и Агата. Ну и мисс Зяблик, конечно.

– А разве мисс Козодой не должна быть в своем Доме?

– Она прилетела утром из-за какого-то вопроса. Уже к вечеру вернется.

– Ясно, – Алма замолчала, не зная как продолжить.

– Как ты себя чувствуешь? Все хорошо? – мисс Галка села на стул и дала мисс Сапсан чай.

– Спасибо. Чувствую себя нормально, но какое там хорошо?

– Раз Баленсьяга захотела поговорить с Шэроном, значит не все потеряно. – Хелен погладила руку Алмы, прижимая ее к чашке. – Пей, он успокаивает.

Несколько минут они молча пили ароматный травяной чай, думая каждая о своем. Внезапно в коридоре послышались торопливые шаги и дверь в помещение открылась.

– Привет, милые, – в кухню почти влетела мисс Ворона. Она практически излучала позитив, чем была полностью противоположна Алме. – Ой, а что с настроением? – спросила она, увидев лицо подруги. – Что с вами всеми сегодня? Пять минут назад видела Шарлотту – она злее самого дьявола была, теперь ты сырость развела…

– Шарлотта узнала про беременность и, мягко говоря, не обрадовалась этому, – Алма удрученно вздохнула и отвела взгляд.

– Ты из-за нее расстроилась? Да брось, забудь про это! Она просто позавидовала твоему счастью, – заявила Кассандра.

– Но она в чем-то права… – Алма не спешила ей верить, поддаваясь сомнениям. – Вдруг я не справлюсь? Как отреагируют дети?

– Уверенна, они порадуются, так что хватит киснуть и начинай улыбаться. Все будет хорошо! – с улыбкой произнесла Кассандра, крепко обнимая подругу. Алма снова вздохнула, но на душе ей стало немного легче.

В следующие полчаса имбрины отвлекали мисс Сапсан разговорами, не давая ей снова впасть в хандру, а, как оказалось, это было не самой легкой задачей. После появился Шэрон и не отходил от возлюбленной до самого ужина. Он отвлекал ее как мог и смог добиться ее улыбки. Кассандра тоже оставалась с Алмой покуда могла, но потом ей пришло время возвращаться в свой Дом и она нехотя оставила подругу.

Сидя после ужина в гостиной, Алма никак не могла выкинуть из головы утрений разговор с коллегами. Она знала, что будет сложно, тяжело, она даже была готова убеждать их, что сможет заботиться о детях в период беременности и после, но об этом никто даже не вспомнил, когда открылся ее секрет. Их обеспокоили только нарушенные правила и якобы опозоренная честь имбрин. От этого ей становилось еще печальней, Алма не знала какие аргументы можно привести против этого. Она сильнее сжала чашку с чаем в ладонях и положила голову на плече Шэрону. Они остались практически одни, только мисс Королек и несколько ее подопечных сидели у камина в дальнем конце комнаты, но было ясно, что Баленсьяга сидит здесь вовсе не из-за детей. Кажется, она весь вечер не спускала с Алмы и Шэрона взгляда. Вспоминая реакцию мисс Королек на ее признание, Алма задалась одним важным вопросом и решила озвучить его и Шэрону.

– Скажи, – ее голос вывел Шэрона из раздумий, – что ты почувствовал, когда понял, что я беременна? Что ты подумал, тогда, на кухне?

– Сперва был в шоке, не мог поверить, – он улыбнулся, пусть у них не все шло гладко, но это воспоминание было одним из лучших, – просто не ожидал, что это возможно, ну ты понимаешь, – Алма кивнула, она и сама не думала, что все так обернется, – а потом понял, что невероятно счастлив. Ты и наше дитя – это лучшее, что было и есть в моей жизни. И всегда будете.

Его ответ порадовал Алму и она продолжила свои размышления уже не в столь пессиместическом настроении.

Вечером мисс Королек довольно рано отправила спать Алму, помня, как нанервничалась женщина за день. Шэрон собирался пойти с возлюбленной, но старшая имбрина его остановила.

– Ну нет, вы уже достаточно ночей провели вместе. Сегодня переночуете отдельно. – И тихо ворча добавила, – не пристало воспитанной леди с мужчиной в одной комнате до свадьбы спать.

Мисс Зяблик, стоявшая за спиной имбрины, не удержалась ядовитого комментария.

– Что вы говорите про одну спальню, если была одна кровать. Ребенок у нее от непорочного зачатия появился, что ли?

Мисс Сапсан прильнула к любимому, от ее грустного взгляда у мисс Королек сжалось сердце, но она решила быть строгой до конца.

– Желайте друг другу спокойной ночи и расходитесь по своим спальням.

Алма и Шэрон прошептали друг другу слова любви, мужчина проводил имбрину до ее комнаты и даже поцеловал, не обращая внимания на строгий следящий взгляд Баленсьяги.

– Помни, я люблю тебя, – он отпустил ее руку и пошел обратно по коридору.

Мисс Королек проследила, чтобы мужчина добрался до своей спальни и напоследок предупредила.

– Только попробуйте пробраться к Алме ночью и больше не увидите ее никогда. – Мужчина не имел другого выбора, кроме того как повиноваться.

– Спокойной ночи, мисс, – безэмоционально сказал лодочник и закрыл дверь.

Женщина вздохнула и вернулась гостиную, она очень переживала за младшую имбрину и желала ей лучшего, но все еще колебалась, думая какое же решение ей принять.

========== Difficult problem ==========

Шэрон покинул свою комнату рано утром – коридоры дома были пусты и даже самые ранние пташки еще спали. Он постарался максимально незаметно добраться до коридора Панпетликона и войти в одну из дверей. Петля украинского Полесья хранила в себе чудесный луг. Мужчина сделал с десяток шагов и начал срывать самые красивые, по его мнению, цветки. Набрав с дюжину таких, он направился обратно. Вернувшись в дом, он перевязал букетик веревочкой и, открыв окно, издал звуки, похожие на карканье. Спустя пол минуты на стол села птица. Шэрон сказал одну фразу, повторив ее несколько раз, способности, подорванные амбро, частенько давали сбой, но сегодня он не мог ошибиться, и положил перед ней цветы. Повинуясь его приказу, она схватила их и улетела.

Алма проснулась от назойливого стука по стеклу. На подоконнике сидела потрепанная ворона и придерживала лапами небольшой букет. Женщина поспешила впустить гостью, та перелетала на комод, противно каркнув, и выпустила цветы. Алма забрала их и в благодарность насыпала ей немного крошек от вчерашнего печенья. Ворона съела часть угощения, снова каркнула и вылетела в окно. Имбрина присмотрелась – среди цветков виднелась записка, она развернула бумажку и узнала почерк возлюбленного.

«Доброе утро, милая. Улыбайся».

От такого сюрприза лицо женщины действительно озарила улыбка. Этой ночью она плохо спала, постоянно просыпаясь, и чувствовала себя разбитой. Да и престоящий разговор обещал быть непростым, от чего тоже становилось тревожно на душе. Подарок от Шэрона поднял настроение и предал сил. Алма поставила цветы в высокий стакан и стала одеваться. Задержавшись на секунду перед зеркалом, она посмотрела на свое отражение, рука сама собой опустилась на живот и Алма опять улыбнулась. С посланием Шэрона она получила некую надежду на счастливый исход.

Мисс Сапсан едва успела закончить завтрак, как перед ней появилась мисс Королек и попросила следовать за ней. Женщины прошли в библиотеку, и Баленсьяга закрыла за ними дверь. Переступив порог, Алма оказалась перед несколькими имбринами, они молчали, но взглядов было достаточно, чтобы понять, они все знают и осуждают ее. Кассандры здесь не было, она не смогла вернуться, иначе непременно бы испортила настрой в обществе недовольных. Алме было ужасно неуютно, она сильнее укуталась в свою кофту, пытаясь защитить себя и ребенка от их презрения. Взгляд мисс Королек так же был холоден и суров, Алма сразу почувствовала не ладное. Шумно выдохнув, Баленсьяга наконец заговорила:

– Мисс Сапсан, на заседании Совета мы приняли решение. Вы с мистером Шэроном будете разлучены на неопределённый срок. – Алма замерла. Она не ожидала такого, слишком уж верила в снисходительность Баленсьяги и надеялась, что она не позволит Шарлотте руководить.

– Учитывая твое положение, и только по этому, – мисс Козодой была солидарна с мисс Зяблик, – более строгое наказание мы вынести не можем. Это временное меропресечение для вас, окончательное решение мы примем, когда Совет будет в полном составе, но не надейся на поблажку. Это безобразие!

– Нет. Нет! Нет, вы не можете так поступить… – Алма стояла в растерянности, несколько секунд она осознавала услышанное, а после попыталась дать отпор.

– Можем. Это возмутительное нарушение древних обычаев, – Шарлотта произнесла слова резко и сухо, почти не скрывая своего злорадства, от чего мисс Сапсан вздрогнула. Каждая реплика коллег цепляла ее все сильнее. Она не ожидала, что будет так жестко и так больно. – Нам нужно время, чтобы решить сложившуюся ситуацию, а пока мы разлучаем вас.

– Дорогая, странно, что ты ожидала чего-то другого, – с усмешкой проговорила мисс Овсянка. – Ты же все знала с самого начала. Нам не позволительны постоянные отношения с мужчиной.

– Да кто бы говорил, Изабелла. Лучше бы сидела и помалкивала, если память подводит, – процедила Алма, зло посмотрев на коллегу. – Уж кому, а тебе точно не стоит умничать.

– Мне не понятны твои намеки, Алма, но помолчать сейчас действительно стоит. Тебе. Мы уже услышали достаточно. – Казалось, мисс Овсянка совсем не боялась, что кто-то вспомнит ее историю, ведь все присутствующие были слишком заняты новой проблемой.

– Надеюсь, ты подумаешь о своих поступках, хотя бы теперь, – слова мисс Коноплянки будто подвели черту в этом разговоре.

– Наше решение окончательное. Мы оповестим тебя о заседании, – закончила мисс Козодой. – На этом все.

Мисс Сапсан повернулась к двери, желая быстрее остаться наедине. Слезы уже были готовы политься из ее глаз, но она не хотела показывать свою слабость перед остальными. Они все равно не поняли бы ее переживаний.

– Сейчас ты должна вернуться к детям, – мисс Королек подступила к бывшей ученице, осторожно взяв ее за руку. – Постарайся сделать это поскорей, пожалуйста. Им не стоит подолгу оставаться одним.

***

Выйдя в коридор, женщина тяжело вздохнула. У нее было меньше часа, чтобы рассказать возлюбленному о решении Совета, имбрины разрешили ей самой объяснить ему все, и попрощаться. Алма так поспешно покинула библиотеку, что даже не заметила как от дверей отскочила Эмбер, потирая ушибленный лоб, а за колонной прятались Магна и Анна, которые с интересом наблюдали за происходяшим. Ларсен, Китс и Свон, преисполненные любопытством, решились подслушать разговор имбрин и не успели вовремя отойти. Они проводили мисс Сапсан встревожеными взглядами и переглянулись. Эмбер только собиралась высказать свое мнение о случившемся, как двери библиотеки снова открылись и перед девочками появилась мисс Королек. Ее взгляд не предвещал ничего доброго, и подруги поспешно ретировались, не желая на навлекать на себя беду.

Шэрон сидел в гостиной, в его руках была книга. В последние время он часто читал, но сегодня не мог понять ни единой строчки. Все мысли мужчины были о возлюбленной и ее самочувствии. Он знал, что она ужасно нервничает, а такое состояние явно не благоприятно для ее положения. Утром он так и не смог увидеть Алму, от чего становилось еще тревожной. Вдруг негативно настроенные имбрины уже что задумали против Алмы…

Придя к завтраку в столовую, он не застал там никого из имбрин, зато услышал как старшие дети шепотом пересказывали друг другу, что мисс Королек позвала мисс Сапсан в библиотеку, и выглядели обе женщины очень серьезными. Пока он наливал себе чай, дети куда-то ушли, и Шэрон тоже покинул столовую, понимая, что сейчас оставаться один на один со своими мыслями ему совершенно не хочется. Мужчина поднялся на второй этаж, в гостиную, и взял первую попавшуюся книгу, правда, только для вида.

Волнение не отпускало его ни на секунду, имбрины были в библиотеке уже более получаса, и с каждой минутой ему все больше хотелось зайти туда и забрать Алму. «Сколько можно ее мучать? Она же ни в чем не виновата». Когда Алма появилась перед ним, он так поспешил ее обнять, что не сразу заметил заплаканые глаза. Лишь отстранившись, он увидел как она печальна.

– Что случилось? Что они сказали?

– Они… – Алма смотрела в пол, ей не хватало сил поднять взгляд, произнося такие слова. – Они нас разлучают. Они не позволят нам быть вместе.

– Почему? Как они смеют? Ты же беременна… – он приложил ладонь к ее животу. Шэрон не мог поверить, что у него отбирают возлюбленную и ребенка просто потому что кто-то ей позавидовал и вспомнил о старых правилах. Он сначала вообще не хотел, чтобы она рассказывала об этом Совету, но привыкшая повиноваться правилам Алма не смогла долго молчать о таком.

– Для них это не аргумент. – Алма взяла руку Шэрона и крепко её сжала. Он притянул ее к себе, пытаясь утешить, стирая с её щёк слезы. В гостиной появились мисс Зяблик, мисс Коноплянка и мисс Галка. Первая не скрывала злорадства, а последняя – сожаления. Алма прижалась к возлюбленному, тяжело вздыхая.

– Мисс Сапсан, вы уже поделились радостной новостью? – выделив тоном последние слова, спросила мисс Зяблик.

– Шарлотта, немедленно прекрати издеваться! – строго прервала ее Хелен, но замечание было проигнорировано.

– Раз все выяснено, то пора расходиться, – в комнату вошла мисс Королек. – Мисс Сапсан пора возвращаться к детям.

– Вы бездушны, – Шэрон сильнее обнял Алму и зло посмотрел на Баленьсьягу

– Это не совсем мое решение, но и я не одобряю ваш роман, – холодно отрезала женщина.

– У вас ведь тоже отбирали тех, кто вам дорог, так какого черта вы делаете тоже самое?! – мужчина не сдерживал своего гнева на имбрин.

«Это нужно прекращать», – глядя на разбушевавшегося Шэрона, решила мисс Королек. – «Надо увести его, пока он вообще не потерял контроль над собой». Баленсьяга быстрым шагом вышла из библиотеки, направляясь на третий этаж, где располагались комнаты мужчин, которые жили в этом доме. На данный момент особняке Бентама, кроме Шэрона, находилось всего трое мужчин – Ним, бывший помощник Майрона, Уилльям Хоггарт, один из тех немногих странных, кто сотрудничал с новой властью, и Элвин Далтон, он снял костюм клоуна, больше не скрывая свою странность. С последним мисс Королек была знакома дольше всего и весьма доверяла ему.

Тем временем в гостиной разыгралась настоящая драма, никто из имбрин не ожидал такого отпора со стороны Шэрона. Глядя на его возмущение мисс Галка надеялась, что он сможет отстоять их с Алмой право быть вместе, но всех остальных его поведение бесило. Мисс Зяблик с трудом скрывала свою злость к парочке, но не хотела никому давать повод обвинить себя в предвзятости и держалась максимально отстраненно. Остальные отвечали Шэрону в той же манере, что и он с ними говорил.

– Вы заблуждаетесь и преувеличиваете… – мисс Козодой попыталась остановить его, но Шэрон ее не слышал.

– Ни сколько. Вы мучаете Алму совершенно незаслуженно! Я понимаю, что ко мне вы испытываете крайне негативные чувства и желаете избавиться от меня, но перестаньте издеваться над Алмой, – эти слова были направлены мисс Зяблик. Она сохранила невозмутимость и холодно ответила.

– И в мыслях подобного не было. Это справедливое решение, учитывая, что вы нарушили все правила Совета имбрин. Так имейте смелось принять наказание.

– Ваши идиотские правила сейчас ничего не значат, когда идет речь о ребенке, – Шэрон слушал ее слова и поверить не мог на сколько глупы древние уставы и, что главное, жестоки остальные имбрины. – Треплете Алме нервы из-за своей злости и зависти! Вы же сами женщины, неужели вы ничего не понимаете? Не чувствуете?

– Успокойтесь, мистер Шэрон. Пустое сотрясание воздуха вам не поможет, а скандал лишь усугубит ситуацию. – Мисс Коноплянка еще сохраняла спокойствие, хоть высказывания мужчины ей категорически не нравились. Она заставила себя не отвечать на слова о женском, то есть материнском, чувстве, хотя они неприятно зацепили ее. В этот момент до нее дошло, что в первую очередь она завидует Алме за счастье иметь настоящую семью, а только потом осуждает.

– Смиритесь и повинуйтесь, так будет лучше для всех. – Баленсьяга уже вернулась и с ней пришли Ним, Уилл и Элвин. Они остановились в шаге от Шэрона, пока ничего не предпринимая. Алма не отходила от возлюбленного, чем сковывала действия мужчин. Мисс Королек запретила им даже прикасаться к имбрине, ибо она все-таки переживала о здоровьи Алмы. К тому же это могло все усложнить, потому что сильнее бы разозлило Шэрона.

– Я не могу смириться с тем, что заставляет Алму плакать! Ей отдыхать надо, а из-за ваших «великих и правильных» решений она места себе не находит! Прекратите это немедленно!

– Вы всего лишь любовники. То, что вы несколько раз переспали не дает вам права что-либо требовать. Прекращайте этот скандал и уступите по-хорошему. – Шарлотту продолжала говорить с издевкой. Она считала решение о разлуке слишком мягким и хотела как можно сильнее зацепить пару.

Слова мисс Зяблик только сильнее разозлили Шэрона. Любовь и ненависть кипели в нем, порождая гремучую смесь. Черствость имбрин бесила, собственное бессилие лишь добавляло жару и он был готов на что угодно. В эмоциях он сделал шаг вперед, отпуская возлюбленную, и этим в ту же секунду воспользовались. Пока мисс Королек отвлекла Алму, Ним и Уилльям схватили мужчину за руки, заламывая их, и оттягивая его назад. Шэрон попытался оттолкнуть их, но к ним присоединился Элвин, и втроем они удержали его. Чтобы прекратить сопротивление, Уилльям ударил Шэрона в грудную клетку, от чего тот согнулся и закашлялся, пытаясь отдышаться.

Алма испугано вскрикнула и вцепилась в рукав кофты Нима, который оказался ближе всего к ней, желая помочь любимому. Ее действия тут же были присечены Баленсьягой и Хелен. Элвин словил взгляд мисс Королек, дал знак помощникам и вместе они смогли вывести Шэрона за дверь. Из коридора послышалась ругань, с которой они выясняли отношения и Шэрон пытался прорваться обратно в библиотеку. Он был готов даже выбить закрытые двери, но Уилл и Элвин снова ударили его и потащили на первый этаж. Ним поплелся за ними, он искренне сочувствовал другу, но не решился пойти против имбрин.

– Нет, не надо. Стойте! Не трогайте его! – Алма держалась, пока ее возлюбленный ругался с имбринами, и пыталась не давать волю слезам, но сейчас разрыдалась.

– Успокойся, милая. Так будет лучше. – От попытки последовать за ним, ее снова удержала Хелен, обнимая и сдерживая. Спустя пару минут голоса за дверью стихли, Шэрона заставили уйти, Алма окончательно потеряла надежду на счастливый исход этой поездки.

Чувства безнадежности и обреченности полностью захватили ее. Алма снова чувствовала себя опустошенной, брошеной, слезы безперестанно лились по ее лицу, от рыданий разболелась голова и имбрина уже едва стояла на ногах. Хелен хотела осторожно усадить Алму на диван, но та так перенервничала, что не смогла сделать и шага. Она внезапно ощутила уже знакомое головокружение, земля ушла у нее из-под ног и Алма потеряла сознание. К счастью, мисс Галке удалось удержать Алму и медленно опустить на пол, не позволив ей удариться головой. Заметив недомогание мисс Сапсан, мисс Королек поспешно отправилась за Матушкой Пылью, единственным человеком в доме, который хоть немного смыслил в медицине.

***

Глядя на Алму, которая выглядела ужасно подавленной, а теперь еще бледной и измученной, мисс Королек поняла, что в действительности не совсем согласна с вынесенным решением. На утреннем собрании мисс Зяблик, мисс Коноплянка и мисс Козодой очень умело отстаивали свою точку зрения и она склонилась к их словам. Кассандре пришлось покинуть особняк еще вчера, а Хелен слушать они не захотели, назвав ее заинтересованным лицом. Баленсьяга жалела Алму, но смириться с тем, что ее избранником стал Шэрон и этот выбор не изменить, она не могла или не хотела. Мужчина невероятно раздражал и абсолютно не вызывал доверия. Старшая имбрина считала его недостойным ее лучшей ученицы, но не знала как поступить, хоть сердце подсказывало, что стоит поддержать Алму, а не осуждать.

Матушка Пыль и Рейнальдо быстро привели Алму в сознание, но отвечать на вопросы о своем самочувствии имбрина отказалась. Алма коротко поблагодарила их за помощь и отвернулась, она смотрела невидящим взглядом перед собой и тяжело вздыхала. Придя в себя, мисс Сапсан еще с полчаса плакала на плече у мисс Галки, пока на рыдания совсем не осталось сил. Тогда мисс Королек попросила остальных имбрин оставить их, она села рядом Алмой, приобнимая ее за плечи.

– Все, – примирительным тоном сказала она, – хватит слезы лить. Соберись, тебе пора к подопечным.

Алма в очередной раз тяжело вздохнула, не поднимая глаз на старшую имбрину. Мисс Королек аккуратно вытерла влагу с лица Алмы и слегка поправила ей волосы. Мисс Сапсан, наконец, успокоилась и женщины отправились к коридору с дверьми. По дороге Алма зашла в спальню за сумкой и остановилась у зеркала, чтобы поправить кофту.

– Да ладно тебе красоту наводить, все равно никто не увидит, – этими словами Баленсьяга хотела разрядить обстановку, но мисс Сапсан прореагировала по прежнему остро.

– Увидят. И хоть бы что, я должна выглядеть прилично.

– В смысле увидят? – опешила мисс Королек, – я имею в виду, разве ты не превратишься?

– Я не могу обернуться птицей, уже пару месяцев как. Наверное, потому что ребенок растет и становится отдельным организмом.

– Сегодня день нескончаемых сюрпризов, – она тяжело вздохнула. – Может кого-нибудь с тобой отправить? – с беспокойством спросила Баленсьяга. – Если вдруг что случится…

– Уже случилось, – резко прервала ее Алма и одарила злым взглядом. – До свиданья, мисс Королек. – Она решительно прошла к двери и скрылась за ней. Раздался резкий хлопок и наступила тишина. Сейчас она угнетала. Старшую имбрину все чаще посещала мысль о неверности ее решения. «Может не стоило так жестко?»

Пока мисс Королек провожала мисс Сапсан, мисс Зяблик, мисс Овсянка, мисс Коноплянка и мисс Галка собрались в ее кабинете. Шарлотта, Изабелла и Элла возмущенно обсуждали произошедший скандал. Он, по-своему, зацепил каждую из них.

– Если бы только она сказала раньше! – Мисс Зяблик все еще была вне себя от негодования. Она нервно расхаживала по кабинету и фыркала. Мисс Овсянка всячески ей поддакивала, выражая свое согласие с мнением коллеги. – И если бы можно отправить этого несносного лодочника подальше! Тогда бы она не смела возражать. Да и Баленсьяга не сомневалась бы в своем решении и мы смогли бы заставить Алму избавится от ребенка.

– Ах, почему он оказался таким правильным?! – вздохнула мисс Коноплянка.

– Он ни черта не правильный, – почти выкрикнула Шарлотта, – он просто нашел хороший способ закрепиться в этом доме. У него явно есть какик-то планы и Алма – ключ к ним.

– И это еще одна причина, по которой мы не можем позволить им с Алмой быть вместе. Он ее просто погубит, – подытожила Элла, изображая заботу и беспокойство о сестре.

– Только до Алмы этого не донести, – с усмешкой сказала Изабелла. – Она питает к нему слишком сильные чувства и отталкивает любые разумные доводы. А свои решением ты его просто взбесила, я думала он тебя ударит, – Изабелла вздрогнула, вспоминая ярость Шэрона. – Не хотела бы я в одиночку встретить его в коридоре.

– Только попробовал бы! Одно движение в мою сторону и я сделаю так, что он никогда не увидит свою обожаемую Алму и ребенка. «Лучшая ученица, лучшая имбрина», – Шарлотта с презрением передразнила мисс Королек и фыркнула. – Вот вам и лучшая. Вела себя как шалава, а теперь хочет снисхождения.

– Признайся, что ты просто завидуешь. – Хелен не выдержала и вмешалась. – Шэрон зацепил каждую из нас, сказав о материнских чувствах. Алма сделала свой выбор, мы не в праве требовать, чтобы она изменила решение.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю