Текст книги "Я охочусь на тебя (СИ)"

Автор книги: Габриэлла Мартин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 29 страниц)

Ульрик беззлобно отмахнулся:

– Шуруй уже. Алекс, ступай в дом. Либо болтать станем по-другому.

Мигом скиснув, Александр послушно развернулся и пошёл по дорожке обратно.

Мужики в задумчивости смотрели мальчику во след, не спеша возвращаться к беседе.

Спустя минут пять Густав испустил вздох:

– Если ты ошибаешься, мы провалим всю миссию.

– А если я прав – мы накроем целый наркокартель.

Вздохнув, Густав уныло закивал в согласии.

В заброшенном здании с дырявой крышей бегали крысы. Ульрик с тяжёлым дыханием прислонился спиной к бетонному перекрытию.

“Нужно было сразу вызывать подмогу…” – подумал он.

В тёмном углу сбоку зашуршало, и Ульрик напрягся, вскинув пистолет.

– Папуля! Вот твоя рация. – Сказал маленький Александр.

– Чëрт возьми, сынок, какого хуя ты здесь делаешь?! – оскалился отец.

Отпрянув, Александр тут же упрямо стиснул губы.

– Я помогаю тебе! Ты потерял рацию!

– Я грохну твою мамашу, когда мы выберемся отсюда… – Затравленно оглядевшись вокруг, Ульрик выхватил рацию из рук мальчишки. – Сокол – Павлину. Сокол – Павлину. Необходима подмога. Повторяю, необходима подмога. Густав, здесь Александр. Мне необходима помощь.

Рация выплюнула пару шипящих и слившихся в одно, словечек.

– Александр, ты посиди тут. Никуда не сдвигайся и не высовывайся. Это приказ, ясно?

В их уши врезался колючий треск, оглушив и дезориентировав. Из бока колонны посыпалась каменная крошка.

“Тут лишь один выход. Про моего сына они пока не знают. Я сделаю всё, чтобы не узнали.” – Одним коротким рывком Ульрик ринулся под защиту следующей колонны.

Пули с запозданием вгрызлись в пол, и бетонное крошево брызнуло во все стороны, с остервенением впиваясь в стены.

– Вы… вообще не умеете стрелять, ребята. – “Давайте, следите за моим голосом. Я уже здесь, а там никого нет…”

От бетонной пыли царапнуло горло и глаза.

Ульрик развернулся к сыну…

– Александр! – воскликнул он с выпученными глазами.

Тот повернулся как раз вовремя, чтобы нож в руке нападающего соскользнул, вонзаясь в живот мальчика…

– Ааааааааааа! – заорал Ульрик.

Вскочив, мужчина помчался вперёд, на ходу выпуская пули в голову противника.

Александр, стремительно бледнея, оседал на пол, держась руками за живот.

– Папуля! – На голубой толстовке расплывалось кровавое пятно, пачкая бежевые штаны.

Пуля прилетела откуда-то сбоку, откуда еë никто не ждал. Ульрик, прошитый насквозь, упрямо шагнул вперёд… и снова шагнул…

Мужчина практически упал на своего сына и прикрыл его собственным телом. Вдали выли сирены. Опять спешно затрещали пистолеты.

– Ульрик! Ульрик!.. – подоспевший Густав тормошил товарища.

Два тела безвольно распростëрлись на бетонном полу. Если бы не кровавые лужи, можно было бы подумать, что они спят…

– Мой старший сын лекарь, и он первый прибыл с подмогой. Мальчишку они зашили, а рыцаря не успели. Той же ночью и умер. – Сказала Бригитта.

Сжав зубы, Агата сдерживала рвущуюся изнутри волну.

“Так вот оно что… вот почему Александр ничего не рассказывал…” – Спасибо, бабушка Бригитта. Это… ужасная история.

Пожилая дама покивала, грустно и одновременно раздражённо:

– Мужики – идиоты. Им только бы убивать друг друга. – Потом она взяла пустую тарелку, дошла до печи и наложила девушке ещё рагу. – Кушай давай. Не забивай головку глупостями.

Какое-то время они молчали.

Наконец старуха скрипнула:

– Кто же так подсобил тебе? Ночью вода ледяная…

Задумавшись, Агата прикусила кончик ложки:

– Определённо тот, кто не желает мне добра.

Что-то пробубнив себе под нос, старуха стащила со стола кожаный мешочек. Не смотря на девушку, Бригитта бросила на покрывало с десяток деревяшек с выженными на них символами.

– Ты веришь в скандинавские руны, а? – спросила бабулька.

– Нет. Это всё глупые суеверия.

Усмехнувшись, Бригитта не подняла на девушку глаз:

– Зато они верят в тебя.

От тона женщины спина Агаты покрылась мурашками. Покосившись на покрывало, она рассматривала обожжëнные деревяшки.

– Анзус говорит тебе: ты в идиотках, девушка. Кто-то врёт тебе, кто-то злой… а ты и рада попасться на крючок. Что тебе с него, вруна? Ты с него одни слëзы наберёшь, а он с тебя – корзину шерсти. Уруз говорит: будь похитрее, девушка. Измени собственные глаза, гляди на всë как охотник, а не как жертва. Разыскивай слабое звено. Отыщешь, разобьëшь – найдëшь собственные ответы. Феху говорит тебе: будь сильной, девушка. Послушай Уруз, и станешь союзником воли, знания и желания. Не ты будешь осëдлана, но жизнь станет твоим послушным скакуном.

– И это всё? А про любовь? – спросила Агата.

Засмеявшись, Бригитта прикрыла рукой беззубый рот:

– Вам, девушкам, всë только про любовь и парней. Имеются в жизни вещи поважнее этого. – Однако пальцы старушки уже шустро прошлись по рунам, будто нащупывая между ними нить. – Гляди, как мужчина ждёт тебя… как желает дотронуться до твоей руки…

Склонившись над рунами, Агата скептически вглядывалась в незнакомые символы.

– Парень скалится на себя, но скулит внутри. Мужчина кажется злым животным, но приручить его легче, нежели волка. – Бригитта любовно погладила одну из деревяшек. – Я не представляю, кто этот парень, но он трудный для тебя.

– Вы даже не имеете понятия, насколько.

– Однако… вернее, чем он, никого не будет и заботливее, чем он, никого не будет. Подобные ему возводят империи, чтобы у тебя были оловянные солдаты в человеческой коже… И этот мужчина знает, что ты его хочешь.

Закусив губу, Агата немного покраснела. В дверь забарабанили, старуха, не отвечая, поднялась и почапала к двери. Свесив ноги с кровати, Агата насторожилась.

– К тебе гость, девочка. – Сказала Бригитта с порога.

– Агата! О, господи, ты в норме и жива! – провозгласил русоволосый парень.

– Э… двард? – вопросила Агата удивлённо.

– Ага! Я ведь говорил, что стану приглядывать за тобой.

“Если это был ты, а не Кристофер, конечно”.

Эдвард радостно бросился навстречу Агате, а она… раскрыла объятия.

– Эдвард! Как же хорошо видеть знакомое лицо! – Радостно обняв парня, Агата ощутила, как облегчение накрывает еë удушающей волной. – “Как же странно, что отыскал меня конкретно он… почему не Александр или Рэйчел?” – Как ты нашёл меня?

– Пораспрашивал местных рыбаков. Тебя все разыскивают. Ребята отправились на все концы острова.

“Алекс, возможно, бесится, словно чëрт. А Рэйч рыдает…”

– Что с тобой произошло? Почему ты тут?

– Я… упала в озеро. Ночью. Едва не утонула, сыновья этой дамы меня вытащили.

– Ты подскользнулась, да?

– Меня… пихнули. – Агата внимательно наблюдала за выражением лица Эдварда.

Поначалу его лицо не выражало ничего, но после напряглось:

– Агата… кто мог тебя спихнуть?

– Хороший вопрос, однако…

– Насколько хорошо ты знаешь всех этих людей, с которыми приехала?

Агата выгнула брови на парня, а он спокойно продолжил:

– Могут ли они хотеть от тебя чего-нибудь? Кому выгодно, чтобы ты боялась?

– Мне самой интересно это знать… – Помолчав минуту, она пыталась собрать мысли воедино. – Пошли пройдёмся, Эдвард.

Бросив на Бригитту короткий взор, парень послушно кивнул.

Встав посреди дороги, Агата окинула село цепким взором. Маленькие домики, рыбацкий причал… Вдали высокие заснеженные горы…

– Оно очень красивое, ты так не думаешь?

Эдвард тоже окинул село цепким взором, только с наибольшим скептицизмом.

– Просто очередное умирающее село. Не вижу ничего интересного.

– Но какие тут домишки! И практически отсутствуют следы цивилизации. Но имеется море, пляж, красивые виды… Это место стало бы интересным курортом.

Пожав плечами, Эдвард выглядел заметно раздражëнным глупой темой для беседы.

Агата испустила вздох:

– У тебя есть деньги?

Без задавания вопросов, парень вынул из портмоне пару крупных купюр.

– Спасибо. Нужно возвратить платье Бригитте. Подожди тут.

– Бабушка Бригитта, я хочу возвратить вам платье.

Та махнула рукой, не отрываясь от собственных рун:

– Оставь его себе, девочка. Тут их больше некому надевать. Да и твои вещи пока тëплые.

Одежда Агаты действительно пока что отдавала влажностью. Отложив свои вещи в сторону, девушка присела около старухи.

– Ваше село очень красивое.

– Хворое село, девочка. Все отчаливают, покидая нашу деревню. В скором времени вообще никого не останется, лишь старичьë с мышами.

– Почему?

– А чего здесь делать? Работы хорошей нет, где-то с полвека уже. Живём рыбой и тем, что дети из города привозят. Они и электричество сделали и газ привезли. Но сами жить тут не хотят. Я их не сужу за это. В городе и то получше.

“Рыбацкое село… может ли это стать хорошей инвестицией? Можно устроить тут музей под открытым небом. Сделать интересные занятия туристам… Это недалеко от Стокгольма. Если всё красиво устроить… Потяну ли я? Ага. Когда, если не сейчас? Нужно, конечно, связаться с Энтони… как он там, кстати? А, ничего. Если активов не хватит – попрошу у Александра. Это его родные места, он не откажет.” – Бабушка Бригитта, если я захочу оживить село – вы поможете мне?

Пожилая женщина подняла на неë глаза – цепкие, острые, словно не бабули вовсе, а юного бизнесмена.

– Что ты задумала, девочка?

– Привести сюда туристов и сделать музей. Вы, пожилые, помните древние методы. Как валять шерсть, как рыбачить по старинке, как готовить в печи… Это можно показать туристам. Как люди жили раньше. Они привезут деньги. Появится работа. Значит, появится и жизнь.

Замерев, старушка обдумывала слова девушки:

– Туристы – это не всегда хорошо.

– Однако получше смерти, так ведь?

– Так. – Бригитта ещё какое-то мгновение помолчала, потом закивала. – Я побеседую со старыми. Поглядим, что можно сделать.

– А я тогда разберусь с финансированием. – Агата протянула ладонь, и пожилая дама не колеблясь пожала еë.

– Ты хорошая девушка, доченька. Умная. Да прибудет с тобой господь…

Агата уловила миг, когда бабулька отвернулась, и шустро засунула деньги под край пледа.

– Благодарю вас за помощь, бабушка Бригитта. Мне надо идти. Мои переживают.

– Неси удачу с собой, девочка. – Начертив в воздухе три загогулины, старушка шептала что-то вслед Агате.

“Да уж, туристы тут точно не заскучают…”

Тачка Эдварда уже мирно ворчала двигателем около домика старушки. Агата ощутила, как кожа покрылась мурашками на руках.

“Перед тем, как вернуться домой, я должна узнать кое-что…” – Эдвард, ты можешь отвести меня к обрыву?

Тот с удивлением выгнул брови, но закивал.

Сев на пассажирское сиденье, Агата решительно захлопнула дверь за собой.

С тоской Агата обернулась на дорогу, где они оставили тачку.

“Я понимаю, что вы тревожитесь, ребята, но мне очень надо подумать… – Она тряхнула головой и медленно обошла земляной полукруг на краю скалы. – Ощущаю себя долбаным Шерлоком. Но поглядеть нужно…”

Молча наблюдая за ней, Эдвард стоял в десяти шагах ближе к авто.

“Почва тут влажная, следы видны просто отлично… – Агата поставила ногу около одного из отпечатков поближе к скале. – Да, это мой, кажется. А это чьи?.. Так, я вижу… мужские следы носка с пяткой. Мужские, потому что тяжëлые… – Встав на носочек около следа, Агата продавила землю со всей силы. Еë след ушёл в землю на две трети от глубины соседнего. – Выходит, не Ева. И не Рэйчел – она тоже очень лёгкая. След носка… в эту сторону он крался. К обрыву. А от обрыва – удирал. Почему он удирал, если я уже упала? Возможно, его кто видел?”

Поколебавшись, Эдвард приблизился:

– Возможно, я помогу?

Агата вскинула зелëные глаза на парня:

“Если я попрошу его встать около следов… хм. Во-первых, это не поможет. Тут нет нормального чёткого следа, лишь носочки и смазанный след от бега. А если это действительно был он… то я тут одна. Никто не знает, что мы здесь.” – Агата передëрнула плечами от внезапно накатившего холода. – Не стоит. Лучше поехали к Алексу.

Кивнув, Эдвард тоже в задумчивости поглядел на следы, прежде чем идти в тачку.

Боязливо потерев ладошками плечи, Агата последовала за ним.

Притормозив возле края поля, Эдвард заглушил двигатель. Агата вылезла из салона, ощущая лёгкую нервозность.

“Теперь меня пугает всë подряд. Это ненормально.” – Ты не хочешь подъезжать к дому?

– Боюсь, твой друг расстреляет мою тачку из гранатомёта, если увидит. Может, дальше пешочком пойдём?

Кивнув, Агата вгляделась вдаль, где из-за поворота появилось две фигуры.

“Эллиа с Евой!”

– Блядский рот, Агата, ты где шастала?! – спросила Ева.

– Ну, дьявола я бы к тебе не подпустил, но в целом с вопросом соглашусь. – Сказал Эллиа.

“Неправильно подозревать всех подряд, только…” – Ребята, а что вы здесь делаете?

Немного опешив, Ева пару мгновений молчала:

– Тебе помогаем.

– Я понимаю, но я же просила помочь с поиском ребят. Мы отыскали их. Почему вы пока не уехали? Я думала, вы выставите мне мафиозный счёт и возвратитесь домой.

Пара замерла, а после переглянулась с абсолютно непонятными выражениями лиц.

– Но… мы думали, что тебе всё ещё необходима помощь. – Ответила Ева.

– И вы решили предоставить еë так просто? По дружбе, так?

– Агата, ты на что намекаешь? – Эллиа глядел на Агату с лёгким прищуром.

– Я не намекаю, а пытаюсь понять. – Агата медленно переключала взор с Эллиа на Еву.

Ева почти обиженно склала руки перед собой. Эллиа нахмурил брови.

– Агата, тебе надо отдохнуть. Когда ты в последний раз высыпалась? – спросила Ева.

– Давно. А какое отношение это имеет к моему вопросу?

Стушевавшись, Ева немного отступила:

– Да я просто хочу сказать… эм… ты так давно не отдыхала как положено.

Вынув сотовый, Эллиа неловко отошёл на шаг назад:

– Я позвоню шведу. Они там бегают, разыскивая тебя.

Стиснув кулаки, Агата прикусила губу и нахмурила брови:

– Я думаю, что тут что-то не так.

– А я думаю, что у тебя паранойя. – Сказала Ева. – Ты сама позвала нас из Англии, мы не напрашивались в гости.

Немного морщась, Агата не нашла, что сказать на этот аргумент.

– Ребята, а где вы были сегодняшней ночью? – вмешался в разговор Эдвард.

– К чему это такой вопрос? – спросил его Эллиа.

– Я просто спрашиваю, без всякого подтекста.

– А где был ты, идиотина?! – вопросила Ева Эдварда.

– В кровати, дрых.

– А ну прекращайте. – Обведя группу недобрым взором, Агата ощутила, как в ней всë вибрирует.

В голове звоном отозвались слова старушки.

– Уруз говорит: будь похитрее, девушка. Измени собственные глаза, гляди на всë как охотник, а не как жертва. Разыскивай слабое звено. Отыщешь, разобьëшь – найдëшь собственные ответы.

“Глядеть на всë, как охотник, выходит? Разбить слабое звено?.. Хватит сидеть и трястись. Настало время действовать. Я не стану бояться и не разрешу меня запугивать. Кто бы из вас это ни сделал… держитесь”. – Ребятки, я устала. Мне необходимо прилечь. А завтра… давайте все вы придëте в гости? Я хочу побеседовать о том, что произошло.

– Ты позвонишь? – спросила девушку Ева.

– Конечно, я сообщу о времени. Эдвард, тебе тоже.

– Ладно. Может быть, проводить тебя до дома? – предложил тот.

– Не нужно, я дойду сама. – Вымученно улыбнувшись, Агата развернулась к ребятам спиной и направилась к дому.

– Твою мать, где ты пропадала?! – нахмурился Александр.

– Привет, мамуля. – Ответила ему Агата.

– Мы едва не рехнулись от переживаний! – Рэйчел бросилась на шею Агаты.

Агата заметила тëмные круги, залëгшие под глазами блондинки. Подойдя к ним, Александр мягко приобнял обеих девушек за плечи. Вышел неловкий бутерброд, в котором Агата ощутила себя как в тёплом коконе. После завершения объятий, Агата устало села на диван.

– Ребята… вам я доверяю. И мне необходима ваша помощь. – Начала она.

Усевшись около неë, Рэйчел поджала ноги под себя. Алекс расположился напротив.

– Рассказывай. – Сказал он.

Агата вздохнула и стала выкладывать им события сегодняшней ночи. Когда она дошла до краткого описания собственного бизнес-плана, Алекс рассеянно кивнул.

– Отпадная идея, между прочим. Я даже приблизительно представляю, как это сделать. – Сказал он.

– Это означает, что теперь у тебя появятся дела в Швеции! – воскликнула Рэйчел. – Мы тебя теперь точно не потеряем.

Агата ласково водила пальцем по руке блондинки. Она быстро дорассказала им оставшуюся инфу и устало вздохнула.

– Эдвард…меня пугает. У Эллиа с Евой тоже странное поведение. И я продолжаю думать: возможно, у меня разыгралась паранойя? – Агата механически выгибала пальцы о ладошку второй руки.

– Вполне возможно. В действительности, тебе следовало бы подозревать и нас.

– Алекс! Зачем ты загоняешь девушку в нервоз?! – вопросила Рэйчел. – Ей и без твоих шуток непросто.

– Не скажу, что я прямо так уж пошутил…

Сплетя пальцы, Агата вытянула их и размяла:

– Есть у меня одна мысль… только она безумная.

– Станешь стегать их до получения признания? – спросил Александр.

– Чего? – спросила Агата.

– Чего? – повторила Рэйчел.

– Чего? – Изобразив рукой движение плëтки, Александр сопроводил это звуком “хлыщь!”.

Не сдержавшись, Агата истерично заржала.

После она прикрыла глаза и выложила им собственный план.

– О, малышка мисс Харрис решила сменить квалификацию на преступницу.

– Алекс, я тебя грохну. – Рэйчел повернулась к Агате и строго нахмурила брови. – Агата, тебе известно, что это не очень законно?

– Ха! Конечно. Однако я устала быть жертвой. – Расправив плечи, Агата ощутила, как окаменели черты собственного лица. – Мне надоело бояться и быть на шаг позади. Кто-то пытается сделать из меня загнанного и испуганного зверька. Достаточно. Мой черёд нападать.

Откинувшись на спинку дивана, Алекс смотрел на неë оценивающе и жадно:

– До чего приятный настрой.

Оскалившись, Агата наставила ему в грудь острый ноготь:

– Гляди как бы я за тебя не взялась.

– Убедись, что моя смерть станет приятной. Иначе я достану тебя с того света. – Сказал парень.

– То, что ты задумала… это жестоко. – Произнесла Рэйчел.

– Рэйчел, я знаю и понимаю, только… мне так страшно. – Немного сжавшись, Агата вспомнила, как вода озера мигом вышибла воздух из еë груди.

– Я знаю и понимаю, моя дорогая! Только… – Нахмурив брови, Рэйчел прикусила губу, немного сжав ноги.

– А у тебя имеются иные идеи, как вынудить их поведать о собственных мотивах? Зачем они все тут? Из-за нежной заботы о моём благополучии? Извини, но я что-то сомневаюсь в этом.

Тяжело вздохнув, Рэйчел кивнула:

– У меня нет иных идей. Однако это по-любому жестоко и неправильно… – Поднявшись, блондинка нервозно оправила подол красного короткого платья. – Агата, я тебя люблю и хочу, чтобы всё было нормально. Только мне трудно смириться с таким решением. Я… пойду в свою спальню, если вы не возражаете. Мне надо подумать одной. – Перед тем, как покинуть гостиную, Рэйчел наклонилась, порывисто обняв девушку.

– Рэйчел, я не хочу огорчать тебя…

– Я знаю, моя милая. Я не прекращу тебя любить из-за этого. Обещаю.

Смотря в спину блондинки, Агата ощущала, как всё стискивается в ней.

“Рэйч права. Это жестоко и странно. Но я должна стать хищником, чтобы выжить. Обязана…”

Агата вздрогнула, когда бархатистый и вкрадчивый голос мазнул по еë плечам.

– Ты хорошая девушка, Агата. Мне плохо верится в твоё решение. – Сказал Алекс.

– Твоё идиотское влияние. – Агата устало прошлась рукой по лбу и щекам.

Парень вырос над ней тёмной фигурой.

– Мне теперь называть тебя плохой девушкой?

Вскинув голову, практически запрокинув еë, Агата старалась заглянуть ему в лицо:

– Называй меня… своей девушкой.

Они оба замерли в вязком временном потоке. Алекс стоял над ней и не шевелил ни одним мускулом. Практически не дыша, Агата ощутила колючий шиповник страха, который впился в лёгкие.

– Повтори это снова. – Попросил он.

– Я хочу… быть твоей… – Закрыв глаза, Агата была не в силах глядеть в маску лица мужчины.

И когда Алекс дыхнул в еë губы, впившись в них, она еле не вскрикнула от испуга. Пальцы парня окунулись в волосы девушки, оттягивая голову назад. Горячий язык мужчины скользнул по еë шее, зубы сдавили трахею практически до боли. Бросив руки вперёд, Агата упëрлась ладонями в грудь Алекса и едва не отдëрнула пальцы. Сердце парня билось так, будто хотело выбить синяки на их подушечках…

– Ты не можешь быть моей, Агата.

И опять: грудь пробивают насквозь холодные глыбы воды озера… Сердце еë сжалось, практически останавливаясь. Кожа на лице онемела. Агата медленно-медленно подняла взор к голубым глазам мужчины.

– Ты не можешь быть моей. Ты уже моя.

Каждая мышца отозвалась болью, дурным и ватным бессилием. Если бы руки парня бережно не поддерживали под лопатками девушку, она бы рухнула на диван ворохом тряпок. В висках стало колоть и болеть, а пальцы слабенько цеплялись за футболку мужчины.

– Моя малышка мисс Харрис. Неугомонная лилла каттен… Моя бешеная маленькая кошечка с амбициями львицы… – Шептал Александр на ухо девушки, подхватывая на руки безвольное тело.

Агата отыскала в себе силы забросить руки на его шею. Шаг за шагом парень нёс еë вверх по лестнице и целовал еë мокрое от слëз лицо. Глядя ему в лицо, Агата глухо удивлялась полной пустоте в голове.

– Моя спальня с левой стороны… – промямлила она.

– С этого дня ты спишь в моей и это не обсуждается. – Голос Александра доносился откуда-то издали, рикошетом носясь в стенках черепа.

Прижав голову к груди мужчины, Агата прикрыла глаза. Последние капли ускользающего сознания впитали в себя тёплую насмешку в голосе парня.

– Спи, моя храбрая кошечка. Скоро у тебя будет куча дел…

Следующим утром Агата оставила чашку в сторону и в задумчивости улыбнулась собравшимся.

– Но я рад, что ты приходишь в себя. – Сказал с улыбкой Эллиа.

– И довольно быстро. – Произнесла Ева.

– У меня отличный чай, который успокаивает. – Ответила им Агата.

– И очень вкусный, кстати. – Согласился Эдвард.

– Ага. – Подняв чашку, Агата поглядела через свет на тонкий фарфор, промурлыкав:

– Ведь этот яд отдаёт сладостью.

Все присутствующие выпучили глаза на неë с молчаливым вопросом.

– Этот чай отравлен, господа и дама. Вы все скоро сдохнете.

Глава 9: Предпочитаете яд либо пулю?

Надоело быть жертвой? Значит, пора отрастить клыки, когти и яд.

В гостиной стало неестественно и тягуче тихо.

Заглянув в свою чашку, Ева отстранëнно протянула:

– Агата, ты нормально себя чувствуешь?

Смотря в глаза Агаты, темнокожий парень приподнял свою чашку, принюхиваясь:

– У меня имеется чувство, что ты сейчас над нами глупо шутишь.

– А зачем, могу я поинтересоваться? – спросил Эдвард.

– Да попросту ради развлечения. – Взяв блюдце, Ева помахала им в воздухе, хлëстко выкинув руку вперёд.

Пролетев мимо щеки Агаты, блюдце влетело в стену, разбившись на мелкие осколки.

Еле подавив дрожь внутри, Агата внешне бесстрастно заулыбалась:

– Нет, что вы, леди и джентльмены, я бы не стала так с вами шутить. В скором времени вы можете начать испытывать конкретные чувства. Угнетение центральной нервной системы, вялость рефлексов, гипотензия, гиповентиляция…

Приподняв брови, Эдвард отставил чашку в сторону. На его лбу образовалась морщинка, а в глазах заполыхало недоброе пламя.

– Я так понимаю, ты сейчас перечисляешь нам симптомы отравления? – спросил он.

Безмятежно проведя пальчиком по нижней губе, Агата стëрла каплю:

– До опасных симптомов у вас пока что имеется полчасика, я думаю. За это время виноватый вполне успеет сознаться.

– Агата, если ты не пошутила, то я сейчас тебя пристрелю. – Сказала Ева.

– Мой дух будет с грустью наблюдать за вашей смертью от яда.

Блюдце темнокожего мужчины пару раз мелко клацнуло о край чашки.

Агата оценивающе поглядела каждому из ребят в глаза:

“Они считают меня психичкой… блядь, да я и сама готова поверить, что сошла с ума. Нормальный человек решил бы ситуацию как-то более мирно, но… я… так устала от всего этого…”

– И что же ты хочешь узнать? – спросил Эдвард.

– Правду. Кто спихнул меня в озеро? Кто подставил меня в гостинице? Кто хочет напугать либо прикончить меня? Кому выгодно, чтобы я была затравленным животным?

– Почему ты уверена, что это делает кто-то из нас? – спросил Эллиа.

Вдохнув пар, поднимающийся из кружки, Агата старалась разложить мысли по местам:

– Потому что… это много чего объясняет. Все неприятности начались на балу. Люстра – помните? В саду Крис и Эдвард пытались запугать меня каким-то проклятием. Затем странности в гостинице. Ева, ты находилась поблизости. Эдвард и Эллиа, насколько мне известно, тоже находились в городе. Потом я лишаюсь своих друзей в Швеции, а Ева и Эллиа безо всяких сомнений прилетают мне на выручку. Крис и Эдвард тоже оказываются тут под… неубедительными предлогами. Вам не кажется, что у меня миллиард причин подозревать вас всех в какой-то схеме?

Приклав руку к груди, Ева глубоко вдохнула:

– А тебе не кажется, что это паранойя? Ты, между прочим, не пуп земли. Вокруг тебя не крутятся все события в мире.

– Да, поэтому давай обсудим лишь те события, происходящие вокруг меня.

Побарабанив пальцами по столу, Эллиа хмуро размышлял о чëм-то:

– Я понимаю твои опасения. Но… яд? Агата, это чересчур.

– Мне надоело быть жертвой. – Агата ощутила, как кожа на лице натянулась и превратилась в каменную маску. – Я больше не разрешу запугивать себя. Мне необходима правда.

– Три случайных жмурика очень сложно спрятать. – Сказал Эдвард.

Издав всхлипывающий звук, Ева тихо кашлянула.

Агата искривила рот, неприятно ухмыляясь:

– Два мафиози и богатый мажор приехали на пустынный остров для развлечения… Втроëм они набрали наркоты и подохли от передоза. Какая печальная гибель.

Недобро усмехнувшись, Эдвард откинулся на спинку кресла:

– Всë предусмотрела? Какая умная девушка.

– Я стану ужасно скорбеть о своих друзьях. Мы были знакомы так недолго, но они были превосходными людьми.

Парень сцепил руки перед собой, опустил на них подбородок и вдруг свистяще протянул:

– Ты так похожа на свою тëтушку.

Смотря в глаза Эдварда, Агата… распрямила плечи:

– Спасибо. Очень лестное сравнение.

– Твоя тëтушка – убийца. – Проскрипел Эдвард.

– Я уверена, она не хотела вредить твоему папе. Это он поступил по-идиотски. Ни один человек в своём уме не стал бы рисковать собственной жизнью ради глупого женского каприза. – Отчеканила Агата.

Сделав пару хрипящих вдохов, Ева стиснула зубы:

– Агата, какого хрена?! Что ты делаешь?!

Темнокожий мужчина нахмурил брови, а Агата подалась вперёд, давя девушку взором.

– Тебе есть что поведать мне, Ева?

– Я… я тебе помогала! И своей бабке! Ты ведь всё знаешь!

– Всё ли ты сообщила, Ева?

Чьё-то дыхание – Агата уже не разбирала, чьë – еле продиралось через вязкую тишину.

Глаза Евы заскользили по гостиной, и она вынула пистолет откуда-то из-за пояса:

– Клянусь, я проделаю в тебе столько дыр, сколько здесь пуль!

Откинувшись назад, Агата бесстрастно наблюдала за волной паники в глазах девушки:

– Если застрелишь меня – яд прикончит тебя быстрее, нежели ты доедешь до клиники.

Пальцы Евы пару раз сжались и разжались на рукояти оружия. Скулы заметно стали белыми под слоем косметики.

– Где противоядие? – спросила она.

– Пока не имею понятия. – Ответила Агата.

Тихо взвыв, Ева положила оружие на стол:

– Да нет никакого огромного секрета!

– Значит, нет и причин не сказать. – Парировала Агата.

– Это Аня! Она попросила меня завязать с тобой отношения! Ей нужен бизнес Аннет!

– Будь добра… подробнее.

– Но яд… – начала Ева.

– Не затягивай. Пускай история будет увлекательной, подробной, и не шибко длинной. Ведь парням тоже есть, чем поделиться, правда? – Агата слабо улыбнулась хмурому Эллиа и бесстрастному Эдварду.

Сцепив руки перед собой, Ева затараторила.

Ева бледными руками припечатала к столу документ, и измяв и даже немного надорвав его середину.

– Я не верю тебе. – Сказала она своей бабушке в еë кабинете.

– Мне не нужно твоё доверие. Лишь послушание. – Ответила голубоглазая женщина. – Будь хорошей девушкой и поезжай в Англию.

– Тогда будь хорошей бабулей и толком объясни, в чëм дело.

Старушка в нетерпении постучала пальцами по столу:

– Сильвер-Харрис – мой крупный партнёр. Еë смерть сильно нарушает наши… планы.

– Можно подумать, у тебя в Англии больше нет партнёров.

– Таких, как Аннет? Нет. Она была самой бесшабашной. С ней можно было проворачивать любые схемы. – Поглядев в окно, Анна обняла свои плечи. – Подобные ей не умирают своей смертью.

– Насильственная смерть – это твоя тема, Аня.

Глаза той будто подëрнулись плëнкой и стали непроницаемыми:

– Половина наших транзакций проходила через Аннет. Она делала нам чистую кассу. Мы поставляли ей древесину, она нам – премиальную мебель. Это для таможни. На деле две трети древесины являлись трухой, а три четверти мебели – потасканные стулья. А оборот денег как за элитные комоды из красного дерева.

– И на таможне дураки сидят, да?

– Поверь мне, девочка, “восстановленный антиквариат продаётся в России как горячие пирожки”.

Искривив рот, Ева уселась на край стола, бедром спихнув какие-то документы на пол.

Анна не моргнула глазами и беззаботно взбила волосы лёгким движением руки:

– Схема не безупречна, зато очень близка к этому. Недавно мне позвонили из Швеции, и знаешь что? Они безуспешно роют под Аннет уже второй год. Этот Густав предлагал мне поделиться секретами. Сама понимаешь, их нет, всë законно. – Усмехнувшись, Анна тут же стала серьёзной. – Мы не имеем права лишиться этого канала. Бизнес наследует еë племянница. У меня нет уверенности, что она сходу одобрит наши методы. Нужно действовать тонко.

– Вот и поручила бы это моей мамаше.

– Она сейчас… не в состоянии.

На скулах Евы стали видны желваки, ноздри немного расширились от вдоха.

– Твоя миссия: установить близкие отношения, склонить еë на нашу сторону и удостовериться, что она получит бизнес.

– Я тебе что, нотариус? Документы ей оформлять буду?

– Всё чуточку сложнее. В завещании имеются некоторые условия…

Анна сложила руки перед собой, молча глядя сверху вниз на икающую внучку:

– Позорница.

– Шуруй зна…ик… ешь куда? – Голова Евы дëрнулась в сторону, еле не врезавшись в стену.

Анна поморщилась, потерев саднящую ладошку и тихо процедила:

– Твой папаша – худшее, что могло произойти с моей семьёй.

Хрипящее дыхание Евы участилось, руки сжались в кулаки.

– Приведи себя в порядок, пока Харрис тебя не увидела. – Нахмурилась Анна. – И если ты посмеешь завалить это дело… – Замолчав на полуслове, женщина распрямила плечи и отстранилась.

Дверь туалетной комнаты на балу за ней притворилась, еле слышно щëлкнув.

Какое-то время в помещении было абсолютно тихо. Что-то зашуршало. Пробка выскочила из бутылки с хлюпающим звуком. Сухой и хриплый всхлип Евы прервался длинным глотком. Затем снова и снова… Минуты тянулись смолой со вкусом и цветом коньяка. Ева откинулась на бак унитаза, бесцельно глядя в потолок.

“Ещё полчаса, и меня станут искать… нужно спускаться, наверное… ”

По щелчку замка двери плечи девушки сжались, будто ожидая удар. Встав на ноги, Ева сцепила зубы, пихнула дверь кабинки рукой, уставившись в спину мисс Харрис.