![](/files/books/160/oblozhka-knigi-auslaenderin-inostranka-si-376091.jpg)
Текст книги "Auslaenderin (Иностранка) (СИ)"
Автор книги: Flikey_ok
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)
–Нет, прошу тебя, не нужно, – Рамиля смотрела с мольбой во взгляде и Миа тяжело вздохнула и кивнула.
–Ладно, как хочешь, но напрасно ты…
Она вдруг умолкла и взглянула куда-то поверх головы Рамили. Рами обернулась и увидела Круспе. Она и не знала, что Рихард тоже собирался приехать. Он молча смотрел на них из темноты, а в пальцах красным огоньком тлела сигарета.
–Ричард, – Миа поднялась и пошла к нему. – Ты меня ищешь? Я и не знала, что ты здесь.
–Так ты сама уехала в машине с Тиллем, потому и не знала, – сказал он холодно и затянулся сигаретой.
–Извини меня, я решила, что ты уже уехал и не стала тебя искать.
–Мне плевать, Миа, – бросил он. – Можешь не оправдываться.
Рами поспешно встала с шезлонга и пошла назад в номер. Ей вовсе не хотелось общаться с этой парочкой, или подслушивать их разговоры, они немного пугали ее, хотя Рами и не могла понять, чем именно.
После темноты и свежести майской ночи, внутри помещения ей показалось слишком светло и жарко. Она нерешительно остановилась в дверях, поискала глазами знакомые лица, и заметила своего старого знакомого в бордовой водолазке. Пока они ехали в машине Рамиля выяснила, что его зовут Франц, и он много лет работает на группу. Только вот кем именно он так и не сказал, похоже, напился так сильно, что и сам не понимал этого. Сейчас Франц сидел в большом кресле с изогнутой спинкой и к удивлению Рамили, пил вовсе не водку, а кофе из маленькой чашки. Больше в гостиной никого не было, зато сверху, из спальни, доносились голоса и смех. По всей видимости, пока Рамиля отдыхала на улице, вечеринка переместилась на второй этаж, и, учитывая количество красивых подвыпивших женщин, она могла плавно перейти в свингер-пати, а она определённо не была готова к такому. Уже во второй раз за вечер Рамиля пожалела, что вовремя не воспользовалась щедрым предложением Флаке и не поехала домой, когда была такая возможность.
Она подошла к столику с закусками, взяла тарталетку с красной рыбой и закинула в рот. Есть хотелось жутко. Закончив с тарталеткой и отряхнув крошки с черного свитшота, Рамиля съела несколько канапе с помидорами черри, ветчиной и оливкой, но так и не наелась. На другом столике она заметила тарталетки побольше, наполненные чем-то наподобие салата и направилась к ним, когда прямо за спиной услышала:
–Проголодалась?
Рами вздрогнула от неожиданности и прижав ладонь к груди, повернулась на голос. Прямо перед ней стоял Тилль.
–Я думала ты наверху в спальне, – сказала Рами.
Тилль удивленно поднял брови в ответ на ее реплику. Рамиля вдруг осознала, как вызывающе это прозвучало и густо покраснела.
–Прости, я не то хотела сказать, я…– она умолкла, не зная, что еще говорить и смущенно потупила взгляд.
–Забей на извинения, давай лучше присядем, и ты, наконец, расскажешь о себе, – он указал рукой на мягкий плюшевый диван и взяв с тарелки тарталетку, направился к нему. Рами пошла следом.
Тилль уселся на центр дивана, небрежно вытянув ноги. Рами робко пристроилась на самый краешек и повернула к нему лицо. Когда они оказались, так близко Рамиля заметила, что глаза его покраснели, а прямо по центру лба красуется довольно глубокая ссадина. Она помнила, как он со всей силы, ударил головой по стойке микрофона на песне Sonne, и подумала как это, должно быть, больно. Мансур никогда не бил ее по голове, но она могла себе представить весь спектр ощущений и повела плечами.
Тилль же выглядел совершенно расслабленно, и, казалось, его ничуть не беспокоит ни ссадина, ни довольно громкие женские стоны, раздающиеся из спальни.
–Ты давно переехала в Германию? – спросил он и откусил от тарталетки, засыпав черные штаны крошками.
–Полтора года назад, – ответила Рамиля.
–Да ты что, – он еще не прожевал, потому слова прозвучали похожими на «бу-бу-бу», но Рамиля все же поняла и кивнув головой, добавила.
–Да, это было в середине ноября.
Тилль дожевал, стряхнул крошки на пол и спросил с интересом:
–А как ты умудрилась так хорошо выучить немецкий язык? Или ты знала его раньше? У тебя почти нет акцента, я был уверен, что ты живешь тут лет десять.
–Нет, я совсем не знала его раньше. В школе изучала английский и французский, а немецкий пришлось учить на месте. Но, мне это легко дается, – она улыбнулась – Мама говорила, у меня настоящий талант, и так оно и есть. Мне достаточно месяца, чтобы научиться сносно говорить и понимать незнакомый язык.
–Я не понимаю, тогда почему ты работаешь поваром? – он выглядел удивлённым.
Рамиля пожалела, что вообще подняла эту тему, объяснить ему, почему не закончила институт и не стала переводчицей, она не могла, а врать тому, кто значит для нее так много не хотела, потому просто умолкла и стала разглядывать собственные пальцы.
Тилль некоторое время молча смотрел на нее, а потом просто перевел тему, за что она была ему невероятно благодарна. Они немного поболтали о музыке, погоде, предстоящем туре и городах, которые предстоит посетить, когда из спальни спустились остальные гости. Открыли шампанское, принесли водку. За столом стало шумно, и Рами ощутила себя не в своей тарелке. Какой-то незнакомый Рамиле мужчина завел разговор о машинах. Компания тут же с радостью подхватила тему.
–Ты можешь говорить, что угодно и называть меня предателем, Тилль. – сказал он, – Но нет ничего лучше маслкаров. Взять тот же Chevrolet Camaro Exorcist, c компрессорной восьмеркой LT4 с приводным нагнетателем. Его двигатель после доработки выдаёт 1014 лошадиных сил и 1310 Ньютон-метров вместо изначальных 649 сил и 868 ньютон-метров.
–И что это значит? – спросила одна из девушек.
–Он разгоняется до 100 километров меньше чем за три секунды, – объяснил мужчина.
–Ага, – согласился Тилль с широкой улыбкой. – И жрет бензин как голодный зверь. Если у них обычный шестилитровый двигатель по пятнадцать литров на сотню жрет, то даже страшно представить, сколько расход у этого твоего маслкара.
–Да причем тут бензин, Тилль. Когда речь идет о таких машинах, бензин последнее, о чем задумываешься.
–Ну да, особенно учитывая, что у нас литр по два евро. В США я, может, об этом и не стал бы задумываться, Питер, но не здесь, – он рассмеялся. – Да и где на нем ездить? Пару раз в год выехать покататься на автобан? Если уж на то пошло, то у нас выпускают машины ничуть не хуже. На автосалоне во Франкфурте был такой красавец, Mercedes-AMG Project One, вот где мощь.
–А ты знаешь сколько он стоит?
–Можно подумать, твой дешевле, – отмахнулся Тилль.
Рамиля ничего не смыслила в машинах, и разговор был ей совсем не интересен, но уже просто сидеть рядом с Тиллем доставляло ей удовольствие. Она смотрела на Линдеманна влюбленным взглядом, отпивая прохладное шампанское из бокала. Когда напиток закончился, ей налили снова. После третьего бокала захотелось в туалет. Жаркий спор о преимуществах немецких машин над американскими все продолжался. Рамиля осторожно выбралась со своего места и пошла в уборную.
В просторной ванной она умыла лицо прохладной водой, пригладила торчащие волосы, подтянула ремень на джинсах и некоторое время смотрела на себя в зеркало. Пьяна безбожно и это видно невооруженным глазом. Надо бы прекращать пить шампанское и взять пример с Франца, который после водки выпил кофе, а сейчас перешел на минералку. В отличие от нее Франц трезвел на глазах. Рами взглянула на часы. Время приближалось к двум ночи. Пора бы уже и домой ехать. В восемь Роберт пришлет списки гостей и меню на банкет. Ей нужно тут же отправить ему список продуктов, а уже в десять приедет Ганс – его помощник, и предстоит напряженная работа на кухне. Как она вообще собиралась готовить в таком состоянии?
–Немедленно выпить кофе и ехать домой, – произнесла она вслух и пошла обратно в гостиную.
Сделав чашку капучино в крутой кофемашине, Рамиля присела в кресло, неподалёку от выхода на террасу и постаралась взять себя в руки. Получалось не очень. Она чуть не облилась горячим кофе, обожгла язык и поняла, что напилась как последняя скотина. Тилль и его друг все так же спорили и размахивали руками. Ее место рядом с Линдеманна заняла рыжеволосая девушка в коротком платье. Рами уставилась на нее недовольным взглядом.
–Разбираешься в суперкарах? – раздалось над ухом.
Рами повернула голову и встретилась взглядом с Круспе. Он присел на кресло рядом и внимательно смотрел прямо на Рамилю, а на лице блуждала загадочная улыбка.
–Нет, – ответила Рамиля без улыбки и поставила на столик пустую чашку.
–Ты так внимательно на них смотрела, – он кивнул головой в сторону Тилля и остальных. – Я решил, ты специалист по крутым тачкам.
–Вообще ничего в машинах не понимаю, у меня даже прав нет, – она хотела подняться и уйти, но Рихард удержал ее, взяв за запястье, и Рамиля снова опустилась в кресло.
–Подожди, что ты все время от меня бегаешь? – он чуть сощурился. – Ты меня боишься?
–Вот еще, – презрительно бросила Рамиля.
От алкоголя она совсем осмелела и не отводила взгляда, внимательно разглядывая его блестящие глаза с расширенными зрачками. Сейчас они казались ей почти зелеными, хотя раньше Рами была уверена, что глаза у Круспе голубовато-серые.
–Ты понравилась Миа, – сказал он через минуту. – Уж не знаю почему, обычно она предпочитает девушек иного типа, выше и старше.
–Вот и я не знаю, что она ко мне прицепилась, я не давала ей повода, – сказала она и усмехнулась.
Рами отметила про себя это «старше». Рихард наверное считает ее глупой малолеткой. Из-за маленького роста и довольно детского лица никто не давал ей больше двадцати лет, хотя Рамиле в прошлом году исполнилось тридцать.
–Предпочитаешь мужчин, правильно? – он пристально смотрел ей в глаза.
–Да, и что? Это теперь преступление? – Рами пьяно махнула рукой.
–Когда я сказал, что это плохо? – он улыбнулся, и у глаз появились морщинки.
–Не говорил, – кивнула Рамиля. – Но, как мне показалось, предполагал это.
–Тебе показалось, – он чуть подался вперед и коснулся ее рукава. – Хочешь уйти отсюда?
–Да, я уже думала ехать домой, – ответила Рами, и тут до нее дошло, что он спрашивал совсем о другом.
Она выдернула руку и с подозрением посмотрела на него. Рихард не отводил взгляда, и Рами поняла, что не ошиблась. Он предлагал ей заняться сексом, а вовсе не интересовался ее планами на ближайший час. Рами почувствовала злость и досаду. Да за кого он ее принимает? В ней начал закипать гнев, с чего он решил, что может вот так, запросто предложить такое? Они даже толком не знакомы, и Рами никогда не давала повода подумать, что он ей хотя бы нравится.
–Кем ты меня считаешь? – бросила она с раздражением.– Портовой шлюхой? Глупой девкой, которая только и жаждет, что переспать со знаменитостью?
Его лицо тут же ожесточилось, глаза стали злыми и колючими, но Рамиля уже не могла успокоиться.
–Я не группиз, которые коллекционируют секс с музыкантами, словно это какие-то гребаные марки. Это как надо ко мне относиться, чтобы вот так, ни с того ни с сего, предложить подобное?
–Оу-оу, девочка, остынь, – Рихард нахмурился. – Я отношусь к тебе ничуть не хуже и не лучше, чем к любой другой.
–Вот в том то и проблема, Рихард, – Рами скривила губы. – Раскрою тебе страшную тайну, но если ты хочешь, чтобы нормальная девушка пошла с тобой в постель, то нужно относиться к ней лучше, чем к другим и хотя бы попытаться заслужить ее симпатию. Но, похоже, ты настолько самовлюблен, что решил, будто тебе это не нужно.
Рами замолчала и только тут заметила, что в комнате стоит гробовая тишина, она повернула голову в сторону Тилля и остальных. Все взгляды были устремлены на нее. Рами сама не заметила, как перешла на крик и теперь все, кто находился в комнате стали свидетелями этого кошмарного разговора. Тилль смотрел на нее с изумлением, похоже он не ожидал, что она окажется такой невоспитанной. На мгновение Рамиля остолбенела от стыда, а потом вскочила с места и выбежала на улицу, больше не в силах выносить эти осуждающие взгляды.
Она пробежала мимо бассейна, не сбавляя шага, нырнула на тенистую тропинку и через пару минут оказалась на широком песчаном пляже. Рами оторопела от неожиданности и застыла на месте. Она была уверена, что находится в Ростоке, но тогда откуда тут такой широкий безлюдный пляж. Рами поглядела по сторонам, кругом непроглядная мгла и кроме отеля нет ничего, что было бы освещено электричеством. Сердце в груди стучало как ненормальное. Позади раздался шорох. Рами взвизгнула и обернулась.
–Это я, не пугайся, – на песке стояла Миа. – Ты, надеюсь, не собираешься утопиться?
–Было бы неплохо, – буркнула Рами. – После того, что я наговорила Рихарду при всех этих людях.
–Не стоит переживать из-за них, – Миа улыбнулась, сверкнув белоснежными зубами. – Рихард, конечно, не в восторге, но он сильно пьян, да остальные тоже. К тому же ты ничего такого и не сказала.
–Ты тоже была там? Но я тебя не видела, – нахмурилась Рами. Она не заметила Миа в гостиной и была удивлена словами девушки.
–Да, я сидела в кабинете и все слышала, – Миа отбросила челку с глаз и спросила. – Зачем ты пошла на пляж? Купаться еще холодно.
–Я не шла на пляж, я хотела уехать домой, но не понимаю где я и как сюда попала.
–Мы в двадцати километрах от города, – объяснила Миа, – в Ростоке нет нормальных отелей, где можно вот так спокойно посидеть и выпить. Группа живет тут, кроме Флаке. Он остановился у друзей. Отель маленький и все номера выкуплены. Кроме нас тут никого постороннего. А тебя, как я понимаю, поселили где-то в городе?
–Да, и мне нужно вернуться назад. Не знаешь где тут ресепшн, хочу вызвать такси.
–Знаю, но это обойдется недешево, особенно сейчас, ночью. Хочешь, я уступлю тебе свой номер? А утром доедешь на автобусе за пару евро.
–Нет, – поспешно отказалась Рамиля. – Это исключено.
–Я бы ушла спать в другое место, – рассмеялась Миа, – Не думай, что я пытаюсь затащить тебя в постель. В отличие от мужиков у меня есть чувство такта, и я не стану вот так, в лоб, предлагать подобное, поверь.
–Все равно нет, – Рами покачала головой. – Мне утром нужно быть в квартире, привезут продукты и все такое.
–Ясно, очень тебе сочувствую, до утра осталось не так много времени. Ну, что же, тогда идем, найду тебе машину, – Миа протянула руку и Рамиля мгновение, помедлив, взялась за нее.
Такси до города обошлось Рамиле в целое состояние, но зато уже через час она смогла принять душ, рухнуть в постель и забыться тревожным сном. Алкоголь в ее крови все еще бурлил жарким огнем, а ушах звучали строчки песен Rammstein, которые она слышала на концерте. Засыпая, Рами ощутила легкую боль в висках, но надеялась, что к утру все пройдет, и она сможет приготовить не только кофе, но и полноценный обед, а главное блюда для банкета. Она еще и не догадывалась, каким жестоким может быть похмелье, особенно когда смешиваешь все подряд без разбора, ведь это, по сути, была ее первая в жизни пьянка.
Комментарий к Глава шестая.
Отбечено – milladay
========== Глава седьмая. ==========
***
Ровно в восемь позвонил Роберт. Рамиля открыла глаза, рывком села и тут же в голове, словно взорвалась водородная бомба, уничтожая остатки разума. С глухим стоном Рами рухнула обратно на подушку, но тут же ощутила тошноту, перекатилась на бок, спустила ноги на пол, и, прикрыв рот руками, чтобы не дай Бог не запачкать ковры, побежала в уборную.
Тошнило долго и основательно. Рвота пахла алкоголем, и от запаха становилось невыносимо. Спустив воду, почистив зубы, и умыв лицо, Рамиля трясущимися руками зачерпнула пригоршню воды и выпила. Подождала еще немного, а потом наклонилась и стала пить прямо из-под крана, стукаясь о холодный металл зубами. Казалось, ее жажда неутолима, она пила, и пила и никак не могла насытиться. Наконец разогнулась, утерла ладонью губы и закрыла воду. Какое блаженство.
Она зажгла свет в полке над раковиной, чуть наклонилась вперед и внимательно посмотрела на свое лицо. Выглядела Рами не очень: помятая, необычайно бледная, с покрасневшими глазами. Внезапно, в памяти всплыли события вчерашней ночи. Тилль смотрел на нее как на ненормальную, и наверняка больше никогда не захочет приглашать на вечеринки.
«О чем ты думаешь, какие нахер вечеринки? Молись, чтобы они не уволили тебя после всего, что ты там наговорила», сегодня внутренний голос был суров и вовсе не похож на голос матери.
–Дура! – выругалась Рамиля вслух, со всей силы ударила ладонями по краю раковины и тут же воскликнула, стиснув зубы. – Сука!
Руки пронзила острая боль, и она стала сжимать и разжимать кулаки перед лицом, чтобы хоть как-то успокоить ее. Выпитая вода, похоже, дошла до желудка, и новый приступ рвоты снова согнул Рамилю над унитазом.
Через пять минут она с трудом доковыляла до постели, по дороге прихватив телефон. На нем светилось два пропущенных и новое сообщение в мессенджере. «Наверняка уволят», подумала она и зажмурив глаза, открыла сообщение от Роберта.
В первую секунду она не могла понять, что все это значит, а потом до нее дошло. Роберт, как и обещал, прислал список гостей банкета, а вовсе не уведомление о расторжении контракта. Похоже, Рихард еще не проснулся и не звонил Роберту, а может, проснулся, но решил лично отомстить за унижение. Все ее знания о мужчинах ограничивались Мансуром и его братьями, но почему-то Рами казалось, что Рихард ни за что не спустит ей такую выходку.
Но, думать об этом времени не было. Нужно написать список продуктов, а для этого не помешало бы увидеть, что от нее требуется приготовить. Рамиля вернулась в начало сообщения и нашла нужный файл. Голова кружилась, глаза слезились, а боль в голове стала просто невыносимой. Она физически не могла читать что-то со светящегося экрана, потому отложила телефон и побрела к своему чемодану, где в аптечке лежали таблетки обезболивающего.
Выпив сразу две и запив их водой из бутылки, она вернулась в постель, закрыла глаза и стала ждать, пока утихнет адское пламя в голове. Понадобилось полчаса, чтобы боль успокоилась, и Рамиля смогла сесть на постель, внимательно прочитать все меню и понять, что ей потребуется для приготовления. Она потянулась, взяла свою сумку с тумбочки, достала блокнот и карандаш, и так и не вставая стала составлять, чертов список.
Без пяти девять она отправила список Роберту, и он тут же перезвонил.
–Что случилось? Я звонил тебе в восемь. Почему не отвечаешь на звонки? – спросил он вместо приветствия.
–Отравилась, и было не до телефона, – ответила Рамиля и, в общем-то, даже не солгала.
–Что значит, отравилась? – воскликнул Роберт. – Мы не успеем привезти все к десяти, если ты не будешь присылать информацию вовремя, я…
–Роберт, мне херово и давай без этих претензий, – она беспардонно перебила его на середине фразы, – Так бывает, я живой человек.
–Чем ты умудрилась отравиться, Рамиля?! – судя по голосу, он был очень зол. – У нас вечером банкет, через пять часов я должен подать ребятам полноценный обед, а ты мне заявляешь, что заболела? Да ты мне все планы срываешь, черт тебя побери! Где я найду нового повара за два часа? Мне что, самому это готовить?
–Я разве сказала тебе, что отказываюсь выполнять свою работу? – Рами тоже начала сердиться. Несправедливо орать на нее за такую мелочь, если сам все время допускаешь оплошности и нарушаешь договоренности.
–Ты должна была прислать список час назад!
Рамиля, сделала несколько глубоких вдохов и сказала ледяным тоном:
–Или ты сейчас успокоишься, прекратишь орать и привезешь эти чертовы продукты, Роберт, или клянусь, я позвоню тому человеку, который брал меня на работу и доложу про все твои косяки. Как думаешь, ему понравится, когда я расскажу о том, что не так давно ты забыл заранее сообщить о банкете, или о том, что поселил меня в другом городе, потому что вовремя не договорился с квартирной хозяйкой.
Рамиля понимала что рискует, общаясь с начальником в таком тоне, но ощущала себя так дерьмово, что ей было плевать. Лишь бы Роберт перестал орать, положил трубку, занялся своими обязанностями и оставил ее в покое.
–Ганс приедет ближе к одиннадцати, и мне нужно, чтобы к двум обед был готов, – холодно ответил Роберт и отключился.
Рамиля положила телефон на тумбочку экраном вниз и легла на подушку. У нее появилась пара часов свободного времени, и она намеревалась потратить их на исцеляющий сон.
Но сон был тревожный и беспокойный, ей снова снился Мансур. Рами проснулась без десяти одиннадцать, совершенно разбитая, словно и не ложилась. Хотелось пить. Она спустила ноги на пол и как была, в белье, босиком прошла на кухню, включила чайник, достала самую большую кружку и стала ждать, пока закипит вода. Голова почти не болела, зато шею заклинило. Поворот или наклон головы вызывал мучительную боль, отдающуюся в плечах. Рами вспомнила, как трясла головой весь концерт и застонала.
Заварив чай, она села на табурет и подперев голову руками, уставилась в одну точку. В этот момент в дверь позвонили. Сердце тут же ускорило ход, бросило в жар. Рами подскочила, чуть не опрокинув кружку, и побежала к дверям, но на полпути остановилась, ведь она не могла пойти открывать в таком виде.
–Минутку! – крикнула она и побежала в гостиную.
На полу стоял открытый чемодан. Рами схватила первое, что попалось под руку – клетчатое платье-рубашка до колен, которое пару месяцев назад она зачем-то купила на распродаже и ни разу не надела, натянув его через голову, подошла к двери. Она внимательно посмотрела в глазок и убедившись, что это Ганс, открыла.
–Привет, – улыбнулся он и прошел в коридор. В руках у него было несколько увесистых пакетов.
Гансу было не больше восемнадцати лет. Высокий, голубоглазый, с ямочкой на подбородке, через пару лет он должен был превратиться в красивого мужчину, но пока оставался гадким утенком с торчащими ушами, нелепой стрижкой на светлых соломенных волосах и алеющими пятнами юношеского румянца на щеках.
Он снял кроссовки, не отпуская пакеты, прямо в носках пошел на кухню, Рами направилась следом.
–Роберт сказал, ты заболела, это правда? – спросил он, разместив пакеты на столешнице и повернувшись к Рамиле.
–Отравилась, – кивнула Рами.
–Съела что-то несвежее? – Ганс по-доброму улыбался. – Если нужно, я схожу в аптеку и куплю лекарства или могу найти доктора поблизости.
–Доктор мне не по карману, – холодно ответила Рамиля и добавила. – Иди уже, мне ничего не нужно. Приходи в два, как обычно, все будет готово.
Улыбка Ганса сразу потухла. Рамиля подумала, что слишком строга с ним, ведь он – не Роберт и незачем ему хамить, но извиняться не стала. Ганс тяжело вздохнул, бросил на Рами короткий взгляд и пошел к выходу. Рамиля закрыла за ним дверь на все замки и пошла в спальню за блокнотом, она уже не помнила, что из продуктов нужно приготовить прямо сейчас, а что отложить для банкета.
Она как раз перечитывала меню, когда в дверь снова позвонили.
–Чертов Ганс, что тебе еще нужно? – с раздражением воскликнула Рамиля и быстрым шагом пошла к двери.
Она открыла замки, рывком распахнула дверь и замерла на пороге. Это был не Ганс, за дверью стоял Круспе. Он все же пришел проучить ее за вчерашнюю выходку, иначе, зачем ему было лично являться к ней домой. Сердце Рамили замерло, чтобы через секунду гулко забиться в грудной клетке. Все внутри похолодело, она инстинктивно отшатнулась, но тут же опомнилась и попробовала захлопнуть дверь, но Рихард выставил вперед ногу в ботинке на тяжелой подошве, и ей осталось лишь испуганно смотреть на него и хватать ртом воздух, ощущая волну все нарастающего страха.
–Привет, – сказал он, зло сверкнул глазами и шагнул в квартиру.
Рами молча сделала несколько шагов назад, но зацепилась ногой за собственные кроссовки и начала падать, жалко вскрикнув. Рихард молниеносно подхватил ее за минуту до того, как она ударилась спиной о пол и довольно резко привел в вертикальное положение. При этом он не произнес ни звука, а лишь прожигал гневным взглядом, но продолжал чуть придерживать за талию. Она сжалась от ужаса, ожидая нападения, боли или оскорблений и ощутила, как на глазах против воли выступили слезы.
–Почему ты плачешь? – спросил Рихард с тревогой в голосе и отпустил ее. – Я сделал тебе больно? Прости, но если бы ты упала, было бы больнее.
Рами слышала его голос, но не могла понять смысла слов. Волна животного страха накрыла и придавила к земле. Стало трудно дышать, словно кто-то перекрыл подачу кислорода, перед глазами плясали темные круги, сердце почти не билось, и она совсем не замечала, как по щекам беззвучно текут слезы. Рихард выглядел напуганным.
–Да что случилось, черт тебя побери? – спросил он и протянув руку, вытер ей слезы сначала с одной, а потом с другой щеки.
Его теплая рука, пахнущая сигаретами, вернула ее в реальность. Рами сделала судорожный вдох ртом и спросила очень тихо:
–Ты пришел отомстить?
–Что?! – воскликнул он, и на его лице появилось недоуменное выражение. – Ты совсем с ума сошла? Я хочу просто поговорить с тобой, но, похоже, зашел не вовремя.
–Поговорить? – переспросила Рамиля, все еще не веря в то, что он не собирается причинять ей боль. – Но о чем?
–Так и будешь держать меня в коридоре? – ответил он вопросом на вопрос.
Рами мгновение смотрела на него со смесью недоверия и испуга на лице, а потом кивнула и сказала:
–Ладно, идем на кухню. Но учти, я год занималась тайским боксом, – сейчас, когда приступ паники прошел, и она смогла мыслить ясно, Рами уже не готова была сдаться без боя.
–А мне то, что за дело до твоих спортивных достижений? Или ты думаешь, я пришел, чтобы тебя изнасиловать? – он внимательно посмотрел на нее и рассмеялся. – Блять, а ты ведь так и решила, по лицу вижу. Рамиля, ты вообще нормальная?!
–Ничего смешного, – буркнула Рамиля и пошла на кухню, Рихард захлопнул входную дверь и пошел следом.
Он даже не снял обувь, так и ввалился в кухню в этих высоких военных ботинках с тракторной подошвой. Рами прислонилась спиной к холодильнику и вопросительно посмотрела на него. Круспе снова был во всем черном: приталенная рубашка, расстёгнутая на пару пуговиц на груди, джинсы по фигуре и неизменный черно-красный маникюр. Рами отметила про себя, что он выглядит очень усталым, похоже, похмелье сегодня было не только у нее. Рихард без спроса пересек кухню и уселся на подоконник, спиной к окну, и ей, превозмогая боль в шее, пришлось повернуть голову, чтобы видеть его лицо.
–Так, давай сразу определимся, – сказал он и поднял руки ладонями вперед. – Я не собираюсь тебя насиловать, так что расслабься, прекрати смотреть на меня как на преступника и сядь.
–Что тебе нужно? – спросила Рамиля, даже не сдвинувшись с места. – И как ты узнал адрес?
–Миа, – он ухмыльнулся. – Ты вчера при ней вызывала такси.
–Ясно, теперь буду знать, что при ней нельзя болтать лишнего, – Рами все же отошла от холодильника и села на табурет, лицом к Рихарду. Теперь приходилось смотреть на него снизу вверх, но зато смена места избавила от необходимости поворачивать больную шею. – А зачем пришел?
–А сама как думаешь? – он чуть сощурился.
–Я вчера нахамила тебе, и ты решил меня наказать, – предположила Рамиля осторожно.
–Наказать, серьезно?! Рамиля, а ты у нас случаем не тематик? – он загадочно улыбнулся.
–Кто? – она удивленно посмотрела на него.
–Это шутка, забудь, – Круспе махнул рукой. – Просто эти следы на твоей ноге, я и подумал…
Он умолк и Рами опустила взгляд на колени. Она уже сто лет не носила коротких платьев и совсем забыла, что подол имеет привычку задираться, особенно когда садишься на стул. Сев на низкий табурет Рами, сама того не желая, обнажила изуродованное бедро, а теперь смущенно одернула край юбки, прикрывая изъяны.
–Мои шрамы – не твое дело, – буркнула она.
–Об этом мы еще поговорим, – ответил он и как-то странно посмотрел на нее, а потом вдруг выдал такое, от чего у Рамили на секунду пропал дар речи. – Я пришел извиниться перед тобой за вчерашнее.
–Что?! – воскликнула Рами, когда к ней вернулась способность говорить. – Я не верю. Сам Рихард Круспе пришел извиниться.
–Начинаю думать, что напрасно это сделал, – он чуть покачал головой. – Но раз уж я тут, скажу: я выпил лишнего, и неправильно тебя понял. Извини, я вовсе не хотел тебя оскорбить.
–Но почему ты сам… – Рамиля не договорила, решив, что он итак сказал достаточно, но Рихард все же понял ее вопрос и объяснил.
– Тур только начался, нам всем вместе тусоваться минимум полгода, а я вовсе не хочу, чтобы это дерьмо создавало нам проблемы. Терпеть не могу недоговоренности, это всегда лишние сложности и интриги, – он замолчал, но через секунду добавил. – И да, запомни, ты не в моем вкусе, и я вообще не пойму, что на меня там нашло. Можешь не волноваться, больше я тебе никогда ничего подобного не предложу.
–Это успокаивает, – Рами чуть улыбнулась, тугой комок в животе постепенно ослабевал, но вместе с этим возвращались симптомы похмелья. – Похоже, тогда и мне надо извиниться, я не должна была так грубо говорить с тобой. Особенно при свидетелях.
Рихард чуть скривил лицо, но ничего не сказал, и тогда Рами добавила.
–Прости за это, я обещаю больше никогда не повышать на тебя голос и спасибо, что не нажаловался Роберту.
–Я в состоянии сам решать свои проблемы, и Роберт мне ни к чему, – он поднялся, и Рамиля решила, что разговор окончен, но к ее удивлению Рихард подошёл вплотную, взял ее за руку и спросил.
–А теперь расскажи мне, что все это значит.
–Что все? – она не могла понять, о чем он вообще говорит, неужели вчера было еще что-то ужасное, о чем она не помнит.
–Вот это, – он внезапно чуть задрал ей рукав и провел пальцем по глубокому шраму, скрытому под татуировкой. – Ты ведь пыталась убить себя, верно? Мне нужно знать, почему и когда.
–А с чего ты взял, что я стану тебе что-то рассказывать? – Рамиля густо покраснела и рывком выдернула руку, спрятав ее между крепко сведенных коленей.
Рихард нависал прямо над ней, и от этого становилось неуютно.
–Потому что ты боишься потерять работу, – ответил он с гадкой усмешкой. – Не расскажешь, и устрою так, что тебя уволят.
–Да ты настоящий подлец! – Рами смотрела на него взглядом полным ненависти и ноздри ее раздувались, словно у быка.
–Меня и не так называли, – он вернулся к окну, снова уселся на подоконник и вытащил пачку сигарет.
–Ну, уж нет! – Рами вскочила с табурета и подошла к Рихарду вплотную. – Курить ты тут точно не будешь, мне потом Роберт голову открутит.
–Ладно, – Рихард убрал пачку обратно в карман и переплел руки на груди. – Я слушаю твою историю.
–Нахрена это тебе нужно? Что с тобой не так? Неужели тебе не ясно – это личное и я совсем не хочу с тобой делиться. Мы даже не друзья, Рихард.
–Тебе нужна причина? – он чуть приподнял бровь. – Объясню. Я вижу, что это попытка суицида, причем ты резала не поперек, как делают все, а прямо по вене и значит, действительно хотела умереть. А я совсем не желаю, чтобы кто-то из нашей команды посреди тура убил себя, а нас потом поносили в прессе и социальных сетях как жестоких гадов, которые довели девочку до суицида.