Текст книги "Сильный (СИ)"

Автор книги: Ферриус Понс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 28 страниц)

Переглянулись с Илиу и заржали.

– Ох, ладно, удачи вам, мейстера! Мне надо ещё успеть с семьёй увидеться! – Илиу собрался нас покинуть.

– Маму… – я сильно ткнул в бок Воцаха, чтобы он не выкинул очередную остроту, – обними. За меня. За нас! Ну ты понял!

– Ой, Новак, ну ты и чучело, – Илиу пожал мне руку, а на Воцаха махнул рукой.

– Да ладно тебе, Илиеску, я же от души!

Как Илиу ушёл, Воцах стал серьёзнее.

– Нам бы тоже выдвигаться, надо успеть занять места в кортеже в Брасу, раз уж тебя туда направили за каким-то хреном. Да и прикупить вещей в дорогу надо, ты же вообще голый практически заявился к нам.

Сменной одежды у меня и правда не было, когда попал сюда. Но, благо, казённое обеспечение мне эту недостачу покрыло.

– Чем тебе не угодил Брасу?

– Почему тебя сразу в действующие части не направили? Вон у меня второй конный полк имени Святого Андрия и позицию обозначили. А у тебя как-то… мутно.

– Хм, ну посмотрим, как до военной управы доберёмся. Чего ты решил со мной двинуться?

– Да есть у меня в Брасу дела кое-какие, а точной даты прибытия мне не указали на бумагах.

– Глаза у неё красивые?

– Знаешь, Мирослав, друг мой, я таким женщинам в глаза не смотрю, – и усмехнулся довольно.

– А зря, мог бы успеть увидеть в отражении сзади стоящего мужа с дубиной.

– Да что ты всё это вспоминаешь, один раз всего было! И не дубина то была, а черенок от лопаты. И вообще, пошли, застоялись мы.

Пошли, чего уж тут торчать.

***

Экипаж, доставивший нас до Брасу, был рассчитан на десять человек. Практически всю дорогу он был заполнен полностью, потому радости от дороги никакой я не испытывал – тряска, давка и пустые разговоры. Только Воцах не унывал, всю дорогу строил глазки посредственной девушке и её полноватой матери, даже не могу сказать, кому из них хотелось пригреть моего спутника больше. Меня тоже пытались то и дело втянуть в разговор, но я всё больше отнекивался, ссылаясь на плохое самочувствие, и не врал, меня действительно укачивало. Хорошо хоть ночью можно было покормить клопов на постоялых дворах.

Вообще, что я, что Воцах могли себе позволить остановиться с комфортом, но товарищ всё равно пол ночи торчал либо за картами, либо искал возможности навестить хоть одну из пары мать и дочь, но те не желали, видимо, уступать первенство друг другу, а потому вечно торчали вместе. Охаживать сразу двоих пан Новак не решился.

Две ночи и на третий день мы в Брасу. Город большой, красивый на мой взгляд, была бы возможность, я бы побродил по нему, но пока у меня такая возможность не представилась ни разу ни в одном из городов, где я бывал. Удача, верно. Воцах привёл меня к зданию, где находилась военная управа, и оставил меня, сказав, где мне остановиться на ночь и что найдет меня завтра.

А ещё гусар оказался прав касательно прозрачности моих ближайших перспектив, то есть действительно что-то мутное тут было. Мой прошлый опыт неприятно скрёб между лопаток, хотя с чего бы это. Всё, что мне сказал мейстер второго класса по прибытии, это необходимость ожидать, так как на мой счёт поступили особые указания, а он уже сообщил о моём прибытии.

Вот я и стоял теперь столбом у входа в здание управы, потому что внутри сидеть было практически негде. Накатывало вновь приходящее за эти месяцы состояние отрешённости от действительности. Главный вопрос, так и остающийся без ответа, стоял передо мной с выражением счастливого идиота. Что я тут делаю? А второй его собрат больше походил на неприятного рыночного торговца, желающего обобрать тебя до последней нитки за гнилой товар. А что вообще делать?

– Мейстер Мирослав?

Поднимавшийся по ступеням мужчина в обычной серой одежде остановился на пару ступеней ниже. Он только что слез с места возничего неприметной черной кареты, запряжённой парой лошадей. Карета только-только заняла своё место прямо напротив ворот во внутренний двор.

– Кто спрашивает?

– Колонел Драган ждёт вас в экипаже.

– Пойдёмте, сообщим о его прибытии в канцелярию.

– Вам не стоит…

– Идём, – я перебил слугу.

Самое малое, что я могу сделать, чтобы не попасть по глупости в неприятную ситуацию, так это чуть собрать сведения.

Меня действительно задержали здесь до прибытия Колонела Драгана, оказавшегося пожилым крепким мужчиной с холодным взглядом серых глаз и роскошной седой бородой. Я было попросил у служащего описать мне внешность, когда сообщал о его прибытии, но тот лишь указал на возничего и порекомендовал расспросить об этом его личного слугу. Так что самого Хармана Драгана я увидел воочию буквально через несколько минут.

Теперь мы двигались в неизвестном мне направлении, но почему-то я не беспокоился. Харман вызывал непонятную неприязнь, но никак не чувство опасности. Кроме того в канцелярии мне прояснили, что явиться к ним я должен завтра не позднее полудня, мейстера Новака обещали предупредить.

– Надо же, совсем мальчишка, а целый гранд.

И что мне было ответить ему на это? Сам он тоже неплохой маг стихии воды, если судить по цвету, но какой-то проблемный, видны прорехи в ауре.

– Думаешь, наверное, за каким бесом ты мне понадобился?

– Вы правы.

– О, немногословен, а мне то рассказывали, что ты прямо кладезь знаний и соловьём заливаешься, сколько всего рассказать можешь.

– Странные у Вас источники информации.

– Ты даже не можешь себе представить. Ну, да будет тебе сюрприз. Не скоро, может, у тебя ещё будут приятные неожиданности в жизни, войну мы пока не выигрываем, а ты прямиком в пекло едешь.

Видно было, что старый военный не был доволен сложившейся ситуацией, а потому чуть ли не зубами скрипел.

– Вы знаете как сейчас обстоят дела на передовой?

Я был более-менее в курсе, что Каганат начал дальше выдавливать войска Роматии на северо-запад, но может чем высокопоставленный чин сможет поделиться новым.

– Как ты можешь заметить, я не на передовой, староват уже для этих дел. Знаю только, что если Священный престол не поможет в скором времени, то иноверцы тут будут хозяйничать как у себя дома.

– Ходили слухи, что помощь уже близко.

– Может оно и так, но только с той стороны обозы тянуться с ранеными и убитыми всё чаще, чем новости о победах. Может тебя там, гранда и не хватает.

– Да, Колонел, я настолько важная шишка, что на службу добираюсь на перекладных в чине мейстера первого класса и такого же сопровождающего, – позволил себе ехидную улыбку, но смотреть решил в окно, – Бойтесь недруги! Мирослав Церм идёт по ваши души! Только просидит сутки незнамо где, а так, уже почти на месте.

Харману не понравилась моя тирада.

– Ты не язви, парень, не идёт тебе битого жизнью мудреца разыгрывать. Мне пришлось изрядно повозиться, чтобы тебе этот день отсрочки выбить, знал бы ты насколько сам не рад этому, но да данное слово назад не беру.

– Так чего же Вы…

– А сам увидишь, немного осталось. А касательно важности твоей персоны скажу так, что сам диву даюсь. Кое-что про тебя узнал, поэтому знаю, что уж на что-то ты годишься. А вот почему так тебя бездарно использовать решили, тут явно старая карга рядом стояла.

Старая карга…

– Марта?

– Она самая. Слышал я, что она тебя прямо от себя и переместила в следственный отдел. А зачем она так утруждалась тебя тащить к себе сначала, чтобы потом выбросить? Не чисто тут, имей ввиду.

– Да, я сам удивляюсь до сих пор.

– Ну ничего, сейчас забудешь об этом, прибыли мы.

Карета остановилась возле одной из входных дверей длинного трехэтажного дома.

– Иди, тебя ждут.

Я уже собрался выйти, когда меня остановил скрипящий голос Хармана.

– Запомни, Мирослав, если ты надумаешь себе чего-то лишнего… и на Гранда управу найти можно, особенно когда он в родных мне войсках.

Что-то отвечать на угрозу было бессмысленно. Я пока терялся в догадках об ожидающих меня людях, потому решил не торопить события. Когда я подошёл к двери, карета ещё стояла на месте, а дверь мне уже открыла прислуга.

– Проходите, господин, Вас ждут.

До чего же всё загадочно… ладно, пройдём.

Сразу же в прихожей была лестница на второй этаж, уходящая вдоль двух стен наверх. По ней я направился за женщиной. Дом был просторный, не усадьба, конечно, но ведь тут, в городе, места не так чтобы много, иметь такое жильё, уверен, может позволить себе только состоятельный горожанин… или горожанка, и, кажется, состоятельная.

По крайней мере платье медового цвета с вычурной вышевкой явно было не из дешёвых. Женщина была молода и хороша собой, светло-каштановые волосы очень гармонировали с нарядом, она улыбалась и смотрела на меня с загадкой. А глаза…как смола искрит на солнце. Всюду этот цвет, этот сладкий вкус, прямо чувствую его вкус на языке…

– Лина?

– Признал всё таки! – чуть ли не завизжала девушка.

Теперь я видел, что за внешне зрелой женщиной пряталась моя ровесница. Как я сразу не догадался взглянуть на её Силу, вот же она, ни с чем не сравнимая карамель, впервые я чувствую запах и вкус Силы.

– Если убрать твою вычурную причёску, да затейливое платье, то ты практически и не изменилась, только подросла немного.

– Ну, ты не торопись то так с одеждой, – Лина широко улыбалась, она уже была рядом со мной, разглядывая меня снизу вверх, – Ох, зато ты вырост как! Какой красавчик стал!

– Хм, вот кто всегда был красавицей, так это ты.

– Я знаю! Ты ведь сразу в меня влюбился, так ведь!

– Трудно было не попасть под твои чары, сейчас, я вижу, ты умеешь их держать под контролем.

– Да, научилась, но так хочется…

Я не дал ей договорить, даже не коснулся – обернул своей силой златовласку. Лина взвизгнула и бросилась ко мне на шею. Какая она приятная! Должен признаться, что знакомая из далёкого, как теперь кажется, прошлого пробудила во мне бурю чувств в свой адрес, которые, казалось, давно исчезли.

– Ох, Мироша, как приятно дать волю чувствам…

– Это Сила, Лина.

– Силу я привыкла держать в себе, а вот чувства сдерживать очень трудно! Я ведь про тебя давно узнала! Ты бы знал, как я за тебя переживала.

Лина при этом никак не желала меня выпускать из объятий. Ну раз так, то я подхватил её за талию и закружил как в танце, получив в награду веселый смех. Наконец, устав рисовать круги ногами, я поставил девушку на пол… и был награждён поцелуем.

– Мммм, почти так же хорошо, как я себе представляла, – когда Лина отстранилась от меня, она ещё держала глаза закрытыми, – а ты, Славный мой рыцарь, думал про наш первый поцелуй?

Какая же она ещё девчонка. Способная свести с ума любого мужчину даже без своего Дара, но всё ещё наивная деревенская девочка. Сомневаюсь, что старик баловал свою хоть и любимую, но всё же невольницу, хорошим образованием. Да, теперь я понимаю, чего мне не нравился Харман, я ведь ощущал c его стороны простую мужскую ревность.

– Меня больше беспокоило, выжила ли ты. Мечтать о поцелуе с тобой мне не хватало воображения.

– Ой ли, помню в той клетке ты кое-что сумел придумать интересного, до сих пор порой снится.

Я немного погрустнел, потому что понял, что за то время, что мы друг друга не видели, я успел прожить достаточно бурную жизнь, в то время как Лина была заперта тут, чтобы ублажать старика. Наверное не худшего человека, судя по тому, что я тут нахожусь, но не являющегося мечтой молодой девушки.

– Ой, я совсем забыла, что ты можешь быть голоден. Так хотела показать тебе, какая я хорошая хозяйка, а сама только и вешу у тебя на шее.

– Ну ничего, ты сейчас исправишься, и мы всё наверстаем, правда?

– Да, так и сделаем, пойдём!

Меня потянули на первый этаж обедать.

***

Время летело для нас быстрее ветра, уже и обед и ужин прошёл, а мы всё никак не могли наговориться, искреннее наслаждаясь обществом друг друга. Было не только приятно слышать голос Лины, но и смотреть на неё, чувствовать приятный аромат, порой касаться её рук или волос. Уверен она ощулала те же, если не большие чувства. Всё таки женщины куда эмоциональнее мужчин.

Лина поделилась со мной своей не слишком долгой историей, точнее той частью, которую я не знал. Владелец каравана успел договориться о продаже Лины, когда тем трагическим утром оставил товар под присмотром ублюдка Саула. После неудавшейся попытки убить себя, неудавшейся благодаря моим стараниям – нож прошёл мимо органов и неглубоко, девушка пришла в себя у лекаря, который сумел даже убрать шрам от раны. Должно быть Азаду пришлось потратиться, чтобы продать товар в хорошей кондиции.

У лекаря девушка провела пару дней, находясь в подавленном состоянии.

“В себя я пришла лишь потому, что очень боялась за тебя, я ведь успела увидеть, что стало с охранниками. Так что ты стал моей путеводной звездой.”

Свою новую собственность колонел Харман Драган получил лишь спустя неделю, потому что слуга колонела берёг пострадавшую и вёз очень аккуратно. Может быть сыграло на руку то, что Сила не сразу возвращалась к девушке, а может то, что Харман оказался сильно впечатлён Линой, но новый хозяин и первый мужчина в жизни бывшей деревенской девчонки был очень обходителен и щедр на подарки. Для неё он купил этот дом, в котором мы находились и нанял служанку.

Спустя несколько недель, как Сила полностью вернулась к Лине, она посчитала необходимым ответить на добро своего господина. Она уже неплохо контролировала дар, а потому научилась не привлекать излишнего внимания к своей персоне, без близкого контакта её волшебное очарование слабо влияло на окружающих мужчин. На Хармана, как выяснилось, стоило пускать Силу без стеснения, тогда из старика тот превращался в полного сил мужчину, готового оказать должное внимание женщине. Такая простая была причина, по которой Его Милость Дроган раскошелился на такую дорогую игрушку и продолжал тратиться.

Лина в своём рассказе всячески защищала своего мужчину, но было очевидно, что она его не любит. Сомневаюсь я, что если бы она его любила, она заставила бы его привезти меня сюда в таких рамках. Не просто привезти на обед, обняться, поболтать, а оставить вдвоём на сутки. Не представляю, как она смогла такое провернуть, да и, признаться, не хочу знать. Я рад, что с моей первой спутницей всё более-менее в порядке.

В свою очередь я поделился всем, что случилось со мной. Выложил все свои переживания, все мысли, рассказал обо всех женщинах, которые встретились мне на пути. Особенно детально рассказывал про тех, с кем я успел познакомиться поближе, эти подробности особенно интересовали Лину. Я даже смущался вначале, но Лина совершенно естественно умудрялась выпытать у меня самые интимные составляющие действий и чувств. Ни с кем я ещё не был так откровенен, понимая что не только мне хочется поделиться с ней, но и ещё может не быть больше такой возможности.

– Значит, что сейчас с Агнес и Мариуцей ты не знаешь?

– Нет, могу только догадываться. Агнес подбила своих товарищей по службе нанести визит во владения Кешко, чтобы проведать меня. Думаю она получила какую-то информацию о моём нахождении там и ещё что-то знала касательно тёмных дел графа. Что с Мари сейчас я не в курсе, спрашивал своих ребят, которые бывали в городе, но они ничего толком не смогли узнать.

– Скучаешь по ней?

– Я скорее чувствую себя виновным перед ней. С Мари в какой-то степени произошло тоже, что и с нами. В один момент она осталась одна со своими старыми и новыми навалившимися проблемами.

– Это правда, но всё таки в рабство её не угоняли.

– Что правда, то правда. Возможностей у неё больше.

– Неужели ты не испытываешь сожаления, что больше не сможешь быть с ней? По твоим словам она писаная красавица!

Меня этот вопрос позабавил.

– Лина, может быть ты не замечаешь особо, так как сидишь взаперти, но ты тоже удивительной красоты девушка, со своими особенными достоинствами. И ты мне куда ближе, куда роднее, хотя с тобой я провёл меньше времени. Мариуца безусловно хороша собой, но она далека от моего идеала.

– От Агнес, ты имел ввиду? – и в этом вопросе и сарказм, и горечь и толика радости.

– Нет, Агнес далека от идела… – быстро ответил я, а потом сообразил, что другой женщины в качестве идеала представить не могу, – но Агнес я очень хочу увидеть.

– Думаешь, вы ещё встретитесь?

– Если её отправили на передовую, а я почти в этом уверен, то точно встретимся.

– А что ты будешь делать?

– Фух… любопытная ты сорока…

– Ну а что? Ты же как в романе живешь! А я так… мне жутко любопытно… и я завидую.

– Я понимаю. Но я не отвечу, потому что не знаю.

– Совсем я тебя замучила вопросами, а ведь уже довольно поздно, надо готовиться к ночи. Мы тебе подготовили гостевую комнату, она, если что, прямо рядом с моей. Будет что-то нужно, не стесняйся меня побеспокоить.

А вот мы и подошли к моменту, на счёт которого мучаюсь с начала нашей встречи. Я хочу провести ночь совсем не в гостевой комнате, а точнее всё равно где, хоть на ковре в прихожей, только бы с Линой. И она прямо на это намекает. Да чего уж там, совершенно понятно, что она это планировала с самого начала и теперь ждёт от меня встречного шага.

А я боюсь. Боюсь утонуть в чувствах к Лине и натворить таких дел, которые в итоге выйдут боком и мне и ей. Боюсь, даже если справлюсь с собой, потом мучаться чувствами к девушке, которую опять оставил одну, потому что не могу её забрать, потому что слаб. А ещё боюсь предать таким образом свою любовь к Агнес. Как можно предать одну любовь другой я не знаю, но страх мой от этого не становится меньше.

– Хорошо, покажешь?

– Конечно, должна же я тебе показать какая я радивая хозяйка!

***

О чём я думаю? Меня впереди ожидает настоящая война! Ни стычка с озлобленными избалованными подростками, ни столкновение с опасными, но всё же неразумными Зверьми, ни даже бой с наёмниками, которые хоть и опасны, но не столь многочисленны и сильны, как армия южного соседа, пришедшая на эти земли, чтобы обрести очередную территорию, приведя её к правильной вере – война. Касательно озвученных причин завоевания я, правда, сомневаюсь, думаю дело в банальной жажде славы и богатствах, но для обывателя всегда лучше использовать громкую идею. И это не я такой умный, это нам в училище рассказывали.

Война меня ждёт не где-то там, а прямо в нескольких часах езды. Про меня, наконец, вспомнили. Не успели мы с Воцахом отправиться с военным обозом к пункту назначения, который и у меня и у него были близко расположенными, потому что все войска стянули в одну точку, как нас перехватил конный разъезд. Мне была тут же отобрана лошадь у сопровождающего старшины, и в составе нового отряда я стремглав мчался к месту будущего столкновения двух армий. Все в торопях купленные с утра вещи пришлось оставить в одной из телег.

А в голове моей только Лина, да Агнес. Агнес, да Лина. И так по кругу. Воцах с самого утра, видя моё настроение, старался отвлечь историями местных похождений в его и его друзей исполнении, старался выбирать те, где было поменьше женщин, чему я про себя даже улыбался. Выходило без женщин не очень, а те истории, в которых участвовали прекрасные домни и домнисоры оказывались пресными без излюбленных подробностей пана. Ведь подробности он старался пропускать из чувства такта.

Харман приехал за мной довольно рано, наверное рассчитывая расстроить наши с Линой утренние утехи, но мы к тому времени уже успели позавтракать и спокойно общались за полупустым столом. Это была очень трудная ночь. Я побоялся признаться в своих страхах, просто пожелал Лине добрых снов, и пол ночи заставлял себя не подходить к двери. Лина же пол ночи ходила туда-сюда, пыталась заставить себя открыть мою дверь и зайти, но видимо тоже боялась. Я то видел её ауру даже сквозь дверь, она этого не знала, думала, что вела себя тихо. Если бы она вошла, я бы точно не выдержал.

Так как всё равно не спалось, то утром я встал очень рано и спустился в кухню, где неожиданно встретил саму радушную хозяйку. Ну и не смог терпеть, выложил ей всё, что думал и чего опасался, получив в ответ реки слёз и гору благодарности за то, что открылся. Она то боялась, что мне просто противно с ней лечь в постель теперь. Как же хорошо, что я такая тряпка и не стал держать чувства в себе, как настоящий мужчина. Боюсь представить какую боль бы златоглазка носила бы в себе после расставания со мной. А так мы расстались очень тепло, на всякий случай я упомянул ей имя доходного дома, в котором у меня хранились сбережения, объяснив что через них можно со мной связаться, где бы я не был. Харман всю дорогу молчал и хмурился. Не так должен выглядеть молодец, который приятно провёл ночь в обществе красавицы, да?

– Началось, хорошо успели сменить лошадей, иначе бы сейчас бы не успевали!

– Мы и так не успеваем! Нам было приказано доставить до начала боя!

Пришлось мчаться во всю, лошадям это на пользу не пойдёт, но кто о них сейчас думает. Приближаясь к месту боя, о котором можно было судить по гулу магических атак и защит за лесополосой, я начал понимать задумку командования войск Роматии. Грунтовая дорога всё больше уходила вниз, позволяя сделать предположение о форме рельефа вокруг даже без полного обзора. Впереди располагался широкий проход между двумя горными хребтам. Думаю, это единственное широкое место, позволяющее крупным массам пеших и конных людей с обозами выйти на обширную равнину вокруг Брасу, тем самым вторгнувшись в восточную часть Роматии.

Очень странно ощущалась сейчас позиция нашего малого отряда. Четверо конных посреди пустой длинной узкой дороги, вокруг никого живого пока видит глаз, но буквально в четверти часе езды прямо за небольшим лесом огромная живая масса разумных, вроде бы, людей собирается уничтожать саму себя, потому что маленькие частицы этой массы своей волей определили разность, но не общность для всех кого смогли охватить, теперь же две воли спорят друг с другом, разменивая малозначимых для них подчинённых.

– Двигаемся к левому краю, там должна быть ставка нашего полка! – проорал первый сопровождающий.

– Я с вами, всё равно сейчас я не найду свою часть, – опередил мой вопрос Воцах.

Мы практически преодолели лес, но уже на выезде свернули на боковую дорожку, позволяющую двигаться лишь одному конному в ряд. Пришлось замедлиться, что позволило окинуть фронт, остающийся по правую руку. Местность продолжала спускаться вниз обширными холмами, верхушки которых местами были прикрыты редколесьем. Холмы оканчивались небольшой бурной речушкой, на которой виднелось довольно много мест позволяющих перейти вброд. На противоположном берегу реки лес уже был хвойный и достаточно густым, позволяя скрыть основную часть войск противной стороны.

Войска же наши располагались несколькими большими группами на самых высоких холмах, занимая господствующие позиции. Трудно было определить рода войск, но большую часть видимых сил составляла обычная пехота, а самой внушительной силой показалась артиллерия. Ну, конечно, не считая магов, которых было плохо видно за холмами, но зато прекрасно виден был результат их деятельности.

Пришлось немного приглушить ощущение Силы, чтобы разобрать какие стихии и как сплетались в этом странном воздушном танце. В первую очередь работал воздух, как основной проводник энергии, его старались двигать широкими витиеватыми фигурами, чтобы сбивать направленные на противника другие стихии, вроде огня или воды. По резким рывкам некоторых воздушных потоков было понятно, что стороны пытаются перехватывать друг у друга контроль в самые неподходящие моменты.

Объемы воды, способные утопить если не всю армию Роматии, то большую её часть точно, сейчас собирались из воздуха, почвы и, конечно, из реки. Часть воды сразу же пытались обратить в лёд, отправляя огромные глыбы на большой скорости в сторону врага. Такая ледышка плохо поддается воздействию воздуха, а потому её сложно сбить. Правда её так же куда сложнее создать и запустить, требует в разы больше энергии, чем на перемещение воды, которую, если удавалось продавить близко к позициям недруга, превращали в ледяной дождь, неспособный убить, но приносящий ощутимый дискомфорт для людей.

Земля была вне конкуренции. Камней вокруг было много, всё же Роматия является горной страной. Камни и спрессованные комья земли летали в обе стороны с пугающей частотой. Снизу летело больше, но долетало таких снарядов пока единично, их останавливали или отправляли назад, позиция на возвышении давала в этом преимущество. Но определенно видно было, что внизу маги имеют численное преимущество, которое грозит перейти и в качественное.