Текст книги "Невеста для Бастарда (СИ)"
Автор книги: Evgeny V
сообщить о нарушении
Текущая страница: 32 (всего у книги 54 страниц)
– Они все такие банальные и заезженные, – Варя прикусила ноготь на большом пальце.
– Кто? И вынь палец изо рта, что ты как маленькая.
Девушка оторвала взгляд от экрана телефона и посмотрела на мужа. Обидеться на язвительные подколы обиделась, а в интернет всё равно полезла. В каждой шутке, как говорится…
– Имена. Ни одно из предложенных мне не нравится. По крайней мере из русских. Всё какие-то буренки Даши да Маши.
– Но это гораздо лучше, чем, например, Оливия или какая-нибудь Фредерика.
Варя смущенно кашлянула и отложила телефон в сторону. Марк закатил глаза. Серьёзно?
– Только не говори мне, что ты хотела бы назвать дочь так.
– А почему нет? Оливия – красивое имя.
– Не будь моей матерью, не оригинальничай. Она назвала меня Марком, а через месяц рыдала, почему я не Максим. Уже собиралась подавать заявление на смену имени, но было слишком много мороки с документами. Ты только подумай, какое отчество будет у моих детей. Маркович? Марковна? Кошмар.
Варя поняла, что не может сдерживать рвущуюся наружу улыбку и вот уже пару минут лыбится во все тридцать два. Но не от того, что её смешит имя мужа, нет, оно ей всегда нравилось. Это была какая-то детская радость от того, что едва ли не впервые за много месяцев у них с Марком случился нормальный диалог, без криков, взаимных упреков и обвинений. Но, сколько бы ни ругались, они по-прежнему и не думали разъезжаться и ни один из них даже не заикался о разводе. Хотя, определённо думали об этом.
– Это красивые имени, не спорю, – продолжал Марк, – но для Америки, Англии, Франции… Для заграницы короче. А в России они звучат странно и нелепо. И к чему тебе это? Хочешь, чтобы она всю жизнь как я мучилась? Когда я я слышу «Марк Юрьевич!» то до последнего надеюсь, что это не меня. Но нет, я один Марк во всем Ланграсте. Даже в филиалах.
– А что ты предлагаешь? – Варя улыбнулась ещё шире.
– Что угодно. Отчество звучное, любое имя хорошо звучит. Анна Романовна, Анастасия Романовна, – задумчиво бормотал он первые пришедшие на ум имена и даже не заметил вмиг помрачневшую жену.
– Артемовна, – поправила его девушка, – у неё будет отчество Артемовна, а не Романовна. Даже если я и позволю ему видеть ребёнка раз в месяц, то ни за что не дам его отчество. Он этого не заслужил.
– Извини, всё время забываю.
Марк же, напротив, не злился. Он смог свыкнуться с этой мыслью и теперь направлял все силы не на бессмысленную ненависть, а на то, чтобы выйти из сложившейся ситуации с минимальными потерями. Да и кого ненавидеть? Варю? Он не мог. Рому? Так давно ненавидел, а больше просто некуда. Ребёнка, получившегося по глупости его родителей? Точно нет.
– Но это глупо, Варя. Ты можешь дать ей свою фамилию, отчество в честь своего папы, но в строку «отец» всё равно буду вписан я, потому что ты забеременела в браке со мной, а не вне него. Так не лучше ли тогда дать хотя бы моё отчество? С фамилией решай сама, это легче оправдать.
– А ты… Ты разрешишь? – вопрос был до того робким и неуверенным, что девушка напоминала ему сейчас ребёнка.
– Моё разрешение не требуется.
– Ошибаешься. Если ты не хочешь, я буду искать обходные пути. А ты не хочешь.
– Не дури. У тебя только два варианта: либо дать Роме признать ребёнка, либо мне. И я делаю это не только для тебя, ведь первый вариант разнесет меня по ветру.
Варя, допив вторую бутылку, поднялась со стула и уже прошла мимо Марка, как вдруг развернулась обратно и обняла мужа. Тот опешил и пару секунд не знал, что ему делать: мягко отстранить или обнять в ответ? И сделал выбор в пользу второго. Да и объятия Вари были далеки от того, какими они были ещё полгода назад. В них не было и намёка на влюбленность, только благодарность.
– Спасибо, Марк. Спасибо, что не выкинул меня из дома как котенка и продолжаешь терпеть себя.
«А я мог иначе? – хмыкнул он про себя. – Увы, я слишком сильно тебя любил»
Парень ушёл к себе, но ещё полчаса бездумно лежал на кровати. Нежданный ночной разговор выбил его из колеи и сбил сон.
Загорелся экран телефона, оповещая о пришедшей смс-ке. Марк поморщился и читать его не спешил. Наверняка один из его замов спешит оповестить о том, каким образом собирается навредить Рома в этот раз. Это же цель его жизни, не так ли? Вредить всем и вся.
Но когда Марк увидел, что смс пришло от Кати, перехватило дыхание.
Катя посмотрела на время. Пять утра, а она ещё не ложилась спать и продолжала размазывать слёзы по щекам. Мама… Какая она мама, одно название! Хотя она даже его недостойна!
Девушка посмотрела на опухшее от слез лицо в зеркало и тут же укорила себя за то, что разрыдалась как маленькая из-за ерунды. Ведь это пустяк, верно? Никто не запрещает ей отказать матери! Она ничем не обязана ей! Но подобные мысли не утешали и Катя уронила голову на подушку, которая в какой-то мере заглушала её рыдания.
– Катя?.. – в комнату вошёл отец и девушка тут же заткнулась.
– Я разбудила тебя? Прости.
– Знаешь, да как-то не до сна.
Мужчина сел рядом и взял за руку дочь, которая так старательно пыталась удержать все слёзы в себе. Но не смогла, когда он погладил её по волосам и поцеловал в лоб. Катя обняла его за шею, ища утешения, найти которое не могла сейчас ни в ком. Боже, да за что ей это?
– Выкинь её за дверь, папа-а-а, – тянула на одной ноте она, – почему я должна волноваться о её здоровье, если она не волновалась обо мне двадцать лет? Её не волновало, что ты остался один с двумя детьми, пока она жила в свое удовольствие! Я ненавижу её, ненавижу!
Отец говорил что-то успокаивающее, но Катя не слышала его. В ушах звучало только требовательное «Ты должна мне! Я твоя мать. Ты должна!»
– Иди спать, папа. Я в порядке.
Но в порядке она совсем не была. Катя не могла ответить на вопрос, что расстроило её больше: приезд матери, нахальное требование или то, что она сейчас спокойно спала в соседней комнате, в то время как её младшая дочь тонула в собственных слезах?
Девушка взяла с тумбочки телефон и, сама не зная зачем, принялась пересматривать те немногие фотографии Марка, которые не иначе как чудом затесались к ней в галерею. Она уже сто раз обругала себя за то, что хранит фотографии мужа своей лучшей подруги, ведь не имеет на это никакого права. Но, с другой стороны, почему нет? Варя и вовсе жила с Владом даже тогда, когда они уже встречались. Почему Катя не может желать дружеского общения с Марком?
Потому что он её муж. Потому что он владелец Ланграста. Потому что она сотрудница Глобала. Потому что она не может предать Рому. Потому что зарождающиеся чувства далеки от дружеских.
Катя могла подобрать ещё сотню «потому что», но ей было достаточно и имеющихся для того, чтобы впасть в истерику.
«Что я творю?», – в ужасе подумала она, но не перестала набирать Марку сообщение. Всего один вопрос: «Спишь?», но на него ушло целых три минуты. И не пришёл ответ. Ни через минуту, ни через десять, ни через сорок. Катя понимала, что все нормальные люди в шестом часу утра ещё спят, он не обязан подрываться и отвечать ей, но на душе было паршиво.
– Да? – рассеянно ответила на телефонный звонок девушка.
– Не сплю, – ответил Марк и слегка ухмыльнулся, – выходи.
Катя откинула несколько прядей волос на затылок. Единственное, куда сейчас хотелось выйти – в окно. Но если она сделает это, то мать получит желаемое. К чему радовать подлую женщину?
– Что ты молчишь? – спросил Марк.
– А что ты приехал? Я же не просила.
– И просить не надо. Если человек пишет в пять утра, значит, у него что-то случилось. Хорошее или нет – неважно.
– Я сейчас спущусь.
Хотелось хлопнуть дверью так, чтобы у матери лопнули барабанные перепонки. Нечего спать! Катя не спит и она не будет. Но останавливало только то, что помимо неё дома спали отец и два ребёнка, которым через несколько часов в школу. Алену жалеть тоже не хотелось.
Катю обдало холодным шквалом ветра и тело тут же покрылось крупными мурашками. Выскочив из дома, она даже не подумала прихватить с собой куртку.
Девушка почувствовала, что кто-то схватил её за локоть и через пару минут она оказалась в теплом салоне машины. На плечи ей опустилась чужая мужская куртка. Катя посмотрела на Марка: он грел руки у включенной печки. Очевидно, он тоже собирался впопыхах и нацепил первое, что попалось под руку. Видеть его в футболке с коротким рукавом и обычных джинсах вместо делового костюма Кате было непривычно. Ведь даже когда она приходила в гости к подруге, Марк все равно расхаживал по дому в костюме, потому что-либо только что пришёл, либо опять собирался уходить. Хотя застать его дома – чудо из чудес и когда Катя ещё жила в Америке вместе с Ромой, Варя часто жаловалась ей на то, что секретарь видит Марка чаще, чем она сама. Очередной укол совести.
– Это из-за Влада? Если да, то оно того не стоит. Даже самая сильная любовь проходит… Если переключиться, – Марк отвёл глаза.
Катя утерла рукавом куртки одинокую слезу. Ну вот, ещё один повод – расставание с Владом. Хоть они и сумели остаться друзьями, но было очень жаль той светлой влюбленности, идущей ещё из подросткового возраста. И всё же лучше так, чем отравлять друг другу жизнь.
– Нет, – она всхлипнула. Рассказывать такое Марку было стыдно. Он был идеален во всех отношениях с самого рождения. Вырос в образцово-показательной семье, получил образование сначала в одном из лучших лицеев, а затем в МГУ, возглавляет Ланграст. И женился не на абы ком, а на дочери самого Грача. Умудрился даже получить из этого небольшую выгоду: в его юридическом отделе теперь работали лучшие юристы Артема. Правда, в самом браке ему не повезло, но и измена была не с его стороны. И чего Варька вцепилась в этого Рому, когда под боком есть такой мужчина? Дура.
Катя всё ещё молчала. Как не шокировать Марка подобной грязью?
– Мать приехала, – наконец выдавила она.
– Она надолго уезжала?
Парень дернул плечами, понимая, что вопрос глупый, но никак иначе разговор не продолжить.
– Ага. На двадцать лет. А теперь… Теперь вернулась, но только для того, чтобы потребовать у меня… почку, – Катя сглотнула и уже и не пыталась утирать текущие по щекам слёзы. Истерзанное за несколько часов матерью сердце больше не могло терпеть. Девушка не поворачивалась к Марку лицом, но всем своим существом ощущала шок, исходящий от него. Всё как она и думала.
– Я не такая мразь, как ты думаешь. Неужели я бы пожалела почку, будь она действительно матерью? А она бросила нас, сославшись на послеродовую депрессию. Сбежала с проезжим французом. Или немцем, не помню, кем он там был. А мне было уже пять лет, Марк! Ну какая послеродовая депрессия?! Где-то к двенадцати я смогла смириться с тем, что моя мать обычная блядь. А отец… Каково мужчине растить двух девочек одному? Ей было плевать. Плевать, что мы росли черте-как, потому что папа в две смены работал, чтобы нас прокормить. И итог, пожалуйста: Алена шаталась хрен знает где и в итоге родила в девятнадцать лет. И дети ей не сдались, их опять воспитывает отец. А он что, вечный что ли? – при этой страшной мысли захотелось плакать ещё больше, но Катя сдержалась, чтобы не опозориться перед Марком больше, чем уже есть. – И вот она заявилась и с порога заявляет, что у неё отказывает почка, я должна ей пожертвовать свою. Потому что она моя мать. Потому что Алена ни при чем, я не я и жопа не моя, – Катя не удержалась от грубости, – да и вообще Алена у нас любимая дочка. И у неё самой дети, ей нельзя. А мне можно? Я детей не хочу? Меня можно инвалидом оставить? Хотя я и так детей иметь не могу, я бесплодная! – последние слова она в истерике прокричала и, чтобы унять девушку, Марк прижал её к себе. В груди все сжималось, коленки тряслись. Ничего не осталось от той солнечной и неунывающей Кати. Перед ним была только тонущая в детских обидах и недолюбленная мамой девочка, но… Он не переменил к ней своего отношения. Наоборот, что-то укоренилось в нём от её слез. Они словно стали ближе после подобных откровений.
– Прости, – Катя отстранилась, достала платок и вытерла мокрое лицо. – Устроила тут потоп…
Марк только покачал головой. Не это сейчас важно.
– Кать, если проблема в том, что нужно достать почку, то…
– Конечно! – визгом перебила она. – Конечно, в почке проблема, а не в том, что мать клала на меня ещё до рождения, а теперь кричит на каждом углу, что я ей обязана! Конечно, Марк, конечно! Никогда ты не поймёшь этого, потому что никогда не был лишен материнской любви. Никогда не видел выбившегося из сил отца, который хотел дать большее, но не мог!
Парень поджал губы. Не правда. Не только её отец страдал. Его отец тоже не родился с золотой ложкой во рту, прежде чем получить то, что сейчас имел Марк, он много и упорно работал. И также приползал домой полуживой. Марк вспомнил сцену из детства, когда ему было всего 10 лет. Мать давно отправила его в кровать, но он не желал спать, пока не вернётся отец. И, услышав звук открывающейся входной двери, побежал в коридор. Юра вернулся далеко за полночь. Он что-то с улыбкой сказал жене, присел буквально на мгновение… А через минуту уже спал. Прямо так, сидя. Мать аккуратно разула его и попросила Лешу помочь донести отца до спальни.
– Хорошо, – спокойно проговорил Марк, – я понял тебя. Давай немного помолчим и успокоимся.
– Прости. Не хотела сорваться на тебе, просто накопилось…
– Всё в порядке. Я всё понимаю.
Марк взял её за руку. Катя подняла на него влажные глаза и через секунду выдернула ладонь, вспомнив, что он женатый мужчина. Марк грустно хмыкнул и устремил взгляд вдаль, по своему трактуя этот жест.
Три вусмерть пьяных мужчины сидели за кухонным столом Ромы. В ход шла уже вторая бутылка коньяка.
– Она меня не любит, – вздохнул Бас и опрокинул в себя ещё один наполненный до краев алкоголем стакан.
– Она мне не даёт, – Егор пытался что-то рассмотреть в коньяке и вертел перед глазами бутылку так и эдак.
– Она меня не замечает, – глухо и сильным акцентом проговорил Феликс, не попытавшись поднять голову от сложенных на столе рук.
Эти трое говорили о совершенно разных девушках, но нечто общее у них всё же было. Все они что-то «не» по отношению к несчастным и обездоленным мужчинам.
– Вот где сейчас шатается твоя сестра? – заплетающимся языком спросил Бас и локтем пнул Егора.
– Где-то… – его речь была не более связной. – Наверное, с банкиром своим.
– С каким ещё банкиром?!
– Рогатым, – парень кивнул, – Полинка его бросить хочет, надоел он ей своей беспочвенной ревностью. Или ты про старшую?
Стыдно признаться, но Егор упился до того, что забыл имя старшей сестры.
– Про Варю, – пробубнил Рома.
– Ааа… Так она это… Схватила Катьку, мужа своего и Влада и на все новогодние выходные на дачу укатила. А, ну и Полина наверное с ними, а не с банкиром.
Рома хмыкнул. Неужели она думает, что он не найдёт её там?
Он встал, со скрипом задвинул стул и облокотился на него, ища точку опоры.
– У меня есть идея, – протянул парень. – Фил, ты с нами?
Феликс промычал что-то отрицательное и для пущей достоверности помотал головой. Пить вместе с русскими оказалось не по силам для американца.
– Но нас не ждут, – возразил Егор, поняв ход мыслей Баса.
– И от этого ещё интереснее, верно?
====== Часть 51 ======
Егор выкрутил руль влево так резко, что машина развернулась на девяносто градусов и проехала боком несколько сантиметров, преждем чем он затормозил. Колеса пронзительно завизжали из-за трения по асфальту и едва не вспахали его.
Воспаленное алкоголем сознание Ромы напрочь забыло о том, что машине нет и года и стоит она не один миллион и он только восхищенно выдохнул и поаплодировал Егору.
Бас не сразу смог вылезти из автомобиля и даже застрял на пару секунд в проеме, уперевшись ногой в панель и не соображая, что надо сделать. Егор, справившийся с этой задачей быстрее и лучше, вытащил его за шкирку и даже умудрился удачно нажать на нужные кнопки на брелке машины, чтобы заблокировать двери.
– Сла-а-абак, – протянул брат Вари.
– Ну знаешь, когда мне двадцать лет было, я тоже мог всю ночь абсентом упиваться и не пьянеть. Посмотрим, что будет с тобой в двадцать девять.
Оперевшись друг на друга, они нетвердой походкой двинулись к забору и Бас уже занес кулак для того, чтобы постучать, как его остановил Егор.
– Стоп. Надо ломиться сразу в дверь, так они нас не пустят.
– А каким образом мы должны попасть к двери, не миновав забор?
– С обратной стороны брешь была.
– Ой, мама, да туда ж ещё дойти надо.
А это оказалось действительно непростой задачей. Дом и прилегающий к нему участок занимали немаленькую площадь и, учитывая что для пьяного метр считается за километр, миссия казалась невыполнимой. Егор и Рома едва ли не ползком преодолевали второй круг, но брешь так и не нашли. Бас прислонился лбом к холодному железу и страдальчески вздохнул. Перепил, определённо перепил. Перед глазами кружились вертолеты.
– Ну и где твоя дыра?
Егор спьяну назвал свой адрес в Питере. Район, где он жил, был не из лучших и на самом деле дырой, но зато там недорого сдавали квартиры.
– Я про забор, придурок!
– А-а-а… Так нет её.
Он качнулся на месте и развел руками в воздухе.
– А какого я тогда тут круги как баран нарезаю?
– Видимо Артем заделал. Откуда я мог знать, я сюда… – Егор возвел глаза к небу и принялся загибать пальцы. – Два года не приезжал.
– И что мы будем делать?
– Новую брешь? – предположил парень.
Рома протяжно замычал. Им бы сейчас себя хоть куда-нибудь донести, не то, что забор проломить. В этот момент он позавидовал благоразумному Филу, который решил не искать приключений и мирно подремать на кухне у своего начальника.
После десятиминутных дебатов было решено перелезать, но не было решено как. Ноги скользили, руки дрожали и оба несколько раз слетали с забора, разбивая носы и царапая лбы и скулы.
– Нет, это невозможно, – прохрипел Бас и облокотился спиной на дурацкий и совершенно не нужный здесь кусок железа.
– Соберись, – Егор упирался ладонями в колени и дышал так, будто пробежал марафон.
Ещё одна попытка – и снова неудачная. Рома со злости пнул забор ногой, но не рассчитал силу разворота и едва не припечатался щекой об асфальт.
– Да чтоб тебя!
Егор только хмыкнул.
– Или они пустят меня в дом по хорошему, или я всё разнесу тут! – Бас специально заорал так, чтобы его услышали, но Егор только заржал.
– Не надрывайся, там хорошая шумоизоляция.
Злость придала ему сил, с разбега он взобрался на забор и, о чудо, смог перелезть, рухнув спиной на искусственный и проглядывающий через снег газон. Вдруг раздался тот же оглушительный грохот, что и секунду назад, и рядом с Ромой приземлился его друг по несчастью, болезненно охнув.
– Небо-то какое… Синее, – проговорил парень.
– Поднимайся. Потом будем красоты созерцать.
– Я не могу.
– Не ной! Ты всего лишь отбил позвоночник и, возможно, перебил несколько костей. Подумаешь!
Потирая ушибленные места, но уже гораздо более резво, парни уверенно пошли к злополучному входу. Несладкое падение вкупе с холодным воздухом ненадолго и несильно отрезвило их.
Не сговариваясь, оба одновременно ударили ногами по двери, не удосужившись постучать рукой. Вот ещё, не для королей это!
Дверь распахнулась, потому что не была закрыта. Бас вошёл с видом хозяина и вдруг схватился за голову, которая резко поехала куда-то не туда.
– Боже, по всей комнате одни Марки Глинские. Мой худший кошмар, – проговорил он, вертя головой в надежде избавиться от раздвоившихся по всему холлу шокированных лиц Марка. Рядом с ним выкладывала вещи младша сестра Вари, Полина, и неподалеку злилась на весь белый свет Катя, что было для неё совсем не свойственно, но мозг Баса решил сфокусироваться именно на этом поганце.
– Да я ещё и не такое в пьяном угаре видел, – Егор больше не мог удерживать тело в вертикальном положении и с облегчением рухнул на колени. – Полиночка, солнышко, принеси старшему брату водички. Будь зайкой.
– Упейся! – девушка с отвращением вылила ему на голову бутылку воды и отшвырнула её в сторону. Она крайне не любила, когда Егор напивался до состояния овоща.
Сам же Егор подставил ладони под подбородок, собирая стекающие с лица капли воды и выпил эти гроши.
– Что за… – со второго этажа, цокая каблуками, спустилась Варя и застыла на лестнице. И также, на манер мужа, шокировано приоткрыла рот, узрев пьяных в драбадан брата и бывшего.
– Вас не звали, – холодно проговорила Полина, видя однозначную реакцию сестры и пальцем указала им на выход.
Вот только Бас и не думал покидать дом, а, напротив, прошёл в середину комнаты, остановился в нескольких сантиметрах от Марка и, сцепив руки в замок, закивал головой.
– Слышишь, моё оскорбленное эго? Нас с тобой не звали. Сматываем узлы и уходим. Что-что? Нет? Отлично, я только разошёлся. Радость моя, а что ты так смотришь? – он повернулся к Варе. – Чего ты ожидала? Что я сяду сложа ручки и буду смотреть, как какой-то хмырь воспитывает моего ребёнка? Ахах, знаешь, я даже почувствовал себя оскорбленным, когда узнал, что ты назвала предположительную дату родов всем. Всем, кроме меня.
На шум спустился и Влад. Окинув взглядов мокрого и глупо хлопающего глазами у стены Егора, встревоженную Катю и орущего Баса, он только закатил глаза и предпочёл уйти обратно. Впрочем, через минуту он все же вернулся в холл, ведь если начнётся потасовка между Ромой и Марком, девушки разнять их точно не смогут, а от Егора толку мало.
– И я даже знаю почему! – Бас снова заорал. – Потому что я не столь пластичный, как Марк, чтобы извернуться через себя и лизать твои следы!
Резко потемнело в глазах, что-то закололо в нос и раздался многоголосый женский крик. Бас поднял голову от журнального столика, об который его приложил Марк, утер кровь из разбитого носа и хрипло рассмеялся. Он махнул было кулаком наотмашь, ни на что не надеясь. У Марка было одно весомое преимущество – он трезвый и твердо стоит на ногах.
Парень перехватил кулак Баса и отбросил от себя с такой силой, что тот качнулся и рухнул на пол. Но не будь он пьян в дрова, такой номер вряд ли бы прошёл.
– Марк, я прошу тебя, хватит!
Рома напряг слух, чтобы определить, чей это голос: Катин или Варин? Он перевёл расфокусированный взгляд на лестницу. Побледневшая Варя стояла чуть дальше, удерживаемая за руку Владом. Она что-то пыталась сказать ему, беззвучно шевеля губами, но друг только качал головой и вовсе пытался увести её наверх, чтобы она не смотрела на возможное кровавое месиво. Но девушка уходить не желала.
– Да, Марк, хватит! – в игру вступил Егор, поднявшись с пола. – Тебе же это аж Катя сказала, вон, даже за руку тебя взяла!
Катя отпустила Марка и растерянно посмотрела на разозлившегося из-за чего-то Егора.
Полина залепила брату звонкую пощечину.
– Тебя просили влезать?! Нажрался, так хоть сиди молча!
– А тебя?! – заорал он ей в лицо и, схватив Полину за запястье, откинул себе за спину, чтобы подойти к Кате и дышать ей в лицо перегаром.
– Егор… – прошептала она и выставила перед собой руки как невидимую преграду.
– Что Егор? А окажись на месте Марка я, кинулась бы ты разнимать двух здоровых амбалов, понимая, что рискуешь быть прибитой! Боже, ну скажи ещё, что ты вся такая дурочка и не замечаешь, что я тебе в рот смотрю!
Катя прижала ладонь чуть выше груди и принялась растирать ключицы. Подобные заявления только добавляли проблем, которых и так было выше крыши. От которых она понадеялась сбежать хоть на две недели, согласившись поехать с Варей на дачу. Даже вопли Влада в стиле: «Да куда ты едешь, держи руль ровнее! Прибавь скорость, тебе черепахи завидуют! Варь, да как ты её за руль-то пустила?! Это же как обезьяна с гранатой, и смешно и страшно» напрягали не так сильно, как та неразбериха, которая творилась сейчас.
– Ты мне лет с 12 нравилась. Ладно тогда, я мелким шкетом был и не интересовал тебя. Так и должно было быть. Но сейчас-то тебе что не так? У Марка бабла больше? Но так он и старше, дай мне время, я поднимусь не хуже!
– Угомонись! Что за бред несешь?! – Марк.
– Егор, пойми, между мной и ним ничего не может быть, потому что он женат на твоей сестре, если ты не забыл!
– Заткнули бы вы рты! Ты, Марк, думаешь, что все вокруг дебилы и не замечают, что когда Катя рядом, ты начинаешь исподтишка палить на неё и она делает тоже самое, когда ты не видишь? И как я, сука, расстроился, когда узнал, что ты вернулась в Россию насовсем! – Егор ткнул пальцем в Катю. – Потому что это выше моих сил! Но ничего. Через год я приведу дела в порядок и уеду обратно в Питер. И никогда больше тебя не увижу. Да, да! Я гребаный эгоист, который не может видеть твоё счастливое лицо рядом с ним!
Он прервался на полуслове и вдруг стал медленно оседать на пол. И все поняли почему, когда увидели стоящего сзади на подхвате Влада. Он не дал удариться Егору затылком об пол и дотащил того до дивана.
– Затихни, – хмуро бросил он и грозно посмотрел на всех присутствующих, а затем рявкнул: – Ну! Есть ещё желающие поорать?! Если да, то я бы не советовал. Кто издаст хоть звук выше положенных децибел – клянусь, в недельную кому запросто введу, разрешение на препарат у меня есть!
Никто не рискнул и кашлянуть, даже Рома. Бас невольно восхитился другом, осознав то, что Влад в гневе страшнее даже него самого.
– А ты бы не стояла тут, – тихо проговорил он Варе, – у ребёнка уже хорошо развит слух и, я уверен, ей совсем не нравится этот ор. Иди к себе, я отвезу Баса обратно и, когда вернусь, помогу тебе разобраться в выписках.
– Не надо, – наконец подала голос девушка, – не сегодня. Пусть он проспится, а завтра ты его отвезешь. Сейчас ты слишком нервничаешь, я не хочу потом собирать по кустам ваши кости.
Глупо, но Роме польстило то, что Варя заикнулась и о нём, а не только о Владе. Значит, ей не всё равно, если вдруг в аварии погорит и его плоть.
Бас проигнорировал протянутую другом руку, смог дойти до лестницы и даже преодолеть первые три ступени, но ноги подвели его и он тут же пересчитал их и без того разбитым носом.
– Вот чтоб тебя… – пробормотал Влад, поднимая пьяное тело. С другого бока парень почувствовал аккуратные ладони Кати, пришедшей на выручку своим непутевым друзьям. Не на много, но всё же легче Владу будет поднять Рому на верхний этаж вместе с ней.
Сбросив его на кровать в свободной комнате, Влад ушёл, а вот Катя осталась. Она помогла Басу снять обувь и накрыла его одеялом, чтобы тот не замерз ночью, которая, по прогнозам синоптиков, обещала быть холодной.
– Катя, – парень накрыл её ладонь своей, чтобы задержать. На большее сил ему не хватило. – Не бери в голову. На самом деле ему нравятся многие девушки, мы говорили об этом. Но оторваться он решил почему-то на тебе.
– Я вообще не должна ему нравиться, – тяжелый вздох. Сразу поняла, что речь о Егоре.
– Почему это? – язык Ромы заплетался ещё больше и уже не только от алкоголя. Он хотел спать, но не мог – желудок скакал вверх-вниз.
Катины слова его немало удивили. Она была весьма хорошенькой с детства, а после школы так и вовсе расцвела, комплексов по поводу внешности у неё быть не должно. Но девушки на то и девушки, что всегда выискивают несуществующие изъяны в своей внешности.
– Потому что я не подхожу по возрасту. Он молодой парень, а я…
– А ты древняя старуха, как я мог забыть. Ну и где в таком случае мой саркофаг? Я уже должен быть мумией.
– Ему всего двадцать лет, а мне через пару недель двадцать шесть. Многовато, не находишь?
Бас вздохнул, собирая мысли в кучу. Удавалось с трудом. Эх, надо было прихватить с собой ещё бутылку коньяка. Тогда отрубился бы непроизвольно, и никаких проблем.
– Не думаю, что Егора это смутит. Его отец старше матери на семнадцать лет, но они вполне себе счастливы в браке уже больше двадцати лет.
– Но в обратную сторону это не работает. Парень должен быть старше девушки, но не наоборот. И вообще, почему ты ещё не спишь?
– Переоценил свои возможности.
– Посидеть с тобой?
– Чтобы ты смотрела, как я блюю?
– А то я не видела? Мы три года вместе жили, але.
Они немного помолчали. Странно, но Катя совсем не злилась на Баса. Она жалела его. Что должно было случиться у него внутри, чтобы он так напился? Рома всегда любил прибухнуть, но так… В Америке до такого состояния он доводил себя всего два или три раза и всегда это было для Кати огромным стрессом. Он не бузил, нет. Но ходил с таким видом, будто вот-вот в петлю залезет.
Задумавшись, Катя неосознанно погладила его по волосам.
– Какие у тебя руки прохладные и хорошие… – простонал Бас.
Девушка улыбнулась. Она вспомнила, как не переносила его на дух, когда Рома встречался с Аленой, а сейчас совершенно не представляла, как его можно не любить. И наконец смогла понять свою подругу, когда она, потупив глаза, умоляла Катю не ревновать Влада. «Как я могу не любить его? – говорила Варя. – Я не просто люблю, я его обожаю. Но немного по-другому… Он для меня настолько родной, что просто мы не можем быть парой». Тогда Катя не могла этого принять. Как, ну как? А теперь смогла.
– Ты не злишься? – Рома будто прочитал её мысли несколько минут назад.
– Как я могу злиться на того, кто платит мне зарплату? – девушка попыталась уйти от ответа, чтобы он не обольщался на свой счёт.
– А то, что сказал Егор – правда?
– Откуда мне знать? Это ты с ним разговариваешь о том, кто ему нравится, а кто нет.
– Я про Марка.
Катя отдернула руки, словно Рома бился током.
– Нет, – с тяжестью на сердце солгала она. – Он женат, как я могу влюбиться в него? Сам подумай.
– А Варя замужем. Но плевать, это не мешает любить мне её с каждым днём всё сильнее и сильнее.
– Я же сказала нет! – Катя начинала психовать из-за неудобной темы. Ко всему прочему в довесок зазвонил телефон. Девушка скинула вызов. Это была мать, которая не понимала слово «нет» и продолжала требовать почку у дочери. Катя отказала матери не потому, что боялась остаться инвалидом. Если бы почка понадобилась отцу, то она бы кинулась в клинику и не раздумывая пожертвовала бы хоть обе. Но «маме»… Она не заслуживала такой жертвы.
– Но Марк тобой и правда заинтересован. Это может сыграть нам на руку.
– Нам?! Тебе!
Катя тут же отозвала свои мысли о дружеской любви к Роме обратно. Даже пьяный он не мог перестать думать о двух вещах: о том, как любит Варю и как бы поднагадить Марку. Ну, может, краешек сознания был отведен и работе. Обанкротиться и снова впасть в нищету Бас не желал. Мысленно Катя посочувствовала Феликсу, которому с похмелья придётся проводить совещание вместо своего начальника. Пропустить его Филу было нельзя, потому что Вильгельм, второй зам Ромы, оставшийся следить за делами в Америке, наконец предоставит отчет о проделанной работе в отсутствие босса.
