сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 11 страниц)
Дэрил взглянул в темные глаза. Отчего-то смотреть в них было трудно, но отвести взгляд было еще труднее. Он медленно кивнул и вдруг заметил, что длинные пальцы Нигана переплетены между собой и сжаты. Он что, нервничает? Какой контраст: абсолютно расслабленное лицо, лучики морщинок вокруг внимательно следящих за Дэрилом глаз, приоткрытые в полуулыбке губы… и эти напряженно сплетенные пальцы.
Уверенность никогда не изменяла Нигану. Ее в нем было даже с лихвой, она буквально распирала его, изливаясь на окружающих и заставляя их признавать его превосходство. И вот его уверенность испарилась вместе с уехавшей «крышей». Весь прошедший день Ниган мучился желанием уединиться со своим «волком» и вдруг невесть откуда взявшимся страхом. При мысли о том, что этот сильный и независимый мужчина уступит его желаниям, сбивалось дыхание, а в джинсах становилось тесно. Но мысль о холодном взгляде его глаз подкашивала ноги и сводила Нигана с ума.
Он метался по своим «апартаментам», как бешеное животное. То, чего так хотел, то, что лишало сна, было рядом. Было предложено. Иди и возьми. А Ниган медлил. Почему-то медлил.
Он хотел этого парня как никогда и никого в своей жизни. Хотел как отравленный запретный плод. Плод этот был сродни поцелую дьявола. И Ниган ненавидел. Он ненавидел Дэрила за свою собственную слабость. За эти липкие ледяные объятия страха, за пошатнувшуюся почву под ногами, за этот взгляд, изменивший его реальность. И своим неопределенным ответом и последовавшим за ним молчанием Ниган наказывал Дэрила. Он знал, как тяжело неведение, как болезненны сомнения, как мучителен страх. Изощренное наказание, бескровная пытка.
Но проблема была в том, что наказывая своего «волка», он наказывал самого себя. Бессонная ночь для них обоих не успела закончиться. И он не выдержал. Он сдался первым. Дэрил не спросил о нем, не позвал для разговора, несмотря на словоохотливого «Адольфа». Ниган пошел в бункер сам. Предварительно захватив немного масла для смазки засова и дверных петель. Он предпочитал не задаваться вопросами, зачем ему так важно было войти бесшумно и почему так хотелось посмотреть на спящего Дэрила. Смотреть, пока тот не видит. Пока не открыл своих глаз. Голубых? Серых? Изменчивых. Светлых, если сердился или страдал, и темных, если был охвачен желанием. Ниган был внимательным наблюдателем. Дрожа от возбуждения там, в лазарете, он заметил, как потемнели глаза Дэрила, став синевато-серыми, как глубокая вода. А как заманчиво билась жилка на его шее. Хотелось припасть к ней, прокусить и пить, пить, утоляя свою жажду.
По-кошачьи мягко Ниган подошел к спящему и присел. Он с пристальностью маньяка высматривал на осунувшемся лице следы тревог и терзаний. Даже в тусклом свете одинокой лампы Ниган разглядел пролегшие под глазами Дэрила тени и еще не разгладившиеся горестные складки в уголках рта. И это открытие порадовало. Прошедшие сутки Ниган мучился не один. Он просидел подле Дэрила с добрый десяток минут, прежде чем тот начал дергаться во сне.
— Пришел за своим? — прозвучал неожиданный вопрос.
Ниган помолчал и ответил так же неожиданно:
— Нет.
«Вот! Этот взгляд сквозь пряди челки. Глаза в глаза. „Глубокая вода“? Неужели?.. Нигану показалось, что он слышит треск разошедшейся молнии на своих джинсах. «Вот же он, вот! Бери! Он послушно стянет штаны и нагнется для тебя. Чего тебе еще? Нет… не то…» Ниган сам саботировал собственный кайф. Зачем? Он не вполне понимал. Все, что он знал — это то, что ему уже не просто хотелось согласия. Ему нужно было гораздо больше. Ему была нужна такая степень обладания, которую обычный трах по согласию дать не может. И даже если бы Ниган отодрал своего «волка» до потери сознания, а потом разорвал его и съел, он и тогда не смог бы сделать его своим в желаемой мере… И он медлил, не понимая, почему.
Ниган продолжал молча смотреть в глаза Дэрила.
— Меняешь «правила»? — глухо спросил тот.
— Нет.
«Пойди, пойми этого психа». Дэрил ощутил, как тревога вновь схватила его нутро ледяной рукой. Неужели он облажался? Он уступил и испортил игру? Или Ниган попросту издевался, требуя отдать и отказываясь взять.
Неожиданно тот поднялся и пошел к двери. Он «накажет» Дэрила неведением еще на несколько часов. Накажет его… и себя.
***
Остаток ночи прошел без сна. Хотя, как можно определить, ночь или день, когда покрытая пылью и обрывками паутины лампа светит непрерывно?
Что значило поведение Нигана? Дэрил предпочитал ясность и прямолинейность. Разгадывание ребусов было не для него. А Ниган сейчас вел себя так, как когда-то вела себя мать Дэрила. Она могла днями, неделями не замечать своих детей, демонстрируя свое безразличие. Подросток-Мэрл говорил, деловито сплевывая вязкую слюну себе под ноги: «Забей! Бабьи капризы! Когда начнешь телок драть, хлебнешь их дури!»
При таких родителях старший братец повзрослел рано. Утратив невинность на какой-то пущенной по кругу перезрелой девице, к своим пятнадцати годам он был прожженным циником и считал себя знатоком слабого пола. Но Дэрил тяжело переживал такие периоды отчуждения матери. Ему казалось, что он единственный, кто виноват в том, что… виноват во всем. И вот сейчас это мерзкое чувство, что он налажал, опять одолело его. К черту эти игры! Лучше бы больной ублюдок прогулялся по нему своей битой вместо того, чтобы оставлять наедине с вопросами и сомнениями.
— Давай, на выход, — приказал один из двоих, застывших в дверном проеме. — Поедешь к своим дружкам.
Дэрила вывели во двор и подвели к фургону. Ниган уже сидел за рулем. Картина начала проясняться. В отличие от тех двоих, что привели его, Дэрил прекрасно понимал, в какую «Александрию» сейчас поедет этот фургон. Итак, игра продолжалась.
Ехали молча. Ниган был серьезен, даже угрюм. Он сосредоточенно смотрел на дорогу, будто не замечая сидящего рядом. Доехали до уже знакомого перекрестка, и Ниган так же молча протянул Дэрилу платок. Дальше тот ехал в темноте.
«Нихуево нас встречают!» — вдруг присвистнул Ниган. Дэрил сдернул повязку с глаз. Ниган мрачно смотрел вперед. И от выражения его лица Дэрила передернуло. Он бросил взгляд на дорогу и похолодел. Плотно сбитое стадо ходячих медленно шло навстречу. Многочисленное. Ниган сдал назад и развернул фургон.
— Придется в объезд, — бросил он вслух, но, скорее, самому себе.
Минут через пятнадцать, доехав до развилки, свернули направо, на узкую дорогу. Лес плотно подступал к дорожному полотну, покрытому уже уплотнившимся ковром из опавшей листвы. Ниган прибавил скорость. Фургон понесся вперед, вздымая позади себя листья, оставляя их кружиться, будто в танце.
Они увидели их одновременно. Ниган ударил по тормозам.
— Что, блядь, за ебаный парад у этой залупоглазой пиздобратии? — проворчал он.
Навстречу приближалось стадо. Похоже, часть тех ходячих, что были в карьере, побродив по округе, решила вернуться.
— А вот это уже совсем нехорошо, — внезапно севшим голосом пробормотал Ниган.
Он смотрел в боковое зеркало. Дэрил заглянул со своей стороны. Привлеченные шумом мотора, из леса со всех сторон вылезали трупаки. Фургон оказался в кольце.
— Если заглушить мотор, может, пройдут мимо, — предложил Дэрил.
— Никуда они уже не уйдут, будут лезть, пока стекло не продавят. Или устроят здесь сраную тусню на несколько дней. Мы столько ждать не можем.
— Ты можешь вызвать помощь по рации.
Ниган посмотрел на Дэрила долгим странным взглядом. И тот понял, что никого глава «Спасителей» звать не будет. Они уже недалеко от склада, в противоположной от Александрии стороне.
— Прорвемся, — мрачно ухмыльнулся Ниган и вытащил из-под своего сиденья автомат. — Меняемся местами! — скомандовал он и привстал, позволяя Дэрилу занять его место.
Они тесно соприкоснулись телами, и Дэрил поймал себя на том, что глубоко втянул в себя манящий запах, на мгновение прижавшись к спине Нигана.
— Прикройся! — рыкнул тот и выпустил очередь в лобовое стекло. Оно взорвалось и мелкой сверкающей россыпью полетело внутрь.
— Давай вперед помалу, — Ниган коротко отдавал распоряжения, и Дэрилу стало ясно, как тому удалось создать такую многочисленную, сильную и хорошо организованную группу.
Ниган расчищал путь, взрывая гнилые головы автоматной очередью, а Дэрил потихоньку продвигал автомобиль вперед. Стадо постепенно разворачивалось и брело следом, шлепая по кузову десятками рук. Ниган сменил магазин и продолжил устилать их путь давно мертвыми телами, пока не кончились патроны. Давя под колесами остатки тел, фургон, уверенно выползал из кишащей трупной массы. Толпа поредела, и впереди было почти чисто, когда фургон, качнувшись, забуксовал.
— Видимо, свежак под колесом, — пробормотал Ниган и, открыв дверь, выскочил из машины.
«Псих», — процедил Дэрил, видя, что стадо совсем близко.
Пока Ниган пытался вытащить тело из-под колес, из кустов вылезли еще несколько ходячих и, шипя, направились к нему. А сзади по кузову уже шлепнула первая пара рук. Трупак застрял плотно. Дэрил чертыхнулся и выскочил из машины, чтобы помочь. Вдвоем они быстро вытащили шевелящееся тело. В этот момент пара щупалец дотянулась до Дэрила, и тяжелая смердящая масса увлекла его вниз, подмяв под себя. Несколько челюстей заклацали зубами у самого лица. Раздался пистолетный выстрел, потом еще и еще.
«Хуй тебе в глотку через анус! Это мой „волк“!» — выругался Ниган и стащил с Дэрила гнилую биомассу. Тот поднялся на ноги. Раздался еще выстрел, и Дэрил услышал за своей спиной шум упавшего наземь тела. Еще пара выстрелов уложила подошедших вплотную трупаков.
Дэрил рванул к двери и сел за руль. Ниган уже был почти внутри, когда тот вытащенный из-под колеса ходячий схватил его за ногу и выволок обратно. Ниган упал, а сверху сразу же навалилась первая парочка из стада. Локоть Дэрила уперся во что-то рядом со спинкой сиденья. "Люсиль"! Страшное орудие убийства его друзей... Дэрил колебался лишь секунду. Выскочив из машины, он проломил битой череп одному, а потом и другому трупаку. Еще пару подваливших сзади Ниган уложил выстрелами из пистолета. Пока он поднимался с земли, Дэрил пробил еще пару голов.
Наконец, они оба оказались в машине, едва успев закрыть дверь. Ниган вдавил педаль газа до упора, и фургон рванул вперед, оставляя стадо позади.
Вся схватка заняла не больше пары минут, но казалось, что пролетела целая вечность.
Въехав во двор большого одноэтажного здания из красного кирпича, Ниган заглушил мотор и вышел из машины. Он запер ворота и открыл задние двери кузова. Дэрил вылез из кабины и обошел фургон. Ниган сидел на краю одного из тюфяков, устилавших пол кузова изнутри. Он курил. Дэрил сел рядом. Ниган молча протянул ему сигареты, тот взял одну и прикурил от предложенной зажигалки. Они курили молча. Наконец, отбросив окурок, Ниган вдруг повернулся к Дэрилу и, испытующе глядя на него, спросил:
— Ты мог меня бросить и уехать… Почему не бросил?
Дэрил докурил, щелчком отправил окурок на асфальт и, наконец, ответил:
— Не люблю быть в долгу.
Он посмотрел прямо в темные глаза. И Ниган внезапно понял, почему медлил. Он хотел увидеть в «глубокой воде» именно то, что видел сейчас.
Они бросились друг к другу одновременно. Сцепились, будто в яростной схватке, и впились друг в друга в неистовом, сумасшедшем поцелуе.
========== 5. Между строк ==========
Комментарий к 5. Между строк
Глава посвящается.
Трек: Dave not Dave – Cold Blood
Дальше все происходило быстро, очень быстро. Или наоборот — слишком медленно. Время исказилось и перестало существовать. Одно резкое движение руки — и пуговицы некогда дорогостоящей рубашки посыпались на асфальт. Разорвав поцелуй, Ниган толкнул Дэрила на тюфяки, нырнул следом и навис над ним. Он заглянул в потемневшие глаза «волка», топя того в глубине своего жадного взгляда. Плотоядно улыбнулся одними уголками губ. Все это было мимолетно, но так пронизывающе, что Дэрила будто прошило насквозь. Он, охотник, вдруг ощутил себя добычей.
Жадный рот вновь накрыл его губы, и заостренный кончик языка бесцеремонно вторгся между зубов. Дэрил шумно вздохнул и подался навстречу. Ниган целовал его так, будто хотел съесть. Почти грубо, почти больно, почти до оргазма. Целовал так глубоко, что, казалось, будто кончик его наглого языка вот-вот коснется сердца. Поцелуй хищника, поцелуй с привкусом смерти. Сладко-жгучий. Как корица с табаско.
Пытка стала невыносимой. Нестерпимо хотелось большего, но Ниган не спешил, по-садистски продолжая терзать поцелуем рот Дэрила. Тот попытался увернуться. Он уперся руками в обтянутые черной кожей куртки плечи. Но пальцы Нигана стиснули стальным захватом поочередно оба запястья и, с трудом преодолевая сопротивление, пригвоздили их к тюфяку, а его острые зубы по-звериному прикусили нижнюю губу, принуждая к повиновению. И Дэрил подчинился, надеясь то ли на милосердие, то ли на голод зверя. Тот не выдержит долго и, наконец, приступит к основному блюду, заполнив собой болезненную пустоту.
И он не ошибся. Надрывно дыша, Ниган оторвался от измученных губ и снова заглянул в глаза Дэрила. Заглянул прямо, бесстыдно, будто клеймя своим пронизывающим взглядом. В полумраке фургона, в обрамлении густых и длинных ресниц, взгляд его темных глаз показался Дэрилу обволакивающе-бархатным. Но не ласковым. Отнюдь. Нежность этого хищника еще предстояло отведать на вкус. И очень хотелось остаться в живых… или наоборот — умереть в его мягких лапах.
Ниган ослабил хватку и, продолжая удерживать взгляд Дэрила своим, двинулся рукой к поясу его джинсов. Накрыл своей ладонью бугрящийся пах, чуть сжал, словно изучая сквозь ткань очертания напряженного члена. Дэрил ожидал увидеть, как дрогнут уголки рта, и губы тронет тень уже привычной насмешливой улыбки. Но вместо этого увидел, как на скулах заиграли желваки, глаза сузились, и казалось, что сквозь шумное дыхание слышен скрип зубов. Что это? Ярость? Безудержная страсть? У Нигана был такой вид, будто он сейчас начнет откусывать от Дэрила по мелкому кусочку, а кровь будет стекать тягучими потоками по его красивому суровому лицу.
Картина жуткая и прекрасная. Дэрил не был слабаком. Отнюдь. Он с младых ногтей научился заботиться о себе и стоять за себя. Он знал, как выживать среди себе подобных. Научился распознавать, где дичь, а где охотник. Он умел избегать столкновений с последними, предпочитая держаться подальше. Не из страха. А из-за ненужной конфронтации. Дэрил не был трепетной ланью, но он был недостаточно зубаст и изобретателен, чтобы связываться со зверем покрупнее. А Ниган… был опасен во всех отношениях… от него не убежать… И не потому, что он быстрее.
Ниган вообще был не из тех, кто бегает за добычей. Он не стал бы напрягаться и преследовать, как тигр или гепард, раня на ходу. Он больше был похож на ягуара*, терпеливо выжидающего того самого момента, когда так удобно вцепиться в горло своей жертве и одним движением челюстей оборвать ее жизнь, а точнее — лишить способности противостоять. От Нигана не убежать. Он мягко кружил вокруг намеченной добычи, изучая ее. Мог, как паук, наплести паутины, в мягком коконе которой сейчас задыхался Рик. Мог разорвать в отместку, как разъярённая росомаха, жестоко, кровожадно, по-садистски упиваясь страданиями жертвы, такой, как Саймон. Но Дэрил оказался в мягких лапах ягуара, из которых бежать не хотелось.
Взгляд Нигана длился не дольше пары секунд, но в голове Дэрила мысли мелькали с такой скоростью, что казалось, он успел подумать обо всем на свете. Он тяжело и часто дышал, ощущая пьянящий запах чужой кожи. Ниган отстранился и едва заметно кивнул, давая знак перевернуться. Куда уж понятнее. Дэрил выполз из-под него и встал на четвереньки. Только опершись на руки, он заметил, что его бьет мелкая дрожь. Горло сдавило, а рот наполнился слюной. И каждый выдох как стон…
Теперь Дэрил стоял скорее поперек просторного кузова. Он ощутил как Ниган расстегнул его джинсы и стянул их вниз, обнажив зад. Природная стыдливость хотела было нарисовать в воображении, как это выглядит со стороны, но желание все накрыло своим плотным и душным пологом. Дэрил склонил голову вниз, пряча от всего мира искаженное желанием лицо. Все покровы сброшены, его душа обнажена так же, как беззащитно вздернутые вверх ягодицы. Будет ли хищник милосерден, будет ли любить? Или возьмет, употребит, унизит и выбросит?
Лязгнула молния брюк, легкий шорох, прикосновение теплых рук к обнаженной коже. Не грубо, но бесцеремонно. Дэрил, ощутил, как его раскрывают чужие пальцы. Одной рукой Ниган раздвинул ягодицы, другой приставил головку к входу и стал проталкиваться внутрь. Без прелюдий, без стимуляции, без дополнительного комфорта. Вот так. Сразу. Посуху. Через боль. Общую боль от саднящего трения, сопротивления мышц и мягкого, но безжалостного вторжения. Дэрил зажмурился и подался навстречу своему мучителю. Опыт подсказывал, что дальше будет лучше.
