Текст книги "Неправильная подруга (СИ)"
Автор книги: Елена Гром
Соавторы: Любовь Попова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц)
Глава 17
Теряюсь. В пространстве. В похоти. В желании. Ощущения такие, что попала в ту самую ловушку, перевернулась в воздухе и вешу над землей вверх ногами. Кровь к голове приливает. Щеки горят. Как и губы, которые Данил своими терзает. В ловушке. В западне. А вырваться не хочется. Говорить: «Нет» не хочется. Даже делать вид, что мне все равно, не хочется. Потому что сладко. До боли сладки его поцелуи, его касания. Разве можно в этот момент представить что – то важнее его рук, медленно скользящих по бокам, пусть даже еще скрытым пуховиком, что – то важнее губ, скользящих от губ к шее.
Ловкие пальцы подцепляют бегунок и вниз тянут. Медленно. Чертовски эротично. Словно конфетку раскрывая, которую ешь после диеты. Пуховик словно тряпка ненужная к ногам падает, а мои пальцы словно сами тянутся к его пальто. Всего несколько пуговиц, которые я вытягиваю из петель дрожащими пальцами.
– Ксюш, – шепчет этот наглец у уха. – Сейчас даже, если землетрясение начнется, я не остановлюсь.
– Не останавливайся, – уже сама тороплюсь. Срываю с него пальто, пока сам Данил уже платьем моим шерстяным занимается. – Прости, секс не планировала– белье не сексуальное.
– У меня на тебя даже в пуховике стоит, какое уж тут белье. Давай просто снимем его скорее. Вчера я тебя не рассмотрел.
– А, то есть ты не сексом со мной заняться хочешь, а просто рассмотреть?
– Да, а потом еще раз рассмотреть, только уже сзади, когда ты будешь раком стоять, – тянет он платье вниз и к груди губами прижимается, зубами избавляя грудь от чашечек лифчика. Что я тут же теряю нить разговора, потому что его язык с моими сосками делает какие – то невероятные вещи. То гладит, то обводит по кругу, то и во все хлещет словно хлыстом упрямую кобылу. А я только постанываю, волосы его стриженные оттягиваю пальцами, выгибаюсь, чувствуя задницей столешницу. И как мы на кухне оказались. Хотя гораздо больший вопрос, как это я уже без лифчика, а руки Данилы уж подцепляют резинку ужасно старомодных колгот и вниз тянут. Ниже, ниже, вместе с губами, которыми он теперь живот впалый целует. Кончиком в пупок забирается. Все ниже и ниже, туда, где я бедра все сильнее сжимаю.
– Не сжимай, все равно доберусь до сладенького, – стягивает он трусы вместе с колготками или колготки вместе с трусами, но дальше я уже мало соображаю, потому что то, что он вытворял с моими сосками, он и с клитором успешно проделывает. А меня заставляет одну ногу себе на плечо забросить. Вчера я мало успела понять, на адреналине и страхе, что нас кто – то застанет, а теперь ощущаю каждый импульс удовольствия, который он в меня языком вгоняет. Скользит по влажной промежности, пальцами по краю входа гладит, сдвигает границы и нормы разумного, а я только ахаю и вздыхаю, желая, чтобы это болезненно-сладкое ощущение длилось. Длилось. Длилось. Еще. Еще. Ещееее.
– Данииииил…
– Так чего ты там про свидание говорила? – поднимает он голову, а я свою роняю, сквозь морок впиваясь взглядом в его влажные губы, вскрикивая, когда он вставляет в меня палец, скользит им внутри по кругу, наглаживая стенки, доводя меня до экстаза, словно разгоняя машину и тут же отпуская газ.
– Ничего…
– Не слышу? Будут еще свидания, – достает он пальцы и облизывает. Гадкий. Гадкий извращенец, но как же мне сейчас хорошо. – Не слышу, Ксюююша?
– Никаких свиданий.
– Точно?
– Да точно, Данил!
Он вставляет пальцы резко, поднимаясь во весь рост и принимаясь ими активно двигать, нажимая на какую-то болезненную точку. Раз, другой, от чего в животе все сжимается, а спазм доводит до крика. Я просто кричу, пока он колотит во мне пальцами, от чего по бедрам стекает столько влаги, что стыдно становится
– Остановись, тормози..
– Глаза открой, я только начал. Ничего со мной не стесняйся, никогда. Поняла? – обхватывает он мои щеки пальцами, сжимает до боли, а внизу продолжает терзать, срывая с губ собственное имя.
– Повтори..
– Не могу…
– Повтори! Я не буду ничего стесняться.
– Я не буду ничего стесняться!
– Ты только моя…
– Я только твоя… – выкрикиваю, пока его пальцы доводят меня до той грани, после которой нет пути назад. И все равно он тормозит все, снова вытаскивая пальцы, тут же пихая мне их в рот.
Я пробую на вкус собственные соки, чувствую на губах наглый, развязный поцелуй и руки на заднице, которые жадно сминают плоть. Я взлетаю в воздух и оказываюсь сидящей на твердой столешнице. Она холодная, а Данил горячий. Все его тело, его губы, даже взгляд. Все говорит о том, что он плавит меня как воск, придавая такую форму, какую ему нужна. А мне нравится, я подчиняюсь, Даю себя целовать, даю себя лапать. Гортанно выдыхаю, когда его руки вновь оказываются на моей груди, а колени силой раздвигают ноги, чтобы приткнуться между. Он все еще в брюках, и я сама избавляю его от этой досадной детали одежды. Расстегиваю ремень, ширинку, пока он почти насилует мой рот, скользя языком по зубам и небу.
– Давай, птичка, живее, пока я не взорвался, – уже сам почти стонет Данил, отпихивая мою медлительную руку и сам стаскивая с себя лишнее. Я в свою очередь тороплюсь снять с него свитер, чтобы поскорее дотронуться до твердой груди, о которой так много думала. Волосы есть, поросль темная, мягкая, стрелой спускающаяся к цели. Той самой, которая упирается прямо в меня. Данил направляет себя рукой, растягивая обильную влагу по складкам. Поднимает голову, ловит мой ошалевший взгляд. Я почти дыхание задерживаю, чувствуя, насколько натянута тетива нервов. Данил одним четким ювелирным толчком таранит мое пылающее нутро. Я дергаюсь всем телом, чувствуя, как оргазм, короткий как вспышка, простреливет всю нервную систему от макушки до кончиков пальцев.
Данил замирает внутри, дожидаясь, когда меня отпустит. Я открываю глаза, видя его пьянящую улыбку.
– Моя горячая девочка. Даже не надейся, что я тебя так просто отпущу. Он оттягивает бедра, чтобы снова в меня ворваться, чтобы начать двигаться, не давая даже отвернуться, не давая даже глотнуть воздуха. Целует снова, доводя до очередного обрыва, но тут же отпуская ситуацию, почти полностью выходя из меня. В один из таких раз он действительно вышел. Но только, чтобы на руки меня поднять и унести в спальню, где еще утром я перестилала новое белье. Мы падаем на кровать, и я чувствую, как твердая горячая сталь снова пронзает меня, опаляя каждую клеточку. Я сцепляю ноги за спиной Данила, ловлю его бешеный, агрессивный темп. Чувствуя, как меня в очередной раз приближает к оргазму. С каждым толчком. С каждым криком. С каждым рваным выдохом и вдохом. Кровать скрипит, бьется об стену, а мне плевать, я просто один сплошной оголенный нерв, на котором Данил играет как на гитаре. Виртуозно, снова и снова давая кульминацию.
Он не оставляет меня в покое, открывая новые и новые грани секса, который раньше был для меня лишь приятной обязанностью. Кажется, я раньше никогда и не знала столько об этом порочном удовольствии. Не знала, что если встать на четвереньки, член будет заходить еще глубже, а если закинуть ноги за голову, то оргазм простреливает до самого сердца, заставляя его на миг замирать. Еще я никогда не делала минет и впервые подумала об этом, что может быть не так уж это и противно, особенно когда член, что сейчас в руке Данила такой красивый и ухоженный.
Данил кончает мне на живот и грудь, а потом сверху наваливается, целуя в губы. Обнимает так крепко, что кажется– задушить готов, поворачивается так, что я оказываюсь на его груди.
– Ты мне должна два оргазма, – говорит он, задыхаясь, а я даже говорить не могу. Тело онемело, а губы распухли. Ноги ватные. И вообще кажется, что не после секса, а как от наркоза отхожу.
– Слышишь? – он смотрит на меня и усмехается. – Все с тобой ясно. Спи.
Ага, какой спи, нужно ехать домой, забирать сына и сожрать себя чувством вины.
Это заставляет меня нахмуриться, попытаться вскочить.
– Куда собралась?
– Домой, – говорю так хрипло и медленно, словно после затяжного гриппа.
– А понежиться с любовником?
– Мы не любовники… – упираюсь в его грудь, а он словно специально давит, снова меня на спину толкает, сверху нависает.
– А кто же мы? Мм?
– Случайные партнеры по отличному сексу. Данил! Твоя бывшая жена– моя подруга! Я вроде говорила тебе? Или ты забыл?
– Я ничего не забыл, – встает он и обнаженный выходит из спальни. Ничего не говорит. Я даже обижаюсь немного, иду за ним, узнать, что вообще происходит. Он с прихожей на кухню топает, там поднимает пальто, достает телефон. Тааак...
А у меня уже под ложечкой сосет. Что он собирается сделать?
– Такси вызываешь?
– Ага, – набирает он номер и ждет, взглядом лаская мое тело. – Рита? Привет… Давно хотел тебе сказать…
До меня доходит что он сделать собирается!
Сволочь!
Я просто подпрыгиваю, телефон у него вырываю. Выключаю, смотря на фотографию Риты на гаснувшем экране.
Проверяю выключен ли и только потом отдаю.
– Ты… Ты... Зачем?!
– Потому что ты меня достала этим тыкать.
– Больше не буду, – отворачиваюсь, хочу уйти одеться, он меня догоняет, довольно резко к себе разворачивает.
Хмурится, а я толкаю в его грудь. Отличную подкаченную грудь. Сволочь.
– Отпусти! Ничего больше не будет, – говорю не очень уверенно, особенно когда его эрекция мне в живот упирается.
– Будешь ерепенится, все Рите расскажу.
– Ты меня шантажировать вздумал?!
– Я как видишь уже готов на что угодно, чтобы тебя трахать. Хоть бы пожалела бедолагу.
– Да господи, тебе не с кем что ли трахаться?
– Мне есть с кем, – Данил к стене прижимает, руками в плен берет, губами по виску, щеке ведет. А я чувствую дурацких бабочек в животе. – С тобой, Ксюш. Только с тобой.
– Только со мной? – почти шепчу, смотря как его губы неумолимо приближаются. В конце концов, что я парюсь. Они же не вместе, значит я ни в чем не виновата. Значит могу теоритечески немного попользоваться этим совершенным мужским экзепляром.
– Только с тобой, – подхватывает он меня под залницу и поднимает, тычясь уже стоящшим колом между ног.
– Только Рите давай говоритть не будем, ладно? – обнимаю его за спину и ноги шире раздвигаю, чувствуя как горчячая шелковая плоть проникает в меня. Медленно, словно удовольствие расстягивая.
– Твое желание закон… – целует он меня, вонзая член по самый корень.
Глава 18
Совесть, мать ее, вставать не хотела, зато член Данила в очередной раз был каменным, проникающим в меня снова и снова. И я, в очередной раз задыхаясь, хваталась за него, чтобы не упасть, не готовая к очередному оргазму, просто наслаждалась этим медленным, почти ленивым движением внутри. Но это он притворяется ленивым. Вот еще пару сильных толчков и он начинает просто вдавливать меня в стену, проникая все резче и резче. В какой – то момент его ломает, он вжимается лбом в мою грудь, в несколько глубоких фрикций, достигая кульминации, в очередной раз марая мой живот.
Ноги не держат, так что Данил сам несет меня в душ.
– Тесно у тебя тут. Хотя теснота не всегда плохо, – дергает он меня за пушок между ног. За что конечно тут же получает по руке.
– Хватит болтать, включи душ и смой свой срам.
Он смеется, но включает воду и сам намыливает мое тело, не забывая при этом внимательно меня осматривать.
– Всегда думал, какого цвета у тебя соски.
– Так вот какие сложные думы происходят в голове больших начальников…
Он снова хохочет и меня тоже тянет улыбнуться, особенно, когда мочалка попадает под руку и щекочет меня. Мой смех застревает в горле, потому что взгляд Данила меняется, а голос становится хриплым.
– Обожаю твой смех, – тянет он меня на себя, но я руки упираю в грудь.
– Это прекрасно, но у меня там сын в гостях и его надо забрать.
Он вздыхает, быстро меня целует и сам смывает пену. Заворачивает в полотенце и выносит из душевой. Ощущаю себя пушинкой. А еще любимой, хотя и понимаю, что это очень глупо и бессмысленно. Пожалуй и правда заткну на время свою совесть и чувство вины. Потому что, чем больше я буду бегать от Данила, тем больше будет просыпаться его азарт. А если стану податливой, назойливой, то он быстро со мной распрощается. Хотя можно попробовать иначе.
– Нормально все? – спрашивает, пока мы ищем одежду, которая теперь валяется по всей моей маленькой квартире, а я не подпускаю его к себе. – Чего ты опять напряглась?
– Да ничего! Просто думаю, как теперь жить дальше с такой петлей на шее.
– Почему, петлей то?
– Не важно. Тебя все равно не переубедить. Ты считаешь, что твои желания– это самое главное, а моя репутация тебе безразлична, – ну вот зачем я опять эту шарманку завожу. – Что мешает Карине растрепать, что я у нее мужа похитила? Что будут говорить обо мне? О Руслане? Как ему кататься на коньках в этой школе потом?
– Слушай, Ксюх, реально достала с этим нытьем. Мы взрослые люди. Наша жизнь вообще не должна никого касаться!
– Серьезно? Ты в каком мире живешь? Люди постоянно кого – то обсуждают. Для большинства это чуть ли не единственное развлечение в жизни! И я не хочу быть объектом этих сплетен.
– Я не заставляю тебя говорить Рите. Ты молчать не можешь?
– Могу. Конечно могу, только как мне в глаза ей смотреть, если я буду на постоянной основе трахаться с мужчиной, которого она любит и к которому планирует рано или поздно вернуться? Как? Скажи мне?
– Не общайся! Не смотри в глаза!
– Просто отлично, просто супер! И как мне это объяснить? Данил запретил, потому что ему приспичило меня потрахать?
– Знаешь что? Заебала. Думаешь, я бегать за тобой буду? Думаешь, мне больше заняться нечем?
– Так не бегай! Я об этом и прошу! Оставить меня в покое! Потрахались, отлично! Ты узнал какого цвета у меня соски, возвращайся к Рите!
Он взбешенный подошел очень близко, смотрел так, словно ударить хотел, но опустил руку и погладил мою щеку, нежно, почти невесомо.
– Пожалуй ты права. Так будет лучше.
Я отвернулась от его руки, смотрела в зеркало, как он находит свои носки, поднимает свитер, а потом возвращает взгляд ко мне, но просто уходит. А на меня вдруг такая усталость наваливается, что я просто с ног на кровать валюсь и заливаюсь слезами. Могла ведь, могла немного понаслаждаться его обществом, его телом, его улыбкой и ощущением, что тебя хотят. Но сама все разрушила, не стала вступать в сделку со своей совестью. А эти сутки. Они сотрутся. Я забуду это, возьму самый надежный ластик и просто сотру этот день из своей жизни.
Тем более он так легко сдался. Понятно. Что свое он получил, понятно, что все его слова были лишь способом поиметь меня. А теперь он это сделал, так что можно идти дальше.
Дверной звонок разрушает кокон отчаяния, и я несмотря на зов логики и только что принятые решения, бегу в коридор и открываю дверь, почти обнаженная.
– Данил! – говорю, но приглядевшись, понимаю, что на пороге Арсений.
– Извините, Ксения. Моя сумка….
– да, конечно, – беру с дивана сумку и отдаю брату Данилы, а потом меня дергает, и я прошу. – Подождите, секунду.
Достаю из кошелька восемь тысяч и тоже несу ему.
– Это что?
– Это передайте брату. Он поймет.
– Ну… Ладно. Он вас не обидел?
– Нет, нет. Наоборот. Сделал очень приятно. Всего доброго, Арсений.
Закрываю дверь и к ней спиной прижимаюсь. Дура. Какая же я дура, что вообще согласилась на этот секс. Теперь я никогда не смогу найти себе мужчину, потому что всех буду сравнивать с Данилом. Потому что никогда не смогу решиться на секс с другим. Ведь понимаю, что мое тело принадлежит только ему одному.
Глава 19
Наверное, очень глупо рвать все самой, а потом в панике искать иголку с ниткой. Вернее, все время ждать его звонка, того, что снова его машина появится под окнами. Ни того, ни другого. Последнюю неделю он даже на катке перестал появляться. В какой – то момент стало казаться, что он просто никогда не существовал, а тот день, в который я получила столько оргазмов, мне вообще приснился. Даже Рита ничего про Данилу не говорит. Мы общаемся все так же. Пару раз даже в караоке выбирались, но речь про мужей не шла. Да и вообще про мужиков. Саша уехал в командировку, а Сережу я пока упорно игнорирую, хотя теперь вроде как нет для этого причин.
– О, я же тебе не рассказывала, – отвлекает меня Рита от общения с Сергеем. Он последние пару дней был прям сильно активен.
– О чем? – бросаю беглый взгляд на лед. Сын катается, все нормально.
– Я общалась с тарологом.
– С кем?
– Ну это Ирина, помнишь, я тебе говорила. Она по картам может дать примерный ответ на любой вопрос.
– Ты же знаешь, я в это не очень верю.
– Ну ты погоди! В общем я ее спросила. Насчет Данилы. Мне кажется, 2 года приличный срок, чтобы он наконец кое – что понял.
– Ты спрашивала у таролога насчет Данилы? – почему – то, хотя причина понятна, сердце начинает биться чаще. А вдруг эта тетка рассказала ей про меня. Ну или хотя бы примерную меня.
– Ну да. Так вот, она сказала, что сейчас у меня еще есть шанс сохранить семью, а потом мол может появиться соперница, против которой не поможет даже Карина. А ты знаешь как он к Каринке относится.
– Понимаю, – говорю, а сама отворачиваюсь. Потому что ничего не понимаю. Глупо верить в это, а еще глупее думать, что этой соперницей могу стать я. И бабочки эти в животе унять надо. Вспомнить о совести в конце концов. Если Рита возьмется за дело, если она только решит восстановить семью, то я даже морального права не имею лезть, а собственные желания можно затолкать глубоко, туда, где они всегда и были. – Значит ты решила вернуть Данилу?
– Не, не так. Я решила вернуться к Даниле. Тем более Жанна, это его секретарша сказала, что сейчас у него никого нет. Можно действовать.
Всю эту неделю я ждала от него хоть весточки, хоть смайлика по смс, жила в каком – то иллюзорном мире, а теперь понимаю, что завеса этой реальности трескается, оставляя меня наедине с моими глупыми фантазиями, где мы втроем с моим сыном мчим на Алтай, покорять горы. Руслан очень хотел, я хотела, и я знаю, что Данил заядлый альпинист. А теперь…
– Я очень за тебя рада. Думаю все пройдет быстро и безболезненно.
– Точно! А может быть уже скоро я снова уйду в декрет. Если честно, меня достало постоянно быть уборщицей в доме родителей. Хочу снова жить в своей квартире, со своей уборщицей.
– Так наймите. Данил же дает денег.
– Ага, мать никогда не позволит в доме чужого человека. Ведь никто не моет лучше меня, – закатывает она глаза.
– А если просто переехать в другую квартиру? – вот что я делаю? Пытаюсь заставить Риту отказаться от мысли вернуть Данилу? Но ведь я сама сказала ему к ней вернуться.
– Жить одной? С ребенком? Ну уж нет. Проще вернуть Данилу. О, как раз он звонит.
– Привет. Привез? Давай, заноси. Что значит торопишься, говорю же занеси, я только обедать села.
Не хотел подниматься? Не хотел меня видеть?
– Детский сад. Словно у него ног нет.
Я отойду в туалет?
– Ага, давай, – заглядывает она в зеркальце и макияж поправляет, а я быстро убегаю. Действительно захожу в туалет и долго там в зеркало смотрю. На свои щеки горящие, на пальцы дрожащие. Он впервые за неделю так близко, а меня уже потряхивает.
Ничего, это пройдет. Думаю, пару раз увижу воссоединённую семейную пару и сразу легче станет.
Прошло уже минут пятнадцать, я пропустила мимо себя уже не одного человека и думаю, что Данила ушел. Тем более, через пять минут нужно встречать Руслана.
Умываю горящее лицо уже в третий раз и наконец подхожу к двери, толкаю ее. Застываю, замечая у противоположной стены Данила. Он смотрит в телефон и меня пока не замечает. Я тихо, почти как мышка разворачиваюсь, чтобы зайти обратно, но не успеваю.
– Почти получилось. Привет, Ксюш.
Ладно-ладно,
спокойно. Нам так или иначе придется общаться. Главное не замечать как свитер обтягивает твёрдый живот, главное не думать, что этот самый живот я царапала ногтями, главное не вспоминать, как впервые в жизни хотела взять в рот предмет, который топорщит сейчас джинсы.
Нужно голову поднять, а то выглядит уже неприлично.
– Привет, Данил. Как дела?
– У тебя ничего не болит?
– Болит?
– Ну ты в туалете провела пятнадцать минут.
– Да не, – смеюсь я с натяжкой, вглядываюсь в его насмешливые глаза. – Просто засиделась.
– Или со мной видеться не хотела? – вот зачем все нужно спрашивать напрямую? И так же все понятно.
– Ты как бы тоже не хотел подниматься, – бью его же оружием.
Он усмехается и кивает.
– Тренирую силу воли. Пока мне вроде успешно удается держаться от тебя на расстоянии.
– тихо! – подхожу ближе, по сторонам смотрю. – Ты чего орешь?
– Ну прости, прости. Скучала хоть?
– Нет, Данил. Я не скучала. Послушай, Рита хочет вернуться к тебе. Ты же ждал этого?
Он словно язык проглатывает, но кивает.
– Ну да…
– Вот. Момент настал. Думаю, тебе нужно теперь как можно больше уделять ей внимания.
Он смотрит на меня исподлобья, руки держит в карманах джинс, словно боится не сдержаться.
– Ну это же просто отлично! Я так об этом мечтал.
– Вот и хорошо. Просто нам придется общаться, и я надеюсь, что тот день мы быстро забудем.
– Конечно. Уже забыл. Будем друзьями.
– Отлично, – улыбаюсь и надеюсь это не выглядит гримасой боли.
– А чего это вы тут? – выглядывает в коридор Рита.
– Разрабатываем план по твоему завоеванию, – говорю с улыбкой. – Но думаю Данил и сам все знает. Он вообще мастер в обольщении.
– Точно, – тянет Данил Риту к себе, но та резко взбрыкивает.
– Ну что ты за варвар. Нежнее, нежнее и не все сразу. «Тебе вроде ехать надо было», – говорит она, а я уже открываю дверь, чтобы спуститься со второго этажа к катку. Черт, че ж так больно то? Словно кусок сердца вырвали. Но так будет лучше. Они-семья, и я не имею права в нее влезать. Не имею.
На второй тренировке сына я иду сидеть в машине. Разговаривать сейчас с Ритой сил нет. Тем более, что вон она его провожает и даже дает себя поцеловать в щечку. А потом сразу звонит мне.
– Ты будешь смеяться, но он меня раздражает. Эта его манера разговаривать…
– Какая? Словно он клоун какой – то. Вот брат его серьезнее некуда.
– Понятно. О чем договорились?
– А ты где?
– Да в машине я.
– Ну так выходи, пойдем прогуляемся.
Вздыхаю и выхожу, чтобы послушать о том, что она придумала. Она поедет на очередную встречу подружек, с которой он ее должен будет забрать.
– А там, если он будет себя хорошо вести, то я может быть ему позволю себя поцеловать.
– Ну что сказать, план отличный, – даже бесит, что она выдерживает и может ему дать себя только поцеловать, а я, как он меня касается, теку как слабая на передок извращенка.
Домой возвращаюсь очень поздно, разбитая и после последней информации, и после того, как нужно было отмыть квартиру в очередной раз. И это в шесть то вечера. Ну как так.
В какой – то момент просто заснула, забив даже на ужин для Руслана. Не маленький, сам найдет чего – нибудь в холодильнике. Но он все равно меня будит.
– Рус, поешь сам, а?
– Мам, там дядя Сережа пришел.
– Что? Ты дверь открыл? – сна тут же не в одном глазу.
– Ну так я в глазок посмотрел.
– Все равно без меня никому не открывай. А вдруг за его спиной кто – то бы стоял?
– Мам, меньше криминальные новости читай. Вставай.
– Но все равно пообещай.
– Да, обещаю, – уходит он в свою комнату, а я вздыхаю. Сережа. И что ему нужно?
Надеваю халат поверх домашнего костюма и в прихожую выхожу. Стоит, улыбается.
– Привет, Ксюш. Вот, я тут на рыбалке был. Любишь рыбу?
– Любим, – пакет беру, чего уж. – Привет, Сереж. А ты чего не позвонил?
– Дык ты трубку не берешь.
– Спала, извини. Что – то срочное?
– Ну слушай. Сегодня ж полуфинал. Билетов у меня конечно нет, но в нашем баре новый телевизор. Теперь из всех углов можно посмотреть. Пошли, а?
– С тобой?
– Ну можем и Руса взять. Он будет только рад.
– Мам, можно я дома, – выглядывает Руслан, а я вздыхаю. Легко отказать и дальше
киснуть, а с другой стороны полуфинал лиги.
– Ладно, Сереж, погоди, я тогда оденусь.
– Не вопрос. И рыбу в морозилку положи, может потом позовешь на ужин.
– Ага, может быть, – вздыхаю я и убираю рыбу, смотрю в телефон, где пара десятков пропущенных. Потом уже иду одеваться. Джинсы, толстовка, коса. Не перед кем выпендриваться, так – то… Хотя с этой толстовкой и юбка хорошо шла. Можно надеть, вот эту. На макияж времени не трачу и просто иду как есть. Но Сережа так светится, словно я, как минимум, из салона красоты вышла.
Пока он помогает мне одеть куртку, я все время думаю отказать. Просто сослаться на больной живот, на головную боль, на усталость в конце концов. Да и Руса одного оставлять надолго не хочется. Даже рот открываю, чтобы сказать, но тут сын в коридор выходит.
– Карина звонила. Говорит, они сегодня всей семьей в кафе ходили. Довольная…
– Здорово конечно, – цежу сквозь зубы, радуясь хотя бы за счастье ребенка, родители которого скоро наконец снова сойдутся. – Ты звони, если что, и двери никому не открывай.
– Никому, мам. Хорошо вам отдохнуть.
– Спасибо, – киваю, понимая, что обратного пути нет. А значит придется идти и делать вид, что мне весело. Хотя смотреть игру действительно весело, а вот делать это в компании мужчины, который уверен, что у него с тобой что – то может получиться не так интересно. Хотя…
– Сереж, а ты рыбалку любишь, да?
– Ага,
– А походы?
– Я не заядлый, но сходить можно. Только летом.
– Летом конечно, – улыбаюсь я, ну может не все так плохо. И Сережа этот помнится был довольно веселым, может и сейчас вытянет меня из этой пучины отчаянья, в которую я сама себя посадила мыслями о Даниле. Пора его забыть. И особенно забыть тот день, когда он мне показал, что такое настоящая, спонтанная страсть, о которой я раньше даже не подозревала.
Мы садимся в такси, едем рядом, болтаем ни о чем. Хотя в какой – то момент Сережа становится хмурым.
– У вас с Сашей точно все?
– А что? Боишься в морду получить?
– Да не, это я и сам могу, если надо. Знаешь, какие мы драки с фанатами порой устраиваем. Просто до тебя не достучаться, а мне знаешь ли хочется.
Хочется ему…
– Сереж, просто не торопи меня. Да и у меня Руслан, тут дело такое…
– Да я только за! Парень то классный! А потом мы бы еще одного заделали, – его рука как – то резко на моем колене оказывается.
– Сереж. Давай мы разговоры о наших детях отложим и просто отдохнем.
– Согласен, спешу. Просто ты такая… Упустить не хочу.
– да куда я денусь. Соперников у тебя нет, не переживай.
– Ну и отлично, – подает он мне руку, чтобы из машины вышла и в бар ведет. А тут как – то легко становится, потому что уже многих знаешь, многие обнимают меня и ругают, что давно не была. Я даже смеюсь и действительно чувствую, как напряжение отпускает. Выпиваю пива, смотрю хоккей. Но все это хорошее рассыпается как карточный домик, когда я вдруг вижу Данила. Да еще и под руку с какой – то короткостриженой блондинкой.
