Текст книги "Неправильная подруга (СИ)"

Автор книги: Елена Гром

Соавторы: Любовь Попова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)

Глава 11

– Ну и что ты за цирк устроил? – спрашивает птичка, пока я ее буквально тащу по пустым коридорам. Сопротивляется, упирается, но это бесполезно. Отпущу, когда наедине поговорим. Может быть. – Да отпусти же ты! Больно!

Запихиваю ее в тренерскую, почти бросая на единственный диван. Потом дверь закрываю.

Она тут же вскакивает, бросаясь на меня как озлобленная кошка.

– Данил! Ты оглох!?

– Шайба, – говорю спокойно, а у самого все внутри клокочет.

То ли задушить ее хочется, то ли трахнуть так, чтобы весь стадион слышал. Чтобы орала мое имя, чтобы больше не смела ломаться.

Она смотрит на протянутый предмет с недоверием и опаской. Осторожно протягивает руку, а я смотрю на кожу, что кажется прозрачной, на пальцы, что возможно этой ночью будут гладить не меня.

Ксюша вынимает подписанную шайбу из полусжатых пальцев… Подозрительная птичка. А я и сам понимаю, что херню творю, но от желания оказаться в ней бурлит внутри, как ядовитый коктейль, отравляя разум. Это еще ничего. Но от мысли, что она мужу своему дает то, в чем мне отказывает, внутренности в узел скручивает.

Почти забирает шайбу, а я второй рукой запястье ее ловлю.

– Данил! Отпусти!

– То есть ты вчера пиздела?

– Не понимаю, что ты имеешь ввиду…

– Что гордая, пиздец какая, что мужа выгнала…

– Выгнала! Это просто поход на хоккей! И почему я вообще должна перед тобой оправдываться…

– То есть почти полгода он даже на катке не появлялся, а тут вы вместе идете на игру. За дурака меня держишь? Думаешь, я не понимаю, что он к тебе свои мохнатые яйца подкатывает?

Ксюша прыскает со смеху, а я даже улыбнуться не могу. Все тело напряжением стянуло.

– Что смешного…

– Откуда ты знаешь, что у Саши мохнатые яйца?

Я сначала застываю, а потом меня начинает просто колотить от смеха. А как представлю, так вообще ржать начинаю.

Ксюха подхватывает. Заливается смехом, хватаясь за живот.

Я давно так не смеялся. Из-за какой – то фигни, реально. А смотреть на то, как смеется Ксюша– одно удовольствие, которое патокой растекается по венам, пьянит и будоражит.

Приятный, тягучий смех, который хочется слышать чаще.

Ее небольшая грудь сотрясается от вибрации, а из глаз текут слезы.

Но стоит ей взглянуть на меня, как смех разом пропадает, словно выключается рубильником. По щелчку.

И больше нет ничего смешного в том, как мы смотрим друг на друга. Нет ничего забавного в том, что я врезаюсь пальцами в ее затылок, ощущая, как их щекочет от шелка волос.

– Данил, нет…

– Да, Ксюша, да..

Я больше не хочу разговаривать, только срывать с чувств бумагу, оставляя их порочно – обнаженными.

Она упирается ладонями мне в форму, сейчас из-за коньков разница в росте просто колоссальная, и я раньше не понимал, как это круто, когда твоя девочка меньше тебя на голову. Я просто второй рукой провожу по изгибу поясницы, качая головой, не давая ей даже шанса отступить.

– Ты не имеешь права… Пожалуйста, Данил, – облизывает она губы. Почти хнычет, но я непреклонен.

– Я получил это право, когда мы обменялись жидкостями.

– Сволочь, какая же ты сволочь, – вздыхает она со смешком, а я в губы ее впечатываюсь, сметая любой порыв на сопротивление.

Скольжу по зубам, сплетаясь языком, чувствуя мягкость губ, податливость тела. Она стонет мне в рот, стоит пальцам сжать мякоть задницы, которая вся мне в ладонь помещается. Такая маленькая, такая хрупкая, что меня разрывает от желания оказаться в ней.

Поднимаю ее в воздух. Легко, как пушинку.

Она обнимает меня за шею, по которой от жара уже пот стекает. Обвивает ногами пояс, поражая растяжкой.

А я просто несу ее к ближайшей стене.

Напираю, придавливаю, терзаю губы. Никак не могу остановиться, никак не могу насытиться обыкновенным грязно – влажным поцелуем.

Мне нужно больше. Сейчас, здесь. Поднимаю ее по стенке выше.

Разрываю поцелуй, слыша почти возмущенный вздох.

Стягиваю с ног штаны, пока она прийти в себя пытается. Уже не сопротивляется, а только помогает стянуть с себя штаны, скинуть кофту, под которой одна лишь майка.

Через нее призывно просвечивают соски, и я просто впиваюсь губами в один их торчащих камушков под протяжный, гортанный стон. Он как импульс по телу проходит, обжигая пах и поясницу.

Я поднимаю малышку выше, заставляю обхватить ногами шею.

– Данил, ты что… задумал?

– Молчи, – ругаюсь и сам затыкаюсь, целуя два совершенно влажных розовых лепестка, спрятанные под мягким пушком.

– Данил, это просто… – она вцепляется пальцами мне в волосы, вскрикивает на каждый удар языка по клитору. Стонет так сладко, что у меня колени подгибаются.

Одной рукой я удерживаю Ксюшу, а другой остервенело стараюсь расстегнуть низ своего игрового костюма. Тороплюсь. Потому что член почти дымится, а Ксюша начинает выделять столько влаги, что я еле успеваю ее сглатывать, вылизывая ее как одержимый. Пока наконец не чувствую, как ствол опаляет сквозняком. Стягиваю штаны и защиту до колен и отрываюсь от влажной щели, лишь мгновение наблюдая, как она пульсирует.

Роняю Ксюшу на пол под вскрик, удерживаю задницей на уровне члена, на который и насаживаю ее маленькое тугое нутро.

Это как в ледяную прорубь погрузиться. Немеет все тело, кажется замораживается даже сознание. Я втягиваю воздух, но не могу сделать полноценный вдох.

– Данил, – слышу и словно оживаю, открывая глаза, впитывая шок, который отразился на лице Ксюши.

Она еще содрогается, почти выдирая мне волосы на затылке. До меня наконец доходит, что она кончила.

Вот просто так. От одного толчка, который сбил меня с ног ударом в грудь.

Я делаю новое движение, ощущая как туго скользит по мне мягкая плоть.

Целую чуть припухлые губы, начиная двигаться, что помогает хоть немного прийти в себя. Перенести вес с пяток на носки, чуть присесть, чтобы угол проникновения стал другим, чтобы член вошел еще глубже.

– Ой, – обнимает меня Ксюша, сама целует, закрывая глаза. Я же сжимаю одной рукой ее грудь, Сильно, до боли. Требую.

– На меня смотри.

Она распахивает карие глаза, в глубине которых я теряюсь. Задыхаюсь от нового движения внутри, что пронизывает каждый нерв, каждую клетку, превращая меня в сгусток инстинктов, в котором нет места разуму. Я оттягиваю бедра на себя, почти освобождая член от тесного плена, но только затем, чтобы снова грубо вторгнуться обратно.

Глава 12

Взгляд то и дело съезжает вниз. К влажному пошлому соединению наших тел. Где чавкающие звуки и шлепки становятся рок-симфонией и радуют слух. Охренительно наблюдать, как со скоростью печатного станка, член теряется в тугой щели, которая все больше затягивает, почти выдаивая из меня животные хрипы.

И можно сколько угодно убеждать себя, что это просто секс, но, чем сильнее и глубже толчки, чем громче стоны, тем сильнее я понимаю, что подобных эмоций я не испытывал никогда. Разве что, когда впервые понял, что такое секс, когда трахался с весьма опытной одноклассницей. Но сейчас все иначе. Сейчас кажется, что для Ксюши это впервые, так она реагирует. Но при этом никакого смущения, только дикий восторг в ее остекленевших глазах.

Член стягивает словно перчаткой, и я понимаю, что птичка снова на грани. Второй оргазм за такое короткое время и мне дико хочется кончить вместе с ней, но я вытаскиваю член, заполняю ее лоно пальцами, которыми начинаю динамично двигаться, вызываю в ее теле бурную, такую красочную реакцию, что будь у меня еще одна рука, я бы помог себе и кончил. Но вместо этого, я во все глаза смотрю, как сдирает с себя остатки приличия Ксюша, поливая меня обильной горячей влагой. Я просто толкаю член внутрь, еще чувствуя остатки пульсаций и несколькими толчками подвожу себя к взрыву, который простреливает поясницу болью. Успеваю вытащить член за доли секунду, заливая живот и грудь горячим семенем. Она все еще в футболке и теперь по ней подтеки.

Неуместно, но все же приходит мысль, что Рита сейчас бы просто разнесла меня, оттолкнула, заявила, что я грязная свинья и вообще мог бы кончить в сторону. Ксюша же пьяно улыбается, сама потянувшись за поцелуем. Сама скользит по моим пересохшим губам языком.

Тело наконец вспоминает об онемении ног, и я чуть не роняю птичку. Она спрыгивает на пол, и у нее, как и у меня, подгибаются ноги. Благо диван рядом и мы просто валимся на него с очередным смешном.

– Кто вообще занимается сексом в коньках, – улыбается она, убирая с моего лица волосы. Делая это так мягко и нежно, что руки сами тянутся сжать ее талию снова, а пах сигнализирует, что раз такое дело, то он не прочь продолжить.

– У меня не было выбора. Ты меня заставила.

– Я? – удивляется она, а потом поднимается на ноги и снимает с себя грязную насквозь футболку, пусть и недолго, но демонстрируя мне свою дерзкую грудь, соски на которой так и хочется сжать пальцами, чтобы ощутить насколько они твердые. Но вот она уже их скрывает, как и улыбку, которая теряется за чувством стыда. До нее вдруг начало доходить, чем именно мы тут занимались. Но двигаться лень, как и пытаться ей объяснить, что нет ничего плохого в сексе между свободными людьми.

– Жалеешь?

– Просто стыдно. Ладно, – она подбирает упавшую шайбу, приглаживает влажные волосы. – В конце концов сложно это было признать изнасилованием.

– Ну если тебе так легче.

– Ага, – надевает она штаны, натягивает кофту. На меня не смотрит, да я и сам пока не знаю, как ее успокоить, разве что.

– Ксюш, а мне мало.

Вот так. Честно. Признаться и себе и ей, что одним разом это не закончится.

– Хорошего помаленьку, Данил. Спасибо конечно, мне приятно, что тебе понравилось, но иметь в любовниках мужа подруги– не самая лучшая идея.

– Несколько поздно об этом думать.

– Не поздно, если мы забудем об этом, – она уже готова выйти, а я собираюсь поймать ее и показать насколько она не права, но онемевшие ноги и коньки не дают этого сделать. Более того, я просто валюсь на колени, довольно сильно ими ударившись.

Она открывает дверь, поворачивая голову от испуга. Прыскает со смеху.

– Ты всегда пытаешься добиться своего на коленях?

– Иди уже, пока не догнал и не отодрал, – усмехаюсь я, а она неладно улыбается и прикрывает за собой дверь. У меня уходит минут десять на то, чтобы прийти в себя, чтобы одеться в конце концов и привести тренерскую в порядок. На полу замечаю трусики, и улыбка сама собой растягивает губы. Наверное, увидь я их где – то в магазине, не купил бы никогда, но Ксюше они подходят. Маленькие, розовые, с милыми ушками на попке. А как пахнут. Черт…

Пах наливается кровью, и я понимаю, что птичке придется очень постараться, чтобы я в ближайшее время захотел кого – то другого.

Тренерскую закрываю и иду досматривать матч с vip-места. Взглядом цепляю Ксюшу с сыном и их борова. До конца игры всего полчаса, но я хочу быть уверенным, что сегодня ночью птичка будет спать одна. Пишу Демидову и приглашаю его с семьей в випку, одновременно помахав рукой. Он читает сообщение и тут же радостно рассказывает все Ксюше. Она мотает головой, гордо оставаясь на своем месте. Что интересно, Руслан от матери не отходит. А вот Саша тяжело поднимается со своего места, протискивается между другими зрителями и идет к выходу. Пока он скрывается, я ловлю взгляд Ксюши, которая крутит пальцем у виска.

Она такая сейчас забавная. Волосы чуть растрепанны, но она даже внимания не обращает. На лице ни грамма макияжа, какая-то безразмерная кофта с логотипом моей команды. Она невероятно милая в этом образе. А я если подумать, что эта безразмерная одежда скрывает обнаженное тело, то вообще можно умом тронуться.

Интересно даже, она действительно хоккей любит или за компанию ходит?

– Данил Ярославович, тут вас спрашивают, – говорит охранник, показывая на Демидова, и я киваю.

– Давай-давай не стесняйся, заходи.

Он тяжело присаживается на стул. Я делаю пару махов знакомым в випке. Что наконец меня заметили. Потом снова обращаю внимание на мужа Ксюши. Интересно он всегда был таким или семейная жизнь не удалась.

– Семейный поход смотрю у вас, – киваю на Ксюху, которая вместо игры теперь наблюдает за нами. Пишет что – то в телефон, но я даже не смотрю.

– Да, мы обожаем хоккей. Ксюшка давно не соглашалась никуда со мной выйти, все считала, что это бессмысленно. Но тут вроде как я Руса подговорил.

Честность Демидова подкупает, но тот факт, что он так просто распространяется о семейной жизни чужому человеку, дико злит. А скольким еще людям он вот так треплется о ней?

– Планируешь бурную ночь?

– Но если Ксюшу напоить, то может что и выйдет. Теперь у меня есть работа, так что она просто обязана ко мне вернуться.

– Это еще почему?

– Ну она же не зря себе никого не искала так долго. Ждет, что я исправлюсь. Да и она кому нужна с прицепом. А мы– семья. А ссоры. Ну у кого их нет. Ксюша, кстати, рассказывала, что и вы скоро должны с Ритой обратно сойтись.

– Когда рассказывала?

– Ну… давно конечно. Она же дико правильная, считает, что Рита Вас как банкомат использует.

– Да что ты… – отворачиваюсь, снова сосредотачиваясь на игре.

– Извините, я не должен был. Все-таки Ваша семья– Ваше дело.

– Да, мое. Но я же сам начал разговор, так что не парься. Кстати, – еще не хватало, чтобы он начал операцию по возвращению Ксюши. А я еще не наигрался. – Ты показал себя отличным работником.

– Да? Большое спасибо! – сразу десны сушит придурок. – А мне очень нравится коллектив!

– Так вот, думаю, отправить тебя в командировку в Усть – Горск. На комбинате требуется человек, который сделает необходимые проверки, а потом сообщит мне о результатах.

Отец меня убьет, но мне надо сплавить Демидова.

– Оу, Усть – Горск?

– Думаешь, не справишься? – может зря я все это затеял. Ксения довольно сложная девушка. Быть просто любовницей она будет недолго, потом начнет мозг выносить. Ладно, если откажется, то пусть живут дальше в своем болоте.

– Не знаааю, – он бросает взгляд на Ксюшу, которая на очередной гол нашей команды подрывается и кричит от радости. И ведь нисколько не искусственно. От ее искренней радости по телу мурашки расползаются. Сразу в голове образ ее, кончающей на моем члене. – Я бы мог, но Ксюша..

– В эти дни твоя зарплата возрастает в три раза, а по окончанию ты получаешь премию.

– Ого. Ну тогда я за. Давно хотел посмотреть, как выглядит самый большой комбинат в нашей стране.

– Вот и отлично, – осталось убедить Ксюшу, что в регулярном сексе нет ничего плохого.

Глава 13

Ксюша

После матча я тороплюсь на выход.

Протискиваюсь сквозь толпу с сыном, словно за нами стая волков гонится. Один конкретный, матерый волк. От его клыков тело все еще ноет, особенно определенные места, о наготе которых лучше не думать.

Есть шанс, что эти придурки выйдут мне на встречу, так что приходится тащить Руслана силком.

Господи, какая я дура!

О чем я только думала.

Ладно, нужно признаться себе, что в процессе совокупления мозг не участвовал. Но зачем я вообще с ним пошла. Зачем нужна была эта чертова шайба.

Ведь понимала, предполагала, надеялась, чем это все закончится. Просто одна шальная мысль, что Данил меня приревновал, стала тем решающие ингредиентом в давно бурлящем коктейле.

И как теперь жить дальше?

Как смотреть Рите в глаза?

Как отказаться от секса с Данилой снова, если он предложит?

Предложит?

Вот он, уже звонит. Или пишет. Но я продолжаю почти бежать, подгоняемая страхом окунутся в этот омут страсти. Открываю двери и мое лицо хлещет ветер, словно порицает за отвратительный поступок.

Данил еще… В покое не оставил ведь. Мало ему… Ага.

Зачем он позвал нас? А Саша. Тот еще придурок. Просила же не ходить! Умоляла почти, но он уперся рогом и оставил нас с сыном. Это очень показательно.

Для него всегда в порядке вещей было куда – то уйти и не сказать, оставить нас с Русланом в машине, в магазине, уйти вперед и не подождать меня с коляской. Это все конечно мелочи, но их было так много, и они так долго копились, что в какой – то момент я поняла, что Саша чужой не только мне, но и сыну. Свой комфорт для него всегда важнее.

– Мам, ну куда мы бежим?

– На метро, – нас же Саша забрал. Но обратно с ним не поеду. – Не нуди. Давай быстрее.

– Руслан! Ксюха! Ксюха! – слышу, как меня окликают, но не оборачиваюсь.

– Мам, да мам, там дядя Сережа.

Ой. Торможу, не успев добраться до дороги. Точно. Терентьев. Пока мы были женаты с Сашей, то тусили с Сережой в одной компании. Любили зависнуть в спортивном баре, сходить на хоккейный матч. Они наверняка частенько встречаются и так же общаются, но уже без меня.

– Привет, Рус, Ксюща. Ты куда так гналась?

Скорее от кого.

– Да холодно просто. Привет, Сереж.

– Вы на матче были? Сашка даже не сказал, жук. Вы помирились что ли?

Вот оно что? То есть семейный поход автоматически означает, что мы помирились?

– Где он кстати?

– Мы его начальника встретили. Он, наверное, с ним.

– Так вы вместе или нет? – такой прям точный вопрос, и я наконец не по сторонам смотрю, а не него.

Он не изменился. Все такой же симпатичный, чуть пухловатый, помешанный на своей работе в автосервисе. От того и не женат.

– Мы в разводе, если ты об этом. Возвращаться я не планировала.

– Понял, – улыбка его становится шире, даже несколько ослепляет. – Так, а чего вы на метро? Я же подвезти вас могу. Рус, хочешь вперед?

– А можно?

– Нельзя. Сереж, не удобно. Да и на метро нам ближе.

– Ты как обычно очень самостоятельная. Я же не настаиваю, – пожимает он плечами, но не прощается, а у меня телефон вибрировать начинает, а щеку припекать. Я поворачиваю голову, ловлю на себе колючий темный взгляд Данила. Даже знаю, что он сказать хочет. Ну, примерно.

– А собственно, почему бы и нет. Где твоя машина? Только можно я спереди? – чувство удовлетворения от того как сейчас смотрит Данил разливается по венам приятным теплом. От его злости улыбаться хочется, от его мнимой ревности петь.

Мы вместе идем к джипу Сережи. Он рядом совсем. Новенький, сверкающий. Я, стараясь быть изящной, насколько это возможно в джинсах и пуховике, забираюсь на сидение. Рус прыгает сзади.

Сережа посмеивается.

– У вас женщин, семь пятницы на неделе.

Он уже нажимает на газ, а я бросаю взгляд в сторону стадиона. Там, на верхних ступенях, так и стоит Данил, прожигая меня тяжелым, почти дьявольским взглядом. И от мысли, какие сейчас фантазии бродят в его голове я покрываюсь мурашками. Но самое странное, не могу не улыбаться.

Опасность, оказывается заводит. Особенно, когда она исходит от того, кто показал тебе, что такое отключить мозг, кто показал тебе, каким может быть оргазм.

Ярким, безумным, бесбашенным. Когда все тело немеет, когда в голове белый шум, когда все что тебе нужно это остановить это мгновение.

Пока Сережа задает простые вопросы Русу, поглядываю в своей телефон.

Муж Риты «Куда пошла?»

Муж Риты «Тебя же сдует, дурочка.»

Муж Риты «Притормози, я вас довезу. На крыше покуролесим»

Муж Риты «Отправил твоего мужа на пару недель в Усть – Горск. Надеюсь ты скучать не будешь?»

Муж Риты «Член до сих пор гудит»

Муж Риты «Ну и куда ты поперлась?»

Муж Риты «Что ха хрен?»

Муж Риты «Ксюш, это что за демонстрация?»

Муж Риты «А он в курсе, что ты голая под одеждой?»

Муж Риты «От тебя до сих пор моей спермой пахнет?»

Муж Риты «Дай мне только до тебя добраться, ты обо всех мужиках забудешь!»

Читаю и чувствую, как тело простреливает приятной негой, тягой к Данилу, к его рукам, что доводили до исступления.

Муж Риты «Выбесила, Ксюююш. Хочешь знать, что я хочу с тобой сделать теперь?»

Облизываю губы, чуть сдвигая бедра. Между ними просто агония. Закрываю глаза на миг, чтобы принять решение. Если начну отвечать, то все его слова в жизнь воплотятся, но ник чему хорошему это не приведет.

– Поклонники написывают? – врывается в мои раздумья голос, и я вздрагиваю, переворачивая телефон. Надеюсь он не читал?

– Ну какие поклонники?

Просто один наглый тип, которому захотелось экзотики. Подругу жены. Почти классика. Пусть и бывшей жены.

– А чего? Ты молодая, красивая, стройная, – улыбается он, бросая взгляд на мои ноги.

– Скорее худая.

– Ну… Мне нравится. А еще ты любишь хоккей. Идеальная женщина.

– ну спасибо, засмущал меня., – смеюсь, наблюдая как за окном ветер только сильнее поднимается.

– Не смущайся, я правду говоряю. Вы кстати там же живете?

– Конечно, – телефон вибрирует, и я смотрю чего там. Данил звонит. Устал ждать? Переживает, что я с одного члена на другой прыгну. Хотя, да, пусть он так и думает. Быстрее отстанет, а я быстрее забуду те мгновения, что подарили мне настоящий кайф. – Сереж..

– А?

– А я тебе правда нравлюсь? – гооворю чуть тише, чтобы играющий в телефон Руслан не услышал.

– Спрашиваешь?! Всегда Сашке завидовал.

– И что? У тебя нет никого?

– Только работа.

– То есть можешь пригласить меня на свидание?

– Легко! Давай завтра?

– А давай. Телефон мой же есть у тебя?

– Да.

– Тогда созвонимся.

Сережа даже улыбаться начинает иначе. Заводит разговор о своих машинах, которые он восстанавливает почти с нуля. Он в своем гараже проводит день и ночь, неудивительно, что у него нет постоянной женщины. Зато удивительно, как легко он согласился пойти со мной.

Он довозит нас до дома, где я отключаю телефон, и почти сразу утаиваю Руслана и себя спать. Будем надеяться, что Данил не такой псих и не начнет звонить в квартиру. Будем надеяться, что завтра он решит, что ему не хочется со мной возиться.