Текст книги "Паладин развивает территорию (СИ)"
Автор книги: Джокер "Безумие Бога"
сообщить о нарушении
Текущая страница: 31 (всего у книги 75 страниц)
Хотя то, что видел Виктор и рядом не было с названием «армия». Это был какой-то сброд. За исключением сорока полностью экипированных солдат и двух рыцарей, порядка пятисот человек, были просто крепостными, которым выдали куски кожаной брони и копья, которые видели лучшие времена.
Пока он разглядывал, войска своего соседа Селитас смотрел на войска Виктора, и его шок нельзя было описать словами. Меньше чем за год, его западный сосед смог собрать войска, которым бы позавидовал граф.
– Милорд, я проверил их, они все минимум железного уровня — шёпотом произнёс его капитан стражи Хендри.
Он был уже на пике серебра и собирался в этом походе найти возможность пройти дальше в своём развитии и постараться получить столько заслуг, чтобы его господин мог стать виконтом.
Гектор действительно ценил своего капитана и давал ему всё, в чём тот нуждался. После начала торговли с Балтес он купил ему полный латный доспех и двуручный меч, что обошлось ему в 4500 золотых монет.
Броня была эльфийской, и цена за неё была соответствующая, но, как и Виктор, он понимал, что вся его сила держится на этом рыцаре и никак не мог себе позволить потерять его.
В отличие от Клинта, Селитас действительно занимался своей территорией и людьми, живущими на ней. Разумеется, он не относился к ним как Виктор к своим, но старался, чтобы его люди, как минимум не голодали, также строил дороги и финансировал сиротский приют.
Однако прямо сейчас, перед ним предстала сила, которой он никак не ожидал и это его слегка напугало, ведь в этом мире, сильный сосед несёт мало хорошего, и он решил, во что бы то ни стало, наладить с Виктором более тесные взаимотношение.
– Гектор, ты снова похудел? – раздался насмешливый голос виконта Балтес, который вернул Селитаса в реальный мир.
– Ты никогда не устанешь от насмешек надо мной тощий ублюдок, если ты думаешь, что, став виконтом, я не посмею ударить тебя, ты сильно заблуждаешься! – ругаясь барон двинулся навстречу Виктору с распростёртыми объятиями и злой улыбкой на лице.
– Как ты собираешь это сделать? Скоро ты даже ходить не сможешь, разве что тебя будут катить, как шар твои слуги — лорд не остался в долгу и вернул ему шутку.
Двое встретились по центру дороги и обнялись как старые друзья.
Виктор действительно стал считать этого человека, своим другом в этом мире, потому что он всё время помогал ему с развитием торговли и решал множество вопросов купцов, которые его напрямую не касались и не имели никакой ценности для него.
После тёплой встречи, как и полагается, они разбили лагерь и всю ночь пили вино и играли в нарды, только на рассвете они разошлись по своим каретам.
Виктор проснулся только в обед, чувствуя тряску кареты, и с трудом подняв голову, он понял, что они уже в пути.
Кое-как продрав глаза, он обнаружил сидящую с недовольным лицом Линею.
– Если вы собираетесь, вести такой образ жизни то, можете забыть о своём предложении мне – девушка старалась выглядеть сурово, но только что проснувшегося Виктора это лишь развеселило, и он хотел поиграть с ней, но вспомнив, что в этом мире такие вещи не шутка, решил оставить это на возвращение с войны.
***
Всё остальное время проходило также и они двигались, останавливаясь лишь для отдыха по вечерам и конвою потребовалось двадцать дней, чтобы достигнуть северной границы графства, где расположились лагерем все вассалы Шерманин.
Когда лорду сообщили, что они уже подъезжают к месту сбора, Виктор на ходу открыл дверь кареты и пробравшись по её стенке, запрыгнул на своего коня, который был привязан к задней части кареты.
Теперь он тоже видел лагерь, где расположилось порядка семи тысяч солдат, лошадей, телег и разного рода людей, готовых отправиться на войну.
– Наконец-то увидим, что представляют собой войска графства – громко произнёс Виктор, улыбаясь во всё лицо.
Он отказывался верить, что все солдаты такие же, как у Гектора.
Глава 69. Кот из дома – мыши в пляс
Виктор находился у своего конвоя вместе с Гектором, ожидая пока их капитаны получат схему расположения гарнизонов. Как всегда у знати, это имело целое нагромождение правил и благодаря этому, двое получили возможность пообедать и сыграть в нарды.
– Как ты умудрился надоесть графине? – спросил Виктор, бросая кости.
Пока он был в своей вотчине, Клиосса без конца жаловалась, на недостойное поведение Селитаса и это стало темой, для шуток в особняке.
– Позвольте Виктор, эта женщина, богиня, я готов умереть, получив лишь шанс взглянуть в её глаза – ответил Гектор, делая глоток вина из хрустального бокала.
Они сидели в чистом поле, расположившись в удобных, кожаных креслах и создавалось ощущение, что они приехали на пикник, а не для участия в военном походе.
Между ними стоял круглый деревянный столик, на который они установили доску для игры и где хватило место поставить бокалы.
«Эх, теперь со своим навыком «Сияние», боюсь, ты вообще сойдёшь с ума в её обществе. Система явно дала этот навык исходя из того, что она обладала невероятной красотой и природным магнетизмом».
– Виктор, она говорила про меня? – выжидающе спросил барон.
– О да! Очень часто – Виктор не стал уточнять в каком плане говорила про него Клиосса, но ему было весело дразнить парня перед собой.
Он напоминал ему друзей с Земли, которые были уверены в себе, имея непритязательную внешность, но в результате могли добиться красивой девушки.
Конечно, он не верил, что у Гектора есть хоть какой-то шанс с графиней, но надеялся на хорошее шоу в будущем.
– Милорды, мы получили место, где расположимся гарнизоном – сообщил Хендри, который вернулся вместе с Алганисом.
Гектор приказал ему приступить немедленно, в свою очередь, Виктор лишь кивнул своему рыцарю, подтверждая приказ барона.
В то время как войска начали передвижение, два дворянина продолжили пить и играть, совершенно не обращая на это внимание.
Виктор действительно был в восторге от такой жизни, ведь наблюдать, как другие работают, можно бесконечно.
***
Тем временем во владениях Балтес жизнь не остановилась из-за того, что лорд покинул территорию.
Полным ходом шёл посев урожая картофеля и благодаря новым плугам, давалось это очень просто. Мало кто понимал, почему лорд приказал посадить ядовитую культуру почти на половине земли предназначенной для посева пшеницы.
Однако, большая часть людей доверяла человеку, который умудрился за одну зиму увеличить сбор урожая с двадцати-тридцати килограмм на гектар земли до восьмидесяти.
Крепостные ждали, что пшеница, где лорд, разбросал удобрения погибнет или, как минимум станет несъедобной, но, к их удивлению, там пшеница дала наибольший результат и по подсчёту Виктора это была цифра сто десять килограмм на гектар.
Правда, Виктор заметил одну деталь, что в некоторых местах, где использовался его метод, пшеница погибла и по его предположению, в удобрениях было мало золы, которая могла нейтрализовать токсичные элементы в человеческих отходах.
Комбинация золы и сушки, должны были убрать все токсины, но по всей видимости, один из этих пунктов был выполнен не до конца и на будущее, он решил проконтролировать эту ситуацию лучше.
Но то, что крепостные доверяли своему лорду, не значило, что они в точности следуют его указаниям.
Дворецкий, который получал отчёты со всей территории, стоял в гостиной перед графиней, рядом с которой сидела Сильвия.
– Ваше превосходительство, в некоторых деревнях крепостные саботируют работу и не засеивают все участки, отведённые под картофель – доложил Джин.
Как дворецкий, он должен был обращаться хозяйке дома, но графиня была не просто аристократкой, но и бабушкой Виктора, что ставило её выше Сильвии и именно поэтому он обратился к ней.
– И вы хотите, чтобы я этим занималась? – фыркнув, недовольно ответила графиня, но затем решила, что была чрезмерной – не обращай внимания, я знаю, что ты имеешь ввиду.
Затем перевела взгляд на Сильвию и кое о чём подумав, снова заговорила.
– Сильвия, ты же хозяйка этих земель, разве это не твоя работа помогать своему мужу?
Девушка, которая внимательно слушала разговор между дворецким и графиней резко замерла, услышав вопрос, адресованный ей.
– Я..я ничего не понимаю в посевах – она попыталась уйти от ответственности за эту ситуацию, так как совершенно ничего не знала про сельское хозяйство.
– А кто сказал, что ты должна в этом разбираться? – ухмыльнувшись спросила Клиосса – крестьяне сами знают, как и, что делать, просто они не хотят слушаться, что предпримешь?
Такая формулировка вопроса была для неё более понятной, и теперь она была уже в своей стихии. Только вот была проблема и немалая. Всё её воспитание говорило, что крепостных надо наказать и под присмотром стражи, заставить их выполнять работу. Если, ситуация повторится то, казнить пару человек, чтобы они не смели ослушаться лорда.
Но это была вотчина Виктора и она ни разу не слышала, чтобы здесь применяли даже плети, а единственная казнь была совершенна за нападение на крепостную девочку.
Она чётко понимала свои отношения с мужем и не питала никаких иллюзий и сейчас, если она совершит ошибку в решении такого вопроса, они станут лишь сложнее, чего ей вовсе не хотелось. Так как они только нашли общий язык с Виктором и научились принимать друг друга как партнёра.
– Подготовь карету, я хочу лично поехать на место и посмотреть, что там происходит – распорядилась Сильвия – и объясните мне, что такое этот картофель.
Джин стал подробно объяснять и рассказывать всё, что знал про него и сообщил ей много интересных вещей, которые она не могла знать.
Выслушав его, Сильвия дала ему несколько распоряжений и ожидала, когда будет подготовлена карета.
– Хоу, герцогиня, ой простите, виконтесса общается с крепостными, я должна это видеть – радуясь, как ребёнок заговорила Клиосса, чувствуя, что будет весело.
Сильвия не реагировала на подтрунивание графини, так как привыкла к тому, что эта женщина могла посмеяться даже над её отцом и совершенно ни в чём себя не ограничивала.
За время нахождения в этом особняке она была свидетелем того, что Клиосса лично спускалась на цокольный этаж и пробираясь в кухню, брала еду прямо оттуда.
Если, в этом мире и было табу для аристократов то, это был вход в кухню.
Никогда и ни при каких обстоятельствах дворяне не заходят в кухню.
Для этого есть дворецкий, и это считалось его территорией. Однако Клиосса была настолько влюблена в блюда, которые подавались в этом доме, что просто не смогла удержаться и лично наведалась в кухню, чтобы расспросить повариху о тех блюдах, что им подают и заодно забрать оттуда несколько тарелок закусок.
Через пятнадцать минут Джин сообщил, что карета готова, после чего лично проводил двух женщин и передал их страже, которая ожидала снаружи.
Никакая стража Клиоссе была не нужна, но этикет запрещал дворянкам передвигаться без сопровождения охраны.
И как только женщины сели в экипаж, они направились в ближайшую деревню Акирон, где оказались через пол часа.
Дороги хоть и не были бетонированы, но их уже подготовили к его укладке.
По приказу Виктора, дорогу вскопали на полметра вглубь и расширили до двенадцати метров. После чего наполовину засыпали песок и оставшуюся часть речным гравием. Таким образом, получился своеобразный пирог, на который впоследствии уложат бетонное покрытие.
Он не совсем понимал устройство дорог, а когда видел, как укладывают дороги на Земле, не мог видеть весь процесс, так что действовал по наитию.
Однако, даже такая работа отнимала много сил и времени, но давала хороший результат и эта дорога, уже была в сотни раз лучше прежней. Она не размывалась после дождя, так как вода уходила между камнями и песком, и впитывалась в грунт.
Крепостные регулярно утрамбовывали дорогу, чтобы во время укладки бетона, основа была достаточно прочной.
Когда экипаж подъезжал к деревне, даже Клиосса отметила качество дорог и своими изумрудными глазами разглядывала работу Виктора.
Карета остановилась в центре деревни и привлекла внимание всех живущих в деревне.
Крепостные выбегали и становились на колени, потому что их всегда учили тому, что правило коленопреклонения действуют перед любыми аристократами, кроме их лорда.
Сначала они путались, но так как Виктор не наказывал за то, что они перестраховываются и падают на колени даже перед ним, они в скором времени смогли в этом разобраться.
– Прикажите им встать – распорядилась Сильвия, стоявшему рядом солдату.
Рыцарь громко передал приказ и люди настороженно вставали с колен и, не поднимая головы, ждали того, что будет дальше.
С приходом Виктора люди перестали бояться дворян, во всяком случае они так думали, пока не появились две женщины в сопровождении двадцати солдат.
Их лорд никогда не приезжал больше, чем с одним рыцарем и такая картина сейчас, была ужасающей для них.
Пока две женщины общались друг с другом и осматривали деревню, слуги суетились, доставая из телеги, какие-то вещи и через полчаса перед всеми стояла разожжённая печь, на которой кипятили воду в кастрюле.
В то время пока все крепостные ждали, боясь шевелиться, две женщины уже расположились в установленных креслах и пили чай. Но они запретили крепостным покидать улицу и приказали просто ждать.
Такого было желание аристократов и если кончится тем, что они простоят так до поздней ночи то, что с того? Не убили, не избили, можно сказать, что день прошёл не плохо.
Наконец, повар сообщил о готовности и принёс готовое блюдо – картошку в мундире.
Сильвия взяла картошку и вышла к крепостным, после чего на глазах у всех разломала её вилкой и стала есть, заставляя всех смотреть на это.
Затем всю сваренную картошку раздали крепостным и приказали съесть её.
Картошку варили именно так, чтобы люди знали, что это за блюдо и были уверены, что это барычий яд.
Люди с недоверием смотрели на Сильвию, а две женщины умоляли не заставлять есть её.
Картошка в принципе не убила бы их, максимум было лёгкое отравление, но слухи об этой культуре, были настолько преувеличены, что её старались вообще не трогать.
Однако под угрозой расправы людей всё-таки заставили съесть картошку и их отношение менялось прямо на глазах. Слегка подсоленная, она оказалась просто восхитительной, и люди, которые сначала лишь слегка надкусывали картошку, стараясь как можно меньше глотать за раз, стали набивать ею свои рты.
Картошка, выросшая в лесу, на самом деле была очень вкусной, что отметил даже сам Виктор и это была именно такая картошка, ведь они её только начали сеять и своего урожая ещё не было.
Видя, как всё изменилось в один момент, Сильвия была очень горда собой. Это решение пришло ей в голову, когда Джин в подробностях рассказал, что такое картошка и что это блюдо неоднократно подавалось к столу в особняке в виде гарнира.
– Ваш лорд нашёл способ накормить вас досыта, этот продукт, который можно выращивать три раза в год, но вместо того, чтобы поверить лорду и выполнить приказ, вы решили, что имеете право не подчиняться? – громко заговорила Сильвия. После пряника настало время ремня, и она хотела закрепить в их головах мысль о том, что решение лорда всегда для их блага.
И если, в других вотчинах это зачастую было обманом то, здесь это была чистая правда и она сама не замечала, как ей легко говорить правду.
– Мне, как жене лорда и хозяйке территории, пришлось лично приехать сюда, чтобы убеждать вас.
Она сделала паузу и, задрав свой красивый подбородок, обводила людей взглядом.
– Вы кем себя возомнили, кто дал вам столько смелости, чтобы ослушаться своего господина? – Сильвия заговорила с усилением магией.
Её мелодичный голос слышался по всей деревни, и с последними словами крепостные начали падать на колени и просить пощадить их.
Правда, Сильвия в отличие от Виктора не верила их мольбам, потому что была уверена, не поступи она так, как сегодня, они бы это повторили.
– Староста деревни будет наказан пятью плетями – распорядилась девушка и развернувшись направилась к карете.
Такое наказание можно было считать божьей милостью для ослушавшихся крепостных и старосты, который не выполнил свою работу, но она опасалась быть чрезмерной, а пять плетей не способны сильно травмировать человека.
Сразу после этого, обе женщины вернулись в карету и направились в другие деревни, в которых повторили всё то же самое и оказались в особняке лишь поздней ночью.
***
– Вот так всё и было милорд, у вас будут распоряжения? – спросил солдат.
Виктор слушал отчёт от своего последователя, оставшегося в вотчине и, по правде говоря, их было пятьдесят шесть из восьмидесяти находившихся в его владениях солдат. Вся стража сопровождавшая Сильвия и Клиоссу, и охранявшая особняк, были последователями Виктора, которые докладывали обо всём, что происходит дома, в его отсутствие.
– Нет, можешь отдыхать – ответил Виктор, лёжа на кровати в своей палатке.
«Так значит, ты теперь хозяйка моих владений, что ж – я согласен».
Ухмыляясь, подумал Виктор.
Ему понравился способ, которым, девушка решила проблему и был доволен ею, как хозяйкой его владений.
Учитывая, что она его жена, он вынужден принимать её право быть хозяйкой, но сейчас, он не вынуждал себя, ведь человек способный разумно управлять его владениями, полностью устраивает Виктора.
Глава 70. Шумиха в лагере
Лагерь находился в поле с небольшими холмами, и тут повсюду куда падал взор, стояли палатки с разными флагами, и бродили солдаты.
Для Виктора выделили южную часть лагеря и вокруг него было три барона, имён, которых он не спрашивал, но они без конца приглашали его на банкеты.
Весь лагерь шумел постоянно и отдохнуть было крайне сложно среди орущих солдат и ржущих лошадей, хотя, казалось, что всё, наоборот.
Следующие три дня, Виктор наблюдал за ужасающим состоянием войск графа.
В лагере творился сущий дурдом, и дисциплину удавалось поддерживать только благодаря личной страже Шерманин.
Он стал свидетелем дуэли между двумя рыцарями, чьи хозяева, что-то не поделили между собой и Виктор, опасаясь такого, старался не контактировать ни с кем. Он не хотел начать поход с убийства или потери рыцаря.
За всё время в лагере ему не встретился ни один человек, с которым не смог бы справиться и единственное, почему он боялся столкнуться с другими дворянами – это торговля.
У Александра Шерманин были откровенно слабые вассалы, самым сильным был виконт Дюнкерк, который по слухам находился на пике золотого уровня.
Остальные в лучшем случае были на уровне начала золотого уровня и исходя из опыта лорда, не являлись ему противниками.
Виктор спал в своей палатке, когда его разбудила ругань и возмущения людей на улице.
Открыв глаза, он лежал, глядя в потолок и слушая разговоры. Судя по всему, кто-то отчитывал его солдат, а потом послышался голос Алганиса и поняв, что ситуация под контролем, отвернулся к стенке палатки и снова попытался уснуть.
– Внимание! — раздался громкий приказ рыцаря.
Виктор аж подскочил с кровати. Он понимал, что его капитан стражи готовится к бою, а значит, ситуация вышла из-под контроля.
Призвав броню, лорд выбежал из палатки и увидел, как его солдаты сбегаются и начинают строиться. Все одетые в простую одежду, босиком с щитами и мечами в руках.
Видно было, что в двадцати метрах впереди стоял Алганис, а напротив него три человека, двое из которых одеты в доспехи и обнажёнными мечами.
В центре находился мужчина лет шестнадцати, ростом сто семьдесят сантиметров, хорошо сложенный и волосам уложенными назад, как у Виктора.
Слева и справа от него стояли два рыцаря, наголову выше него.
Это было странно во всех смыслах слова, так как лагерь Балтес, был отделён от остального, острогом, который солдаты строили на всех местах отдыха.
Делалось это для того, чтобы солдаты могли спокойно отдыхать в походах и это была своего рода тренировка для похода в боевых условиях.
Виктор быстрым шагом шёл вперёд, а солдаты оббегали его и строились за спиной рыцаря. Наконец, оказавшись рядом с Алганисом, он увидел сидящего на земле солдата с отрубленной рукой. Он не кричал и не жаловался, просто перетянул верёвкой руку и молча смотрел, находясь рядом с рыцарем.
– Кто это сделал? — спросил Виктор, поравнявшись со своим рыцарем.
– Этот — указывая пальцем на стоявшего напротив рыцаря, ответил капитан стражи.
– Милостивый государь, я барон Лемье, хотел наведаться к вам в гости, а этот неучтивый пёс, осмелился преградить мне дорогу — заговорил молодой человек, стоявший напротив, между двумя своими рыцарями, а слева от него был тот, на кого указал Алганис.
– Убей рыцаря – приказал Виктор.
– Что вы се…— закричал барон и резко изменился в лице, услышав приказ лорда, но не успел договорить, как рядом с ним сверкнул меч и в один момент голова рыцаря, который отрубил руку солдату, подлетела в ночное небо.
– Арестовать остальных — сразу после этого приказал лорд, пока голова рыцаря катилась по земле, а из шеи время от времени бил кровавый фонтан, в такт угасающему сердцебиению.
В этот момент со спины барона начали собираться солдаты в полной экипировке и, судя по всему, Лемье был готов к такому, но Виктор не собирался его отпускать и как раз в этот момент, из-за спины лорда выпрыгнула Линея, в один прыжок настигла барона и ударом в живот уложила его на землю, в ту же секунду Алганис прыгнул на второго, который пытался атаковать девушку, и отрубил ему руку, в которой он держал меч.
Девушка схватила корчащегося барона за шиворот и бросила к ногам своего лорда, который от неожиданности поднял правую ногу и не зная куда её снова поставить, опустил её прямо на него.
Рыцарь с отрубленной рукой корчился от боли, кричал и катался по земле.
Всё это произошло за три секунды и настолько слаженно, словно эти двое ждали такой возможности, чтобы похвастаться перед Виктором.
Солдаты за пределами гарнизона начали собираться, словно решили атаковать.
– Стена щитов! — прозвучал приказ Алганиса и солдаты, стоявшие позади лорда, выпрыгнули вперёд и со всего размаха вбивали щиты в землю. Сила была настолько огромной, что щит почти на десять сантиметров уходил в землю. Следом за ними их накрывали щиты второй и третьей линии.
– Что здесь происходит? – раздался громкий, но знакомый голос.
Это был Андрос, брат Виктора и он двигался по направлению к ним.
– Виконт, что вы делаете? — ещё не дойдя до них, он снова задал вопрос.
– Я арестовал человека, который напал на моих солдат и думаю, как с ним поступить – спокойно ответил Виктор.
– Немедленно отпустите его, вы не имеете права задерживать аристократа — отдал приказ Андрос, уже находясь перед сомкнутыми щитами солдат.
Виктор слегка улыбнулся, потому что ему понравилась эта ситуация, а вмешательство его брата, порадовало его ещё больше.
– Виконт Андрос Лерат, с каких пор вы стали графом и смеете отдавать мне приказы? — спросил лорд, специально упомянув титул брата.
До наследования титула графа он был всего лишь виконтом и не мог приказывать никому из вассалов графа. Это могли посчитать мятежом, и наказание за такое было только одно – смерть.
Даже упоминание о мятеже, могло сильно подорвать позиции наследника. В этом мире мятежи дворян не редкость, особенно наследников, которые просто устают ждать, пока их отец состарится, а некоторые со слабой магией могут и вовсе не дождаться такого момента.
– Вы не имеете права задерживать дворян — уже сменив риторику, Андрос снова напомнил ему правила.
Только вот он имел на это полное право, правда, должен был передать барона графу.
К слову, барон всё это время лежал на земле, придавленный ногой Виктора. Он не просто поставил на него ногу, а держал её прямо на его лице и при малейшей попытке сдвинуться с места, лорд давил на него железным ботинком.
– Андрос, я думаю, тебе не стоит в это вмешиваться, как наследнику занимать чью-либо сторону… — напомнил Виктор своему младшему брату – могу я считать это фаворитизмом?
Услышав эти слова, Андрос изменился в лице и был в замешательстве.
Лорд очень многое изучил из памяти прошлого владельца и одна из причин, по которой он никогда не обращался к графу за помощью напрямую, была именно в том, что его отец не допустит фаворитов.
Любое склонение сюзерена к тому или иному вассалу, кем бы он ни был, приведёт к дисбалансу всего графства.
Сюзерен – это своего рода маяк во тьме, на него смотрят и тянутся к нему, но стоит его свету отклониться в чью-либо сторону, как дворяне тут же начнут искать другой источник света.
– Что происходит? — раздался ещё один голос из темноты и следом вышли шесть рыцарей с гербами Шерманин, на правой части латного нагрудника.
– Виконт Балтес арестовал барона Лемье, а также убил его рыцаря, вы должны немедленно взять его под стражу — сообщил Андрос и отдал приказ.
– Виконт Лерат, попрошу вас не забываться, вы не имеете права отдавать приказы страже графа – прозвучал ещё один голос, и он был хорошо знаком Виктору.
Элиан Форест, капитан стражи Шерманин собственной персоны. Теперь Виктор был уверен, что вопрос будет улажен и, кивнув Алганису, дал понять, чтобы тот отозвал солдат.
– Внимание, отступить — послышался приказ, и солдаты начали слаженно снимать щиты и ровными линиями отходить за спину Виктора.
Только теперь все могли увидеть, в какой смущающей позе находился барон.
– Виконт Балтес, следуйте за мной — приказал Форест и развернувшись пошёл в сторону центра лагеря.
Виктор приказал Линее и Алганису, отвести солдата к монаху и попробовать восстановить руку, пока не прошло слишком много времени, это было возможно.
А также приказал убить любого, кто попытается проникнуть в его лагерь и пошёл вслед за полу-эльфом.
Проходя мимо Андроса, он обратил внимание на запястье брата, на котором находился браслет с кристаллами концентрации, который он подарил ему и его матери, в качестве жеста доброй воли.
«По всей видимости, вы не хотите дружить. Как пожелаете, но не вините меня, когда маркиз не будет для меня угрозой, возможно я захочу графство назад».
Злая мысль пробежала в голове Виктора, но на это была причина. Он пошёл этим людям навстречу, а они оттолкнули протянутую в знак дружбы руку.
Лорд никогда не терял надежды в людей и всегда готов протянуть руку первым, но если вам в неё плюют, зачем стараться снова?
Разумеется, он останется собой и будет всегда рад первым пойти навстречу, но в случае такого поведения, как у Андроса, ответит он не лучше.
Его раздражало, что, не разбираясь в ситуации, его младший брат вступился за барона. И даже подумал, что это он натравил на него этого «тупоголового», но это было слишком банально.
Никакой дворянин не послушался бы такого совета или приказа, настолько глупых людей нет даже в этом мире. Да и провоцировать Виктора не было никакой нужды, а сам барон действительно не собирался никого оскорбить, ведь это нормально, покалечить или убить простолюдина, который не знает своего места.
Раздумывая о том, что произошло и что к этому привело, он оказался у палатки графа и смотрел, как Элиан входит внутрь.
– Я привёл твоего наследника — раздался голос полу-эльфа.
Услышав это, Виктор слегка смутился, потому что не мог понять, зачем Форест пытается задеть графа.
– Андрос? Зачем он здесь? — послышался голос графа.
– Ой прости, не маркизёныш, другой твой сын — уточнил Элиан, словно ошибся.
– Виктор, входи — раздался серьёзный голос графа. Судя по всему, он был недоволен шутками своего капитана.
Лорд вошёл в палатку и увидел графа, сидящего за столом у дальней стенки палатки и, как всегда с пером в руке. Виктор вообще редко видел, чтобы этот человек был без пера в руке и даже, когда ему вспоминался отец, всегда возникал именно сидящим за столом и что-то пишущим.
– Что случилось? — спросил граф, глядя на своего сына.
– Он убил рыцаря Лемье и покалечил второго, а также арестовал самого барона — Форест перечислил все «прегрешения» лорда и в комнате раздался треск ломающегося пера.
Виктор смотрел на лицо разгневанного графа и понимал, что похоже на этот раз он перешёл черту. Но с другой стороны, ему было плевать, повторись ситуация, даже зная о последствиях, он бы повторил всё снова, а может, убил бы самого барона.
– Барон напал на моего солдата и отрубил ему руку за то, что тот выполнял свой долг, если мой солдат останется калекой, я буду требовать компенсацию, как за рыцаря — ответил Виктор и смотрел в глаза своего отца, совершенно не боясь его гнева.
Бум! Александр ударил кулаком по столу, от чего тот весь растрескался и накренился из-за сломанной ударом ножки стола.
– Ты обезумел? Как ты себе это представляешь? Как ты смеешь передо мной говорить такие вещи? Ты убил его рыцаря и сделал калекой второго, а теперь собираешься требовать рыцарскую компенсацию, ты хочешь начать войну в графстве?! — Шерманин был поистине зол.
Рыцарская компенсация, это совокупная стоимость того, что было затрачено на его взращивание. Даже если два человека будут на одном уровне, но иметь разный социальный статус. Стоимость их в глазах дворян будет абсолютно разная.
Если они оба пострадают, виновный должен будет компенсировать лишь за официального рыцаря дворян, у Виктора таким был только Алганис, все остальные числились, как солдаты и официального статуса не имели. Даже Алганис был без надела и по факту тут тоже было к чему придраться.
Взращивание – дело непростое, не будь у Виктора системы, ему бы пришлось потратить сотни золотых на эликсиры только на одного рыцаря, а говорить про целый отряд не стоило бы и вовсе.
Разумеется, никто из дворян не станет платить такую компенсацию без решения графа, а Виктор сам, получается уже компенсировал ущерб, полученный от барона тем, что убил рыцаря и покалечил второго.
Но если он будет настаивать, это приведёт к войне между дворянами и это то, чего Шерманин не хотел видеть, его владения и так не в лучшем положении, а война лишь усугубит всё.
– Ты возместишь барону три тысячи золотых в течение года, принесёшь извинения, а также заплатишь штраф в пять тысяч золотых в казну графства — приказал Александр.
Виктор смотрел на своего отца спокойным взглядом. Хоть ему это и не нравилось, но он предполагал такой поворот, просто попытался счастье, так сказать.
– Разумеется, граф, ваша воля — коротко ответил лорд.
– Можешь идти и до отправления, тебе запрещается покидать свой лагерь — добавил Шерманин.
Виктор снова подтвердил, что понял приказ и поклонившись покинул палатку.
Осмотревшись по сторонам, он быстрым шагом пошёл в сторону своего лагеря.
– Слушай, а мне всё больше нравится этот малец — заговорил Элиан, слушая удаляющиеся шаги виконта.
Графу и самому было по нраву такое отношение к солдатам, естественно, он не имел права поступить по-другому, но хорошо понимал своего сына, который заступился за обычного воина, ведь очень скоро им придётся сражаться плечом к плечу и нельзя допустить, чтобы воины разочаровались в своём господине.
