332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Дракмир » Незримое Здесь (СИ) » Текст книги (страница 1)
Незримое Здесь (СИ)
  • Текст добавлен: 7 июля 2021, 13:32

Текст книги "Незримое Здесь (СИ)"


Автор книги: Дракмир






сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 18 страниц)

Дракмир
Незримое Здесь

Глава первая. Перед пропастью поражения

Шелест лезвия ножа по коже звучит равномерно и тихо, сбривая щетину с лица. Нож настолько острый, что оставляет после себя идеально чистую кожу. Кто бы другой опасался бы такой остроты, одно неверное движение и можно самому себе вскрыть глотку как молодому поросенку.

Бриться посреди леса, забавное ощущение, мирное даже. Передо мной высокая береза, такая старая, что кора тонкими полосками слоится со ствола, образуя кудрявые косички. Если поднести спичку, то дерево вспыхнет не хуже пересохшей прошлогодней елки, оставшейся с Нового Года.

В ствол вбит еще один нож, а на нем под ветерком покачивается на веревочке корявое зеркальце, мутноватое и со сколами по краям. Я нашел его в лесу, и вот пригодилось.

Даже в мутном отражении видны темные глаза, немного усталые, но блестящие неукротимой решимостью. Я проверил щеки, все ли сбрил, сложил ножик и положил в карман. Улыбнулся отражению, и оно ответило вымученной ухмылкой мужчины, которому давно на все насрать и это стало в кайф.

Прежде красивое лицо, гордость можно сказать, превратилось в острую, скуластую рожу, полную белых ниток шрамов, куда не взгляни. Лень их залечивать каждый раз, а на внешний вид давно плевать. Я и бреюсь только по привычке. Покрутил башкой, разглядывая хмурое лицо. Черные брови вразлет, не раз сломанный нос, упрямый подбородок. Я как-то видел старую змею в зоопарке, что кидалась на стекло каждый раз, как мимо проходил человек. Напоминает меня сейчас.

Причесал пальцами лохматые темные волосы, что недели не знали расчески. Пальцы коснулись шеи, а в зеркальце на коже вспыхнули странные знаки, мистические и таинственные, опаляют пальцы и кожу на шее. Знаки сложились в руны, а те в круги, похожие на печати, которыми клеймят скот.

Справа белым светит Сигил Небес, а слева темной зеленью Сигил Бездны. Я так к ним привык, что уже не чувствую боли. Хотя бывает так зудят, что счесываю кожу до крови, но все равно остаются неприкосновенными, как и в тот день, когда меня поймали сначала Ангелы, а стоило сбежать как и Демоны. Схватил по метке с каждой стороны. Очень херовый был денек, паршивей некуда. Сколько уже времени эти Сигилы пылают по ночам, мучая во снах?

– Почти четыре гребанных года…

Я поднял голову, и увидел все то же, что видят люди на Земле недобрые пять лет. Сияющие синевой Небеса с белыми, прекрасными облаками. Этот вид не меняется, ни днем ни ночью, теперь весьма условной, даже когда заходит Солнце, всегда над головами людей теперь такие красивые, сияющие собственным светом, Небеса.

А в противовес им, везде на планете гниют гигантские воронки из темноты, крови и гноя, пожирая земли и моря, города, поля и леса, будто ненасытные чудовища. Такая вот теперь Земля-Матушка, в разгаре Цикла очередной битвы Небес и Бездны.

Это еще не Конец Света, отнюдь. Есть еще целые людские города, есть еще армии, что каждый день отдают жизни за простых людей. Где-то там сейчас каждую минуту исчезают в битве десятки тысяч жизней, льется кровь, алая, черная и белая. Они воюют, но уже без меня.

– М-м-м! – мычат за спиной.

Я обернулся. Над землей висят связанные два существа, веревки впиваются в тела глубоко и сильно, не давая и пальцем шевельнуть. А под ними валяются оторванные крылья, уже погасшие ангельские и без миазмов тьмы демонические.

Ангел и Демон одинаково яростно смотрят на меня, пытаясь перегрызть веревки и мыча. Какие они разные, идеально красивый мужчина в сияющих золотом доспехах и белоснежной тоге, и отвратительно обольстительный парень с рогами из висков и в архаичной броне с шипами, ржавыми будто от крови. В наше время уже не найдешь дуру, что втюрилась бы в эти алые глазенки демона, как в первые дни. Атмосферка популярности демонятины как зажглась среди молодежи, так и исчезла, по большей части в утробах этих самых демонов.

Не найдешь теперь и фанатиков, что поклонились бы существу, озаренному Светом. Эти твари ни имеют ничего общего с существами из легенд и священных писаний. Для людей все они Зло в чистом виде, давящие род человеческий, будто тараканов на собственной кухне.

Я подошел к демону, похлопал по щеке, давая ему сполна вкусить презрения от человека.

– М-м! – яростно заворочался пленник.

– Не мычи, – улыбнулся я в красные глазенки. – Думать мешаешь.

Я потянулся рукой к рогу, черному и сверкающему, к гордости демонической расы. Хрясь! С диким воплем пленника рог был вырван, оторван, едва ли не с частью черепа. Демон бьется в путах, визжа от боли и унижения.

Рог улетел в траву, я брезгливо вытер пальцы о тогу ангела, что покачивается рядом. Этот хоть молчит, но в пылающих глазницах столько ненависти, что на десятерых демонов бы хватило.

Еще бы он не ярился, Архангел проиграл и пленен Человеком, какой позор, хе-хе.

– Чего так зыришь, падаль? – я харкнул прямо в глаз ангелу.

Тот попытался гордо поднять голову, но я ему тыкнул пальцем прямо в не заплеванный глаз.

– Гха-р-р-м!

– Как орут, как воют, – посмеялся я, хлопнул в ладоши пару раз. – Симфония для меня одного. Заткнитесь нахер!

Резко ударил под дых ангелу, а демону с ноги в брюхо дал так, что чуть глазенки не выпали.

– Твари, – едва держусь, чтобы не убить прямо сейчас. – Как же я вас ненавижу! Суки, ненавижу!

Все же не удержался, дал по роже обоим, спуская пар. А Сигилам на моей шее такое обращение не нравится, запахло паленой кожей.

– С-сука, – шиплю, отходя от избитых пленников и держась за шею.

В животе заурчало, напоминая, что я не ел уже черт знает сколько. На мою радость у ангела и сумка при себе была, с полезными вещичками и жратвой с Небес. Людям, даже самым чокнутым, ни за что не придет в голову есть демоническую жрачку, но вот ангельскую за милую душу.

Бутылка из светлой глины, древняя даже на вид, несколько хлебцов, с которых вместо крошек слетают искорки, кучка фруктов золотого цвета. На вкус как вкуснейшие в мире персики, хлеб правда безвкусный, зато винишко крылатые гнать умеют, закачаешься.

Устрою себе маленький пир, пока время есть. Часов пять есть, пока меня не найдут. Этого достаточно.

* * *

Меланхолично жую хлебцы, не замечая, как искорки слетают с них от каждого укуса и щекочут нос. Глоток вина с характерным звуком булька из бутыли, и снова звук по лесу хрум-хрум. Прямо на виду у наверняка голодных пленников.

Вспышка злости прошла, исчезла, подернувшись привычным пеплом безразличия ко всему. За время скитания в одиночестве я стал напоминать мудрого отшельника, далекого ото всех тревог этого мира. Все тлен и пыль, проходящее и исчезающее в потоке времени… и все такое. Мысли, которые смешны, если их высказать вслух, обретают глубокую мудрость, понятые и осознанные до конца, про себя.

Когда-то, еще учась и будучи наглым пареньком, я не стеснялся смеяться над стареньким профессором, что гордо заявлял что Философия – царица наук. То же самое можно было услышать от любого преподавателя, любящего свой предмет. Дурак был, каюсь, но что толку. В коротких абзацах строк прошлых поколений заключен смысл самой жизни, но понять его по силам явно не пацанам вроде меня в те годы.

Что же, времена меняются, и люди тоже. Раньше я бы блевал на километр от вида чужих потрохов или трясло от страха при странных звуках в ночном лесу или в доме. Смешной я был парень, обычный и простой в своих желаниях. Сейчас же все иначе…

– Гр-р-р! – качается на ветке демон.

– Снова пытаешься разорвать веревки? – удостоил взглядом шумящего пленника. – Ну, пробуй, пробуй.

Яростный взгляд в ответ, даже потешный, из-за отсутствия одного рога. Демон завозился еще пуще прежнего, аж дерево слегка качается. Может, и разорвет. Только смысл? Я же опять его по ноздри в земли вобью. Ангел это понимает, висит себе смирно, грустно на оторванные крылья на земле взирает. Прямо воплощение печали, бедняжка, утю-утю, хе-хе-хе.

Над головой чирикнула птичка, тут же исчезнув в кронах деревьев тихим шорохом крыльев и листьев. Если напрягусь, почувствую вокруг тысячи огоньков жизни, от мелких зверьков до бесчисленных насекомых, учую огромную подземную сеть деревьев, переливающуюся паутиной корней. Не смотря на все, что обрушивается на планету, здесь все еще упорно пробивается жизнь.

Да, тепло еще, хорошо в конец лета. Зимой на просторах Сибири даже мне выживать было бы проблематично. Поел, связал тесемки на сумке, припасов там еще хватает, заберу с собой.

Вытащил нож из кобуры на поясе, обтер сверкающее в свете Небес лезвие о потертый рукав. Улыбнулся пленникам. Пора делать то, ради чего я вообще мучился и ловил этих гадов живьем.

– Ну-с, господа иномирные уроды, начнем.

На них это никак не подействовало, что меня не удивляет. Они почти не боятся пыток и боли, и уж тем более смерти, за редкими исключениями. Их трудно убить окончательно, возродятся, суки.

Радует, что не сразу, а спустя много-много лет. Это если мрут не от рук друг друга, там уж окончательный кирдык крылатым любой стороны. А вот на смерть от рук людей им вообще чхать. Да и, если честно, в прямом бою единицы из всех людей на Земле могут похвастать таким достижением, как окончательно прикончить посланцев Бездны или Небес.

Обычных людей. Но, я ведь не обычный человек, а у любого правила есть исключения. И я как раз одно из них.

Спустя полчаса не очень приятной работы я щурюсь на солнышке на берегу ручья. Одежда плескается в воде, отмываясь от неприятного запаха демонической крови. Пришлось измазаться в этой черной мерзости, чтобы правильно достать из Архангела очень важную штуку…

Подбросил на ладони небольшой шарик, похожий на крупную жемчужину. Сверкает сильно, аж глаза слепит, Светом переливается изнутри. Особый орган, что покоился прямо в одном из двух сердец Архангела. Да, пришлось попарить мозги планами и весьма осторожно сражаться, чтобы взять сходу Архангела и Высшего Демона живьем. Но что уж тут поделать, мне был нужен демон, чтобы с помощью его крови ковыряться в полу материальной тушке Архангела. Только у них такие шарики есть.

И во всем нашем чертовом мире только я знаю об этом, я один и больше ни единая живая душа. Кто еще одолевал Архангелов в ближнем бою Клинком Эн, потроша как свиней? Других не знаю.

И только я смог найти способ эту вещь правильно достать. Ну, надеюсь на это. Маленькая круглая хрень… И в то же время мой шанс пережить этот Цикл.

Сосредоточение силы существа иного порядка, много выше обычных Ангелов и уж тем более смертных людей. Особый орган с прорвой энергии Небес и как подозреваю, частью души. Если пронзить второе сердце вместе с этим шариком, враг сразу дохнет, взрываясь круче, чем огромный фейерверк.

Как они образуются, как называются, что это вообще такое, я не знаю. Но мне и не надо, не ученый. Все что мне надо, это как раз эта куча дармовой силы ангела, желательно в компактном варианте.

Нашел, добыл, красавчик. Я уже привык не мучиться сложными заумными вещами, как пытался на заре обретения силой. Теперь, скорее превращаю для себя сложные вещи в простые, как в делах, так и в мыслях. Когда я стал так мыслить, уже не помню точно, но верю, что в груди аж полегчало, а в башке прояснилось.

Тяжелая жизнь научила парочке вещей.

Не нужно строить из себя умника, если ты тупой. И не надо пытаться влезать с экспертным мнением, если на самом деле знаний нахватал со статей из интернета. Просто надо принимать свое незнание и быть самим собой.

И выживать вдруг становится проще, и как-то сами собой нужные знания появляются, когда своей башкой думать начинаешь, смекалку используешь, а не слушаешь всех вокруг. От начальников и коллег до Виртуального Интеллекта.

Полагаться на себя и не стесняться собственного незнания, строить свою точку зрения, постоянно улучшаться самому и гордится этим. Этому я научился за время скитаний в одиночестве. Простые умозаключения, но в них и кроется настоящая сложность.

– Опять мысли разбежались, – тру пальцами переносицу. – А тот психолог на базе говорил, лечиться надо… С чего я вообще о нем вспомнил?

Показалось, что видел кого-то за деревьями. Вскочил на ноги, крикнул осторожно:

– Есть там кто?!

Когда ответом стала лишь тишина и звук ручья, я лишь пожал плечами. В чувствах Эн никого крупного вроде человека или кого пострашнее не появилось, чего вскочил?

Пригляделся, всего лишь тень на дереве колыхнулась. Опять неловкая ситуация выдалась… Сел обратно, тут же забыв об этом. Немного мании преследования, только и всего. Пока я это сознаю, все хорошо. Привык.

Плескаю ноги в ручье, поднимая брызги, как ребенок, стесняться-то некого, и размышляю. Рискнуть или не стоит? Этот вопрос занимает голову уже долгое время, со времен, как только догадка появилась в неугомонной голове.

– Ух, епт! – рука рванулась за чуть не уплывшей футболкой, вернула на место.

Скоро на меня снова выйдет одна из сторон, а я уже так задолбался убегать и сражаться, что тошнит от такой жизни. Не лучше бы все-таки рискнуть? Если сдохну, так уж тому и быть, зато это закончится. Все равно не жизнь, а догонялки и игра в вечную жертву в моем лице!

Я хоть и бывший актер по профессии, но все-таки такую роль играть до смерти не хочется. Да и не помню, как быть настоящим актером, если честно. До сих пор после того случая с провалом на глубины Незримого в озере аукается, утерянные воспоминания по кусочкам собираю. Рад, что хоть дебилом не остался. Ну и пальцы на руках черные, как в нефти поковырялся, но тоже привык.

Ладно, хватит вещам там бултыхаться. Трупы пусть валяются, еще не хватало врагам похороны устраивать, пора валить отсюда. Подумаю в пути, как и всегда. Пара хитростей с Эн помогут запечатать Сигилы, это ослабит меня, но смогу скрыться еще на несколько дней. Как раз хватит времени на решение.

А там или решусь, или выкину это хрень круглую в ближайшие кусты. Полюбовался свечением в шарике, бросил в сумку, отжатую у ангела. Пора доставать одежду из ручья.

– Сука, – разочарованный выдох под мерный плеск воды. – Носок куда-то уплыл.

* * *

Спустя пару дней, в дебрях Сибирского бездорожья.

Я стою, скрываясь за широким деревом, и думаю, идти ли туда или обогнуть? Высунул голову, окинул быстрым взглядом мелкое поселение из десятка свежих бревенчатых домов. Деревня выживальщиков, как я их называю. Не всем хватает храбрости взять ответственность за свою жизнь и уйти из защищенных городов.

Но если такие ребята собираются вместе, то появляются вот такие скрытые поселки в глухих местах без дорог и не нанесенные на карты. Не сказать, что они делают верный выбор, за время скитаний мне не раз попадались опустошенные деревни выживальщиков. Если не Демоны и Ангелы, так какая-нибудь тварь Незримого сожрет. Простым людям нелегко жить в новом мире, полном опасностей.

Я коснулся шеи, там, где сейчас начинает покалывать кожу рунами Сигилов. Скоро я не смогу сдерживать их дальше и по мою душу снова явятся. Но еще на день другой меня должно хватить.

Скинул небольшой рюкзак со спины, покопался в своем небогатом барахле, достал тонкий потрепанный шарф черного цвета. В таких раньше разгуливали по зиме модники, накидывая поверх длинного пальто. Пальто у меня нет, но мне и не надо. Нужно только чем-нибудь шею прикрыть.

Людей с метками не любят, очень не любят и считают предателями. И не важно, по своей воле метку схватил или нет. Все равно ведь в конце станет одним из тех, кто сейчас уничтожает человеческую цивилизацию.

Я накинул рюкзак обратно, поправил лямки на груди и пошел в сторону новой деревушки. Ожидаю окрика или сходу пулю в лоб, но ничего. Подозрительно тихо. Неужели тоже одна из уничтоженных? Или просто все ушли, на охоту там, или ягодки собирать.

Прохожу меж низких домиков, еще могущих похвастаться свежестью сруба и зеленью дерна со мхом на крышах. Не чувствую людей в этих домах. Хотя… вроде там кто-то есть!

– Эй, там! – шагаю в сторону самого крупного дома, смахивающего на нормальную русскую избу. – Я чувствую тебя за углом, выходи.

Простоял добрую минуту, но кто бы там не прятался, выходить не собирается. Вздохнул, ладно я не гордый, сам подойду. Стоило только приблизиться к углу, как резко показался человек.

Он выскочил довольно плавным движением, сходу наставив мне в лицо дула старой двустволки. Суровое лицо мужика с морщинками в уголках черных глаз, неухоженная борода курчавится до широкой груди. Внушительный мужик, таких с медведями сравнивают, только ростом не вышел, чуть ниже меня. Только я рот открыл, как палец дернулся на курке. Будух!

Он долбанул мне дуплетом прямо в лицо! И застыл, открыл рот от удивления, потому что все дробинки застыли в воздухе. Ну, это он так наверно думает, на самом деле в широком полотне из сгущенной Эн. Повисели еще секунду и упали в траву, нам под ноги.

Я полез за помятой пачкой сигарет в карман на груди, вытянул сигаретку, спокойно закурил. А мужик тем временем не теряет и секунды, преломил двустволку, полез за патронами в карман засаленной кожаной куртки.

– А ты приветливый мужик, да?

– Нечисть поганая! – рявкнул вдруг бородач. – Ща я тебе в хлебало как серебром дам, посмотрим, как запоешь!

Я и затянуться еще раз не успел, как щелкнула двустволка, заряженная новыми патронами. Два широких дула смотрят прямо мне в лоб. Палец мужика плавно сжимает курок. Будух!

Ситуация повторилась, серебряные дробинки упали в траву. Запах пороха неприятно дразнит нос, в ушах пищит.

– Сам ты нечисть, – поковырял я пальцем в ухе. – Человек я, балбес ты чокнутый.

Мужик уронил из рук оружие, сложил руки замком и совершил одну из самых неожидаемых мной вещей. Он взмолился.

– Господь всемогущий, сохрани душу раба твоего…

Я честно дослушал самодельную молитву, бросил окурок в траву, затоптал. А тот завелся причитать, что-то про бедную Машеньку доченьку… Ой хитрюга, Оскара давать пора.

– Играешь ты прикольно, но не для меня. Куда людей дел, зверюга?

Тот заткнулся, руки заламывать перестал. Из глаз исчез страх, да и вместо черных на меня уставились желтые, звериные глаза.

– Не прокатило, – спокойно вздохнул оборотень. – Так ты из этих?

– Люди где? – повторил я вопрос, слегка освобождая силу вовне.

Мужик передернулся, будто наждачкой по спине провели.

– Не знаю! Я в лесу обитал, и поглядывал на них, жил тут иногда, как путник, учился, слушал! А потом они все исчезли, я не причем, клянусь! Не знаю, куда.

– То есть, если я зайду в дом, – тыкнул я пальцев в стену. – То не увижу там костей со следами зубов? Твоих зубов.

Оборотень замотал головой так сильно, что волосы на голове растрепались в забавные колтуны. И не врет ведь, что странно. Неужели пока за людьми наблюдал, привязался? Не редкость, что существа Незримого мира не трогают людей, если их не провоцировать, но все же оборотень не жрущий людей это что-то для меня новенькое.

Это не то существо, каким его описывают легенды. Не человек-волк, а оборотень в более полном смысле. Превращается в большинство живых существ, быстро адаптируется, и разумен весьма. В городах не появлялись, я о таких только в отчетах Отдела Мастеров Духа читал, пока еще возглавлял ту шарашку. Удивительное существо…

Но видал я и куда более странных тварей. Я достал последнюю сигарету, выбросил пачку, закурил. Не то чтобы у меня зависимость осталась, просто захотелось вдруг покурить. Неделями я эти две оставшиеся сигаретки не трогал, и вот сходу добил.

– У тебя пожрать осталось чего? Из людской пищи?

– А если отдам, не тронешь меня? – угрюмо уставился оборотень. – Я слышал от людей про вас, Мастеров Духа. Вы убиваете нас.

– Далеко не всегда, не везде, и не каждого, – немного подумав, я добавляю: – Даже если бы ты всех тут сожрал, не факт что я бы тебя грохнул. Я уже давно не делю людей и духов на разные стороны…

И это чистая правда. За годы Цикла я видел разное. Видел людей, что не стесняются пожирать себе подобных, видел существ Незримого, что скрытно пытались помочь людям в их войне. Черт, да я даже видел любовные пары человека и духа!

Все эти мифические существа не очень-то и отличаются от людей, как минимум своим разнообразием личностей и поступков. Истинный враг всего живого на Земле это Ангелы и Демоны, и никакая грызня между видами на самой планете этого не изменит. Докурил, бросил второй окурок под ноги.

– Есть мы, существа этой планеты, – тыкнул пальцем вверх, где сияют синевой Небеса. – А есть они. Мне всего лишь надо немного еды и хотя бы ночь в цивилизации провести. Ну, так что, драться будем или дружить?

Оборотень пригляделся ко мне, втянул широкими ноздрями воздух и резко кивнул.

– Дружить.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю