Текст книги "Слово демона (СИ)"

Автор книги: chate

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 8 страниц)

Весь вечер и первую половину ночи я бродил по городу, пытаясь отыскать работу, чтобы можно было поесть и поспать в каком-нибудь уголке, однако отовсюду меня гнали. Направляясь прочь с последнего постоялого двора, я чувствовал себя таким уставшим, что готов был спать на земле прямо под забором, но тут какой-то поздний путник въехал во двор, чуть не сбив меня с ног, а соскочив с коня, кинул мне его поводья.

– Выходи, почисти и покорми, да смотри водой не пои, пока не остынет.

Сказал и забежал в дом, а я, поколебавшись, повел тяжело дышащую лошадь на конюшню. Там меня встретил зевающий мужик, забравший повод и бросивший на меня подозрительный взгляд. Он ничего не сказал, видимо, приняв за слугу того господина, так что я, немного покрутившись рядом, быстро шмыгнул на сеновал, где и провел ночь, пока утром не был изгнан оттуда все тем же конюхом.

И снова я бродил по городу, заглядывая во все лавки и большие дома без разбору. Я умел шить одежду и обувь, плести корзины, готовить, убирать, ухаживать за животными, ну и всякие мелочи по хозяйству делать, все-таки в монастыре рос, а не в богатом доме белоручкой, но никому здесь помощники были не нужны. А может, мой вид им не нравился? Как бы то ни было, но полдень я встретил, бредя по улице, с голодным урчанием в животе и без всякой надежды на обед.

Заманчивый запах заставил меня заглянуть в булочную в тщетной попытке найти хоть какую-нибудь работу. Но стоило мне заикнуться о том, зачем я тут оказался, как хозяйка начала кричать, требуя, чтобы я убирался. И я бы ушел, честно, но тут появился паренек, вынесший в лавку целую гору пирожков на большом подносе. Ставя поднос на прилавок, он неловко пошатнулся, и один пирожок, кстати, немного подгоревший, упал с подноса на пол. Я машинально наклонился, чтобы поднять его, даже не думая о краже, но тут хозяйка заверещала пуще прежнего:

– Держи вора!

Дальше все получилось само собой. Так и не выпустив злосчастного пирожка из рук, я бросился бежать, только далеко уйти мне не удалось. Из соседних лавок повыскакивали люди, меня сбили с ног, потоптали этими же ногами, раздавив злосчастный пирожок и чуть не переломав мне ребра. Потом «добрые» горожане меня оттащили на площадь, где какой-то усатый мужик с цепью на груди зачитал указ о наказании воров, и заковали в колодки, стоявшие тут же на площади у помоста.

Оказалось, что в этом городе не сажали воров в тюрьму и не отрубали им руки, как бывало в старину, их просто продавали в базарный день любому желающему, а деньги за продажу воришки шли в казну города. Вот я и стоял теперь, вспоминая свою недолгую жизнь и то, как докатился до звания «вор».

По сути, я никогда не был свободным человеком, с малолетства работая на монастырь, так что стать чьей-то собственностью – не такая уж сильная перемена в моей жизни. И все бы ничего, слугу или раба хозяин наверняка покормит, да и место для сна выделит под крышей, все лучше, чем голод и неопределенность, но базарный день должен был начаться только завтра, а колодки были страшно неудобными. Мне приходилось стоять, согнувшись, так что вскоре спина начала зверски болеть от неудобной позы. Встать на колени я тоже не мог, потому что это орудие пытки находилось слишком высоко над землей, так что я скорее удавился бы, чем получил облегчение. Кроме того, ко мне подходили разные люди, мужчины и женщины, щупали руки, спину, ноги, некоторые даже трогали зад, отпуская при этом пошлые шутки, а один урод меня ущипнул за яички, так что я даже взвизгнул от боли и неожиданности, а он пошел дальше, смеясь.

Солнце медленно опускалось за дома, на площади становилось все темнее, а мое тело болело уже так, что я начал бояться за свое здоровье. Хотя если податься немного вперед, то можно было слегка присесть, разгружая спину, зато через несколько минут у меня начинали болеть ноги. Я крепился, сколько мог, и снова возвращался в прежнюю позицию, пока боль в спине не заставляла меня вновь менять положение тела.

– А ты неплохо смотришься, – знакомый голос заставил меня вздрогнуть и взглянуть на стоящего передо мной демона. Как ни странно, но идущие через площадь люди не обращали никакого внимания на него, хотя демон стоял на освещенном луной месте. Странно.

– Почему люди тебя не боятся?

Демон как-то странно фыркнул и начал помахивать хвостом из стороны в сторону, словно кот.

– И это все, что тебя волнует?

– Нет. Еще у меня страшно болит спина, но тут ты мне вряд ли поможешь, – я переступил с ноги на ногу, решая, присесть сейчас или постоять еще минутку, а демон начал смеяться.

– Все-таки ты неподражаем, – говорит он, тряхнув головой. – Люди меня не видят, потому и не боятся. А ты видишь, но все равно не боишься. Почему?

– Потому что бойся – не бойся, а ты все равно свернешь мне шею, когда посчитаешь нужным. Ведь я уже отдал тебе свою душу, когда освобождал, так чего бояться? Умереть я могу только один раз.

– Хм, все верно, и все же странно. Но я не за тем пришел. Хочешь уйти отсюда?

– Хочу. А что я тебе за это буду должен? Душу я тебе и так отдал, а больше у меня ничего нет.

– Ну, не совсем. У тебя еще есть тело, – говорит, а сам так усмехается, демонстрируя мне острые клыки, что я понимаю его слова вполне однозначно:

– Ты хочешь меня съесть? – как ни стыдно мне признаваться, но на последних словах голос мой дрогнул, выдавая испуг.

– О нет, еда – это так банально. К тому же я сыт, а если бы и захотел употребить тебя на ужин, то уж точно не стал бы спрашивать твое мнение на этот счет.

– Чего же тогда ты хочешь?

– Ты поступишь ко мне на службу на год. Будешь беспрекословно выполнять то, что я тебе прикажу, даже если мои просьбы покажутся тебе странными или страшными.

Я все-таки присел немного, давая отдых спине, да и голову в таком положении легче запрокидывать, чтобы на демона смотреть. А глаза-то у него как светятся красным, прямо жуть.

– А почему ты меня сразу из монастыря не забрал, раз тебе такой слуга нужен?

Вот спрашивается, чего я время тянул? Соглашался бы уже, и все, так нет, на разговоры меня понесло.

– В том-то и дело, что тогда ты думал совершенно не о службе, а мне нужно твое полное и добровольное согласие.

Ох, кто бы мне сказал, почему предложение демона имеет какой-то неприятный душок? Он явно что-то недоговаривает, но мог ли я потребовать от него ответа?

– А в чем подвох?

– В том, что ты будешь моим личным слугой, и если я скажу «прыгай», ты будешь прыгать, пока я не скажу «хватит» или пока ты не умрешь.

Ох, веселенькая перспектива.

– А если я не соглашусь?

Ну, должен же я узнать, какова альтернатива.

– Тогда останешься здесь до утра, потом тебя купит какой-нибудь богатый извращенец, и ты испробуешь на себе то, от чего сбежал, покинув монастырь.

– А ты мне ЭТО, значит, предлагать не будешь?

Казалось, надежда звучала в моем голосе так явно, что скрывать ее уже бесполезно.

– Вот этого я тебе обещать не могу. Так каково твое решение?

Взвесив все «за» и «против», я все-таки согласился уйти с демоном, только…

– А моя служба точно продлится год, и потом ты меня отпустишь? Клянешься?

– Что-о-о? – демон даже крылья распахнул, поразившись моей наглости, а хвост задергался в два раза чаще. – А ты не слишком обнаглел, человечек? Какие клятвы? Твоя жизнь и так принадлежит мне.

Ну вот. Теперь он рычит, зло скалится, да и глаза горят ярче луны.

– Принадлежит, я не спорю, но хотелось бы какой-нибудь определенности.

За наглость мне не раз попадало в монастыре, но ничему так и не научило.

– Определенности, значит? – хвост демона так и дергается, привлекая к себе мое внимание. Невольно захотелось изловить его и пощупать. Даже ладони зачесались, честное слово. – Один год. А там видно будет.

Я так увлекся хвостом, что не сразу понял, о чем он говорит, когда же до меня дошло… Н-да, «посмотрим», определенностью тут явно не пахнет, но выхода у меня нет, в этом демон совершенно прав.

– Ладно. Согласен. Я твой на год.

Рыкнув, он взмахнул крыльями и словно засветился изнутри. Тут же рядом послышался истерический крик: «Демон! Спасайтесь!», после чего демон рванул верхнюю часть колодок одной рукой, и они разлетелись, как будто были сделаны из бумаги. Я чуть не рухнул на землю, попытавшись выпрямиться, настолько затекло все тело, но демон подхватил меня на руки, и мы словно провалились в колодец. Почему в колодец? Потому что вокруг вдруг стало темно и холодно, а в следующее мгновение мы оказались в воздухе над скалами.

Холодный ветер моментально пробрал меня до костей.

– А я думал, что в аду жарко, – выдавил я из себя, с трудом сдерживаясь, чтобы не застучать зубами.

– Вечно вы, люди, всякую ерунду выдумываете, – рассмеялся демон, устремляясь к одной из скал, при ближайшем рассмотрении оказавшейся домом, вернее, дворцом.

Этот дворец словно вырастал из горы, и если бы не окна, я бы подумал, что мы сейчас влетим прямо в скалу. И самое главное, что такие дворцы, разве что поменьше, виднелись слева и справа, а между ними тянулись какие-то веревки, при ближайшем рассмотрении оказавшиеся подвесными мостами. Когда я оглянулся, то увидел еще одно подобное сооружение за нашими спинами, на этот раз значительно большего размера, да и камни, из которого оно было сложено, отличались от всех остальных своей чернотой и золотыми прожилками. Решив, что это дом главного демона, я вновь переключил свое внимание на поселение. Город заставил меня позабыть о холоде и усиленно крутить головой, разглядывая провисающие над замками-горами тоненькие изящные мостики и причудливой формы стены и башни, вырастающие из скал. Никогда о подобном не читал и не слышал. Хорошо демоны устроились в своем аду.

Как только мы оказались возле огромного окна, оно отворилось, и демон влетел в большой зал. Мягко опустившись, он поставил меня на пол и даже поддержал под локоть, не давая мне упасть, когда ноги подогнулись, не желая держать хозяйское тело вертикально.

– Это мой дом. Позже я покажу тебе здесь все, а еще познакомлю с отцом, а сейчас следуй за мной.

И я пошел. Коридоры в замке были освещены лампами, дающими тусклый слегка желтоватый свет. Что меня сразу поразило – это полы в коридорах, устланные мягкими коврами, скрадывающими наши шаги. В монастыре был только один ковер, в комнате отца-настоятеля. Я там был всего один раз, но ковер запомнил, даже пощупал его, пока настоятель писал что-то, не глядя на меня. Эти же выглядели намного лучше. Пушистее. Мне было жаль идти по ним в сандалиях, так что я хотел разуться, но, взглянув на демона, вернее, на его сапоги, передумал. Демоны, наверное, очень богато живут, раз устилают коврами коридоры.

Стены замка напоминали пещеры своими неровностями, и выступающими повсеместно камнями, и потолком, нависающим над головой этакими неровными сосульками. Присмотревшись внимательнее к одной из таких на потолке, я чуть не закричал, потому что это оказался не камень, а спящая летучая мышь.

Я только один раз сталкивался с этой гадостью, когда отрабатывал повинность и собирал со старшими братьями соль в покрытых лесами старых пещерах, расположенных в нескольких часах пути от монастыря. Это был первый раз, когда я покинул стены монастыря, так что запомнился он мне навсегда, как и неприятное ощущение при встрече с ночными летучими зверьками. Не знаю, чем питаются летучие мыши, но когда они с противным писком слетели с потолка, испуганные светом факелов, одна из них вцепилась мне в волосы, перепугав едва не до смерти. Старшие монахи тогда смеялись надо мной, а у меня до сих пор поджилки тряслись, стоит только вспомнить все произошедшее.

Невольно вздрогнув, я догнал демона и дальше шел, стараясь держаться к нему как можно ближе, искоса поглядывая на «потолочные украшения». Вскоре мы оказались возле лестницы, и демон повел меня вниз по длинной спиральной лестнице. И снова был лабиринт из коридоров, но уже без ковров и летучих мышей, так что шаги гулко отражались от стен и потолка, рождая странное многоголосое эхо. Светильники тут были такими же, как и наверху, только располагались они на большем расстоянии, так что в сочетании со звуками впечатление создавалось несколько пугающее, можно даже сказать – зловещее, особенно если вспомнить, где и с кем я нахожусь.

И снова была лестница, спустившись по которой, я понял, что демон вел меня в подвал. Поначалу я, честно говоря, испугался, потому как в подвалах монастыря ничего, кроме камер для провинившихся, не было, но демону удалось меня удивить. Отворив большую двустворчатую дверь, он шагнул в большую, даже скорее огромную пещеру.

– Это купальни, – голос демона зазвучал гулко и очень громко. Такое же эхо можно было услышать в центральном храме монастыря, где проводились большие праздничные службы. Из-за этого воспоминания я вошел следом за демоном, не глядя под ноги, а задрав голову вверх, ожидая увидеть над головой большой купол, однако здесь был такой же потолок, как и в остальном замке, разве что намного выше. А еще тут немного странно пахло, словно серой, и пар стоял, как в банях, когда на раскаленные камни выливают воду.

Сделав несколько шагов вперед с все так же задранной вверх головой, я был остановлен резким рывком за руку и словами:

– Под ноги смотри для разнообразия.

Пришлось вспомнить, где я нахожусь, и опустить взгляд вниз, невольно вздрогнув. Пол в пещере почти отсутствовал. Почему почти? Потому что назвать это полом было невозможно. Это были проходы шириной метра в два-три, петляющие между огромными бассейнами с дымящейся водой. Мне сразу же вспомнились рассказы монахов о котлах, в которых варились грешники, но, приглядевшись внимательнее, я никого в воде не увидел.

– А где… все? – спросил я, оглядывая странное подземелье.

– А кого ты еще хотел бы увидеть в моих купальнях? Слуги и рабы приходят только на зов, чтобы не нарушать уединение своего господина. Гостей у меня сейчас нет и в ближайшие пару месяцев, а может, и дольше, не будет. Скидывай свои тряпки, поможешь мне вымыться, а то я весь провонял вашими… отходами, да и ты пахнешь не лучше.

Говоря это, демон скинул с себя сапоги, расстегнул ремень и снял брюки. Оказавшись голым, он повернулся спиной ко мне, прошел к кромке бассейна и медленно опустился в него, постанывая, словно от удовольствия, но я не рискнул сразу выполнить приказ демона. Приблизившись к воде, я присел на корточки и осторожно потрогал воду. Она оказалась не такой уж горячей, как я опасался, хотя температура ее была намного выше той, к которой я привык, совершая утренние омовения в монастыре. Немного поколебавшись, я все-таки рискнул испробовать демоническую ванну на себе. Скинув одежду, я начал медленно опускаться в горячую воду, чувствуя себя грешником, добровольно залезающим в чан с кипятком. Хотя именно им я и был. Продал душу демону, да еще и на службу к нему записался, пусть и на год всего, но ведь это демон, нечистый, враг Господа Бога, нашего покровителя и создателя. Вот только снявши голову, по волосам не плачут, а я уже погряз во грехе дальше некуда, так что все кары, что обрушатся на меня и мою душу, вполне заслуженны и закономерны.

– Так и будешь стоять столбом? – голос демона заставил меня вздрогнуть. – Не бойся, живьем не сваришься. Вода хоть и горячая, но для человечков вполне терпимая. Иди сюда и потри мне спину.

Горячая вода доходила мне почти до груди, горячим и влажным воздухом было немного тяжело дышать, да и серный запах не доставлял удовольствия, но это все было не столь уж неприятно, как я опасался, хотя кожу немного пекло и пощипывало. Сделав несколько шагов к демону, я остановился за его спиной, не зная, как и чем надо тереть его спину. Правильно поняв мое замешательство, демон кивнул направо:

– Над водой маленький бортик, на нем мочалки, щетки и мыло во флаконах. Возьми щетку с ручкой, нанеси на нее мыло из синей бутылочки, а потом приступай к работе.

========== Глава 4 ==========

Ррогокринторис Тилирродиносистор Гартиртонсиэйр (Рогор).

Человек оказался забавным, в этом я не ошибся. Это немного странно, что он не боится меня, но в то же время приятно. Вечно трясущиеся от страха люди ужасно раздражают, поэтому я предпочитаю видеть в своем доме слуг-низших демонов, а не рабов-людей, хотя последние неплохо смотрятся в «цветнике». Да и в купальнях они хороши, а не только на ложе.

Разворачиваю крылья и поворачиваюсь то левым боком, то правым, чтобы человечек и там мог поскрести щеткой как следует. Все-таки когда за тобой ухаживают – это приятно, а я так соскучился по горячим ваннам. В том проклятом монастыре люди и сами мылись крайне редко, судя по исходящим от них запахам, так еще и мне помыться не давали, так что теперь я просто наверстываю упущенное, а мой освободитель помогает мне в этом.

– Под правым крылом еще потри, там чешется, – даю указание, и человек быстро его выполняет, пыхтя от усердия.

Хороший человечек. Пока в нем не проснулась демоническая сила, он всего лишь человек, потом будет видно, а пока…

– И пониже тоже потри. Сильнее нажимай, не бойся. Твои слабые руки не могут сделать мне больно.

Он сразу же начинает усиленно работать щеткой, пыхтя и отдуваясь. Смешной. Был бы он обычным человеком, уже бы валялся в обмороке или бился в истерике, я таких повидал немало, но его демоническая половина, хоть и дремлющая пока, делает его восприятие мира более гибким. Вон как быстро человечек приспособился к тому, что рядом с ним демон. Не шарахается и не трясется, а ведь в нашу первую встречу страх у него был. Тщательно скрываемый, даже от самого себя, но был. Я его чувствовал.

– Хватит. Возьми теперь мягкую мочалку, ту, из нескольких слоев ткани, и помой мне крылья.

С крыльями человек обращался осторожно, можно даже сказать бережно, а в глазах сожаление и… зависть? Да, точно зависть. Люди всегда мечтали подняться в небо, но их слабые тела не приспособлены к полетам, только к падениям. Сказать ему о том, что он может однажды получить крылья? Нет, пожалуй, еще рано. Пусть пока обживется, а там начнем игру. Посмотрим, какой из него демон получится. Кстати…

– Тебя, кажется, Дано зовут? Что за глупое имя?

– Мне его в монастыре дали, – человек проводит по краю правого крыла мочалкой и любуется своей работой, напоминая меня самого, только я так любуюсь своим мечом, после того как поправлю на нем заточку. – Я был дан им высшим провидением, поэтому Дано. С ударением на «а».

Смешной. Вон как глаза отводит. Явно хочет узнать, кто его родители и почему его бросили в том проклятом монастыре. Может, я ему и помогу. Посмотрим. Если заслужит.

– А как мне называть Вас, господин?

– Господином и зови. Можешь «господин Рогор», все равно ты мое имя полностью не выговоришь.

– Ррогокринторис Тилирродиносистор Гартертонсиейр, – произносит он как бы между делом, начиная чистить второе крыло, я даже закашлялся от удивления. Силен человечек!

– Гартиртонсиэйр, – поправляю я его. – И вообще, запомни: ошибка в одной букве имени демона – и ты покойник. Так что лучше помалкивай. А то, что у тебя такая память – это хорошо. Я для тебя работу быстро найду, чтобы не болтался по замку без дела. Будешь еще и моим секретарем. Ты же грамотен?

– Учился в монастыре, – Дано даже мочалку уронил, настолько неожиданным оказалось мое предложение. – Но я по-демонски читать и писать не умею.

– Научишься. У нас несложный язык, ничем от вашего не отличается, разве что диалектом.

– Чем? – человек рассеянно шарит по дну бассейна ногами, пытаясь нащупать упавшую мочалку, но вместо этого упорно наступает мне на хвост. Приходится принимать меры. Быстро нащупываю кончиком хвоста искомый предмет, захватываю его и вынимаю из воды, возвращая потеряшку прямо в руки человечка.

– Спасибо, – он и так красный от жара, так что понять, покраснел ли он еще больше от смущения, не получается, но я чувствую, что он растерян, немного нервничает, но не испуган.

– Заканчивай с крыльями. Потом вымоешь мне волосы, и смотри, чтобы мыло в глаза не попало, – говорю как можно строже, а он только кивает, прикусив нижнюю губу. Плохая, кстати, привычка. Надо бы отучить, но это потом. Успеется.

Поскольку на разговоры он больше не отвлекался, мытье было закончено быстро. Когда же я вышел из воды, то кивнул ему на горку мягких белых полотенец, принесенных одним из низших демонов, пока человек был занят мной.

– Возьми одно, промокни мне волосы, потом по полотенцу на каждое крыло и одно на тело. Им же можешь вытереться сам.

Дано и тут справился безукоризненно, так что мне осталось только прикрыть глаза, расслабляясь и наслаждаясь происходящим. Я не боюсь, что человек может как-то навредить мне. Ментально я ощущаю его бесперебойно, так что малейшую агрессию в свою сторону уловлю немедленно и успею принять меры. Например, я ощущаю его неловкость, когда ему приходится вытирать меня в паху. Он покраснел и стал дышать чаще. Ну, это неудивительно, демоны все же устроены получше людей с их маленькими «хвостиками». Когда дело доходит до хвоста, человечек уже забывает о стыде и проявляет заинтересованность. Он украдкой щупает хвост, чем смешит меня еще больше, так что я едва сдерживаюсь. Хорошо, что он все же оставил хвост в покое и занялся ногами.

Когда с вытиранием было покончено, я велел ему следовать за собой и направился к выходу. Дано немного замешкался у бассейна, так что я оглянулся, желая понять, что он делает, а когда увидел – расхохотался. Человечек заворачивался в одно из полотенец, скрывая свою наготу.

– Брось его, – приказал я, отсмеявшись, – на выходе нас ждет чистая одежда.

Одежда действительно была. Кто-то из слуг аккуратно сложил ее на специальной лавке у двери. Для человека – простая холщовая рубаха и такие же штаны, а для меня – брюки из моего гардероба. Из-за крыльев мы, демоны, не носим рубашек, да и зачем они нам, если даже в лютый мороз я могу спокойно стоять среди льда и ветра и не чувствовать холода. Людям такое управление внутренней температурой недоступно. Хотя низшие демоны тоже вынуждены прибегать к помощи одежды, но в сравнении с людьми они все же покрепче будут.

Иногда я не понимаю, как этот слабенький на первый взгляд вид – люди – вообще мог выжить в нашем суровом мире? Должно быть, тут сыграла немаловажную роль скорость их размножения. Хотя должен признать, что мозги у некоторых представителей рода человеческого работают неплохо. Иногда даже очень неплохо. Только силенок у них маловато, да и в магическом плане людям не тягаться с демонами, даже с низшими.

Мои штаны вызвали у Дано некоторое затруднение. Еще бы, ведь у нас имелся хвост, а его в обычную дырочку не просунешь, так что в штанах имелись две застежки-шнуровки спереди и сзади. Только передняя часть шнуровалась плотно, а задняя имела овальный вырез под шнуровкой. Пока человек вертел мои штаны в руках, я наблюдал за ним. Догадается сам, что для чего, или нет? Был как-то у меня слуга, лет триста назад, так он решил, что в ту дырку надо было выставлять не хвост, а то, что у каждого мужчины спереди висит. Было забавно. Долго он, правда, не продержался. Слишком глуп оказался и нерасторопен. Да еще и бежать пытался. Ну, я его ловить и не стал, а в горах его быстро схарчили голодные зверушки. Замерз он к тому времени или жив еще был, не знаю. Не интересовался. Знаю только, что границу купола, защищающего наши горы от любопытных людишек, он не пересекал. Людям это не под силу.

Дано все же разобрался со штанами без подсказок и даже зашнуровал их нормально, после чего и сам оделся.

– Готов? – поинтересовался я, указывая ему на сандалии, стоящие в углу. – Обувай эти. Они немного велики тебе, но без них у вас, людей, ноги сильно мерзнут. Когда придем в мои комнаты, разуешься на пороге, и чтобы обутым там не лазил.

Сам же я надевал сапоги, только когда выходил из дома или присутствовал на приемах во дворце отца. Не люблю, когда ноги находятся в тисках, именуемых обувью. После них всегда когти на ногах полировать приходится, чтобы не слоились. Знал бы, кто перенял у людей моду обуваться – повесил бы на собственном хвосте.

После купален я открыл портал в свои апартаменты и провел Дано по жилому этажу, где были расположены мои комнаты, заодно зачитал правила проживания на моей территории. Потом показал ему гостевое крыло и этаж для слуг, расположенный на нижнем ярусе. Заодно показал его слугам и дал понять, что очень рассержусь, если с ним что-то будет не так по их милости. Поняли. Непонятливых я не держу. Они у меня и так разбаловались за двадцать лет моего отсутствия, так что теперь будут вести себя осторожно и благоразумно, особенно после демонстрации моих сил в зале приемов Владыки демонов. Конечно, мои слуги не могли видеть трупы, но те, кто там проводил уборку, молчать не будут, так что я не удивлюсь, если домашние низшие демоны узнали обо всем еще до того, как я переступил порог собственного дома.

Показывая Дано, где находятся кухонные помещения, я заметил, что он мнется, словно желает задать вопрос.

– Спрашивай, – милостиво разрешил я.

– А почему у вас слуги-демоны, господин? Людей тут нет?

– Слуги у меня – низшие демоны. У них нет крыльев, ноги заканчиваются не пальцами, а копытами. Шерстистость у низших повышена, а хвост – маленький с волосатым кончиком. Низшие демоны – прекрасные слуги, а люди слишком нерасторопны и слабы, к тому же мрут быстро, так что я их не очень жалую.

– А я?

Хм, закономерный вопрос.

– А для тебя я сделал исключение. Идем, покажу тебе этаж, где я занимаюсь магией, а также библиотеку. Они внизу. Ниже только камеры для провинившихся, и я надеюсь, что у тебя хватит ума не попасть туда. Поверь, подземелье вашего монастыря – просто конфетка по сравнению с моим.

Человек усиленно закивал, а потом задал вопрос:

– А что такое конфетка?

Я даже запнулся, услыхав его. Хотя если подумать, откуда сирота, выросший в монастыре, мог знать о конфетах?

– Попробуешь – узнаешь, а сейчас иди за мной и не задавай вопросов.

Экскурсия по дому быстро подошла к концу, осталась только одна часть, самая верхняя. Я даже облизнулся, представляя себе реакцию человека на мой «цветник».

Много света, зелень, фонтан и шестеро юношей, вскочивших при моем появлении… вернее, уже не юношей.

– Управляющий! – мой рев был слышен далеко за пределами «цветника». Я, конечно, сам виноват, мог бы и сообразить, что за двадцать три года люди не помолодели, но он-то куда смотрел? Неужели так тяжело было сменить этих на новых?

Людишки тут же рухнули лбами в пол, дрожа от ужаса, а вот Дано даже не вздрогнул, оглядывался кругом, раскрыв рот от удивления, словно и не слышал меня.

Управляющий не заставил себя долго ждать и уже через минуту стоял передо мной, мелко дрожа и дергая куцым хвостом.

– Это что такое? – я кивнул на людей, многие из которых уже имели седину в волосах, я уже молчу про некоторую дряблость кожи. К тому же, помнится, у меня их было десятеро.

– Господин, люди стареют, а у меня не было приказа пополнять и обновлять гарем.

– Совсем без меня распоясались. Где еще четверо?

– Умерли, господин.

– Врет он все, – подал вдруг голос один из «цветков». Я и сам чувствовал ложь в его словах, но, видя, как испуганно сжался управляющий, приказал человеку говорить.

– Когда Вы исчезли, он сразу же продал двоих, самых молодых и хорошеньких, потом, в течение трех месяцев, еще двоих, а на нас, видимо, покупателей не нашлось.

– Врет! – испуганно взвизгнул управляющий, но я-то чувствовал, что человек сказал правду.

– Сразу, говоришь? Не дожидаясь моего возвращения? Видимо, знал, что меня очень долго не будет?

Управляющий прочел свою судьбу по моей улыбке и попытался сбежать, но не разленившемуся на дармовых харчах низшему демону тягаться со мной в скорости. Прибывшим на вызов стражникам я отдал визжащего и брыкающегося бывшего управляющего, велев отвести в камеру.

– Позже я с ним побеседую, а пока заприте, и глаз с него не спускать, если не хотите занять его место.

Оставалось решить проблему с постаревшим «цветником». Тащить к себе в постель сорокалетних мужчин, утративших молодость и привлекательность, мне совсем не хотелось. Не возбуждало. Продать? Кто их купит. Выгнать? Так они вроде не виноваты в том, что постарели.

– Кто-нибудь из вас умеет еще что-нибудь делать?

Один из бывших «цветков» поднял руку:

– Я умею шить, господин, а мой брат умеет вышивать и работать с кожей, делая кисеты, кошельки и дамские сумочки.

– Я пою, господин, и играю на нескольких инструментах, – это заговорил светловолосый, тот, кто первым осмелился заявить об обмане управляющего.

– Я раньше умел охотиться и выделывать шкуры, – сказал самый старший. Остальные промолчали, но я вспомнил, что самый мелкий из них неплохо танцевал когда-то, а тот, которого когда-то преподнесли мне в подарок как выходца из другого мира, хорошо рисовал, несмотря на его непривычно узкие глаза.

– Понятно. Пока оставайтесь здесь, я найду вам всем работу. Бесплатно тут никого кормить не будут. Так что для нежелающих потрудиться на господина есть только один выход – прогулка в горы.

Они прекрасно поняли, о чем я говорю, а потому нестройно начали благодарить меня за милость и щедрость. Их блеянье раздражало, так что, рыкнув на них, я быстро вышел вон, хлопнув дверью и даже не глянув, идет за мной Дано или нет. Только оказавшись в своих комнатах, я понял, что человек за моей спиной отсутствует.

– Сбежать надумал? Не выйдет, – я почувствовал, как злость накатывает на меня со страшной силой. Руки сжались в кулаки от желания разорвать наглеца на мелкие кусочки, а боль от впившихся в кожу когтей только еще сильнее подстегнула мой гнев.

Просканировать замок в поисках беглеца – это не проблема. Когда я понял, что он просто остался в «цветнике», а не попытался сбежать от меня, почувствовал какое-то странное облегчение. Вся злость разом схлынула, оставив после себя неприятный осадок – досаду на самого себя за невнимательность. Видимо, долгое воздержание все же сказалось на моем восприятии мира, каких-то двадцать лет назад я бы не переживал о том, что всего-навсего забыл где-то человечка.

– Придется наведаться к отцу и одолжить кого-то из его «цветочков», а то я уже сам себя не понимаю.

Оставив человека там, где он «застрял», я отправился к отцу. Владыка демонов встретил меня в тронном зале. Посмотрев на меня сквозь пальцы в прямом смысле этого слова, он фыркнул:

– Ну, проходи, сын. Что скажешь?

Я пожал плечами, подошел к самому трону и тут увидел на запястье отца знакомую рунную ленточку.

– Удалось усовершенствовать заклинание? – понял я причину странного поведения родителя.

– Да-а, – явно довольный Владыка оскалился. – И даже узнал кое-что интересное. Четверо слуг в моем доме – не те, кем кажутся. Благодаря некоторым изменениям я теперь могу видеть сущность вещей. В нас – высших демонах – это огонь, вернее, огненная стихия. В низших демонах – стихия земли, люди – воздух, изменчивый, но слабый, а вот мимикриты – это вода во всех ее проявлениях. Интересно будет с этой точки зрения взглянуть на твоего человечка.