Текст книги "Две жизни (СИ)"

Автор книги: Black Katy

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 11 страниц)

Путь предстоял не из лёгких. Опять долгое и изнурительное скитание по Нью-Йорку, но что не сделаешь для безопасности детей. Лучше пускай Эйдан схватит меня где-нибудь в Бронксе, Квинсе или Бруклине,чем в Хоторне, где живет Марта.

После череды автобусов и метро, я решила выйти за три квартала до офиса, подышать воздухом. В метро с этим всегда напряжённо, хоть и система вентиляции там не плохая, но миллионное  сборище народу, поглощает много кислорода.

Прогуливаясь не спеша и наслаждаясь суматохой города, я заметила плетущийся за мной внедорожник. Затемнённые стекла, отсутствие номерных знаков – первый признак слежки.

Не подавая виду преследователям, что я их заметила, ускоряю шаг. До офиса добираюсь почти бегом. Фух! Теперь то в присутствии Эйдана не приходилось сомневаться. Оставался только один вопрос – когда?

Залетаю в вестибюль, как цунами на побережье Атлантики. Волосы растрёпанны ветром, глаза горят смесью испуга с адреналином, сердце стучит где-то в висках. Красота неписаная!

Перевожу дыхание. Озираюсь. Охранник Майк стоит на своём посту и улыбается. Интересно.

Прослеживаю его взгляд и... о, картина Репина "Приплыли" во всей красе. Среди разбросанных вещей и коробок, стоит Эшли, что-то жестикулируя и громко возмущаясь. Натали прыгает вокруг подруги, пытаясь её угомонить.

Присоединяюсь к охраннику, и мы продолжаем наблюдать концерт с первого ряда. Тирада Эшли сопровождается бранными словами в адрес неизвестных мне людей, в дополнении перечисляются все их качества. Но думается мне, что всё это направлено только на одного человека – Габриэля.

Как нb странно, охранник не вмешивается и не предпринимает ни одной попытки утихомирить мисс Прайс. И через минуту я понимаю почему. Из лифта выходит, а может и вылетает, разъярённый Вуд, и направляется прямиком к этим двоим. При виде бывшего уже босса, Эшли умолкает. В разговор вступает Нат.

А концерт с каждой минутой становится все интереснее и интереснее.

Габриэль прерывает тираду Нат и та, умолкнув, отходит в сторону. Начинает собирать разбросанные вещи. Ого! Во дела! Эшли набравшись смелости, пытается оправдаться и что-то возразить большому боссу. Она как маленькая собачёнка, стелиться перед хозяином, в попытке вымолить прощение. Но ни одно слово, ни один уговор или довод не действуют на Габриэля Вуда. Он стоит неприступной скалой, метая холодность и ярость глазами.

Мне до жути любопытно знать все подробности концерта. Не в силах удержать себя от соблазна, направляюсь к самому эпицентру торнадо.

– А она что здесь забыла? – громко спрашивает Эшли, заметив мое приближение. Габриэль поворачивает голову и... наши взгляды встречаются.

– Доброе утро. – здороваюсь со всеми, игнорируя выпады Эшли. – Великолепный концерт, Эшли! Оскар почти у тебя в кармане.

– Да как ты смеешь, тварь! – возмущается Эш.

– Доброе утро, дорогая. – ласково обращается ко мне Гейб, но по блеску в глазах понимаю, это все напускное, и меня в скором времени ждёт не меньший концерт.

– Только не говорите мне, что эта дешёвка заняла моё место?! Смешно. Как всегда, наша мышка, получает своё, стоит ей раздвинуть ноги! Да, Элли?

– Следи за языком! – рявкает на неё Вуд.

– Ничего страшного, Габриэль. Это всего лишь зависть, ведь ей самой не удалось раздвинуть перед тобой ноги. – наблюдаю, как краснеет её лицо от злости.

– Ах, ты сука! – кидается на меня Эшли, но споткнувшись о свои разбросанные вещи, падает перед нами на колени.

– Вот твоё законное место, Эшли. Запомни его! – разворачиваюсь и, не говоря больше ни слова, иду к лифту. Не желаю больше слушать этих унижений, этого говна в моей жизни было предостаточно. Габриэль заварил все это, пускай и расхлебывает.

Лифт приходит быстро и на удивление пустой. Створки лифта закрываются, оставляя этот балаган позади.

Утро задалось, ничего не скажешь.

***

На пятом этаже, жизнь кипит как и всегда. Знакомое перешёптывание и косые взгляды, как всегда было,сопровождают по пути к моему кабинету. Ничего не поменялось и скорее всего никогда и не измениться. Я всегда буду  для них серой мышкой и подстилкой босса. Люди видят только то что хотят видеть.

Подходя к кабинету мисс Винд отбрасываю все гнетущие мысли. А ведь скоро предстоит не лёгкий разговор с Гейбом. Ох и ах. Но это потом, а пока надо разгребать бардак что оставила Эшли.

– Можно с вами поговорить? – обращаюсь к Дженнифер с порога.

– Да, конечно, мисс Рид. Проходите, только вот присесть вам некуда.

– Спасибо. Ничего страшного, постою. Я не на долго.

– Вы что-то хотели?

– Да, Дженнифер. И можно на ты, да?

– Конечно, – она мило улыбается.

– Я хотела забрать часть папок. Можно старых и непроверенных, можно новых. Сама реши, какие себе оставишь.

– Это было бы чудесно, – смущённо улыбается она. – Я сейчас принесу в ваш кабинет.

– Если поможешь, я заберу часть сразу.

– Да, конечно. – она быстро отделила половину, освободив тем самым полстола, и мы дружно поволокли их в мой новый кабинет. Мое новое пристанище, именуемое кабинетом, было совсем пустым, не считая мебели. Не обжитый. Одинокий. Тихий и пустой.

– Клади всё на стол. – мы завалили его горой папок, внеся в интерьер рабочую видимость. – Спасибо. И ещё, не подскажешь, кофе можно заварить там же или кофеварку перенесли куда-нибудь в другое место?

– Да, кофе можно заварить там же. Хотите, хм, хочешь я принесу. Мне не трудно. С сахаром и сливками?

– Спасибо. Без сахара, но со сливками.

– Сейчас принесу.

– Спасибо ещё раз. – девушка кивнула и удалилась. Я с тоской оглядела завал на столе... и приступила к работе.

– Ваш кофе, мэм.

– Ой, давай без "мэм", мы договорились на "ты". И я Элли... Элеонора.

– Хорошо. – Дженнифер опять кивнула и тихо удалилась.

Работа шла с трудом. Приходилось напрягать память, да ещё и в голову лезли всякие другие мысли. Внедорожник. Рик. Преследование. Отношения. Габриэль. Дети... все вперемешку и по отдельности.

Стук в дверь вырвал меня из раздумий. Не дождавшись приглашения, гость сам зашёл в кабинет.

– Не помешал? – голос напряжен, глаза мечут молнии. Габриэль всем своим видом источает опасность.

– Нет. Проходи. – он вошёл прямо держа спину. Напряжён? Зол? Несомненно. Взгляд острый,как бритва.

– Элли?

– Да? – отчего то так муторно внутри,а отчужденность Гейба удваивает это чувства в арифметической прогрессии.

– Насчёт того... что было внизу...

– Не стоит переживать. От неё я и не такое слышала, так что все нормально. – меня всё так это достало, все эти бесконечные выпады, перешёптывания, взгляды. Габриэлю и невдомек, как это опустошает и унижает,но я привыкла к такому, а вот по его лицу видно, что он ошеломлён.

– И часто такое было?

– Чаще чем ты думаешь, но Габриэль... это было, есть и будет. Никуда от этого не денешься. Присмотрись к окружающим. Большинство, если не все, считают так же. Только... может, кому-то не хватает мужества сказать это в лицо. Вечное шушуканье, косые взгляды... опять. Я отвыкла от этого, но знаешь... придётся привыкать ко всему, заново.

– К чему? – а он действительно ничего не замечает? Или только делает вид?

– К тому, что меня считают твоей подстилкой. – вот я и высказалась, хотя от этого и не стало легче.

– Элли! Это не так! – возмущается он.

– В их глазах это именно так. Но повторюсь, забудь. Я забыла, ну или стараюсь забыть, – тяжело вздыхаю. На самом деле, хочется все забыть, вычеркнуть, стереть... но наверное, на роду написано, не судьба. Хочется оказаться в любимых объятиях, стоящего передо мной мужчины, укутаться его заботой и любовью, и просто отстранится от всего мира. Но и этого мне не светит, Гейб же пришёл поговорить. -

 Давай оставим эту тему?!

– Как пожелаешь, но у меня есть решение этой проблемы и твоим переживаниям.

– Не сомневаюсь, – у него всегда всё под контролем, – Ты, наверное, хочешь продолжить вчерашнюю разговор-ссору?

– Ссору?

– Начало её, все началось с перепалки и не высказанных возмущений, с твоего абсурдного поступка, а то есть с моего назначения.

– Абсурдного? Я так не думаю. Ты великолепно смотришься в роли главы отдела, и как мне помнится, мы нашли компромисс.

– Да, нашли. Но? – понимаю, куда он клонит, и хочется услышать это от него.

– Но... я был так зол, Элли. Не знал, что и думать. Переживание и ревность, съедали последние крупицы здравомыслия, – Гейб нервно сжимает кулаки и начинает ходить по кабинету, как загнанный зверь в клетке. Ох, Габриэль! Встаю и подхожу к нему в плотную. Он останавливается.

– Габриэль, для ревности нет причин. Ни одной. Мне нужен только ты. Всегда. -

 обхватываю ладонями его лицо, – Поверь мне. Знаю, что прошу о многом, но дай мне немного времени. Я хочу развеять все твои сомнения, хочу... прошу, подожди до завтра. Есть разумные объяснения всего, не имеющие интимных подоплёк. Просто... я так устала, Гейб, устала переживать, устала конфликтовать, устала прятаться. – он обнимает меня. В любимых объятиях становится спокойнее. С ним всегда так.

– Завтра, в парке аттракционов на Кони Айленд.

– И даже не Вудлон? – мы оба улыбаемся. Воспоминания первого свидания, если можно так его назвать.

– Нет. Всего лишь Кони Айленд.

– Значит свидание?

– Можно и так сказать. Пришло время... – слова застывают в горле. – Ты подождёшь до завтра?

– Тайны. Сюрпризы. Какой-то Кевин. Элли, я точно скоро рехнусь. Да ещё и возможное появление Эйдана. – он крепче сжимает меня в объятиях. Как я его понимаю, сама на грани от всего этого. Устала разрываться, устала скрывать. Наверное, действительно, пришло время.

– Кстати, насчёт этого... – Габриэль напрягается, – Похоже на меня началась охота.

– Что? – через зубы выдыхает он.

– Я предельно осторожна, но заметила следующую за мной машину. Как ты и говорил, игра началась.

– Боже, Элли! Я не выпущу тебя одну в этот безумный город, даже и не надейся.

– Габриэль, перестань. Чему быть, того не миновать. И ещё не хватало подвергать кого-то опасности. Тем более, я буду не одна.

– Не одна?

– Да, не одна. – смотрю в любимые синие глаза, в них столько всего намешано. Переживания и паника, непонимание и злоба, любовь и страсть. – Здесь – всегда рядом ты, до больницы я с Джошуа, а там... там уже толпа полицейских, сменяющих друг друга у палаты Рика.

– Джошуа значит? – ухмыляется Гейб.

– Да, знаю что у тебя совещание вечером и он тебе не понадобиться, так что я могу воспользоваться твоей щедростью и использовать Джошуа по назначению. Потом он вернётся за тобой.

– И откуда тебе всё известно ?

– Секрет фирмы. – секрета как такового и нет, просто подсмотрела в его ежедневнике, ища подходящий момент для организации праздника для девочек.

– Ах, секрет значит. Тогда он и заберёт тебя.

– Не стоит. После мы с Сэм поедим к ней, – Гейб хочет что-то возразить, но я кладу палец на его губы, не давая возможности сказать и слова. – И нас отвезёт Гленн.

– Это что ещё за хмырь?

– Не что, а кто, не хмырь, а напарник Рика.

– А-а-а, – он нежно прикусывает мой палец.

– И сейчас ты скажешь, что опять не придёшь домой?

– Посмотрим по обстоятельствам, я всегда смогу вызвать Джошуа. Уффф... – он сильнее прикусывает мой палец, а потом начинает его сосать, – Габриэль, перестань... мы на работе...

– И что? Раньше тебя это не останавливало, – его руки уже сминают мою попку, прижимая к себе. Возбужденная часть Гейба, утыкается в мой живот. – Чем твой кабинет отличается от моего?

– Ненасытный, – улыбаюсь и толкаю его в сторону дивана. И почему всё всегда заканчивается сексом?

– Да, с тобой я всегда такой, – притягивает меня к себе для поцелуя, – Тем более, у тебя длинный долговой список.

Шепчет у самых губ.

– Мы не...

– Всё потом, милая Элли, – и вот его руки жадно рыщут по всему телу, мягкие губы, дарят жаркие поцелуи. Возбуждение вспыхивает как спичка, проносясь по телу электрическим током.

– Люблю тебя...

***

После фееричного обновления моего кабинета, я удобно устроилась в объятиях Габриэля. Мы отдышались, привели себя в порядок и наслаждались близостью друг друга. Такие минуты, после жаркого секса, очень благоприятны для упрашивания Гейба. Мне удалось отговорить его от дополнительной охраны, думаю, что он всё равно поступит по своему, но мне позволил думать иначе.

Немного поболтав обо всём и ни о чём, мы разошлись,погружаясь каждый в своё дело.

Мгновения близости, как эти, всегда воодушевляли, оставляя приятное послевкусие уверенности, что мы со всем справимся,всё переживём. Вместе.

Нас разделяли 25 этажей, но невидимое притяжение, связь, постоянная тяга быть вместе, не давали плохим предчувствиям взять вверх. Близость, духовная и телесная, вносила неописуемый восторг и счастье в мою жизнь. Чувство наполненности и нужности, дополняли всю картину. Пройдёт ли это когда нибудь? Надеюсь, что нет.

***

Своеобразное примирение с Гейбом, безумный секс граничащий с хаосом, придал столько сил, что погрузившись в работу я и не заметила как пролетел мой первый рабочий день. Только когда Габриэль спустился, в конце рабочего дня, я почувствовала себя выжатой как лимон. Гейб проводил меня до гаража и сам усадил в машину, где уже ждал Джошуа. Как предусмотрительно. После прощальных поцелуев, длившихся целую вечность, Гейб удалился на свои совещания, оставляя меня,как маленькую, на попечение водителя. Преданность этого человека Гейбу поражала. Джошуа достоин медали за верность. Может купить ему её в сувенирной лавке? Думаю, Джо оценит.

После того как навестили Рика, мы с Сэм отправились к ней. Но спустя десять минут, я покинула дом подруги,через запасной выход. До этого я сообщила Габриэлю, что жива и здорова, и что мы остались выпить и поболтать о девичьем. Маленькая ложь... но уже завтра все недоговорённости будут открыты, завесы тайн сняты и Гейб, наконец-то, познакомится с дочерьми. Надеюсь, он поймёт и простит мне мои недомолвки. Очень надеюсь!

А пока... пока, в одолженной у Сэм серо-чёрной куртки, странной шапке и с пакетом, где находилась сумка, я окольными путями двинулась в сторону дома Марты.

К детям.

Глава 23

Вот и настал день Х. Сегодня, ближе к вечеру, все решится. Будет ли это катастрофой или же сказкой со счастливым концом. С Кевином мы договорились встретиться на месте в три, а Габриэль должен подойти к пяти часам. Он корректировал свой график, перенося встречи и освобождая время для "свидания".

Работа шла своим чередом. Горы папок и отчётов понемногу исчезали с наших, с Дженнифер, столов. Мы с ней неплохо сработались. У неё хорошая хватка и позитивный настрой, трудолюбивая и ответственная девушка, если бы Эшли выполняла свою работу, человек бы не прозябал в горах бумаги и головной боли. За два дня она заметно изменилась, уставшее лицо преобразилось, потухший взгляд стал ярче и иногда можно было заметить, как она улыбается. И самое главное -

 никакого лизоблюдства, коллеги и только.

Работа объединяет людей, если уважать их, а не смотреть как на мусор, как поступала раньше Эшли. А работы было много. Папки. Папки и снова папки. Отчеты, балансы, откуда-то взявшиеся авторские переводы и административные фонды, активы, бюджет... нескончаемые бумаги, бумаги, бумаги. В мир электронных технологий, все равно, всё держится на бумаге. Голова шла кругом, но чтобы сбежать пораньше, надо было ударно поработать.

В обед мне удалось дозвониться до Пита и пригласить на праздник. Зная его любовь к аттракционам, не удивилась визгу и крикам радости при разговоре. Мой сумасбродный друг составит великолепную компанию моим малышкам.

С Самантой мы договорились ещё вчера вечером, и как крестная мама моих девочек, она готовила что-то особенное для них.

В час дня я уже собралась уходить, так как надо было проколесить пол Нью-Йорка, запутывая моих наблюдателей. На всякий случай.

С пересадками, заходами в магазины и кафе. Все 't я добралась к назначенному времени до места назначения. Добрый, старый парк аттракционов на Кони Айленд, встречал обновлёнными вывесками, новыми аттракционами и ларьками. Знаменитый нью-йоркский луна-парк Кони Айленда расположился на берегу океана, вблизи от пляжа,что в летний период привлекает сюда массу местных жителей и туристов. Мне всегда нравилось это место – шумное, весёлое, с вечно бурлящей жизнью и движением. А ещё, этот луна-парк историческое место. Он открылся в далеком 1903 году и был обеим из самых первых парков где были самые большие американские горки. Сейчас, конечно, масштабы этого луна-парка не сравнятся с новыми, бешеными и более опасными парками. Но тут сохранилась своя изюминка – тут можно прокатиться на уникальных американских горках со старинными деревянными кабинами. А самой весомой причиной выбрать именно  это место стало то, что здесь есть масса каруселей и качелей для самых маленьких, семейные аттракционы, а также  веселые игры, в которые можно поиграть всей семьёй. Как раз для моих ангелочков.

Как только девочки увидели все эти чудеса, я поняла, что не прогадала с выбором и хорошо, если мы уйдём отсюда сегодня. Радости детей не было предела. Множество красок и огней, шума и смеха, сахарной ваты и сладкой шипучки. Смех и восторженные крики моих девочек, как и Эмили, наполняли эту какофонию пиршества. Для нас с Кевином, видеть счастливые и довольные лица дочерей, было бальзамом на душу.

А сколько энергии в этих маленьких человечках? После часа, проведённого в луна-парке, у меня уже кружилась голова и отваливались ноги, но эти три маленьких энерджайзера, всё никак не угаманивались. Кевину с трудом удалось уговорить их, хоть полчасика, посидеть в кафе, поесть жаренной картошки и попить шипучки.

За все время,проведённое на Кони Айленд, мои страхи о встрече Гейба и девочек, отошли в небытие. В такой день ничего плохого не случится.

Около пяти часов, когда должен был подойти Габриэль, мы все пошли к колесу обозрения. Оно было ближе к главным воротам и Гейб мог нас заметить быстрее, не плутая среди толпы в поисках. Пока мы с Кевином и девочками стояли в очереди, Сэм и Пит пошли за мороженым и сахарной ватой.

Элла, Лия и Эми воодушевленно прыгали вокруг нас, ожидая когда смогут взглянуть на панораму Бруклина с высоты 46 метров. Хоть это и не самое большое колесо обозрения в мире, но благодаря уникальной конструкции, часть кабинок может менять направление движения и вращаться внутри колеса.

– Они так счастливы, – обнимая меня за плечи, сказал Кев.

– И я тоже. Думаю, и ты вместе со мной,вступишь в ряды счастливого родителя. –  обнимаю брата в ответ за талию.

– Безусловно. – мы стоим прижавшись друг к другу, счастливо улыбаемся и наблюдаем как резвятся дети.

– Нервничаешь? – интересуется брат.

– Если только чуть-чуть, – кладу голову на плечо Кевина, а он целует меня в макушку. – Габриэль должен был уже подойти. Может дела не позволили вырваться?

– Он придёт. Не переживай. Я бы на его месте нашёл способ и бросив все, пришёл бы к тебе.

– Ох, Кевин. – прижимаюсь к брату. Его не зримая поддержка всегда на виду.

– Мамоська, а скоро мы туда подём? – Элла с Лией тыкают пальчиками на колесо.

– Скоро. Вот вернуться дядя Пит и тётя Сэм со сладостями, и мы сразу пойдём.

– Орошооо. Садостиии, – захлопали в ладошки девочки.

И тут я почувствовала его взгляд. Он пришёл.

Оборачиваюсь в поисках Габриэля и натыкаюсь на яростный и дикий взгляд синих глаз. Гейб стоит в метрах 20 от нас и смотрит с такой жгучей ненавистью, что хочется провалиться на месте. Кевин смотри на девочек и ничего не замечает.

Делаю шаг в направлении Габриэля, а он только  отрицательно качает головой.

– Габриэль, – шепчу я. Он опять качает головой, что-то говорит, но по губам понимаю только слово «сука». Вуд разворачивается и уходит.

Бегу за ним, но он быстро исчезает в толпе посетителей.

Слезы обжигают щёки. Боже! Я добегаю то того места, где стоял он и пытаюсь высмотреть, куда он пошёл. Всё бесполезно! Он испарился, как будто, его тут и не было. Толпа поглотила последнюю надежду...

– Элли! – слышится голос брата. Вытираю слезы. Перед детьми надо держать себя в руках, а с Гейбом... что я могу сейчас сделать? Ничего. Всё так глупо получилось.

Возвращаюсь к весёлой компании. Наша очередь на колесо обозрения уже подошла. Надо продолжить веселиться.

– Мамоська, ты посему плачешь? – заметив мои красные глаза, интересуется Элла.

– Всё хорошо, дорогая. Маме в глаз попало что-то. – улыбаюсь дочери и это помогает. Она кивает и возвращается к Лие и Эми.

– Элли, что случилось? – взволнованный вид брата опять давит на слёзы. Но ради девочек надо держаться и не раскисать, хотя бы сейчас.

– Всё плохо, Кевин, – сглатываю ком в горле, – Думаю, Габриэль, увидев нас, неправильно всё понял. Он ушёл бранясь на меня и на весь свет. Я не успела его догнать.

– Вот же хрень...

– Да уж. Вечером, когда девочки уснут, пойду к нему. Попытаюсь поговорить и объяснится.

– Хочешь пойду с тобой, поговорю с ним сам?

– Сама всё заварила, самой и расхлёбывать. Но спасибо за поддержку. – он обнял меня и чмокнул в лоб. – Пойдём, мы ещё не везде покатались.

– Всё наладиться, сестрёнка. – он так уверен, что и сама от его слов, на миг, в это поверила.

– Надеюсь, Кевин. Я такая дура, надо было сразу ему всё рассказать. – бубню ему в грудь, – Я то думала...

– Ты все сделала правильно. Всё разрешиться. Я верю в это.

Мы постояли ещё немного, я немного успокоилась и мы продолжили штурм детских аттракционов.

***

Уже поздним вечером, когда парк начал закрываться, мы начали расходиться. Пит и Сэм отправились восвояси, дети с Кевином домой, а я вслед за ними, только окольными путями. Уставшие и довольные, только мне, как всегда, пришлось поколесить по городу. До дома Марты я добралась разбитая и нервная. Мне предстояло ещё найти Габриэля и поговорить, но первым делом – дети.

Уложив обессиленных, но довольных детей, спать, я долго сидела у их кровати. Во сне, они ещё больше похожи на своего папу, только цвет волос мои. Мои ангелочки были копиями Габриэля, только маленькие и рыжие. Форма лица и скул, разрез глаз и форма губ, всё папино. Такие красивые!

Смотря на них я размышляла, что сказать Гейбу, какие слова лучше подобрать для объяснения своего провала. Пока девочки мирно спали, что-то говоря и смеясь во сне, я всей душой молилась за благоприятный исход разговора с их отцом.

Примерно через час после того, как я покинула уютный и любящий дом Марты, я стояла на против дома Габриэля. Рассматривая здание, размышляла с чего бы начать, но ни одной подходящей связной мысли или плана, так в голову и не пришло.

Тяжело вздохнув, я направилась к любимому.

Глава 24

POV Габриэль

– Господи, как же мерзко! – пробормотал Гейб, удаляясь быстрым шагом из парка аттракционов. Как она могла так поступить? Да и он хорош. Развесил уши, повёлся на красивые слова, как школьница. Идиот! А она? Она была так убедительна! Какая страсть! Какая искренность! Её зеленые глаза светились от каждого сказанного слова, от тех наигранных эмоций.

– Боже, какой же я баран! – ругал он себя. Оглянувшись по сторонам, Гейб заметил вывеску бара и пошёл туда. Для начала, можно начать и оттуда.

Бар не отличался от миллиона ему подобных. Мало освещения, много сигаретного дыма и подвыпившей клиентуры. Большой выбор выпивки, хотя, Гейб сомневался в качестве, но было уже все равно. Главное проглотить что-нибудь, обжигающее глотку, что-то что сможет стереть всю память.

Незнакомая обстановка и люди,как никогда, были кстати, были подходящей компанией.

Скромность бара отличалась в разы от тех мест, что посещал он ранее. Все просто, даже слишком просто,но какая сейчас ему разница. Душа требовала именно этого. Простоты и времени подумать.

– Что будете пить, сэр? – раздался голос из-за барной стойки. "Сэр" было протяжным и с рычанием, такое ощущение, что это слово выплюнули, а не сказали.

– Виски. Двойной. – бармен кивнул и занялся делом. Гейб уселся в самый угол барной стойки, подальше от назойливых взглядов. Он явно выделялся на фоне всего этого бомонда и привлекал излишнее внимание. Ааа, по-хрен-всё-и-вся! Усевшись, Гейб обвёл взглядом бар.С его места хорошо был виден весь зал. Мужчины потягивали пиво или что-то похожее на него, раскрашенные женщины, в полной боевой готовности, висли на мужиках, в поисках... чего? Счастья? Компании? Или выгоды?

– Ваш виски, сэр, – боооже, ещё раз он услышит это раскатистое "сэээрррр", подарит горе-бармену забвение, ударом бутылки о голову.

– Спасибо, – он залпом выпил почти весь предложенный стакан, заглушая боль, заглушая мысли, забывая себя. – Повтори.

Бармен, тут же, принялся за работу. Наполненный стакан возник из ниоткуда, и даже дешевое поило было в благодать. Ура, за такую быструю доставку!

– У вас что то случилось, сээрр? – раздался голос, нууу очень рядом. Каждое слово было растянуто. Сначала Гейб и не придал этому значение, а потом начал гадать, откуда этот человек с таким выраженным акцентом. Но как бы он не старался, все мысли возвращались к Элли. Кошмар!

– Скорее всего, – негромко ответил он. И вот, слово за слово, вперемешку с выпивкой, и Габриэль поведал совершенно незнакомому человеку все произошедшее, все чувства и переживания. Слова лились потоком, а когда дело дошло до описания увиденного на Кони Айленд, он почувствовал влагу на щеке. Слезы? Ох и ни хрена себе!

Бармен слушал очень внимательно, иногда отвлекаясь чтобы обновить его заказ или на других посетителей. Поставив перед ним очередную двойную порцию виски, бармен негромко заговорил.

– Сэр, может быть вам следовало выслушать её?

– Вот давай без этих "сэров". Меня коробит от этого слова. Я – Габриэль.

– Хорошо, Габриэль. Я – Харпер.

– Рад знакомству, Харпер, но вот не думаю, что мне стоило выслушивать очередную её ложь. Её было предостаточно, сыт по горло.

– Но все же...

– Я вот одного не понимаю, зачем она со мной так? Зачем все эти признания в любви, зачем спать со мной, а потом бежать в объятия другого. К детям! А то что это её дети, разглядит даже слепой. Такие маленькие рыжеволосые ангелочки, точные копии своей матери. – на последнем слове голос сорвался. Перед глазами всплывали образы Элли – смеющаяся, радостная, печальная, встревоженная и, конечно же, возбужденная под ним и на нем. Страстная рыжеволосая ведьма.

– Вы любите её, сэр? То есть, Габриэль.

– Больше жизни. Я готов был ради неё на всё, но никак не ожидал такого предательства. И что странно,мой человек приставленный к ней, ничего не сообщил о детях. О том, что она не одна. Я бы не стал вновь пытаться её вернуть. Продолжал бы любить на расстоянии...

– А сколько лет детям, Габриэль? – он смотрел на бармена невидящим взглядом,затуманенный алкоголем разум пытался подсчитать возраст детей.

– Думаю, не более трёх, но одна девочка была постарше, лет пяти или семи. Но когда мы познакомились, у неё была только Рози. Хотя сейчас я уже ни в чем не уверен.

– А можно вопрос, или лучше сказать уточнение?

– Валяй, доктор Фил*. (прим.автора:Фи́ллип Кэ́лвин «Фил» Макгро́у (англ. Phillip Calvin "Phil" McGraw, род. 1 сентября 1950) – американский психолог, писатель, ведущий телевизионной программы «Доктор Фил».)

– Сколько прошло времени с того момента, когда она исчезла из больницы?

– Чуть больше трёх лет, – голос опять сорвался или мне это только кажется. Скорее всего это действие этого дешевого поила, но... боже, я помню каждый день из этих трех лет, прожитых без неё. А сейчас вспоминая всё это, благодаря доктору Филу за барной стойкой, все переживания и чувства нахлынули как цунами. Каждый треклятый день без неё был мукой, знание о том, что она жива – приносило облегчение, но ненадолго. Каждое движение, каждый вздох переполняли и так эмоционально-нестабильный организм. А дом? Боже... все напоминало о ней. А сейчас? Сейчас это в разы больнее. Блять, почему так щемит в груди?

Смотрю на шевелящиеся губы доктора Фила, но ничего не слышу. Так погрузился в воспоминания, что потерял нить разговора.

– Прости, что?

– Я говорил о том, что если предположить что детям три года, а в момент исчезновения она уже была беременна, то...

– То?

– То тогда вполне вероятно – это ваши дети. И самобичевание сейчас неуместны.

– Нет, не думаю, что такое можно предположить. Они выглядели такой счастливой, единой семьёй. Любящие. А как смотрели друг на друга? Такие чувства нельзя сыграть. Такая любовь, обожание и теплота... ах, к черту всё! – Харпер что-то забубнил, но из-за шума образовавшегося рядом, понять хоть что то было невозможно. – Налей-ка ещё. Хочу сегодня напиться в усмерть!

– Как скажите, сэр! – ну вот и опять мы вернулись к началу. Боже! А потом... потом все повторилось, виски... снова, снова и снова.

Голова шла кругом, перед глазами размытые пятна из постояльцев, немного подташнивало. Глубоко вздохнув и зажмурив глаза, в попытке восстановить круговерть в голове, я погрузился в медитацию. Но нихрена не помогло. Открыв глаза... все двоилось, а болтовня окружающих сводила с ума. Но самым убойным раздражителем стал сигаретный дым. Его было так много что казалось, если выжать мой пиджак, то никотин покапает и с него.

Но ничто не смогло стереть картинку застрявшую перед глазами, как заноза. Счастливое лицо Элли, лучащиеся любовью глаза, нежные объятия и весёлый детский смех. А тот... кто обнимал её, наверное и есть Кевин. Боже! Как он смотрел на неё! С таким обожанием! Не поддельное взаимное чувство, заметно было и с того расстояния, где стоял он. Их глаза и жесты говорили за них. А как ему живётся с тяжелыми рогами-то?

– Ох, Элли! – вырвалось из самых глубин.

– Сэр, может вызвать вам такси? – голос Харпера раздавался как будто из туннеля.

– Спасибо, я сам. – с трудом отыскав свой телефон я начал искать нужные цифры. Номера расплывались перед глазами. Поиск нужного абонента занял целую вечность. Интересно, какую дрянь я пил сегодня?

– Джошуа?

– Да, сэр. Я могу вам чем-нибудь помочь?

– Я был бы счастлив, если бы ты забрал меня отсюда... – язык заплетался на каждом слове. Это нечего! Надо выяснить, что же такого забойного тут наливают.

– Конечно, сэр. Назовите адрес.

– Вот же хрень... сейчас постараюсь выяснить. Харрппеееер! – ииик, ого, икота. Почти дошёл до ручки!

– Да, сэр, – бляяя, опять этот "сссэээррр".

– Какой адрес твоего заведения? Мне надо сообщить водителю... иикк.

– Давайте я сам назову его, – аккуратно взяв телефон из моих рук, он поднёс аппарат к уху. Сообщив адрес Джошуа, бармен вернул телефон обратно. Икота перешла в стадию апогея.

– Выпейте, сэр, – Харпер поставил стакан воды.

– Лучше бы ещё виски! Забойная хрень у тебя тут. – про икал я.

– Ваш водитель будет через 10-15 минут. – уведомил бармен.

– Тогда ещё порцию на дорожку и... ик... счёт.

– Клиент – король! Будет сделано, сэр.