Текст книги "Мы, аристократы - 6 (СИ)"

Автор книги: Бастет Бродячая Кошка

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 10 страниц)

По довольному блеску её глаз я понял, что она оценила урок работы с кадрами.

– Всё это только между нами, – предупредил я. – Когда понадобится деление на группы, я буду назначать тебя старшей каждый раз отдельно, пока команда не сработается, но тебе уже сейчас нужно об этом знать и соответственно рассчитывать своё поведение. В первую очередь это в твоих же интересах.

– Я понимаю, сюзерен, – весь её вид говорил, что она готова приступить к делу.

– В ближайшее время я соберу вас шестерых и мы обсудим вашу программу обучения, а пока – свободна.

Моим будущим разведчикам требовалось отдельное помещение для занятий, поэтому я позвал на помощь Эрни и по его указаниям создал в клубе нечто вроде кабинета географии. У дальней стены кабинета, на сцене высотой в полторы ступеньки, красовалась преподавательская кафедра, пол-стены позади неё занимала классная доска, перед ней в два ряда стояли шесть одноместных учебных столов. По сторонам от двери располагались диваны для вольнослушателей, вдоль обеих боковых стен впритык стояли рабочие столы, с каждой стороны по три. По стенам были развешаны географические и политические карты мира, Европы и Британии, а также полки для тематической литературы, пока почти пустые.

Работа была знакомая и довольно-таки простая, мы уложились в полтора часа между ужином и клубным вечерним чаем. После чаепития я пригласил Гвардейцев в новый кабинет на беседу.

– Это наш кабинет географии, но в первую очередь это ваша рабочая комната, – сказал я, когда они столпились у входа. – Здесь вам будут читать лекции, здесь будут храниться ваши учебные пособия и рабочие материалы. Пройдёмте вперёд, я закреплю места за вами.

Они прошли за мной между рядами, я остановился перед кафедрой и развернулся к ним лицом.

– Начнём с того, что у вас будут позывные номера. Ими вы будете пользоваться на заданиях для переговоров через браслеты. Сейчас я очень занят подготовкой к лицензионным экзаменам, но как только сдам их, сделаю вам необходимое оборудование и начну с переговорных браслетов. Арчи, ты назначаешься командиром разведки, твой позывной будет – Первый. Твоё место на лекциях первое в правом ряду, займи его сейчас.

Арчи сел на указанное место, а я стал объявлять остальные назначения:

– Патрик – Второй, правый ряд, второе место. Синди – Третья, правый ряд, третье место. Ларция – Четвёртая, левый ряд, первое место. Барни – Пятый, левый ряд, второе место. Дэйв – Шестой, левый ряд, третье место. Теперь поверните головы: правый ряд – направо, левый ряд – налево. Тот стол, который каждый из вас видит у стены прямо перед собой – это его рабочий стол. В конце беседы помажьте кровью запоры его ящиков, чтобы их не мог открыть никто, кроме вас.

Все они выглядели страшно заинтригованными, даже Ларция. Особенная комната, особенная литература, позывные, засекреченные столы... в тринадцать лет всегда очень тянет на исследования и тайны.

– Ваша команда предназначена для разведки, – ух, и загорелись же их глаза... даже если они что-то знали или предполагали, я впервые объявил им об этом открыто. – В первую очередь это будет разведка природных ресурсов, но и любая другая тоже будет на вас, потому что других специалистов у меня нет. Поэтому ваша подготовка будет универсальной с уклоном в разведку ресурсов. Кроме того, Ромильда обучит вас первой лекарской помощи. Троих из вас она уже немного обучала в прошлом году, но и в этом году вы у неё не заскучаете. Что же касается разведки ресурсов, необходимые заклинания я изучил этим летом в академии и сам буду обучать вас. Практика у нас будет по выходным, начнём мы с основ маскировки, ориентирования и выживания в незнакомой местности. Кроме того, мы будем изучать основы картографии, ваша начальная практика по ней будет заключаться в составлении карты окрестностей Хогвартса. После того, как вы с ней справитесь, вы под моим присмотром приступите к картированию Запретного леса.

Я сделал короткую паузу, пока мои Гвардейцы проникались тем, что им будет дозволено попасть в запретные угодья Хогвартса.

– А теперь обратите внимание на стены и полки, – они завертели головами. – Сейчас у нас самый минимум учебных пособий, добыча остальных лежит на вас, – все они изумлённо вытаращились на меня. – Да-да, на вас. Вам понадобится знать досконально физическую и демографическую географию Британских островов, знать весьма неплохо то же самое для Европы, особенно для близлежащих территорий, знать основное, в общих чертах – для остального мира. Нужные сведения находятся у маглов, которые давно уже всё это исследовали, подсчитали и опубликовали. Первое, что от вас требуется – бегло просмотреть всё, что здесь есть, и прикинуть, чего вам не хватает. Второе – узнать, где всё это находится у маглов. Сразу скажу, что это продаётся у них в магазинах, но вам нужно выявить, в каких, и выяснить их местонахождение. Третье – вам нужно пойти туда и закупить требуемое, список покажете мне, деньги я вам дам. Чтобы отправиться на закупку – да, считайте это учебной миссией – вам нужно будет разузнать маршруты к магазинам и примерную стоимость покупок, а также замаскироваться под маглов, чтобы вас не только не разоблачили, но и не заподозрили. Вопросы есть?

Мои будущие первопроходцы озадаченно молчали. Задание было неожиданным, они были не готовы спрашивать.

– У меня есть, – откликнулась наконец Ларция. – Вы же сами можете рассказать нам всё это?

Я усмехнулся – хитрая девчонка.

– Могу, но вам нужно попрактиковаться в самостоятельном поиске, анализе и применении сведений, а эта миссия как раз подходит.

– Тогда хотя бы подскажите, куда и к кому нам обращаться, – попросила она.

– На этих полках вы найдёте туристическую карту Лондона, главные магазины маглов указаны на ней. Дополнительные сведения по магловской литературе вы можете получить от Эрни с Дирком, но постарайтесь не надоедать им. Если вы не знаете, как попасть в магловский Лондон, спросите у них же. Про магловскую одежду вы можете узнать у хогвартских маглорожденных и магловоспитанных – или из любых других источников, можете также выбрать подходящее магловское поселение, пойти туда и понаблюдать, согласовав это со мной. Важно, чтобы при получении сведений от людей вы вели себя естественно и не кричали на каждом углу, что у вас задание. Вы разведчики или кто?

Они согласно закивали. Конечно, разведчики, кто же ещё?

– Помните, что каждый из вас отвечает за каждого, а Арчи за всех. Войны у нас нет, поэтому – никакого риска и авантюр. Вы не боевики, главное для вас – вернуться вовремя и невредимыми. Если вы что-то не доделали, на задание можно сходить ещё раз, но если вы получите травму, вы потеряете время на лечение, если не что похуже. Магловский город – не Запретный лес, но там есть свои опасности, выясните и про них тоже. Это понятно?

Они снова закивали.

– Задание у вас общее, поэтому действуйте совместно. Обсуждайте, распределяйте между собой работу, обменивайтесь сведениями, проверяйте друг друга. Арчи, через три дня покажешь предварительные результаты, я посмотрю, чего ещё вам не хватает. Когда вы полностью подготовитесь, я выдам необходимые средства и вы отправитесь на закупки. А сейчас закрепите за собой рабочие столы – и можете приступать к заданию.

На самом деле это была непростая миссия для тринадцатилетних подростков, еще не бывавших в мире маглов. Учитывая, что школьные занятия им никто не отменял, было бы великолепно, если бы они уложились в неделю.

Они тут же сбились в кучку для обсуждения миссии, а я пошёл к Теду сказать, что скоро мне понадобятся два сторожевых паука для команды разведки, с дополнительной функцией сбора указанных предметов, каждый со своим пультом управления. Остаток вечера я провёл с Ромильдой за разработкой плана занятий по первой лекарской помощи. Мы честно поделили работу пополам – она разбиралась в волшебной медицине, а я в составлении учебных курсов.

На следующий вечер меня снова отловили Рольф Скамандер и Луна Лавгуд. После ужина, в коридоре. В этот раз со мной заговорил Рольф, и уже Луна выглядывала из-за его спины.

– Поттер? – обратился ко мне он.

– Скамандер, – кивнул я. – В чём дело?

– Луна сказала, что мы должны попасть в твой клуб, – нет, этому парню еще учиться и учиться дипломатии.

– Она не сказала, зачем? – поинтересовался я.

– Она сказала, что это очень важно.

– Для кого?

Скамандер слегка подзавис над моим вопросом, а затем оглянулся на Луну:

– Луна, для кого?

– Для тебя, – она моргнула на него круглыми водянистыми глазами и медленно перевела их на меня. – И для тебя, Гарри Поттер. Мне это не так важно, но тоже будет хорошо.

– Вы знаете, на каких условиях становятся членами клуба? – вопрос был риторическим, поэтому я сразу же продолжил: – При согласии либо на родовой нейтралитет, либо на личный вассалитет, под магическое обязательство. В магическом закреплении родового нейтралитета с вами я не вижу необходимости, в личном вассалитете не заинтересован – полагаю, и вы тоже. Поэтому я могу предложить вам только статус гостей клуба. Вас это устроит?

– Статус гостей, это как? – спросил Рольф.

– Вы можете свободно пользоваться любыми учебными материалами клуба и посещать его занятия в качестве вольнослушателей, по личной договорённости с ответственным за занятие. У руководителей клуба – это я и Малфой – нет никаких обязательств по вашему обучению и трудоустройству.

Парень снова оглянулся на свою спутницу:

– Луна, это нас устроит?

Та благосклонно кивнула.

– Устроит, – сообщил он.

– Тогда идёмте со мной, я дам вам допуск и представлю в клубе.

Пока мы шли туда, я вкратце разъяснил, что с Малфоем у меня довольно-таки сложные отношения, а поскольку они мои гости, обращаться за помощью к нему не рекомендуется – не запрещается, но если что, они предупреждены.

Рольфа я сразу впустил в клуб, а Луну попросил задержаться на пару слов. Когда за парнем закрылась дверь, я повернулся к ней и заговорил:

– Лавгуд, у тебя имеется... своеобразная привычка подходить к людям и говорить им то, о чём они не спрашивали. Во избежание недоразумений хочу предупредить, что если ты скажешь кому-то из моей команды что-то совсем неприемлемое, мне придётся закрыть тебе доступ в клуб. Да, звучит невежливо, но я не хочу, чтобы вышло ещё хуже. Мои люди мне дороже твоих экспериментов над ними.

Она непонимающе посмотрела на меня и медленно хлопнула круглыми глазами:

– Папа учил меня всегда говорить правду и не скрывать её от людей. Он говорил, что это располагает людей и они от этого будут больше доверять мне. Если я буду говорить им правду о них, тогда они смогут поверить и в мозгошмыгов.

– Как учил старик Лао Цзы – знающий не говорит, говорящий не знает. У каждого человека есть правда, про которую он не хочет ни от кого слышать.

– Но папа сказал, что правда нужна людям и что говорить её – всегда хорошо.

– Лавгуд, людям нужна не всякая правда. Бывает и такая, на которую они могут здорово обозлиться. Вот тебе самой хотелось бы услышать от постороннего человека правду, в которой даже ты сама себе не хочешь признаваться?

– У меня нет ничего такого, – ответила она слишком поспешно. Под конец её голос дрогнул и притих.

– Ту самую, после которой ты стала видеть мозгошмыгов. Ведь ты тогда была уже большой девочкой.

Луна побледнела так страшно, что бледно-серые глаза с расширившимся зрачками показались двумя чёрными пятнами на белом лице.

– Я поняла, Гарри Поттер... – почти беззвучно пробормотала она.

Я знаю, что был жесток, но я должен был попытаться. Эта ходячая наивность была далеко не безобидной, не просто же так другие факультеты сторонились её, а на своём её избегали как чумы. Она училась здесь пятый год и не нашла никого, кто мог бы долго её выдерживать. Рольф с ней пока что ладил, но парень был прирождённым исследователем, который на многое мог закрыть глаза ради новых знаний, а это большая редкость.

Меня она не единожды подставляла, непременно при большом стечении народа, сообщая в лицо мои сокровенные тайны, пусть и в своей иносказательной детской манере – хорошо еще, что никто не вдумывался в её слова, а то она навлекла бы на меня серьёзные неприятности. Могу себе представить, что чувствовали другие, когда она публично намекала им про их глубочайшие секреты.

Сам я еще мог бы это перенести, но вдруг она выскажет что-нибудь такое Невиллу, который сейчас переживает не лучшие свои времена? Или Ларции, которой нелегко держать своих внутренних демонят взаперти? Да и у каждого найдётся что-нибудь такое, чего он не хотел бы о себе услышать, а если вывести это из подсознания на свет... как говорится, не буди лихо, пока спит тихо.

Насколько мне было известно со слов Теда, Луна не всегда была такой. В детстве она была до предела избалованной принцессой, её желания были для родителей законом. Эти двое великовозрастных детишек, считавшие её маленьким чудом, не запрещали ей ничего и не отказывали ни в чём, в том числе и играться в лаборатории во время экспериментов. Закончилось это тем, что мать погибла, а девочка стала чем-то вроде ясновидящей и больше никогда не вела себя, как прежде.

Бывает, что логика заменяет ясновидение. Не знаю, что конкретно там произошло, но Луна наверняка оказалась причиной гибели матери и осознала это прямо там же. Видимо, это стало таким потрясением для избалованной девочки, что её рассудок сбежал от реальности в собственный игрушечный детский мирок, где всё по-прежнему хорошо и безопасно, а отец вместо того, чтобы помочь ей выбраться оттуда, всячески поддерживал её в заблуждении.

Судя по реакции Луны, я оказался прав. Если бы я ошибся, она не поняла бы мой намёк. Жестоко, да, но и она никого не щадила, потому что маленькие дети этого не умеют. Если она с этим справится, то наконец повзрослеет, если же нет – я легилимент, верну как было.

– Успокойся, Лавгуд, – надавил я интонацией. – Отец сказал тебе только половину правды о правде: на самом деле люди всегда хотят услышать правду о других и никогда – о себе.

– Я поняла, Гарри Поттер... – краски медленно возвращались на её лицо. – Я говорила со всеми, как ты сейчас со мной, на меня злились, а я не понимала... Спасибо, наверное, но это было очень больно...

Она замолчала и уставилась в пол. Раз уж я решился её вразумить, её нельзя было оставлять вот так.

– Знаешь, Лавгуд, – заговорил я. – Когда я в одиннадцать лет явился в волшебный мир, взрослые наперебой говорили мне, что я особенный ребёнок и что мои родители погибли, защищая меня. Не знаю, чего они этим добивались, зато я точно знаю одно: дети никогда не бывают виноваты в том, что допустили взрослые. Поэтому, кем бы я у них там ни считался, я никогда не брал на себя вину за гибель своих родителей.

Луна подняла на меня распахнутый, осмысленный взгляд. Если я был прав и она в глубине души винила себя за гибель матери, то сейчас она поняла, что я в таком же положении. Она слабым движением приподняла руку, словно хотела коснуться меня, и уронила обратно.

– Я никогда не хотела ничего плохого, Гарри Поттер, я всегда хотела только подружиться.

Я вдруг осознал, что она обращается к людям по имени и фамилии, потому что хочет сблизиться с ними. Обращаться только по фамилии было бы слишком отчуждённо, а только по имени – непозволительно близко.

– Если ты хочешь подружиться, то говорить людям правду про них и рассказывать им про то, чего никто кроме тебя не видит – это полный провал. Об этом говорят, только когда уже подружились, – объяснил я, – а чтобы подружиться, нужно говорить с людьми о том, что им знакомо и приятно. И это не будет ложью – приятную правду можно найти всегда.

– Гарри Поттер... – Луна почти опомнилась и выглядела разве что взволнованной больше обычного. – Если ты говоришь мне такую правду, можно считать, что мы уже подружились?

Пытаясь вразумить Луну, я заботился не о ней, но вмешательство в её жизнь и рассудок сделало меня ответственным и за неё. Я не имел морального права отвернуться от неё, раз уж так вышло.

– Можно считать, что мы шагнули друг другу навстречу, – вынужденно подтвердил я. – До настоящей дружбы проходят годы, Нотта я пять лет уже знаю.

– Пять лет – это недолго, – она кивнула самой себе. – Это приемлемо. Гарри, а когда мне будет нужно, я могу посоветоваться с тобой, как с другом?

– Конечно, Луна. Если я смогу, то обязательно отвечу. Идём уже в клуб.

Обеспечить артефактной защитой ещё троих Гвардейцев – разорительное удовольствие даже при том, что чары будут мои. Создавать защитные комплекты было для меня возможно только постепенно, по мере наличия времени и денег, поэтому я отдал Люциусу ещё порцию яда василиска на продажу. Сам я сосредоточился на подготовке к экзамену на эксперта-артефактора, потому что чем выше уровень лицензии, тем больше скидка на покупку материалов через гильдию.

Но связные браслеты для них нужно было сделать прямо сейчас. Три дня мне понадобились, чтобы сделать ещё три браслета, а в ближайшую пятницу я встретился с Гвардейцами в их рабочей комнате, чтобы выдать им браслеты и настроить их переговорную систему. За эти дни они подготовились к миссии, а назавтра я собирался отправить их за покупками в Лондон.

К делу они подошли основательно. Составили список покупок, изучили карту Лондона и отметили на ней нужные магазины и транспортные маршруты, определили, что им нужно заменить в одежде, чтобы не привлекать магловское внимание, и даже выявили источники потенциальной опасности, к которым относился городской транспорт, полицейские и хулиганы. Правила уличного движения третьекурсники проходили в прошлом году на магловедении, поэтому я только удостоверился, что Гвардейцы их не забыли. Для полицейских и продавцов я сочинил легенду, что у Гвардейцев проект по географии, поэтому им нужны атласы, контурные карты и дополнительная литература, а чтобы зря не тратиться, наложил на одежду моих разведчиков суточную трансфигурацию по их указаниям, Насчёт хулиганов я попросту посоветовал не попадаться и не связываться.

В субботу после завтрака моя разведкоманда отправилась на первую учебную миссию. В пятом часу пополудни они – весёлые, довольные, нисколько не уставшие и выглядевшие очень дружными – явились в кабинет географии, где уже дожидался их я, заблаговременно предупреждённый об их возвращении через браслет. Арчи отчитался о выполнении миссии, покупки были показаны мне и разложены по полкам. Сдачу я оставил ему в фонд команды.

Затем я позвал Гвардейцев в смотровую, чтобы те показали в думосбросе, как они справлялись в Лондоне. По мере просмотра воспоминаний я с некоторым удивлением обнаружил, что наилучший вклад в выполнение миссии внесла Ларция. Остальные справились бы и без неё, но именно её присутствие сделало миссию лёгкой и приятной, а выполнение – близким к идеальному. Добыча книжной информации была её работой, поэтому Арчи поручил ей подборку книг и полиграфических материалов в магловских магазинах. С этим она разобралась блестяще, но это было еще не всё.

Ларция и во время путешествия по Лондону фактически протащила за собой всю команду. Руководить она не лезла, но когда наступало время действовать, она всегда оказывалась на шаг впереди.

В Дырявом котле она вызвалась сверяться с картой города, которую они взяли с собой, и первой вышла на магловскую сторону. Пока парни глазели вокруг, она уже отыскала автобусную остановку. Она издали заметила нужный автобус и предупредила остальных, а затем первой залезла внутрь незнакомого самоходного устройства. Она чётко следовала намеченному маршруту и выполняла намеченные дела, не теряя времени и не отвлекаясь ни на что, команде оставалось только следовать за ней.

Это было не лидерство – это была повадка сильного хищника-одиночки, привыкшего рассчитывать только на себя. Ларция быстрее других ориентировалась в новых условиях и оценивала текущую ситуацию. Во всех своих действиях она была смелой, хладнокровной и решительной до наглости, но это не бросалось в глаза, потому что она не давила на остальных и отдавала право командования лидеру, предварительно обрисовав ему варианты.

Когда Ларции в разговоре с продавщицей понадобилось сослаться на легенду, она врала как дышала. А когда Гвардейцы закончили с покупками и пошли по Лондону проматывать командировочные, она издали отшила одним взглядом компанию троих парней постарше, проявившую интерес к гуляющим малолеткам: послала им обещание убийства на языке джунглей и они передумали связываться со злой и опасной девчонкой. Судя по тому, как она с этим походя справилась, отслеживать окрестности и вовремя реагировать на угрозу было для неё привычным делом. И она не забыла собрать с команды билеты и чеки, а под конец отдала их Арчи, чтобы он мог отчитаться в расходах.

Её сокомандники ничего этого не заметили. Они были горды и довольны собой, что их первая миссия прошла гладко и успешно. Я похвалил команду за выполнение и выдал на воскресенье следующую миссию – снова отправиться в Лондон и купить себе качественные магловские сумки на пояс, которые я зачарую для них на безразмерность, финансирование моё. Для подготовки я посоветовал им просмотреть справочник зачарователя по материалам и проконсультироваться у Джастина насчёт цен и мест покупки.

Ух, сколько у них было счастья-то...

За оставшиеся до Хеллоуина дни я получил лицензию эксперта-артефактора и приобрёл в гильдии материалы для обеспечения Гвардейцев артефактами. Начал я с зачарования сумок, затем приступил к изготовлению картографических планшетов по купленному в Академии образцу. Чтобы мои разведчики не заскучали, пришлось раздать им копии моего конспекта по картографии и выделить время для их обучения соответствующим заклинаниям. В Хогвартсе сейчас было не так опасно, как в прошлые годы, поэтому с защитными комплектами я не спешил, распланировав их изготовление до рождественских каникул.

Вопреки моим худшим ожиданиям, эта парочка, Лавгуд и Скамандер, неплохо прижилась у нас в клубе. Народ здесь собрался умный и эрудированный, с каждым было о чём поговорить, и Рольф начал замечать, что на одних волшебных тварях свет клином не сошёлся. Да и о самих тварях у него нашлось с кем поговорить: Винс, семья которого разводила двурогов, а с недавнего времени и гиппогрифов, знал о домашнем содержании волшебных животных больше всех нас вместе взятых, а Арчи, родом из семьи сборщиков природных ингредиентов, мог наизусть перечислить, какие ингредиенты с каких животных можно получить, где, когда и как их собирать и как хранить.

Луна же, прежде смотревшая на мир только через точку зрения отца, перестала распугивать людей своей непрошеной проницательностью и довольно быстро социализировалась. Наиболее настороженно отнеслись к ней софакультетники – Эрни и Дирк поначалу держались подальше от неё, а Ларция недобро щурилась в её сторону – но понемногу они удостоверились, что она не полезет к ним в души, и успокоились на её счёт.

В первую очередь эти двое интересовались географией и учебными пособиями нашего кабинета географии, который хоть и был предназначен для Гвардейцев, вход туда не запрещался никому. Они всегда присутствовали на моих лекциях по картированию, пришлось даже поставить для них ещё два учебных стола, и присоединялись к моим разведчикам на практической отработке географических и поисковых заклинаний. Рольф оказался даже полезным, кое-чему он научился в экспедициях от отца и мог научить других.

Попривыкнув и осмелев, Луна завела разговор о невидимых существах и их особенностях. Дело было за вечерним чаем, присутствовали все, но интереса не проявил никто – только Винс озадачил её вопросом "а чем они полезны?". Луна пустилась в пространные объяснения, что эти существа в основном вредны и что от них нужно защищаться.

Джастин, видимо, вспомнивший о микробах, сказал на это, что чтобы эффективно защищаться от некоей опасности, нужно сначала её изучить, а для этого её нужно хотя бы увидеть. Ведь не факт, что она существует для всех, а не является чем-то личным для Луны – это он так вежливо намекнул, что мало ли, может, у неё голова не в порядке. Судя по установившейся после этого атмосфере, даже Рольф оказался на его стороне, а мне пришла в голову любопытная идея.

– Есть способ посмотреть, – сказал я. – Луна, давай после чая попробуем.

– Какой способ? – дружно заинтересовались все.

– Всё, что человек видел, можно показать через его воспоминания. А затем можно поставить эксперимент, который покажет, насколько эти существа независимы от наблюдателя.

– Гарри, я так и знала, что ты это можешь! – обрадовалась Луна.

Конечно же, все как один захотели посмотреть на мозгошмыгов. Наскоро допив чай, мы толпой отправились в смотровую и набились туда, как сельди в бочку.

– Луна, посмотри на моих мозгошмыгов, а затем отправь это воспоминание в думосброс, – скомандовал я.

Через пару минут мы уже разглядывали воспоминание. Моя голова на нём была окружена чем-то вроде лучистого золотисто-синего ореола или энергетического шлема, в левой половине которого виднелось несколько завихрений.

– Вот, Гарри, – торжествующим голосом заявила Луна. – Вот это твои мозгошмыги!

– М-да? – я направил внимание на один из вихрей, заставляя думосброс показать его крупным планом. Вблизи стало видно, что это не живое существо, а турбулентное явление, образующее нечто вроде маленькой туманности.

– Оу! – воскликнул Джастин. – Я читал дома, что левое полушарие мозга отвечает за аналитическое мышление, а правое – за образное. Гарри, это не глюки, это у тебя шарики в голове крутятся! Ну, знаешь, такие, от слова "шарить" в смысле "соображать".

– Соображарики, – хихикнула Ромильда, развеселив заодно всю компанию.

– Ага, но если они справа, это уже воображарики, – добавил Джастин в общее веселье.

– Я же говорила, что они есть! – радостно воскликнула Луна.

– Давай, Луна, ещё кое-что проверим, – я усилил свои окклюментные щиты. – Посмотри сейчас и скинь воспоминание заново.

Вихрей оказалось ровно столько же и в тех же местах, но они заметно уменьшились в размерах.

– Луна, ещё раз, – я усилил щиты ещё.

Она снова скинула воспоминание в думосброс. Теперь завихрения над моей головой полностью исчезли.

– Ну что тут сказать... – я кивнул на воспоминание. – Леди и джентльмены, если вы не хотите выставлять своих мозгошмыгов напоказ, учитесь окклюменции. Или не учитесь, всё-таки это у Луны уникальная способность.

– Они не всегда одинаковые, время от времени они меняются, – добавила Луна. – У тебя красивые мозгошмыги, Гарри, а у некоторых такие кляксы...

После этого её заявления никто почему-то не захотел полюбоваться на своих мозгошмыгов. Зато всем стало любопытно, как выглядят остальные существа – и Луна стала скидывать воспоминания о них в думосброс. Большинство из них оказались такими же энергетическими сгустками, но некоторые и в самом деле вели себя, как примитивные живые организмы. Стало ясно, что эта область исследований, возможно, в чём-то и была полезной, но прямо сейчас прикладного значения не имела. Она вполне могла подождать своего сумасшедшего учёного.

Я посоветовал Луне собрать коллекцию этих существ в виде флаконов с копиями воспоминаний и выделил для них шкаф в кабинете географии. Она с энтузиазмом взялась за дело. Отдельную полку в этом шкафу занял и Рольф, высоко оценивший возможность хранить подобным образом свои наблюдения за животными. Всё-таки сами воспоминания понемногу тускнеют и уходят в подсознание, а копии во флаконах не портятся и всегда под рукой.

Уже через неделю они вдвоём заполнили шкаф и подошли ко мне.

– Флаконы занимают очень много места, – пожаловался Рольф. – Гарри, а ты можешь создать специальную сумку с расширенным пространством для их хранения? Или ящичек там, шкатулочку – в общем, контейнер? Мы бы тогда в шкафу эти шкатулочки хранили.

– Специальную сумку? – над этим стоило подумать. – Я прикину, что тут можно сделать.

– Но тебе же это не трудно, мне тут сказали, что сумки ты запросто зачаровываешь.

– Обычные – да, но раз уж этим всё равно заниматься, хотелось бы что-нибудь поудобнее. Если, допустим, начаровать пространство с особыми свойствами, возможно, тогда удастся обойтись без флаконов... вынимать воспоминание оттуда можно будет прямо в пустой флакон... а чтобы знать, что вынимать, нужен каталог или даже портативный думосброс с платформой для подсоединения контейнера... каталоги я уже научился делать на обычных безразмерных сумках, думосброс – вон он в смотровой, ничего принципиально нового... – размышлял я вслух, а Рольф таращил на меня глаза:

– Ты в самом деле можешь всё это сделать?!

– Не попытаюсь – не узнаю. Всё когда-то делали впервые. Тут проблема упирается в свойства внутреннего пространства, в худшем случае получится только то, что ты попросил, уж это-то я точно смогу. Неси контейнер или что там у тебя, я начарую в нём обычное расширенное пространство, на первое время вам хватит.

Луна подсунула мне шкатулочку, я прямо при них зачаровал её и отдал обратно. Они ушли довольные, а я остался обдумывать подброшенную идею. И чем больше я её обдумывал, тем больше она мне нравилась.

Реализация подобной библиотеки воспоминаний могла бы стать основой как для рабочего дневника, так и для семейного альбома. Даже мне было что в ней хранить – хотя бы результаты приёма Джастином моего магического эликсира, воспоминания о которых я продолжал собирать.

Этим стоило заняться, но сначала нужно было пережить Хеллоуин, на который в Хогвартсе неизменно случалась какая-нибудь неприятность. Впрочем, в школе стало безопаснее: щиты были усилены, тайные ходы перекрыты, преподаватели и старосты следили за порядком, межфакультетская вражда после роспуска ГАД сошла на нет – на этот раз должно было обойтись без происшествий. Но как бы оно там ни вышло, за час до полуночи я должен был явиться в главный ритуальный зал Хогвартса для проведения ритуала подпитки замка магией.

Отделаться только кровью я в этот раз не собирался. Как именно Основатели превратили обычный замок в волшебный, я напрямую спросил у Ровены – и да, оказался прав: каждый из них при инициации замка вложил туда частицу своей души. Это были не хоркруксы, мёртвым грузом отягощающие предмет, а нечто иное, придающее ему своеобразную одушевлённость и разумность. Не вполне человеческую, но предмет переставал быть просто вещью.

Сейчас эта магия души, ничем не подкрепляемая за истекшую тысячу лет, поизносилась и почти что выдохлась. О том, что прежде замок навевал его обитателям подсказки, учебные и лечебные сны, что он мог направлять заблудившегося ученика к выходу, я узнал только от Ровены, а она узнала от меня, что теперь ничего этого нет, и забеспокоилась. Елена ни с кем из живых не общалась, ей неоткуда было об этом узнать и рассказать матери, поэтому мои сведения оказались для Ровены неприятным сюрпризом.