Текст книги "Вечные Скитания Лисы: Становление (СИ)"
Автор книги: Asaramaru
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 22 страниц)
«Клинку конец…» – рефлекторно отметил я, уловив тонким слухом как что-то «крякнуло» у основания клинка.
Скрип песка и излишне громкий вдох за спиной дали понять, что медлить нельзя! Дав мечу соскользнуть с моего клинка, я кувырком – явно лишним – ушёл вбок и вновь вернулся в устойчивое положение. К этому времени атаковавший со спины мужик только вернул себе равновесие и начал движение в мою сторону.
Впрочем, не дав противнику завершить задуманное, я сам резво сократил с ним дистанцию, войдя с ним в клинч! Пинок по рёбрам второму помешал тому прийти союзнику на помощь. Так что воспользоваться превосходящей силой было делом простым – спустя пару нехитрых движений очередной труп упал на песок арены. Вывести из строя последнего и вовсе не составило труда…
«До чего довели, а? Уже людей убиваю походя…» – лениво мелькнула мысль, пока я наблюдал, как Неро обхватил своего последнего противника, словно змея – добычу, и всадил два изогнутых кинжала тому в шею. Ну точно ассасин…
– Победители определены!.. – ворвался в мозг громкий голос рефери.
Что он говорил дальше – не вслушивался, переключившись на Неро.
– Мне нужно срочно отойти к одной дамочке, так что прошу мою долю занести в «Гарцующего мишку»… что? Да, я тоже удивился названию, но кормят хорошо и кровать есть – большего не надо. Всё, бывай, – вывалил я на него целую исповедь и, оставив эльфа морально обтекать, поспешил в сторону Ауры.
Лиса же стояла возле выхода из арены, привалившись к стене и довольно улыбаясь…
* * *
**Там же. Одна древняя кицунэ**
Наблюдая, как Ал с воинственным видом приближается, Аура… просто таяла от умиления! Даже в мужской ипостаси маленькая кицунэ была просто лапочкой! Такое мило-хмурое личико буквально заставляло кровь лисы кипеть! Ещё бы эта дурёха послушнее была – цены бы ей не было!..
Впрочем, когда это Аура боялась трудностей?.. И не таких воспитывали… благо опыта у кицунэ много, и она уже нашла ниточки к тому, на чём можно играть в случае Алекс, который любит много размышлять, но основное развитие получает исключительно в моменты опасности.
Так что сперва информация «на подумать», а после резко переключить на другую деятельность!
Сегодняшняя попытка пока что показала себя неплохо – лисёнок, сразу видно, загрузился полученными «откровениями». То, что половина из этих откровений откровенное переливание из пустого в порожнее – он понять пока не успел, и вряд ли поймёт. Не зря же Аура пнула лисёнка на арену сразу после окончания разговора – там не до размышлений!
Противники, конечно, оставляли желать лучшего… явно первый раз взяли в руки оружие. Лисёнок вон, тоже удивился простоте своей победы. Хотя Аура бы совершенно не удивилась, если бы это была казнь неугодных – на таких Аренах это довольно распространённая практика.
Впрочем, плевать. У кицунэ тут совершенно другие «радости» жизни.
В конце концов, разговор с лисёнком был средством, а не целью. Основной императив должен был в голове у Алекс отложиться: не делить себя на женское и мужское Я. Да и в принципе не делить себя на кого-то – у кицунэ должно быть только одно Я! И это Я – совокупность сознательной Личности и инстинктов Зверя.
Причём Личность должна быть гибкой и пружинящей, но не податливой, а Зверь – твёрдым и прочным, но не хрупким. Всё-таки кицунэ – это не катана. Стержень обязан оставаться несгибаемым, а оболочка принимать удары и быстро от них оправляться, подстраиваясь под окружение.
Пока же Ал пытается сделать Зверя хрупким, ломая; а Личность поделить надвое, одну часть, мужское Я, перекалив до хрупкой твёрдости, а вторую часть, женское Я, оставив в состоянии податливой глины.
Метаморфизм тела – это, конечно, штука хорошая и крайне редкая, но лисёнок даже не замечал, как изменяется его женская ипостась из-за подобных мыслей, не говоря уже о психике. Магия кицунэ ведь работает на желаниях и воле, причём чем глубже желания к ядру личности, тем они сильнее – а у ядра «живёт» Зверь.
Тут и у прирождённых кицунэ с цельным Я, порой, возникают проблемы, а Алекс ещё и подсознательно дробит себя на части, на одну из которых Зверь оказывает повышенное влияние, потому что больше не на что: мужская часть ломает, давит и душит, а женская принимает всё и вся, впитывая словно губка.
Короче говоря, иногда, когда Аура буквально видела, какими путями бродят мысли в головушке у подопечной, древней кицунэ действительно хотелось дать волю своим потаённым желаниям, напялить на шейку Ал ошейник и… дальше оставалось лишь записывать идеи: от дрессировки до рабства. Причём добровольного!
Вот только… в случае с Ал такой метод не сработает. Попугать – можно, а вот реализовать… Лисичка, скорее, окончательно свернёт себе мозги набекрень, нежели поддастся дрессировке. Причём подобная характеристика не являлась комплиментом – у Алекс не было ни сил, ни умений противостоять техникам Ауры, появись у древней желание их использовать.
Зато была подростковая дурость. Много. Очень. Давление на Зверя тому яркое доказательство.
К сожалению, Аура не понаслышке знала, к чему приводит подростковый энтузиазм и упёртость… М-да, древняя кицунэ при «лечении» явно по краю пробежалась, едва не «сломав хребет верблюду»: слишком уж долго тогда думала над своим однозначным положением Алекс.
Ломать же дрессировкой подопечную… зачем, если стоит задача научить её быть кицунэ? С Ал нужно прямо как с магической миной, на которую уже наступил. В определённый момент нужно сильно и хлёстко, а в другой – мягко и ювелирно…
Да-а, подталкивать и смещать акценты… как и говорилось ранее, слишком много лисичка любит думать, иногда додумываясь совершенно до противоположных выводов.
И сейчас будет очередной толчок.
– Молодец, первый шажок по лестнице принятия Зверя ты сделал, – не дала Аура лисёнку и рта раскрыть. – Над шероховатостями ещё придётся, конечно, поработать, но тенденция обнадёживающая.
Алекс комично-удивлённо раскрыл глаза, затем прищурился и остановился, не спеша начать запланированную «исповедь». Всё же не в интересах Ауры было выслушивать подобные речи – наслушалась, и прекрасно знает, что ей хотят сказать. Лиса может даже в правильном для текущей ситуации порядке озвучить.
И видно что-то почуяв, Ал нахмурился, потоптался на месте и решительно направился на выход.
– … Мне всё равно хочется тебе вмазать, – тихо буркнул он, проходя рядом. – Так что вместо этого обучишь меня телепортации.
– Какой наглый и хитрый лисёнок… – даже с некоторым одобрением протянула Аура, легко нагоняя его. – Впрочем, ладно, обучу… когда достигнешь седьмого хвоста.
– Силой не вышел? – проницательно заметил Ал.
– Умница ты моя, – улыбнувшись, потрепала кицунэ волосы мальчишки, несмотря на то что он был на голову её выше. – И за сообразительность полагается награда!
Целомудренный «чмок» в щёчку вышел слишком быстрым, чтобы Ал успел сообразить, что случилось. А, когда сообразил, то рефлекторно прикоснулся к месту поцелуя и всё-таки покраснел! Отчего улыбка лисы стала лишь шире.
Всё же поцелуи между кицунэ, даже такие, всяко приятнее, нежели у кицунэ и суккуба, с которой недавно резвился Ал. Да, Аура была согласна, что с суккубами приятно проводить время, а на неискушённый взгляд Алекса – так и вовсе фантастично, вот только…
Особенности энергетики, так сказать… ну, и несколько хитростей с Пламенем… в конце концов, секса с настоящей кицунэ, воплоти, у лисёнка не было. А уж с такой умелицей и опытной кицунэ, как Аура – тем более.
А взаимодействие аур во время секса… м-м-м… Суккубы, естественно, подстраиваются под партнёра, но всё равно не до конца – игры с энергетикой крайне трудны.
И вовсе Аура не ревновала, что её могли «обскакать». Кицунэ просто знала, что с ней Алексу будет намного приятнее. Она просто наглядно показала, что даже такая мелочь будет желаннее, нежели секс с суккубом, какой бы мастерицей последняя не была и как бы своей магией на лисёнка не воздействовала.
Впрочем, этому балбесу мелкому многого и не требуется – вон, как светился от довольства, когда вышел от суккуба! Спрашивается, чего Ал боится секса в женском теле, если, по факту, его вчера в мужском обличии в самом прямом смысле трахнули и использовали как живой дилдо, а он ещё и рвался повторить?
Ну, да, в него ничего не совали, а было всё наоборот, но чего же он правде в глаза-то боится посмотреть? После лечения мироощущение у лисёнка, конечно, выправилось, став подстраиваться под ипостась, но до окончательного выздоровления и становления Кицунэ ему ещё ой как далеко…
Ладно, пусть. У Ауры ещё будет время открыть лисёнку глаза на правду. Можно даже не словами, а действием: зачем разглагольствовать, если продемонстрировать наглядно – гораздо эффективнее? О сексе в женской ипостаси говорить, правда, пока ещё рановато, но, если тенденция сохранится…
Впрочем, лиса решила не забегать вперёд – Алекс та ещё штучка с тикающим механизмом. Пока стоит ограничиться привычным ему любовным игрищам. Да и надо же налаживать отношения, слегка похеренные «лечением» и последующим влиянием внутреннего зверя на Ал?
А секс всем хорош – сближает и доставляет удовольствие! К тому же, если удовольствия много, то к его источнику хочется присо… приблизиться, вот!
Вот Аура и станет этим источником! Хорошо? Хорошо!
Глава 8
«Младшая сестра»
**Столица демонов в Великих Подземельях – Архидевус. За́мок Королевы**
Устало откинувшись на спинку диванчика, Хирой тяжело вздохнула и, подперев рукой голову, задумчиво уставилась на прочитанный архивный доклад. К сожалению, чтобы понять, что вообще произошло за время её отсутствия, приходилось перелопачивать архив. В том числе и доклады. И письма. Очень много писем и докладов.
Копать глубже необходимого минимума, впрочем, Хирой не собиралась, ведь зачастую ничего интересного и информативного внутри не имелось – сухие строки, пересказывающие случившееся когда-то давно, не более. Однако иногда попадались самородки… с которыми было неясно, что делать. Прямо, как сейчас.
– Кристиазус, ты знаешь, о каком пророчестве идёт речь в этом докладе? – всё же заговорила Хирой, подхватив магией предмет разговора и отправив на стол Королеве.
Ответ пришёл не сразу: синеволосая демоница, у которой из-за недостатка банального сна пухла голова от военных, экономических и продовольственных проблем, сперва перестраивалась на новый раздражитель; потом, читая, пыталась понять, о чём вообще речь; и только затем глубокомысленно протянула:
– А-а-а, это пророчество… Оно касается непосредственно тебя…
Усталость на Кристиазус, похоже, сказывалась даже сильнее, нежели думалось Хирой – информативность её речи была поражающей! Поражающе низкой…
Не говоря уже о том, что демоница внезапно перешла на «ты». Хирой, конечно, против ничего не имела – самой уже приелась полуофициальная атмосфера, царившая в кабинете – однако, насколько могла понять демоница, Кристиазус девушкой была правильной и на подобные «уступки» перед собой просто так бы не пошла…
Впрочем, проблемы это не отменяло…
– Можешь пояснить подробнее? – помассировав виски́, попросила Хирой.
– Где-то в той же части архива… – начала, было, Кристиазус.
– Вкратце, – перебила её старшая демоница, поняв, куда пошёл разговор.
Всё-таки нервы у Хирой не железные, а лишаться архива из-за банальной раздражительности… такую роскошь демоны позволить себе не могли. Как и женщина не могла себе позволить закопаться в архив ещё глубже того уровня, на котором остановилась. Для подобных действий не хватало самого ценного и дефицитного для демонов ресурса – времени.
– Когда-то давно один демон предрёк кончину всей расе демонов и пришествие спасителя, – наконец поведала Кристиазус.
– Это… слишком… ёмко, – чуть растерялась Хирой, правда, тут же собралась с мыслями. – Но ладно, допустим. Сам демон, я так понимаю, до наших дней не дожил… Увидеть текст этого пророчества возможно, или оно было произнесено и не записано, а то, что услышано, то и излито на бумагу?
Если случилось последнее, то бумажкой можно подтереться – «истинного» пророчества там уж точно нет. Всего лишь понимание пророчества тем, кто его услышал.
– Оно высечено непосредственно пророком на камне в пещере неподалёку, где и нашли упомянутого пророка, – качнула головой Кристиазус куда-то в сторону и, поморщившись, устало уложила её на сцепленные руки. – Хочешь ознакомиться?..
На лице девушки так и читалось: «Оно тебе надо?»
– Думаю, стоит ненадолго отвлечься от бумаг и прогуляться, – слегка дёрнула уголками губ Хирой. – Проводишь?
– Хорошо, провожу… – вздохнула Королева и неспешно поднялась из-за рабочего стола, бросив взгляд на кипу оставшихся бумаг.
В глазах девушки так и сквозила мысль: «Когда же это кончится?..»
* * *
Когда слеза ребёнка последняя падёт,
Свет с небес к нам снизойдёт.
Явится спаситель наш, герой,
Вернув нас в дом родной.
Буравя невидящим взглядом фрагмент каменной стены, на которой и были высечены слова некоего пророка, Хирой испытывала желание почесать себе мозг – по крайней мере, так порой выражалась одна десятихвостая, когда очередной «абориген» поражал её своим «гением».
Сейчас, конечно, дурость окружающие не выказывали, и подобное Хирой приободряло, но… Да, то самое «но».
Пророчества вообще всегда, по своей сути, крайне туманны, непонятны и тем самым опасны: зачастую пророк банально неправильно интерпретировал увиденное; неверно подбирал слова-описания, чтобы донести Знание до остальных; неточно указывал порядок знамений…
Много подобных «неверно» и «неточно». А уж если бы случилось так, как предполагала Хирой, и пророчество записали «со слов»… пояснения тут излишни.
Тем не менее, кроличья нора на этом не заканчивалась. Когда пророчество приобретало свойство некоего стиха, то можно было и вовсе гадать, что хотел сказать пророк о том или ином явлении: оно произойдёт при заданных условиях или наоборот они не позволят свершиться предначертанному, или необходимо просто искать их среди знамений? Порядок прямой или обратный, и есть ли он вообще?
Непонятно.
Творческих личностей среди одарённых даром видеть кусочки будущего всегда хватало. Он пророк, он так видит. С учётом того, что сами пророки неверно могли истолковать увиденное…
Вот и здесь Хирой пыталась соотнести описанное в письме и вырезанное в камне. Не сходилось. То есть, вроде, похоже, но в то же время нет.
Помня же, что прошлые Королевы отчего-то взяли данное пророчество на вооружение, чтобы вести дальнейшую политику, постоянно искали и отслеживали описанные знамения… Вопрос у Хирой на этом этапе был лишь один: «Почему все вообще решили, что пророчество касается именно расы демонов?»
Потому что произнёс его демон? Так глупость несусветная: пророчества не привязаны к таким понятиям, как раса, пол, возраст или политика. Нет, в принципе, о кончине расы демонов говорить было… можно, но только если притягивать за уши: возвращение дома ведь можно трактовать и как банальное возвращение демонов на былые места обитания. А не в ключе «раз вернули, значит, когда-то забрали или выгнали, поубивав всех хозяев до единого».
Но как-то так пророчество до этого момента и трактовали, потому что раньше демоны при захвате территории предпочитали уничтожать коренное население. При Хирой подобным занимались крайне редко, однако прецеденты случались.
Тем не менее, это не умаляло вопросов, почему за эти строчки Королевы и Короли так зацепились и «закусили удила». Хирой банально не понимала, что двигало её «будущими коллегами». Мысли в голове бывшей Королевы, конечно, витали… и одну из них она решила озвучить.
– Кристиазус, сколько прожил пророк, известно?
– Насколько знаю, он был стар, – без особого участия отозвалась девушка, подпирая колонну возле каменного постамента с другим, некогда свершившимся пророчеством. Как-то так сложилось, что предыдущие и последующие пророчества переносились именно в эту пещеру. – Надеешься узнать что-то, что не увидели другие?..
– Значит, старше четырёх или пяти тысяч… нет, точно в районе пяти, – проигнорировав вопрос, задумчиво протянула Хирой. – Произнёс пророчество через два тысячелетия после моего ухода в тень, а за три до, он родился… так, получается? Или он всё-таки немного старше? Хм-м…
По грубым подсчётам, пророк был если не ровесником Хирой, то где-то рядом. Разница между двумя старыми демонами замирает где-то от пяти до семи столетий. Навскидку. Родись пророк значительно раньше, то анахронизмов для этого времени в выскобленном пророчестве было бы больше: характерные линии в надписях говорят об этом Хирой больше, нежели их информационная нагрузка. Родись же пророк позже, то всё было бы в точности до наоборот.
«От пяти до семи сотен»… этот диапазон мог бы показаться большим, но примерно столько составляло смутное время для расы демонов, когда старые порядки насильно пытались заменить новыми. В конце концов, первопричина тех попыток сейчас и стояла перед постаментом с пророчеством – Хирой того времени глотнула с лихвой!
Всё-таки у каждой расы есть кровавые страницы истории. Вот только Хирой считала, что пророк родился на свет именно в то время по банальной причине: насколько знала женщина, пережили то время немногие старые демоны, и к тем, кто выжил и присягнул новой Королеве, пророк явно не относился. Выживших Хирой помнила поимённо и довольно точно. Опять же, тому была банальная причина.
Фактически, изменив жизнь демонов, Хирой, как Королева, была вынуждена для защиты земель набирать новую армию исключительно из молодых демонов. Старые легли мёртвыми на полях сражений, дав возможность жить своим потомкам!
Так, по крайней мере, это было записано в исторических документах. Нет, сражение за свой дом, устои и культуру – дело благородное, женщина не спорила и всецело поддерживала. Вот только ей и тем немногим выжившим пришлось при восстановлении расы по-настоящему страдать от нехватки квалифицированных и сильных кадров, которых они прикончили на тех самых полях, обагрив те кровью.
Да и после упомянутых сражений кровавые времена не закончились… После официальной победы Королевы, реки крови лились ещё очень и очень долго – Алой Хирой стала не за красивые глаза.
Возвращаясь же из тумана воспоминаний, женщина вновь обратила внимание на пророчество, которое, похоже, всё-таки высек демон из её эпохи. В письме, где и докладывалось о пророчестве Королеве, сразу можно было увидеть молодую руку – уж кого-кого, а молодость в таких докладах Хирой могла определять влёт. Насмотрелась в своё время.
Вело всё это к тому, что, возможно, имело место быть искажение информации.
– Вы искали этого ребёнка, так ведь? – нарушила затянувшееся молчание Хирой.
– Мои предшественницы не нашли, мне же улыбнулась удача, – без какого-либо бахвальства, сухо констатировала Кристиазус. – Где-то с два года назад на человеческих землях с небес на землю ударил столп света, испепелив половину человеческого города. По счастливому стечению обстоятельств, неподалёку находился мой подчинённый – он обнаружил молодую кицунэ незадолго до упомянутого столпа. Слёз, впрочем, он не заметил, но сомневаюсь, что единственная кицунэ в тех землях не была замешена в происходящем… – развела девушка под конец руками.
– Какое забавное… стечение обстоятельств, – хмыкнула женщина, припоминая историю одной молодой кицунэ о своих похождениях.
– Тебе есть, что сказать? – нахмурилась Кристиазус.
– Есть, – кивнула Хирой. – Пророк застал моё время, и, думаю, я примерно понимаю ход его мыслей. Так что, скорее всего, речь в пророчестве идёт не о ребёнке, роняющим последние слёзы, как написано здесь, – махнула она рукой с зажатым докладом. – В моё время фраза «последние слёзы» могла быть применена только к демонам, прошедшим обряд взросления. Подробностей, как я понимаю, не сохранилось, хоть они оставлялись в качестве назидательного примера с подробным описанием… Тем не менее, обряд проходили все молодые демоны без исключения: и девушки, и парни – не прошедших убивали прямо на месте экзамена. Считалось, что взрослый демон лить слёзы не мог. Ведь идеальный представитель расы демонов должен был являться непоколебимым столпом демонического общества, – с болью в голосе поведала женщина.
– Те есть нам нужен не ребёнок, а подросток? – заинтересовано посмотрела в её сторону Кристиазус.
– Взрослый демон. Сформировавшаяся личность. Полностью осознавшая свои слабости, пороки и место в жизни. Так, по крайней мере, описывали результаты обрядов правители моего времени, – хмыкнула Хирой. – На бумаге это звучало красиво, а на деле…
Женщина решила не заканчивать фразу. Всё-таки тогда общество демонов было несколько…. нет, намного более агрессивным. Так что лёгкий флёр сострадания в сердце тогда юной демоницы считался пороком и вещью, которая могла привести к скоропостижной смерти.
Впрочем, тогда общество демонов не было плохим. Оно было банально другим, и Хирой, пройдя «экзамен», решилась предпринять попытки его преображения. Хоть цель и возвышенная, ведь женщина и её единомышленники собирались изменить жизнь своих детей, дабы те не проходили то, через что прошли их родители, но…
Да, всё-таки Алой Хирой стала не из-за своих волос, а из-за того количества крови, в которой она «искупалась», пока претворяла свои планы в жизнь.
– Но могла ли та кицунэ действительно просто проходить рядом? Сомневаюсь, что лисицы могли выпустить своего ребёнка или подростка в свободное плавание, да ещё и «просто так»… – задумчиво протянула Кристиазус, вырвав демоницу из дум.
– Боюсь, какой-то смысл в пророчестве имеется, – ответила Хирой. – Подозреваю, именно эта маленькая кицунэ спровоцировала моё здесь появление. А это, согласись, не такое уж и заурядное достижение.
– Каким образом? – удивлённо вскинула бровь нынешняя Королева.
– Долго рассказывать, просто прими как данность, Кристиазус. Что же касается пророчества… как бы я к ним не относилась, конкретно это всё же имеет какой-то смысл, так как некоторая его часть исполнилась… Или нам так кажется, ведь оно может вообще нас никоим образом не касаться или случится в обратном порядке, – хмыкнула женщина под конец.
– … Пояснишь? – после короткого молчания спросила Кристиазус.
– Возвращаемся, на обратном пути поделюсь своими мыслями.
Сказав это, Хирой развернулась на каблуках, взметнув полы плаща, и бодро пошагала к выходу из постройки. Кристиазус же, чуть помедлив и бросив последний задумчивый взгляд на пророчество, двинулась следом.
* * *
**Город Полиз. Неподалёку от Арены. Алекс**
Глядя на проплывающие в небе облака, я морально обтекал. То есть был настолько в шоке, что, простите, в ахуе. По-другому язык просто отказывается выражаться!
Слышали, наверное, истории о настолько тупых ситуациях, в которые попадали люди, что в подобные события невозможно поверить? Далеко ходить даже не надо – вспомните, например, школьный двор и какие-нибудь советские качели, которые сорок лет работали и бед не знали, а под вашим задом внезапно сломались. Тут, вроде, вчера кто-то натуральное «солнышко» крутил, а вы просто покачаться присели…
Или достаточно печальная ситуация, когда, вроде, специалист своего дела с большим стажем делает откровенно глупую ошибку и гибнет – ту же технику безопасности ни во что не ставит.
Так вот. Мне, вроде, должно уже было стать понятно, в каком мире и времени я нынче живу, и бдительности не терять… а поди же ты, нарвался на нож в спину! Удивительнее, пожалуй, будет лишь то, что Аура во время удара на мгновение отошла чуть в сторону, заинтересовавшись безделушкой на прилавке, а я попросту не смог среагировать, так как был слишком глубоко в своих мыслях, когда интуиция закопошилась!
Убийцу или неудачливого воришку это, впрочем, не спасло – стоило мне рефлекторно болезненно охнуть, как парня с заточкой мгновенно схватила за горло Аура. Разборки и смерть неудачливого человека я, правда, не видел, так как камнем рухнул на землю, не чувствуя ног.
Хотя, судя по натужному предсмертному сипу, убийце было… неприятно. К счастью, масштабных разборок никто устраивать не стал: Аура, скорее всего, в этот момент уже накрыла нас иллюзией, и никто ничего в произошедшем не понял… Или всем было просто плевать на какого-то воришку, которые дохнут каждый день пачками
Мне, впрочем, тоже наплевать…
– Дорогуша, ты знаешь степень своей удачи? – нависла надо мной кицунэ после осмотра.
– Что… там?.. – вяло перевёл я взгляд на неё.
– С нашей регенерацией – ничего непоправимого. Денёк-другой поваляешься пластом, а потом снова будешь бегать козочкой… ну, или козликом, принимая во внимание твою ипостась, – обнадёжила Аура и демонстративно повертела нож в руке. – Но ты только представь, вот этой паршивой заточкой тебе перебили нервы в позвоночнике! Честно, в своей обильной практике лечения колюще-режущих ран я даже не припомню, когда последний раз встречала такое повреждение, сделанное одним ударом! И был ли такой случай вообще! Так ладно бы мечом, нет! Заточкой! Попасть так, чтобы перебить сразу несколько нервов, ответственных за нижние конечности! Сказала бы, невозможно! Но нет, оно есть! Вот, объясни, лисёнок, как так? – с укоризной посмотрела она на меня.
Будто я в этом, сука, виноват!
– Так вылечи… – сипло выдавил я.
– М-м-м… знаешь, пожалуй, нет, – огорошила лиса.
– Ч… то? – натурально вылупился на неё.
– Когда ещё у меня появится возможность потискать такую милашку? Ну, когда ты сменишь ипостась, конечно… Ты ведь не хочешь лежать на земле сутки или… скажем, подольше? – деланно вопросила она.
– Больная… стерва… – поморщился я.
– Ну-ну, лисёнок, это станет тебе уроком, что расслабляться можно только дома! – назидательно вскинула указующий перст Аура. – Так, что? На ручки?
Лежать хоть и на каменной, но всё же земле – удовольствие маленькое. Так что выбор у меня был невелик, и я о нём точно пожалею. Пришлось перевоплощаться. Правда, одна сволочь не соизволила объяснить, что перевоплощение с такой раной – сумасшествие!
Такой всепоглощающей боли я не чувствовала давно!
– С-с-су-у-ука-а-а-а… – всё же вырвалось шипение сквозь слёзы.
Правда, в это же мгновение меня подхватили на руки и, прижав к чему-то тёплому, обвили хвостами – стало так приятно и тепло, будто по телу физически потёк ручеёк мёда… Настолько же сильно глаза налились свинцом, и захотелось спать.
А в ушки и вовсе лился материнский шёпот:
– Ну всё-всё, моя лапочка, моя девочка, сейчас сестрёнка всё поправит… у-ти мой бедненький лисёночек, сейчас-сейчас…
* * *
– … Аура, какого хрена?.. – дёрнулась у меня бровь, когда я проснулась на следующий день и всё же выдала цензурную версию фразы на происходящий показ мод.
Сперва, конечно, была целая эпопея пряток от назойливого мира в лице Ауры под одеялом, а после и ванной, но мы подобный этап любой уважающей себя девочки, до которой дорвалась старшая сестра с комплексом сестрёнки, пропустим и перейдём к делу. А дело всё…
– Но, Ал, ты такая лапочка в этом наряде! – с придыханием сообщила лисица, схватившись за щёчки и нетерпеливо пританцовывая на месте.
«У неё в глазах что, сердечки⁉» – на миг показалось мне, отчего по хребту пробежались мурашки, а хвост распушился и встал трубой.
Впрочем, с утверждением Ауры было трудно спорить, глаза нет-нет, да возвращались к зеркалу напротив, чтобы собой полюбоваться… всё-таки наряд принцессы с рюшами, бантиками и оборками на девушке с лисьими ушками смотрится просто прекрасно и умилительно; и так сразу даже и не скажешь, что девушке больше двадцати, но, тем не менее… почему эта девушка я⁉
Хотя, ладно, опустим это. Вопрос есть много важнее…
– Аура, с какой стати я резко сбросила пято́к лет? – собралась я всё же с мыслями.
– Ах, я так старалась, ночами не спала и шила тебе это милое платьице, а ты даже не поблагодарила старшую сестрёнку!.. – патетично шмыгнула носом кицунэ и откуда-то достала беленький платочек, принявшись утирать слёзы.
– Аура… – дёрнулся у меня второй глаз. – Давай поговорим нормально? Без вот этих вот абсурдных диалогов, хорошо?
Не спорю, был соблазн сменить ипостась и избавиться от участия в компрометирующей ситуации, но что-то мне подсказывало, что данная одежда при смене облика останется прежней. Уж лучше я побуду девушкой в платье принцессы, нежели двадцатипятилетним и жилистым парнем в платье!
Так хоть со стороны первой жизни работает логика: девушка в платье – норма.
– Я не могу, не заставляй меня! – запричитала Аура, видно, отказавшись от адекватного диалога, а после подхватила на руки и, обняв, вжала лицом в свою гигантскую грудь. – С квинтэссенцией милого и прекрасного по-другому нельзя! И вообще, пора завтракать – сейчас я тебя покормлю, моя девочка!..
* * *
В общем и целом, попустило Ауру нескоро – половину дня со мной точно сюсюкались; носились, как с сокровищем; не отпускали и на два шага от себя; всячески баловали; кормили с ложечки; называли разными уменьшительно-ласковыми; обнимали; целовали в лобик и щёчки; носили на руках; расчёсывали хвостики и гладили за ушком…
Только из-за последнего я всё это и вытерпела. Стоически! Но вытерпела… ибо старшая на слова своего пациента не реагировала от слова «совсем». И да, сердечки в глазах – теперь для меня уж точно не фигура речи…
Так что, уличив момент смены платья, я быстро изменила ипостась.
– Ал, смотри какое краси… думаешь, твой нынешний вид меня остановит? – вскинула бровь Аура, уперев руку в бок.
Очередной – к счастью, не розово-белый, а кремовый – наряд, создающий ассоциации с бальным платьем, продолжал парить в воздухе рядом с лисой и как-то угрожающе колыхать подолом от несуществующего в комнате ветра.
– Уповаю на это, – не делая резких движений, слегка отступил я к двери в одних трусах.
– Хм-м… Ладно, живи, засранец. Ещё бы несколько дней и я бы тебя сама отпустила. Весь кайф поломал, – недовольно принялась бурчать кицунэ, укладывая ту фигову тучу разнообразных платьев на любой вкус и цвет обратно в своё безразмерное хранилище. – Эх, а пока спала, ты была такой послушной, милой, расчудесной…
– Аура, хватит, это уже действительно начинает бесить.
– То есть до этого тебе нравилось? – задала кицунэ провокационный вопрос, внезапно оказавшись рядом и заглядывая в глаза.
– Кгхм… Воздержусь от ответа, – смежив веки, отвернул я голову.
В конце концов, хоть это и похоже на раздвоение личности, но сделать выводы я мог. Никогда вслух в этом не признаюсь, но будучи девушкой, у меня несколько смещаются акценты происходящего, и… наряжаться мне, в принципе, скорее, понравилось, нежели нет. Ну, а умелые и опытные действия Ауры, её слова и харизма как-то незаметно сглаживали углы, несмотря на гипертрофированную опеку.
