Текст книги "Милан. Том 4 (СИ)"

Автор книги: Arladaar

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 17 страниц)

Примерно через 10 минут Милана сняла мерки с Сашки с помощью лазерного аппарата и загрузила их в компьютер составлять эскиз нового платья. Судя по всему, оно должно было действительно получиться очень интересным… Смелая и Милана Артуровна оживлённо обсуждали каждую деталь, и, судя по тому, что понимала Люда, стоимость платья возрастала с каждой минутой, пока не дошла до 40 тысяч рублей.

– Пусть будет так! – выдохнула Сашка. – Имею право.

Люда спрашивать не стала, почему возросла стоимость платья, потом, когда оно будет готово, можно будет посмотреть на него вживую… Сейчас предстояло заказывать платье ей самой. И это ей сначала показалось намного труднее, чем Смелой, которая знала японскую концепцию своего номера. Люда знала только две вещи: платье должно быть тёмно-синим, с серебристыми вставками или линиями, и при этом быть лёгким. Однако сомнения были напрасными, для Миланы это тоже не составило труда.

– Нет проблем! Становись на снятие мерки!

– А у вас есть мерки, которые вы снимали с меня летом? – с интересом спросила Людмила.

– Конечно, они сохранены в памяти компьютера, – согласилась Милана. – Ты хочешь узнать, поправилась ты с тех пор или нет?

– Да, типа того, – смущённо согласилась Люда.

– Ты знаешь, основные размеры тела, по которым шьётся одежда, остались прежними, небольшое превышение размеров только в бёдрах, – призналась Милана, посмотрев в экран и пощёлкав клавишами. – Но это совсем не критично, там буквально считанные миллиметры.

Люда вздохнула. Миллиметр за миллиметром, но эти миллиметры складывались во вполне реальные килограммы…

…В общей сложности просидели у Миланы минут 30–40, не меньше, и за это время уже пришли новые клиенты, которые выражали явное неудовольствие.

– Ну кто там торчит так долго? – громко сказал недовольный детский голос из-за двери, причём когда Люда со Смелой уже приготовились уходить. Кажется, голос был вроде бы знаком, так же как оказался знаком женский голос, ответивший ему.

– Даша, веди себя хорошо, не нам одним нужно платье, – уверенно сказала женщина.

По голосу Люда уже догадалась, кто там стоит. А находилась там Людмила Александровна Николаева, председатель российского Олимпийского комитета. Рядом с ней та девчонка 12 лет, которая явно была внучкой Николаевой, и которую они летом видели в пельменной номер 11, здесь неподалёку. Тогда, помнится, с ними была ещё Соколовская.

Людмила Александровна выглядела как уверенная деловая женщина: тёмный деловой костюм, туфли на каблучке, лёгкий светлый плащ средней длины с длинным шёлковым шарфом. Рядом с ней та самая девчонка, которую видели в пельменной, сейчас одетая по-дурацкой местной подростковой моде: широченные штаны, которые выглядели как клёши матроса, массивные ботинки, безразмерная пёстрая куртка и на голове наушники с кошачьими ушами, точно такие же, которые были у Смелой, и которые она подарила Людмиле. Девчонка во все глаза уставилась на вышедших фигуристок и неожиданно радостно засмеялась, захлопав в ладоши.

– Кого я вижу! Арина, Саша!

В глазах девчонки и выражении её лица была такая чистая, незамутнённая радость от встречи со знаменитыми фигуристками, что тоже захотелось невольно улыбаться в ответ. Улыбнулась и Людмила Николаева, подтвердив общую улыбочную тенденцию.

– Какая неожиданная встреча. Вы за платьями?

– Угу… – в один голос смущённо ответили Люда и Сашка. – Для показательного.

– И мы вот тоже за платьем, – неожиданно сказала Людмила Александровна, чем вызвала большое удивление у обеих подружек. Очевидно, что взрослая женщина не обязана была делиться целями своего нахождения здесь. Но, по-видимому, для неё это не было чем-то необычным. Или она специально хотела подчеркнуть это. Похоже, что так…

– Кстати, если здесь находятся такие прославленные профессиональные фигуристки, почему бы вам не оценить то, что нам сшили для Даши, – неожиданно сказала Николаева и обратилась к внучке: – Дашуня, ты не против, чтобы Арина и Саша посмотрели, как ты будешь выглядеть в новом платье для короткой программы?

– Конечно, я буду только рада! – засмеялась улыбчивая девчонка и сложила руки сердечком. – Давайте посмотрим.

Когда внучка Николаевой надела новое платье и вышла из примерочной, Людмила чуть не закричала от удивления: платье Дашки как две капли воды было похоже на платье Марины Соколовской, в котором она катала свою программу на сюиту Свиридова «Время вперёд» в 1986 году, как раз перед тем, как Люда попала сюда. Люда помнила это совершенно точно, потому что Соколовская шила это платье в ателье, где её мать работала директором и где Люда дошивала свои платья, купленные в универмаге. Это платье невозможно было забыть: синий цвет, а спереди его пересекает красная ракета, пышущая пламенем.

Похоже, внучка Николаевой будет катать программу под эту же самую музыку.

– Время вперёд? – неожиданно спросила Людмила.

– Да! – Николаева с интересом посмотрела на свою альтер эго. – Как тебе такой выбор?

– Великолепная музыка, ностальгическая, – честно ответила Люда. – И платье просто отпадное.

Платье действительно было шикарным, оно только общим видом напоминало о платье Соколовской из 1986 года. Сейчас Милана применила новые технологии, градиентные цвета, новые ткани и лазерную окраску. Платье смотрелось великолепно…

Глава 16
Японские мотивы

Когда фигуристки вышли из кабинета Миланы, Людмила Александровна обратилась к внучке, пристально разглядывавшей платье на себе.

– Вот видишь? Ты слышала, что сказала Арина Стольникова? А она олимпийская чемпионка! Авторитет! Что и музыка хороша, и платье под неё великолепно. А ты постоянно ноешь, что тебе неинтересна тема «Время вперёд». Сейчас ты наконец-то убедилась, что даже такие прославленные спортсменки от неё в полном восторге.

Дашка внимательно посмотрела на бабушку и согласно кивнула головой. Спорить тут сейчас было не о чем…

– Ну что, Людмила Александровна, забираете? – улыбаясь, спросила Милана, с интересом наблюдавшая всю эту сцену.

– Обязательно, Милана Артуровна! Платье великолепно! У вас золотые руки! – улыбнулась Николаева и достала из сумочки банковскую карту. – Давайте чек, я сейчас сразу и расплачусь. Как там папа, мама? В Москву не хотят переезжать?

– Работают, – пожала плечами Милана, сев за ноутбук и начав печатать чек. – Не… Переезжать не хотят. Говорят, им и там хорошо…

…Вечерело. И уже порядочно смеркалось, когда Людмила с Сашкой вышли из ателье, ошарашенные и огорошенные неожиданной встречей.

– Ни дня без происшествий! Как в сериале каком-то живём или в веб-новелле! – рассмеялась Сашка. – Правильно говорят: в Москве куда ни пойдёшь, везде встретишь знакомых: большая деревня. А всё-таки прикольно, что они шьют платье в этом же ателье.

– А что в этом удивительного? – спросила Людмила. – Я так понимаю, что здесь все шьют, кто более-менее поднялся до уровня мастера спорта. Ну, если не все, то очень многие. Естественно, что и Николаева тоже решила внучке тут сшить платье, тем более они занимаются совсем рядом, через дорогу.

– Ух ты, какие люди в Голливуде к нам пожаловали, на Ленинградский проспект, – раздался знакомый голос.

Марина Соколовская собственной персоной! Соколовская, одетая в спортивный костюм и дорогую пёструю спортивную куртку, стояла сзади. В принципе, присутствие Соколовской около фигурнокатательного ателье и около учебного центра ЦСКА не было чем-то неожиданным. Неожиданно было лишь её внезапное появление. А учитывая, что минуту назад видели Николаеву, оно выглядело очень удивительным. Или наоборот, нет? Может, она и живёт здесь где-то?

– Вы оттуда? – показала она пальцем на дверь, ведущую в ателье.

– Оттуда, – согласно кивнула головой Люда.

– Николаева там?

– Там.

– Спасибо, – поблагодарила Соколовская и направилась ко входу в ателье.

– Чего она туда направилась? – с удивлением спросила Люда, когда дверь за уважаемым тренером захлопнулась.

– Наверное, позвали её, чтобы на месте заценила новое платьюшко для ученицы, – пожала плечами Смелая.

– Это чтобы вот так запросто тренер пришёл в ателье? – засмеялась Люда.

– Почему бы и нет. Люди иногда по-простому живут. И откликаются на простые просьбы. А просьбу такого челика как Николаева, трудно продинамить.

Смелая внимательно посмотрела на Люду.

– Ты меня обещала домой отвезти.

– Поехали! – согласилась Люда. – Что-то тоже домой захотелось…

…Едва успела Люда зайти домой и поздороваться с мамой, как позвонил её менеджер Арам Архарян.

– Здравствуй, Арина! Не помешал?

– Здравствуйте, нет… – осторожно ответила Люда.

– Я уже начал работать на тебя, – напомнил менеджер. – Созвонился со всеми операторами и агентами, с которыми у тебя есть контракты и устные договорённости, и составил план работы. Завтра вечером у тебя состоится прямой эфир на радио «Спорт FM» в программе '«Фигурные страсти». С 18:00 до 18:30, ведущая Кристина Колесова. Ты сможешь участвовать?

– Смогу. У меня тренировка до 17:00, – согласилась Люда.

– Вот и всё, что мне требовалось узнать, – повеселел Архарян. – Завтра к 17:40 подъезжай в Останкино. С паспортом подойдёшь в отдел аккредитации, он находится рядом с пропускным бюро, там уже готова твоя аккредитация, потом пройдёшь внутрь и найдёшь офис 202, это главная редакция «Спорт FM». Там тебе всё расскажут. Всё понятно?

– Всё понятно, – вздохнула Люда, предвидя новое отягощение её существования.

– Ну вот и хорошо, – весело сказал Архарян. – Потом, после радио, на следующей неделе, у тебя запланировано шоу «Вечерний Ургант» на Первом канале. «Первый» – генеральный спонсор Федерации фигурного катания, и отказаться от участия в этой программе никак нельзя. Сейчас я буду вести переговоры о формате твоего присутствия в программе, дне выхода и прочем. Это случится точно на следующей неделе, с понедельника по пятницу. Будь на связи. На этом у меня всё. До свидания. Доброго вечера.

– Доброго вечера, – опять вздохнула Люда и положила трубку.

– Это Арам? – поинтересовалась догадливая мама.

Анна Александровна, одетая в короткий атласный халат, уютно расположилась с ногами в кресле и через трубочку попивала какой-то странный бело-розовый напиток из большого бокала. На громадном телевизоре показывали неведомый фильм ужасов, в мелькающей темноте раздавались громкие вопли и выстрелы.

– Арам… – вздохнула Люда в третий раз. – Сказал, что завтра в 18:00, на радио «Спорт FM» состоится программа с моим участием, прямой эфир.

– Вот и хорошо, – поучающим тоном сказала мама. – Надо и радио окучивать тоже. Автолюбители очень любят слушать в машине радио. А «Спорт FM» – это известная федеральная радиостанция. Блин, да тебе самый прайм-тайм выделили, как раз тогда, когда люди с работы едут и в бесконечных московских пробках стоят. Надо бы с ними договориться, чтобы ещё в это время тиснуть рекламу нашего мерча, но боюсь, там сумма на рекламное время будет космическая.

– Почему ты не спрашиваешь, как у меня дела обстоят с тренировками? – неожиданно с лёгким недовольством спросила Люда.

– Милая, что за недовольный тон? – мама встала с кресла, подошла к Люде, взъерошила ей волосы и прижала к себе. – Ты прекрасно знаешь, что я почти не вмешиваюсь в твою спортивную жизнь. Ты взрослая девочка, и отвечаешь за себя сама. Раз ты мне не говоришь ничего, значит, я думаю, у тебя всё нормально.

– Ненормально! – возразила Люда, сняла штаны и показала громадный синяк на правой стороне бедра, залепленный пластырем. – Ты это видела?

– Нет, не видела, сейчас вижу, – спокойно сказала Анна Александровна. – Аря, мне очень жаль, что ты набиваешь шишки. Но чем я могу тебе помочь? Я тебе ещё раз повторяю, что всё зависит лишь от тебя. Я могу найти хорошего врача, чтобы он сгладил последствия твоих тренировок, но исполнять программы за тебя или прыгать я не могу. Ну что мне, Брона пойти побить?

Люда неожиданно засмеялась, представив себе картину, как мама дерётся с Бронгаузом. Хотя, ничего особо удивительного в такой картине не было бы, учитывая, какая Анька пакостная и драчливая девчонка была в детстве.

– Сегодня триксель восстанавливали, и он не получился. Я много раз падала, – прекратила смеяться Люда. – И завтра будет абсолютно то же самое. У меня тут, наверное, живого места не останется.

– Я не думаю, что так будет, – слегка улыбнулась Анна Александровна, села на диван и посадила Люду рядом с собой. – Я тебя очень хорошо знаю, и также знаю, что ты всегда можешь собраться и соберёшься в самый неожиданный момент, тогда, когда в тебя никто уже не верит, кроме меня. Милая, я всегда верю в тебя. И точно тебе говорю, что завтра у тебя всё получится… Ты умеешь преподносить сюрпризы…

Эх, слова мамы да Богу бы в уши…

…Следующий день начался как день сурка, так же, как и день вчерашний, правда, была и небольшая положительная новость: наконец-то вес пошёл вниз. Всего на 100 граммов, но это уже была несомненная победа над собой. Вечером Люда не стала наедаться, ограничившись стаканом йогурта и большим персиком, а совсем поздним вечером, когда опять захотелось есть и стал нужен дожор, открыла холодильник, посмотрела на обилие продуктов внутри, но переборола себя, достала лишь бутылку минералки и выпила сразу два стакана, остудив таким образом чувство позднего голода. На завтрак съела стандартную порцию овсяной каши с кусочками свежих фруктов и небольшой печенюшкой, и выпила стакан апельсинового сока. Этого оказалось достаточно, чтобы динамический вес затормозился и пошёл вниз, учитывая весьма скромный вчерашний обед.

– Минус 100 граммов, – удивлённо сказал Бронгауз на взвешивании. – Прекрасно. Держи такую динамику, и всё будет хорошо. Но сегодня пока всё равно будет тренировочный кейс номер пять.

Пятый так пятый… Люда ощутила небольшой прилив хорошего настроения, которое всегда приходит, если что-то начинает получаться хотя бы немного. Пора в тренажёрку…

…Мышцы после вчерашней довольно интенсивной тренировки уже хорошо отдохнули, и сегодняшнее занятие по ОФП далось уже полегче, чем вчера, о чём Люда и сообщила Ермолову.

– Молодец, так и должно быть, – удовлетворённо кивнул головой тренер по силовой подготовке. – Но занимайся всё равно пока в таком же порядке, как и вчера. Как только мышцы адаптируются к нагрузке, будем уменьшать время отдыха и сделаем на один подход больше к каждому снаряду. Таким образом, чуть прокачаем то, что необходимо.

Смелая, судя по её довольному виду, тоже провела ОФП очень хорошо. И даже после тренировки успела похвастаться.

– А меня сегодня на радио «Спорт FM» позвали! Вместе с тобой! – довольно сказала Сашка. – Сегодня, сразу после тренировки.

– Эээ, что? – Люда чуть не выронила полотенце из рук, которым вытирала разгорячённое лицо.

– Как, а тебе разве не сказали? – удивлённо спросила Смелая. – Мне позвонил какой-то мужик с радио и сказал, что сегодня со мной запланирован прямой эфир, и чтобы я с паспортом подходила к 18:00 в отдел аккредитации. И что ты тоже должна туда подойти.

– Мне говорили, что у меня будет прямой эфир, – с лёгкой досадой ответила Люда. – Но то, что на нём будешь присутствовать ещё и ты, никто не сказал.

– Не сказали, значит, хотели посмотреть, какая у тебя удивлённая рожа будет в прямом эфире, – рассмеялась смелая. – Шутка. Наверное, просто забыли.

Шутки шутками, но Люда неожиданно задумалась: как так? У неё есть личный менеджер, который не знает то, что знает Смелая, которой напрямую позвонили на телефон с радиостанции. Первый опыт сотрудничества с личным менеджером оказался с небольшой неприятностью. И ещё эти слова Смелой о том, что кто-то хотел посмотреть на её рожу в прямом эфире радио. Как это возможно? Радио – это же не телевидение с картинкой!

– Если мы поедем на радио, причём тут: увидит кто-то мою рожу или нет? – с опаской спросила Люда. – Это же радио! Только звук!

– У каждой радиостанции есть свой сайт! – уверенно заявила Смелая. – И если зайти на сайт, можно в прямом эфире увидеть то, что происходит в студии. Ты не знаешь об этом?

Люда пожала плечами. Этого она увы, не знала…

…Впрочем, это были мелочи жизни, а самом интересным и познавательным было то, что Железов проводил сегодня занятия по хореографии в японском стиле, под японскую музыку, как он и предупреждал. Когда хореограф пришёл в зал, фигуристы по традиции занимались всякой ерундой, в основном связанной с телефонами, но когда хореограф вошёл в дверь, уставились на него и тут же дружно расхохотались. Вид у Железа был очень необычный. Он был одет в чёрное, с пёстрыми узорами, кимоно, длиной до бёдер, подпоясанное широким белым поясом, и в широких серых штанах хакама, из под которых видно белые кроссовки Adidas. По мнению учеников, look был очень комический.

– Тише-тише, я знаю, что вы все молодые и шутливые, – Железов успокоил учеников, протянув к ним ладони. – От чего такая тряска? Я же вам, кажется, говорил, что сегодня мы учим японские танцы и двигаемся под японскую музыку. Занятие это в основном будет посвящено Саше Смеловой, так как её показательная программа будет на тему фильма «Мемуары гейши». Но желательно внимательно послушать и Арине Стольниковой, так как она поедет на Гран-при в Японию. Возможно, придётся включить кое-что из сегодняшнего занятия в свои прокаты. Японцы очень традиционны и, увидев знакомые движения своей культуры хотя бы издали, в контексте, могут проникнуться. А это очень важно в нашем деле. Начну я издалека, включив японскую музыку. Естественно, это современная неоклассика, однако инструменты традиционные.

Железов поставил в магнитолу флэшку и включил музыку. Музыка заиграла медленная, спокойная. Все инструменты казались знакомыми: струнные, духовые, гонг, колокольчики, но звучали по-другому.

– Инструменты, которые звучат здесь, традиционные японские, называются: «сэмисян» – трёхструнный щипковый инструмент, подобие мандолины, «кото» – щипковый струнный инструмент, похож на нашу арфу, только горизонтальную, «бива» – струнный щипковый инструмент, похожий на нашу русскую балалайку, «сякухати» – бамбуковая флейта. Именно она и играет эти переливные нежные звуки. «Кокю» – трёхструнный смычковый инструмент. «Тайко» – большие барабаны. С помощью этих инструментов и создаётся эта чудесная переливчатая музыка, которая так волнует душу. А теперь, чтобы более полно раскрыть японские танцы, поговорим о самой Японии. Что для вас Япония? Что ты думаешь, Смелова, когда встречаешь слово «Япония»?

– Ну я не знаю, – растерялась Сашка. – Роллы! Суши! Манга, аниме, дорама!

– Дорама? Это от корейцев! – возразила Ксюшка Котова.

– Хентай! – рассмеялся Самсонов. – Тойота, Панасоник,Тошиба.

– Я, честно говоря, даже немного поражён вашей ограниченностью и узостью мышления, – слегка усмехнулся Железов. – Вы говорите о приземлённых вещах, но я, если вы догадались, просил вас назвать вещи, которые действуют на духовность. О культуре, искусстве, музыке, чувствах, цвете… Впрочем, о чём я, учитывая ваш интеллектуальный уровень… Япония – это цветущая сакура весной, которая сыплет нежно-розовыми лепестками на древние камни дорог. Это бескрайний океан, который видно за бамбуковыми зарослями, которые качает лёгкий утренний ветер. Это старый каменный храм на вершине скалы, заросшей можжевельником и кривыми соснами, согнутыми от ветра. Это сидящий на циновке старик, созерцающий бездонное бирюзовое небо, освещаемое багровым закатом, а сбоку от него старый каменный фонарь, источающий слабый свет, в свете которого застыл большой ночной мотылёк. И всё это передаётся плавно и размеренно. Япония не терпит и не любит суеты. Теперь понятно?

По виду учеников было понятно, что они слегка задумались. Железов говорил негромко и практически в такт музыке, отчего его слова были доходчивыми и очень понятными. По крайней мере, Людмила словно ощутила перед собой образы, о которых шла речь.

– Такими же медленными и красивыми являются и японские танцы, – заявил Железов. – В чём-то они схожи с китайской традиционной гимнастикой тайцзи-цюань, о которой я вам уже говорил. В них много работы рук и тела, но работы осознанной и неторопливой. Много перемещений в разные стороны. Начали! Первый паттерн внимательно смотрим! Потом повторяем за мной!

Железов встал в стартовую позу: ноги широко расставлены, руки опущены на бёдра, на ширине плеч. Потом, стоя на правой ноге, хореограф сделал медленный поворот вправо, при этом подняв левую ногу вверх и согнув её в колене. Затем сделал очень плавное движение правой и левой рукой в сторону, отчего неожиданно стал похож на цаплю. Замер на секунду в таком положении, потом исполнил лёгкий пируэт и снова остановился в таком же положении. Следом развернулся к ученикам и плавно встал на обе ноги. Потом согнул их в коленях, чуть пригнул корпус, протянул обе руки вперед и следом развел в стороны, снова развернувшись на 90 градусов вправо, подняв правую руку коброй вверх, а левую так же опустив вниз. Было похоже на стойку из китайских боевых искусств.

Движения у хореографа получались очень синхронные с музыкой, и каждое движение словно что-то выражало. Но что именно, Люда сначала не могла понять, и только потом до неё дошло: он показывает саму Японию, сам японский дух, и тогда она поняла всё. Для того чтобы погрузиться в это состояние медитации, нужно представить то, что Железов говорил только что. Это было трудно, но под музыку получилось.

Занятия получилось очень интересным и для Люды очень новым: она получила новый опыт того, как можно через движение показывать не только эмоции, но и окружающее физическое пространство.

– Саша, на ледовой тренировке мы перенесём все эти движения и вставим их в программу, музыку я для тебя уже подобрал и изготовил трек, – в конце занятия сказал Железов. – Получается у тебя очень хорошо, а на льду будет получаться ещё лучше. Сейчас все свободны, идите на обед. А я ещё помедитирую…

Когда Люда со Смелой выходили из хореографического зала, хореограф опять начал исполнять медленные движения танца, больше похожие на стойки из единоборств. Похоже, готовился к будущей постановке…