Текст книги "Легенды тёмной долины (СИ)"
Автор книги: Arladaar
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 8 страниц)
Глава 24
Я разложила оружие на полу и задумалась. В наличии пистолет, небольшой автомат Узи и дробовик. В дробовике патроны против сверхъестественных существ с зарядами соли и серебряной картечью, поэтому против зверя он мог оказаться не таким эффективным. Однако является ли зверь, преследующий нас, обычным, из плоти и крови? На этот вопрос пока не было ответа, поэтому я решила захватить и его, закинув за спину, рядом с катаной. Пистолет и автомат засунула в разгрузку. Туда же положила запасные патроны и две гранаты. Вес получился приличным. Надеюсь, не придётся ни куда бежать. Александр проверил свой вертикальный винчестер, и зарядил его патронами с пулями. Запасные распихал по карманам.
– И какой план? – напарник с удивлением посмотрел на моё снаряжение.
– План простой. Выходим. Подзываем. Мочим со всех стволов.
– Ясно. Ну пошли.
– Спрячешься в засаде. Я его подманю. Только окажется на расстоянии стрельбы, мочи.
– Есть, мэм! – Саша в шутливом армейском приветствии приложил руку к виску. Веселья в его глазах мало.
Я вышла на улицу и осмотрелась, но ничего не увидела. Вокруг абсолютная темнота – небо занесло тучами. И в этой темноте летало нечто. Крики доносились откуда-то с востока, примерно в двух километрах. Я зажгла файер и бросила его на землю в нескольких метрах от себя, другой взяла в руку, зажгла и стала им размахивать, громко завывая. Саша спрятался во тьме, за углом. А потом, через пару минут, я услышала как хлопают громадные крылья надо мной. Зверь явился на зов. От файера относительно мало света, но я всё равно на высоте примерно в двадцать метров увидела огромное косматое тело с горящими глазами, зубастой пастью и размахивающими крыльями. Лучшей мишени и придумать трудно.
Ощутив порывы воздуха от хлопающих крыльев, я отбросила файер, упала на спину, выхватила пистолет и стала стрелять. От Магнума отдача порядочная, но сейчас моё положение как нельзя выгодное – лёжа на спине и целясь в воздух. Да и держать массивный пистолет удобнее двумя руками. Я выпустила из Магнума семь пуль одну за другой, целясь в морду и тело в районе грудины – монстр полностью открылся. И тут же откатилась в сторону. Одновременно открыл стрельбу Саша. Мощные пули пистолета раскалывали череп на части, отлетела часть черепа с глазом. Две попали в сердце. Саша отстрелил лапу и перебил шейные позвонки. Чудовище пронзительно заревело, задёргалось в агонии и упало вниз. Уже на земле дёрнулось несколько раз и околело, перевернувшись на спину и скрючив лапы. Подойдя вплотную, я катаной несколько раз проткнула сердце, чтобы окончательно удостовериться в его смерти и вздохнула, вытерев пот со лба.
– Ну вот и всё.
Такого монстра я ещё не видела. Мощное туловище, похожее на волчье, размеров с лошадь, всё покрытое длинной бурой шерстью. Но лапы определённо похожи на лапы примата, только с огромными, длиной в десяток сантиметров, острыми как бритва когтями. Голова с длинной собачьей мордой, сейчас раздробленная и изуродованная пулями. Существо определённо мертво – под ним набежала уже целая лужица крови.
– Что это? – Саша внимательно разглядывал убитого чудовища и не мог поверить своим глазам.
– Не знаю, – пожала плечами я. – Зверь, или демон из параллельного мира, но сейчас он мёртв. Судя по легендам местных, тот самый онгол-оол, который питается костями.
– Почему он стал так зверствовать? Тот Витька, помнишь, с заимки... Был здесь незадолго до инцидента с геологами и даже жил какое-то время, но кроме странных звуков ничего не не слышал и не видел. Никто на него не нападал. Разве что собака пропала.
– Ты задаешь трудные вопросы. И я не знаю что сказать. Вариантов может быть масса, и все могут быть неверными.
– И что мы будем делать?
– Спать, – рассмеялась я над недогадливостью напарника. – Утро вечера мудрее. А там посмотрим что и как. Одно дело сделано, очередь за следующими.
Мы долго не могли уснуть, рассуждая о случившемся, и строя тысячи версий, пока сон не сморил окончательно. Оставшаяся половина ночи прошла спокойно – больше никто не досаждал нам. А утро принесло сюрпризы.
Первое, что я увидела, когда утром вышла на улицу по нужде, это то, что труп чудовища исчез. Вместо него в луже крови лежало изуродованное пулями обнажённое тело Людки. Вот так да! Старуха оказалась оборотнем.
– Будешь выходить, не упади, – предупредила я напарника, сделав свои дела и войдя в радиорубку. Но всё-таки даже после предупреждения Саша издал удивлённый возглас, увидев мёртвое тело.
– Как такое может быть? Как? Я не верю! – крикнул он и ухватился руками за голову. – Что делать, если весь реальный мир трещит по швам, на твоих глазах рушась в бездну?
– Что делать? Принять действительность и жить дальше, – пожала плечами я. – Относительно нашего случая... А что собственно говоря, произошло? Старуха оказалась оборотнем. Очевидно что это она пугала здесь всех. Причём много лет, ещё со времён первых поселенцев. Что она за существо? Не знаю. Пусть будет таёжная ведьма. А Витьку не трогала потому что это её родственник. Как тебе такое объяснение?
– Нормальное. Завтракать будем?
– Естественно. Мы решили побочную задачу и выяснили кое-какие нюансы, но главное дело, за чем нас прислали, ещё не сделано. Завтракаем и в путь.
Так и сделали.
Глава 25
До исправительного лагеря, где содержали рабов для рудника, расстояние всего-ничего, с полкилометра. Не гонять же их на работу за несколько километров. И в этом скрывалась не минимальная забота о заключённых, а лишь здравый расчёт – люди меньше времени будут проводить в дороге, а больше работать.
Мы относительно быстро добрались до него, и первое, что увидели, это деревянные разломанные ворота со смотровой вышкой наверху, и ограду из колючей проволоки, кое-где свалившуюся со столбов, но в большинстве случаев, сохранившуюся ещё достаточно хорошо. Второе, что мы увидели, ступив на территорию лагеря, это два трупа, относительно недавних. По-видимому, геологи. Один, в красной куртке и камуфляжных штанах, лежал совсем рядом у входа. Голова его была начисто оторвана, а ноги полностью съедены – белые голые кости торчали из ботинок. Второй пострадал не так сильно – из видимых повреждений только разорванное горло. Похоже, монстр прибил его только из инстинкта, или надеялся съесть потом.
– Ну вот. Осталось ещё одного найти, – Саша отвернулся от тел, стараясь не смотреть в их сторону.
– Ты уверен, что мы уже никого не найдём живым?
– Учитывая что произошло с другими, навряд ли. Меня... Иногда гложет вопрос. Почему они бросились бежать в разные стороны. Чёрт-те куда. Останься они даже на вершине, у входа на плато, шансов вырваться живыми было бы куда больше. Монстр оказался не так уж не убиваем.
– Паника. Неожиданный страх.. Представь себе людей рациональных, привыкших верить только в научный подход. И тут они нежданно-негаданно во тьме далёких лесов сталкиваются с необъяснимым. Тут крыша у кого угодно съедет. Все рациональные доводы разобьются в пух и прах под гнётом увиденного. Это-то как раз объяснить можно. Кстати, ты помнишь, как говорила Людка, что они заболели маетой и умерли? Самое поразительное, что в этом она оказалась права. Действительно, впасть в панику и бежать куда-то наугад, вместо того чтобы искать надёжное укрытие – самый настоящий признак маеты. Один остался на дороге, другой свернул в рудник, предполагая, что убежище в нём окажется надёжнее, но не повезло и там, рудник оказался занят сумасшедшим. Двое добежали сюда. Но и здесь их достали.
– Хорошо, – согласно кивнул головой Саша. – Предположим, с этим мы почти разобрались. Осталось узнать, почему собственно говоря, потащились сюда эти геологи. Мы так и не нашли ничего стоящего внимания.
Обыскав тела, мы не нашли ответов на вопросы. У погибших имелись паспорта и удостоверения геологической партии. Карта района. В рюкзаках запасы еды и личные вещи. Больше ничего.
– Остался ещё один. Придётся обыскать лагерь.
Обыскать – легко сказать, но трудно сделать. Не взирая на относительно небольшую территорию, осмотр лагеря занял продолжительное время. Территория уже заросла молодыми деревьями, стоявшими частоколом, и продвижение меж ними было делом довольно затруднительным. Однако мы сначала методично обыскали бараки. В них ничего не нашли, кроме сломанных сгнивших нар из неструганных досок, гнилых брезентовых матрасов, ещё какого-то трудно различимого хлама, лежавшего горой.
Обыскали хозяйственные помещения и постройки для персонала, в том числе и охранников – результат нулевой. Человек словно пропал бесследно. Меня такой вариант не устраивал, само собой, и я решила продолжить поиски на другой день. Когда солнце стало клониться к горизонту и мы собрались уже уходить, я неожиданно увидела человеческий след. При дневном свете он был совершенно незаметен, так как находился под сенью деревьев, но во второй половине дня солнце перешло на другую сторону барака и отчётливо высветило примятую траву.
Человек прошёл всего лишь один раз. Или два, не больше. Я окликнула напарника и мы осторожно пошли по тропке. Она шла по правой стороне барака для охранников, потом заходила за него, спускалась по небольшому склону вниз, и заканчивалась у металлической двери, сделанной прямо в склоне невысокой горы. На двери было написано трафаретом "Объект номер один". Запись пожухла и почти осыпалась вместе со ржавчиной.
– Что это за дерьмо? – недоумённо спросил Саша, подёргал ручку, но не смог открыть её. Ручку намертво заклинило – она не шла ни вверх, ни вниз. – Мёртвая. Что делать будем?
– Попробуем раскачаем. Спрячься за угол.
Я привязала скотчем к ручке гранату, и выдернула чеку, отбежав тоже за угол. Грохнуло, и стало слышно как за дверью разнеслось гулкое эхо. Похоже, под землёй был неизвестный бункер, не указанный ни на одной карте.
Подойдя к двери, я потрогала ручку. Сейчас она стала работать более-менее. Заржавевший механизм взрывом раскачался и стало возможным войти внутрь. И узнать, что за зловещие тайны скрываются под землёй.
Глава 26
Дёрнув за ручку , я открыла тяжело скрипнувшую дверь, рванув её на себя, и тут же отскочила – на ноги чуть не свалился ещё один труп. Человек в пятнистой военной форме сидел, прислонившись спиной к двери и выпал наружу, только её открыли.
– Вот и пятый. А что это у него в руке? Рация?
– Спутниковый телефон, – я попыталась освободить трубку из закоченевшей руки, но не смогла – вцепился намертво в прямом смысле.
– От чего он умер? Весь синий.
– Задохнулся, – я зашла немного в бункер и щёлкнула зажигалкой. Она не зажглась. – Видишь, в подземелье нет кислорода. Он залез внутрь, захлопнул дверь, и старый заржавевший замок заклинило. Не смог выбраться. Попытался связаться по спутнику, но не получилось – в бункере не было сигнала, слишком большой слой камня, бетона и металла над ним. Умер от удушья через несколько дней. Похоже, здесь нет притока свежего воздуха.
– Ужасно. Сидеть тут во тьме, зная, что никто не придёт и не вытащит тебя. Интересно, кто это.
– Скорей всего главный, судя по форме и наличию телефона. Наверное, из армейских. Не просто так они сюда ходили.
Обыскав труп, я не нашла никаких бумаг, но под курткой была закреплена плечевая кобура с Макаровым. Вытащив пистолет, я внимательно разглядела его.
– Нестреляный. Странно. Он настолько испугался монстра, что ни разу не выстрелил в него.
– Они ж ночью бежали. Ты представь – ночь, темень, глухая тайга, и что-то жуткое охотится на тебя. Чтоб ты сделала?
– Ну уж точно не смывалась бы в неизвестность, с риском упасть в яму, сломать ногу о камень или насадиться на острый сук. Или как этот – загнать себя в мышеловку. Самый оптимальный вариант – затаиться и приготовить оружие. Или просто затаиться, если его нет. Впрочем, это всё пустые слова. Конкретные обстоятельства решают всё.
– Теперь нам надо лезть туда? – Саша кивнул на темнеющий бункер.
– Можно и залезть. Только там сейчас кислорода совсем нет. Да и что мы можем найти? Пыточную? Склад трупов? Биолабораторию? Нет, дорогой напарник. Эта хрень не входит в наше задание. Знаешь пословицу – меньше знаешь, крепче спишь?
– Знаю. А всё-таки? Что там, за этой чёртовой дверью? Не будешь потом мучиться всю жизнь?
Пожав плечами, я посмотрела в тёмную глубину. Конечно, был велик соблазн спуститься и проверить, что там, но ещё свежи были воспоминания, как мы с трудом выбрались из рудника, и повторять этот горький опыт совершенно не хотелось.
– Ты недавно умолял чтоб забрали тебя отсюда, – ехидно подначила я. – Так быстро меняешься? Что случилось?
– Понимаешь... – замялся напарник. – Я как-то привык уже к этим тайнам, загадкам... К твоему холодному прагматизму и рассудительности... К вере в победу. И тут ты на последних метрах сдаёшься.
– Так ты сам назвал прагматичность и рассудительность! – возразила я. – И они диктуют, что пора и честь знать, как говорится. Впрочем, действительно, о чём спорить-то... Пойдём и посмотрим. Но для начала надо запустить воздух туда.
Наверху, над бункером было видно жестяную вентиляционную трубу с металлическим конусом на конце. Труба сгнила и упала на землю, сложившись вдвое. Вот и вся причина недостатка воздуха в бункере. Вдвоём мы отломали её, а потом я вытащила из вентиляционной решётки мусор.
– Можно значительно быстрее наполнить подземелье кислородом, если развести тут костёр. Рядом с вентиляторной дырой, – заявила я, обдумывая как лучше это сделать.
– И как это работает? – недоверчиво спросил напарник. – Не вижу связи между костром здесь и отсутствием кислорода там.
– Связь прямая. Ты что, в деревне не видел как погреб протапливают? Принцип тот же. Зажигают огонь, он тянет плохой сырой воздух вверх, в костёр, где тот нагревается, а вниз затягивается сухой чистый воздух с улицы. А в нашем случае и богатый кислородом. Если мы зажжём костёр наверху, рядом с вентиляционным отверстием, то часть воздуха он будет тянуть из подземелья.
– Это не имеет смысла, – не согласился Саша. – Ты не сможешь обеспечить вытяжку воздуха исключительно из бункера.
– Давай попробуем.
Рядом с вентиляционным отверстием соорудили очаг, обложив его булыжниками, оставив проход только со стороны вентиляционной решётки, наложили сушняка, я плеснула из бутылочки бензином, и разожгла костёр. Спустившись к входу, обнаружили, что система заработала – тяга в подземелье появилась. В этом я убедилась, спустившись на пару метров вниз, в бункер, и проверила зажигалкой. Тяга в помещении была – огонёк горел и чуть отклонялся вниз.
– Ну что, идём? – я мотнула головой в сторону лестницы, и достала пистолет, зажгла фонарь. Саша утвердительно кивнул головой, и мы стали спускаться вниз. Бункер не выглядел большим. Лестница спускалась лишь на два пролёта, что соответствовало одному подземному уровню. Внезапно стало намного холоднее. Да что там, за короткое время, что мы продвинулись на десяток метров, температура упала чуть не до нуля, изо рта пошёл пар. За лестницей шёл короткий коридор. Справа одна дверь с наполовину стёртой надписью "Охрана". Внутри стол, стул. На столе старинный телефон с обрывками проводов. На столе полуистлевший журнал. Не хотелось голыми руками трогать его, так как здесь могли быть опасные токсины, поэтому ножом я осторожно открыла его и прочитала несколько записей.
...21 января 1947 года. 18 часов 22 минуты. К объекту допущен Степанов Александр Андреевич. 18 часов 35 минут сопровождён в наблюдательную. В 19 часов 35 минут выпущен под роспись в журнале.
22 января 1947 года. 18 часов 02 минуты. К объекту допущен Степанов Александр Андреевич. В 18 часов 10 минут выпущен под роспись.
Судя по записям в этом журнале, к некоему объекту внутри бункера каждый день допускались пара-тройка одних и тех же людей, возможно, учёных, или инженеров, находящихся в заключении. Иногда, впрочем, их допускали в некую наблюдательную комнату. И с этим стоило разобраться.
Глава 27
Наблюдательная комната представляла собой обычную химическую лабораторию образца начала двадцатого века. Лабораторные столы, шкафы с реактивами, реторты, перегонные кубы. Такое ощущение, как будто я воочию попала в компьютерную игру жанра «сурвивал хоррор» или «стимпанк». Или сразу во всё вместе. Я вдруг хихикнула, осознав своё положение. А ведь так оно и было по сути – я в хорроре и стимпанке.
На одном из столов были раскиданы какие-то бумаги, графики работы. Но ничего интересного я не обнаружила – по видимому, наиболее значимые бумаги, увезли с собой при консервации этого места. Теперь осталось узнать самое главное – что за объект здесь хранился, если для его изучения потребовалось строительство такого сооружения. А находился объект, судя по всему, в самой дальней двери, откуда и шёл холод. Странно, но на двери нарисовано множество крестов самых разнообразных видов. Православные, кельтские, мальтийские...
– Что это? Для чего кресты? – настороженно спросил Саша.
Предчувствуя, что мы найдём нечто важное, и это нечто может оказаться совсем нехорошим, а может быть, даже живым, я приготовила автомат, и подсвечивая фонарём беспросветный мрак, пошла вперёд, Саша за мной, держа ружьё наизготове. Металлическая дверь, чуть скрипнув отворилась. Внутри на большом постаменте стояло что-то вроде каменного саркофага, несколько раз обёрнутого массивной ржавой цепью. Цепь притягивала к саркофагу большой металлический крест, по виду, очень старый.
– Что это за хрень? – недоумённо спросил Саша, выглядывая у меня из-за спины. – Это что, гроб?
– Гроб, – согласилась я. – Можно и так назвать. Тут вопрос в другом... Похоже, эти цепи здесь для того, чтобы обитатель гроба не мог выйти оттуда. Видишь, его ещё и крестом придавили.
– Ладно. Сейчас я склонен тебе верить, – согласился Саша. – Чёрт возьми, я вижу всю эту хрень своими собственными глазами, куда тут денешься. Как думаешь, то что внутри, ещё живо?
– Возможно. Возможно, оно живо и всё так же опасно, как и многие годы назад. Заметь – это не обычный деревянный гроб, а каменный саркофаг. Дерево может сгнить, рассыпаться со временем, рассохнуться. Каменному саркофагу не будет ничего на протяжении бесчисленных лет. Это вечная домовина. И достаточно древняя.
– Смотри, смотри! Что это там? Рука? – Саша посветил на край саркофага. Там действительно, между верхней и нижней половиной из саркофага торчала громадная рука, а вернее лапа. Торчала так, что пальцы почти высовывались наружу, огромными чёрными когтями вцепившись в камень. Только луч света коснулся лапы, как она быстро убралась внутрь, крышка саркофага стукнула, а потом в неё кто-то бешено заколотил, словно пытаясь выбраться наружу. Однако прочные толстые цепи не давали этого сделать, и лишь громко брякали ржавыми звеньями, намертво сдерживая то, что находилось внутри.
Неожиданно существо перестало колотиться в крышку саркофага, и снова высунуло правую лапу, уцепившись за нижний край каменного гроба. Это наибольшая степень свободы, которой оно могло обладать.
– Ну всё? Убедился ? – усмехнулась я, глядя в испуганные круглые глаза напарника. – Всё. Пора сворачивать операцию .Для меня всё стало предельно ясно. Делать тут больше нечего.
Только я начал говорить, как сбоку раздался какой-то слабый звук. У правой стены в полу были выкопаны какие-то ямы, закрытые металлической решёткой. В предчувствии чего-то более страшного, я осторожно подошла к одной, и посветила фонарём вниз. Там было устроено нечто вроде зиндана. Колодец глубиной метров шесть, на дне которого сидело существо, похожее на человека. Но человеком оно не было, невзирая на одежду – рваный ватник и штаны. Наверх глянуло существо, похожее на собаку, блеснув огоньками глаз из-под длинных спутанных волос. Увидев нас, оно вскочило на ноги, и стало выть и прыгать, стараясь достать до решётки, царапать стены колодца огромными когтями. Судя по следам на стенах, оно делало это тысячи раз, но твёрдая скала не подалась. Видя, что его усилия напрасны, существо негромко потявкивая, опять село в углу колодца, и свернулось в клубок.
Я осмотрела другие два колодца, и там находились те же самые существа, что и в первом. Человеческая одежда, и абсолютно не человеческий облик. Они сидели здесь в темноте, без воздуха и пищи многие десятки лет. Те, кто заперли их здесь, думали, что они умрут. Но они не умерли. Очевидно, что сюда временами таскались представители спецслужб, зная о том, что здесь погребено. Возможно брали образцы из руки главного монстра в саркофаге. Или просто наблюдали за тем, что здесь происходит. Геологи, трупы которых мы нашли здесь, конечно же, никакие не геологи. Представители третьей стороны. Возможно, некая частная компания, или частный заказчик, из-за утечки данных получившие доступ к тому, что происходило здесь и чем тут занимались. Официальное прикрытие у них было как у научной экспедиции. Но шли они сюда за другим. И нашли то, что искали. Только не так, как хотели.
– Всё. Надо выбираться отсюда, – я слегка подтолкнула Сашу к выходу. – Больше тут делать нечего.
Быстро, стараясь ни минуты не задерживаться в этом проклятом месте, мы вышли наружу, собрали свои вещи и направились обратно к радиовышке. Солнце почти опустилось за кромку леса, тени сгустились, и хотелось как можно быстрее добраться до относительно безопасного места.
