Текст книги "Кайрин 4. Проклятое зелье (СИ)"

Автор книги: Анастасия Мирт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

– Когда это тебя энергия портала стала волновать? Ты никогда не был бережливым, а тут вот те раз, – насмешливым тоном заметил отец. – Скажи-ка, сын, ты что-то от меня скрываешь?

– Нет, конечно, – рассмеялся Хэйрин. – А ты сейчас куда направляешься?

– Разве не видно? Конечно, в свой кабинет.

Мы переглянулись. Ай замахал руками, словно говорил нам улепётывать через окно. Зурт столь же красноречиво отрицательно мотал головой, показывая, что там должна стоять защита, и скорее мы умрём, чем сможем туда выйти.

Тогда я показал на Корна, который мог бы нас провести через окно так же, как через дверь. Но куратор покачал головой. Возможно, из-за совершенно неподвижного лица, по его жестам было сложно догадаться, что он имел в виду, но, я всё же понял, что он показывал: «мы не успеем».

– А обход уже, получается, закончил? Мы же ещё не везде были? – продолжал разговор с отцом Хэйрин.

– Но я же доверяю своему сыну, – насмешливо ответил отец. – Поэтому в проверке нет смысла, – голос прозвучал совсем близко.

Глава 23

– Эх, – сказал изменившимся тоном Хэйрин и недовольно, даже холодно добавил: – Вот всегда ты так. Говоришь, что беспокоился о Кайрине и вернулся поэтому, а сам даже не проведав его, идёшь сначала в обход, а потом к своим ненаглядным бумажкам!

Уже отчётливо слышимые за дверью шаги прекратились, зазвучал раздражённый голос отца:

– Ты серьёзно так думаешь? Что дела для меня важнее вас?

– А что, разве не так⁈ – крикнул на него Хэй и ехидным тоном добавил: – Неудивительно, что из нас троих ты больше всего любишь Мао. Ведь он такой умничка, хочет наследовать твою ненаглядную Академию!

Шавр, брат ведёт себя слишком похоже на тот случай, когда я, поскандалив у отца в кабинете, получил обязательную путёвку в особняк Массвэлов. Он просто роет себе могилу.

– Хэйрин! – строго окликнул брата отец. – Остановись. Ты всегда был достаточно рациональным, чтобы не делать глупостей. Так не говори то, о чём пожалеешь.

– Думаешь, не посмею? – хмыкнул брат. – А я даже повторю. Академия и король тебе важнее всего. Даже наша мать была лишь на третьем месте! А нам с братьями, куда уж с ними тягаться.

– Ты переходишь все границы, – голос отца стал злым.

– Как страшно! И что? За правду посадишь меня в темницу? Ну так давай, я тут: только уж постарайся хотя бы сделать это своими руками, – рассмеялся Хэй. – Тогда у меня хотя бы будет время поболтать с тобой по пути в неё.

– Так хочешь в темницу? – спросил отец, и послышались удаляющиеся от двери шаги. – Тогда идём. Наказание ты, определённо, заслужил. Но сначала, давай-ка проведуем Кайрина. А мои… бумажки, – отец произнёс это слово довольно странным тоном, – так и быть, подождут.

Голоса удалились и стали неразличимы.

– Ай да Хэйрин, как он реалистично сыграл, – восхитился Айрисс.

– Думаешь, сыграл? – спросил Корн. – Выглядело слишком естественно.

– Конечно, он меня видел и знал, что мы в кабинете, поэтому и старался вовсю, – кивнул Ай.

– У него теперь большие проблемы. Как бы его наследства не лишили, – хмыкнул Зурт.

Ну, это, конечно, вряд ли. Но посидеть пару дней в темнице ему, скорее всего, действительно придётся.

– Меня больше волнует, что отец был слишком покладистым. Будто пошёл у брата на поводу, поняв, что тот пытается увести его от кабинета. Да и «бумажки» он как-то странно выделил другой интонацией.

– Думаешь? – спросил Корн. – Ну да, возможно, ты прав. Он довольно просто согласился. Может быть, на двери была какая-то визуальная пометка, которую мы сорвали, зайдя внутрь.

– Так почему вы до сих пор без артефакта? Не нашли его? – удивился Айрисс, глядя на наши пустые руки. – Разве это не он на той полке? – указал он на фальшивку.

– Это подделка, – ответил ему Зурт. – Настоящего артефакта здесь нет.

– Да как это нет? Я своих дэвов просил отыскать, и они сказали, что он в этом кабинете. Если это не он, – указал он на треугольник. – Значит, где-то здесь лежит ещё один, настоящий.

– Здесь? – переспросил Зурт. – Ты уверен?

– Настоящий тоже? – переспросил уже я.

– Но даже если так, как нам его найти? – нахмурился Корн.

Мы оглядели обычный кабинет, с небольшим столиком, диваном, креслом, двумя шкафами и письменным столом с креслом возле окна.

В столе были тумбы. Разве что в них.

А ещё я помнил, что в одном из углов скрывалась потайная дверь, но если дэвы сказали, что артефакт находится в этой комнате, скорее всего, он не в скрытом помещении, а именно тут. Почти на видном месте.

Сейф? Возможно.

– Нам нужно здесь всё прощупать заклинаниями воздуха, – предложил я.

– Думаешь, магию в кабинете директора можно спокойно применять без оповещения хозяина? – возразил Корн.

– У тебя есть идеи получше? – скрестил я руки на груди.

– У меня есть, – вмешался Ай. – Я смогу почувствовать, где он лежит. Но мне нужно несколько минут, во время которых я не могу отвлекаться.

– Кто-то должен стоять на стрёме, – сказал я. – Отец ищет меня, поэтому лучше пойду я.

– Но ты нам будешь нужен, чтобы активировать артефакт, – нахмурился Зурт.

– До этого его нужно найти. Потом мы с Аем махнёмся, идёт?

– Да. Хороший план, – одобрил Корн, после чего открыл мне дверь, и я вышел в коридор, пожелав ребятам:

– Удачи!

Какое-то время ничего не происходило, всё было тихо и мирно. Полупустая Академия как нельзя лучше подходила для тёмных делишек.

Прошла мимо пара студентов, я просто сделал вид, что жду прихода директора. Ну, в каком-то смысле оно так и было, правда, я предпочёл бы, чтобы он появился как можно позже.

Может быть, у Хэя получится его ещё немного задержать?

Всего через пять минут изнутри кабинета тихо постучали, я постучал в ответ так же, как до этого подавал знак Ай, что всё в порядке.

Дверь быстро открылась, я проскользнул внутрь, а Айрисс, с улыбкой подмигнув, сменил меня на посту у двери.

– Вы так быстро нашли его? – спросил я, после того как Корн закрыл дверь.

– Ага, – кивнул Зурт, указав на квадратную нишу размером с ширину обычной двери.

Ранее ниша была закрыта шкафом, который теперь был отодвинут в сторону. В неё был встроен уже открытый железный сейф. Внешне он выглядел как серебристый ящик, но, похоже, металл был непростым, а его стенки, переливающиеся от всполохов встроенных заклинаний намекали на то, что вора ждёт не один сюрприз.

– Ты даже его смог открыть? – удивившись, спросил я Корна. Тот кивнул.

Внутри лежало несколько стопок бумаг, с десяток небольших артефактов, а по центру, на металлическом штативе с наконечником в виде рогатки, висел заветный артефакт-треугольник.

Он был похож на прежнюю фальшивку, но камни на нём сверкали, словно все под завязку были заполнены магией различных стихий, да и ощущение от него было соответствующее.

– Почему вы его не вытащили? – спросил я.

– На всякий случай, капни на него своей кровью, – предложил Зурт. – Потом Корн вытащит.

– Даже так? – задумчиво я вновь оглядел артефакт. – А меня не прибьёт, если я суну туда руку?

– Вот и проверим, – с лёгким смешком куратор плотно приложил ладонь ко внутренней стенке сейфа. С ней ожидаемо ничего не случилось.

Я поёжился. Ну да ладно, надеюсь, хотя бы руки не лишусь.

Заострив один из ногтей с помощью вэ, я порезал палец, и подождав пока алая капля набухнет, потянулся к артефакту.

Сердце бешено бухало о рёбра. Всё же драться куда спокойнее, чем совать руку в сейф, ожидая, что в любой момент может случиться что угодно!

Рука прошла невидимую границу сейфа, и я почти дотронулся до артефакта, когда мою голову пронзила мысль: А кровь-то моя всё ещё похожа на человеческую⁈ Она вообще сработает?

Но капля в тот самый момент дрогнула и сама скатилась вниз. Удачно попав не на одну из бумаг, а именно на треугольный артефакт. После чего он засветился мерным сине-зелёном цветом.

Позади нас с Корном раздался выдох. Зурт, как ему и положено, волновался больше нас всех… Хотя, почему «положено», вообще-то, конечностями рисковали мы с Корном!

– Брать? – спросил я.

– Бери, – хором ответили алхимик с куратором.

Я усмехнулся, какое единство.

Осторожно взяв артефакт, я благополучно вытащил его из сейфа.

После того, как он попал мне в руки, его свечение стало более отчётливым.

– Похоже, он тебя признал, – прокомментировал Корн.

– Как им пользоваться?

– Не знаю. Но обычно артефакты способны считывать намерения владельцев. А ты, считай, его временный хозяин. Возникают идеи, как им пользоваться? – спросил куратор.

– Думаю, его надо надеть на меня так же, как когда у меня забирали магию, – предположил Зурт.

– Это кажется логичным, – согласился я.

Что касается артефакта… Я не понимал, что должен почувствовать, если не сказать, что вовсе не ощущал с ним связь.

Взяв его, словно корону, что собрались водрузить на голову правителя, я начал медленно опускать артефакт на Зурта. Тот напрягся, сжал кулаки и зажмурился. Но не успел я довести артефакт даже до уровня макушки алхимика, как позади него, в центре кабинета, на расстоянии трёх шагов от нас, прямо из воздуха материализовался отец.

Его холодный взгляд заморозил меня на месте. Голос, полный едва сдерживаемой злости, заставил задрожать:

– Что вы здесь делаете⁈

Корн находился ближе к нам с Зуртом, чем отец. Куратор сделал шаг вбок, встав так, чтобы заслонить нас от директора.

Глаза отца, казалось, начали метать молнии, в прямом смысле этого слова. В воздухе запахло озоном, повисло напряжение. Словно стоило любому из нас хотя бы шевельнуться, и уже ничего нельзя будет исправить.

– И как это понимать, Корн? – тихо спросил отец.

Корн слегка склонил голову, будто ему было стыдно за то, что он сейчас совершал, но всё же упрямо произнёс:

– Простите меня. Я не отойду.

Вокруг куратора закружили элементы воды, а его тело засветилось одновременно красным и синим. Два покрова!

Похоже, он собрался сражаться с моим отцом насмерть.

Что ж, он свой выбор сделал. Но как же поступить мне?

Я перевёл взгляд на Зурта, что нахмурившись смотрел в спину Корна, на его лице отразилось колебание. Похоже, он хотел помочь Корну, но это было не в его силах, к тому же, он находился на пороге исполнения своего заветного желания. Одно то, что он колебался, уже было ему в плюс.

Ладно, если Корн этого хочет, я помогу. Это не противоречило тому, чего желал я.

Я продолжил опускать артефакт.

Вот он уже на уровне шеи, если отпущу, то он повиснет на алхимике, словно ожерелье. Однако треугольник не засветился ярче: было непонятно, чего ему для полной активации не хватало. Понять бы что!

– Кайрин! – прорычал отец. – Ты осознаёшь, что творишь?

Я старался не отвлекаться, но судя по шипению, жару и всполохам, которые я замечал периферийным зрением, Корн атаковал отца – в ход пошли огненные шары.

Отец же, судя по всему, сдерживался, поскольку фиолетовых вспышек и громких хлопков, характерных для молнии, всё ещё не было.

– Ты спасаешь преступника, виновного в происшествии уже с несколькими студентами! Он свёл их с ума! Лишение магии – его заслуженное наказание. Так что ты пытаешься сделать, Кайрин? Отменить моё наказание⁈

Я лишь поджал губы, опустив артефакт до уровня груди алхимика. Что ж, думаю, этого достаточно?

И вот фиолетовая вспышка озарила всё вокруг. Тени замелькали на стенах так быстро, что сложно стало ориентироваться и понимать, что вокруг происходило. Резкий звук разрываемого воздуха заставил меня поднять голову.

Перед нами стоял Корн. Он выставил обе руки вперёд, и зелёное свечение исходило прямо от его ладоней, образуя полупрозрачную стену, закрывающей всё пространство от стены до стены и от пола до потолка.

Отец стоял чуть поодаль, из его рук били фиолетовые змеи молний, хлёстко разрывая воздух. Щит едва выдерживал. То, что его до сих пор не пробило, уже чудо. У него был второй слой – водяной, который, судя по всему, делал первый более крепким и стабильным.

– Стихия земли, да? Ещё и с двойным покровом других стихий. Как я и думал, Корн, твой талант – один из лучших. Только вот, хорошо ли это для Ниро… – тон отца был таким расслабленным, что казалось, он прогуливался по парку, а вовсе не сражался.

Шавр, Корн, несмотря ни на что, всё ещё как-то его сдерживал, а я никак не мог разобраться с артефактом!

Но как бы мне ни хотелось его активировать, я просто не знал, как мне это сделать. Я порезал палец и добавил своей крови, размазывая её по железной части и камням. Но то ли, она всё же действовала хуже из-за того, что была изменённой, то ли для активации артефакта нужно было нечто иное.

Я прикрыл глаза и попробовал почувствовать этот якобы признавший меня артефакт.

Ну же, как тебя использовать? Подскажи!

Меня пронзила догадка. Скорее всего, для этого нужна не только кровь, но и стихия Ниро. А молнии… у меня нет.

Послышался грохот и крики за дверью. Похоже, Ай сражался с подоспевшей на шум или, возможно, на зов отца, охраной.

Зурт неспешно открыл сумку на поясе и вытащил из неё малинове зелье столь насыщенного оттенка, что я заподозрил неладное.

Раньше, чем я додумал свою мысль, склянка полетела в сторону отца, спокойно пересекла барьер Корна и разбилась об пол.

Взрыв, последовавший за этим, поднял меня в воздух, откинув к самому окну. В ушах зазвенело, перед глазами плясали пятна. Артефакт выпал из моих рук.

Я оглянулся. Корн стоял в окружавшем его водном щите, отплёвываясь от просочившейся сквозь него пыли. Кажется, он успел понять, что означала та склянка, и защитился.

Отец, он тоже шевелился, поднимаясь с пола. Вокруг летали клубы пыли и листов из книг, кабинет был разрушен практически до основания: дверь выбита, шкафы превратились в обугленные доски, ценные книги сгорели или были разорваны на части. Представив, сколько денег всё это стоило, мне стало дурно. Хорошо хоть сейф от той самой ударной волны захлопнулся: хоть то, что находилось в нём, уцелело. Хотя… какое теперь мне до всего этого дело⁈

Я теперь, после того как присоединился к преступнику, быть может, уже и не имел отношения к семье Ниро!

Отец отряхнулся от прилипших к его тёмно-фиолетовому пиджаку щепок и осмотрел царившее вокруг безобразие. Кажется, только теперь он стал по-настоящему злым. Его челюсти сжались, а затем он, посмотрев прямо мне за спину, на Зурта, медленно проговорил:

– Тогда я тебя пощадил, хотя и предполагал, что это решение довольно опрометчиво, и что из-за этого у меня ещё могут возникнуть проблемы. По уставу мне нужно было избавиться от тебя раз и навсегда, но я всего лишь лишил тебя магии. Но я не ошибусь дважды. Ты слишком опасен для этого мира и нашего королевства в частности.

В обеих его руках возникло по шару из молний, которые быстро увеличились в диаметре. Такие крупные снаряды этой стихии я ещё не видел.

– А вы двое, – продолжил отец, посмотрев по очереди на Корна и меня, – получите своё наказание. И вы же не думаете, что у вас есть шанс меня остановить, если я буду серьёзен?

Сзади отца возник Айрисс в голубом сиянии. В директора полетели десятки ледяных копий. Тот даже не взглянул на них. Фиолетовые молнии засверкали за его спиной, превращая снаряды Ая в ледяную пыль.

– Демоны… – прошептал водник, – предсказал же на свою беду, – проворчал он и, схватившись за амулет, который при этом стал видимым, прикрыл глаза.

– Ещё один. Айрисс, ты же понимаешь, что после этого я заберу одолженный тебе артефакт?

На миг Ай открыл глаза и с сомнением посмотрел на спину директора. Затем ухмыльнулся и вновь прикрыл их, говоря:

– Если я не могу поступать, как считаю верным, я абсолютно точно недостоин своих дэвов.

Волна холода пронеслась от Айрисса к нам, замораживая всё на своём пути. Кабинет погрузился в тишину.

Отец застыл в огромной глыбе льда. Похожее я видел, когда Айрисс заморозил Белый дворец.

– Это ненадолго! – воскликнул Ай. – Вам стоит поспешить!

– Легко сказать! – ответил я. – Но кажется, мне для активации артефакта нужна молния! Или я просто не могу понять, что мне делать.

Я встал с пола и подобрал артефакт, задумчиво посмотрел на него, подошёл к Зурту и вновь одел на его шею.

Ай подбежал ко мне и, схватив за запястье, прикрыл глаза. От него в мою сторону потекло огромное количество водной и воздушной маны, я едва успел её поглощать, и сразу интуитивно активировал оба покрова, вливая излишки энергии в артефакт.

В том месте, где он был обагрён моей кровью, он ярко засветился сине-зелёным. А затем, зависнув в воздухе, закрутился прямо вокруг шеи Сура.

– Получилось? – выдохнул я, выпуская его из рук.

Я продолжал ощущать, как артефакт тянет из меня магию. А затем всё тело Зурта засветилось синим, будто у него вдруг появился покров.

Кажется, действительно получилось?

Ай же вернулся к глыбе льда, в которую был вморожен отец и нарастил вокруг неё лёд. Снаружи всё ещё слышался шум, будто там, на нашей стороне сражался огневик. Кто это мог быть?

Мак ещё не должен был вернуться. А остальные среди магов огня вряд ли бы пошли против директора.

– Сработало? – спросил Корн.

– Это… – Зурт открыл глаза и с сомнением поднял свою руку, рассматривая её. – Не уверен. Словно бы магия теперь во мне, но у меня не выходит её использовать…

С резким грохотом и фиолетовой вспышкой лёд, сковывающий отца, разлетелся вдребезги.

Что ж, он хотя бы в порядке. Правда, не уверен, должно ли теперь меня это радовать…

Мы приготовились сражаться: Ай схватился за свой кулон-артефакт. Корн активировал в одной руке печать огня, в другой воды. Я же решил использовать оба покрова, которые были на мне на полную мощь, делая шаг вперёд и прикрывая алхимика… Но отец просто поднял руку:

– Всё. Хватит. Даю вам последний шанс, чтобы остановиться. Если кто-то атакует меня ещё раз, я вас уже никогда не прощу. И не пощажу, – что-то в его тоне мне ясно дало понять, что он не шутил. Казалось, он был готов убивать. Я даже не был уверен, пощадит ли он меня, или скорее, даже, наоборот: прикончит первым.

Корн продолжил создавать двухстийную печать. Воздух со стороны Айрисса значимо похолодел, магические элементы вокруг него уплотнились настолько, что, казалось, могут в любой момент взорваться.

Я вздрогнул от мелькнувшей перед глазами картины, как этот бой может завершиться:

Ребята полумёртвые лежат на полу. Над их телами возвышается ссутулившаяся фигура отца: он тоже не хотел так поступать со своими студентами, давал им шанс, но они не стали его слушать.

Корна опять изгоняют, но на этот раз уже не из семьи Массвэлов, а вовсе из Аталии, из-за нападения на лорда Ниро. А то ещё перед этим, отец разрушает его каналы огня и воды, отчего он больше не может пользоваться ни одной из этих стихий. Айрисс без артефакта лишается своих дэвов и становится унылым, безрадостным и целыми днями лишь лежит, смотря вверх и проклиная несправедливые небеса, почти не двигается, а, может быть, порой просит милостыню, шатаясь по улицам столицы.

Алхимик же лежит убитый, и татуировки медленно исчезают с его тела. Никто не поможет его сестре, никто о ней не позаботится. А я схожу с ума от поглотившей меня демонизации, как ранее происходило с Гартом и Экзой. Мои глаза наливаются алым, и я пытаюсь убить всех подряд: друзей, братьев, любого, кто только попадётся под руку.

И то это будет, только если отец не прикончит нас здесь и сейчас. А судя по исходящему от него ощущению, так и случится!

Ну уж нет. Я не хочу такого будущего.

– Стойте! – крикнул я, метнувшись вперёд с помощью созданного под стопой попрыгунчика. Я оказался между ребятами и отцом, лицом к нему. – Прекратите. Иначе отец нас всех… – я закусил внутреннюю часть губы, – убьёт.

Повисла тишина. Через несколько секунд заговорил отец:

– Вы уже использовали артефакт. Это же и было вашей целью? – спросил он и усмехнулся. – Ну и? Это как-то вам помогло?

– Что вы имеете в виду? – спросил Зурт.

– А то, что одним артефактом магию тебе не вернуть. Хотя то, что у Кайрина, не владеющего стихией молнии, вообще получилось его активировать, уже чудо.

– Объясните, – попросил алхимик, сняв треугольный артефакт с шеи и подходя с ним в руках к отцу.

Он медленно прошёл мимо Корна, Ая, и меня. Никто его не остановил. Зурт мог умереть, но это было его решение.

Отец спокойно ответил:

– Да что тут объяснять? Артефакт лишь высосал ту ману, что была в твоём теле на тот момент, а я в это же время собственноручно заблокировал твои каналы. Если совсем просто: без меня тебе не вернуть магию.

Зурт вздохнул и рассмеялся:

– Так всё с самого начала было бесполезно? – его руки резко опустились, и треугольный артефакт почти выпал из его рук. Алхимик зло спросил: – Почему вы так ненавидите мою сестру? Вы же её даже никогда не видели! Почему вы не позволяете мне её спасти⁈

Отец сделал шаг к нему и, внимательно посмотрев прямо в глаза, произнёс:

– Потому что ты выбрал неправильный метод. Но ты прав в том, что я не должен был быть так жесток, – он усмехнулся. – Нужно было просто сразу тебя убить.